Поиск

Навигация
  •     Архив сайта
  •     Мастерская "Провидѣніе"
  •     Добавить новость
  •     Подписка на новости
  •     Регистрация
  •     Кто нас сегодня посетил

Колонка новостей

Чат

Ваше время


Православие.Ru

Видео - Медиа

    Посм., ещё видео


Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Помощь нашему сайту!
рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001400500447
( Провидѣніе )

Не оскудеет рука дающего


Главная » 2014 » Май » 4 » • Революционная Ненависть богоборческой русофобии •
11:10
• Революционная Ненависть богоборческой русофобии •
 

providenie.narod.ru

 
фото
  • Сходка русофобов
  • Интимная русофобия
  • Революционная Ненависть
  • Публично клеймя
  • Фронтальное столкновение
  • «Несуразность»
  • Ненависть у нашего меньшинства
  • В заключение
  • Примечания
  • Сходка русофобов

    Изготовлена очередная подпорка под ветшающую на глазах россиянскую “многонационалию”. Намедни президент-чекист учредил при своей плюгавой особе “совет по межнациональным отношениям”. Предполагается, что это будет такой очень полезный для “межнационального мира” совещательный и консультативный орган, призванный обеспечить взаимодействие органов власти всех уровней в процессе преодоления отдельных недостатков дальнейшего существования инородцев за счет русского народа. Рядом c главарями национально-культурных автономий усадили министров, ряженых “атаманов” и тележурналистов, специализирующихся на этой горячей теме. “Советчиков” наделили традиционным правом запрашивать информацию, заслушивать приглашаемых и давать рекомендации, которые, строго говоря, никто не обязан исполнять.

    До переворота 1917 года инородцами занимался целый департамент в мощном и уважаемом Министерстве внутренних дел. В Российской Империи инородцев проживало 15%-17%, примерно столько же, сколько их ныне в РФ. Что касается “черты оседлости”, введённой “Уставом духовных дел инославных вероисповеданий”, подписанным Николаем I и определявшим постоянные места расселения инородцев, - она относилась абсолютно ко всем нерусским, а не только к евреям. Инородцы, служившие в армии, за верность “белому царю” могли получить личное и даже потомственное дворянство. Бурятские мурзы были не только образцовыми последователями Будды, но и считались самыми идеальными начальниками тюрем, а звериные инстинкты ингушей и чеченов весьма эффективно канализировались посредством службы в личном конвое Его Императорского Величества. В любом случае место инородцев в Империи было четко определено и грамотная национальная политика была одним из приоритетов Российского государства.

    С приходом к власти большевиков некогда русское государство превратилось в антирусское и остается таковым по сей день. Однако, даже в ельцинской РФ худо-бедно действовало Министерство по делам национальностей. При Путине же россияне в одночасье превратились в “новую небывалую общность”, не требующей никакого регулирования свыше. В январе, когда страна ещё только радостно предвкушала возвращение в Кремль “старшего царя”, были созданы межрегиональная рабочая группа по межнациональным отношениям под руководством тогдашнего главы Минрегиона Басаргина и межотраслевая комиссия во главе с Козаком, ныне курирующим в правительстве национальную политику. Козак тогда настаивал, что этих органов вполне достаточно для решения национальных проблем, поскольку они, якобы, являются следствием экономического неравенства регионов.

    Сейчас в Минрегионе в дополнение к совету предлагают создать должность уполномоченного по межнациональным отношениям. Может ли из этих “органов” появиться на свет хоть что-то путное? Судя хотя бы по печальной судьбе “президентского” Совета по правам человека, вряд ли. Министерство регионального развития в прошлом году вышло с инициативой уточнить термины и называть межэтническими отношения между народами одной страны и оставить термин межнациональные для взаимоотношений с народами других стран. Логика здесь прослеживается. Страна, в которой на законных оснований существует не просто несколько, а много наций, неустойчива, ведь основной чертой нации является её стремление к самоопределению, вплоть до отделения. Но вопрос под высочайшим окликом был снят и признан вредным, что вполне объяснимо. Ведь так можно дойти до отрицания самой сути россиянского государства, его “многонациональности”, означающей на деле отрицание самого существования русского народа при одновременном утверждении прав инородцев за счет этого народа питаться. РНЕ

    фото

    Интимная русофобия

    Идеи де Кюстина, автора скандального опуса “Россия в 1839 году”, и по сей день составляют основу воззрений представителей западной цивилизации на Россию и русских. Одни западные эксперты полностью отказывают России в праве считаться европейской страной. Другие, как, например, почетный профессор Кельнского университета Зимон, допускают лишь, что Россия - это “культура на окраине Европы”.

    Француз маркиз Астольф де Кюстин (1790-1857), утверждавший, что Россия представляет постоянную угрозу европейской цивилизации, превратился в мировой символ отрицательного восприятия нашей страны. По его сочинению можно проследить генеалогию современной западной русофобии. Его опус вызвал появление целого ряда гротескных и карикатурных стереотипов, которым была суждена долгая жизнь и после эпохи, в которой жил их автор. Так, в позапрошлом веке, среди образованных европейцев родилась новая идея-страсть - русофобия, опирающаяся не столько на исторический, сколько на психо-идеологический фундамент. В этой идее-страсти смешались чувство ущербного отрицания России на уровне идеологии и беспочвенные размышления об эсхатологической направленности европейской истории.

    Опубликованная в 1843 году книга путевых заметок Кюстина сразу же была переведена на английский и немецкий языки. Ее успех объяснялся тем, что в ней содержались все негативные стереотипы в отношении России, присущие европейскому сознанию, начиная еще с “Записок о Московии”, опубликованных в 1549 г. Сигизмундом фон Герберштейном. Именно из этого “первоисточника” Кюстин извлек свой фундаментальный тезис о “бесконечной брутальности деспотического и варварского правления” в России - враге Европы.

    Примечательно, что в близком окружении Кюстина было немало участников польского восстания, к которым относился и его интимный друг поляк Игнатий Гуровский. Видимо поэтому в его сочинении столь отчетливо просматривается “геополитика катастрофы”, выстроенная вокруг “русской угрозы” и польской темы. Маркиз всерьез опасался, что Европе может быть уготована та же участь, которая постигла Польшу после подавления восстания 1830 года, если не удастся создать пан-европейский союз с опорой на франко-германскую ось. Явным намерением Кюстина было снабдить Европу оружием “пропагандистской войны” против России и потому он изобразил непреодолимую черту между двумя абсолютно разными, как политически, так и культурно мирами, между которыми невозможны никакие отношения. Между тем, консервативный филолог и журналист Н. Греч писал, что русофобия французского маркиза имела весьма пикантную личностную подоплеку: Николай I был слишком не милосерден в отношении участника Варшавского восстания 1830 года Игнатия Гуровского - протеже и любовника де Кюстина.

    Как утверждал Кюстин, Россия останется постоянной угрозой для Европы. Последней, невзирая на противоречия между протестантизмом и католичеством, надлежит объединиться, только тогда она сможет противостоять завоевателям-славянам. Кюстин призывал к объединению “французской и немецкой политики”, интересы которых совпадают не только между собой, но и с интересами “стран-сателлитов этих двух наций”, находящихся в сердце Европы, где и решаются судьбы “прогрессивной цивилизации”. “Северная автократия” представлялась Кюстину устрашающей смесью “византийской мелочности и жестокости Орды”. Отсюда его отрицание православия как политической и национальной религии, не признающей католический универсализм. Все это, утверждал Кюстин, исключает Россию из Европы.

    “Россия в 1839 году” вызвала острую полемику, в которой приняли участие как некоторые представители русской аристократии, начавшие “патриотическую кампанию” против заезжего русофоба, так и знаменитые деятели русской культуры. Примечательно, что русские интеллектуалы того времени свободно говорили и писали на французском языке, на котором они без труда читали Кюстина. Высказываясь о роли России, Тютчев написал три обширных политических очерка. Западным претензиям на существование “одной единственной Европы”, он противопоставил идею европейского культурного дуализма: восточная Европа является “законной сестрой” западной, но со своей органичной и оригинальной жизнью. Чтобы понять этот дуализм, необходимо сочетать национальное чувство и политический интеллект - именно такого интеллекта и не хватило “блистательному пиротехнику” де Кюстину, выставившему Россию “страшилищем XIX века”.

    Согласно Достоевскому, цивилизация вовсе не была введена в Россию извне, как утверждал Кюстин, но вызрела как естественный плод и прошла свой цикл: русские ее ассимилировали и восприняли лишь то, что было им необходимо. С того момента, как цикл закончился, а в самой Европе “цивилизация” оказалась в кризисе, русские свободно обратились к своей “почве”.

    В наше время, когда территория и население исторической России находится под неявным колониальным управлением, боязнь России и русских занимает отнюдь не первое место в ряду других западных “фобий”. Ее потеснили страх исламизма и, в какой-то мере, постепенно превращающаяся в страх европейская зависть к быстро растущей экономической мощи Китая. В то же время тема русофобии по-прежнему сохраняет остроту и имеет все шансы стать более насущной. Ведь Россия - это страна белых образованных европейцев, являющаяся при этом пограничной территорией Европы и особым, конкурентным по отношению к Европе, самодостаточным миром. РНЕ

    Революционная Ненависть богоборческой русофобии

    Недавно один продвинутый демократ и большой специалист по «глицериновым слезам» сделал очень симптоматическое признание: «Ход мысли большинства людей то и дело представляется мне настолько несуразным, что пора уже предполагать собственную несуразность»1.

    Обычно такие мысли не приходят в головы наполненные «свободолюбивыми» идеями, да, по правде сказать, и у Панюшкина, автора приведенной цитаты, они остались без каких-либо положительных последствий. Демократии и ее представителям в России свойственна глубинная неадекватность реалиям страны. К этому мы уже привыкли. Привыкли и к тому, что «собственную несуразность» не замечали ни Керенский, ни Ленин, ни Милюков, — совершенно точно так же, как в наше время ее не видели ни Горбачев, ни Ельцин, ни Гайдар. «Собственная несуразность» по-настоящему несуразными людьми никак не улавливается. Это очень натурально, ведь не замечают же шизофреники аномальности хода своей мысли, или, скажем, люди подверженные мании преследования, — фантомности своей мании…

    У нас любят порассуждать о том, что в России две беды — дураки и дороги. Сентенция сия констатирует чуть ли не наибольшие проблемы страны. Не отвергая наличия определенного количества дураков (особенно много их выращено было в советские и либеральные годы) и плохого состояния дорог, более серьезной проблемой современной России является другой разрушительный дуэт. Дуэт этот состоит из богоборчества и русофобии. Дуэт несуразнейший, но всецело поглощенный своей манией уничтожения Православия и России как ведущей представительницы Православной цивилизации.

    Еще со времен «освободительного движения» XIX–XX столетий — предтечи установившейся затем советской власти — к Православию и русским сложилось двойственное отношение.

    Публично клеймя

    Публично клеймя «царистами», «империалистами» и содержателями «темного царства», русских одновременно привыкли воспринимать, как сборище бесхребетного и оморфного населения, которое в силу своего «жуткого», «рабского» и «кровавого» прошлого не имеет права ни на свое мнение, ни на свое восприятие действительности, ни на отстраивание своей собственной национальной жизни. За нас все знали, все решали, все написали. Нам же оставалось только «соборно» с той или иной демократической партией или группой похаивать свою историю и заниматься самоуничижением, дабы не быть расстреляну, посажену или ограблену.

    Как в любом обществе большинство составляют люди нормальные, более или менее совестливые и законопослушные, так меньшинство всегда остается недовольным и ведет подрывную работу во имя очередного «светлого будущего».

    Православие в России всегда воспринималось этим агрессивным меньшинством как вражеская идеология, а сама Россия и русские — как самые отвратительные ее приверженцы.

    Либеральная демократия, как прямая наследница большевицкой ненависти, сменив у власти разложившуюся партию и попутно разрушив Большую Россию, на оставшихся землях Российской Федерации решила продолжить старую, но не добрую коммунистическую традицию богоборчества и русофобии.

    И сегодня, даже после некоторого ослабления претензий радикального либерализма на господство в сфере российской идеологии, очень многие «свободолюбивые» левые и псевдо «правые» сохранили свои силы и свои структуры. Богоборчество не перестало огрызаться на наши святыни, а русофобия — потрясать своей ненавистью.

    Пока богоборчество не будет осажено, а русофобия не будет запрещена и наказуема, все наши благие рассуждения об эффективной государственности останутся бессмысленны.

    Ситауция же пока сложилась прямо по меньшиковской фразе времен первой русской революции 1905 года: «паралитики от власти, вяло борются с эпилептиками от революции». Пора освобождаться от «паралитики» ничего не делания и начинать выводить «эпилептиков» из состояния революционного припадка. Эпоху революции в России можно преодолеть только через изживание основных «освободительных» пороков — богоборчества и русофобии. Дух «коммисаров в пыльных шлемах», этих не отпетых покойников революции, должен быть окончательно выветрен из нашей страны. Он должен быть вне закона, как нацизм в Германии, поскольку носит человеконенавистнический характер и обагрен кровью миллионов невинных людей.

    Не нужно чрезмерно обольщаться современным общественным спокойствием, — оно весьма обманчиво. Явственно видно формирование большинства и меньшинства в нашем обществе. Большинство населения возвращается к христианским ценностям и традиционному «патриотическому» взгляду на свое Отечествою. У меньшинства процесс вызывает психологическое озлобление и политическую радикализацию с отстраиванием своих не традиционных религиозных (иноверие и сектанство), политических (левые и псевдо «правые») и сексуальных (всевозможные извращенцы и половые психопаты) ориентиров.

    С моей точки зрения, подобная радикализация нетрадиционного спектра сил подогревается определенными «реваншистскими» ожиданиями, связанными с 2008 годом. Нетерпимость и недовольство связано, прежде всего, с ограничениями (зачастую чисто формальными) «свободных» проявлений этого меньшинства. Им трудно смириться, что после «праздника свободы» и «торжества демократии» 1990-х годов, власть предлагает им быть скромнее в отправлении своих противоестественных потребностей.

    Все это рождает ненависть меньшинства к большинству и революционизирует мышление нетрадиционно настроенных меньшинств. Конечно, революционность имеет разные степени и ненависть разный градус, но от этого не изменяется сама картина происходящего.

    Фронтальное столкновение

    Фронтальное столкновение идет по старейшему из вопросов русской действительности — вопросу о самобытности. Есть ли у России самобытная история, может ли и сможет ли она ей следовать и далее?

    В первую очередь, вопрос о самобытности — это вопрос о потенциале Православия и русского народа для Российской Федерации. Является ли Православие истинной верой и духовной базой Российской цивилизации и может ли русский народ и дальше быть государствообразующим этническим и культурным субъектом Российской Федерации.

    Наиболее радикальное неприятие имеет именно этот вопрос, а не «мифические» дураки или весьма конкретные дороги. В одном своем интервью политический журналист Первого канала Владимир Познер так и говорит: «Российские беды вовсе не в дураках и дорогах, а в вещах более серьезных». В этом же интервью Познер раскрывает суть «более серьезных» вещей: «В России проблемы — исторические, — это пагубная роль Русской Православной Церкви. Православие было тормозом развития страны. Сравните хотя бы православные Россию, Грецию и Болгарию по уровню благосостояния и развития демократии с протестантскими странами Скандинавии, с Великобританией или Германией, даже с католическими Францией или Италией. Печально, но Россия отстает от всех прочих христианских неправославных стран Европы. Российские беды вовсе не в дураках и дорогах, а в вещах более серьезных»2.

    Здесь богоборчество прикрыто социально-экономическими мотивами — «беспокойством» о «конкурентоспособности» Православной России в сравнении с не православной Европой.

    Напомню, что Владимир Познер обеспокоен не только «пагубной» ролью Православия в нашей стране, но и благодетельной, по его мнению, ролью свободного распространения наркотиков. Да еще какого свободного: «От марихуаны, как справедливо отмечают многие специалисты, — говорит он в одном из своих интервью, — никакой беды вообще нет. И ее, конечно, нужно легализовать. Но я иду дальше, чем голландское правительство, я считаю, что легализовать нужно все наркотики... путь легализации наркотиков позитивен… Для России это будет хорошо»3.

    И все это он предлагает, позиционируя себя как противника наркотиков.

    Как сам некогда куривший марихуану, он предлагает продавать ее и другие наркотики всем, начиная… «с 18 лет», по дешевым ценам «в аптеках»4.

    Интересно, как марихуана воздействовала на самого Познера. По его признанию, она: «обостряла восприятие музыки... Помню, когда впервые попробовал марихуану и поставил музыку, то услышал ее совершенно по-другому — богаче. Я уловил звуки, которые не слышались мною раньше. Но самое удивительное, что потом, уже без марихуаны, я эту музыку так и продолжал слышать!..»5.

    Пожалуй, это действительно удивительно и очень похоже на пропаганду наркотиков. Кстати, текст этого прорывного интервью тут же был перепечатан на сайте «Лиги легализации конопли»6.

    Быть может, «завязавший» наркоман Познер продолжающий «слышать!», страдает каким-нибудь постмарихуанным синдромом, способствующим необъяснимым приступам ненависти? Последствия употребления наркотиков, говорят, непредсказуемы…

    Есть и другие разновидности богоборчества и русофобии, уже не прикрывающихся социальной риторикой.

    Например, в области культуры доселе непревзойденной является некая корреспондент московского бюро радио «Свобода» Елена Фанайлова.

    Она как поэт и даже лауреат премии Андрея Белого страдает какой-то особого рода демонической истеричностью, — судя по тексту, то ли сексуального, то ли алкогольного плана, — по ее мнению, сдерживающейся только работой на радио «Свобода».

    «Если бы не работа на радио “Свобода”, — я оставалась бы провинциальной п...страдалицей (многоточия мои, в аутентичном тексте они отсутствовали. — М.С.) с демоническими амбициями, очкастой крысой с почасовой оплатой в университете, алкоголичкой-неудачницей»7.

    Тексты, кстати говоря, опубликованы в разделе «Аналитика». Правда, аналитика у Фанайловой располагается ниже пояса. Далее эта очкастая «страдалица» рассуждает в свойственной ей раскрепощенной манере о нашей стране и русских писателях: «Страна Россия переживает чудовищный антропологический и онтологический кризис. Поэзия обязана не только это вяло констатировать, но и найти способ довести до сознания безмозглых современников, что дела обстоят более чем неважно… Это не кризис. Это п...ц... (здесь многоточия тоже мои. — М.С.). Русские литераторы — это сборище уродов»8.

    Право же, лучше бы жила в провинции; может быть, тихо спилась бы или развлекала бы местных страдателей. Хотя кто бы тогда работал на радио «Свобода»?!

    Необычно отреагировали либеральномыслящие на полемику вокруг гей-парада. После неудавшейся тусовки в гей-клубе 1 мая и негативной реакции на попытки организации гей-парада в Москве, ставших, по-видимому, возбуждающим поводом, появились совершенно неадекватные, «отвязанные» тексты более молодых представителей нетрадиционного меньшинства.

    Так, журналист Олег Кашин (1980 года рождения), работавший в журнале «Эксперт», в газетах «Коммерсантъ» и «Известия» и одновременно регулярно публиковавшийся в «Русском журнале», «Большом городе» и «Лимонке», разродился статьей «Спасти православие от православных»9.

    Поводом к написанию стали «первомайские драки в Москве между православной общественностью и гомосексуалистами», которые и вызвали возмущение Кашина поведением православных и их стремлением «распространить свое влияние далеко за пределы своих приходов». Ну не понравилось ему, что граждане православного вероисповедания выразили свое неприятие публичной, афишируемой гомофилии. А может быть, он и лично «пострадал» в тот первомай, — говорят, педики несносно обидчивы. Кто его знает…

    Но как бы там ни было, а разгневанный Кашин в своей статье нарисовал картину жутко знакомого будущего для Православия в России: «(может быть, уже при следующем мэре) позолоченная бетонная копилка нынешнего ХХС (так в гиперсвободолюбивых кругах принято называть Храм Христа Спасителя. — М.С.) будет снесена в рамках очередной большой реконструкции Москвы», рассудив, что «мы обречены на вечное движение по кругу — от разрушаемых храмов и расстреливаемых священников до ненавистного всем толстопузого попа и чиновника со свечкой в храме в пасхальную ночь», и что «если все будет продолжаться именно так, не за горами появление и новых Союзов воинствующих безбожников, и массовый снос храмов…» и для православных, как для «редких и исчезающих животных», организуют «заповедники» — видимо, имелись ввиду концлагеря.

    Вот только представьте себе всю неадекватность: из-за сорванной гей-тусовки — грозить разрушением храмов, расстрелом священников и восстановлением «заповедников». Чем не иродиадова ненависть? Не даете насладится своим чувственным развратом — в ответ смерть и разрушение…

    Попутно наш «свободолюбец» воспел славное и «тихое» атеистическое житье при советской власти, при котором: «Если не зацикливаться на малоприятном периоде антицерковных гонений первых лет Советской власти (а также времен позднего Хрущева), можно констатировать, что атеизм Советского государства в полной мере устраивал все общество».

    Нашел же слова, что бы передать свое ощущение — «зацикливаться» и «малоприятно»! Сам-то, видимо, не замечает, как «зациклился» на свободе для пидоров?!

    Здесь бессмысленно обращаться с какими бы то ни было рассуждениями к атеистическому молокососу (единственному журналисту в Москве «с высшим морским образованием», как он рекомендуется) о массовых гонениях, о миллионах человеческих жертв, бесполезно предлагать для ознакомления толстые ежемесячные тома с житиями Новомучеников Российских (игумена Дамаскина (Орловского). Совесть здесь либо выжжена дотла, либо стала такой ручной, что уже совершенно не беспокоит Кашина.

    Не менее агрессивно-реваншистской была реакция на православную «гомофобию» и у Максима Кононенко (псевдоним Mr. Parker, работает в программе Глеба Павловского на НТВ), отметившегося писательским припадком в виде статьи «Зомби патриарха»10.

    Посетовав на то, что недалекое общество борется с псевдоугрозами типа «оранжевой», с Каспаровым и Березовским, которые ему «кажутся одинокими блуждающими муравьишками», Кононенко указывает на угрозу, по его мнению, настоящую, — «постинтеллектуализм». «Постинтеллектуализмом» Кононенко называет «добровольный отказ от мыслительной деятельности в пользу набора догматических правил», то есть имеет ввиду дурно понятое церковное мировоззрение. Оно является страшно заразной болезнью и вместо «дискуссии» (видимо, о гомосексуальных ценностях или о ценности гомосексуальности?!) кричит, «“Содомиты — это грех”. “Мы— моральное большинство”. “Россия — это православие”. “Православие— это Россия”».

    Кононенко «противно жить в стране», в которой «бородатые мужчины» «бормочут» о том, что «Содомиты угрожают будущему России», что «завтра на улицы выйдут зоофилы!», что «Это культ смерти!». Ему невыносимо противно, он ждет «религиозной революции, по сравнению с которой исламская революция в Иране покажется детским утренником». Он требует, чтобы Патриарх одернул «свою тупеющую паству». Кононенко заявляет, что его статья — не просто статья, а «программное заявление».

    «Пока патриарх Русской православной церкви, — продолжает свой ультиматум Кононенко, — не выскажет своего четкого мнения по поводу происходящего в стране зловонного гниения, я буду закрывать эту Церковь. Буду закрывать ее до тех пор, пока она не закроется (выделено мною. — М.С.), или пока мои вчерашние собеседники по многим вопросам вдруг не очнутся от своей летаргии, не вылечатся от своего ортодоксального гриппа. Или пока меня не убьют бейсбольными битами».

    Закрывать Церковь пытались многие, имя им легион, и главный «легат» этого сонмища тоже хорошо известен. Кем же себя мнит Кононенко? Самим антихристом или же рядовым богоборцем?..

    «Несуразность»

    Еще раз хочу обратить внимание на «несуразность», — в сие тяжелое состояние духа Кононенко попал из-за свободы гомосеков, в связи с гей-тусовкой и обсуждением пидор-парада.

    Кононенко находится в искреннем ужасе, он чувствует, что «остался один (выделено мною. — М.С.) среди ста сорока пяти миллионов зомби». Только представьте себе ситуацию: 140 000 000 зомби и сохранивший «человеческий образ» Кононенко! Есть от чего не по-детски испугаться…

    Думаю, что такое сильное переживание фантомных ужасов очень распространено в рассматриваемом нами меньшинстве. Это сугубо «демократическое» расстройство, рождающее устойчивые страхи, которые непременно надо во что бы то ни стало уничтожить. А уж там живые люди погибнут или только «зомби»— разве это тема для разговора у защитников демократии и свобод…

    Особенно удивителен тут пассаж о «бейсбольных битах». Мне кажется, это начавшееся банальное проявление мании преследования. Для этих не обоснованных страхов в данном случае уже необходима психотерапия, поскольку целью психотерапии и является устранение болезненных симптомов, изменение отношения к себе, своему состоянию и окружающей среде. Изменение отношения к окружающей среде крайне необходимо при столь запущенных симптомах «деморасстройства».

    В выше приведенных случаях еще возможно применять способы так называемой «поведенческой психотерапии», то есть комплекса психотерапевтических приемов, направленных на разрыв патологических условнорефлекторных связей и выработку желательных форм поведения. Она, кстати, как говорят знакомые врачи, успешно используется при лечении всевозможных страхов, в том числе и страхов, связанных с социальными потрясениями или преследованиями. Пациент под руководством врача путем тренировки учится преодолевать страх, возникающий в психотравмирующей ситуации. Правда, судя по всему, и у Познера, и у Фанайловой, и у Кашина, и у Кононенко психотравмирующая ситуация слишком затянулась и перешла в перманентную стадию. Может, тогда стоит сменить обстановку и место жительства?..

    Подобные психические расстройства весьма распространены среди демократической пишущей братии. У Валерия Панюшкина, например, это идет из детства.

    «Однажды, когда я был маленьким,— пишет лауреат премии “Золотое перо России”, — мы вошли с мамой в метро в час пик, я увидел огромную толпу плохо одетых и дурно пахнувших людей (далее выделено мною. — М.С.) и сказал:

    — Мама, я не пойду в метро. Там очень много людей, а я их не люблю.

    — Ты представь себе, — сказала мама, — что все они бывшие дети и будущие покойники. И тебе станет легче их любить.

    Собственно говоря, эта мамина фраза до сих пор примиряет меня с необходимостью жить среди плохо одетых и дурно пахнущих людей»11.

    Судя по тому, что пишет Панюшкин, он редкий мизантроп и примириться с людьми может только как с будущими покойниками (про детей, видимо, вставлено для красоты слога и отработки своего имиджа — радетеля о детях), причем желательно с покойниками в самом недалеком будущем.

    Посудите сами, вот что он пишет: «России пора вразнос. Всем на свете стало бы легче, если бы русская нация прекратилась. Самим русским стало бы легче, если бы завтра не надо было больше складывать собою национальное государство… я всерьез думаю, что логика, которой руководствуется сейчас мой народ, сродни логике бешеной собаки. Бешеная собака смертельно больна. Ей осталось жить три, максимум семь дней. Но она об этом не догадывается. Она бежит, сама не зная куда, характерной рваной побежкой, исходит ядовитой слюной и набрасывается на всякого встречного. При этом собака очень мучается, и мучения ее окончатся, когда ее пристрелят»12.

    Интересно, что симптомы психического расстройства у разных людей практически одинаковы. Панюшкину, живущему в Москве с детства, мерещатся огромные толпы «плохо одетых и дурно пахнувших людей». Очень похожие «видения» посещают и Сергея Линькова, бывшего охранника Г.Старовойтовой, и одного из питерских либеральных партийных функционеров.

    В своем «Живом Журнале» он пишет: «В последнее время наша страна напоминает именно грязного и запаршивленного обитателя подземки, от которого шарахаются все цивилизованные государства. От ближайших соседей до заокеанских. И только российские правительственные блохи и гниды со вшами чувствуют себя с бомжиком единым здоровым благоухающим организмом, питаясь разлагающимся телом убогой личности. Они радуются каждой встрече с подобными же паразитоносителями и любой случке с себе подобными существами»13.

    И в одном, и в другом тексте находим образ грязи, «подземки», чего-то отвратительного. И там и там, рассуждение о Танатосе. «Смертельно больна» — у Панюшкина, «питаясь разлагающимся телом» — у Линькова. «Метро», «подземка» видимо появляется, как образ чего-то темного и недостойного для настоящей личности, принадлежащей к меньшинству.

    Ненависть у нашего меньшинства

    Ненависть у нашего меньшинства всегда последовательна и всегда деятельна. Ненависть меньшинства всегда убеждена в своей правоте, уверена, что она не ошибается в своих познавательных способностя. Да и как можно сомневаться, когда убежден, как Владимир Малявин, что «умом Россию понять нельзя. Но можно, видимо, задом!»14

    Вот этим своим познавательным и весьма чувственным органом, они и судят о мире, о Православии, о России. Враг для них определенен, конкретен и он не может быть оправдан, а потому достоин смерти, хотя бы потому что существует. Ненавистный враг должен умереть, потому что не нравится; он противен, вызывает омерзение, желание растоптать эту вселенскую мерзость, этих ничтожных сволочей…

    Илья Кормильцев, ранее писавший тексты для группы «Наутилус Помпилиус», а теперь возглавляющий редакцию «Ультракультура», будучи убежденным «меньшевиком», так, например, поздравил русских с Новым 2006 годом: «Господи, какие же вы все, русские, крутая сволочь — либералы, фашисты, коммунисты, демократы — без разницы! Пороть вас до крови, сжечь вас в печах— и то мало будет, — вы миру не даете просто жить… Вы все — одна большая русская сволочь! Чтобы вам сдохнуть — и никакого вам Нового года. Такие дела»15.

    Да уж, такие дела и такие времена. Ненависть у Кормильцева носит черты какой-то подчеркнутой развязанности и физиологичности. Он как человек ультракультуры — культуры богоборчества, сконцантрирован на образе смерти как его основной цели. Как настоящий русофоб и к тому же неприкрытый мазохист, он легко признается: «Я обожаю русских», и одновременно пишет, что «уже лет 20 надеюсь, что наконец кто-нибудь придет и запретит их. Как класс. Вместе со всей их тысячелетней историей жополизства начальству, кнута и нагайки, пьянства и вырождения, насилия и нечеловеческой злобы... Увы, эти странные создания не вполне понимают, что для всего остального мира они выглядят как ничтожные уродцы... Одного боюсь — этой сволочи хватит ума попытаться запретить человечество»16.

    Еще несколько цитат: «Я не брызжу слюной, я просто задыхаюсь от ненависти к людям, ненависть которых преследует меня всю жизнь… Я не знаю, кто наши читатели, но надеюсь, что среди них будет тот, кто однажды уничтожит этот мир»17.

    «А “русские” имеют для меня особое значение только потому, что у меня с ними — личные счеты. Потому что я сорок с лишним лет прожил здесь и отчаялся… Этот кусок говна надо пустить под нож бульдозера, а нам нужна Другая Россия и другие русские — в идеале же — Другая Земля и другое человечество»18.

    В заключение

    И в заключение: «ну, короче говоря… надо и освобождать физически данную территорию, чтобы она стала пригодна для жизни людей… Все вышеперечисленное многие называют “Россией”. В таком случае я действительно за то, чтобы ее уничтожить. А отъезды возможны лишь тактически — если уничтожать удобнее будет снаружи»19.

    Согласитесь, градус ненависти редкий даже для российской «демократической общественности», «чел» действительно неординарный, — да ведь и в семье уродов не без настоящего вурдалака. Я не понимаю, о каком «русском фашизме» можно говорить после всех этих — «сжечь в печах», «запретить как класс», «ничтожные уродцы», «задыхаюсь от ненависти», «под нож бульдозера», «освобождать физически данную территорию», «уничтожить». Жесточайшие и убежденнейшие человеконенавистнические призывы, как мы видим, исходят от радикальнейшего, наилевейшего культурного революционера...

    Градус ненависти к Церкви у наших «меньшинств» в России сравним только с отношением к армии. Так Леониду Радзиховскому в армии всюду мерещится рабство, садизм, унижения, только пройдя школу которого, якобы, можно жить удобно в России.

    «Рабский труд, — утверждает он, — в некоторых областях экономики в России в XXI веке до сих пор считается более эффективным, чем труд не рабский. Вопрос спорный, какой труд эффективнее, но вот что абсолютно бесспорно, что рабскую психологию это воспитывает крайне эффективно. А рабская психология в нашем обществе — вещь незаменимая. Согласитесь, что если люди не прошли школу рабского труда, рабских унижений, рабского садизма, то им будет не очень удобно жить в нашем обществе. Поэтому в этом смысле, как школа жизни, крепостная армия абсолютно незаменима у нас»20.

    Известнейший рок-певец Борис Гребенщиков, изнывая от непереносимого состояния, что вот, мол, написал «пятьсот песен — и нечего петь», в пацифистском припадке из своей нирваны все же продолжает петь о том, что: «моя Родина, как свинья, жрет своих сыновей» и, что «патриотизм значит просто “убей иноверца”»21.

    Тема Родины (“как свинья”) и «гнусного» патриотизма здесь навеяны глубоким презрением погруженного в буддийское «ничто» эстрадного «поэта»…

    У Валерия Панюшкина, автора «проникновенной» книги «Михаил Ходорковский. Узник тишины» и корреспондента «Коммерсанта», армия и ее модернизация вообще бессмысленна, поскольку ей будто бы и не от кого и нечего защищать. Пришло де благодатное время: войны уже не ведутся и нам никто не угрожает, да и что может угрожать нашей «рухляди».

    «Что именно мы собираемся защищать, — томно вопрошает он, — и от каких именно врагов? Кто на нас собирается нападать? Кому нужна эта рухлядь, которую мы предпочитаем называть национальным богатством? Вы можете представить себе вора или грабителя, который всерьез нацелился бы на дом, набитый беспомощной рухлядью?»22.

    Патриотизм, по Панюшкину, так вообще невозможен. Он пишет: «на самом деле всерьез заставить людей гордиться рухлядью, из которой сложена страна, невозможно»23.

    Надо сказать, что газета «Коммерсант» дала много специфически заточенных на русофобию журналистов. Дмитрий Бутрин — заведующий отделом экономической политики ИД «Коммерсантъ», не последний из этой плеяды «птенцов» гнезда БАБа.

    В своем «Живом Журнале», где он пишет под ником «zt», под милым и толерантным заголовком «Русофобия вслух» находим следующее заявление: «“торговля Холокостом” еврейскими организациями и индустрия празднования дня Победы 9 мая — совершенно одно и то же явление, не имеющее никаких принципиальных отличий. Можно даже сказать с большим упрощением, что Холокост — это флаг еврейского национализма, а День Победы — русского» (2006-01-16).

    Кстати, не слышно было что-то протестов со стороны еврейских организаций, всегда столь чутких к теме «Холокоста». Или своим — можно?!.

    Победа во Второй мировой войне — особо поносимая тема в «свободолюбивых» кругах меньшинства.

    Юрий Колкер в «Новой газете» пишет об этом в таком стиле: «Победа во Второй мировой войне — последнее, что на сегодня осталось от языческого российского мифа. Только она еще питает веру сегодняшних русских в то, что они— лучшие в мире… Вышло, что Бог в России может быть только русским богом. Этот бог — необходим, и тут все средства хороши. На худой конец (за неимением лучшего) — сгодятся война и победа. Именно на худой конец… Победа изуродовала русскую душу, не только карту континента»24.

    Это, пожалуй, уже тысяча первый перепев ставших уже расхожими рассуждений о том, что лучше бы русским проиграть эту войну, либо, на худой конец, «лучше было бы принять победу из рук американцев и британцев, как это случилось с французами. Тогда и победительный, милитаристский российский миф не в такой мере отравлял бы умы и души»25.

    Празднование 60-летия Победы у Колкера почему-то позорит даже «память всечеловеческой России Достоевского и Толстого… Смотришь сейчас на эту советского еще розлива помпу — и невольно думаешь: сегодняшние россияне имеют не больше прав на “Войну и мир” или “Преступление и наказание”, чем сегодняшние греки — на Парфенон, сегодняшние египтяне — на пирамиды. России великой русской литературы XIX века — уже просто нет в природе»26.

    Тут же достается и христианским мыслителям, которые де виноваты, оказывается, ни много ни мало… в ГУЛАГЕ.

    «ГУЛАГа не было бы, — без обиняков заявляет Колкер, — без древней, но получившей у христианских мыслителей вторую жизнь веры, что Россия несет свет миру; без веры в то, что русские спасут и осчастливят человечество»27.

    Но выше приведенных профессионалов ненависти к России переплюнул некий «молодой, но рьяный» Борис Стомахин, выпускающий беспримерную по своей глупости и злобности газету «Радикальная политика», у которой в интернете есть свой сайт.

    Тут уже нет никаких сдержек и экивоков, здесь ломится высокопробная русофобия, мечтающая вожделенно только об одном — о смерти, скорейшей смерти для России. Для Стомахина Россия — это вселенское зло со своим «тоталитарным византийским православием», с которым должен бороться каждый честный демократ.

    Конечно, все это изрядно сдобрено глупейшим и отвязаннейшим богоборческим атеизмом: «Русский народ и русская интеллигенция усиленно, дебильно религиозны»28.

    Потому собственно Россия, по Стомахину, это — «страна подонков и рабов. С виду — по улицам российских городов ходят вроде бы нормальные люди, некоторых по виду и одежде даже от европейцев не отличишь»29.

    Ненавидит, что называется, так ненавидит. Всепоглощающе. Ненавидит как дышит и видит в этом смысл своего существования.

    «Чаша самых ужасных изуверств и злодеяний русского народа, — с упоением “изрекает” он, — в истории переполнилась настолько, что возмездие не только неминуемо, но и должно — по справедливости — оказаться воистину страшным...», потому что «русское имперско-шовинистическое пьяное быдло, которое на 90% и населяет Россию, любит “великую державу”, построенную на чужих землях на костях чужих народов, и ненавидит всякую свободу»30.

    Орудием «справедливого возмездия» призываются быть чеченцы, как поднявшие оружие против ненавистной «Русни».

    Чувство ненависти у Стомахина может удовлетворить, только: «полное уничтожение России, ликвидация этой исторически преступной и неисправимо тоталитарной государственности, зародившейся в мрачном и зловещем Московском княжестве 14 века; полный роспуск колониальной русской империи и принятие всех мер для недопущения впредь возрождения хищного русского империализма и реваншизма, — вот она, главная задача НАСТОЯЩЕЙ оппозиции Путину и его клике убийц. Вот за что мы должны бороться, — за то, чтобы вырвать, наконец, у хищного, злобного и кровожадного русского медведя-людоеда его ядерные клыки и обломать ему когти. За то, чтобы найти наконец и безжалостно сломать ту иголку, в которой заключена смерть этого злобного и полоумного Кощея — русской империи!»31

    Особое возмущение вызывает замирение Чечни: «то, что русская кровавая империя устроила в Чечне, — не может быть сравнимо ни с чем, ни с какими другими преступлениями других империй прошлого и настоящего... Не только руководители государства, — именно само население, сами “мирные жители”, “великий русский народ” на любом форуме в интернете, в любой очереди в магазине или на автобусной остановке активно проклинает тех, кого внушило проклинать телевидение — “террористов”, “чеченских боевиков”, “ваххабитов”, которые “режут головы нашим солдатам”, и т.п. Между тем, законный ответ на это есть только один, который русскому быдлу очень не нравится: “если режут — то правильно делают!”»32

    Здесь «поведенческая психотерапия» уже не подойдет. Здесь, как говорят специалисты, без нейролептиков (галоперидол, аминазин и др.) не обойдешься. Только они способны устранить столь сильные болезненные расстройства восприятия (галлюцинации), мышления (бред), страх, возбуждение, агрессивность. Это основное средство при лечении любых психотических состояний, в том числе шизофрении и реактивных психозов...

    Можно, конечно, отмахнувшись, сказать, что, судя по текстам, Стомахин —сумасшедший. Очень возможно, но то, что у «трезвых» взрослых либералов в голове, похоже, выливается в текстах «пьяного» своей ненавистью Стомахина. Так что, в определенном смысле, он отражает глубинные желания нашего «меньшинства», зараженного революционной Ненавистью с большой буквы к стране, в которой они проживают. При этом у них хватает определенной бессовестности заниматься поисками «русского фашизма», при таких «скелетах» на собственных идейных складах.

    Бывают такие антифашисты, которые должны разделять судьбу, постигшую самих фашистов. И Стомахин такой антифашист. Такой, что и настоящим историческим фашистам мало не покажется.

    «Отношение русских ко всем соседям,— бредит прозой Стомахин, — к народам своих вчерашних колоний — это просто-напросто комплекс неполноценности в концентрированном виде. Шовинизм в России — это не какие-то маргинальные группы неонацистов, скинхедов и прочей нечисти. Нет, шовинизм, переходящий в русский фашизм, — это глубинное, искреннее мировоззрение именно самого русского народа, пресловутого “старшего брата”»33.

    Конечно, «русский фашизм» искать интересней и доходнее, поскольку заказ на отыскание сформулирован серьезными людьми и во все времена хорошо оплачивался. Сам же сыск объявляется занятием «благородным» и способствует быстрой карьере. Но, уважаемые прокуроры и дорогие «правозащитники», неужели эти тексты не способны вызвать простое человеческое желание исполнить свой долг и применить-таки статью 282 Уголовного Кодекса РФ к этой «творческой интеллигенции»?

    Разве процитированные тексты не подпадают под соответствующие формулировки закона? Цитирую: «1. Действия, направленные на возбуждение национальной… или религиозной вражды, унижение национального достоинства… с использованием средств массовой информации… 2. Те же деяния совершенные: а) с применением насилия или с угрозой его применения».

    Если же квалифицирование этих и подобных текстов как уголовно наказуемых не произойдет, то не нужно быть пророком, чтобы предречь либо печальную судьбу нашей Родине, которую ей устроят все эти свободные радикалы, либо же широкие массы народа, перестав надеятся на государственное вмешательство, в рамках закона, разовьют стихийную любовь к некоторым побочным сторонам «бейсбола» и сами констатируют, что никакая терапия в отношении этих людей невозможна. Думаю, что доводить ни до того, ни до другого дело не стоит.

    А некоторым особо оголтелым либерально-демократическим товарищам было бы настоятельно необходимо научиться правилам бесконфликтного общежития. Искренне желал бы им этого. На сегодняшний же день можно лишь констатировать, что они опасно заигрались в нашей стране и что всему когда-нибудь приходит свой предел...

    Примечания

    1 Валерий Панюшкин. Три правила //Газета.Ru. 19 января 2006 года.

    2 В.В. Познер. Интервью еженедельнику «Калужский перекресток», 2003 год. Размещено на интернет-сайте «Русское небо» 24 июня 2003 года.

    3 Владимир Познер — завязавший наркоман //«Новая газета», март 2004 года. Интервью брал Александр Никонов.

    4 Там же.

    5 Там же.

    6 См.: http://www.legaliz.info/Article/Pozner.htm. 29.03.2004.

    7 Елена Фанайлова: Это не кризис, это п...ц. Вопросы задавали Александр Гольдштейн и Михаил Юдсон. //Сайт «Полит.ru». Совместный проект «Полит.ru» и Фонда «Прагматика культуры», 29 апреля 2006 г., суббота. http://www.polit.ru/culture/2005/12/02/fanailova.html.

    8 Там же.

    9 Олег Кашин: Спасти православие от православных //Взгляд. Деловая газета. http://www.vz.ru/columns/2006/5/3/32242.html. 03.05.2006.

    10 См.: текст статьи от 19 мая 2006 года в интернет-издании «Русский журнал».

    11 Валерий Панюшкин. Отказ //Газета «Газета» от 14 апреля 2006 года.

    12 Валерий Панюшкин. Логика бешеной собаки // Журнал «Ъ» «Gentelmen’s Quaterly», февраль 2005 года. Об этой скотской статье я уже писал ранее в своей статье «Проблемы эффективного государства в России» //Имперское возрождение. №2 за 2005 год.

    13 Сергей Линьков. Большая Хамасленица //http://recepter.livejournal. com/267357.html

    14 Владимир Малявин. По русскому Северу //Интернет-издание «Русский журнал», 28.09.2005.

    15 karmakom (Илья Кормильцев) http://v-i.livejournal.com/97726.html?thread=565694# t565694.

    16 karmakom (Илья Кормильцев) http://v-i.livejournal.com 2004-10-19 12:36.

    17 karmakom (Илья Кормильцев) http://v-i.livejournal.com 2004-10-21 01:09.

    18 karmakom (Илья Кормильцев) http://v-i.livejournal.com 2004-10-23 01:01

    19 karmakom (Илья Кормильцев) http://v-i.livejournal.com 2004-10-24 12:22.

    20 Леонид Радзиховский в прямом эфире «Эхо Москвы», 30 марта 2006 года (19.08–19.45).

    21 Альбом «Сестра Хаос», композиция «500».

    22 Валерий Панюшкин. Оборонять рухлядь //Газета.Ru. 8 декабря 2005 года.

    23 Там же.

    24 Юрий Колкер. Тризна по России. (Лондон, 10 мая 2005) //Газета «Новая газета» № 33 от 12–15 мая 2005 года. Цит. по: http://www.novayagazeta.spb.ru/?y=2005&n=33&id=8.

    25 Там же.

    26 Там же.

    27 Там же.

    28 Борис Стомахин. Убить Империю! // Газета «Радикальная политика» №8 (54), ноябрь 2005 года.

    29 Борис Стомахин. Может ли Чечня победить Россию // Газета «Радикальная политика» №10 (56), январь 2006.

    30 Там же.

    31 Борис Стомахин. Убить Империю! //Газета «Радикальная политика» №8 (54), ноябрь 2005 года.

    32 Борис Стомахин. О русском рабстве //Газета «Радикальная политика» №9 (55), декабрь 2005 года.

    33 Борис Стомахин. Может ли Чечня победить Россию //Газета «Радикальная политика» №10 (56), январь 2006.

    М.Смолин

    фото

    Источник — http://fondiv.ru/

    Просмотров: 886 | Добавил: providenie | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Календарь

    Фонд Возрождение Тобольска

    Календарь Святая Русь

    Архив записей

    Тобольскъ

    Наш опрос
    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 145

    Наш баннер

    Друзья сайта - ссылки
                 


    Все права защищены. Перепечатка информации разрешается и приветствуется при указании активной ссылки на источник providenie.narod.ru
    Сайт Провидѣніе © Основан в 2009 году