Поиск

Навигация
  •     Архив сайта
  •     Мастерская "Провидѣніе"
  •     Добавить новость
  •     Подписка на новости
  •     Регистрация
  •     Кто нас сегодня посетил

Колонка новостей

Чат

Ваше время


Православие.Ru

Видео - Медиа

    Посм., ещё видео


Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Помощь нашему сайту!
рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001400500447
( Провидѣніе )

Не оскудеет рука дающего


Главная » 2017 » Март » 3 » • Иудейское иконопочитания с т. зр. терминологии •
13:28
• Иудейское иконопочитания с т. зр. терминологии •
 

providenie.narod.ru

 
фото
  • Облик (təmuna)
  • Очертание (taḇnit)
  • Изображение (pesel)
  • Кузнечная работа (masseḵa)
  • Изваяния (‘aṣabbim)
  • Кумир (semel)
  • Резное изображение (maśkit)
  • Образ (ṣelem)
  • Подобие (dəmut)
  • Идолы (gillulim) и божки (’elilim)
  • Богиня-мать, миндаль и семисвечник
  • Иудейская Богиня-мать в изобразительном искусстве
  • Ссылки по теме
  • Облик (təmuna)

    В Еврейской Библии это слово встречается 9 раз. Оно произведено от слова min со значением «вид, разновидность», «род, порода», т.е. отличительный внешний признак, ср.: «И сказал бог: да произведёт земля душу живую по роду её (minah), скотов, и гадов, и зверей земных по роду их (minah)» (Быт. 1, 24).

    ЕБ использует слово təmuna в поэтическом параллелизме со словом panim «лицо»: «А я в правде буду взирать на лицо твоё (paneḵa) (т.е. Яхве); буду насыщаться при пробуждении обликом твоим (təmunateḵa)» (Пс. 16, 15).

    Подобный параллелизм восходит к ханаанейской древности: в угаритской поэме о борьбе Ваала с богом моря Йамму говорится, что под ударами Ваала «склонился Йамму, пал на землю, подёрнулось лицо его (pnth) и поник облик его (tmnh)» (KTU, 1.2.IV.25-26).

    Угаритский язык является также помимо еврейского единственным из семитских языков, в котором присутствует слово mn, родственное еврейскому min. Указанный поэтический параллелизм слова təmuna со словом panim «лицо» свидетельствует об их по меньшей мере частичной синонимичности и позволяет переводить təmuna как «облик».

    Слово təmuna в ЕБ всегда относится к области священного. Оно означает не произведение искусства, а подлинный собственный облик божества. Помимо уже процитированного 16-го Псалма, это видно по следующему отрывку из Книги Чисел: «И сошёл Яхве в облачном столпе, и стал у входа шатра... И сказал: слушайте слова мои: если бывает у вас пророк Яхве, то я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом моим Моисеем – он верен во всём дому моём: устами к устам (pe ’el-pe) говорю я с ним, и явно, а не в гаданиях, и облик (təmuna) Яхве он видит» (Числ. 12, 5-8).

    В Книге Иова Елифаз в своём ночном видении созерцает облик не называемого по имени божества: «Дух (ruaḥ) прошёл передо мною... Он встал, но я не распознал вида его (mar’ehu), облик (təmuna) [был] перед глазами моими» (Иов. 4, 15-16).

    Ещё 6 раз ЕБ употребляет слово təmuna в связи с запретом на священные изображения. Девтерономический запрет изображать Яхве обосновывается не тем, что у него нет облика, а тем, что евреи не видели этот облик во время откровения на Хориве: «И говорил Яхве к вам из среды огня; голос слов его вы слышали, но облика (təmuna) не видели, а только голос» (Втор. 4, 12); «Твёрдо держите в душах ваших, что вы не видели никакого облика (təmuna) в тот день, когда говорил к вам Яхве на Хориве из среды огня, дабы вы не развратились и не сделали себе изображение какого-либо облика (pesel təmunat kol)» (Втор. 4, 15-16); «Берегитесь, чтобы не… сделать себе изображения какого-либо облика (pesel təmunat kol)» (Втор. 4, 23); «Если же…, долго жив на земле, вы развратитесь и сделаете изображение какого-либо облика (pesel təmunat kol)…» (Втор. 4, 25); «Не делай себе изображения какого-либо облика (pesel kol-təmuna) того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в водах ниже земли» (Втор. 5, 8).

    Устойчивое выражение pesel təmuna («изображение облика»), неоднократно употребляемое в Книге Второзакония, безусловно, является первичным и правильно понимает смысл слова təmuna. В Книге Исход между двумя его частями оказывается союз «и»: «Не делай себе изображения и какого-либо облика (pesel wəḵol-təmuna) того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли» (Исх. 20, 4).

    Подобное словоупотребление, превращающее слово təmuna в синоним слова pesel, является следствием ошибки или утраты понимания его смысла.

    Очертание (taḇnit)

    Это слово, встречающееся в Еврейской Библии 20 раз, произведено от глагольного корня bnh «строить, создавать». Оно может означать как прообраз того, что должно быть создано, так и отражение этого прообраза в создании.

    Первый смысл наиболее ясен в жреческом рассказе о том, как Яхве на Синае показывает Моисею небесный прообраз своего земного святилища: «Всё, как я показываю тебе, очертание (taḇnit) скинии и очертание (taḇnit) всех сосудов её; так и сделайте…

    Смотри, сделай по их очертанию (taḇnit), какое показано тебе на горе» (Исх. 25, 9, 40). Данный рассказ отражает традиционную ближневосточную мифологему, известную, например, по рассказу о строительстве шумерским правителем Гудеа храма для бога Нингирсу согласно показанному ему самим богом образцу.

    Слово taḇnit может означать и вполне земной прообраз, в каковом случае его следует понимать как материальную модель, план или чертёж. Иудейский царь Ахаз присылает из Дамаска в Иерусалим подобный образец понравившегося ему жертвенника: «И пошёл царь Ахаз навстречу Феглаффелласару, царю Ассирийскому, в Дамаск, и увидел жертвенник, который в Дамаске, и послал царь Ахаз к Урии жрецу подобие (dəmut) жертвенника и очертание (taḇnit) его…» (4 Цар. 16, 10).

    Согласно рассказу хрониста, царь Давид передал своему сыну Соломону образцы будущего храма и его принадлежностей: «И отдал Давид Соломону, сыну своему, очертание (taḇnit) притвора и домов его, и кладовых его, и горниц его, и внутренних покоев его, и дома для ковчега, и очертание (taḇnit) всего, что было у него на душе, дворов дома Яхве и всех комнат кругом, сокровищниц дома божия и сокровищниц вещей посвящённых» (1 Пар. 28, 11-12); он также предоставил ему золото для «очертания (taḇnit) колесницы и керувов…, простирающих [крылья] и покрывающих ковчег завета Яхве» (1 Пар. 28, 18) и передал «всё, написанное рукою Яхве, как он вразумил меня на все дела очертания (hattaḇnit)» (1 Пар. 28, 19).

    В смысле рукотворного отражения прообраза слово taḇnit используется в девтерономическом запрете на священные изображения: «Твёрдо держите в душах ваших, что вы не видели никакого облика (təmuna) в тот день, когда говорил к вам Яхве на Хориве из среды огня, дабы вы не развратились и не сделали себе изображение какого-либо облика (pesel təmunat kol), кумира очертания мужчины или женщины (samel taḇnit zaḵar ’o nəqeḇa), очертания (taḇnit) какого-либо скота (bəhema), который на земле, очертания (taḇnit) какой-либо птицы крылатой, которая летает в небесах, очертания (taḇnit) какого-либо гада (romeś) на земле, очертания (taḇnit) какой-либо рыбы, которая в водах ниже земли» (Втор. 4, 15-18).

    В трёх случаях ЕБ употребляет слово taḇnit применительно к конкретным священным образам. Израильтяне осуждаются за то, что «сделали тельца у Хорива и поклонились кузнечной работе (masseḵa); и променяли славу свою на очертание (taḇnit) быка, едящего траву» (Пс. 105, 19-20). Иезекииль в своём видении Иерусалимского храма описывает «всякие очертания (taḇnit) гадов (remeś) и скотов (bəhema), мерзость (šeqeṣ) и всякие идолы (gillulim) дома Израилева, вырезанные (məḥuqqe) по стене кругом» (Иез. 8, 10). Второ-Исайя высмеивает плотника, который, желая создать статую божества, «делает из него (т.е. дерева) очертание (taḇnit) мужа» (Ис. 44, 13).

    Иезекииль, который обычно в смысле «подобие» употребляет слово dəmut, дважды передаёт этот смысл при помощи слова taḇnit: «…Низошла на меня там рука господа Яхве… И он простёр очертание (taḇnit) руки, и взял меня за волосы головы моей…» (Иез. 8, 1-3); «И видно было у керувов очертание (taḇnit) рук человеческих под крыльями их» (Иез. 10, 8). Кроме того, ЕБ дважды употребляет это слово в смысле очертания жертвенника Яхве (Нав. 22, 28) и очертания храма (Пс. 143, 12).

    Изображение (pesel)

    Разговор о собственно священных изображениях разумно начать со слова pesel, которое в данном смысле используется Еврейской Библией чаще всего. Слова с этим корнем встречаются в ЕБ 60 раз, из которых 6 раз в виде глаголов (3 Цар. 5, 32; Исх. 34, 1, 4; Втор. 10, 1, 3; Авв. 2, 18) и 54 раза в виде имён (31 раз в единственном числе и 23 раза во множественном).

    За пределами еврейского библейского языка слова с корнем psl чаще всего встречаются в угаритском, но засвидетельствованы также в египетско-арамейском, пунийском, набатейском и сирийском.

    При помощи глагола pasal ЕБ рассказывает об обтёсывании камней для храма Соломона в 3 Цар. 5, 18 и вытёсывании скрижалей Моисеем в Исх. 34, 1, 4 и Втор. 10, 1, 3, т.е. его первичное значение – «тесать камень».

    Однако производное от него существительное pesel может означать скульптуру как из камня, так и из дерева, о чём яснее всего говорит Второ-Исайя: «Невежды те, которые носят дерево своего изображения (‘eṣ pislam) и молятся богу, который не спасает» (Ис. 45, 20; см. тж. Ис. 44, 15-17).

    Существительное pesel применяется только к священным изображениям, причём подобные изображения могут иметь вид как людей, так и животных: «Не делай себе изображения какого-либо облика (pesel kol-təmuna) того, что на небе вверху и что на земле внизу, и что в водах ниже земли» (Втор. 5, 8); «Дабы вы не развратились и не сделали себе изображение какого-либо облика (pesel təmunat kol), кумира очертания мужчины или женщины (samel taḇnit zaḵar ’o nəqeḇa), очертания (taḇnit) какого-либо скота, который на земле, очертания (taḇnit) какой-либо птицы крылатой, которая летает в небесах, очертания (taḇnit) какого-либо гада на земле, очертания (taḇnit) какой-либо рыбы, которая в водах ниже земли» (Втор. 4, 15-18).

    Из конкретных божеств ЕБ упоминает изображения Ваала и Ашеры: израильтяне «приносили жертвы Ваалам (labbə‘alim) и кадили изображениям (lappəsilim)» (Ос. 11, 2), а иудейский царь Манассия «поставил изображение Ашеры (pesel ha’ašera), которое сделал, в доме [Яхве]» (4 Цар. 21, 7).

    Пророк Михей, говоря об Израильском царстве, упоминает изображения рядом с изваяниями и столпами: «Все изображения её (pəsileha) (т.е. Самарии) будут разбиты и… все изваяния её (‘aṣabbeha) предам разрушению» (Мих. 1, 7); «Истреблю изображения твои (pəsileḵa) и столпы твои (maṣṣeḇoteḵa) из среды твоей» (Мих. 5, 13).

    Книга Левит называет вместе с ними в качестве запрещённых культовых предметов «резные камни»: «Не делайте себе божков (’elilim) и изображения (pesel), и столпа (maṣṣeḇa) не ставьте себе, и резного камня (’eḇen maśkit) не кладите в земле вашей, чтобы поклоняться ему» (Лев. 26, 1).

    Судя по 4 Цар. 21, 7, изображения могли устанавливаться внутри храма. Рассказ Книги Судей об Аоде (Эхуде) свидетельствует, что они могли также стоять под открытым небом. Принеся дары моавитскому царю Еглону, Аод «отослал людей, принесших дары, а сам возвратился от изображений (pəsilim), которые у Галгала» (Суд. 3, 18-19), и убил Еглона, потом «ушёл, прошёл мимо изображений (pəsilim) и спасся в Сеираф» (Суд. 3, 26).

    Галгалом (galgal, букв. «круг») называлось иудейское капище, образованное поставленными отвесно камнями (maṣṣeḇot). ЕБ упоминает несколько мест с таким названием.

    В данном случае имеется в виду капище к востоку от Иерихона, где после перехода евреями Иордана Иисус Навин «поставил двенадцать камней (’aḇanim), которые взяли они из Иордана» (Нав. 4, 20).

    Там же в Галгале евреи совершили обрезание и отпраздновали Песах (Нав. 5, 2-10). В этом же «святом месте» (maqom qodeš) (Нав. 5, 15) Иисусу Навину явился «князь Воинства Яхве» (śar ṣəḇa’ yhwh) (Нав. 5, 13-14). Рассказ Суд. 3 свидетельствует, что, помимо столпов, на иерихонском капище имелись также и статуи богов.

    В целом приведённые свидетельства позволяют определить pesel как статую божества из камня или дерева, устанавливаемую в храме или в святилище под открытым небом.

    Кузнечная работа (masseḵa)

    Применительно к изображениям божеств слово masseḵa используется в Еврейской Библии 25 раз. Оно употребляется как отдельно, так и в сочетании pesel umasseḵa. Глагольный корень nsk, от которого произведено это слово, в еврейском библейском языке может иметь значение «лить, возливать, совершать возлияние», поэтому masseḵa обычно понимают как литое из металла изображение.

    Однако сопоставление с данными родственных семитских языков и более тщательное рассмотрение свидетельств самой ЕБ требуют скорректировать эту точку зрения. Так, одно из значений происходящего от этого корня аккадского слова nasākum – «делать плоским, расплющивать».

    В ряде других семитских языков производные от этого корня глаголы означают работу кузнеца, превращающего металл в листы. На этом основании слово masseḵa может быть понято как подобный труд и его результат – листовой металл, т.е. как кузнечная работа (работа в смысле действия и его производного).

    В пользу такого понимания свидетельствуют и особенности употребления слова masseḵa: в исходном виде оно встречается в ЕБ 20 раз, во множественном числе – 4 раза (Числ. 33, 52; 3 Цар. 14, 9; 2 Пар. 34, 3, 4) и в сопряжённом состоянии – всего 1 раз (Ис. 30, 22).

    В таком случае выражение pesel umasseḵa может означать статую божества, представляющую собой деревянную основу, обложенную металлическими листами. Производство именно такой статуи описывает пророк Иеремия: «Рубят дерево в лесу, обделывают его руками плотника (ḥaraš) при помощи топора, покрывают серебром и золотом… Кованое (məruqqa‘) серебро привезено из Фарсиса, золото – из Уфаза, дело плотника (ḥaraš) и рук ковщика (ṣorep̄); одежда на них – гиацинт и пурпур» (Иер. 10, 3-4, 9).

    Однако в ряде случаев в ЕБ глагол nasaḵ применительно к созданию священных изображений должен иметь значение «лить металл», например, в высказывании Второ-Исайи: «Изображение (pesel) вылил (nasaḵ) кузнец (ḥaraš), а ковщик (ṣorep̄) оковал его (yəraqqə‘ennu) золотом» (Ис. 40, 19).

    Примечательно, что глагол yaṣaq «лить металл» используется ЕБ только в рассказах о создании изделий для скинии и храма, но не изображений богов. При таком понимании слово masseḵa означает труд и плод труда как литейщика, так и ковщика, и может быть правильно переведено опять же выражением «кузнечная работа».

    Наиболее известный в ЕБ случай употребления выражения pesel umasseḵa содержится в рассказе Книги Судей о ефремитянине Михе: «Был человек на горе Ефремовой, именем Миха... Сказала мать его: это серебро я от себя посвятила посвящением Яхве для сына моего, чтобы сделать из него изображение и кузнечную работу (pesel umasseḵa)… Мать его взяла двести [сиклей] серебра и отдала их ковщику (ṣorep̄).

    Он сделал из него изображение и кузнечную работу (pesel umasseḵa), которые и были в доме Михи. И был у Михи дом божий (bet ’elohim). И сделал он ефод и терафимов и посвятил одного из сыновей своих, чтобы он был у него жрецом» (Суд. 17, 1-5). В еврейском оригинале выражение pesel umasseḵa согласуется с глаголом в единственном числе.

    Это свидетельствует, что имеется в виду единственный предмет – по всей видимости, изображение бога в виде деревянной основы, покрытой серебряными листами. Учитывая яхвистское имя Михи (Miḵayəhu – «Кто как Яхве»), этим богом должен был быть Яхве. Позднее Миха берёт в свой храм (bet ’elohim) жрецом левита: «Миха посвятил левита, и этот юноша был у него жрецом (kohen) и был в доме у Михи.

    И сказал Миха: теперь я знаю, что Яхве будет мне благотворить, потому что левит у меня жрецом (kohen)» (Суд. 17, 12-13). Последние слова подтверждают, что Михин «дом божий» был храмом Яхве и изображение в нём было изображением Яхве.

    Колено Даново в поисках земли для поселения отправляется в город Лаис (будущий Дан) и по пути забирает священный образ и жреца Михи: «Пять человек… поднялись, вошли туда, взяли изображение (pesel) и ефод и терафимов и кузнечную работу (masseḵa).

    Жрец же стоял у ворот… Они сказали ему: молчи, положи руку твою на уста твои и иди с нами и будь у нас отцом и жрецом… Жрец обрадовался, и взял ефод, терафимов и изображение (pesel), и пошёл с народом… [Миха] сказал: вы взяли бога (’elohim) моего, которого я сделал, и жреца, и ушли…

    И поставили себе сыны Дановы изображение (pesel). Ионафан же, сын Гирсама, сына Моисея, сам и сыновья его были жрецами в колене Дановом до дня изгнания жителей земли и имели у себя изображение (pesel), сделанное Михою, во всё то время, когда дом божий (bet ha’elohim) был в Силоме» (Суд. 18, 17-31).

    Таким образом, в Дане – одном из главных еврейских святилищ – до самого завоевания Израильского царства ассирийцами в конце VIII в. до н.э. имелось священное изображение Яхве, при котором служили жрецы из потомков Моисея.

    Изваяния (‘aṣabbim)

    Слово ‘aṣabbim встречается в Еврейской Библии 17 раз в виде plurale tantum и предположительно 2 раза в единственном числе в виде ‘oṣeḇ в текстуально сложных отрывках (Ис. 48, 5; Пс. 138, 24).

    Оно образовано от глагольного корня ‘ṣb со значением «образовывать, создавать», которым может, в числе прочего, выражаться творение богом человека: «Твои руки образовали меня (‘iṣṣəḇuni) и создали меня (wayya‘aśuni)…» (Иов. 10, 8).

    Спорящие с пророком Иеремией иудейские женщины говорят при помощи производного от этого корня глагола о делании лепёшек с образом Царицы Небесной (т.е. Ашеры): «И когда мы кадили Царице Небесной и возливали ей возлияния, то разве без мужей наших делали мы ей лепёшки с изображением её (lə-ha‘aṣiḇah) и возливали ей возлияния?» (Иер. 44, 15-19).

    9 раз ЕБ применяет слово ‘aṣabbim к изображениям иноземных божеств (1 Цар. 31, 9; 2 Цар. 5, 21; Ис. 46, 1; Иер. 50, 2; Пс. 105, 36, 38; 113, 12; 134, 15; 1 Пар. 10, 9), в т.ч. к статуям вавилонских богов Мардука (Бела) и его сына Набу: «Вавилон взят, Бел посрамлён, Мардук смятён, изваяния его (‘aṣabbeha) посрамлены, идолы его (gilluleha) смятены» (Иер. 50, 2); «Пал Бел, низвергся Набу; изваяния их (‘aṣabbehem) – на скоте и вьючных животных» (Ис. 46, 1).

    Что касается собственно иудейского культа, чаще всего изваяния упоминаются в связи с Израильским царством. Так, пророк Осия сетует, что «привязался (ḥaḇur) к изваяниям (‘aṣabbim) Ефрем» (Ос. 4, 17), но в будущем он спросит: «Что мне за дело до изваяний (‘aṣabbim)?» (Ос. 14, 9). В ряде мест словом ‘aṣabbim могут называться изображения тельцов: «Из серебра своего и золота своего сделали для себя изваяния (‘aṣabbim)... Оставил тебя телец твой, Самария!» (Ос. 8, 4-5); «И ныне они… сделали для себя кузнечную работу (masseḵa) из серебра своего…, изваяния (‘aṣabbim)..., и говорят…: “целуйте тельцов!”» (Ос. 13, 2).

    Пророк Михей обещает от имени Яхве: «Все изображения её (pəsileha) (т.е. Самарии) будут разбиты и… все изваяния её (‘aṣabbeha) предам разрушению» (Мих. 1, 7).

    По всей видимости, именно священные изображения, называвшиеся самими евреями ‘aṣabbim, ассирийский царь Саргон II называет «богами» (аккад. ilānī) в тексте Нимрудской призмы, повествующем о взятии столицы Израильского царства Самарии в 720 г. до н.э.: «богов их упования я причислил к своей добыче» (DINGIRmeš ti-ik-li-šu2-un šal-la-[ti-iš] am-nu).

    Пророк Исайя использует слово ‘aṣabbim в поэтическом параллелизме со словом peselim, что свидетельствует об их по крайней мере частичной синонимичности: «Так как рука моя овладела царствами идольскими (ha’elil), в которых изображений (peselim) больше, чем в Иерусалиме и Самарии, не сделаю ли того же с Иерусалимом и изваяниями (‘aṣabbim) его, что сделал с Самариею и божками (’elilim) её?» (Ис. 10, 10-11).

    Из приведённых свидетельств можно заключить, что словом ‘aṣabbim могли обозначаться изображения божеств разного размера и из разных материалов (дерево, металл, глина?).

    Кумир (semel)

    Это слово неясной этимологии упоминается в Еврейской Библии 5 раз. За её пределами оно встречается только в финикийских и пунийских надписях, обозначая посвятительные статуи богов или людей.

    Книга Второзакония использует его как примерный синоним слова pesel: «Дабы вы не развратились и не сделали себе изображение какого-либо облика (pesel təmunat kol), кумира очертания мужчины или женщины (samel taḇnit zaḵar ’o nəqeḇa)…» (Втор. 4, 16).

    Относящаяся к римской эпохе надпись на жертвеннике из Библа гласит, что он посвящён «нашему Господу и образу Ваала» (l’dnn wlsml b‘l) (KAI, 12.3), т.е. верховному богу Ваалу и, возможно, его супруге Аштарт. Эта надпись примечательна ввиду того, что во всех четырёх остальных случаях употребления в ЕБ слова semel оно может означать изображение супруги верховного бога Яхве Ашеры.

    Два из них приходятся на рассказ хрониста о том, как иудейский царь Манассия «поставил изображение кумира (pesel hassemel), которое сделал, в доме божием» (2 Пар. 33, 7), а позже, раскаявшись, «низверг чужеземных богов и кумира (hassemel) из дома Яхве, и все жертвенники, которые соорудил на горе дома Яхве и в Иерусалиме, и выбросил за город» (2 Пар. 33, 15).

    Другие два содержатся в рассказе пророка Иезекииля о своём видении: «И он (т.е. Яхве)… принёс меня… в Иерусалим ко входу внутренних врат, обращённых к северу, где поставлен был кумир ревности, возбуждающий ревнование (semel haqqinah hammaqneh)…

    И я поднял глаза мои к северу, и вот, с северной стороны у ворот жертвенника – тот кумир ревности (semel haqqinah) при входе» (Иез. 8, 3, 5).

    Резное изображение (maśkit)

    Слово maśkit, возможно, производное от глагольного корня śkh «смотреть», употребляется в Еврейской Библии 6 раз, в трёх из которых (Пс. 72, 7; Притч. 18, 11; Притч. 25, 11) его точное значение определить затруднительно, а в остальных трёх оно касается священных изображений.

    Значение «рельеф» или «плоская резьба на камне» наиболее очевидно в описании пророком Иезекиилем Иерусалимского храма: «И вошёл я, и вижу, и вот, всякие очертания (taḇnit) гадов (remeś) и скотов (bəhema), мерзость (šeqeṣ) и всякие идолы (gillulim) дома Израилева, вырезанные (məḥuqqe) по стене кругом.

    И семьдесят мужей из старейшин дома Израилева стоят перед ними, и Иезания, сын Сафанов, среди них; и у каждого в руке своё кадило, и густое облако курений возносится кверху. И сказал мне [Яхве]: видишь ли, сын человеческий, что делают старейшины дома Израилева в темноте, каждый в комнатах своих с резными изображениями (ḥadre maśkito)?» (Иез. 8, 10-12).

    Книга Чисел требует от израильтян: «Прогоните от себя всех жителей земли и истребите все резные изображения их (maśkiyyotam), и все их образы кузнечной работы (ṣalme masseḵotam) истребите и все высоты их разорите» (Числ. 33, 52).

    Книга Левит уточняет, что изображения такого рода наносились на камни: «Не делайте себе божков (’elilim) и изображения (pesel), и столпа (maṣṣeḇa) не ставьте себе, и камня с резными изображениями (’eḇen maśkit) не кладите в земле вашей, чтобы поклоняться ему» (Лев. 26, 1).

    Образ (ṣelem)

    Это слово, встречающееся в Еврейской Библии 17 раз, происходит от глагольного корня ṣlm, который отсутствует в еврейском языке, но засвидетельствован в ряде других семитских языков (аккадском, арамейском, угаритском, финикийском и др.) в значении «резать».

    Таким образом, еврейское слово ṣelem является точным соответствием русскому слову «образ», произведённому от глагола «резать». В аккадском языке точно ему соответствующее слово ṣalmum является наиболее распространённым обозначением для образа, статуи и рельефа.

    В еврейском библейском языке набор значений слова ṣelem тоже довольно широк. В рассказе о захвате филистимлянами ковчега Яхве оно означает золотые изображения болезненных наростов и мышей, поразивших филистимлян. Жрецы и прорицатели для избавления советуют последним: «Сделайте образы (ṣalmim) наростов ваших и образы (ṣalmim) мышей ваших, опустошающих землю» (1 Цар. 6, 5).

    Пророк Иезекииль называет этим словом человекообразные скульптурные изображения богов из золота и серебра, которым поклоняется Иудея: «И взяла нарядные твои вещи из моего золота и из моего серебра, которые я дал тебе, и сделала себе мужские образы (ṣalme zaḵar), и блудила с ними. И взяла узорчатые платья твои, и одела их ими, и ставила перед ними елей мой и фимиам мой» (Иез. 16, 17-18).

    Иезекииль также применяет этот термин к рельефным изображениям. Обличая «Оголиву» (т.е. Иерусалим), он заявляет, что она увидела «мужей, вырезанных (məḥuqqe) на стене, вырезанные (ḥaquqim) образы (ṣalmim) Халдеев, … подобие (dəmut) сынов Вавилона, которых родина – земля Халдейская…» (Иез. 23, 14-15).

    Словом ṣalmim назывались священные изображения в Иерусалимском храме Ваала. Согласно рассказу девтерономического историка, когда была убита царица Гофолия, «пошёл весь народ земли в дом Ваалов (bet-habba‘al), и разрушили его, и жертвенники и изображения его (ṣəlamaw) разбили совершенно, и Матфана, жреца Ваалова, убили перед жертвенниками» (4 Цар. 11, 18).

    Книга Чисел упоминает «образы кузнечной работы», которые должны уничтожить израильтяне: «Прогоните от себя всех жителей земли и истребите все резные изображения их (maśkiyyotam), и все их образы кузнечной работы (ṣalme masseḵotam) истребите и все высоты их разорите» (Числ. 33, 52).

    Как мы видим, слово ṣelem в ЕБ имеет очень широкий набор значений – от круглой пластики разного размера из разных материалов до рельефных изображений и кузнечной работы.

    Подобие (dəmut)

    Это слово, встречающееся в Еврейской Библии 25 раз, близко по смыслу к слову taḇnit, что яснее всего видно по рассказу о строительстве иудейским царём Ахазом нового жертвенника в Иерусалиме: «И пошёл царь Ахаз навстречу Феглаффелласару, царю Ассирийскому, в Дамаск, и увидел жертвенник, который в Дамаске, и послал царь Ахаз к Урии жрецу подобие (dəmut) жертвенника и очертание (taḇnit) его…» (4 Цар. 16, 10).

    Чаще всего слово dəmut употребляет пророк Иезекииль, у которого оно имеет смысл «похожий на» или «как».

    В нескольких местах ЕБ слово dəmut используется параллельно слову ṣelem. За пределами ЕБ подобный параллелизм присутствует в арамейской надписи IX в. до н.э. из Тель-Фехерии (северо-восток Сирии), где слова ṣlm и dmwt’ используются как синонимы для обозначения собственной статуи, которую воздвиг царь Гузана Хадад-йити (в аккадском варианте надписи оба слова переданы как ṣalmum).

    Наиболее примечательный случай параллелизма содержится в рассказе ЕБ о сотворении человека: «И сказал бог (’elohim): Сотворим (na‘aśe) человека (’adam) в образ наш (bəṣalmenu), как подобие наше (kidmutenu)» (Быт. 1, 26). Человек является по отношению к богу тем, чем сын Адама Сиф является по отношению к своему отцу: «Адам… родил [сына] в подобие своё (bidmuto), как образ свой (kəṣalmo), и нарёк ему имя: Сиф» (Быт. 5, 3).

    Судя по цитировавшемуся выше рассказу о том, как филистимляне выслали из своей земли ṣalmim в виде мучавших их наростов и мышей, чтобы избавиться от последних, по мнению автора этого рассказа, изображаемое некоторым образом присутствует в ṣelem, т.е. ṣelem несёт в себе его внутреннее содержание. Что касается dəmut, то оно, скорее, предполагает следование внешним очертаниям изображаемого.

    Поскольку, согласно жреческому источнику, «бог (’elohim) сотворил человека в образ свой (bəṣalmo), в образ (bəṣelem) бога (’elohim) сотворил его» (Быт. 1, 27), человек является своего рода живой статуей бога.

    Вероятно, именно этим обосновывается запрет на убийство человека человеком: «Кто прольёт кровь человека, того кровь прольёт человек, ибо в образ бога (bəṣelem ’elohim) создал он (т.е. бог) человека» (Быт. 9, 6).

    В отличие от прочих священных изображений, человек, как и бог, жив. Он представляет бога, господствуя над миром, что и оговаривается особо при его творении: «Сотворим человека в образ наш (bəṣalmenu), как подобие наше (kidmutenu), и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле» (Быт. 1, 26).

    Таким образом, для жреческого автора человек, будучи образом и подобием бога, является его единственным законным священным изображением. Видимо, именно по этой причине в запретах на священные изображения слова ṣelem и dəmut отсутствуют.

    Идолы (gillulim) и божки (’elilim)

    Два эти слова представляют собой поздние неологизмы, придуманные для обозначения «ложных» богов и их изображений. Слово gillulim (всегда во множественном числе) встречается в Еврейской Библии 48 раз, из них 39 в Книге пророка Иезекииля, по 1 разу в Книгах Левит (Лев. 26, 30) и Второзакония (Втор. 29, 17), 1 раз в Книге пророка Иеремии (Иер. 50, 2) и 6 раз в девтерономической истории (3 Цар. 15, 12; 21, 26; 4 Цар. 17, 12; 21, 11, 21; 23, 24).

    Подобное распределение позволяет предположить, что данное слово было изобретено Иезекиилем. По всей видимости, оно произведено от слова galal «навоз» по образцу слова šiqquṣ «мерзость».

    Мы условно переводим его как «идолы». Что касается слова ’elilim, то оно встречается в Еврейской Библии 20 раз (4 раза в единственном и 16 раз во множественном числе), из которых 10 раз у Перво-Исайи. Вероятно, оно является производным от отрицания ’al «нет» и призвано противопоставить ’elilim как «не-богов» ’elim как «богам». Мы условно переводим его как «божки».

    фото

    Святилище позднего бронзового века в Хацоре, включающее столпы (maṣṣeḇot), изображения (peselim) и резной камень (’eḇen maśkit)

    Богиня-мать, миндаль и семисвечник

    Одним из священных деревьев еврейской Богини-матери Ашеры был миндаль. Об этом свидетельствует уже его название в европейских языках, включая русский, которое через греческое ἀμύγδαλον восходит к северо-западно-семитскому ’em gədola «Великая Мать».

    В библейском еврейском языке миндаль обычно называется словом šaqed, которое может быть переведено как «страж». Своим названием миндаль обязан, вероятно, тому факту, что зацветает в Ханаане раньше других деревьев, уже в январе-феврале, являясь своего рода «стражем» наступающей весны.

    Этот буквальный смысл еврейского названия миндаля обыгрывается в Книги пророка Иеремии: «И было слово Яхве ко мне: что видишь ты, Иеремия? Я сказал: вижу жезл (maqqel) миндального дерева (šaqed). Яхве сказал мне: ты верно видишь; ибо я стерегу (šoqed) слово моё, чтобы оно исполнилось» (Иер. 1, 11-12).

    фото

    Цветы и плоды ханаанского миндаля

    Жезл Ааронов, он же «жезл божий» (maṭṭe ha-’elohim), был ветвью миндального дерева, поскольку, расцветя, он принёс миндальные орехи (šəqedim) (Числ. 17, 8).

    Ещё более любопытно то, что, согласно описанию в Жреческом источнике, форму миндального дерева имел семисвечный светильник (менора), который Моисей сделал для скинии Яхве: «И сделал светильник (mənora) из золота чистого, чеканный сделал светильник; стебель его, ветви его, чашечки его, почки его и цветы его выходили из него; шесть ветвей выходило из боков его: три ветви светильника из одного бока его и три ветви светильника из другого бока его; три чашечки были наподобие миндального цветка (šuqqadim), почка и цветы на одной ветви, и три чашечки наподобие миндального цветка (šuqqadim), почка и цветы на другой ветви: так на всех шести ветвях, выходящих из светильника» (Исх. 37, 17-20).

    В списке сокровищ Иерусалимского храма, возвращённых персами, светильники не упоминаются (1 Езд. 1, 9-10). Описание «храма Соломона», которое может отражать память о допленных реалиях, упоминает 10 светильников (mənorot) (3 Цар. 7, 49), но не говорит, что они имели много ветвей.

    В одном из своих видений пророк Захария (кон. VI в. до н.э.) созерцает «светильник (mənora) весь из золота, и чашу (gulla) наверху его, и семь светочей её (neroteha) на ней, и семь трубочек (muṣaqot) у светочей (nerot), которые наверху её» (Зах. 4, 2). О семи «светочах» далее говорится, что они суть «очи Яхве, которые обходят (məšoṭəṭim) всю землю» (Зах. 4, 10): ср. «хождение» (šuṭ) по всей земле «Сатаны» в Иов. 1, 7 и 2, 2.

    На этом основании можно предположить, что «светочи» представляют собой «глазки» по краю чаши, а «трубочки» – подведённые к ним фитили (светильники подобного вида найдены археологами в Ханаане бронзового века), а значит, светильник Захарии семисвечником в строгом смысле не является.

    По всей вероятности, семисвечный светильник в виде миндального дерева является послепленным изобретением яхвистских жрецов. Его прямой прообраз можно найти в уже известном нам изображении на амфоре А из Кунтиллет-Аджруд.

    Оно представляет стоящее на льве между двумя козлами цветущее дерево, надёжно отождествляемое с Ашерой. Дерево имеет ствол и по три ветви с каждой стороны, а венчает его миндальный орех, позволяющий опознать его как миндальное и сопоставить с описанием меноры в Исх. 37, 17-20.

    фото

    Изображение Ашеры в виде миндального дерева на амфоре из Кунтиллет-Аджруд

    Помимо šaqed, другим названием миндаля в библейском еврейском языке было luz (Быт. 30, 37). Впоследствии это название вышло из употребления в еврейском, но сохранилось в арабском языке в виде lawz.

    От этого слова происходило первоначальное название города, более известного в ЕБ как Вефиль (Нав. 18, 13; Суд. 1, 23).

    В этом месте, где он увидел во сне лестницу, соединяющую небо и землю, праотец Иаков воздвиг каменный столп и назвал его Вефиль (bet ’el), т.е. «Дом Эла» (Быт. 28, 19).

    Таким образом, один и тот же город носил названия, производные от имени Эла и от священного дерева его супруги Ашеры.

    Символ Богини-матери упоминается как часть святилища в Вефиле при описании его уничтожения царём Иосией: «Также и жертвенник, который в Вефиле, высоту, устроенную Иеровоамом, сыном Наватовым, который ввёл Израиля в грех, также и жертвенник тот и высоту он разрушил, и сжёг сию высоту, истолок в прах, и сжёг ашеру (’ašera)» (4 Цар. 23, 15).

    По всей видимости, ашера в Вефиле была сделана из миндального дерева. Именно она могла послужить прообразом для изображения Богини-матери в Кунтиллет-Аджруд, сделанного выходцем из Израильского царства, главное святилище которого находилось именно в Вефиле, а также для послепленной храмовой меноры.

    Итак, семисвечник, являющийся одним из главных символов иудаизма, изначально представляет собой изображение плодородного лона еврейской Богини-матери.

    Иудейская Богиня-мать в изобразительном искусстве

    Образ Богини-матери получает широкое распространение в ханаанейском искусстве в конце эпохи среднего бронзового века (1750-1550 гг. до н.э.), т.е. примерно тогда же, когда имя Ашеры впервые упоминается в письменных источниках. Этим временем датируются несколько десятков найденных в Палестине печатей-скарабеоидов с изображением обнажённой богини.

    Примерно в четырёх из пяти случаях по сторонам от неё находятся деревья или ветви, иногда в виде ветви также представлен её лобок. По данной причине этот иконографический тип условно именуется «Богиней с ветвями».

    На некоторых скарабеоидах богиня представлена лишь своей головой с характерной причёской египетской богини Хатхор и её коровьими рогами, которые иногда превращаются в пальмовые ветви. Имеется также ряд изображений богини в виде дерева с поклоняющимся ему человеком.

    фото

    Скарабеоиды конца среднего бронзового века с изображением «Богини с ветвями»

    фото

    Богиня-мать в виде головы Хатхор

    фото

    Скарабеоид из Сихема, представляющий богиню в виде головы Хатхор, под которым изображено священное дерево с поклоняющимися ему женщинами Скарабеоид из Тель-эль-Аджуль с изображением женщины, поклоняющейся священному дереву Цилиндрическая печать из Тель-эль-Фара с изображением мужчины, поклоняющегося священному дереву

    В начале эпохи поздней бронзы (1550-1150 гг. до н.э.) в Ханаане получают распространение изображения Богини-матери на грушевидных подвесках, обычно сделанных из золота. Такие подвески, по всей видимости, носились женщинами на поясе. На них, как правило, обозначены лицо, груди, пупок и лобок, из которого иногда растёт ветка.

    Таким образом, эти изображения являются развитием типа «Богини с ветвями». Одновременно с этими дорогостоящими изделиями в Ханаане массово производились недорогие фигурки Богини-матери из обожжённой глины (терракоты).

    На них она представлена в полный рост обнажённой (но в высоком головном уборе), чащей всего поддерживающей руками груди. Продолжалась традиция изображения Богини-матери в виде священного дерева на печатях, которая также распространилась на роспись керамики.

    фото

    Грушевидные подвески позднего бронзового века. Глиняная фигурка из Мегиддо, ок. 1500 г. до н.э. Печать из Мегиддо в митаннийском стиле, изображающая священное дерево, поклоняющегося ему человека и животных.

    фото

    Расписной сосуд из Мегиддо XIV-XIII в. до н.э., представляющий Богиню-мать в виде пальмы с козлами и птицами по сторонам от неё

    В середине и конце эпохи поздней бронзы на севере Ханаана были в основном распространены глиняные фигурки Богини-матери в высоком головном уборе, поддерживающей руками груди. На юге Ханаана в это же время она изображалась как женщина с причёской Хатхор, держащая в руках стебли лотоса или папируса, иногда стоящая на льве.

    Причёска и растения в этом иконографическом типе являются египетскими, однако изображение в фас, нагота и связь с растительным миром выдают его ханаанейское происхождение. В целом он является египтизированным вариантом типа «Богини с ветвями», известного в Ханаане с эпохи средней бронзы.

    Этот тип получил распространение и в синкретической иконографии самого Египта эпохи Нового царства. Там по сторонам от богини изображаются два мужских божества, обычно Решеф и Мин. Поскольку египетские надписи именуют богиню заимствованным из семитского языка словом qdš(t) («Святая»), этот иконографический тип принято условно именовать типом «Кудшу».

    Он исчезает из Ханаана одновременно с концом египетской колониальной власти. В росписях керамики Богиня-мать продолжает изображаться в виде священного дерева с животными по сторонам от него.

    фото

    Терракота из Лахиша и бронзовая подвеска из Акко, представляющие тип «Кудшу»

    фото

    Египетская стела, изображающая ханаанейскую Богиню-мать верхом на льве со стеблем папируса и змеёй в руках между Решефом (справа) и Мином (слева)

    фото

    Египетская стела, ранее хранившаяся в Винчестерском колледже (местонахождение в настоящее время не известно), именующая ханаанейскую Богиню-мать одновременно qdšt (т.е. Ашерой), Анат и Аштарт

    фото

    Кубок из храма XIII в. до н.э. в Лахише, изображающий священное дерево Богини-матери в виде лобка с козлами по сторонам от него

    фото

    Кувшин из того же лахишского храма с надписью ’lt (Элат, т.е. Ашера) над изображением дерева-семисвечника с козлами по сторонам от него

    С концом бронзового века и переходом к железному веку (ок. 1150 г. до н.э.) в Ханаане полностью исчезают изображения Ашеры в виде «Богини с ветвями» и «Кудшу». Им на смену приходит иконографический тип, условно именуемый «Астартой», который появляется уже в конце эпохи бронзы и широко распространяется в век раннего железа (1150-1000 гг. до н.э.).

    Этот тип представлен фигурками из терракоты, изображающими обнажённую женщину в полный рост, руки которой вытянуты вдоль тела, сведены на животе или поддерживают груди.

    Определённые черты божества отсутствуют, однако ряд черт (фронтальное изображение в полный рост, обнажённость, руки, поддерживающие груди) позволяют считать этот тип продолжением терракотовых изображений Ашеры позднего бронзового века.

    Судя по местам находок (в основном в домах), эти фигурки использовались в семейном культе.

    фото

    Терракоты раннего железного века, представляющие тип «Астарты»

    С переходом к среднему железному веку (ок. 1000 г. до н.э.) антропоморфные изображения Богини-матери начинают всё более вытесняться её изображениями в виде священного дерева. Совмещение этих двух традиций можно наблюдать на примере глиняного жертвенника Х в. до н.э. из Таанаха с территории Израильского царства, служившего в качестве курильницы или подставки под чашу, в которую клали жертвенные плоды или совершали возлияния.

    Жертвенник имеет четыре ряда изображений, два из которых (первый и третий снизу) определённо относятся к Богине-матери. В нижнем ряду она изображена обнажённой в полный рост между двумя львами. В третьем снизу ряду она представлена в виде своего священного дерева с козлами и львами по сторонам от него.

    На скарабеоидах и цилиндрических печатях железного века с территории Израильского и Иудейского царств антропоморфные изображения Ашеры почти полностью исчезают и заменяются изображениями её священных деревьев и поклоняющихся им людей.

    фото

    Жертвенник из Таанаха

    фото

    Типичные для эпохи железа II A (1000-900 гг. до н.э.) израильские скарабеоиды из кости и известняка (найдены в Вефиле, Бет-Шемеше, Мегиддо и Тель-эн-Насбе), изображающие сцены поклонения священному дереву (пальме) Ашеры

    В области антропоморфных фигурок из терракоты изображения «Астарт», характерные для начала железного века (1150-1000 гг. до н.э.), в период железа II A-B (1000-700 гг. до н.э.) на территории Израильского царства сменяются изображениями женщин с круглым предметом в руках.

    Данный предмет истолковывается как бубен или жертвенный хлеб (ср. «виноградные лепёшки», упоминаемые израильским пророком Осией, возможно, в связи с культом Богини-матери). «Женщины с бубном» чаще изображаются одетыми, чем обнажёнными.

    Судя по местам находок, эти фигурки, как и «Астарты», были принадлежностью домашнего культа.

    фото

    Израильские изображения Ашеры в виде «женщины с бубном»

    Новый расцвет антропоморфная иконография еврейской Богини-матери пережила в последний период существования Иудейского царства. На его территории найдены сотни женских фигурок, датируемые временем с конца VIII до начала VI в. до н.э.

    Эти фигурки из обожжённой глины высотой 10-20 см изображают женщину, поддерживающую руками свои утрированные груди, тело которой обычно выполнено в виде столпа или конуса, отчего подобные изображения условно именуются «столбовидными» или «конусообразными». Они массово производились в гончарных мастерских в разных городах Иудеи.

    После обжига фигурки белились, а потом раскрашивались яркими цветами (чёрным, красным, жёлтым, коричневым). Более 95% всех находок происходят с территории Иудейского царства, из чего можно заключить, что они представляют собою характерно иудейский религиозный феномен.

    Наряду с антропоморфными изображениями из глины в позднем Иудейском царстве Ашера продолжала изображаться на печатях в виде своего священного дерева.

    фото

    Поздние иудейские «столбовидные» или «конусообразные» фигурки Ашеры

    фото

    Иудейские печати VII в. до н.э., изображающие поклонение священному дереву Ашеры (пальме)

    Как мы видим, иконография еврейской Богини-матери может быть непрерывно прослежена от её появления в искусстве Ханаана в XVIII в. до н.э. до завоевания Иудеи вавилонянами в VI в. до н.э. Два её основных типа, распространённые в позднем Иудейском царстве, восходят к древнейшим временам.

    Тип фигурок из терракоты, представляющий обнажённую женщину, поддерживающую руками свои груди, и тип рисунков на печатях, изображающий Ашеру в виде её священного дерева с поклоняющимися ему людьми, появились в Ханаане уже в конце среднего – начале позднего бронзового века.

    Изобразительное искусство не даёт никаких оснований для утверждений о том, что в своём отношении к Богине-матери допленный иудаизм чем-то отличался от традиционной ханаанейской религии.

    Ссылки по теме

    К истории допленной религии евреев
    «Вот боги твои, Израиль!»
    Боги евреев
    Боги евреев: Сыны Божии
    Злой Дух Яхве
    Природа божества в Еврейской Библии
    Человеческие жертвоприношения в иудаизме
    Исторический контекст «еврейского завоевания Ханаана»
    Ханука Навуходоносора
    «Сатана» в Еврейской Библии
    Представления о смерти в Еврейской Библии
    Три тела Яхве
    Воскрешение рефаимов, или Замолченная арийская история
    Иудейское иконопочитания с т. зр. терминологии
    К генеалогии совести

    фото

    Источник — http://aquilaaquilonis.livejournal.com/

    Просмотров: 39 | Добавил: providenie | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Календарь

    Фонд Возрождение Тобольска

    Календарь Святая Русь

    Архив записей

    Тобольскъ

    Наш опрос
    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 140

    Наш баннер

    Друзья сайта - ссылки
                 


    Все права защищены. Перепечатка информации разрешается и приветствуется при указании активной ссылки на источник providenie.narod.ru
    Сайт Провидѣніе © Основан в 2009 году