Поиск

Навигация
  •     Архив сайта
  •     Мастерская "Провидѣніе"
  •     Добавить новость
  •     Подписка на новости
  •     Регистрация
  •     Кто нас сегодня посетил

Колонка новостей

Чат

Ваше время


Православие.Ru

Видео - Медиа

    Посм., ещё видео


Статистика


Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0

Форма входа

Помощь нашему сайту!
рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001400500447
( Провидѣніе )

Не оскудеет рука дающего


Главная » 2017 » Январь » 23 » • К генеалогии совести •
03:48
• К генеалогии совести •
 

providenie.narod.ru

 
фото
  • К генеалогии совести
  • Разрыв шаблона
  • Зороастрийское влияние на иудаизм
  • Авестийское пророчество о Спасителе
  • Происхождение обряда помазания
  • Об основах
  • Тора о начале
  • Когенам - kohen
  • В эпоху Ахеменидов
  • Арамейский и арабский
  • Артемида Эфесская
  • Ссылки по теме
  • К генеалогии совести

    Как-то у себя в ЖЖ реббе Йа‘ков Кротов походя, как будто бы изрекая общеизвестную истину, заметил, что европейцы заимствовали понятие совести у иудеев. Вообще мне несколько раз приходилось слышать подобные утверждения от евреев, иногда в сопровождении ссылки на личные слова Адольфа Гитлера, который де заявлял, что ненавидит евреев в том числе и за то, что они навязали европейцам чуждое им понятие совести.

    Я отнюдь не уверен, что Гитлер что-то подобное говорил, но если и говорил, для меня он не является большим авторитетом в вопросах религиозной истории, поэтому я решил сам разобраться, как было на самом деле.

    Начнём плясать от печки, т.е. от самого русского слова «совесть». Оно является древней, ещё кирилло-мефодиевской, калькой с греческого слова συνείδησις, параллельной калькой с которого является также слово «сознание». Калькой с того же греческого слова является латинское слово conscientia, объединяющее в себе смыслы «сознание» и «совесть», от которого произошли слова с соответствующим значением в романских языках и английском.

    В немецком языке, как и в русском, возникли две параллельные кальки греческого συνείδησις, имеющие значение «сознание» и «совесть», – Bewusstsein и Gewissen.

    Рассмотрим происхождение греческого слова. Иногда (например, в словаре А.Д. Вейсмана) встречаются утверждения, что это позднее слово из греческого языка Нового Завета.

    Они не соответствуют действительности. Если заглянуть в словарь Тафта, то можно убедиться, что это слово присутствовало уже в греческом языке эпической эпохи, а поиск по частотности даёт примеры его употребления у таких дохристианских греческих авторов, как Исократ, Диодор Сицилийский или Диоген Лаэртский.

    Словарь Вудхауса даёт примеры употребления несколько отличных форм этого слова с тем же значением у Еврипида, Лисия и Демосфена.

    фото

    фото

    Итак, в греческом языке засвидетельствовано присутствие слова, передающего понятие «совесть», с древнейших дохристианских времён. А как обстоят дела в еврейском языке? В современном иврите понятие «совесть» передаётся словом מצפון (мацпун). Однако лексикон библейского еврейского языка Стронга знает это слово только в значении «тайна» («сокровище», «тайник»).

    Оно является производным от глагола цафан – «прятать (покрывая сверху)». Слова «совесть» в лексиконе Стронга вообще нет! Т.е. в дохристианском иудаизме такое понятие отсутствовало, и только позднее, под внешним влиянием, подобный смысл был придан еврейскому слову мацпун.

    Однако известно, что во времена Христа и ещё раньше евреи говорили уже в основном не на еврейском языке, а на арамейском, поэтому имеет смысл поинтересоваться, как обстояло дело с понятием «совесть» в этом языке. Заглянем в словарь арамейского языка.

    фото

    Как видим, «совесть» в арамейском языке христианской эпохи (у Якова Афраата, манихеев и пр.) передавалась словом тирта. Первоначальное значение этого слова – «грюдобрюшная преграда/диафрагма», «внутренности».

    Очевидно, что, как и в случае с еврейским словом мацпун, речь идёт о переосмыслении изначально совершенно предметного семитского слова под влиянием отвлечённого греческого понятия.

    Итак, со всей определённостью можно сказать, что понятие совести существовало у греков изначально и не проникало к ним от семитов, у которых его попросту не было до тех пор, пока оно не было получено от греков.

    Это не арийцы заимствовали у семитов понятие совести, это семиты заимствовали его у арийцев. Мы дали евреям понятие не только о Боге, но и о совести, правда, прижиться у них до сих пор оно так и не смогло.

    Разрыв шаблона

    Иудейская война 66-73/74 гг. н.э.: Весной (месяц иййар) 66 г. [прокуратор Иудеи Гессий] Флор появляется в Иерусалиме и отдает часть города на разграбление своему войску; при этом он предал распятию или бичеванию многих иерусалимцев.

    Он также спровоцировал кровавое столкновение между жителями Иерусалима и двумя когортами, прибывшими из Кесарии, а сам покинул город, оставив там одну из когорт и возложив ответственность за восстановление порядка на городские власти.

    Прибывшему в Иерусалим Агриппе II не удалось склонить народ к повиновению. По предложению Элеазара, сына первосвященника Ханании, было отменено ежедневное жертвоприношение за здравие императора – что было равнозначно официальному объявлению войны Риму.

    (Еще с персидских времен было принято «молиться о жизни» действующего монарха (Эзр. 6:10))… И.Р. Тантлевский. История Израиля и Иудеи до 70 г. н.э. СПб., 2013. С. 323-324

    Вот уж не знал, что в Иерусалимском храме приносились ежедневные жертвы во здравие языческого царя.

    Юлиан Отступник, в пылу борьбы против христиан, грозил Иерусалимский храм восстановить!.. ))

    Отношение Юлиана Отступника к евреям определялось через его полемику против христианства. Перед походом на войну с Персией (на которой он погиб) Юлиан Отступник обещал отменить антиеврейские законы и позволить евреям восстановить Иерусалимский храм, в службе в котором собирался лично участвовать («Послание к еврейскому обществу»).

    Вскоре после этого он писал, что «уже сейчас храм возводится заново» («Послание священнослужителю»). Еврейские источники содержат лишь весьма неопределенные намеки на это. Историк-язычник Аммиан Марцеллин (см. Римская литература) пишет, что, по-видимому, Юлиан Отступник хотел, чтобы восстановленный Храм стал памятником его правления.

    Он распорядился о выделении необходимых средств и строительных материалов и возложил ответственность за проект на Алипия Антиохийского, однако, согласно сообщениям римских историков, попыткам начать строительство положил конец пожар, охвативший руины Храма.

    Отцы церкви повествуют об этом в приукрашенной форме и добавляют, что евреи с энтузиазмом приняли предложение Юлиана Отступника и тысячами стекались к Храмовой горе, неся камни для строительства, однако, когда были положены первые камни, в предупреждение евреям начались землетрясения и ураганные бури, а затем евреи были обращены в бегство небесным огнем и видением Христа. http://www.eleven.co.il/article/15158

    Edited at 2013-09-01 21:57 (UTC)

    А уж как скорбели евреи, когда был убит Юлий Цезарь! Вполне искренне. Он им хорошо послужил.

    Традицию языческих жертвоприношений в Иерусалимском храме открыл царь Антиох IV Епифан.

    Он лично зарезал свинью во Святая Святых Храма и окропил алтарь свиной кровью.

    Зороастрийское влияние на иудаизм в эллинистическую эпоху

    Ранее я уже неоднократно касался вопросов иранского религиозного влияния на иудаизм – в частности, того, что первое в ТаНаХе выражение монотеистических идей, принадлежащее Второисайе, является прямым заимствованием из зороастризма, или того, что рассказ о семичастном творении в Священническом кодексе представляет собой искажённое отражение иранских взглядов на творение. Сегодня я немного коснусь зороастрийских влияний на иудаизм в эпоху, последовавшую за македонским завоеванием.

    Одним из важных памятников, позволяющих проследить усвоение евреями иранских религиозных представлений в эпоху эллинизма, являются Книги Сивилл (или, как их было бы правильнее называть, Псевдо-Сивилл). Этот сложный по происхождению памятник не имеет отношения к утраченным подлинным Книгам Сивилл.

    Его еврейское ядро было составлено в период II в. до н.э. – I в. н.э. с целью обосновать правильность иудейских религиозных взглядов при помощи авторитетов древности. Впоследствии оно было существенно расширено и переработано христианами. Первоначальное еврейское ядро Книг Сивилл, в свою очередь, содержит прямые заимствования из зороастрийских источников.

    Основными из этих источников были иранские пророческие сочинения раннеэллинистической эпохи, такие как книги Гистаспа и Персидской Сивиллы.

    Хотя их тексты до нас не дошли, мы можем составить о них достаточное представление из свидетельств античных авторов. Лактанций сообщает, что пророчества от имени Персидской Сивиллы начали распространяться сразу же после смерти Александра Великого: «…Сивилл было десять… Первая была из Персии, о ней упоминает Никанор, который записал деяния Александра Македонского» (Божественные установления, далее – БУ, 1.6.8).

    Македонское завоевание оказалось катастрофой не только для персидской государственности, но и для иранской религии. Оно послужило толчком к развитию зороастрийской пророческой литературы, обещавшей в будущем победу истинной веры над её врагами – македонянами. Александр Македонский является одним из главных отрицательных героев зороастризма.

    Так, в пехлевийской религиозной энциклопедии «Денкарт» (VIII.0.20) он именуется «сотворённым яростью» (hešm-kerd). По единодушному мнению исследователей следующий отрывок из Книг Сивилл является прямым воспроизведением одного из зороастрийских пророчеств об Александре, сделанных ex eventu:

    Муж коварный в то время в счастливую Азию вступит,
    Будет носить на плечах порфирное он одеянье.
    Молния в мир его принесёт. Потому-то, свирепый,
    Дикий и непостоянный, ярмо для Азии злое
    Этот муж приготовит, и кровью убийства сырая
    Здесь упьётся земля, но Аид усмирит кровопийцу.
    Род, который под корень хотелось ему уничтожить,
    Сам погубит потом его…
    Книги Сивилл, далее – КС, 3.388-395

    Со временем македонцев в качестве воплощения враждебной зороастризму силы сменили римляне, что отразилось в более поздних редакциях иранских пророческих книг. Этот этап фиксирует Лактанций:

    «Сивиллы вполне открыто возвещают, что Рим погибнет, и именно по суду Божьему, ибо Рим возненавидит имя Его и, ненавидя справедливость, будет попирать народ, следующий истине. Также Гистасп, который был древнейшим царём мидян…, передал в память потомкам удивительный сон в толковании мальчика, умевшего прорицать: гораздо раньше, чем исчез троянский народ, было предсказано, что удалятся из круга земель власть и имя римские» (БУ, 7.15.18).

    В пророчествах Гистаспа, Персидской Сивиллы и других зороастрийских пророческих текстах эпохи эллинизма естественным образом огромное внимание уделялось эсхатологии, так как грядущее избавление от иностранных угнетателей едва ли не сразу же стало связываться в сознании зороастрийцев с концом света.

    Применительно к оракулам Гистаспа нас извещает об этом Лактанций:

    «Гистасп, которого мы упомянули выше, описывая тяготы того последнего века, сказал, что благочестивые и праведные, отделившись от злых, с плачем и стоном возденут руки к небу и взмолятся Юпитеру о спасении; Юпитер оглянется на землю, услышит вопли людей и уничтожит нечестивцев» (БУ, 7.18.2).

    Юпитер в латинском тексте Лактанция заменяет Зевса греческого оригинала, именем которого в грекоязычной среде передавалось имя Ахура Мазды. Далее Лактанций подробно описывает события последних дней:

    «Священные Писания учат нас также тому, каким образом будут преданы наказанию нечестивцы. Ведь поскольку прегрешения они совершили, будучи в телах, они вновь будут облечены в плоть, чтобы понести и кару в телах. И всё же это будет не та плоть, которой Бог наделяет человека.

    Она подобна этой плоти, но является неразрушимой и сохраняющейся вечно, чтобы могла претерпевать мучения и вечный огонь, природа которого отлична от природы того огня, которым мы пользуемся для жизни, и существует он без питательной поддержки какой-либо материи. Тот божественный огонь вечно живёт и поддерживается сам по себе без какой-либо подпитки и не имеет дыма, но является чистым, [как бы] жидким и, по образу воды, [словно] текущим.

    Ведь он не поднимается какой-то силой вверх, как наш, которого заставляет подниматься вверх влияние земного тела, которым питается он и сопровождающий его дым, и вынуждает с дрожанием возноситься к небесной природе.

    Тот же божественный огонь одной и той же силой будет и жечь нечестивцев, и укреплять их, и настолько же будет истязать тела, насколько восстанавливать их, и сам себе будет доставлять вечную пищу, что поэты относили к коршуну Тития. И вот так, без всякого умаления вновь укрепляющихся тел, он будет лишь обжигать и причинять боль. Но и тогда, когда Бог будет судить праведных,

    Он испытает также и их огнём. Тогда чьи прегрешения или по [своей] тяжести, или по [своему] числу будут перевешивать [добрые дела], те будут поражаться и опаляться огнём. Те же, кого украшает совершенная справедливость и зрелость добродетели, не почувствуют огня, ибо они имеют в себе нечто Божие, что сдержит и оттолкнёт силу пламени.

    Такова сила невинности, что от неё бежит тот огонь, не причиняя вреда, ибо он получил от Бога возможность жечь [только] нечестивцев и щадить [одних] праведников» (БУ, 7.21.3-7).

    Хотя в данном случае Лактанций не называет источник своих сведений, их иранское происхождение несомненно. Наиболее яркая подробность здесь – отсутствие дыма у божественного огня, ибо дым – это именно то, чем Ангхро Майнью его испортил, по свидетельству, в частности, «Бундахишна»:

    Потом (Злой дух) пошёл к огню и смешал его с дымом и тьмой, а планеты со многими дэвами он забросил на небо, и они смешались со звёздами. И он так повредил все создания, как огонь вредит повсюду, и поднимается дым.

    Зороастрийские тексты. Суждения духа разума (Дадестан-и меног-и храд). Сотворение основы (Бундахишн) и другие тесты. М. 1997, далее – ЗТ, с. 271

    Огонь как средство отделения праведников от грешников – одно из основополагающих представлений зороастрийской эсхатологии, неоднократно выраженное уже в «Гатах» Заратуштры:

    30.7. К кому же Власть приходит
    с Благою Мыслью, с Истиной,
    Дав телу долговечность,
    душе же – Здравомыслье.
    Из них он станет первым
    через металл прошедшим.

    31.3. Огнём и Духом с Истиной
    сторон двух воздаяние
    Ты дал уразумевшим, –
    и нам скажи, о Мазда,
    Уст языком Твоих –
    живущих как уверю,

    31.19. Услышал Истину знавший,
    Мироцелитель, Ахура,
    Речи прямо сказавший
    и языком овладевший,
    Огнём горящим, о Мазда,
    Благую из двух отделивший.

    32.7. Никто таких проступков
    не совершит из знающих,
    На жизнь посягающих,
    за что металлом огненным,
    Ахура, испытуешь
    ты, Мазда, наизнающий.

    34.4. Мы Твой Огонь, Ахура,
    желаем сильный Истиной,
    Быстрейший и могучий,
    помощником сторонникам
    Быть, Мазда, а враждебным, –
    несущим явный вред.

    43.4. Тебя я мыслю
    святым и сильным, Мазда,
    Когда руками
    Твоими награды дашь
    Для тех, кто Лжи
    последует, и праведным,
    Огнём Твоим
    от Истины могучей,
    Что мне с Благой
    всегда приходит Мыслью.

    47.6. Этим Святым
    Духом, о Мазда Ахура,
    Огнём Благим
    дал двух участей долю,
    Здравомысльем,
    держащимся с Истиной, –
    Так, что много
    ищущих обратится.

    51.9. Что возмездие двойное,
    Мазда, дал огнем Ты красным
    И расплавленным металлом
    в мире в ознаменованье –
    Для погибели мерзавца,
    праведному ко спасенью.

    (Здесь и далее «Гаты» цитируются в переводе И.М. Стеблин-Каменского по изданию: Гаты Заратуштры. СПб., 2009)

    О том же свидетельствуют позднейшие пехлевийские источники, такие как «Бундахишн»:

    Затем огонь и божество (yazd) Арйаман расплавят металл, (что) в горах и холмах, и он останется на земле подобно реке. Затем они заставят всех людей войти в расплавленный металл и очиститься. Тому, кто праведен, тогда покажется так, словно он идёт в тёплом молоке, а тому, кто грешен, тогда покажется так, словно он на земле идёт в расплавленном металле. ЗТ, с. 307

    Воспроизведение этих иранских религиозных взглядов мы обнаруживаем в Книгах Сивилл:

    Всем тут придётся пройти сквозь пламени жгучую реку
    И негасимый огонь, в котором праведник всякий
    Жизнь свою сохранит, но сгинут все нечестивцы;
    Тем исчезнуть навек, кто раньше зло сотворили…
    Тех же, кто делал добро и был всегда справедливым,
    Славился кто благочестьем и верным ума разсужденьем –
    Ангелы этих людей поднимут над страшным потоком
    Пламени и поведут их к свету и к жизни безпечной
    Тем нетленным путем, что Богом проложен Великим,
    Где три источника бьют – медовый, винный и млечный.
    Общею станет земля; перестав уже быть раздёленной
    Стенами и рубежами, сама даст плод изобильный…
    КС, 2.252-255, 313-320

    Этому отрывку непосредственно предшествует парафраза Ез. 37:6-8, 10, поэтому здесь можно с уверенностью говорить о зороастрийском заимствовании в первоначальном еврейском ядре Книг Сивилл. Огонь присутствовал и в ранних эсхатологических представлениях иудеев, однако там он был лишь одним из проявлений разрушительного гнева Яхве, а отнюдь не орудием отделения праведников от грешников, как в зороастризме:

    Ни серебро их, ни золото их не может спасти их в день гнева Яхве, и огнём ревности его пожрана будет вся эта земля, ибо истребление, и притом внезапное, совершит он над всеми жителями земли. Соф. 1:14-18

    Отголоски этих чисто иудейских представлений присутствуют и в тех местах в Книгах Сивилл, где огонь с неба (а не с гор, как в зороастризме) испепеляет землю:

    Тут величайший поток огня и пламени хлынет
    С неба на землю, и всё, что есть на свете, погубит…
    Души людей, умирая, зубами тогда заскрежещут,
    Пламя будет их жечь и ливень серы ужасный
    Вплоть до часа, когда всю землю пепел покроет.
    КС, 2.196-197, 203-205

    Ещё одним важным эсхатологическим представлением, попавшим в Книги Сивилл из зороастризма, является телесное воскрешение мёртвых:

    Тем, кто землёй погребён, отдаст их жизни небесный
    Бог, и дыхание вложит, и голос вернёт им, а кости
    Вместе соединит и плотью затем их оденет,
    Жилы приладит Он к жилам и вены кровью наполнит,
    Кожею тело покроет и вырастит волосы снова –
    Части сложит Он все, придаст им дух и движенье;
    Так людские тела за один лишь день воскресит Он.
    КС, 2.221-226

    Особо примечательно, что дело воскрешения приписывается Спасителю:

    Вождь святой подчинит себе все скиптры земные
    С этой поры навсегда, и умерших от сна он пробудит.
    КС, 8.169-170

    Образ иудейского машиаха первоначально никак не связывался с воскрешением мёртвых. Зато это дело приписывается зороастрийскому Спасителю – Саошьянту уже в «Авесте»:

    [Благодать], которая будет сопровождать
    Победоносного Спасителя
    и его сподвижников,
    чтобы Он создал обновлённый мир –
    нестареющий, неумирающий,
    нерушимый, нетленный,
    вечно-живущий, вечно-растущий, вольно-властный,
    чтобы усопшие воскресли,
    чтобы пришёл Неуязвимый Живой
    и обновил мир по Своему желанию.
    Яшт 19, 89

    Об этом же говорят и позднейшие пехлевийские сочинения, такие как «Бундахишн»:

    В Хванирасе родится Сошйанс, который ослабит Злого духа и вызовет воскрешение и телесное воплощение. ЗТ, с. 277

    …Сошйанс подготовит воскрешение мёртвых. ЗТ, с. 305

    Сошйанс подготовит всех мёртвых, и все люди восстанут: и те, кто праведен, и те <люди>, кто грешен, – каждый поднимется с того места, где уйдёт его душа. ЗТ, с. 306

    Сошйанс и (его) помощники совершат жертвоприношения ради воскрешения мёртвых. ЗТ, с. 308

    Или «Суждения Духа разума»:

    Благополучное осуществление воскресения и конечного воплощения с помощью победителя Сошйанса, воскресителя. 3Т, с. 102

    Помимо общего воспроизведения зороастрийских религиозных представлений, в Книгах Сивилл обнаруживается прямая цитата из Гат:

    Ангелы, слуги Твои, заботливо распределяют
    Все, что Тобой решено и чему повелел Ты свершиться.
    Прежде творенья всего на совет призвав Свое Чадо,
    Создал Ты смертных людей и жизни дал зародиться.
    Первым к Нему обратился Ты сладостной речью Твоею:
    “Сделаем ныне с Тобою подобного Нам человека
    И дающее жизнь дыхание в грудь его вложим.
    Смертен он будет, но все пускай на земле ему служит,
    Все ему подчиним, хоть его мы слепим из глины”.
    Это Ты Слову сказал, и стало так, как решил Ты.
    Тотчас же все элементы велениям повиновались,
    И со смертным твореньем все вечное соединилось:
    Небо, воздух, огонь, земля и волны морские,
    Солнце, луна и созвездья <...>
    Дни и ночи, и сон, пробуждение, дух и движенье,
    И душа, и разсудок, искусство, сила и голос,
    Стаи диких зверей, пернатые птицы и рыбы,
    Те, кто ходит, и те, кто ползут, и амфибии также…
    КС, 8.438-455

    Выделенный отрывок является почти точным воспроизведением слов из 44-й Ясны:

    44.5. Тебя спрошу:
    прямо скажи, Ахура!
    Кто искусный
    и день создал, и темень?
    Кто искусный
    сон дал и пробужденье?

    44-я Ясна представляет собой сборник риторических вопросов, перечисляющих, в частности, творения Ахура Мазды. Точное воспроизведение четырёх из этих творений, включая сон и пробуждение, которые ни в каких иных иудейских источниках в подобном качестве не фигурируют, не оставляет сомнений, что в данном случае мы имеем дело с прямым цитированием собственных слов Заратуштры.

    Оставайтесь на связи, я буду по мере сил продолжать рассказывать упоительную историю о том, как мы дали евреям бога.

    Авестийское пророчество о Спасителе

    88.
    [Благодать мы чтим],

    89.
    Которая будет сопровождать
    Победоносного Спасителя
    и его сподвижников,
    чтобы Он создал обновлённый мир –
    нестареющий, неумирающий,
    нерушимый, нетленный,
    вечно-живущий, вечно-растущий, вольно-властный,
    чтобы усопшие воскресли,
    чтобы пришёл Неуязвимый Живой
    и обновил мир по Своему желанию.

    90.
    Да будут бессмертны те,
    которые следует Истине.
    Пусть Ложь уйдёт туда,
    откуда пришла когда-то
    на погибель праведнику,
    его роду и достоянию.
    Исчезнет злодейка, погибнет злодей –
    так велит Господь.

    92.
    Когда Воплотивший Истину выступит
    от вод Касавьи,
    вестник Премудрого Господа,
    сын Всепобедительницы,
    потрясая победным оружием…

    94.
    Он взглянет очами разума,
    окинет взором всё творение,
    которое обезображено,
    весь плотский мир
    он усердно окинет очами,
    и этот взгляд сделает
    весь плотский мир бессмертным.

    95.
    Воплотившего Истину победоносные
    сподвижники выступят вперёд –
    благо-мысленные, благо-речивые, благо-намеренные,
    благо-детельные, благо-верные,
    никогда не произносившие лжи
    своим языком.
    Перед ними отступит
    Ярость кровавая, злополучная.
    Победит Истина злую Ложь –
    безобразную, тёмную.

    96.
    Побеждена будет Злая Мысль,
    Благая Мысль победит её.
    Побеждено будет злое слово,
    доброе слово победит его.
    Благоденствие и бессмертие
    оба победят голод и жажду.
    Благоденствие и бессмертие
    победят злой голод и жажду.
    А творящий пагубу Злой Дух
    лишится власти и уйдёт.

    Яшт 19 («Замйад-яшт»)

    (Мой относительно буквальный перевод.)

    Авестийский оригинал:

    89.
    ýat upanghacat
    saoshyañtãm verethrâjanem
    uta anyåscit haxayô,
    ýat kerenavât frashem ahûm
    azarsheñtem amaresheñtem
    afrithyañtem apuyañtem
    ýavaêjim ýavaêsum vasô-xshathrem
    ýat irista paiti usehishtât
    jasât jvayô amerextish
    dathaite frashem vasna anghush.

    90.
    bun gaêthå amarshañtîsh
    ýå ashahe sanguhaitîsh,
    nishtat paiti druxsh nâshâite
    ýadhât aiwicit jakhmat
    ashavanem mahrkathâi
    aom cithremca stîmca
    âthatca mare nâshâtaêca mairyô
    atha ratush.

    92.
    ýat astvat-eretô fraxshtâite
    haca apat kãsaoyât
    ashtô mazdå ahurahe
    vîspa-taurvayå puthrô
    vaêdhem vaêjô ýim vârethrakhnem…

    94.
    hô didhât xratêush dôithrâbyô
    vîspa dâmãn paiti vaênât
    shô dushcithrayayå
    hô vîspem ahûm astvañtem
    izhayå vaênât dôithrâbya
    daresca dathat amerexshyañtîm
    vîspãm ýãm astvaitîm gaêthãm.

    95.
    anghe haxayô frâyeñte
    astvat-eretahe verethrakhnô
    humananghô hvacanghô
    hushyaothnånghô hudhaêna
    naêdha-cit mithô-aojånghô
    aêshãm hvaêpaithya hizvô,
    aêshu parô frânâmâite
    aêshmô xrvidruxsh dushhvarenå,
    vanât asha akãm drujim
    ýãm dushcithrãm temanghaênîm.

    96.
    vanaiti akemcit manô
    vohu manô tat vanaiti,
    vanaiti mithaoxtô ------
    erezhuxdhô vâxsh tem vanaiti,
    vanât haurvåsca ameretåsca
    va shudhemca tarshnemca
    vanât haurvåsca ameretåsca
    akhem shudhemca tarshnemca,
    frânâmâiti duzhvarshtâvarsh
    angrô mainyush axshyamanô.

    Стихотворный перевод Ивана Стеблин-Каменского:

    88
    Сильное Кавиев Хварно...

    89
    Которое пристало
    Спасителю благому
    И тем, кто с ним идет,
    В жизнь превращая создание
    Без умирания, без увядания
    И без истления,
    Вечноживущую,
    вечнорастущую
    И самовластную,
    Из мертвых восстанут
    И явится вживе
    Бессмертный Спаситель
    И мир претворит.

    90
    Бессмертными станут
    Избравшие Истину,
    А ложь пропадет –
    Исчезнет туда же,
    Откуда пришла
    На праведных гибель
    Их рода и жизни,
    Исчезнет злодейка,
    Исчезнет злодей.

    92
    Восстанет Астват-Эрэта
    Из озера Кансава,
    Гонец Ахуры-Мазды,
    Сын Виспатаурвари,
    Размахивая грозно
    Оружием победным…
    И Ложь этим Оружьем
    Из праведного мира
    Навек он изведёт.

    94
    Он разума глазами
    Окинет все творенья
    Без безобразной Лжи,
    Весь мир увидит плотский
    Глазами благодати,
    И сделает бессмертным
    Взгляд этот плотский мир.

    95
    За ним, за Астват-Эрэтой,
    Придут победоносные,
    С благими помышленьями
    И с добрыми словами,
    И с добрыми делами,
    Благие, добронравные,
    Лжи не произносившие
    Ни разу языком.
    Преклонится пред ними
    И Ярость кровожадная,
    Преодолеет Истина
    Ложь злую, безобразную,
    Пришедшую из тьмы.

    96
    Благая Мысль одержит
    Победу над Злой Мыслью,
    Речь лживая правдивой
    Будет побеждена,
    А Целость и Бессмертие
    Осилят голод с жаждой,
    И голод злой, и жажду
    Они сразят навек,
    А злобный Анхра-Манью,
    Своей лишившись власти,
    Бессильный убежит.

    Происхождение обряда помазания

    Очень любопытная статья, из которой следует, что обряд помазания на священство и царство впервые появился у хеттских ариев и лишь позднее был заимствован евреями:

    We do not have enough data to state whether the anointment of kings in Hatti represents a secondary extension of the anointment of priests, or vice versa. It is remarkable however, that no model of internal development seems to be able to account for all the instances of ritualized anointment among the Hebrews. The methodological nuances introduced in Kutsch 1963 reflect substantial distinctions between the anointment of kings and high priests, which were always two distinct offices in Israel and Judea, as well as between the underlying ideologies of these two ceremonies. It is reasonable to follow Ernst Kutsch when he analyzes the anointment in the Bible as a set of heterogeneous traditions some or all of which could be borrowed wholesale from neighboring cultures. The Biblical tradition itself regards kingship as an institution introduced in Israel as a way of imitating other nations (I Sam. 8:5, 19-20). Therefore it is likely that ancient Hebrews imported various elements of the royal inauguration ceremony, including the anointment ritual, for reasons of prestige, but modified its ideological background so as to suit the local needs.

    У нас недостаточно данных, чтобы определить, является ли помазание царей в Хеттском государстве вторичным распространением помазания жрецов или наоборот. Однако примечательно, что никакая модель внутреннего развития, как представляется, не может объяснить все случаи обрядового помазания среди евреев. Методологические нюансы, введённые в 1963 г. Кутчем, отражают существенные различия между помазанием царей и первосвященников, которые всегда в Израиле и Иудее представляли разные должности, а также идеологиями, лежавшими в основе двух этих церемоний.

    Разумно согласиться с Эрнстом Кутчем, когда он анализирует помазание в Библии как набор разнородных традиций, часть или все из которых могли быть в готовом виде заимствованы из соседних культур. Сама библейская традиция рассматривает царство как учреждение, введенное в Израиле в подражание другим народам (1 Цар. 8:5, 19-20). Ввиду этого вероятно, что древние евреи импортировали различные элементы церемонии вступления на царский престол, включая ритуал помазания, из соображений престижа, но изменили его идеологическое обоснование согласно местным потребностям.

    ILYA YAKUBOVICH
    WERE HITTITE KINGS DIVINELY ANOINTED? A PALAIC INVOCATION TO THE SUN-GOD AND ITS SIGNIFICANCE FOR HITTITE RELIGION

    Кстати, герб в виде двуглавого орла впервые появился тоже у хеттов.

    Об основах

    Если пытаться определить самую глубинную разницу между ариохристианской и иудеомусульманской цивилизациями, то она будет заключаться в том, что для ариохристиан Бог – это Добро, а для иудеомусульман – Сила. Отсюда неизбежно следует моральный дуализм ариохристиан и моральный монизм иудеомусульман.

    Для ариохристиан так же невозможно признать Бога источником зла, как для иудеомусульман невозможно не признать его источником любой силы, в том числе и злой. Поэтому ариохристианин никогда не примет исходящее из собственных уст Яхве прямое заявление о том, что он – בּוֹרֵא רָע (Творец Зла) (Ис. 45, 7), а приложит все усилия, чтобы истолковать его в противоположном смысле.

    Тора о начале призывания имени Яхве

    ИМЯ ЯХВЕ СТАЛО ИЗВЕСТНО ТОЛЬКО ПРИ МОИСЕЕ

    Являлся я Аврааму, Исааку и Иакову с именем Эл Шаддай, а с именем моим Яхве не открылся им. (Исх. 6, 3)

    וָאֵרָא, אֶל-אַבְרָהָם אֶל-יִצְחָק וְאֶל-יַעֲקֹב--בְּאֵל שַׁדָּי; וּשְׁמִי יְהוָה, לֹא נוֹדַעְתִּי לָהֶם.

    ИМЯ ЯХВЕ БЫЛО ИЗВЕСТНО УЖЕ АВРААМУ, ИСААКУ И ИАКОВУ

    Но Аврам сказал царю Содомскому: поднимаю руку мою к Яхве Элу Эльону, владыке неба и земли. (Быт. 14, 22)

    וַיֹּאמֶר אַבְרָם, אֶל-מֶלֶךְ סְדֹם: הֲרִמֹתִי יָדִי אֶל-יְהוָה אֵל עֶלְיוֹן, קֹנֵה שָׁמַיִם וָאָרֶץ.

    Аврам сказал: господин мой Яхве! что ты дашь мне? (Быт. 15, 2)

    וַיֹּאמֶר אַבְרָם, אֲדֹנָי יְהוִה מַה-תִּתֶּן-לִי

    И насадил Авраам при Вирсавии рощу и призвал там имя Яхве, бога вечного (EL OLAM). (Быт. 21, 33)

    וַיִּטַּע אֶשֶׁל, בִּבְאֵר שָׁבַע; וַיִּקְרָא-שָׁם--בְּשֵׁם יְהוָה, אֵל עוֹלָם.

    И сказал Авраам рабу своему, старшему в доме его, управлявшему всем, что у него было: положи руку твою под стегно мое и клянись мне Яхве, богом (ELOHIM) неба и богом (ELOHIM) земли. (Быт. 24, 2-3)

    וַיֹּאמֶר אַבְרָהָם, אֶל-עַבְדּוֹ זְקַן בֵּיתוֹ, הַמֹּשֵׁל, בְּכָל-אֲשֶׁר-לוֹ: שִׂים-נָא יָדְךָ, תַּחַת יְרֵכִי.
    וְאַשְׁבִּיעֲךָ--בַּיהוָה אֱלֹהֵי הַשָּׁמַיִם, וֵאלֹהֵי הָאָרֶץ:

    И сказал Исаак сыну своему: что так скоро нашел ты, сын мой? Он сказал: потому что Яхве бог (ELOHIM) твой послал мне навстречу. (Быт. 27, 20)

    וַיֹּאמֶר יִצְחָק אֶל-בְּנוֹ, מַה-זֶּה מִהַרְתָּ לִמְצֹא בְּנִי; וַיֹּאמֶר, כִּי הִקְרָה יְהוָה אֱלֹהֶיךָ לְפָנָי.

    Он подошел и поцеловал его. И ощутил Исаак запах от одежды его и благословил его и сказал: вот, запах от сына моего, как запах от поля, которое благословил Яхве. (Быт. 27, 27)

    וַיִּגַּשׁ, וַיִּשַּׁק-לוֹ, וַיָּרַח אֶת-רֵיחַ בְּגָדָיו, וַיְבָרְכֵהוּ; וַיֹּאמֶר, רְאֵה רֵיחַ בְּנִי, כְּרֵיחַ שָׂדֶה, אֲשֶׁר בֵּרְכוֹ יְהוָה.

    И увидел во сне: вот, лестница стоит на земле, а верх ее касается неба; и вот, ангелы бога (ELOHIM) восходят и нисходят по ней. И вот, Яхве стоит на ней и говорит: я Яхве, бог (ELOHIM) Авраама, отца твоего, и бог (ELOHIM) Исаака.(Быт. 28, 12-13)

    וַיַּחֲלֹם, וְהִנֵּה סֻלָּם מֻצָּב אַרְצָה, וְרֹאשׁוֹ, מַגִּיעַ הַשָּׁמָיְמָה; וְהִנֵּה מַלְאֲכֵי אֱלֹהִים, עֹלִים וְיֹרְדִים בּוֹ.
    וְהִנֵּה יְהוָה נִצָּב עָלָיו, וַיֹּאמַר, אֲנִי יְהוָה אֱלֹהֵי אַבְרָהָם אָבִיךָ, וֵאלֹהֵי יִצְחָק

    Иаков пробудился от сна своего и сказал: истинно Яхве присутствует на месте сем; а я не знал! И убоялся и сказал: как страшно сие место! это не иное что, как дом бога (BET-ELOHIM), это врата небесные… И нарек имя месту тому: Вефиль (BET-EL = ДОМ БОГА/ЭЛА). (Быт. 28, 16-17, 19)

    וַיִּיקַץ יַעֲקֹב, מִשְּׁנָתוֹ, וַיֹּאמֶר, אָכֵן יֵשׁ יְהוָה בַּמָּקוֹם הַזֶּה; וְאָנֹכִי, לֹא יָדָעְתִּי.
    וַיִּירָא, וַיֹּאמַר, מַה-נּוֹרָא, הַמָּקוֹם הַזֶּה: אֵין זֶה, כִּי אִם-בֵּית אֱלֹהִים, וְזֶה, שַׁעַר הַשָּׁמָיִם.
    וַיִּקְרָא אֶת-שֵׁם-הַמָּקוֹם הַהוּא, בֵּית-אֵל

    И положил Иаков обет, сказав: если бог (ELOHIM) будет со мною и сохранит меня в пути сем, в который я иду, и даст мне хлеб есть и одежду одеться, и я в мире возвращусь в дом отца моего, и будет Яхве моим богом (ELOHIM), – то этот камень, который я поставил памятником, будет домом бога (ELOHIM); и из всего, что ты даруешь мне, я дам тебе десятую часть. (Быт. 28, 20-22)

    וַיִּדַּר יַעֲקֹב, נֶדֶר לֵאמֹר: אִם-יִהְיֶה אֱלֹהִים עִמָּדִי, וּשְׁמָרַנִי בַּדֶּרֶךְ הַזֶּה אֲשֶׁר אָנֹכִי הוֹלֵךְ, וְנָתַן-לִי לֶחֶם לֶאֱכֹל, וּבֶגֶד לִלְבֹּשׁ. וְשַׁבְתִּי בְשָׁלוֹם, אֶל-בֵּית אָבִי; וְהָיָה יְהוָה לִי, לֵאלֹהִים
    וְהָאֶבֶן הַזֹּאת, אֲשֶׁר-שַׂמְתִּי מַצֵּבָה--יִהְיֶה, בֵּית אֱלֹהִים; וְכֹל אֲשֶׁר תִּתֶּן-לִי, עַשֵּׂר אֲעַשְּׂרֶנּוּ לָךְ.

    Яхве узрел, что Лия была нелюбима, и отверз утробу ее, а Рахиль была неплодна. Лия зачала и родила сына, и нарекла ему имя: Рувим, потому что сказала она: Яхве призрел на мое бедствие; ибо теперь будет любить меня муж мой. И зачала опять и родила сына, и сказала: Яхве услышал, что я нелюбима, и дал мне и сего. И нарекла ему имя: Симеон. И зачала еще и родила сына, и сказала: теперь-то прилепится ко мне муж мой, ибо я родила ему трех сынов. От сего наречено ему имя: Левий. И еще зачала и родила сына, и сказала: теперь-то я восхвалю Яхве. Посему нарекла ему имя Иуда. И перестала рождать. (Быт. 29, 31-35)

    וַיַּרְא יְהוָה כִּי-שְׂנוּאָה לֵאָה, וַיִּפְתַּח אֶת-רַחְמָהּ; וְרָחֵל, עֲקָרָה.
    וַתַּהַר לֵאָה וַתֵּלֶד בֵּן, וַתִּקְרָא שְׁמוֹ רְאוּבֵן: כִּי אָמְרָה, כִּי-רָאָה יְהוָה בְּעָנְיִי--כִּי עַתָּה, יֶאֱהָבַנִי אִישִׁי.
    וַתַּהַר עוֹד, וַתֵּלֶד בֵּן, וַתֹּאמֶר כִּי-שָׁמַע יְהוָה כִּי-שְׂנוּאָה אָנֹכִי, וַיִּתֶּן-לִי גַּם-אֶת-זֶה; וַתִּקְרָא שְׁמוֹ, שִׁמְעוֹן.
    וַתַּהַר עוֹד, וַתֵּלֶד בֵּן, וַתֹּאמֶר עַתָּה הַפַּעַם יִלָּוֶה אִישִׁי אֵלַי, כִּי-יָלַדְתִּי לוֹ שְׁלֹשָׁה בָנִים; עַל-כֵּן קָרָא-שְׁמוֹ, לֵוִי.
    וַתַּהַר עוֹד וַתֵּלֶד בֵּן, וַתֹּאמֶר הַפַּעַם אוֹדֶה אֶת-יְהוָה--עַל-כֵּן קָרְאָה שְׁמוֹ, יְהוּדָה; וַתַּעֲמֹד, מִלֶּדֶת.

    Лаван сказал: да надзирает Яхве надо мною и над тобою, когда мы скроемся друг от друга. (Быт. 31, 49)

    אָמַר, יִצֶף יְהוָה בֵּינִי וּבֵינֶךָ: כִּי נִסָּתֵר, אִישׁ מֵרֵעֵהוּ.

    И сказал Иаков: бог (ELOHIM) отца моего Авраама и бог (ELOHIM) отца моего Исаака, Яхве, сказавший мне: возвратись в землю твою, на родину твою, и я буду благотворить тебе! (Быт. 32, 9)

    וַיֹּאמֶר, יַעֲקֹב, אֱלֹהֵי אָבִי אַבְרָהָם, וֵאלֹהֵי אָבִי יִצְחָק: יְהוָה הָאֹמֵר אֵלַי, שׁוּב לְאַרְצְךָ וּלְמוֹלַדְתְּךָ--וְאֵיטִיבָה עִמָּךְ.

    И призвал Иаков сыновей своих и сказал… На помощь твою надеюсь, Яхве! (Быт. 49, 1, 18)

    וַיִּקְרָא יַעֲקֹב, אֶל-בָּנָיו; וַיֹּאמֶר
    לִישׁוּעָתְךָ, קִוִּיתִי יְהוָה.

    ИМЯ ЯХВЕ БЫЛО ИЗВЕСТНО УЖЕ ПРИ НОЕ

    Ламех жил сто восемьдесят два года и родил сына, и нарек ему имя: Ной, сказав: он утешит нас в работе нашей и в трудах рук наших при возделывании земли, которую проклял Яхве. (Быт. 5, 28-29)

    וַיְחִי-לֶמֶךְ, שְׁתַּיִם וּשְׁמֹנִים שָׁנָה וּמְאַת שָׁנָה; וַיּוֹלֶד, בֵּן.
    וַיִּקְרָא אֶת-שְׁמוֹ נֹחַ, לֵאמֹר: זֶה יְנַחֲמֵנוּ מִמַּעֲשֵׂנוּ, וּמֵעִצְּבוֹן יָדֵינוּ, מִן-הָאֲדָמָה, אֲשֶׁר אֵרְרָהּ יְהוָה.

    Потом сказал [Ной]: благословен Яхве бог (ELOHIM) Симов; Ханаан же будет рабом ему; да распространит бог (ELOHIM) Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых. (Быт. 9, 26-27)

    וַיֹּאמֶר, בָּרוּךְ יְהוָה אֱלֹהֵי שֵׁם; וִיהִי כְנַעַן, עֶבֶד לָמוֹ.
    יַפְתְּ אֱלֹהִים לְיֶפֶת, וְיִשְׁכֹּן בְּאָהֳלֵי-שֵׁם

    ИМЯ ЯХВЕ СТАЛО ИЗВЕСТНО ПРИ СИФЕ

    У Сифа также родился сын, и он нарек ему имя: Енос; тогда начали призывать имя Яхве. (Быт. 4, 26)

    וּלְשֵׁת גַּם-הוּא יֻלַּד-בֵּן, וַיִּקְרָא אֶת-שְׁמוֹ אֱנוֹשׁ; אָז הוּחַל, לִקְרֹא בְּשֵׁם יְהוָה.

    ИМЯ ЯХВЕ БЫЛО ИЗВЕСТНО УЖЕ ЕВЕ

    Адам познал Еву, жену свою; и она зачала, и родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Яхве. (Быт. 4, 1)

    וְהָאָדָם, יָדַע אֶת-חַוָּה אִשְׁתּוֹ; וַתַּהַר, וַתֵּלֶד אֶת-קַיִן, וַתֹּאמֶר, קָנִיתִי אִישׁ אֶת-יְהוָה.

    Когенам - kohen/komer

    Итак, в еврейском языке со времён Второго Храма иудейские священники называются словом kohen, а языческие жрецы, включая христианских священников, – словом komer. Любопытно проследить судьбу родственных слов в близком еврейскому арамейском языке сирийских христиан. В нём христианские священники, так же как и иудейские, называются словом kahna, а языческие жрецы – словом kumra.

    Сирийское христианство оказало большое влияние на армянское, в частности, в армянский язык были заимствованы оба этих слова. По-армянски христианский священник – khahana, а языческий жрец – khurm. Арамеи и армяне – два единственных христианских народа, которые называют своих священников когенами.

    Зороастрийское влияние на иудаизм в эпоху Ахеменидов

    Мой перевод важного отрывка из 2-го тома «Истории зороастризма» Мэри Бойс, в котором описывается решающее влияние арийского монотеизма на евреев в период их вхождения в состав Персидской Империи.

    Артаксеркс I и евреи

    i) Неемия

    Палестина, будучи частью сатрапии Мегабиза, лежала на стратегически важном пути в Египет, и это несомненно было одной из причин, по которым Ахемениды проявляли к евреям деятельную доброжелательность. Представляется, что в Вавилонии «исключительные яхвисты» (те, кто поклонялся исключительно Яхве) находились в хороших отношениях со своими персидскими правителями с тех времён, когда Второисайя, бывший одним из их числа, приветствовал Кира в качестве освободителя, а на двадцатый год своего царствования, в 444 г., Артаксеркс назначил «исключительного яхвиста» Неемию правителем Иерусалима. Ахемениды часто назначали местных уроженцев правителями городов и небольших провинций, так что это назначение само по себе не было примечательным, однако его последствия имели большое значение для человечества. В это время среди вавилонских евреев были синкретисты, которые поклонялись не только Яхве, но и другим богам.

    Синкретизм, по-видимому, преобладал и в самой Иудее, и представляется, что именно власть, данная Неемии персидским царём царей, позволила ему привлечь к исключительному яхвизму больше сторонников в Иерусалиме, а потом и во всей Иудее, так что он стал верой большинства населения страны и впоследствии смог быть справедливо назван иудаизмом.

    Полагают, что если бы не Неемия, яхвистская монолатрия могла в основном остаться религией синагогального богослужения в диаспоре. «Национальная, политическая, территориальная сторона иудаизма… была практически делом Неемии. Он обеспечил этой религии двойственный характер – местный одновременно с универсальным, – который продержался фактически в течение 500 лет и, в своих ужасных последствиях, держится до сих пор» (Morton Smith).

    Зороастризм сам длительное время имел этот двойственный характер, будучи универсальным по вести, которую он нёс, и одновременно специфически иранским. Параллели в верованиях этих двух религий лучше рассмотреть в связи с деятельностью Ездры, но имеется сходство в ритуальной сфере, для которого представляется важным жизненный путь Неемии.

    До того, как быть назначенным правителем, он подавал вино Артаксерксу (Неем. 2, 1), а каждый, кто служил царю царей в подобном качестве, был обязан соблюдать зороастрийские законы чистоты, чтобы не осквернить своего государя. Эти законы, как мы видели, имели в качестве своей доктринальной основы веру в то, что благой мир, созданный Ахурамаздой, подвергается постоянным нападениям со стороны Злого Духа, орудиями которого считались грязь, зловоние, порча, разложение, болезнь и смерть.

    Предотвращение или сокращение их влияния, таким образом, считалось хоть и скромным, но вкладом в защиту благого творения и его конечное искупление, в то время как тесный контакт с ними означал заражение благороднейшего творения Бога, человека, который в силу этого становился недостойным молитвы и богослужения, а также общения с чистыми. В течение столетий зороастрийские священники разрабатывали правила сохранения физической и ритуальной чистоты и со временем создали строжайший кодекс, который возвёл действенную преграду между зороастрийцами и неверными, не соблюдавшими его.

    Существование этого кодекса должно было быть важнейшим фактором, предотвращавшим распространение зороастризма как последовательной веры за пределы самих иранских народов, потому что в силу своей строгости он предъявлял такие требования, к соблюдению которых легче всего было привыкнуть в детстве. (Что, конечно же, не мешало широкому воздействию отдельных чрезвычайно влиятельных доктрин.)

    После того, как Неемия в течение многих лет соблюдал зороастрийский кодекс чистоты (который не содержит в себе ничего, что противоречило бы еврейским законам), вряд ли стоит удивляться, что он, даже будучи светским человеком, озаботился в Иерусалиме вопросами чистоты среди евреев. Не кажется также излишней смелостью предположить, что именно зороастрийский пример, наблюдаемый на всём пространстве Империи, привёл к постепенному преобразованию еврейского кодекса чистоты из правил, касающихся культовых вопросов, в законы, соблюдение которых требовалось от каждого человека в его повседневной жизни, причём местом их соблюдения был уже не только Храм, но и «поле, кухня, постель и улица» (J. Neusner), а само это соблюдение стало тем, что в свою очередь отделило евреев от других народов и привело их в добровольную изоляцию.

    ii) Ездра

    Учёные до сих пор спорят, направил ли «писца Ездру» в Иерусалим Артаксеркс I в 458 г. или его внук Артаксеркс II в 398 г. Ездра был, как представляется, Инспектором по еврейским религиозным делам (словами Библии – «учителем закона Бога небесного» (סָפַר דָּתָא דִּי-אֱלָהּ שְׁמַיָּא) (Езд. 7, 12)); и в Библии сохранилось письмо о полномочиях, выданное ему «царём царей Артаксерксом», которое, в частности, гласит: «Ты посылаешься от царя и семи советников его, чтобы обозреть Иудею и Иерусалим по закону Бога твоего, находящемуся в руке твоей, и чтобы доставить серебро и золото, которое царь и советники его пожертвовали Богу Израилеву, Которого жилище в Иерусалиме…

    Поэтому немедленно купи на эти деньги волов, овнов, агнцев и хлебных приношений к ним и возлияний для них, и принеси их на жертвенник дома Бога вашего в Иерусалиме… И сосуды, которые даны тебе для служб в доме Бога твоего, поставь пред Богом Иерусалимским.

    И прочее потребное для дома Бога твоего, что ты признаешь нужным, давай из дома царских сокровищ. И от меня царя Артаксеркса дается повеление всем сокровищехранителям, которые за рекою: все, чего потребует у вас Ездра священник, учитель закона Бога небесного, немедленно давайте: серебра до ста талантов, и пшеницы до ста коров, и вина до ста батов, и до ста же батов масла, а соли без обозначения количества.

    Все, что повелено Богом небесным, должно делаться со тщанием для дома Бога небесного; дабы не было гнева Его на царство, царя и сыновей его. И даем вам знать, чтобы ни на кого из священников или левитов, певцов, привратников, нефинеев и служащих при этом доме Божием, не налагать ни подати, ни налога, ни пошлины» (Езд. 7, 14-24).

    Выражение «дом Бога вашего в Иерусалиме» следует указу Кира, а привилегии, предоставленные жрецам и прочим служителям храма в Иерусалиме, сходны с привилегиями, предоставленными Киром жрецам святилища Аполлона в Малой Азии.

    iii) Священнический кодекс и зороастрийские влияния

    Еврейская традиция чтит Ездру, именуемого также «сведущим в законе Моисеевом» (Езд. 7, 6), приписывая ему запись всех канонических книг Ветхого Завета, в то время как многие современные ученые связывают его имя конкретно со «Священническим кодексом» – четвертым компонентом Пятикнижия, составление которого относят в основном к персидской эпохе. Полагают, что он сам издал этот кодекс либо, по меньшей мере, навязал его в этот момент еврейской общине.

    Хотя признаётся, что все части Пятикнижия содержат как допленные, так и послепленные материалы, последние обильнее всего представлены в «Священническом кодексе», и именно в нём, что неудивительно, очевидны зороастрийские влияния.

    В него входит «Кодекс святости» (Левит 18-26), который, хотя и является полностью еврейским, может быть обязан своим местом и рядом своих акцентов растущему интересу к вопросам чистоты. В него также входит первая глава Книги Бытия, содержащая рассказ о творении, полностью отличающийся от рассказа во второй главе с его историей об Эдемском саде. Бросается в глаза сходство первого рассказа с зороастрийской космогонией в двух отношениях. Во-первых, в нём есть величественное заявление: «В начале сотворил Бог небо и землю… и Дух Божий носился над водою».

    Это единственное место в Ветхом Завете, где Дух Божий связывается с творением. Делались попытки соответственно истолковать слово ruah здесь в особом смысле – как ветер или бурю, но недавний комментатор настаивает, что «если использовать современные термины, то Дух здесь – активный принцип, который был совершенно необходим для совершения творения. Он был… движущим фактором…

    Где был Бог, там действовал и его Дух» (A.S. Kapelrud). Именно при помощи подобных терминов исследователи стремятся выразить учение Заратуштры о Святом Духе, посредством которого Ахурамазда является «Творцом всего».

    Во-вторых, творение в нём разделено на семь этапов. Зороастрийские и библейские этапы совпадают не полностью – в частности, творению огня, которое оказывается вершиной зороастрийского рассказа о творении, уделено менее заметное место в Книге Бытия, где светила помещены между планетами и птицами и рыбами. И всё же имеется общее сходство между двумя космогониями, а поскольку космогония имела основополагающее значение для религии Заратуштры, будучи связанной с его учением о семи великих Бессмертных Святых и цели Бога при создании мира, можно предполагать, что зороастрийские представления были известны теологам других вер на всём пространстве Империи.

    Настолько же заметными в зороастризме в силу своей жизненной важности для каждого верующего были учения Гат о судьбе после смерти (включая личный суд, рай и ад) и последних временах (включая Страшный суд, истребление злых и вечное блаженство спасённых в сообществе с Ахурамаздой в его царстве на земле).

    Ярок контраст между этими учениями и древнейшим слоем еврейских представлений о загробном мире, о которых было сказано: «Одним из наиболее удивительных элементов религии Израиля было горячее и сильное чувство общности с богом, контрастом к которому выступала вера в лишь чрезвычайно призрачную и неудовлетворительную жизнь после смерти. У Амоса (Гл. 9) и в Псалме 138 мы находим веру в то, что власть Яхве достигает и загробных областей Шеола, но до самого конца ветхозаветного периода свидетельств о вере в блаженное существование после смерти мало» (N.W. Porteous).

    Самое раннее упоминание о такой вере видят у Исайи, в послепленном стихе 26, 19: «Оживут мертвецы твои, восстанут мертвые тела! Воспряните и торжествуйте, поверженные в прахе: ибо роса твоя – роса растений, и земля извергнет мертвецов». Таким образом, новая надежда на радость в загробном мире была определённо увязана с характерно зороастрийским учением о воскресении мёртвых, на которое, как представляется, намекает Яшт 30, 7 и которое постоянно повторяется в качестве предмета веры.

    Это учение справедливо приписывает Заратуштре Феопомп, родившийся ок. 380 г., в правление Артаксеркса II (согласно Энею Газскому). Поскольку оно и прочие элементы зороастрийской апокалиптики обнаруживают в конечном счёте свои аналогии в иудейской и христианской эсхатологии, причём не разрозненно, а как части той же самой устойчивой схемы, которую можно заметить в Гатах, трудно не отдать зороастризму приоритет и не признать его источником влияния, особенно учитывая, что элементы учения Заратуштры могут быть прослежены далеко в прошлое до древних индоиранских религиозных традиций, в то время как элементы иудейской апокалиптики впервые появляются только после начала контактов с персидской верой.

    В число совершенно оригинальных доктрин Заратуштры входило учение о том, что в конце «ограниченного времени» смерть исчезнет вместе со своим злым создателем – Ангхро Майнью. Это учение также было чуждо древней еврейской мысли, однако оно находит своё выражение ещё в одном позднем стихе Исайи, который пророчествует, что наступит день, когда Яхве уничтожит смерть, «покрывало, покрывающее все народы, покрывало, лежащее на всех племенах, поглощена будет смерть навеки» (Ис. 25, 7-8).

    В целом представляется, что зороастрийские учения, первоначально усвоенные Второисайей, провозгласившим Яхве Богом и Творцом, были приняты также другими пророками школы Исайи и время от времени проявлялись в их стихах, хотя пока ещё и не как части единой религиозной системы.

    Датировка многих из этих стихов остаётся спорной, а для раздела, состоящего из Глав 24-27 (из которого взяты обе вышеприведённые цитаты), «от эпохи плена до конца составления Ветхого Завета, т.е. до конца II в. до Р.Х., каждое столетие предлагалось в качестве времени его появления» (Eissfeldt). Существуют проблемы также с датировкой Глав 56-66, которые некоторые исследователи приписывают одному автору, Третьеисайе, жившему в эпоху Артаксеркса I, в то время как другие считают сочинением дюжины разных членов школы Исайи.

    В этих главах прошлое, настоящее и будущее иногда представляются в таких образах, которые, хотя они и выражены еврейскими терминами, имеют поразительное сущностное сходство с зороастрийским мировоззрением. Так, прошлое и настоящее поражены злом, которое не только вредит человеку, но и отравляет весь космос. Спасение от этого состояния может принести только мощное деяние или суд Яхве, который сотворит «новое небо и новую землю».

    После этого его рабы «будут петь от сердечной радости», а творившие зло и поступавшие против его воли будут «кричать от сердечной скорби и рыдать от сокрушения духа», а затем предадутся смерти (Ис. 65). Учение о будущей судьбе, зависящей от нынешнего выбора, является фундаментальным в религии Заратуштры, а одновременное объявление радости и горя, спасения для праведных и страдания и истребления для грешников чрезвычайно характерно для Гат, но необычно для еврейских воззрений, хотя позднее оно и станет заметной чертой еврейской апокалиптики.

    Несмотря на то, что евреи приняли веру в рай и ад, они отвергли основополагающее дуалистическое учение Заратуштры о том, что в настоящее время власть Бога ограничена его могучим и злым противником – источником всего зла и страдания в мире. В самом деле, Второисайя – возможно, первый еврей, узнавший о религии Заратуштры, отвергает это учение словами: «Я Яхве, и нет иного… Я делаю мир и творю зло» (Ис. 45, 6-7).

    Таким образом, он принял зороастрийскую веру в Бога-Творца, но приписал Яхве творение всех вещей, как добрых, так и злых, считая его всемогущим. Поскольку в это время евреи в своём большинстве приходили к мысли о том, что Яхве – не просто одно божество из многих, которому они должны поклоняться как своему племенному богу, но всемогущий Бог, они чувствовали всё возрастающую потребность найти в свете этого учения объяснение для незаслуженного страдания в этом мире. «Вопрос о том, почему безбожники так часто процветают, а благочестивые страдают, постоянно обсуждался… в пятом и четвёртом столетиях до Р.Х.» (Eissfeldt). Именно к этому периоду общий консенсус относит создание Книги Иова.

    Кроме того, по мере того, как евреи признавали Яхве в качестве всемогущего Творца, они, как представляется, ощущали растущую потребность в признании менее значительных бессмертных существ, его служителей, которые заполнили бы пропасть, разверзшуюся отныне между ним и поклоняющимися ему людьми…

    Общепризнано, что еврейская ангелология, достигшая высокого развития, в значительной степени отражает зороастрийскую веру в язат, а «семь Ангелов, стоящих пред Богом» (Откр. 8, 2) соответствуют самим Бессмертным Святым.

    Постепенно развивалась также и демонология, так что в еврейской апокалиптической литературе парфянского периода Сатана стал восприниматься подобно Ангхро Майнью как космическая сила, как злая сущность, ведущая свои нечистые орды в бой против человечества.

    Таким образом зороастрийский дуализм, сознательно отвергнутый Второисайей, в конечном счёте всё-таки оказал на иудаизм своё глубокое влияние.

    Mary Boyce. A History of Zoroastrianism. Vol. 2. Leiden/Koeln. 1982. P. 188-195

    Арамейский и арабский

    У меня складывается такое впечатление, что если не вся, то почти вся основная религиозная лексика заимствована в арабский язык ислама из арамейского языка сирийского христианства. Вот хотя бы небольшой список слов, которые или напрямую заимствованы из арамейского в арабский, или переосмыслены в арабском под влиянием родственных арамейских слов. На всякий случай дополнительно поясняю, что все эти слова были в употреблении у сирийских христиан за столетия до появления ислама.

    Русский / арамейский / арабский

    Бог / аллаhа / аллаhу
    дух / руха / руху
    духовный / рухана / руханий
    ангел / малаха / малаку
    душа / нафша / нафсу
    помазанник / мəшиха / масиху
    крест / Сəлива / Салибу
    жрец / каhна / каhину
    человек / аðам / адамий
    пророк / нəвийа / набий
    молитва / Сəлоθа / Салаwату
    пост / Саwма / Саwму
    благословение / буркəθа / баракату
    притча / маθла / умθуляту
    жертвенник / маðбəха / маðбаху
    святой / Каддиша / Куддус
    святыня / Кудша / Кудсу
    воскресение / Кəйамта / Кийамату
    вселенная / ‘олма / ‘аламу
    владыка вселенной / риббона ðə-‘олма / раббу-ль-‘аламин
    суд, закон, религия / дина / дину
    судный день / йома ðə-ðина / йаwму-д-дини
    верить / hаймэн / ’амана
    вера / hаймануθа / ’иману
    поклоняться / ‘əваð / ‘абада
    сатана / саТана / шайТану
    рай / пардайса / фирдаwсу
    ад / гиhанна / джаhаннаму
    грех / хəТаhа/хəТиθа / хаТи’ату
    раскаиваться / тав / таба
    раскаяние / тйавуθа / таwбату
    мученик / саhда / шаhиду
    мученичество / саhдуθа / шаhадату
    милость / рахмэ / рахмату
    праздник / ‘эðа / ‘иду
    жертвоприношение / Курбана / Курбану
    назорей, христианин / наСрайа / наСара
    мир вам / шəлам лəхон / саляму ‘алейкум

    Артемида Эфесская

    фото

    По поводу того, что за предметы украшают знаменитую статую Артемиды Эфесской, высказывались разные мнения. Все сходились в том, что это символы плодородия, но дальше единогласие заканчивалось. Кто-то видел в них женские груди, кто-то – финики, кто-то – ягоды винограда. И лишь в недавнее время научный мир пришёл к консенсусу, что это мошонки жертвенных быков. Каждую весну в Эфесе происходило крупное жертвоприношение быков в честь Артемиды, после чего их мошонки вешались на её статую.

    Просмотров: 152 | Добавил: providenie | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Календарь

    Фонд Возрождение Тобольска

    Календарь Святая Русь

    Архив записей

    Тобольскъ

    Наш опрос
    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 145

    Наш баннер

    Друзья сайта - ссылки
                 


    Все права защищены. Перепечатка информации разрешается и приветствуется при указании активной ссылки на источник providenie.narod.ru
    Сайт Провидѣніе © Основан в 2009 году