Поиск
 

Навигация
  • Архив сайта
  • Мастерская "Провидѣніе"
  • Добавить новость
  • Подписка на новости
  • Регистрация
  • Кто нас сегодня посетил   «« ««
  • Колонка новостей


    Активные темы
  • «Скрытая рука» Крик души ...
  • Тайны русской революции и ...
  • Ангелы и бесы в духовной жизни
  • Чёрная Сотня и Красная Сотня
  • Последнее искушение (еврейством)
  •            Все новости здесь... «« ««
  • Видео - Медиа
    фото

    Чат

    Помощь сайту
    рублей Яндекс.Деньгами
    на счёт 41001400500447
     ( Провидѣніе )


    Статистика


    • Не пропусти • Читаемое • Комментируют •

    ТРЕХТЫСЯЧЕЛЕТНЯЯ ЗАГАДКА
    И. Р. ШАФАРЕВИЧ


    ОГЛАВЛЕНИЕ

    фото
    История еврейства из перспективы современной России
  • Предисловие.
  • Гл. 1. Существует ли еврейский вопрос?
  • Гл. 2. Античность.
  • Гл. 3. Средние века.
  • Гл. 4. Классический иудаизм.
  • Гл. 5. Хазария.
  • Гл. 6. Роль в развитии капитализма.
  • Гл. 7. Эмансипация и борьба за равноправие.
  • Гл. 8. Золотой век ассимиляции (от Наполеоновских войн до I Ми-ровой войны).
  • Гл. 9. Роль в развитии социалистического движения.
  • Гл. 10. В России перед революцией.
    1. Финансы, пресса.
    2. Противостояние.
    3. Русская интеллигенция и евреи.
  • Гл. 11. В русской революции 1917 г.
    1. Подготовка революции.
    2. Революция.
    3. Вопрос о власти.
  • Гл. 12. На Западе между Мировыми войнами (от I до II Мировой войны).
    1. После войны.
    2. К новой войне.
  • Гл. 13. При коммунистическом строе.
    1. Построение социализма в одной стране.
    2. В социалистической стране.
    3. Расставание....
  • Гл. 14. На современном Западе (после II Мировой войны).
    1. Создание государства Израиль.
    2. США и Западная Европа.
  • Гл. 15. Во второй русской революции.
  • Гл. 16. Еврейские таланты.
  • Гл. 17. Обсуждение.
    1. "Что такое еврей".
    2. "Судьбы еврейского народа".
    3. Опять о власти.
    4. Заметки для России.

    Предисловие

    Значительная часть этой книги была написана более 25 лет тому назад. Тогда я писал работу (конечно, для Самиздата), в предчувствии надвигающегося кризиса, посвященную положению в Советском Союзе в то время (т.е. до "перестройки"). В ней я говорил о некоторых тенденциях, проявившихся тогда, опасных, по моему мнению, для будущего страны. Причем не мог не обратить внимания на исключительное, бросающееся в глаза участие, которое принимали в развитии этих тенденций еврейские публицисты и писатели. По ходу обсуждения всех разбиравшихся вопросов мне приходили в голову некоторые исторические параллели, которые я и излагал. Постепенно стало заметно, что обилие таких исторических экскурсов затемняет основную мысль работы. Один мой друг, сейчас уже покойный, посоветовал мне лучше собрать все исторические экскурсы в одно Приложение к работе. Мысль показалась мне разумной и я начал писать такое Приложение. По ходу дела я знакомился с новыми для меня работами и извлеченные из них мысли и факты тоже включал в Приложение. В результате появился некий текст, или даже два (один был специально посвящен русской истории), вместе превышавшие первоначальную работу. Как "Приложение" они уже потеряли смысл и тогда в работе никак не отразились. Работа появилась в Самиздате под названием "Русофобия" и стала жить своей жизнью, а "исторический" текст остался лежать в "ящике".

    С тех пор прошло много лет. Соображения, высказанные мною в опубликованной после этого и в печати работе, как мне кажется, полностью подтвердились - нисколько этим меня, правда, не порадовав. Тенденции, наблюдавшиеся мною как еле заметные трещинки в монолите тогдашнего государства, теперь превратились в пропасти и обвалы, почти разрушившие страну. И, в частности, опять возникло явление очевидного сверхактивного участия каких-то еврейских течений в этой работе разрушения.

    Сейчас опять, как 25 лет назад, возникает потребность осмыслить произошедшие события. Мы живем в совершенно новой ситуации, созданной драматическими изменениями последних 12-15 лет. Но эти изменения дают также и обильный материал для размышлений, даже совершенно новую точку зрения, из перспективы которой мы можем смотреть на всю историю.

    Настоящая работа содержит и старый текст, более чем 25-летней давности (иногда переработанный), и новые наблюдения и соображения. Содержание работы, мне кажется, раскрывается ее названием. Это рассуждения на тему, которая, иногда очень неопределенно, называется "еврейский вопрос".

    Хочу сразу определить свою позицию: моим стимулом при написании работы было сопереживание истории собственного народа и, даже еще в большей степени, обсуждение его возможного будущего. Это определяет ориентацию работы: история отношений между евреями и другими народами полезна как собрание примеров для уяснения русско - еврейских взаимоотношений. Мне представляется неправдоподобным, что можно обсуждать такой вопрос, отвлекшись от собственной национальности, как бы сверху, подобно тому, как у Гомера Зевс беспристрастно взвешивает на весах судьбы, "доли", Гектора и Ахилла. Для этого надо быть бессмертным Громовержцем. Но человечески - ангажированная точка зрения не предполагает предвзятости, там более, враждебности: хотя бы потому, что злоба - плохой советчик. Цель работы - привести некоторые факты и соображения, которые помогли бы выработать русскую точку зрения на трудный и важный, особенно для русских, "еврейский вопрос".

    Но сначала надо, конечно, обсудить - существует ли такой "вопрос", есть ли здесь разумный предмет для размышлений. С этого работа и начинается.

    При подготовке рукописи неоценимую помощь мне оказал С.П.Демушкин. Без его содействия книга несомненно не увидела бы свет.

    Я глубоко благодарен всем, кто помог мне доставать нужную для книги литературу - как в нашей стране, так и за ее пределами.

    Моя сердечная благодарность тем, смог ознакомиться с рукописью и сделать замечания, мне чрезвычайно полезные.

    Автор.

    “Гл. 1. Существует ли еврейский вопрос?

    Евреи не раз играли судьбоносную роль в истории нашей страны: в революционном движении, экономике и прессе до революции 1917 г.; в аппарате власти: партии, ЧК-ОГПУ-НКВД, руководстве основных наркоматов - после революции. Их роль колоссальна в современной жизни: в партии, аппарате пропаганды и культуры, в формировании отношения Запада к СССР, в управлении общественным мнением. И несомненно, их влияние будет не меньше в предвидимом будущем. (Через лет 15 после того, как этот текст был написан, события конца 1980 -х - 1990-х годов, мне кажется, полностью подтвердили эту мысль. Подробнее см. Главу 15).

    Казалось бы, к этому поразительному и важному явлению независимая мысль в нашей стране должна была бы постоянно возвращаться. По многим причинам этого, однако, не произошло - и не только сейчас, так было и в прошлом. Среди небольшого числа исключений Достоевский, вообще замечавший многое, скрытое ещё от других, посвятил "еврейскому вопросу" более ста лет назад несколько глубоких статей. Он начинал так:

    О, не думайте, что я действительно затеваю поднять "еврейский вопрос". Я написал это заглавие в шутку. Поднять такой величины вопрос, как положение еврея в России и о положении России, имеющей в числе сынов своих три миллиона евреев - я не в силах. Вопрос этот не в моих размерах.

    Конечно, эти слова не являются выражением авторского кокетства: очевидно, Достоевский чувствовал, что современность ещё не давала ему ни нужных фактов, ни точек зрения, чтобы приблизиться к пониманию истинных корней затронутого им вопроса (такие намёки в его статьях есть). Протекший век снабдил нас массой новых фактов на эту тему. Боюсь, однако, что положение со времён Достоевского не стало более благоприятным: потому что, кроме фактов, время принесло с собой и множество мифов, табу, да и прямой лжи - и всё это забаррикадировало и самые подступы к "еврейскому вопросу". Так что и в этой работе я не ставлю себе цели "поднять еврейский вопрос" - уж тем более он и "не в моих размерах". Но я хотел бы попытаться хоть начать его обсуждение в свете нашего громадного опыта, хоть помочь расчищать путь к пониманию того, что он значит для русских (т.е. в рамках "русского вопроса") .

    Прежде всего, нам преграждает дорогу заявление, что этот вопрос вообще нельзя обсуждать. "Не гуманно оперировать такой абстракцией как "еврейский вопрос" или "еврейство" - этим игнорируется человеческая индивидуальность, одни люди признаются ответственными за действия других. Отсюда всего шаг до отправки в лагеря или газовые камеры по классовому или расовому признаку", - подобные возражения приходится часто слышать. Однако "обсуждение" любого социального или исторического явления невозможно без введения каких-то общих категорий: государств, наций, сословий. Это очень важная компонента социального или исторического анализа и в других случаях никаких возражений не вызывает. Почему можно говорить о влиянии, которое эмигрировавшие из Франции гугеноты оказали на развитие капитализма в Германии, но неморально ставить вопрос об аналогичном влиянии евреев? Можно обратить внимание на то, какую роль играл многонациональный характер России в русской революции, но "не интеллигентно" интересоваться тем, какова, в частности, была роль евреев? Вряд ли можно ответить на подобные вопросы, если только не принять, что к евреям и другим народам следует прилагать разные мерки. Надо лишь иметь в виду, что мы оперируем некоторой абстракцией и не абсолютизировать ее.

    Более убедительно на первый взгляд выглядит другое возражение - утверждение, что никакого вопроса вообще не существует, что понятие "еврей" или "еврейский народ" есть пустая абстракция, не отвечающая никакой реальности. Так, современный (XX в.) французский философ Раймон Арон спрашивает: что общего между йеменским и американским евреями, даже если оба живут в Израиле? Да гораздо раньше и Сталин задавал тот же вопрос: что общего между кавказским и американским евреями? Но ответ, оказывается, хорошо известен многим евреям - авторам, выступающим с позиций еврейского национализма Вот суждение на эту тему виднейшего вождя еврейского национализма в XIX веке - Гретца, написавшего ( первую полную) 11-томную "Историю еврейского народа". К середине XIX в., пишет он в последнем томе этой "Истории", некоторые еврейские националисты начали жаловаться, что под влиянием контактов с европейской культурой, в результате предоставления им равноправия, евреи стали терять свою над - государственную сплочённость. Но вот в 1840 г. в Сирии, в Дамаске, возникло дело по обвинению нескольких евреев в ритуальном убийстве католического монаха. И сразу обнаружилось:

    какая чудесная взаимосвязь нерасторжимо соединяет члены еврейского мира, как ещё прочны узы невидимо, бессознательно стягивающие их, как первая же угроза еврейству заставляет биться в патриотическом порыве сердца всех евреев на земном шаре: любых партийных толков, вольнодумца-реформатора совершенно так же, как несгибаемого ортодокса, государственного деятеля, по видимости отошедшего от еврейства так же, как погруженного в Каббалу и Талмуд начётчика, в весёлой Франции так же, как в задумчивой Азии.

    Во главе движения за освобождение арестованных в Дамаске евреев стали: французский политический деятель Адольф Кремье и живущие в Англии барон Натаниэль Ротшильд и сэр Мозес Монтефиоре. Они поехали в Турцию, добились освобождения задержанных евреев и заставили даже убрать гробницу убитого монаха из церкви капуцинского монастыря. Казалось бы, действительно, что общего у барона Ротшильда и сэра Монтефиоре с сирийскими евреями? Но какая-то "нерасторжимая связь" существует. И существует она не с прошлого века. Вот свидетельство, относящееся ещё к античности (оно принадлежит известному историку Моммзену).

    Как многочисленно было даже в Риме еврейское население ещё до Цезаря и как стойко держались уже в то время в племенном отношении Евреи, указывает нам замечание одного из современных писателей, - что для наместника бывает опасно слишком вмешиваться в дела Евреев своей провинции, так как по возвращении в Рим ему предстоит быть освистанным столичной чернью.

    Вот таким - как единый живой организм, немедленно реагирующий на болезненное раздражение любой его части - проходит еврейство через всю историю, вплоть до наших дней. Любой острый для еврейства вопрос немедленно подхватывается прессой всего мира, - как было, например, с "Делом Дрейфуса", "Делом Бейлиса" или "Делом врачей". С начала этого (т.е. XX) века переговоры русского правительства о займах наталкивались в Англии, Франции, Америке на сопротивление еврейских банкирских домов, ставивших условием изменение положения евреев в России. То есть интересы русских евреев были, например, для английских Ротшильдов важнее их собственных финансовых интересов! Дело доходило до организованного международного бойкота, причём банки, пытавшиеся его нарушить, подвергались давлению и наказаниям. Президент Тафт в 1911 г. аннулировал русско-американский торговый договор 1832 г. под давлением еврейских кругов Америки, возмущённых положением евреев в России и, в частности, тем, что по русским законам туда был ограничен въезд евреев. Симметричная ситуация, когда торговый договор не был заключён из-за того, что евреям не разрешался выезд из СССР, - сложилась на наших глазах (закон "Джексона-Вэника").

    И еще недавно можно было прочитать в газетах или услышать по радио о демонстрациях и петициях, скажем, бельгийских евреев в защиту, по их мнению, притесняемых евреев советских. Ведь это поразительно: если бы они встретились - советский еврей и его европейский защитник, то скорее всего не смогли даже объясниться. Что же их связывает? Не язык, не территория или любовь к родному ландшафту, не государство, не культура, теперь даже, как правило, не религия. По-видимому, и сами евреи часто только ощущают эту связующую их силу, но не могут дать ей рационального объяснения. Например, в статье, напечатанной в современном журнале, издающемся на русском языке в Израиле, автор, американский еврей, пишет:

    Для большинства американских евреев, которые образуют сейчас верхушку американского среднего класса, то, что выделяет их как евреев, - это определённого рода ощущение близости (...). Пожалуй, точнее всего было бы сказать, что они "чувствуют что-то такое"... Вот это "что-то такое" и составляет основу их ощущений еврейскости. Такое маленькое "что-то..." (...). И это, оказывается, весьма специфическая вещь - быть выделенным, принадлежать к этой группе. Настолько специфическая, что люди не хотят отдавать ощущение этой принадлежности и выделенности, не хотят "обменивать" его на что-либо иное.

    А Фрейд, обращаясь к современному "бунтарю", говорил: "Если бы у него спросили, что есть в тебе иудейского, когда ты покинул все, что имел общего с соотечественниками, он бы ответил: ещё многое, вероятно самое главное".

    Эти высказывания, на которые я обратил внимание еще давно, подтверждаются другими, более поздними. Например, публицист, живущий в Германии, представительница уже "третьей волны" эмиграции, С. Марголина пишет:

    Еврей - не фантастическая выдумка. Его самосознание начинается с ощущуения "отличности" .Оно коренится в традиции избранности, которая, потеряв религиозную непосредственность, реализуется в мирской форме чувства превосходства и нарциссизма.

    Тут часто выдвигается другое возражение: если в какой-то степени и существует самосознание евреев всего мира как единого целого, то причина его лежит не в евреях, а в той ситуации, в которой они оказались - это общее свойство рассеянных и гонимых народов. Заметим, что это возражение всё же признает существование того явления, которое мы обсуждаем, предлагая лишь его объяснение. Но и объяснение не кажется убедительным. Оно есть отражение общей концепции, согласно которой деятельность организма, человека, общества - направляется не внутренними стимулами, а влиянием окружающей среды. Концепция эта заимствована из биологии (дарвинизм, бихевиоризм), но и там, кажется, перестаёт быть популярной. В интересующем же нас случае вопрос, можно сказать, доступен экспериментальной проверке, так как кроме евреев было столько народов, терявших своё государство! - но судьба их всех была совсем иной, чем у евреев. Государство вандалов было разрушено Византией, и о вандалах больше никто ничего не слышал, а еврейское государство разрушали и Ассирия, и Вавилон, и Рим, но в конце концов разрушились-то они, а евреи существуют до сих пор! Русская революция выплеснула за границу многочисленную эмиграцию, в большинстве своем накалённую патриотическими чувствами, всеми силами стремившуюся сохранить связь с Россией - и уже внуки эмигрантов еле говорят по-русски и испытывают к России в лучшем случае сентиментальный интерес; а влияние на политическую жизнь мира или тех стран, где она обитала, эмиграция не оказывала просто никакого. Поразительный пример даёт Америка. Почти все её жители в том или ином поколении - эмигранты, но, за одним единственным исключением, их национальные интересы оказывают очень маленькое влияние на политику США. Там много немцев, но это не помешало Америке в двух последних войнах воевать против Германии. Зато интересы еврейской части населения США просто доминируют в политике: им приносится в жертву и торговые сделки с СССР и проблема снабжения нефтью с Ближнего Востока. Дальше мы приведем и другие примеры.

    Многие обращали внимание на это поразительное явление. Например, М.О.Гершензон писал:

    История евреев(....) слишком странна своим разительным несходством с историей прочих народов...

    Он привлекает такой образ:

    Сравнительно с большинством растений, прикрепленных к месту, растение, скитающееся по морю, ненормально... Оно ( еврейство - И.Ш.) похоже на те растения, блуждающие по морю, которых корни не врастают в дно.

    Надо, наконец, признать, что жизнь человечества управляется не тривиальной логикой, что в ней есть общие правила, но есть и исключения из них, и что судьба евреев - один из примеров этого. Такое признание принесёт неоценимую пользу тем, что предостережет от веры в примитивные, тривиальные решения: например, в то, что еврейский вопрос, бывший 30 веков загадкой для человечества, разрешится в результате ассимиляции или издания особых законов, регулирующих положение евреев.

    Вполне понятно нежелание расстаться с простыми, привычными взглядами. Так не хочется отказываться от "разумной", "логичной" точки зрения: евреи - де - народ как другие; только крайние еврейские националисты, да крайние ненавистники евреев, представляют их (сходясь в своей крайности) либо посланцами небес, либо исчадием ада; конечно, они народ с трудной историей, удивительно сплочённый, но поставь других в те же условия - и результат был бы тот же. Отказавшись от такой точки зрения, попадаешь, как кажется, в область каких-то фантазий, мистики (да и обидно даже признавать за другими какие-то особенные, уникальные черты). Автор по себе знает, как трудно расставаться с таким взглядом, как долго приносишь ради этого в жертву и логику, и факты - до тех пор, пока не осознаешь совершенно ясно, что борешься с очевидностью. Не только евреи не такой же народ, как все, но между ними и другими народами нет промежуточных ступеней, здесь какое-то нарушение непрерывности. А когда другие народы попадают в положение, похожее на то, в котором находятся евреи, то это только подчёркивает их различие. Нельзя отрицать существование этой силы, которую Гретц назвал "чудесной взаимосвязью", соединяющей евреев мира: слишком часто и слишком мощно она воздействует на жизнь человечества. То, что ни мы, ни, вероятно, сами евреи, не понимают, при помощи каких факторов эта сила действует, не ставит под сомнение её существование: не станет же физик, наблюдающий какое-то явление, отрицать его только потому, что пока не может его объяснить. Дальше мы и будем исходить из такой точки зрения, т.е. существования некоей социальной силы, действующей как единое целое, которую можно назвать "еврейским влиянием в мире" или "еврейством". Мы не будем пытаться анализировать внутренние стимулы, движущие эту силу и направляющие её в ту или иную сторону. Не будем даже задаваться вопросом, все ли евреи или только некоторые подчиняются действию этой силы: те, которые ей подчиняются, те и образуют "еврейство". Нас будет интересовать, на что эта сила реагирует, как меняется её точка приложения. Только в этом смысле мы будем говорить о её "целях".

    Существование этой силы собственно и составляет "еврейский вопрос". На протяжении работы мы попытаемся указать её проявления в самых различных исторических ситуациях - от седой древности до наших дней. Но в чём же, собственно говоря, "вопрос"? - почему наличие этой силы (если допустить, что наши аргументы, доказывающие, что она существует, убедительны) - почему этот факт важен, воспринимается как вопрос, обращенный к нам от имени Истории? Причина, видимо, в том, что сила эта чаще всего проявляется, когда рушатся некоторые традиционные жизненные уклады - и является фактором, способствующим их радикальному и безжалостному разрушению. Вся история демонстрирует как бы сосуществование двух трудно соединимых, разнородных сущностей. Сосуществование, выливающееся в конфликты, в которых страдает то одна, то другая сторона. Резня, произведенная казаками Хмельницкого в еврейском местечке Немиров, как бы воскресает в резне арабов в палестинской деревне Дейр Ясин, в лагерях беженцев Шабра и Сатила в Ливане. Да примеры проходят через всю историю, мы встретим их во множестве и в этой работе. В конфликтных ситуациях такого масштаба поиски "виновника" вряд ли продуктивны. Важнее осознание самой ситуации. Именно исключительность, необычность истории еврейства и объясняет то, что она так постоянно привлекала к себе человеческую мысль. Воспринималась как Загадка.

    Как мы уже говорили, интересующая нас сила проявляется на очень большом отрезке Истории. Поэтому, чтобы подметить какие-то её черты, надо и рассматривать её на всём этом промежутке. Здесь мы приведём очень краткую её характеристику, самое сжатое описание её за тот исторический период, когда её можно наблюдать. Это - подготовительная работа для тех, кто в будущем попытается глубже осмыслить её воздействие на судьбу нашего народа или всего человечества, как бы исторический фон, на котором эту проблему, как мне кажется, следует рассматривать.

    Мы сталкиваемся тут с областью, которой посвящена громадная литература. Мы же, в этой работе, будем опираться лишь на небольшую часть этих источников. Здесь играет роль не только очевидная причина - неспособность автора охватить всю литературу (часто невозможность достать источники, кажущиеся интересными). Существеннее то, что литература эта в большей своей части исключительно тенденциозна и вызывает мало доверия. Те возражения против обсуждения "еврейского вопроса", которые приводились в начале параграфа, являются не просто укоренившимися стереотипами мышления - это почти догматы некоторого мировоззрения и неподчинение им вызывает иррациональную ярость. Силу пылающих тут чувств показывает диапазон аргументов, выходящих далеко за рамки интеллектуальной дискуссии. Достаточно напомнить, что сейчас в ряде стран Запада даже публичное выражение сомнения в цифре 6 млн. евреев, погибших от рук нацистов - уголовно наказуемо тюремным заключением. По этой статье ряд лиц и наказаны - одни отсидели свой срок, другие - скрываются, третьи - уволены без надежды найти работу и без права на пенсию. Да и я сам, в период как раз расцветавшей в нашей стране свободы и либерализма, лишь попытался коснуться печатно "вопроса", сразу встретился с публичным требованием, чтобы моими произведениями занялось КГБ (тогда оно ещё так называлось). И это со стороны публициста, прокламировавшего преданность демократии! Тогда я впервые обнаружил, что одно другому не противоречит. А это у многих порождает осторожность, самоцензуру - того самого внутреннего редактора, которого все помнят по временам коммунистического строя.

    Естественно, что такое пристрастное и одностороннее освещение важного вопроса вызывало, в качестве реакции, появление многих произведений противоположного направления, столь же тенденциозных. В частности, за последнее десятилетие - в нашей стране. И они полны мыслями или сообщаемыми фактами, которые именно из-за крайнего полемического стиля работ внушают сомнение. Тут я сошлюсь на последнюю, по-видимому, работу В.В.Кожинова, опубликованную ещё при его жизни. Она напечатана в выходящем в Минске журнале "Святая Русь" и посвящена разбору недавно вышедшей так же, в Минске, книги "Война по законам подлости". Как говорится в статье Кожинова, книга посвящена в основном "еврейскому вопросу", но в ней свалены в одну кучу вопрос, как он говорит, "чрезвычайно существенный и чрезвычайно острый" и множество предвзятых мнений, непроверенных слухов и мифов, сложившихся вокруг него. К числу их Кожинов относит внушаемый книгой взгляд, что "всё зло в мире исходит только от одних евреев", а также что "все евреи всех времён - злейшие враги России и всего мира". К той же области от относит множество непроверенных и неправдоподобных "фактов", содержащихся в книге, например, "Завещание Сталина" и вообще представление о Сталине как принципиальном и последовательном борце с еврейским влиянием ("сионизмом"). А в особенности длиннейший список политических деятелей, не симпатичных авторам, а потому скопом зачисляемых в евреи, с указанием их "истинных" фамилий, неизвестно откуда взятых, например: Хрущев, Суслов, Горбачев, Ельцин, Черномырдин, даже Геринг и Геббельс. Я привел указание на эту книгу лишь как один пример. Как же тогда извлекать из литературы те или иные факты, как ориентироваться в человеческих взаимоотношениях, составляющих в целом этот "вопрос"? Надо было бы ограничиться источниками, заслуживающими доверия - но "заслуживающими доверия" с чьей стороны? С какой точки зрения?

    И все же мне кажется, что существует ряд признаков, дающих возможность отобрать источники (или определенные части их), которым можно доверять, хоть в какой-то степени. Я перечислю эти признаки. На протяжении работы я буду именно такими источниками пользоваться.

    Во-первых, это те, которые можно назвать "первоисточниками". Например, Ветхий Завет. Переводы его, за исключением некоторых деталей, не вызывают, видимо, сомнений, так что по нему можно достаточно надёжно судить о духе иудаизма. К той же группе источников можно отнести Талмуд и различные комментарии к нему (например, "Шулхан Арух"). Вопрос о том, какими переводами здесь пользоваться - более сложный, мы к нему в своём месте вернёмся.

    Другой группой источников являются работы еврейских авторов. Например, книги очень тщательного еврейского историка Гершона Шолема. Или высказывания таких влиятельных еврейских мыслителей как Ахад-Хаам или М.Бубер, книга основателя сионизма Герцля, воспоминания одного из вождей этого движения Х.Вейцмана.

    К третьей группе можно отнести работы еврейских авторов, выступающих как евреи, но противников господствующей в некоторых еврейских кругах тенденции. Примером является книга "Россия и Евреи", изданная в 1923 г. шестью евреями, находившимися в эмиграции. Они ни в коей мере не отрекаются от своего еврейства. Но всю книгу пронизывает убеждение, что живущие в России евреи должны прежде всего мыслить себя гражданами России. И эта точка зрения приводит их к совершенно новым выводам по таким вопросам, как участие евреев в подготовке революции, в утверждении большевистской власти в Гражданской войне и т.д. - вплоть до неожиданной в устах еврейских авторов оценки еврейских жертв в еврейских погромах времен гражданской войны. Другой пример - С.Марголина, которую мы уже цитировали. Она пишет, например:

    Вопрос о роли и месте евреев в советской истории - один из важнейших, хотя одновременно один из наиболее табуизированных вопросов нашего времени.

    Другой книгой такого типа является "Еврейская история - еврейская религия. Тяжесть трёх тысячелетий" Израиля Шахака (опубликована по-английски в 1994 г.). Автор является еврейским патриотом и патриотом государства Израиль. Он родился в Польше в 1933 г., получил еврейское религиозное образование, переселился в Израиль в 1945 г., служил там в армии. Именно исходя из своей патриотической еврейской позиции, автор считает гибельной средневековую раввинистическую идеологию, господствующую, по его мнению, сейчас в Израиле. Он призывает:

    приступить к честной оценке еврейского прошлого, осознать, что еврейский шовинизм и чувство избранности существуют и открыто пересмотреть отношение иудаизма к неевреям.

    К четвёртой группе источников я отнесу высказывания, содержащиеся в исторических сочинениях, которые в других, широко известных вопросах, зарекомендовали себя объективно. Или утверждений авторов, репутация которых общепризнанна - таких как социологи М.Вебер и В.Зомбарт.

    Пятой группой являются, по-моему, утверждения, снабженные четко проверяемой ссылкой. В качестве примера приведу книгу Д.Рида "Спор о Сионе". Книга довольно четко распадается на две части. В одной из них излагается точка зрения автора, согласно которой в течении нескольких тысячелетий маленькое племя (или каста) левитов планомерно устанавливает власть над миром. Им руководит тайное правительство, находящееся то в Палестине, то в Персии, то в Испании, то в Польше. Его орудием являлся, в частности, тайный орден иллюминатов, совершивший Французскую революцию. Эта линия продолжается, как утверждает автор, приблизительно до 1950-х годов, когда была написана книга. Я не берусь поддерживать или опровергать такую картину. Но заметно, что когда автор говорит о конце XIX в. или о XX веке, характер изложения резко меняется. Он приводит множество ссылок на книги и газеты, которыми можно пользоваться, не обязательно принимая набросанную выше картину. Автор был, видимо, крупным журналистом-международником, сохранил в своем архиве вырезки из газет по интересовавшему его вопросу. Некоторые книги, на которые он ссылается, я достал - они полностью соответствуют тому их изложению, которое даётся в книге. (Например, пользуясь библиографией этой книги, я познакомился с потрясающей историей преследования христианства в Мексике в 1920-е г.г. Об этом же написал несколько ярких книг писатель Г.Грин.) Если в этой книге приводится текст, взятый в кавычки и сопровождаемый ссылкой (например, "Нью-Йорк Таймс", 11 октября 1956 г.) - то трудно представить себе, что автор его попросту выдумал. Общая концепция автора как раз плохо подтверждается последующими событиями - он утверждает, например, что еврейское господство над миром осуществляется путем подчинения Запада Советскому Союзу! Но множество конкретных фактов, снабженных точными ссылками, очень полезно. То же можно сказать о книге современного американского автора Д. Дюка "Еврейский вопрос глазами американца". Его суждения о русских делах часто вызывают сомнения. Например, уже в предисловии он сообщает, что "в первом правительстве Коммунистической России было только 13 этнических русских и свыше 300 евреев из общего количества 384 комиссаров". О каком правительстве и каких комиссарах говорит автор? Совнарком был несравненно малочисленнее, комиссары же были в каждой армии, полку, роте. Их были тысячи. Судя по другим источникам, цифра в "384 комиссара" восходит к журналисту Вильтону, который был корреспондентом газеты "Таймс" в России во время революции. Возможно, что Вильтон имел в виду определенный список фамилий, зная который мы могли бы судить, насколько убедительную картину он дает. Но без такого списка это утверждение превращается в типичный пример высказывания, которое невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть, так как сам смысл его непонятен. Но хуже того, по чисто-американскому вопросу Дюк пишет о "сотнях тысяч американских солдат", погибших во Вьетнаме. Стандартная цифра американских потерь во Вьетнаме, которую обычно приводят - 50 тысяч. Если у автора есть основания сомневаться в этой цифре, то было бы очень важно (для самих американцев), чтобы они были приведены - чего в книге нет. Но, с другой стороны, в книге имеется большое число цитат из конкретных книг, которые мне удалось достать и проверить, что цитаты точны. Поэтому я считаю возможным привести цитату из этой книги (снабженную точной ссылкой) которую я сам проверить был не в состоянии. Другим такого же типа источником являются личные впечатления . Их можно найти и в книге Д.Рида. Особенно много их в книге Шульгина, свидетеля многих драматических событий нашей истории - и одновременно, острого наблюдателя. В его книге, посвященной русско - еврейским отношениям, проявляется распространенный недостаток его поколения - он не выверяет тщательно приводимые им факты. Например, в книге есть список псевдонимов некоторых революционных деятелей. Уже в 1929 г., когда Шульгин писал свою книгу, существовало много справочников, по которым он мог бы установить, что истинная фамилия Зиновьева - Радомысльский, а не Апфельбаум, Урицкий - не псевдоним. И подлинная фамилия, Мартынова - Пиккер, а не Зибар (хотя это и не ставит под сомнение его главного утверждения - что громадное число большевистских вождей еврейского происхождения имело русские псевдонимы). Но личные впечатления и наблюдения Шульгина от этого не менее интересны.

    Наконец, шестой группой источников можно назвать такие, которые в "доверии" просто не нуждаются - это умозаключения, об убедительности которых каждый может судить сам.

    Таким образом, все же можно набрать достаточное количество источников, на которые возможно опираться.

    В настоящей работе каждая цитата не будет сопровождаться ссылкой, чтобы не загромождать текст. Но в конце каждого параграфа приводится литература в которой интересующиеся могут найти приводимые в этом параграфе факты, а также много интересного на ту же тему.

    ЛИТЕРАТУРА

    Достоевский Ф.М. - "Дневник писателя" за 1877 г.

    Шафаревич И. Русофобия. Сочинения Т.2. М. 1994.

    Graetz H. - Geschichte der Juden, Bd.11.

    Моммзен Т. - Римская история, т. III.

    Журнал "Красный Архив", т.т. IY, YI, X.

    Журнал "22", Тель-Авив, 1978 г.; Дон Левин - "На краю соблазна".

    Кожинов В. Журнал "Святая Русь", N 3, 2000.

    Margolina Sonja. "Das Ende der Lugen" Berlin 1992.

    Shahak Israel " Histoire juive -Religion juive. Le poids de trois millenaires" 1996.

    Зеньковский В.В. " На темы историософии" в книге "Тайна Израиля" Санкт-Петербург 1993.

    Рид Д. Спор о Сионе (Перевод с английского).

    Дюк Д. "Еврейский вопрос глазами американца". М. 2001.

    Шульгин В. В. "Что нам в них не нравится". М. 1992.

    Гл. 2. Античность

    Внешне история Иудеи и иудеев в эпоху античности ничем не отличается от истории любого небольшого государства Ближнего Востока и одного из многих народов, населявших Средиземноморье. Одно время Иудея входила в сферу влияния Египта. Потом была завоевана (ее северная часть) Ассирией, потом (остальная часть) - Ново-Вавилонским царством. Большие империи того времени часто решали национальные проблемы путем переселения входивших в них народов (как в 1940-е годы в Советском Союзе или в Польше и Чехословакии, где немцы были выселены из плотно заселенных ими областей). Такова же была участь иудеев ("Вавилонское пленение"). Подобные переселения способствовали созданию многочисленной диаспоры. После подчинения Ближнего Востока Персидской империи часть иудеев, пожелавших вернуться на родину, получила разрешение это сделать. Иудея, как часть Персидского царства, была завоёвана во время походов Александра Македонского и вошла в его империю. После его смерти она стала предметом споров для двух эллинистических монархий: Птолемеев в Египте и Селевкидов в Азии. Она не раз переходила из рук в руки, что сопровождалось опять значительными переселениями иудейского населения в победившую страну. Но, в конце концов, Иудея стала частью империи Селевкидов. Воспользовавшись ослаблением этой империи и опираясь на поддержку Рима, всё более влиявшего на всё Средиземноморье, Иудея на время опять добилась независимости, под управлением сначала первосвященника, потом - царя. Однако, она всё более подпадала под влияние Рима и в 6-ом году I в. после Р.Х. стала римской провинцией. Римское господство вызывало восстания, сурово подавлявшиеся (что бывало и в других провинциях). После восстания 66-70 г.г. I в. после Р.Х., подавленного императорами Веспесианом и Титом, был разрушен Иерусалимский храм и упразднено звание первосвященника, но иудаизм как религия в Империи не притеснялся, надолго сохранилась власть Синедриона (духовный суд), патриарха.

    Однако, за этим фасадом, довольно стандартным для античной истории, скрываются некоторые принципиальные отличия. Два фактора кардинально отличают античных иудеев от других народов Средиземноморья: это их религия - т.е. Ветхий Завет с содержащимся в нём учении об избранном народе - и необычная солидарность и влиятельность иудейской диаспоры.

    Ветхий Завет создал мировоззрение избранного Богом народа, которому предназначена роль руководителя и властителя человечества, которому все другие народы предназначены служить, ради которого весь мир, может быть, только и создан. Мы соприкасаемся здесь с самым ядром интересующего нас явления. Это поразительное, больше нигде не возникавшее мировоззрение в течение тысячелетий определяло отношение еврейства к остальному человечеству. Поэтому мы попытаемся сейчас по возможности охарактеризовать его рядом цитат из Ветхого Завета, даже рискуя, быть может, утомить читателя обилием этих цитат.

    Так говорит Господь Саваоф: будет в те дни, возьмутся десять человек из всех разноязычных народов, возьмутся за полу Иудея и будут говорить: мы пойдём с тобою, ибо мы слышали, что с вами - Бог.

    (Захария 8.23)

    Тогда сыновья иноземцев будут строить стены твои, и цари их служить тебе; ибо во гневе Моём Я поражал тебя, но в благоволении Моём буду милостив к тебе.

    И будут всегда отверсты врата твои, не будут затворяться ни днём, ни ночью, чтобы приносимо было к тебе достояние народов и приводимы были цари их.

    Ибо народ и царства, которые не захотят служить тебе, погибнут, и такие народы совершенно истребятся.

    (Исаия 60, 10-12)

    И будут цари питателями твоими, и царицы их кормилицами твоими; лицем до земли будут кланяться тебе и лизать прах ног твоих, и узнаешь, что Я Господь, что надеющиеся на Меня не постыдятся.

    (Исаия 49, 23)

    Ибо ты распространишься направо и налево, и потомство твоё завладеет народами и населит опустошённые города.

    (Исаия 54, 3)

    И возьмут их народы и приведут на место их, и дом Израиля усвоит их себе на земле Господней рабами и рабынями и возьмёт в плен пленивших его, и будет господствовать над угнетателями своими.

    (Исаия 14, 2)

    И придут иноземцы, и будут пасти стада ваши; и сыновья чужеземцев будут вашими земледельцами и вашими виноградарями.

    А вы будете называться священниками Господа - служителями Бога нашего будут именовать вас; будете пользоваться достоянием народов и славиться славою их.

    (Исаия 61, 5-6)

    Другие народы воспринимались как поклонники ложных богов, опасные соблазнители, способные отклонить Израиль от служения истинному Богу. По отношению к ним внушалась подозрительность, враждебность и жестокость, необычная даже для тех времён. Утверждалась двойная мораль - отношение к язычникам, как существам иного сорта, на которых не распространяются законы, данные Израилю. Над которыми Израилю предназначено властвовать не просто по праву сильного, не в силу принадлежности к высшей культуре (как, например, понимали греки противопоставление эллинов варварам), а по воле высшей силы, не нуждающейся ни в оправдании, ни в аргументах.

    Не вступай в союз с жителями той земли, чтобы когда они будут блудодействовать вслед богов своих и приносить жертвы богам своим, не пригласили и тебя, и ты бы не вкусил жертвы их.

    И не бери из дочерей их жёнами сынам своим, дабы дочери их, блудодействуя вслед богов своих, не ввели и сынов твоих в блужение вслед богов своих.

    (Исход 34, 15-16)

    А в городах сих народов, которых Господь Бог твой даёт тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души.

    Но предай их заклятию: Хеттеев и Амореев, и Хананеев и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, как повелел тебе Господь, Бог твой.

    Дабы они не научили вас делать такие же мерзости, какие они делали для богов своих, и дабы вы не грешили перед Господом, Богом вашим.

    (Второзакоиие, 20, 16-18)

    Потому что они - Мои рабы, которых Я вывел из земли Египетской; не должно продавать их, как продают рабов.

    Не господствуй над ними с жестокостью, и бойся Бога своего.

    А чтобы раб твой и рабыня твоя были у тебя, то покупайте себе раба и рабыню у народов, которые вокруг вас.

    Так же и из детей поселенцев, поселившихся у вас, можете покупать, и из племени их, которое у вас, которое у них родилось в земле вашей, и они могут быть вашей собственностью.

    Можете передавать их в наследство и сынам вашим по себе, как имение; вечно владейте ими как рабами. А над братьями вашими, сынами Израилевыми, друг над другом не господствуйте с жестокостью.

    (Левит, 25, 42-46)

    С иноземца взыскивай, а что будет твоё у брата твоего, прости.

    (Второзаконие, 15, 3)

    Иноземцу отдавай в рост, а брату твоему не отдавай в рост.

    (Второзаконие, 23, 20)

    И сказал им Моисей: для чего вы оставили в живых всех женщин?

    Вот они, по совету Валаамову, были для сынов Израилевых поводом к отступлению от Господа...

    И так убейте всех детей мужеского пола и всех женщин, познавших мужа на мужском ложе, убейте.

    (Числа 31,15-17)

    И взяли в то время все города его, и предали заклятию все города, мужчин и женщин и детей, не оставили никого в живых.

    (Второзаконие, 2, 34)

    И предали заклятию всё, что в городе, и мужей и жён, и молодых и старых, и волов, и овец, и ослов, всё истребили мечом.

    (Иисус Навин 6, 20)

    Господь сказал: "от Васана возвращу, выведу из глубины морской.

    Чтобы ты погрузил ногу твою, как и псы твои язык свой, в крови врагов".

    (Псалом 67, 23-24)

    Второй фактор - рассеяние - почти столь же древнего происхождения. На протяжении грандиозного исторического периода - от середины I тысячелетия до Р.Х. до наших дней большая часть еврейского народа жила вне своей родины, среди других народов, не смешиваясь с ними и не теряя своего национального лица. В частности, так было и в период, о котором идёт речь сейчас: между серединой I тысячелетия до Р.Х. и серединой I тысячелетия после Р.Х. "Еврейский народ распространён по всей земле, рассеянный среди жителей множества стран". "Нет ни одного города эллинов и ни одного варварского народа, куда бы не проник наш обычай празднования субботы, пост и возжигание свечей" - пишет Иосиф Флавий. Действительно, свидетельства античных авторов и данные раскопок показывают, что евреи были распространены по всему античному миру: от Испании до Евфрата, от Эфиопии до Галлии, от Мавритании до Крыма. "Трудно указать место в мире, где этот народ не нашёл бы себе места и не стал хозяином", - говорит Страбон. Среди населения второго по значению города Римской империи - Александрии евреи одно время составляли едва ли не большинство. Их общее число в Римской империи оценивается в 5-7 миллионов - от 10 до 12% всего населения.

    Смешение национальностей было характерно для древнего мира: ассирийского и персидского царств, эллинистических монархий и Римской империи. Но рассеяние евреев имело несколько черт, благодаря которым оно стало совершенно уникальным явлением.

    Прежде всего то, что большая часть евреев проживала вне своей исторической родины, Иудеи. Советский историк С.Я.Лурье относит начало этого явления к эпохе "Вавилонского пленения" (586-538 г. до Р.Х.), когда большинство населения Иудеи сначала было переселено во внутренние области Месопотамии, а потом получило разрешение вернуться на родину - или даже к ещё более раннему времени. Лурье пишет:

    В эпоху Вавилонского пленения, а вероятно даже и раньше, евреи были по преимуществу народом рассеяния. Палестина была только религиозным и отчасти культурным центром.

    Послепленный Иерусалим сам был искусственным образованием диаспоры с центром в Вавилоне.

    Ещё ярче высказывает эту мысль Т.Моммзен:

    История иудейской страны была так же мало историей иудейского народа, как история папских владений была историей католицизма.

    Но жители Палестины составляли только часть, и не самую значительную часть, иудейского народа. (Речь идёт об эпохе эллинизма.) Иудейские общины - вавилонские, сирийские, малоазиатские, египетские были гораздо значительнее палестинских. (...) Эти последние не играли такой важной роли, какую играла во времена империи иудейская диаспора, которая была чрезвычайно своеобразным явлением.

    Второй особенной чертой еврейской диаспоры была сплочённость, ощущение принадлежности к единой организации и часто противопоставления евреев окружающему их миру. "Их столица - это святой город Иерусалим, а как граждане они принадлежат тому городу, в котором родились и были воспитаны", - пишет Филон. Каждый еврей, достигший двадцати лет, должен был платить дань в пользу Иерусалимского храма и хотя бы раз в жизни посетить его. Яркую картину рисуют Деяния Апостолов:

    В Иерусалиме же находились Иудеи, люди набожные, из всякого народа под небесами (...). Парфяне и Мидяне, и Еламиты и жители Месопотамии, Иудеи и Капподокии, Понта и Асии, Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, прилежащих к Киринее, и пришедшие из Рима, иудеи и прозелиты, Критяне и Аравитяне.

    (Дея. 2, 5; 2, 9-11)

    Филон приводит письмо царя Иудеи Агриппы императору Калигуле. Он просит о предоставлении некоторых привилегий и обещает за это императору поддержку. Но интересно, что он выступает при этом как представитель всей диаспоры. Например, перечисляет, в каких местностях евреи влиятельны: Египет, Финикия, Сирия, Памфилия, Киликия и большая часть других провинций Азии вплоть до Вифинии. И в Европе - Фессалия, Беотия, Македония, Атттика, Этолия, Коринф и Пеллопонес. Так же Евбея, Кипр и Крит. И земли за Евфратом.

    Флавий приводит рескрипт Юлия Цезаря, в котором тот признаёт Гиркана II с его потомками "иудейскими этнархами", причём из контекста можно заключить, что речь идёт о власти над иудеями диаспоры. Восстания в Иудее вызывали волнения по всей Римской империи. Дион Кассий утверждает даже, что во время осады римлянами Иерусалима помощь осажденным приходила не только от евреев Империи, но и из областей к востоку от Евфрата.

    В предыдущей главе приведена цитата из Моммзена, показывающая как отношение римского чиновника к евреям в провинции неожиданно отражалось на его карьере в Риме. Цицерон говорил:

    Ты знаешь, Лелий, что это за шайка, как они держатся вместе, какое влияние оказывают на собраниях. Поэтому я буду говорить тихим голосом, чтобы меня могли слышать только судьи, потому что найдётся много людей, готовых натравить эту толпу на меня и на каждого порядочного человека, а мы не хотим этого облегчить...

    (перевод С.Я.Лурье)

    Такое ощущение единства в рассеянии поддерживалось силами, которые мешали раствориться в окружающей национальной и культурной среде, поддерживали изолированность еврейства. Такую роль играли сложные, досконально разработанные ритуалы, выполнение которых было необходимым условием принадлежности к иудаизму: обрезание, многочисленные ограничения в пище, посты, соблюдение субботы и т.д. Но и просто идеология отчуждения, для которой столь обильную пищу давал Ветхий Завет.

    Так, книги Ездры и Неемии описывают грех, в который впали евреи, остававшиеся в Палестине в период "пленения", взяв иноплеменных жён и произведя от них детей - полукровок, а также и очищение от этого греха. Ездра пишет:

    По окончании сего, подошли ко мне начальствующие и сказали: народ Израилев и священники и левиты не отделились от народов иноплеменных с мерзостями их, от Хананеев, Хеттеев, Ферезеев, Иевусеев, Аммонитян, Египтян и Аморреев.

    Потому что взяли дочерей их за себя и за сыновей своих, и смешалось семя святое с народами иноплеменными...

    Услышав это слово, я разодрал нижнюю и верхнюю одежду мою, и рвал волосы на бороде моей, и сидел печальный.

    (Езд.9, 1-3)

    Так же и Неемия:

    Ещё в те дни я видел Иудеев, которые взяли за себя жён из Азотянок, Аммонитянок и Моавитянок.

    И оттого сыновья их вполовину говорят по-азотски, или языком других народов, и не умеют говорить по-иудейски.

    Я сделал за это выговор и проклинал их, и некоторых из мужей бил, рвал у них волосы и заклинал их Богом, чтобы они не отдавали дочерей своих за сыновей их и не брали дочерей их за сыновей своих.

    (Неем. 13, 23-25)

    Было принято радикальное решение:

    ...мы сделали преступление перед Богом нашим, что взяли за себя жён иноплеменных из народов земли; но есть ещё надежда для Израиля в этом деле.

    Заключим теперь завет с Богом нашим, что, по совету господина моего и благоговеющих перед заповедями Бога нашего, мы отпустим от себя всех жён и детей, рожденных ими, - и да будет по закону!

    (Езд.10, 2-3)

    И встал Ездра священник, и сказал им: вы сделали преступление, взявши себе жён иноплеменных, и тем увеличили вину Израиля.

    Итак, покайтесь в сём перед Господом, Богом отцов ваших, и исполните волю его, и отлучите себя от народов земли и от жён иноплеменных.

    И отвечало всё собрание, и сказало громким голосом: как ты сказал, так и сделаем.

    (Езд. 10, 10-12)

    В первые века до Р.Х. и после Р.Х. возникла большая литература иудейского происхождения, иногда ориентированная на еврейского читателя, усвоившего греческую культуру. Часть этих произведений позже получила название "апокрифов". Например, в III книге Ездры говорится:

    О прочих же народах, происшедших от Адама, Ты сказал, что они ничто, но подобны слюне, и всё множество их Ты уподобил каплям, каплющим из сосуда.

    (III кн. Ездра 6, 56)

    Книга Юбилеев (апокрифическое иудаистическое сочинение, написанное в II в. до Р.Х.) даже грозит смертью за смешанный брак. Там говорится также:

    Ты же, сын мой, чуждайся иных народов, не ешь с ними, не следуй их обычаям, не заводи среди них товарищей. Ибо дела их не чисты, а пути мерзостны.

    В исходящем из еврейской среды "Письме Аристея" читаем:

    Законодатель, которому Бог дал познания всех вещей, окружил нас непроницаемой оградой и гранитной стеной, чтобы мы не имели общности ни с одним народом, оставаясь чистыми душой и телом, чуждыми бессмысленных ложных учений.

    И более конкретно, в Талмуде, созданном в первых столетиях после Р.Х., приводятся запреты приглашать иноплеменника (гоя) в свой дом, оказывать ему любое гостеприимство, одалживать ему своё поле или свою баню и т.д. и т.д.

    Но, пожалуй, самой поразительной чертой античного еврейства было то, что эта тенденция к изоляции мирно уживалась со стремлением к ассимиляции (хотя бы и внешней), к вхождению в окружающую культурную среду и влиянию на окружающую жизнь.

    Так, евреи часто занимали высокое положение в городском самоуправлении, в управлении финансами и войском в эллинистических государствах. Многие еврейские авторы писали по-гречески или по - латыни, обращаясь к широкой, нееврейской аудитории. Евреи перенимали все внешние признаки греко-латинской культуры, часто меняя даже имена: иногда по принципу созвучия (например, Эсфирь - Астер, Моисей - Мусий), иногда - по переводу (например, Цадок - Юстус - справедливый, Соломон - Ириней - мир). Но это никак не было признаком полного включения в общую жизнь античного мира. Евреи, занимавшие высокие посты, энергично отстаивали интересы евреев своего города или провинции, а иногда и других провинций. Интересы писавших по-гречески и по-латыни еврейских авторов вращались вокруг положения евреев, их роли в мире. Многие из них стремились убедить своих читателей в преимуществе еврейского Закона, в том, что и античная культура имеет своим источником законы Моисея.

    Флавий писал, например:

    От нас восприняли законы и другие люди, беря их всё более и более за образец. Первыми же - греческие философы, хоть они, по видимости, и держались своих отечественных законов в своих делах, в своей философии всё более следовали ему (Моисею).

    Или Аристобул:

    Как известно, Платон взял наши законы за образец и, очевидно, знал их в подробностях. Он ведь был очень жаден до знания, как и Пифагор, многое в своём учении почерпнувший у нас. Я думаю, что Пифагор, Сократ и Платон, когда они всё исследовали, под конец стали следовать этим (Моисеевым) законам.

    В другом же месте он утверждает, что "Гомер и Гесиод уважали святой праздник субботы".

    С этой же тенденцией проникновения евреев в общество связано и выработанное в то время положение, согласно которому сын еврейки от смешанного брака являлся полноправным евреем. Как оно уживалось с отрицательным отношением к смешанным бракам, примеры которого мы приводили - по-видимому, никто этого не смог объяснить!

    Более того, евреи вели исключительно интенсивную пропаганду, вербуя прозелитов среди окружающего населения.

    Как говорит Евангелие:

    Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного: и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас.

    (Мф. 23, 15)

    Флавий не раз сообщает, как во время войн иудеи принуждали побежденных соседей принять иудаизм, например:

    Гиркан взял идумейские города Адару и Мариссу и, подчинив своей власти всех идумеян, позволил им оставаться в стране, но лишь с условием, чтобы они приняли обрезание и построили вообще свою жизнь по иудейскому образцу.

    Он оказал большие услуги своему отечеству, ведя войну с Итуреей и присоединив значительную часть этой страны к Иудее, причем принудил тех из итурейцев, которые захотели остаться в своей области, принять обрезание и жить по законам иудейским.

    Евреи привлекали к своему богослужению множество эллинов и включали их, в некотором роде, в число своих.

    Такой прозелиткой была, например, жена императора Нерона - Поппея, двоюродные брат и сестра императора Домициана.

    Ориентированная на прозелитов литература подчёркивала "философский", "нравственный" смысл еврейских обрядов, отодвигая на задний план ритуальную сторону иудаизма. По-видимому, прозелиты не были полноправными членами еврейских общин, освобождались от многих обрядов, образуя слой "сочувствующих" или клиентов вокруг ядра собственно иудейства. Они имели даже особое название - "Чтущие истинного Бога". Обращаясь к прозелитам (или вербуя их), еврейские авторы часто выставляли иудаизм как родоначальника "языческих религий". С.Я.Лурье называет это "товаром на продажу". Какой же смысл, спрашивает он, в таких прозелитах, которые даже не уловили, что единобожие - основа иудаизма? Объяснение Лурье заключается в том, что "народ, живущий в рассеянии, не должен пренебрегать никаким союзником".

    Таким образом, еврейская диаспора в античности была, по-видимому, каким-то совершенно особенным явлением, в принципе отличным от греческих или сирийских кварталов любого тогдашнего города.

    Её необычность должна была тем более привлекать внимание современников, что евреи оказывали значительное влияние на жизнь окружающего общества. Так, при царе Птолемее III Эвергете, Иосиф, сын Товия, взял на откуп все налоги египетской Сирии на 22 года. Во время правления Птолемея Филоматера и его сестры Клеопатры высшая власть в Египте находилась в основном в руках евреев. Например, командовали войсками Ония и Досифей. Дочь Птоломея YI, Клеопатра, назначила полководцами Анания, сына Онии, и Халика. "Без их совета она ничего не предпринимала" - говорит Флавий. Яркую картину рисует так называемый "Оксирингский папирус", изображающий трения между евреями и греками в Александрии и посольство тех и других к Траяну в Рим. Под впечатлением явного благоволения императора евреям (на приветствие греков он даже не ответил) глава греческой делегации воскликнул: "Больно нам, что городской совет заполнен евреями".

    Влияние евреев всегда возрастало в период образования "мировых монархий", объединявших много национальностей в одном государстве. Моммзен объясняет это тем, что создатели таких монархий видели в евреях опору при подавлении национальных стремлений покорённых народов. Создатель персидского царства Кир разрешил желающим евреям репатриироваться из Месопотамии в Палестину. Как сообщает Иосиф Флавий, Александр Македонский при основании Александрии дал евреям равные права с македонцами (т.е. завоевателями). Ряд привилегий в Римской империи евреи получили от Цезаря, эти привилегии подтверждены Августом. Один историк называет их "настоящей Великой Хартией Вольностей". Евреи были освобождены от подати, была разрешена посылка дани в Иерусалимский храм (в то время как вообще вывоз золота воспрещался), их собрания контролировались их самоуправлением, они имели юридическую автономию, в то время как римское право считалось одним из основных средств унификации империи. Фактически это была экстерриториальность.

    Велико было и экономическое влияние еврейства. В Александрии, самом богатом городе империи, самые богатые купцы были евреи. В их руках находилась торговля зерном, жизненно важная для всего государства.

    Силу и сплочённость еврейской диаспоры продемонстрировали два восстания, вспыхнувшие в Римской империи во II в. после Р.Х. Первое произошло примерно в 118 г., когда император Траян был вовлечён в войну с парфянами. Оно охватило ряд провинций: Киренаику, Египет, Кипр, Месопотамию. Как пишет Моммзен, целью было "изгнание как Римлян, так и Эллинов и, кажется, имелось в виду основание особого иудейского государства". Судя по размаху волнений, это было бы государство, объединяющее всю восточную часть Средиземноморья. Историки пишут о жестокостях, которыми сопровождалось восстание. Например, Дион Кассий уверяет, что во время восстания, поднятого евреями в Кирене, они не только перебили всех греков и римлян (220.000 человек), но и увенчивались их кишками, омывались их кровью, покрывались их кожами. Орозий пишет, что взяв город Саламис в Кипре, они истребили всех жителей, город уничтожили.

    Конечно, численные данные, приводимые античными авторами, обычно не претендуют на точность. Подобные высказывания лишь показывают, что авторы, жившие во время, близкое к происходившим событиям, считали число жертв очень большим, а жестокости - выходящими за рамки обычных.

    Восстание было подавлено, но для этого были использованы войска, предназначавшиеся для войны с парфянами. Траян был вынужден войну (и вообще экспансию на восток) прекратить.

    Второе восстание произошло примерно в 130 г. в Палестине при императоре Адриане. Во главе восставших стоял священник Элеазар и вождь боевых отрядов Симон по прозвищу Бар Кохба (Сын Звезды). Возможно, последний объявил себя Мессией. Восстание было тоже очень ожесточённым, но было подавлено. Вместо Иерусалима была основана римская колония Элия Капитолина, куда иудеям въезд был запрещен под страхом смерти. Имя Иудеи тоже было устранено - провинция стала называться Сирией Филистимлян или Палестиной. Некоторые историки считают, что оба восстания планировались как одно единое, но этот план не удалось осуществить.

    Не удивительно, что античные авторы много писали о евреях, их истории, обычаях и влиянии на жизнь. Их суждения производят очень странное впечатление: они удивительно единодушны в отрицательном отношении к "еврейству", хотя конкретные обвинения столь разнородны, что не легко угадать их общую причину. Здесь есть и совершенно бессмысленные выдумки. Например, Диодор утверждает, что евреи произошли от части египетского населения, страдающей какой-то кожной болезнью и за это изгнанных их страны. Ту же версию приводит Манефон.

    Некоторые авторы исходят из отрицательной оценки религии евреев, считая, что она "враждебна человечеству". Тацит говорит, о религия евреев , что они почитают всё, что презирается другими народами, и презирает всё, что у них свято.

    Похожую мысль высказывает Диодор:

    Они исповедуют законы ненависти против человечества. Ибо изо всех народов им одним запрещено общение с другими. Моисей дал им эти человеконенавистнические законы.

    Гекатей Абдерский, живший при Птоломее I в III в. до Р.Х.писал о Моисее:

    в отместку за собственное изгнание ( из Египта) он научил своих чуждаться людей и ненавидеть иностранцев

    Он называет законы Моисея "враждебными к иностранцам".

    Учитель Цицерона - Аполлоний с Родоса- написал полемическое сочинение против евреев, где упрекает их в отрицании греческих богов, человеконенавистничестве и обособленности от всех, кто верует иначе.

    Упрекали евреев и в отчуждённости, враждебности к другим, проявлявшейся даже в обыденной жизни. Ювенал пишет:

    Чужому они не укажут дорогу, лишь своего проводят к прохладному источнику.

    Поэт Рутилий Наматиан говорит:

    Сердце же их холодней самой религии их.

    Наконец, часто высказывались опасения, что евреи подчиняют себе жизнь других народов: тот же Наматиан, например, писал:

    Пусть бы несущее ужас оружье Помпея и Тита


    Не покорило нам вовсе страны Иудейской!


    Вырвав из почвы, заразу по свету пустили,


    И победитель с тех пор стонет под игом раба.

    (Перевод С.Я.Лурье)

    Эта мысль, по-видимому, была распространена. Например, Блаженный Августин цитирует слова Сенеки:

    Так побежденные предписывают законы победителям.

    У всех этих выдумок, преувеличений, огульных обвинений, теологических, социальных и психологических наблюдений можно всё же выделить нечто общее. Они рисуют еврейство как единое сплочённое целое, чужеродное окружающей жизни, античному обществу в целом. Можно представить себе антипатию, раздражение, а иногда и страх, который вызывало это странное образование, рассеянное, но духовно сплочённое; проникающее в политическую, экономическую и культурную жизнь и одновременное исповедующее религию крайнего отчуждения ("отлучите себя от народов земли"), вербующее прозелитов, которые не постигают даже центрального догмата их религии, но уже перестают быть эллинами, римлянами, египтянами, вырываются из своей национальной и культурной среды.

    В разных странах античного мира и в различные эпохи античной истории засвидетельствованы столкновения местного населения с евреями диаспоры. Ещё в V веке до Р.Х. такие столкновения отмечены в Элефантине на юге Египта - они связаны с персидским завоеванием и покровительством, которое персы оказывают евреям. Во время правления императора Калигулы ожесточённая распря разразилась в Александрии. Калигула высказался было против евреев, не желавших поклоняться его статуе, но тут его сменил Клавдий и отменил решение. Два главных противники евреев были осуждены на смерть.

    С.Я.Лурье в книге "Антисемитизм в древнем мире" объясняет эту необычную для античности "несовместимость" евреев с другим населением тем, что евреи составляют "особую" нацию, не сосредоточенную на одной территории, а живущую среди других - но тем не менее, обладающую национально-государственным чувством, которое, однако, находит у них выражение не через язык или государство. Если прибавить, что эта нация активно влияла на жизнь стран, в которых она обитала, подчиняя себе некоторые стороны их жизни и разрушая другие, то это отчасти и даст объяснение антиеврейским настроениям античного общества.

    Приведём мнения трёх крупнейших историков:

    Эдуард Майер:

    Вместе с еврейством в мир пришёл и его вечный спутник - ненависть к евреям (Judenhass). В корне неправильно, как это делают теперь, считать его продуктом новейшего времени или христианства. Уже в псалмах всё время говорится о нём. Не их Бог и религия сама по себе были причиной насмешек, презрения и преследований евреев со стороны язычников, но высокомерное убеждение в своём превосходстве, с которым они как единственные исповедники истинного Бога, противопоставляли себя всем остальным народам, отрицали всякое соприкосновение с ними как с нечистыми, считали себя выше и лучше их, предназначенными над ними господствовать. Кто не стал через откровение прозелитом, тому евреи представлялись столь же нечистыми и отталкивающими, как и он им. Евреи воспринимали это противоречие с тем большей горечью, что оно казалось им обращением естественного порядка вещей: поэтому все повторяющиеся требования Суда, Расплаты с грешниками, призывы дня Ягве. Движущей силой являлась здесь жажда мести, а не стремление в постижению тайны Божества. Ненависть к язычникам была обратной стороной стремления их обратить. Поэтому в бессилии современности фантазия всё ярче рисовала картины истребления язычников.

    Макс Вебер:

    Всеобщее распространение "антисемитизма" в античности - факт. Так же бесспорно, что это постепенно растущее от-рицательное отношение к евреям развивалось параллельно с ростом отрицательного отношения евреев к общению с иноверцами. Античное отрицательное отношение к евреям было в корне отлично от "расовой антипатии": это показы-вает, например, грандиозный размах иудейского прозелитизма. Как раз отрицательное отношение самих евреев опреде-ляло то, как складывались взаимоотношения. Непривычных и кажущихся абсурдными обычаев было в античности более чем достаточно: не в этом, конечно, была причина. Подчёркну-тый отказ в почтении к богам того полиса, гостями кото-рого они были, конечно, воспринимался как оскорбление и безбожие. Но и это не было решающим. "Человеконенави-стничество" евреев - это и был, если смотреть в корень, решающий и последний упрёк: отрицание совместной жизни, сближения и товарищеского отношения какого-либо рода, даже на деловой почве. Нельзя недооценивать и исключи-тельно сильного отталкивания каждого, стоящего на почве фарисейства от сотрудничества с иноверцами - момента, экономическое действие которого не могли не заметить их языческие конкуренты. Социальная изоляция евреев, это "гетто" в самом глубоком смысле слова, первоначально было избрано и создано исключительно по собственной инициативе - и со временем все в большей и большей степени (...).И рука об руку с безоговорочной изоляцией от ритуально нечистых шла страстная работа по вербовке прозелитов.

    Т.Моммзен относит возникновение отчуждения между иудейской диаспорой и остальным населением античного мира уже к I в. после Р.Х. Он пишет об этой эпохе:

    Чужеземцами Иудеи всегда были и хотели быть; но чувство отчуждения усилилось и в них самих и против них, до крайности, и из него обе стороны стали упорно извлекать его гнусные вредные последствия. От легких насмешек Горация над навязчивыми Иудеями из Римского Гетто был велик шаг до безусловной ненависти Тацита к этим извергам рода человеческого, для которых все чистое нечисто, а всё нечистое - чисто. (...)

    Жизнь Иудеев рядом с не - Иудеями становилась всё более и более неизбежной и при данных условиях всё более и более невозможной; противоположность в верованиях, в законах, в нравах обострялись и как обоюдное презрение, так и обоюдная ненависть оказывали в обе стороны губительное влияние на нравственность. (...)

    Это ожесточение, это высокомерие и эта ненависть, в том виде, в каком они возникли в ту пору, конечно, были лишь неизбежным всходом, быть может, не менее неизбежного посева; но оставленное теми временами наследие до сих пор лежит тяжелым бременем на человечестве.

    С закатом античности влияние еврейства резко падает. Тут несомненно сыграло роль и уменьшение значения городов - а евреи бы-ли в значительной мере городскими жителями, и уменьшение роли тор-говли и финансов - а это были те занятия евреев, которые создавали их вес в обществе. Но основной причиной было возникновение христианства и его победа как организу-ющей силы жизни. Возникло христианское общество, и стало невозможно активно участвовать в его жизни, в то же время принадлежа другому - еврейскому обществу. Еврейство вынуждено было сделать вы-бор, и оно выбрало изоляцию - теперь уже полную, уход в гетто.

    Роль христианства в этом изменении положения евреев очень ясно чувствует, например, Гретц. В I томе "Истории еврейского народа", говоря о возникновении христианства, он пишет:

    этому выродку с маской смерти было суждено нанести впоследствии много болезненных ран ев-рейству.

    И произошёл этот переворот, по мнению Гретца, как раз в тот момент, когда еврейство было близко к достижению своей цели: "стать учителем человечества".

    Античность во взаимоотношениях с евреями демонстрирует нам черты, иногда удивительно напоминающие Новое время, даже последний век или последние десятилетия. Но в некоторых отношениях это как бы уменьшенная модель, "репетиция", какие часто предшествуют крупным историческим явлениям. Вроде того как наша революция 1917 г. имела "репетицию" в 1905 г. Это прежде всего относится к реальному политическому господству. Хотя мы встречаем очень влиятельных евреев - полководцев или финансистов - нельзя указать на что-либо, аналогичное еврейской верхушке Советского Союза в первые десятилетия коммунистической власти или верхушке финансового мира и руководства СМИ на современном Западе. И то, что особенно болезненно запоминается - руководство террористическими действиями против нееврейских народов. Такие фигуры как Розалия Самойловна Землячка или Мадлен Олбрайт не описаны античными авторами. Когда Цицерон намекает на еврейское влияние на римском Форуме - это вполне можно оценить как ораторский приём. К тому же, взаимоотношения с евреями обсуждались свободно, не видно проявлений цензуры в этой области, так характерной для современной жизни.

    Но принципиальные факторы, определяющие и сейчас ситуацию "еврейства" - уже налицо в античности. Это - загадочное соединение строжайших Ветхозаветных, а также Талмудических заповедей с активным вхождением в общую для античности эллинистическую культуру. Как говорит Моммзен:

    Несмотря на то, что большая часть Иудеев расселялась по чужим странам и в их сферу проникали массы чужеземцев и даже разрушительные эллинские элементы, все Иудеи вместе взятые оставались в самой глубине своего сознания в таком единении, которому в настоящее время предоставляет некоторую аналогию Ватикан и Кааба.

    В современном мире это - единство с одной стороны раввинистической и талмудической идеологии, господствующей в Израиле, а с другой "эмансипированного" или "реформированного" еврейства других стран. Это та "чудесная взаимосвязь", которую ещё в неокрепшем виде наблюдал Гретц в XIX в. (ср. цитату в гл.1).

    ЛИТЕРАТУРА

    Моммзен Т., "Римская история", т.V.

    Тацит, "Анналы", "История".

    Иосиф Флавий, "Иудейская война", "Иудейские Древности".

    Августин Бл., "О Божьем Граде".

    Ювенал, "Сатиры".

    С.Я.Лурье, "Антисемитизм в древнем мире"; Петроград, 1922.

    Leon H. G., The Names of Jews in the Ancient Rome, Trans. and Proc. Amer. Philol. Assoc., 59 (1928), p. 216.

    Josephus Flavius, "Against Apion", Works, v. 5.

    Les oeuvres de Philon d'Alexandrie, Lion, 1975, v.v. 24, 25, 31.

    Dio Cassius, Roman History, London, 1927.

    Diodorus Sicilius, Bibliotheque historique, Paris, 1846.

    Eusebius Pamphilus, Werke, Berlin, 1954, Bd 8.

    Charles R.H. (transl.), The Book of Jubilee.

    Reinach Th., Textes d'auteurs grecs et romans relatifs au Judaisme, Paris, 1894.

    Belich J., Die Bevolkerung griechischromischen Welt, 1866.

    Parvan, Die Nationalitet der Kaufleute im romischen Keiserreich, Breslau, 1909.

    Meyer Ed., Geschichte des Altertums, Bd III, Stuttgart, 1901.

    Graetz H., Geschichte der Juden, Bd I.

    Weber M. , Gesammelte Aufsatze zur Religionssoziologie, Bd III, Das Antike Judentum, Tubingen, 1923.

    Еврейская Энциклопедия, изд. Брокгауз и Эфрон, Спб., т. II, статья "Антисемитизм" и т. VII, статья "Диаспора".

    Гл. 3. Средние века

    История еврейства в средние века полна трагизма и драматических контрастов. Часто евреи подвергались ограничениям и жестоким притес-нениям. Но затем наступали периоды благополучия, когда они поль-зовались многими привилегиями, они влияли на важ-нейшие стороны жизни других народов. Однако неизменно эти периоды кончались новыми преследованиями, изгнанием всех евреев, а иногда, и физическим истреблением целых общин, тысяч человек.

    Вся картина жизни средневекового еврейства не будет понят-ной, если не иметь постоянно в виду этого её фона - периодических жестоких гонений. Поэтому начнём с того, что приведём несколько примеров.

    В 1096 г. во время подготовки к I Крестовому походу, царившее тогда религиозное возбуждение часто выражалось в том, что большие группы крестоносцев врывались в еврейские кварталы и требова-ли, чтобы евреи, под страхом смерти, крестились. Большей частью это заканчивалось избиением целых общин, иногда - массовым самоубийством евреев. Редкие общины спасались, принимая крещение. В Вормсе было убито 800 человек, в Майнце - 1000, разгрому подверг-лись общины Трира, Метца, Кёльна. Всего за май-июль 1096 г. погиб-ло от 4-х до 8 тысяч человек. В меньшем масштабе то же повторилось в связи со II Крестовым походом 1146 г.

    В 1189 г. в Лондоне начался мятеж, вылившийся в массовые убийства евреев. Он перекинулся на всю Англию. В Йорке, например, было истреблено всё еврейское население.

    В связи с обвинениями в осквернении святых даров в Белитце, близ Бранденбурга, было сожжено почти всё еврейское население.

    В 1251 г. попытка организовать "крестовый поход пастухов" вылилась в народное восстание, известное под именем восстания "пастушков" (Pastorelli). Второе восстание "пастушков" относится к 1320 г. Неизменным объектом ненависти восставших были евреи, которых они безжалостно истребляли. Во время II восстания евреи, изгнанные тогда из королевских французских владений, жили только в английских владениях. Но и там они были истреблены почти пол-ностью.

    Обвинения в похищении и убийстве христианских детей в Роттенгеме (1298 г.) привели к убийствам евреев во Франконии, Баварии и Австрии.

    В 1348-9 г. г. в Западной Европе разразилась страшная эпиде-мия чумы: "Черная смерть". Погибло около 1/3 населения Западной Европы, гораздо больший процент, чем во время I и II мировой войны вместе взятых. В народе было распространено убеждение, что это бедствие - результат заговора евреев, отравляющих колодцы с целью уничтожить всех христиан. Следствием были восстания и массовые убийства евреев - самые жестокие в Средние века. Их убивали и сжигали в их домах и синагогах от Средиземноморского побережья до Северной Германии. Во Франфурте-на-Майне и в Майнце в 1349 г., были перебиты все евреи. Массовые избиения произошли в Брюсселе (погибло 600 че-ловек), Кёльне, в Нидерландах. В Германии и Нидерландах осталось очень мало евреев.

    В Севилье в 1391 г. было убито около 4000 человек. Антиеврейские восстания захватили и другие города Испании.

    К тому же кругу явлений относятся избиения евреев, которые происходили во время анти - польских восстаний на Украине. Например, еврейское население Немирова в 1648 г. было истреблено казаками Хмельницкого, причём, по словам еврейского хрониста, казаков впустило в город и им помогало местное население "из ненависти к евреям.". Как пишет "Еврейская Энциклопедия", "Еврей арендатор сталкивался постоянно с крестьянином, взыскивая с него оброк, заставляя его нести барщину". Одним из требований Хмельницкого, за которое он воевал с польскими властями, заключалось в том, что еврей не имеет прав быть откупщиком.

    В середине XVII I в. часть Украины, остававшуюся под властью Польши, охватили восстания, получившие название Гайдаматчины. Их жертвами тоже в большом числе становились евреи. Особен но знаменита резня в Умани в 1768 г. Еврейский историк Дубнов пишет о ней:

    Поляки и евреи дружно работали на городской стене, стреляя в осаждавших из пушек и ружей ; но отстоять город не удалось. Когда гайдамаки ворвались в город, они прежде всего бросились на евреев ( . . . ). Масса евреев, числом до трех тысяч человек, заперлась в большой синагоге. Гайдамаки приставили к дверям пушку, двери были взорваны, разбойники проникли в синагогу и превратили ее в бойню. Покончив с евреями, гайдамаки принялись за поляков. . . .

    По данным Краткой Еврейской Энциклопедии в Умани было убито около 20.000 человек, по большей части - евреев.

    Другой формой преследований, с которой евреям приходилось сталкиваться, было их изгнание из определённых государств или отдельных городов. Вот очень неполный список таких изгнаний.

    Ещё в античности из Рима: при Тиберии, Клавдии.

    В VI в. из Франкского королевства королём Дагобертом.

    В 1119 г. из Сент-Эдмонда (Англия).

    В 1182 г. из королевских владений во Франции.

    В 1239 г. из Бретани.

    В 1234 г. из Ньюкастля.

    В 1236 г. из Саутгемптона.

    В 1249 г. из Франции.

    В 1290 г. из Англии при Эдуарде I (указ был отменён только Кромвелем в XVII в.).

    В 1306 г. из Франции при Филиппе Красивом.

    В 1348 г. из Берлина.

    В 1426 г. из Кёльна.

    В 1430 г. из Саксонии.

    В 1450 г. из Баварии.

    В 1475 г. из Бамберга.

    В 1499 г. из Ульма и из Нюренберга.

    В 1501 г. из Франции при Людовике XII.

    В 1267 г. из Моравии.

    В 1454 г. из Брно.

    Из Франкфурта-на Майне в 1241, 1349, 1618 г.г.

    В 1439-40 г.г. из Аугсбурга.

    В 1438 г. из Страсбурга.

    В 1458 г. из Эрфурта.

    В 1519 г. из Регенсбурга.

    В 1455 и 1670 г. из Вены.

    В конце ХV в. из наследственных владений Габсбургов.

    В начале ХVI в. из Пруссии.

    В 1492 г. из Испании и Сицилии.

    В 1496 г. из Португалии.

    В 1498 г. из Навары.

    В 1510 г. из Неаполя.

    В 1550 г. из Генуи.

    Многократно из Венеции, например, в 1550 г.

    В 1629 г. из Аахена.

    "Еврейская Энциклопедия" приводит такие цифры: из Англии в XIII в. было изгнано 16.000 евреев, из Франции в XIV в. - 100.000, из Испании в XV в. - 200.000.

    Неверно было бы заключить из этих фактов, что евреи были предметом ненависти всего средневекового общества. Как еврейские, так и христианские хронисты утверждают, что гонителями почти всегда был народ, "грубая чернь" и низшее духовенство - иногда ещё и мелкие феодалы. Но папы, императоры, короли, епископы и крупные феодалы неизменно пытались защитить евреев от гонений. Изгнания часто происходили под влиянием народных волнений, с которыми власти не могли справиться.

    Ещё в V в. император Феодосий издал эдикт, запрещающий разрушение синагог и пытался даже заставить отстроить разрушенную синагогу. Правда безуспешно: духовенство высказалось за то, что строительство синагоги для христиан невозможно по религиозным соображениям.

    Еврейский историк еврейства Рот пишет:

    Вплоть до современности самая грубая клевета против евреев встречала опровержение со стороны Папства (или даже запрещалась). Под эгидой Пап община Рима оказалась единственной в Европе, просуществовавшей с классичес-кого периода до наших дней.

    Действительно, ещё Григорий Великий (590-604) требовал, чтобы евреям были гарантированы их законные права. Эта точка зрения была принята Католической Церковью. Начиная с Каллиста II (1119-1124) и до ХVI в. тянется серия папских булл, грозящих христианам отлучением за насильственное обращение евреев в христианство, насилия, ограбление, помехи богослужению. Булла папы Григория X в 1272 г., например, подтверждает, что свидетельство христианина против еврея не имеет силы, если оно не подтверждено показанием еврейского свидетеля... . Начиная с буллы Иннокентия IV в 1247 г до буллы Климента ХШ в 1763 г. папы запрещают возводить на евреев обвинения в ритуальных убийствах, грозя ослушникам отлучением. Возводящие ложные обвинения сами должны рассматриваться как убийцы.

    Во время гонений, связанных с I Крестовым походом, епископы Кёльна и Шпейера сумели спасти многих евреев. Епископ Шпейера казнил нескольких христиан, участвовавших в убийствах. Против преследований евреев в связи со II Крестовым походом в Германии выступил Бернар Клервосский. Во время восстания "пастушков" евреи находили убежище в папских владениях в Авиньоне. Папа отлучил участников восстания от церкви. В 1308 г. герцог Брабантский, защищая евреев, разогнал толпу "пастушков" и многих убил. Папа одобрил его действия.

    "Краткая Еврейская Энциклопедия" пишет: "В странах средневековой Европы (...) евреи находились б.ч. под прямым покровительством монарха и часто освобождались от юрисдикции местных властей".

    Во многих странах евреи обладали самоуправлением, собственным судом, имевшим правом налагать любые наказания. Таково было положение, например, в мавританской Испании. В Португалии в XIVв. существовал единый глава общины для всего государства. Аналогично было положение евреев во Франции, Италии, Германии, Польше, Литве. В Англии, согласно указу короля Генриха I (XII в.), евреи должны были находиться во всем государстве под защитой и покровительством короля. Должны быть судимы своими единоверцами и присягать на Пятикнижии. Его сын, Генрих II, издал так называемую "Иудейскую Хартию" (Харта Иудеум). Согласно этим законам, например, в тяжбе между иудеем и христианином необходимы были показания двух свидетелей: одного иудея и одного христианина. Во Франции, наследник Карла Великого, Людовик Благочестивый, учредил для защиты евреев особую должность "Магистер юдеорум". Эдиктом короля было запрещено крестить рабов, принадлежавших евреям.

    В XIII веке король Польши Болеслав издал регламент, регулирующий положение евреев. На очень близких принципах основывается хартия, данная Австрийским герцогом в 1244 г., законы в Богемии, Силезии и Литве. Согласно этим положениям христианин не мог обвинять еврея в суде, если не выставит еврейского свидетеля. Евреи находились не в юрисдикции местных судей, а подчинялись только королевскому или герцогскому суду. Между собой они судились в синагоге. Христианин, убивший еврея, наказывался смертью с конфискацией всего имущества. Если христианин подымет руку на еврея, то ему отрубят руку. Христианин, не поспешивший на помощь еврею, на которого напали, наказывался штрафом. Евреям гарантировалась беспошлинная торговля. Их ростовщические операции допускались до 173% роста. Запрещались любые нарушения религиозной деятельности евреев. За оскорбление еврейского богослужения налагался штраф, за осквернение кладбища - смертная казнь. Обвинение в убийстве евреем христианского ребёнка допускалось лишь при наличии трёх христианских и трёх еврейских свидетелей. Если суд признавал еврея невиновным, то обвинитель подлежал тому же наказанию, которому подвергся бы виновный еврей. Король Сигизмунд II объявил в 1551г. , что всякий еврей, не считающийся с " приговором и запретом, наложенным на него раввином, судьей или прочими еврейскими старейшинами ( ....) будет обезглавлен" .

    В 1616 г. после того, как толпа разгромила гетто во Франкфурте-на-Майне, властью Императора вожак возмущения Феттмильх и ещё шесть зачинщиков были казнены. Император добился наложения пени в 175.919 флоринов на христианское население города. Гетто было поставлено под непосредственную охрану императора, в знак чего на воротах был выставлен щит с гербом императора. И в других имперских городах изгнание евреев обычно вскоре отменялось императорским указом.

    Периоды преследований вообще чередовались с периодами, когда евреи, защищенные властями, занимали высокое положение в обществе и оказывали большое влияние на его жизнь. Основа этого влияния всегда была одна и та же: наличие капитала. Как говорит Рот, в XI-ХП в. в. евреи были почти единственными владельцами капитала. Чаще всего источником еврейских капиталов называют ростовщичество. Л.Н.Гумилев, ссылаясь на работу И.Шипера, указывает на другой источник - работорговлю. Это утверждение поддерживается и в более поздних исследованиях, например, в книге Х.Тревор-Ропера, где говорится, что долгое время евреи были основными поставщиками рабов из средневековой Европы в Исламский мир. Две основные формы деятельности тогдашнего государства: война и строительство, почти целиком зависели от них. Так, I Крестовый поход в значитель-ной степени стал возможным благодаря их поддержке. Аарон из Линколь-на - крупнейший англо-еврейский финансист ХП в. - финансировал строительство девяти цистерцианских монастырей и большого аббатства в Сент-Альбанс. Во времена Ричарда I современники сравнивали двор-цы евреев в Лондоне по богатству с королевскими.

    Имеются сообщения современников, что во Франции в ХП в. при Филиппе-Августе, евреи были столь богаты, что им принадлежало более половины Парижа. Периодом расцве-та еврейских общин во Франции было царствование Людовика Благочести-вого. Они были освобождены от пошлин, им было разрешено иметь рабов-христиан. Евреи монополизировали торговлю вином и мясом, из-за них рыночные дни перенесли с субботы на воскресенье.В Тулузе в ХШ в. евреи в правовом отношении были приравнены к христианам. В ХIV в. во Франции им было разрешено принимать любой залог под ссуду, кроме земельных участков. Судить их могли только королевские судьи. В суде их клятва принималась как доказательство. Карл VI запретил на десять лет принимать жалобы на злоупотребления еврейских ростовщиков. При его правлении VI во Франции евреям был разрешен арест должников, телесные наказания их и продажа всего имущества. Старый закон воспрещал христианину продаваться в рабство еврею в качестве заклада. Карл VI отменил его и только под влиянием сильного народного возмущения должен был восстановить.

    С другой стороны, жалобы на всевластии еврейских ростовщиков переполняют средневековые хроники. Сообщается о колоссальных процентах, которые брали ростовщики (и это еще официально) - 80, 100, 170 процентов годовых. Во время II Крестового похода Петр из Клюни писал: "...не простым земледельческим трудом , не честным и полезным занятием наполняют евреи свои амбары - плодами, погреба - винами, кошельки - монетой, сундуки - золотом и серебром ... закон разрешает им не возвращать приобретенную или похищенную церковную утварь. Что христианину стоило бы жизни, служит еврею к обогащению ". Во Франции жалуются, что недавно прибывшие в Париж евреи владеют половиной города. Крестьянин часто, говорится, должен отдать весь урожай как процент за заем. Немецкий хронист объясняет многочисленные привилегии евреев тем, что дворянство находится в долгу у них. Статья из Еврейской Энциклопедии цитирует такой отрывок: "Разве бедным христианам не приходится делать для проклятых евреев почти все, что они потребуют? И это по той лишь причине, что они так задолжали евреям с обременительными, ростовщическими процентами и процентами на проценты, что часто ничего или очень немногое из своего имущества могут назвать своим". Возражая, его современник пишет: "Как могли бы евреи причинить столько несчастий и вреда ростовщичеством и другими финансовыми операциями, если бы христиане не содействовали им, если бы вследствие лени, неумеренной роскоши и расточительности христиане не нуждались в них ?" В "Хронике деяний Филипп Августа" ( XII в.) говорится что многие попали в такую зависимость к евреям, что вынуждены были расстаться со всем своим имуществом, а некоторых они держат в качестве должников в тюрьме.

    Часто в руках евреев оказывался сбор налогов. В Испании это стало общим правилом - причём, как в её маври-танской, так и в христианской части. Так, казначеем короля Альфонсо X (1221-1284) был дон Меир. В Кастилии дон Фернандо назначил в 1300 году начальником сбора всех налогов дона Самуэль. Такой же пост в Севилье занимал Иуда Абарбанель. Альфонсо XI учредил в 1332 г. систему управления финансами, находившуюся целиком в руках евреев. В 1348 г. им была поручена и чеканка монеты. Его наследник Педро I Жестокий отдал пост казначея дону Самуэль ха-Леви: он собирал налоги, опираясь на сеть своих замков, разбросанных по всей стране.

    Судьба евреев в Испании вообще может служить моделью их жизни в средневековой Европе. Еврейские колонии появились в Испании еще во времена Римской империи. В Вестготском королевстве жизнь евреев регламентировалась все более жестокими законами (VI в.). Фактически они имели целью уничтожение евреев как религиозной общины. Например, еврей, не принявший христианства со своей семьей в течение года, присуждался к 100 ударам плетьми и сдиранию кожи с головы. Не удивительно, что хроники сообщают о "заговорах иудеев". Во всяком случае, когда началось арабское завоевание Испании (VIII в.), то оно опиралось на поддержку еврейской части населения. Как говорится в статье Еврейской Энциклопедии, "надвигавшимся арабам приходилось искать опору, и они ее находили в лице евреев". В захваченных городах арабы оставляли еврейские гарнизоны. Такой гарнизон стоял и в столице (Толедо). Основная часть евреев сконцентрировалась в завоеванной арабами части Испании. Сначала жизнь здесь была им благоприятна. Они часто занимали высокие должности при халифах: например, Хасдай ибн-Шапрут и Самуил Галеви. К этой эпохе относится жизнь известнейшего еврейского поэта Иегуды Галеви и толкователя Талмуда Маймонида. Но и здесь начались еврейские гонения, а в результате большое число евреев переселилось в христианские государства Испании. Здесь они сначала пользовались покровительством католических королей, во многих отношениях были приравнены к дворянам, имели судебную автономию до конца XIV в.

    В еврейской литературе того времени говорится с гордостью, что самые влиятельные люди в государстве: Иосиф д'Эсия, Самуэль Абен-Хуакар, Самуэль-Бениас, Мозес Абудиа, Самуэль Леви - происходят из дома Давидова, что дом Давида занял в Испании место выше, чем когда-либо в изгнании. Про главу налогового ведомства Иосифа, сына Эфраима, писалось, что он первый среди евреев и второй в королевстве. Его свиту (как и свиту других влиятельных евреев) составляла кастильская знать. При Генрихе П и Иоанне I финансами управлял Иосиф Писоне, при Яго I - Иегуда де Каваллерия, при Педро П - Иосиф и Моссе Равайя и т.д.

    В конце XIV в. эта атмосфера покровительства постепенно стала заменяться разного рода ограничениями. Начались и погромы. Началом была резня в Севилье 1391 г. Народ, возбуждённый монахом, ворвался в еврейский квартал, предлагая на выбор: крещение или смерть. Подобные преследования прокатились по всей Испании, не смотря на защиту, оказанную евреям знатью. Тогда среди еврейства всё шире стало распространяться крещение и одновременно появился слой принявших христианство, но тайно исповедующих иудаизм - марранов. "Обращенные" (конвертитос) быс-тро заняли высокое положение в обществе. Испанский историк Амадор де Лос Риос пишет, что благодаря бракам они быстро проникли в "высшую курию, как и в частные покои, королевские актовые залы и кан-целярии, государственные органы, верхи управления финансовыми де-лами". Например, Шломо Ха-Леви, приняв при крещении имя Пабло де Санта Мария, стал великим канцлером, потом папа сделал его легатом для всего полуострова. Под конец жизни он стал епископом Бургоса. Его брат стал прокурором Бургоса, другой брат был душепри-казчиком короля Генриха Ш, ещё один брат - членом королевского совета, старший сын представлял королевство Арагонии на Констанцском соборе. Уже в ХV в. множество дворянских семей, вплоть до высшей знати, имели в своих жилах еврейскую кровь.

    Но и сохранившие свою религию евреи играли значительную роль. Так, в конце XV в. королевскими финансами управляли Абарбанель и Абрахам Сениор - оба исповедовавшие иудаизм. Слияние высшей испанской знати и вер-хов еврейской общины зашло так далеко, что когда в 1492 г. евреи были изгнаны из Испании, во главе изгнанных находился племянник короля.

    Высшая точка еврейского влияния приходится на царствование Педро I Жестокого (XIV в.), его двор называли "еврейским двором". Но постепенно еврейское влияние стало перемежаться периодами антиеврейских мер, а потом и кровавых гонений - как Севильская резня 1391 г. Все кончилось изгнанием евреев (исповедовавших иудаизм) из Испании в 1492 г. и созданием инквизиции (в 1480 г.), направленной в основном против марранов.

    Другим типичным примером является Польша. Евреи стали там селиться в небольших количествах еще с X или XI в. О более позднем периоде еврейский историк Дубнов пишет:

    XVI столетие считается "золотым веком", или временем процветания евреев в Польше. После того, как Испания потеряла свое главенство в еврейском мире, Польша приобрела это главенство.

    Поселения евреев в Польше приобрели заметные размеры при Казимире Великом в XIV в. При нем евреи приобрели ряд привилегий. Местный судья мог разбирать дела евреев только в присутствии раввинов и старост общин. Евреи приобрели право владеть землею и брать в аренду имения дворян. Благоприятное положение евреев при Казимире Великом связывают с влиянием его любовницы Эстерки. Однако она была убита во время гонения на евреев, возникшего при его наследнике Людовике. Крепкая государственная власть, сложившаяся при Казимире, все более расшатывалась в течении следующих двух веков. К XVIв., о котором Дубнов говорит как о "золотом", Польша была уже дворянской республикой с выборным королем, имеющим лишь номинальную власть. Как говорит Дубнов, "польские короли покровительствовали евреям". Более подробно:

    Евреи составляли в Польше особое сословие, управлявшееся во внутренней жизни своими выборными представителями, светскими и духовными. Делами еврейских общин заведовали кагалы, то есть общинные советы.

    Существовало единое еврейское управление, "Совет четырех Стран", в частности собиравшее все налоги с евреев.

    К XVI в. в Польше относится развитие талмудической традиции Моисеем Пссерлисом и Соломоном Лурье.

    Ослабление королевской власти и усиление власти шляхты привело к закрепощению крестьян, раньше бывших свободными. Как говорит Шахак - "крепостное право было неотличимо от рабства в чистом виде (...). Но хуже всего положение было в восточных землях Польши ( Белоруссия и Украина), населенных и возделываемых недавно закрепощенными крестьянами".

    Шахак подробно говорит об экономическом положении евреев

    Во всей Речи Посполитой дворяне использовали евреев, чтобы подорвать роль и влияние, и до того весьма относительное, королевских городов.(....)

    По большей части аристократы ставили в городах своих еврейских посредников, тем искусственно создавая конфликты.

    Но хуже всего положение было в восточных областях Польши (...). На этой громадной территории почти не было королевских городов. Города основывались землевладельцами и были населены почти исключительно евреями.

    Вне городов большинство евреев, конечно и во всей Польше, но особенно на Востоке, использовалось как непосредственные властители и угнетатели закрепощенных крестьян: они были арендаторами (распорядителями имений, наделенными полнотой власти).

    Короче говоря, во всей Польше при власти помещиков ( и феодальной Церкви, пополнявшейся исключительно дворянами) евреи были одновременно и непосредственными эксплуататорами крестьян и почти единственными горожанами.

    ... крестьяне подвергались особенно тяжелому угнетению под двойной властью землевладельцев и евреев; и можно предполагать, что последние полновесно пользовались религиозными еврейскими законами об отношении к язычникам. Как мы увидим в следующей главе, применение этих законов отменяется или смягчается, если можно думать, что оно вызовет опасную вражду к евреям.

    К числу привилегий, которыми в это время пользовались евреи, можно отнести также то, что в случае крещения они приобретали дворянство, часто высокого ранга. Все кончилось, однако, кровавыми восстаниями времен Хмельницкого и Гайдаматчины.

    В обоих случаях - Испании и Польши - периоды процветания и влияния заканчивались особенно жестокими гонениями.

    Почему, или хотя бы - как это происходило? Можно надеяться приблизиться к ответу на этот вопрос, рассмотрев обвинения, кото-рые выдвигались против евреев в средние века. Для нас одни из них звучат рационально, другие - совершенно фантастично, но для современников все они, по-видимому, были одинаково весомыми.

    Типичными для средневекового духа были высказывания Лютера о евреях. Встречая иногда цитаты из его произведения "О евреях и их обманах", я долго считал их искажениями в злобном антиеврейском духе, такой ненавистью они дышат - пока, наконец, не прочел всю работу в Собрании Сочинений Лютера. Там есть, например, "Семь верных советов" немецким князьям, где Лютер предлагает разрушить все синагоги и залить развалины смолой, сжечь "еврейские книги", заставить евреев заниматься только физическим трудом - и прибавляет, что советует он это лишь по своему христианскому милосердию, ибо можно было бы полностью изгнать их из Германии, "как в XV в. их изгнали из Испании, в XIV в. - из Франции и в XIII в. - из Англии".

    Конкретнее прежде всего мы встречаем обвинения в ограблении населения при помощи ростовщичества под колоссальный процент. Надо иметь в виду, что в Средние века католическая церковь запрещала христиа-нам ростовщичество под угрозой отлучения от причастия для мирян и лишения сана для священников, так что евреи были единственными, кто мог закон-но давать деньги в долг под процент. И что ещё важнее, эти деньги у них были. Примеры обвинений в громадных ростовщических процентах мы приводили выше.

    Обвиняли евреев и в продаже христиан в рабство маврам. В VII в. хронист Луитпранд, епископ Агобард, синод в Шалоне на Марне 630 г. утверждают, что евреи оскопляют христианских детей и продают их сарацинам. Из новейших историков об этой стороне хозяйственной деятельности евреев говорит Тревор - Ропер.

    Далее следуют обвинения в помощи врагам государства. Рот и сам говорит, что ввиду гонений, которым евреи подвергались в визиготском государстве в Испании, вряд ли надо удивляться, что они горячо симпатизировали арабскому вторжению, если только прямо не призвали арабов. Испанские хронисты утверждают последнее. За-воевывая Испанию, мавры оставляли в городах еврейские гарнизоны. Евреев обвиняли в том, что в 965 г. они впустили мавров в Толедо и участвовали вместе с ними в избиении христиан, или в том, они предали Бордо северным пиратам.

    Наряду с этим обвинениями, которые можно характеризовать как рациональные (оставляя в стороне вопрос об их справедливости), большую роль играли и совершенно фантастические: прежде всего, в заговоре с целью истребления христиан и для этого отравлении колодцев в годы "Черной Смерти". Но чаще всего повторялись два обвинения: похищение христианских младенцев и их ритуальное убийство и похищение Святых даров с целью их осквернения. По этим обвинениям было проведено несколько судебных процессов, но еще гораздо больше произошло самосудов, народных возмущений, кончавшихся убийством множества евреев.

    Одно из ранних обвинений в ритуальном убийстве (чаще всего утверждалось, что оно происходило на Страстную пятницу и было пародией на распятие Христа) касается убийства св. Вильяма из Норвича в Англии в 1144 г. Аналогичное обвинение возникает в 1171 г. в Блуа. Гуго из Линкольна в Англии, якобы распятый евреями в 1255 г., стал даже героем народных баллад. Другие примеры: обвинение в убийствах ребенка в Берне в 1249 г. и тогда же в Диссенгофене на Рейне, а также в других городах Швейцарии - Шафхаузене, Винтертуре. В Испании в 1450 г. Эммануил, сын врача Соломона, желая креститься, описал епископу в подробностях, как присутствовал при ритуальном убийстве. Льоренте в "Истории инквизиции" приводит четыре случая, когда суд инквизиции признал факт ритуального убийства. В Триесте в 1474 г. суд рассматривал дело о ритуальном убийстве ребенка. В Германии XV в. такие обвинения возникали неоднократно.

    Обвинения в осквернении Святых Даров начинают встречаться с XIII в. Связанные с ними преследования евреев имели место, например, в Пассау в 1478 г., в Бранденбурге - в XV в., в Каринтии - в 1421 г. и т.д.

    Подавляющее число современных историков считает эти обвинения полностью выдуманными. В пользу такого суждения говорит во всяком случае то, что признания на процессах обычно давались под пытками столь чудовищными, что очень немногие люди были бы способны их выдержать. Но, например, современный историк Эузебио Колометц указывает на "некоторые темные кощунственные действия" как на одну из причин, приведших к тому, что в XV в. отношения между евреями и христианами в Испании были на грани гражданской войны. В книге Саббатини "Торквемада и Инквизиция" приводится реферат опубликованных в 1877 г. работ испанского историка Фиделя Фита по документам инквизиции о ритуальном убийстве в 1491 г. в Испании. Автор считает, что доказательства, бывшие в руках инквизиции, были получены без помощи пыток: посредством "подсадных уток" и перекрестных допросов. Показания обвиняемых, допрошенных в разных городах, сходятся в деталях. Трудно объяснить, почему все эти истории следует относить исключительно на счет религиозного фанатизма католиков. Фанатизм был с обеих сторон и он мог приводить к самым крайним эксцессам. В других случаях это допускается. Например, слухи о ритуальных убийствах в секте хлыстов воспроизводились в художественной литературе (Мережковский) и не вызывали обвинения автора в фанатизме.

    Но для наших целей совершенно несущественно, были ли подобные обвинения хоть в некоторых случаях оправданными. Нам важно себе представить при помощи них, каков был образ еврейства в глазах окружающего населения. И здесь, как и в античности, все эти пестрые обвинения можно свести к одному: еврейство воспринималось как чужеродное, враждебное и опасное тело внутри средневекового общества. Такое утверждение имеет под собой веские основания. Можно себе представить, что восприятие окружающей жизни средневековым еврейством в значительной степени характеризовалось теми же чертами: как чуждого и враждебного мира. Евреи жили в отдельных кварталах, так называемых гетто, юденгассе или иудериях. Распространено представление, что они были загнаны туда насильно. Мы уже приводили в предшествующем параграфе противоположное мнение Макса Вебера, того же взгляда придерживается большинство историков, в том числе еврейских. Например, в Испании в XIII в. король Фердинанд предоставил евреям в Севилье для жительства три прихода. Тогда это была привилегия, которой добивались, Как правило, евреи концентрировались в гетто, чтобы контакты с окружающим миром не нарушали особого характера их жизни, не помешали выполнению сложной системы запретов и обрядов. Один из вождей еврейского национализма, президент Всемирной Сионистской Организации Нахум Гольдман говорит:

    Гетто исторически было еврейским изобретением...

    И до сих пор евреи имеют тенденцию селиться в своих кварталах, в окружении, которое облегчает жизнь в общине.

    Еврейские кварталы образовывались, например, благодаря тому, что евреи селились вокруг синагоги. Но позже встречаются и предписания властей селиться евреям лишь в уже возникших кварталах.

    Вся жизнь евреев была подчинена сложной системе религиозных запретов и правил. Громадное число предметов и действий считались "трефными", т.е. нечистыми, греховными. Внешний мир таил рассеянные всюду опасности заражения "трефным", а жизнь в гетто помогала их избежать. Запреты были столь многочисленны и сложны, что часто приходилось обращаться в знатокам Талмуда, чтобы выбрать правильную, безопасную линию поведения. Вот один из примеров. От средневековья сохранилась еврейская литература "Респонза", составленная из ответов особенно знаменитых раввинов на запросы верующих. Там большое место уделяется вопросам такого рода: работники-христиане перевозили для хозяина-еврея бочку с вином. Когда её грузили на воз, немного вина выплеснулось на руки перевозчика, и несколько капель стекло обратно в бочку. Стало ли вино "запретным"? Раввин указывает считать его запретным. Еврей не только не имел право пить "запретное" вино, но в некоторых случаях и иметь от него доход, т.е. продавать. В той же литературе подчеркивается запрет еврею вступать в деловое партнерство с неевреем. Позже, в XX веке, когда еврейские авторы более открыто высказывали свое отношение к этому миру язычников , появился ряд свидетельств о том отталкивании и даже ненависти, которую он вызывал ( позже мы некоторые из них приведем). Трудно себе представить, чтобы жизнь в Средние века побуждала к большей терпимости. Идеологический аспект жизни европейского еврейства в Средние века мы подробнее обсудим в следующей главе.

    Как и неоднократно в истории еврейства, перед нами сложный процесс, в котором невозможно обнаружить "зачинщика", разделить его на "правых" и "виноватых" или, как сейчас формулируют, описать при помощи схемы "виновник - жертва". Но его можно представить себе конкретнее.

    ЛИТЕРАТУРА

    Marcus J. R. The Jew in the medieval world. 1975.

    Roth C. The Jews in the middle ages. (Cambridge Medieval History, v.VII).

    Depping G. B. Die Juden im Mittelalter. Hildesheim. 1974.

    Abrahams Israel. Jewish Iife in the Middle Аgе. N.J., I897.

    Wilpert Paul (Hrsg). Judentum im M1ttelalter. Berlin. I966.

    Irving А. Agus. Urban Zivilisation in рге-crusade Europe. vv.I, II. N.J., l965.

    Sabatini Raphael. Torquemada and the Spanish Inquisition. London. I928.

    Goldmann N. Le paradox juif. Paris 1976.

    Dozy R. Histoire de musulmans d'Europe. Leyde. 1891 t. I - III.

    Саго Georg. Sozial- und Wirtschaftgeschichte der Juden im Mittelalter und der Neuen Zeit. Bd I. Frankfurt/М. I924.

    Wirth Louis. The Ghetto. Chicago. I946.

    Amador de los Rios. Historia social,politica,religiosa de las Judaios de Espana y Portugal. Madrid. 1960.

    Cohn Norman. The Pursuit of the Millenium. N.J.1970.

    Гумилев Л. Н. Русь и великая степь.М.1989.

    Шиппер И. Возникновение капитализма у евреев Западной Европы. Спб. 1910.

    Trevor-Roper H. The Rise of Christian Europe. London. 1965.

    Shahak I. Цит. в Гл. 1.

    Льоренте Х.-А. Критическая история испанской инквизиции. Т. Т. 1,2. М. 1936.

    Дубнов С. М. Краткая история евреев. М. 1996. (перепечатка издания 1912 г.).

    Goldman N. La paradox juif. Paris. 1976

    "Еврейская Энциклопедия". Спб. 1911. Т. I, статьи "Автономия" и "Агобард". Т. II, статьи "Англия" и "Антисемитизм". Т.III, "Ассимиляия". Т.VI, "Германия". Т. VIII, "Испания". Т. XI "Население". Т. XV "Украина".

    "Краткая Еврейская Энциклопедия". Иерусалим. 1976. Т. I, статья "Автономия",Т.II, статья "Гайдамаки".

    Гл. 4. Классический иудаизм

    В средние века внутри еврейства выработалась система взглядов, регламентирующая как отношения с нееврейским миром, так и поведение евреев в частной жизни и в еврейской общине. Она может помочь конкретнее представить себе взаимоотношения между еврейской и нееврейской частью средневекового общества. В этих принципах невозможно отделить высказывания религиозного характера и конкретные правила поведения. Большая их часть содержится в Талмуде и комментариях к нему. Шахак пишет, что если в вопросах веры имеется широкий простор для интерпретаций, то предписания, касающиеся конкретных действий, жестко зафиксированы в Талмуде. При этом, классическая (и современная ортодоксальная) точка зрения заключается в том, что, если возникает расхождение с Торой, то приоритет имеет талмудический текст. Согласно еврейскому преданию, Моисей сообщил евреям на горе Синай кроме Торы - Закона, записанного по велению Бога, ещё некоторые разъяснения и дополнения, которые должны были передавать изустно. После разрушения Храма, когда исчез центр религиозной жизни еврейства, раввины приступили к записи этой устной традиции (со I I по VI в. после Р.Х.). Эти записи и составили Талмуд. Ввиду его обширности и несистематичности несколько раз делались попытки создать более компактные своды. Таковыми являются: Кодекс Маймонида - XII в., Кодекс Якова Ашера - ХIII в. и Кодекс Иосифа Каро под названием "Шулхан Арух" - ХVI в. По-видимому, мировоззрение ортодоксального еврейства в большей мере определяется Талмудом, чем Библией, хотя бы потому, что Талмуд предписывает понимать Библию только так, как он её толкует. Для нового же времени такую роль играет "Шулхан Арух". Как говорит Гретц, "Каро (автор "Шулхан Аруха") дал иудаизму тот образ, который он прочно сохранил до наших дней".

    Многими авторами и много раз приводились выдержки из Талмуда и "Шулхан-Аруха", фанатически враждебные по отношению к неевреям ("гоям" или "акумам"). Вот несколько примеров. "Говорится, вы - овцы Мои, овцы паствы Моей, вы - человеки; вас называют человеками; акумы же таковыми не являются". "Деньги акумов суть как добро никому не принадлежащее, и каждый, кто пришёл первым, завладевает им". "Сожительство с акумами - то же, что сожительство со скотом". "Все народы, кроме евреев, произошли от нечистого духа и должны называться скотами". "Солнце освещает, дождь оплодотворяет землю только ради иудеев". "Иудею разрешается совершать беззаконие по отношению к гою, так как написано: ты не должен творить беззакония по отношению к ближнему твоему, и гой не подразумевается". "Запрещается иудеям освобождать акумов от какой-либо опасности, которой подвергается их жизнь, ибо спасти акума - значит увеличить число им подобных". "Откуда ненависть иудеев ко всем прочим народам? Она произошла с горы Синай" (игра слов: одно из значений слова Синай - ненависть. Ненависть вместе с Законом дана на горе Синай).

    Ряд авторов, настроенных апологетически по отношению к иудаизму, отрицали подлинность этих цитат. Самостоятельная проверка здесь для большинства из нас невозможна: надо было бы иметь доступ к экземпляру Талмуда или "Шулхан-Аруха" и владеть языком, на котором они написаны. В крайнем случае, надо иметь в руках перевод, в добросовестности которого имеется уверенность. Шахак подтверждает многократно высказывавшиеся слухи, что Талмуд содержит также ряд чрезвычайно оскорбительных высказываний в адрес Христа, христиан и вообще иноверцев. В частности, предписание уничтожить по возможности все экземпляры Евангелия. В средние века в связи с этим не раз провозглашались требования уничтожить все экземпляры Талмуда. Тогда, говорит Шахак, подобные места стали из талмудической литературы изыматься, начиная с изданий XVI в. и слова "язычник", "нееврей", "гой" стали заменяться чем - нибудь вроде "самаритянин", "египтянин" или даже "индус". Но одновременно распространялись списки подобных " изъятий". Теперь, как пишет Шахак, эти высказывания восстановлены - в издающейся на древне - еврейском литературе в Израиле. Но он приводит ряд примеров, когда английский перевод смягчает или полностью искажает такой текст.

    С другой стороны, ряд авторов, симпатизирующих евреям, утверждают, что все цитаты подобного типа из талмудической литературы - подделки антисемитов. Наиболее известный из высказывавшихся в критическом духе - В. Соловьев. Он посвятил этому вопросу отдельную статью: "Талмуд и новейшая полемическая литература о нем в Австрии и Германии". Его аргументы естественно разобрать в первую очередь. Подробнее всего в статье Соловьева разбирается книга Юстуса "Зерцало еврейства". В ней приводится около ста цитат из Талмуда и "Шулхен-Аруха", характеризующих, по мнению Юстуса, враждебное отношение составителей этих книг к неевреям. Книга была издана в Германии и там же против автора еврейской общиной был возбужден процесс по обвинению в клевете. В качестве эксперта был привлечен гебраист др. Эккер и под влиянием его показаний автор был оправдан. Потом Эккер опубликовал книгу "Зерцало еврейства в свете истины" - на эту книгу Соловьев и опирается. Дело в том, что Эккер ставит Юстусу в упрек некорректность цитирования: например, тот соединяет две разные цитаты в одну. Однако, Эккер как раз приходит к выводу, что по существу Юстус правильно передает дух положений, имеющихся в Талмуде. Соловьев приводит критические замечания Эккера, но добавляет: "все, что затем говорит критик, не мешает беспристрастному читателю составить правильное суждение по всем пунктам" - не информируя своего читателя, что же дальше говорит Эккер. Соловьев утверждает, что если устранить из книги Юстуса "все подложное, неверное и несообразное", то "останутся семь или восемь законов, которыми антисемиты могли с некоторой видимостью воспользоваться для своих целей".

    Кроме того, Соловьев приводит большое число цитат из Талмуда, проникнутых гуманными и возвышенными чувствами. Но ведь критики Талмуда как раз и утверждают, что гуманные положения Талмуда в основном относятся к евреям и часто сопровождаются разъяснениями, что "ближний" или даже "человек", о котором говорится - это только еврей, остальные же из этого высказывания "исключаются", ибо они "нелюди" и т.д. Уже в Ветхом Завете формулируется подобный "двойной стандарт" - мы привели несколько примеров в гл.2.

    Именно такие цитаты из Талмуда и приводятся его критиками - что ряд мест Библии надо толковать именно таким образом. Например, заповедь (Левит 19.13 Не обижай ближнего твоего и не губительствуй. Плата наёмника не должна оставаться у тебя до утра) не относится к гоям, ибо "гой не есть ближний". Утверждается, что именно таков смысл слов "делать добро" в большинстве талмудических текстов. Так в литературе "Респонза" раннего средневековья обсуждается обычай делать подарки беднякам, которые с этой целью обходили богатые дома в праздник Пурим. При этом иногда подарки получали и слуги - неевреи. Раввин Калоним это запрещает, говоря, что беспорядочно распределять подарки - хуже, чем вообще их не давать.

    Статья Соловьева заканчивается мыслью, вложенной в уста некоего мысленного иудея: "Одно из двух: или ваша религия действительно неосуществима, она есть лишь пустая и произвольная фантазия; или же она осуществима и, значит, вы лишь по своей дурной воле не осуществляете ее; в таком случае, прежде чем звать других к себе, раскайтесь и исправьтесь сами". (Мысль для Соловьева старая - он высказывал ее еще в статье "Еврейство и христианский вопрос"). Но трудно поверить, что жизнь можно уложить в такую краткую схему. Христианство приближается тем самым к учению Льва Толстого о "непротивлении злу силою". Однако сам Соловьев, в своем произведении "Три разговора", когда, полемизируя с этим учением Л.Толстого, описывает войну с турками, совсем такой схемой не пользуется ("Одно из двух..."), а с явным сочувствием описывает, как русские солдаты картечью разогнали башибузуков, громивших армянскую деревню.

    Самое же, пожалуй, поразительное, что Соловьев уклоняется от главного вопроса: обсуждения подлинности тех или иных цитат из Талмуда. О нем было известно, что он владеет древнееврейским языком (даже умирая прочел молитву на древнееврейском) и он вполне мог высказать по этому вопросу свое мнение. Но он этого не делает, ограничиваясь обсуждением не Талмуда, а книг Юстуса и Эккера.

    Мне кажется, однако, что и для человека, не владеющего древнееврейским, возможно составить довольно надежное мнение о подлинности многих цитат из Талмуда. В качестве примера приведу один источник цитат из Талмуда - старинную книгу Эйзенменгера, изданную в 1700 г. ( Автop сообщает, что в течение 40 лет издание книги было под запретом в Австрийской империи благодаря давлению влиятельных еврейских финансистов. В конце концов книгу удалось издать в Пруссии.) Весь спектр приведённых выше высказываний там имеется. Книга Эйзенменгера не есть перевод Талмуда - это сборник цитат типа: "Талмуд о христианстве", "Талмуд о других народах" и т.д. Однако, каждое высказывание сопровождается точной ссылкой, приводится на одной странице по-древнееврейски и на противоположной переводится по-немецки. В юдофильской литературе перевод Эйзенменгера обычно третируется как "ненаучный". Однако автор нигде не встречал каких-либо конкретных претензий к этой книге: утверждений, что приведённый в ней отрывок в Талмуде не содержится или что приведенный его перевод не верен.

    Но имеется и вполне авторитетное подтверждение цитат Эйзенменгера. Это книга Я.Каца, почетного профессора еврейского университета в Иерусалиме, "От предрассудка к уничтожению. Антисемитизм, 1700-1933". Она как раз начинается с обсуждения книги Эйзенменгера. Автор признает точность цитат из Талмуда, приведенных в этой книге. При этом подбор цитат он называет тенденциозным. Последнее верно - по необходимости. Эйзенменгер был миссионером, стремился обратить евреев в христианство. Поэтому он выбрал именно цитаты, наиболее нетерпимые и фанатичные, которые должны были бы оттолкнуть читателя от иудаизма.

    Другим подтверждением подлинности цитат Эйзенменгера можно считать то, что основные положения повторяются в книге Шахака, написанной с еврейско-патриотической позиции (причем автор получил религиозное образование и цитирует большое количество источников). Как считает Шахак, после крушения античного общества вплоть до 800 г. после Р.Х. нет источников, характеризующих жизнь европейского еврейства. Источники очень редки даже в X в. и дают некоторую общую картину лишь с XII в. Тогда и сложился кодекс законов, называемый Галахой, которому следовало подавляющее число еврейских общин вплоть до XIX в. Шахак называет эту систему законов "Классическим Иудаизмом". Он отмечает три основные черты европейских еврейских общин в эпоху, когда это мировоззрение сложилось. 1) Полностью исчезло еврейское земледельческое население. Соответственно, как он говорит, литература классического иудаизма исполнена, по отношению к земледелию и крестьянам, еще большей ненавистью и презрением, чем к язычникам. 2) Еврейские общины служили власти и входили в привилегированный слой населения. Он не отрицает распространенной среди евреев бедности и антиеврейских гонений. Но не смотря на это, "самый бедный еврейский ремесленник, разносчик, арендатор, приказчик жил несопоставимо лучше, чем крепостной. Особенно в европейских странах, где крепостное право сохранилось частично или полностью до XIX в.: Пруссия, Австрия (включая Венгрию), Польша и польские территории, аннексированные Россией". 3) Тотальное противостояние окружающему населению (исключая королей). Он предлагает и гонения на евреев рассматривать наравне с другими движениями низов, вызванными эксплуатацией.

    Все правила Талмуда, цитированные выше, мы можем найти и в книге Шахака. И сверх того, цитаты, например, из составителя первого талмудического свода Маймонида, согласно которым врач (иудей) не должен лечить язычника, даже за плату. Но есть и исключение (сам Маймонид был врачом султана Саладина): если отказ может вызвать враждебность язычников - но тогда можно лечить лишь за плату. Или утверждение, что если еврей имел половые сношения с женщиной, хотя бы это была девочка 3х лет, то женщина должна быть убита как животное, ибо она была причиной того, что еврей совершил дурное дело. Еврея же надо наказать кнутом. Утверждение, что все неевреи являются органами Сатаны. Предложения, касающиеся евреев, в которых оговаривается, что "язычники и собаки исключаются". В частности, описание обряда ежемесячного очистительного купания, после которого ортодоксальная еврейка должна прийти домой и совершить ритуальный половой акт с мужем. Но если по дороге ей встретится одно из дьявольских существ - собака, свинья, осел или язычник - она должна вернуться. Маймонид утверждает, что часть турок, северные кочевники и черные, а также "похожие на них" не являются человеческими существами, но ближе к животным. Указание, проходя мимо не еврейского кладбища, проклинать мать умерших. Особенно Шахак выделяет постоянную враждебность еврейских источников к христианству. Так, имя Христа пишется обычно с прибавлением: да исчезнет имя нечестивца. Шахак суммирует: "Правоверный иудей с первой молодости, из своих благочестивых занятий, узнавал, что язычники подобны собакам, что делать им добро - грех и т.д.". Все это поразительно совпадает с другими свидетельствами, например, крещеного еврея, ставшего священником, А.Алексеева (Шахновича) о его молодости: "Прежде, нежели еврейский юноша выйдет из училища и узнает христианина, он уже становится неисправимым врагом его". "Стоит христианину подойти к дому еврея, как дети закричат: агой! агой! - т.е. христианин, а жена еще добавит: агой ахезер, т.е. христианская свинья тебя спрашивает". "Мы не могли пройти мимо церкви христианской без отвращения и считали непременною обязанностью плевать на нее, произнося слова - да будет это место попрано, ибо оно нечисто".

    Шахак характеризует средневековое еврейское общество как "одно из самых "замкнутых" и тоталитарных в человеческой истории". Оно было основано на абсолютном подчинении общины (кагала) его верхушке.

    Таким образом, кажется убедительным, что положения вроде приведенных выше, передают дух Талмуда, а вместе с тем и мировоззрение ортодоксального еврейства, как оно сложилось в средние века. Этот дух страха, ненависти и высокомерного презрения к окружающим народам не мог не сказываться в поведении, во всей жизненной установке средневекового еврейства.

    Шахак определяет эпоху господства классического иудаизма в еврейских общинах начиная с IXв. до Французской революции, для Восточной Европы - до XIXв., а например, для Саудовской Аравии - вплоть до момента написания его книги - XXв.

    Основываясь на наблюдении Шахака, что в Восточной Европе евреи еще в XIX в. жили согласно средневековому укладу, мы можем конкретнее представить себе систему ценностей и социальное устройство средневекового еврейства. Как-раз по поводу образа жизни евреев в XVIII и XIX веках в "черте оседлости" России, сохранились детальные свидетельства. Прежде всего я имею в виду книгу Якова Брафмана, которая во многих отношениях согласуется, но также и дополняет и конкретизирует точки зрения Шахака. Книга привлекает очень большой фактический материал. Автор (в отличие от Шахака) - христианин (по его словам, крестился в 34 года), но в книге чувствуется теплое отношение к еврейской традиции и судьбе евреев. Например, при описании еврейских национальных праздников и обычаев: чтении Пятикнижия (Алии), праздновании нового года (Рош гашана), свадьбы и т.д. Подобно Шахаку, автор видит основу, разделяющую евреев и христиан, в особом характере кагальной организации: "тоталитарное общество" (по словам Шахака) или "власть еврея над евреем" (по словам Брафмана).

    Мы приведем некоторые сведения о "внутреннем замкнутом быте евреев" из книги Брафмана. Напомним, что Шахак считает, что тип жизни средневекового еврейства определяется не предписаниями Талмуда, но сложился позже написания Талмуда - не раньше VIII в. Аналогичную точку зрения высказывает Брафман. В Талмуде, как он говорит, можно найти разноречивые предписания, а в кагальной организации они приобретают четкий и однозначный характер. Например, по важному вопросу о том, насколько обязателен для евреев закон государства, в котором они живут, Талмуд содержит разные суждения: а) "царский закон обязателен для еврея"; б) "это постановление относится исключительно к вопросам, касающимся личных выгод Государя, но решения судебных мест никоим образом не могут быть обязательными для еврея" и, в заключение, в) "раввины - это государи". В то время, как постановления кагалов обрисовывают совершенно четкий взгляд на этот вопрос. Вот несколько примеров.

    Воспрещено (еврею) судиться в суде нееврейском и в нееврейских судебных учреждениях. Это запрещение не теряет своей силы даже при таких вопросах, по которым нееврейские законы сходны с еврейскими, и если бы даже обе стороны желали предложить свое дело суду нееврейскому. Нарушающий это запрещение есть злодей. Этот поступок признается равным хулению, поношению и наложению руки на весь закон Моисея.

    (При выборах, на основании государственных законов, представителей еврейской общины в государственное судебное место, совершается их тайный выбор комиссией из 30 представителей кагала.)

    По совершении такого, так сказать, предварительно-неофициального выбора всем избирателям вменяется в непременную обязанность баллотировать при законном выборе в пользу тех двух кандидатов, на стороне которых оказалось большинство голосов в предварительном выборе.

    Пункты, составленные для предохранения талмудического суда от ослабления, которое вследствие наших грехов сделалось заметным. Они установлены на законном основании для того, чтобы, Боже упаси, не допускать врагов наших судьями (чтобы евреи не представляли дела свои на разбирательство в суд нееврейский; в скобках - видимо комментарий Брафмана), чтобы в дугу согнуть дерзкого ослушника и заставить всякого еврея быть покорным талмудическому суду и закону.

    Наконец, одно свое постановление кагал заключает словами:

    сделать раскладку и учредить упомянутый сбор помимо согласия губернатора.

    Постановления кагалов, приведенные в книге Брафмана, рисуют совершенно необычную форму отношения евреев к собственности окружающего населения. Этот общий принцип называется Хезкат ишуб. Он заключается в том, что собственность окружающих христиан распределяется кагалом (продается) подчиненным ему евреям. Приводится много актов продаж (или перепродаж). Получаемое таким образом право собственности называется хазака. Иногда такой собственностью может оказаться определенный человек - это право называется меропие. Примеры санкционирования кагалом права хазаки:

    ...постановлено продать раввину Михелю, с. р. Исаака, право на владение плацем и строениями христианина немца столяра Иоанна, которые он построил на новой улице напротив домов архитектора Крамера.

    По поводу тяжбы между представителями кагала и сыновьями покойного Ария относительно права на владение каменными лавками архиерея представителями кагала постановлено...

    Общим решением представителей кагала продано было Исааку, с. р. Зева Вольфа, право на владение каменными лавками, находящимися на малом базаре и принадлежащими ксендзам Бонифатского ордена.

    Иногда предоставление права хазаки на некотрую собственность сопровождается словами "от центра Земли до высоты небес". Как пишет Брафман: "Нееврейские жители кагального района со всем своим имуществом являются здесь территорией, составляющей, так сказать, государственную или казенную собственность кагала, которую он по частям продает своим еврейским жителям". Брафман видит источник такого взгляда в талмудическом принципе:

    Имущество неевреев все равно что пустыня свободная.

    Он цитирует "одного из крупнейших знатоков талмудического законодательства", равви Иосифа Клуни, полагающего, что эта территория подобна свободному озеру, в котором только тот еврей может ставить сети, который приобрел это право от кагала.

    В реальности, приобретатель права хазаки, скажем, на определенный дом, получает исключительное право стараться овладеть этим домом, причем "какими бы то ни было средствами". До того, как он добьется этого, он имеет исключительное право снимать дом у его хозяина (считающегося таковым в окружающем обществе) и производить любые связанные с этим домом хозяйственные операции. Слова же "от центра Земли до высоты неба" означают, что если этот хозяин надстроит над домом еще один этаж, то право хазаки будет распространяться и на надстройку. Точно так же право меропие означает монопольное право любых экономических сделок с определенным человеком (меропие буквально означает отстранение "настоящего" владельца от его имущества). Закон о меропие гласит:

    Если человек (еврей) имеет в своей эксплуатации нееврея, то в определенных местах запрещается другим евреям входить в сношения с этим субъектом и делать подрывы первому; но в других местах вольно каждому еврею иметь дело с этим субъектом: давать ему деньги в заем, подкуп и обирать его, ибо имущество нееврея все равно что гефкер (свободное) и, кто им раньше овладеет, тому оно принадлежит.

    Кагал жестко и детально регламентировал жизнь возглавляемой им общины. (То, что Шахак называет: "тоталитарное общество".) Это касалось и религиозных предписаний, например, соблюдения субботы. Причем Шахак сообщает, что иногда надзор брала на себя администрация соответствующего государства: например, в Испании, Польше, Австрии. Так, раввин Моше Зофер из Пресбурга (теперь - Братислава, тогда - в Австрии) писал: "если у себя в Пресбурге я узнаю, что еврейский торговец дерзнул в праздник открыть лавку, я посылаю жандарма отвести его в тюрьму". В гл. III был приведен указ польского короля XV в.

    Регламентировались кагалом и право хазаки и меропие. Но так же и многие детали более обыденной жизни, Например, кого можно пригласить на пир. Так, согласно Брафману, по случаю обрезания кагал разрешал пригласить:

    По два соседа с обеих сторон и трое живущих на противоположной стороне улицы.

    Или:

    Кто, женя сына или выдавая дочь замуж, устроит свадьбу вне нашего города, тому совершенно запрещается приглашать на пир кого бы то ни было, и всем жителям города воспрещается в подобных случаях посылать новобрачным дроше гешенке (свадебные подарки).

    Более того:

    Под каноническим херемом (проклятие - см. ниже; И.Ш.) воспрещается шамошим (синагогальным служителям) призывать на пир обрезания или свадебный по реестру, который предварительно не будет пересмотрен эход мешамошей гакгила (одним из городских нотариусов) и не удостоверен его подписью, что список составлен по вышеизложенным правилам.

    И множество предписаний, касающихся того, кого чем можно угощать, о приглашении музыкантов и т.д.

    Кагал разрешал или запрещал тому или иному еврею поселяться в определенном городе. Он мог даже, в качестве наказания, воспретить определенному еврею сожительство с его женой (для этого надо было не допустить жену к ритуальному ежемесячному омовению, без сего супружеские отношения становились незаконными).

    Кагал устанавливал определенные налоги (например, так называемый коробочный сбор, связанный с продажей кошерного мяса). Другие доходы происходили от продажи права хазаки или меропие. Таким образом, в руках кагала сосредотачивались крупные средства, которые шли на подкуп администрации и на помощь подчиненным кагалу евреев (о чем будет сказано ниже).

    Выполнение всех предписаний кагала обеспечивалось талмудическим судом, который назывался бет-дин. В своде талмудических законов о нем говорится:

    Всякий бет-дин, даже не получивший подтверждения от властей земли Израиля, если он замечает, что народ предается распутству, имеет право приговаривать к смертной казни, подвергать денежным взысканиям и другим разным наказаниям.

    Бет-дин может провозгласить виноватому херем (проклятие) "исключить его из всего Израиля", то есть обратиться к другим кагалам с призывом ежедневно объявлять публично:

    что хлеб его есть хлеб нееврея, вино его - вино "несех" идолослужения, овощи (ему принадлежащие) осквернены, книги его считаются книгами волшебников.

    Далее следуют призывы:

    отрежьте ему цицес (нитки, привязанные к камзолу на основании изречения Пятикнижия). Оторвите ему мезузу (свиток, прибиваемый к двери); вы не должны кушать или пить с ним; не должны совершать обрезания его сына, не обучать детей его закону, не хоронить умерших из его семейства, не принимать его в братства ни в благотворительные, ни в другие; чашу, которую он опорожнит, должны выполоскать и вообще обращаться с ним как с каждым (нахри) неевреем.

    Сама формула херема содержит призывы:

    Будь он проклят устами Бога великого, сильного и страшного. Да поспешит к нему несчастие Божие. Создатель, истреби и уничтожь его; Боже Создатель! Сокруши его; Боже Создатель! Покори его.

    Конкретнее, перечисляется ряд мер, чтобы "согнуть в дугу" еврея, непокорного бет-дину, в частности:

    Отступник совершенно исключается из общества и братства.

    Если кто-либо заключил с ослушником обручательный договор, то другая сторона освобождается от этого обязательства.

    Если ослушник - ремесленник, то заказывать у него работу воспрещается под тяжким херемом.

    Позволяется опубликовать в синагоге, что отступник кушал треф (т.е. пищу, запрещенную для еврея согласно Талмуду) или нарушил пост и т.п., подтверждать это ложными свидетелями и подвергать его за это наказанию.

    И само собой разумеется, что в роковой час разразится над ним его несчастье.

    Для реализации подобных мер избирается так называемый "тайный преследователь", о котором говорится:

    Тайный преследователь должен утвердить торжественнейшей присягой, что он никого на свете щадить не будет, а будет поддерживать суд талмудический всевозможными средствами и мерами по данной ему инструкции. Кроме того, тайный преследователь утверждает торжественной присягой, что он никогда и никому на свете не откроет, что он был когда-то тайным преследователем.

    Как сообщает "Краткая еврейская энциклопедия" , сейчас сеть судов бет - дин покрывает Израиль.

    Шахак пишет, что в Польше кагал мог приговорить преступника к смерти, причем особенно мучительной: запороть до смерти.

    Он сам считает Николая I "антисемитом", издавшим ряд законов "против евреев". Но, пишет он:

    поддерживая "порядок" в своей империи, он препятствовал казням евреев по приказу раввинов - в то время как в Польше до 1795 г. это считалось "допустимым". "Официальная" еврейская история осуждает этого царя по двум пунктам, например, в конце 1830-х г.г. один "святой раввин" (цадик) в местечке на Украине приговорил казнить еретика, сварив его в кипятке. Еврейский современник событий, излагая их, сообщает с недоумением и ужасом, что попытка "дать на лапу" чиновникам не достигла цели и не только исполнители, но и сам святой человек были сурово наказаны.

    Все общество, как его описывает Брафман, крайне иерархично. Брафман делит его на два слоя, которые называет "патрициями" и "плебеями". Все постановления и законы проникнуты крайним пренебрежением к "плебеям". Иерархически организованы и "патриции". Принадлежность к этому сословию и место в нем определяется, в основном, богатством. Об этом говорит, например, постановление:

    В члены асифа (общего собрания) избираются лица, участвующие в расходах города. Из среды этих членов избираются представители, старшины и прочие члены в кагальное управление.

    И мы встречаем ряд постановлений о предоставлении определенного привилегированного статуса некоторому лицу, называемому "богачом" или даже за точно указанную плату кагалу. Однако, существует и другой путь изменения своего места в иерархии: изучение Торы и Талмуда. Во многих ситуациях "талмуд хахам", то есть "знаток талмуда", занимает привилегированное положение.

    Администрация кагала создается на основании выборов, так что Брафман оправданно говорит о "талмудической муниципальной республике". Но избирательное право очень узкое, иногда ограничено несколькими десятками человек - это видно из ряда документов. Фактически это была "патрицианская республика".

    Из сводки документов Брафмана трудно установить, какова связь между разными кагалами. Во всяком случае, в некоторых документах содержатся решения о делах, касающихся целой губернии. Пожалуй, был один случай, в котором можно говорить об объединенном действии всех кагалов России. Речь идет о расследовании положения крестьян и евреев в Белоруссии, предпринятом Державиным при Павле I и Александре I (лишь незадолго до того Россия столкнулась с тем, что в числе ее подданных оказалось большое количеством евреев). В связи со сделанными Державиным предложениями Гессен пишет о "чрезвычайном собрании депутатов кагалов в Минске в 1802 г.". Сам же Державин пишет, что он получил сведения, согласно которым "все кагалы" собрали для противодействия его предложениям 1 млн. р. и даже "хотят посягнуть на его жизнь" - что опять свидетельствует о некоторой организации. Но это сторона деятельности "талмудической республики", по-видимому, неизвестна.

    В заключение нужно упомянуть о том, что, хотя кагал жестко и детально контролировал жизнь общины, он и заботился о нуждах ее членов. В документах, собранных Брафманом, говорится о ссудах, которые выдавал кагал отдельным лицам; о повивальных бабках, которых он содержал; о выдаче приданого бедным невестам; о "выкупе еврейских узников" (видимо, освобождении, нелегальным путем, евреев, арестованных властями); о сборе подаяния для бедных в Палестине. Это действительно было тоталитарное общество (как его характеризует Шахак), причем "патерналистского типа" - разумеется, если иметь в виду только отношения между членами общин.

    Основываясь на замечании Шахака, можно предположить, что книга Брафмана рисует, в общих чертах, картину жизни средневекового еврейства в эпоху господства "Классического Иудаизма". Гессен обвиняет книгу в том, сто она враждебна еврейству. У меня не создалось такого впечатления. Хотя Брафман и принял христианство, он явно с теплым чувством описывает многие черты еврейского быта. Но книга исполнена протестом против власти кагала ( точнее верхушки, состоящей из "патрициев" ), "власти еврея над евреем".

    В немецком переводе Вавилонского Талмуда, принадлежащем Гольдшмидту, содержится такой рассказ:

    Один из учеников спросил Рабби Кахане не слыхал ли ты, что значит "Гора синай"? Тот ответил гора. На которой совершилось чудо. Тогда она должна была бы называться Гора Низай - Скорее, гора. Ставшая добрым знаком для Израиля. Тогда оа должна была бы называться Нора Симнай Тогда он отослал ученика к другим раввинам. Те сказали Что значит Гора Синай Гора, на которой снизошла ненависть к другим народам. Это сказал и рабби Иозе бен Ханина Она имеет пять имен пустыня Цин, где были даны примеры, пустыня Кадеш, в которой Израиль был освящен пустыня Кедемот,где ему были поведаны начала пустыня Паран, где они расплодились пустыня Синай, где снизошла ненависть к народам мира. Как же он на самом деле называется - Хореб.В этом противоречит р. Абаху, ибо р. Абаху сказал, что настоящее имя - гора Синай, а Хореб она называется лишь потому, что через нее снизошло опустошение (Хорба) на народы мира.

    Цепь подобных поучений Талмуда и комментариев к нему, а также и дошедшие до нас сведения о реальной жизни еврейских общин (кагалов), намечают одну концепцию, характеризующую отношение к иноверцам и иноплеменникам. Например, утверждается, что в мире имеется 17 "народов", каждый из которых управляется особым "ангелом". Этот "ангел" является "богом" соответствующего народа, но в то же время это "дьявол" или "ангел смерти". Над всеми ими властвует главный ангел смерти - Самаэль - являющийся в то же время "богом" сынов Эдома (христиан). Христос называется "Мертвым", одежда священника - "одежда смерти" и т.д. Иными словами, евреи - единственные живые среди мира мертвых, они живут в окружении мертвецов или нечистой силы ("народы мира" происходят от нечистого духа). Картина похожа на "Вий" Гоголя, где Хома Брут тоже окружен нечистой силой, пытающейся его утащить, причем строгие предписания Закона и Талмуда образуют нечто вроде волшебного круга, которым Хома Брут пытался оградить себя от рвавшейся к нему нечисти. Такое жизнеощущение не могло не вызвать в какой-то мере симметричной реакции в окружающем населении.

    А ведь так часто судьба ремесленника или крестьянина оказывалась в руках еврейского ростовщика. Саббатини, например, говорит, что в Португалии до настоящего времени (XX в.) слово "еврей" применялось как обозначение жестокости - если ребенок бил собаку, родители кричали: "не будь евреем". Те же переживания сохранились и в произведениях великих писателей - в образе Шейлока у Шекспира и "Мальтийского еврея" у Марлоу. Всё это делает более понятной враждебность коренного населения по отношению к еврейским общинам, те гoнения, которые описаны выше - какими бы фантастическими с нашей точки зрения причинами не объясняли их в то время. Возникало какое-то чувство несовместимости еврейства и христианского общества. Взаимное их отталкивание всё более обособляло два эти мира. Но в то же время им невозможно было полностью замкнуться друг для друга, так как они были связаны нерасторжимой цепью финансовых и экономических отношений. По-видимому, этот процесс взаимного отталкивания, озлобления и изоляции усиливался в течение всех Средних веков и достиг максимума как раз к тому времени, когда неожиданно евреи начали играть всё большую роль в жизни европейских народов.

    ЛИТЕРАТУРА

    Das 40 Jahr von der Juden mit Arrest bestrikt gewesen, nunmehro aber durch Autoritaet eines Hohen Rechs-Viсагiats relaxirte Jоhаnn Аndгеае Eisenmengers Entdecktes Judenthum. Gedruckt im Jahr nach Christi Geburt I700.

    В.С.Соловьев. Собрание сочинений. С.-Петербург. 1911. Том шестой, Том четвертый.

    Shahak I. Цит. в Гл. 1.

    Katz J. From Prejudice to destruction. Anti-semitism 1700-1933. Harvard. 1970.

    Алексеев А. Беседы православного христианина из евреев с новообращенными из своей собратии. Новгород. 1875.

    Брафман Яков. Книга кагала. Материалы для изучения еврейского быта. Вильна 1869.

    Гессен Ю. История еврейского народа в России. т.1 Ленинград 1925.

    "Краткая Еврейская Энциклопедия". Т. I, статья "Бет - дин".

    Der Babylonische Talmud. Nach der ersten zensurfreien Ausg. Goldschmidt, Lazarus. Berlin, 1929.

    Гл. 5. Хазария

    Еврейская диаспора, как фактор, влияющий на другие цивилизации, возникла в античности. С тех пор она проявила себя в громадном диапазоне: в Византии, Западной Европе, Исламском мире, Латинской Америке и т.д. (даже в Китае). Мы отобрали в нашем изложении те эпизоды, которые, хотя бы косвенно, оказали влияние на нашу страну. Здесь мы дадим сводку взглядов историков на один такой эпизод, который с нашей историей несомненно был связан, А вот насколько существенно - лишь затронул историю Древней Руси или был, в свое время, одним из ключевых ее моментов - об этом историки спорят. Речь идет о Хазарском каганате в эпоху от VII до X в. Р.Х. Л.Н.Гумилев называет сложившуюся тогда историческую ситуацию "зигзагом истории". Действительно, она не имеет аналогов в истории, как-то выбивается из общей картины. Но ведь она может и повториться, а тогда "зигзаг" превратится в "закономерность".

    Об истории Хазарии писали много. Поскольку история эта разворачивалась в пределах нынешней России, то большая часть исторических сочинений в России и создана. Если говорить об общих обзорах, то это книги М.И.Артамонова, С.А.Плетневой, А.Н.Гумилева и работы многих других авторов. Большинство из писавших на эту тему отмечают капитальный характер труда М.И.Артамонова "История Хазар". Мы и начнем с изложения основных положений этой книги.

    Хазары - народ тюркского происхождения. Хазарское государство возникло в VII в. в результате распада Восточно-Тюркского каганата. Но о хазарах источники упоминают начиная с VI в. Территорию Хазарии составляли тогда степи от Урала до дельты Волги и далее до Кавказа, северное Причерноморье и часть Крыма. Претендовала она одно время и на Закавказье. В первую половину VIII в. Хазария воевала с арабами. Арабы покорили-было хазар и принудили их кагана принять Ислам. Но в результате смут внутри исламского мира (замена халифата Омайядов на Аббасидов) арабы не смогли удержать господства над Хазарией. Установилось равновесие: арабы не пытались больше завоевывать хазар, а хазары - Закавказье. Это вообще была эпоха стабилизации (конец экспансии) Ислама.

    В VIII в. столицей Хазарии стал Итиль, расположенный в дельте Волги. Население страны состояло в большей части из кочевников, в нее входила вся Причерноморская степь до Днепра. Но заметное место занимали земледельцы: жители Тамани, низовьев Кубани и Дона, берегов Азовского моря, земель между Донцом и средним Доном.

    Населенные пункты Хазарии, в особенности Итиль, были удобными перевалочными базами для караванной торговли между Дальним Востоком и Ирано-Арабским миром и дальше - Европой. Начиная с VI в. в Хазарию происходила интенсивная еврейская иммиграция. Первым толчком послужило удивительное событие - охватившая Иран грандиозная революция радикального "комуннистического" характера. Это движение "маздакитов", последователей Маздака, проповедовало общность имущества и жен. Одно время поддерживал учение и царь, Кавад I. Только при его наследнике, Хосрое I, оно было побеждено. Еврейская община Ирана (одна из влиятельнейших в мире) примкнула к маздакитам. В результате, после поражений движения, иранские иудеи подверглись преследованиям наряду с другими маздакитами. Экзарх (духовный глава) евреев в Иране, Матр Зутра, был казнен, а множество евреев бежало на Кавказ, в области, принадлежавшие тогда хазарам. К этой первой волне эмиграции присоединились потом и другие, вызванные преследованиями евреев в Византии, в царствование Ираклия в VII в. и Льва Исавра в VIII в., а также , вероятно, и экономическими интересами.

    На грани VIII и IX в.в. в Хазарии произошел переворот, в результате которого иудаизм стал "государственной религией". Но это не значит, что все население приняло эту религию. Наоборот, подавляющая часть местного населения сохранила прежние верования. Но власть перешла в руки правящего слоя, состоявшего из потомков иммигрировавших в Хазарию евреев и обращенной в иудаизм хазарской знати (а также, видимо, детей от смешанных браков). Сначала иудаизм принял бек или царь Обадия и его ближайшее окружение. Потом, как говорит арабский историк, "стали к нему стекаться иудеи из разных исламских стран и из Рима" (т.е. Византии). Хазарский источник рассказывает: "Он поправил царство и утвердил веру надлежащим образом и по правилу. Он выстроил дома собрания и дома учения и собрал мудрецов израильских, дал им серебро и золото, и они объяснили ему 24 книги Священного писания, Мишну, Талмуд и сборники праздничных молитв.". Установилась система правления, иногда называемая "двоевластием". Номинально во главе страны стоял каган из древнего тюркютского рода Ашина (волк), исповедовавший иудаизм. Но его власть была номинальной, его лишь показывали народу раз в году. Фактически страной правил царь (бек) еврейского происхождения. Его титул передавался от отца к сыну.

    Эта система власти установилась после эпохи гражданских войн, продолжавшейся несколько десятилетий. Константин Багрянородный пишет об этой эпохе: "Когда у них произошло отделение от их власти и возгорелась междуусобная война, первая часть одержала верх и одни из них (восставших) была перебиты, другие убежали и поселились с турками (венграми) в нынешней печенежской земле". В борьбе, по-видимому, погиб и сам Обадия и оба его сына - Езекия и Манасия. Власть перешла к брату Обадии Ханукке.

    Все более значительной частью бюджета Хазарии становились торговые пошлины. Этими капиталами оплачивалось наемное войско, на котором держалась власть. Войско состояло в основном изтюркских воинов, но возглавлялось иудейским военоначальником. В случае поражения воины подлежали казни, военоначальник - конфискации имущества. Именно это наемное войско и обеспечило победу в гражданской войне: "Иудейское правительство обзавелось наемной армией и стало независимым от народа". "Значительная часть хазарского населения была истреблена". Новая власть утвердилась к середине IX в.

    В IX в. власть Хазарии распространялась на Восточно-Европейские степи и прилегающие северные области, занятые славянами. "Повесть Временных лет" сообщает под 884 г., что хазарам платили дань поляне, северяне, вятичи, родимичи. В I половине X в. хазарский вельможа Песах, согласно еврейскому источнику, разбил войско Русов и начал войну против русского князя Хельги. Он принудил Русов выступить против Византии. В том же документе говорится: "тогда-то стали русы подчинены власти хазар". Артамонов считает, что "выступление против Византии" подразумевает поход Игоря на Константинополь, окончившийся неудачей. Однако, он отрицает "подчинение Руси хазарам", считая, что речь идет о союзе, обеспечивавшем тылы русов на время похода.

    В этом эпизоде история Хазарии скрещивается с историей нашей страны. Здесь более радикальную позицию занимает Л.Н.Гумилев (бывший учеником Артамонова). Он считает поход Песаха началом длительного подчинения Руси хазарам. Поскольку в X в. Хазария боролась с Византией за влияние в Восточной Европе, то походы Олега и Игоря на Константинополь он объясняет как результат более общего союза викингов и еврейских общин, имевшего общеевропейский характер. С его точки зрения, походы викингов, и в Западной Европе, и на Востоке финансировались еврейскими купцами. Им же викинги сбывали захваченных рабов. Гумилев пишет:

    Тогда изолированное княжество киевских варягов стало вассалом общины хазарских иудеев, которая использовала русов и славян в войнах с христианами и мусульманами-шиитами.

    Уже в начале X в. русский флот оперировал в Каспийском море против врагов хазарского царя. Очевидно, киевские князья стали поставлять хазарскому царю "дань кровью".

    Например, он приводит такой аргумент: хазары в качестве монеты использовали арабские диргемы. После 900 г. диргемы появляются в кладах Русской земли. Причем это не военная добыча, так как ни о каких победах летописи не говорят.

    Это плата за кровь славяно-русских богатырей, пролитую ради чужих интересов.

    Переворот в отношении Руси с Хазарией произошел после убийства славянами Игоря, когда к власти пришли славяне или ославянившиеся скандинавы из окружения псковитянки Ольги. Это произощло в 944 г. Такая концепция предполагает очень важную эпоху хазарского господства над Русью, предшествовавшую перевороту. Только после убийства Игоря вновь усилилось распространение христианства на Руси (это было равнозначно усилению влияния Византии). Хазарский царь Иосиф не мог ничего предпринять в ответ на этот переворот, так как ряд кризисных явлений - от Китая до Франции - нанесли тяжелый удар хазарской торговле и подорвали основу власти. В 957 г. Ольга приняла крещение в Константинополе, что означало открытый переход Руси на сторону Византии против хазар. В 964 г. Святослав начал военные действия против хазар. Возможно, союз с Византией помог нейтрализовать на это время постоянных врагов - печенегов. В то время, как хазарское войско ожидало его в степях, Святослав двинулся к Оке, русы срубили ладьи, спустились по Волге и в 965 г. взяли штурмом столицу Хазарии Итиль.

    Политическое господство хазар было сломлено, но Хазария, видимо, еще долго оставалась опасным соперником Руси. Уже сын Святослава, Владимир, предпринял поход на хазар и обложил их данью - по мнению Артамонова, в 985 г. Еще в следующем поколении, сын Владимира, Ярослав Мудрый, в I половине XI в. воевал со своим братом Мстиславом, опиравшимся на войско, состоявшее из хазаров и косогов. Но, как рассказывает Гумилев, экономически влиятельная еврейская община в Киеве сохранилась еще на полтора века. Ее влияние стало расти, когда в нее влилось множество евреев западного происхождения, переселившихся из Германии через Польшу. В руках этой общины находилась интенсивная торговля рабами. Рабы добывались в набегах половцев и продавались в Египетский халифат через Крым, где была другая сильная еврейская община в Херсонесе (Корсуни). Именно тогда был убит канонизированный Православной Церковью мученик св. Евстрат. Как пишет Гумилев, в Киеве

    торговля и ремесла постепенно переходили в руки евреев, так как каждому из них помогала община, тогда как русские купцы и ремесленники действовали каждый на свой страх и риск.

    Но после смерти в 1113 г. князя Святополка II в Киеве вспыхнули беспорядки. Народ сначала разграбил дома ближайшего окружения покойного князя, а потом - еврейскую колонию. Такую картину рисует Татищев. Ипатьевская летопись говорит, что были разграблены дома евреев. Бояре просили Владимира Мономаха принять княжеский престол. Мономах выслал всех евреев из Русской земли. В случае возвращения закон отказывался обеспечить их жизнь и имущество.

    Эту картину длительного подчинения Руси иудейской Хазарии и еврейскому экономическому влиянию поддержал В.В.Кожинов, опираясь на совсем другие аргументы, связанные с историей русского эпоса и литературы Древней Руси.

    Анализируя как содержание, так и ареал распространения былин, он приходит к выводу, что они отражают не противостояние монгольскому игу (отнесенное к эпохе св. Владимира), не борьбу со степью (половцами или печенегами), но борьбу с господством хазар. Наиболее ярким аргументом оказывается здесь былина "Илья Муромец и Жидовин". Другим краеугольным камнем его аргументации является апелляция к "Слову о Законе и Благодати" Илариона Киевского. Это, вероятно, древнейшее (поразительно сильное) произведение русской литературы действительно представляет собой некоторую загадку. Пафос, пронизывающий его - это противопоставление Ветхого и Нового Завета, иудаизма и христианства, Благодати Нового Завета, отменяющей Закон Ветхого Завета. Действительно, не понятно, почему бы именно эта проблема оказалась столь жгуче актуальной в Киеве XI в. Обычно (хотя на эту тему писали вообще мало) давалось то объяснение, что противопоставление Ветхого и Нового Завета в "Слове" есть лишь аллегория, выражающая противопоставление давно христианского Константинополя и недавно крестившейся Руси, что это есть борьба Руси за духовную независимость от греческой Церкви. Но совершенно непонятно, зачем Илариону надо было прибегать к этому эзоповскому языку, почему он не мог выразить свою мысль более прямыми словами (обычно предполагается, что он опирался на поддержку князя Ярослава Мудрого). Кожинов предлагает более простое решение: здесь нет никакого эзоповского языка, речь идет совершенно буквально о противостоянии Руси, принявшей религию Нового Завета, некоей силе, опирающейся на Ветхий Завет. Эта сила - хазары, еще не так давно имевшие свой гарнизон в Киеве и современная, экономически мощная, иудейская община Киева. Это он подтверждает такой, например, цитатой:

    И доколе стоит мир, не наводи на нас напасти искушения, не предай нас в руки чуждых, да не прозовется град твой плененным.

    Кожинов обращает внимание и на то, что "Слово" Илариона истолковывал как отражение противостояния Руси и Хазарии один из крупнейших русских историков М.Н.Тихомиров. В работе "Философия в Древней Руси" он решительно возражает против интерпретации "Слова" как завуалированной полемики с Константинопольской патриархией - приводя ряд мест, где подчеркивается дочерняя роль русской Церкви, ее преемственность из Византии. Далее, приведя цитату из "Слова":

    И Закона озеро пересохло, евангельский же источник наводнился, и всю землю покрыв, до нас разлился,

    Тихомиров пишет:

    В этих словах Илариона заключается противопоставление Хазарского царства Киевской Руси. Иссохшее озеро - это Хазарское царство, наводнившийся источник - Русская земля.

    А комментируя цитату:

    отошел свет луны, когда воссияло солнце... И ночной холод исчез, когда солнечная теплота согрела землю,

    Тихомиров говорит:

    Для современника были понятны намеки Илариона, что он считает ночным холодом и солнечной теплотой... Это намек на то, что Ярослав, опиравшийся на христианскую Русь, победил Мстислава, действовавшего с помощью печенегов и хазар, среди которых была распространена иудейская вера.

    При скудности источников, сохранившихся от той эпохи, около 1000 лет назад, толкование их по необходимости произвольно. Оно носит характер "версий" и фактов, их подтверждающих. Я изложил одну такую "версию" - условно говоря, версию "хазарского ига". Разумеется, она не общепринята. Например, в статье В.В.Кожинова, на которую мы ссылались, цитируются и авторы, возражавшие против этой концепции.

    Так или иначе, но история Хазарии оказалась связанной с судьбой нашей страны. Хотя бы ввиду параллелей между Советским Союзом в первые послереволюционные десятилетия и древней Хазарией. Власть иудейской верхушки над аборигенами, как она сложилась в Хазарии - ведь это как раз то обвинение, которое бросали коммунистическому режиму его враги. (И, к сожалению, такие параллели иногда развивались на очень примитивном и тенденциозном уровне.) Во всяком случае, хазарская тема в Советском Союзе долго была "неудобной", если не прямо опасной. Например, Л.Н.Гумилев рассказывал мне, что книга М.И.Артамоноваа, на которую мы не раз ссылались, более десяти лет не могла быть опубликована (краткое ее изложение удалось опубликовать на 25 лет раньше полного текста). В этой книге Хазария впервые была показана как одна из "сверхдержав" Восточной Европы IX-X в.в. Из-за связи с хазарской "проблемой" или непосредственно из-за антииудаистской его направленности "неудобным" почти все время коммунистического режима было и "Слово" Илариона. Например, многотомное издание "Памятники литературы древней Руси" начинается вступительной статьей акад. Лихачева "Величие древней литературы". В этой статье "Слово" Илариона упоминается как одно из самых значительных и "одно из первых произведений русской литературы". Но в самом издании "Слово" опубликовано не было. Да и вообще, видимо, не переиздавалось от 1917 г. до середины 80х годов. Помню, что сам я познакомился с этим произведением по изданию с зашифрованным названием "Философское наследие Илариона Киевского" (по которому нельзя догадаться, что речь идет о публикации источника). Позже известный философ А.Гулыга признавался, что вообще узнал о существовании "Слова" от одного немецкого слависта и впервые познакомился с произведением по его немецкому переводу! Помню, как в 80е годы за статью, посвященную лишь философски-литературоведческому разбору "Слова", радиостанция "Свобода" обвинила В.В.Кожинова - в "антисемитизме". Так переплетаются в нашей истории разные века и разные тысячелетия.

    ЛИТЕРАТУРА

    Артамонов М. И. "История хазар". Л., 1962. Переиздание: Санкт-Петербург. 2001.

    Артамонов М. И. "Очерки по древнейшей истории хазар". Л., 1936.

    Гумилев Л.Н. "Древняя Русь и Великая Степь". М., 1989.

    Кожинов В.В. На заставе богатырской. М., 1993.

    Кожинов В.В. "Творчество Илариона и историческая реальность его эпохи". Альманах библиофила, выпуск 26, М., 1989.

    Тихомиров М.Н. "Русская культура X-XVIII веков". М., 1968.

    Лихачев Д. С."Величие древней литературы". Памятники литературы Древней Руси. XI - начало XII в. М., 1978.

    Плетнева С. Хазары. М., 1986.

    Плетнева С. Кочевники средневековья. Поиски исторических закономерностей. М., 1982.

    Гл. 6. Роль в развитии капитализма

    Генезис современного капитализма (и, в частности, роль в нем евреев) был предметом детального исследования Вернера Зомбарта. Капитализм предполагает капитал, а капитал, утверждает Зомбарт, в позднее Средневековье и в начале Нового времени, был в значительной степени в руках евреев. Он приводит свидетельства множества авторитетов.

    Кромвель, Кольбер, бургомистр Антверпена, городской старшина Бордо, сенат Венеции - все сходятся на том, что у евреев большие богатства, привлечение евреев способствует росту экономики в эпоху складывающегося капитализма, их изгнание - упадку. Изгнание евреев с Пиренейского полуострова характеризовалось современниками как "исход капиталов". Современники часто говорят, что "евреи ввозят деньги в страну" - а это было первой предпосылкой развития капитализма.

    И действительно, как считает Зомбарт, богатства евреев были исключительно велики, гораздо большими, чем обычно полагают. Мы приводили в одном из предшествующих параграфов ряд свидетельств, касавшихся эпохи Средних веков. Но то же верно и для более позднего времени. B ХVП-ХVIII вв. голландские евреи, в основном выходцы с Пиренейского полуострова, были знамениты своим богатством. Барон Бельмонте, хеер де Пинто, хеер д'Акоста принадлежали к числу богатейших купцов и финансистов Голландии. Они владели блистательнейшими дворцами Гааги и Амстердама, особенно поражавшими воображение при сравнении с домами бережливых голландцев. Во Франции говорили "богат, как еврей". Особенно богатый материал Зомбарт приводит по Германии. Например, во Франкфурте-на-Майне среди богатых людей, обладавших доходом более I5.000 флоринов, евреи составляли в 1593 r. 7,5%, в 1607 - I7,5%, в 1618 - 20%.

    Но гораздо оригинальнее мысли Зомбарта по поводу того, какой характер участие евреев придало развитию Западроевропейского капитализма. Он считает, что евреи создавали предпосылки для развития капитализма современного типа путём разрушения патриархальных принципов "традиционного" общества. По мере увеличения их роли в хозяйственной жизни на них со всех сторон раздаётся всё больше и больше жалоб. Их обвиняют в том, что они "лишают пропитания жителей страны". Жалобы поразительно стереотипны и многочисленны: из Англии, Франции, Германии, Швеции, Польши... Обычно евреев обвиняют в "обмане". Но главным образом подразумеваются не формальные правонарушения, а разрушение обычаев, норм морали в области торговли - традиций, сложившихся в христианском обществе.

    Здесь необходимо изложить сводку общих взглядов Зомбарта на развитие капитализма. Собственно, "капитализм" - весьма расплывчатое понятие. Ряд выдающихся историков - Эдуард Мейер, Макс Вебер, М.И.Ростовцев - уверяют, что основные элементы, составляющие капитализм: капитал, наемные рабочие, рынок, производство на продажу и т.д. - существовали в самых разных обществах: Вавилоне, античной Греции, Риме и т.д. Они, в принципе, могли создавать самые разные комбинации, и только в Западной Европе и США они сложились в некоторое совершенно особенное, ни на что другое, бывшее в Истории, не похожее общество. Вот его-то происхождением и анализом и занимался Зомбарт. Он делит развитие капитализма на две фазы, которые называет "ранним капитализмом" и "высокоразвитым капитализмом". Последний его и интересует, и в его развитии в очень специфическом направлении, как он считает, решающую роль играли евреи. Он стал доминировать с XIX в., но за несколько столетий до этого вырабатываются определенные его черты.

    Сущность "высокоразвитого капитализма" Зомбарт видит в том, что человек теряет свою роль как цель хозяйственного процесса, как "мера всех вещей". Создаются новые "индивидуальности": тресты, предприятия - и их отношения, их интересы, а не отношения и интеpecы реальных людей, доминируют в экономической жизни. Например, при раннем капитализме предприниматель ставил себе вполне определённые жизненные цели: разбогатеть, обзавестись поместьем, домом и т.д., а достигнув этих целей, выходил из хозяйственной и экономической деятельности, причём, именно такое поведение воспринималось всеми как "нормальное", "разумное". При развитом же капитализме единственной целью является рентабельность и доход предприятия, а эти цели не имеют предела, процесс становится бесконечным. Зомбарт приводит яркие высказывания крупнейших предпринимателей (Карнеги, Ратенау...), рассказывающих, как сама логика производства заставляла их беспрерывно расширять свои операции, хотя это не входило в их планы и не определялось их личными интересами.

    Всё увеличивающаяся скорость изменений хозяйственной жизни достигает в развитом капитализме такого предела, что традиция, нарушенная каждым конкретным изменением, не успевает восстанавливаться. В результате, капиталистическому предприятию чуждо всё органическое, естественно выросшее, основанное на опыте человечества. Оно чисто рационалистически конструируется, является искусственным механизмом. Конкретно это осуществляется благодаря процессу, который Зомбарт называет "подчинением хозяйственной жизни торговым операциям". Вексель, ценные бумаги, биржа придают развитому капитализму анонимный, безличный характер. Если раньше, например, долг имел характер отношения двух конкретных людей, кроме денежной стороны включал в себя и чувство благодарности, то в форме векселя он отрывается от человеческих отношений, полностью теряет личный характер. А биржа, "рынок ценных бумаг", подчиняет этому новому духу всю хозяйственную жизнь в национальном и мировом масштабе.

    Возникшее в средние века и сохранившееся в раннем капитализме мировоззрение исходило - беря за модель земледелие - из представления об "участке", с которого человек имеет право "кормиться". Это могла быть и определенная сфера деятельности, которую охраняли, например, гильдии и цеха. В связи с этим считались морально недопустимыми все приёмы, имевшие целью получить прибыль за счёт другого - посягательство на его "участок". Например, реклама или конкуренция с понижением цен, тем более продажа ниже себестоимости, для захвата рынков. Часто отвергалось применение машин, так как они могли многих лишить работы. Все виды подобного поведения считались "нехристианскими" (unchristlich). Основой было представление о "справедливой цене", которая давала бы возможность производителю поддерживать традиционно сложившийся уровень жизни. Стремиться к большему, повышая цены или увеличивая размеры деятельности - считалось, как правило, неморальным и бессмысленным. В связи с этим рабочее время было ограничено, было много праздников (до 1/3 года), люди не торопились. Традиционными чертами делового человека считалась медлительность, степенность; говорили, что торопятся и суетятся бездельники.

    Высокоразвитый капитализм разрушает эти "патриархальные" черты . Более того, антитеза почти каждой из них относится к числу его самых характерных признаков, обеспечивающих его сказочную производительность: неограниченная конкуренция, свобода торговли, реклама, принцип "время - деньги"... За эту производительность приходится, однако, расплачиваться тем, что человек подчиняется интересам и логике развития "организаций", теряет чувство своей значительности, осмысленности своей жизни. "капитализм - это деконкретизация мира, сведение его к абстрактному принципу денег; разрушение конкретности, многообразия", формулирует Зомбарт. Капитализм добивается продуктивности, о которой люди предшествующих веков не могли и мечтать, заменяя живой человеческий труд и самого человека машиной, но зато человеческое общество он приспосабливает к машине, делает его стандартизованным и механизированным.

    Именно эти новые черты, как утверждает Зомбарт, евреи и привносили в хозяйственную жизнь. Он подробно анализирует те жалобы, которые раздаются по адресу евреев.

    Все единообразно жалуются: они нарушают разграничение областей торговли по гильдиям. Далее следуют жалобы на искусственное понижение цен (торговля в убыток с целью захвата рынка, демпинг). Жалуются, наконец, на то, что евреи заманивают клиентов, ловят их за руку на улице, украшают витрины своих лавок - все это тогда считалось непорядочным и в то же время создавало основы свободной конкуренции, рекламы, "контакта с потребителем", - основоположные черты современного капиталистического хозяйства. Зомбарт приводит множество примеров рекламных объявлений еврейских торговцев, что было в то время новшеством и вызовом моральным нормам. Ещё в начале XIX в. считалось "еврейским принципом", что быстрый оборот с меньшим доходом выгоднее более медленного, хотя бы и с большим доходом. Было распространено мнение, что христиане не могут этот принцип применять. В то же время он и составляет экономическую основу всё растущего темпа жизни, характерного для нашей эпохи.

    Зомбарт полагает, что евреи заложили также основу для подчинения хозяйственной жизни торговым операциям, что он считает одной из основных черт развитого капитализма. Евреи создали вексель и биржу. Внедрение векселя в хозяйственную жизнь Зомбарт связывает с необходимостью тайны, анонимности в финансовых операциях евреев, часто подвергавшихся преследованиям. И действительно, при изгнании евреев из Испании и Португалии им было запрещено брать с собой золото и деньги, но вскоре выходцы с Пиренейскогo полуострова оказались среди первых богачей Европы. Первый известный в истории вексель был выдан, как говорит Зомбарт, в 1207 г. Симоном Рубеном. Но гораздо важнее, что во многих городах (например, в Венеции в ХVI в.) вексельное дело находилось целиком в руках евреев.

    Зомбарт приводит массу свидетельств о ведущей роли евреев на биржах Голландии, Лондона, Германии (например, в начале ХIХ в., в Берлине из четырёх председателей биржи два были евреи, а из 23-х старшин - 10, не считая крещёных). Даже первое и самое яркое описание биржи принадлежит Исааку Пинто - еврейскому финансисту из Франции (ХVШ в.).

    Наконец, благодаря своим интернациональным связям, евреи способствовали денационализации хозяйственной жизни: интересы не только конкретных людей, но и государств стали подчиняться интересам международных трестов и банковских домов. Типичным примером такого интернационального банковского дома являлся банк, созданный Амшелем Ротшильдом. В XIXв. его сыновья возглавили банки в крупнейших городах Европы: Натан - в Лондоне, Джеймс - в Париже, Соломон - в Вене, Карл - в Неаполе, Ансельм - во Франкфурте.

    Конечно, рассеяние евреев содействовало интернационализации хозяйственной деятельности. Их изоляция внутри страны, в которой они обитали, делала для них чуждыми и непонятными моральные нормы "традиционного" общества и облегчала их разрушение. Оторванность от "конкретности" национальной жизни этой страны толкала их на развитие хозяйства в направлении, не опирающемся на традиции, на придание капиталистическому предприятию характера "искусственного механизма". Но все эти причины Зомбарт считает не основными. Основную же причину того, что евреи способствовали выработке всех этих черт, характерных для хозяйства развитого капитализма, он видит в их религии.

    Сама изолированность евреев, по мнению Зомбарта, конечно, была связана с отношением к ним окружающих их народов, но была не следствием этого отношения, а причиной. Он приводит примеры ряда эпох, когда положение евреев было очень благоприятным (подобные примеры приводились нами в предшествующих главах). Но это нисколько не уменьшало изолированность еврейских общин. Например, в арабской Испании христиане очень сильно поддавались влиянию ислама и исламской культуры, а евреи были особенно сплочённо-националистичны. Настроения этой среды отразил вышедший из неё Иуда Галеви - один из самых националистических еврейских поэтов.

    Особую роль в развитии капитализма Зомбарт видит в ростовщичестве. Он говорит: "Из ростовщичества возник основной дух капитализма". Действительно, в нем устраняется всякий конкретный элемент, вся качественная, хозяйственная деятельность принимает чисто коммерческий характер. Это не физическая и не духовная, осмысленная сама по себе деятельность, ее смысл перенесен на ее конечный результат - деньги. Грандиозной реализацией духа ростовщичества является биржа - сердце капиталистической экономики. Уже она становится причиной, а реальная экономика - следствием. Высокая активность биржи влечет увеличение производства, падение цен на акции - упадок, безработицу. В наши дни эта ситуация приобретает всеобъемлющий характер, современную мировую экономику часто называют "экономикой казино", в спекуляции вложено во много раз больше средств, чем в реальную экономику.

    Этот взгляд на роль ростовщичества можно подтвердить совершенно особым отношением к нему католической Церкви. Она боролась с ним яростно, как бы предвидя в нем разрушителя того общества, основой которого была. Мало того что существовал особый суд, ведавший ростовщичеством, причем уличенный священник лишался сана, а мирянин не допускался к причастию. Но целый ряд правил должен был бороться со скрытыми формами роста. Например, долг должен был отдаваться ровно через год, день в день, чтобы взятый продукт не отдавался в то время, когда он ценился больше; или - должнику запрещалось оказывать заимодавцу какие-либо услуги (скрытая форма процента) и т.д.

    А ведь в период, когда складывался капитализм на Западе, образы еврея и ростовщика отождествлялись (хотя бы у Шекспира. Это отразил и Пушкин).

    Занятие евреев ростовщичеством, сыгравшее столь важную роль в характере того влияния, которое они оказали на развитие капитализма, Зомбарт также не считает возможным отнести в основном за счёт внешних причин. (Обычное объяснение заключается в том, что в Средние века Церковь запрещала христианам давать деньги под процент, для евреев же многие другие сферы деятельности были закрыты.)

    Все эти причины более внешнего характера Зомбарт считает не определяющими, вторичными, основу же особого отношения евреев к хозяйственной жизни видит в их религии, как она зафиксирована в Библии и Талмуде.

    Ещё в Библии ростовщичеству уделяется особое место. Одно из обетований Иеговы избранному народу гласит:

    Ибо Господь, Бог твой, благословит тебя, как Он говорил тебе, и ты будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы; и господствовать будешь над многими народами, а они над тобой господствовать не будут.

    (Второзаконие, 15, 6)

    Повсюду в древности ссуда предполагалась бескорыстной. Но уже Пятикнижие относит это требование лишь к своим: с чужих процент брать разрешается. Однако, в конце Средневековья, по мнению Зомбарта, разрешение процента с ссуды иноверцу переходит в его обязательность (так называемая 798-я заповедь в Шулхан Арухе). Уже книга Неемии (5, 4-8) показывает существование влиятельного слоя ростовщиков. Но, конечно, лишь в диаспоре эта деятельность приобретает настоящий размах. Талмуд уделяет исключительно много места технике ростовщичества: только изучению Торы уделено больше места, говорит Зомбарт. Начиная со времени крестовых походов, ростовщичество, по мнению Зомбарта, становится основным занятием евреев.

    Ростовщичество, как и вообще нарушения общепринятых моральных норм ради своей выгоды, принадлежит к числу распространённых человеческих грехов. Ростовщичеством, говорит Зомбарт, занимались и Дельфийский храм в Греции, и средневековые монастыри. Зомбарт приводит множество свидетельств современников о неблаговидных поступках христианских торговцев. Так что реальный успех определяется здесь не наличием субъектов, готовых на такие поступки идти, а возможностью добиться успеха. Успех, выпавший на долю евреев, Зомбарт объясняет тем, что для них речь вообще не шла о нарушении норм деловой морали. С их точки зрения это и была "разумная", "деловая" мораль, "настоящее право", подчиняющее хозяйственную деятельность примату "дела", дохода. Поэтому среди них в этом направлении успех имели не слабые, уступающие соблазну, а сильные, проникнутые и воодушевлённые древними и освящёнными авторитетом принципами.

    Речь шла, по мнению Зомбарта, о столкновении двух диаметрально противоположных систем моральных и правовых норм. В Римском или германском праве все обязательства рассматривались как имеющие исключительно личный характер, а цена определялась исходя из имеющей личный характер категории "справедливой цены". В Талмуде же представление об обязательстве абстрагировано от человека, может передаваться, становится "требованием на предъявителя". Если понятие о "справедливой цене" там и существует, то лишь в отношении к своим, в применении к чужим представление о "справедливой цене" отсутствует, цена такова, какую реально можно получить. В качестве одного из примеров, иллюстрирующих противоположность этих двух моральных систем, Зомбарт приводит отношение к собственности. В римском праве и праве многих средневековых народов собственность понимается гораздо более лично, больше рассматривается как "продолжение человека", чем теперь. В связи с этим её отчуждение воспринимается как нечто неестественное, и право обычно стремится его затруднить. В Талмуде же прямо противоположное отношение. Так, если по германскому средневековому праву украденная и потом купленная у вора вещь должна быть безвозмездно возвращена первоначальному владельцу, то Талмуд считает её собственностью купившего, а первоначальный владелец может её только выкупить обратно. То есть, в первом случае между хозяином и вещью предполагается некая связь, которая не исчезает из-за того, что кто-то другой заплатил за неё какую-то сумму (мы могли бы это сравнить с нашим отношением к похищенному ребенку), во втором же случае это отношение исчерпывается уплатой цены вещи.

    Коренное различие в хозяйственной морали евреев и христианского общества отмечает и Гретц. В "Истории евреев" он пишет по поводу польских евреев:

    Не-еврейский мир должен был, на свою беду, убедиться в преимуществе талмудического закона польского еврейства.

    И надо признать, что в общемировом масштабе этот закон действительно победил. "Индустриальное общество", охватывающее теперь практически ведь мир, основывается именно на этой талмудической, как уверяет Зомбарт, хозяйственной морали.

    Связь между укреплением нового образа жизни и еврейским влиянием чувствовалась широкими слоями населения. Весь процесс шёл очень болезненно, он встречал широкое сопротивление народа. Общеизвестным примером является то движение, которое во Флоренции возглавил Саванаролла. Однако тогда же, в конце ХV в. подобные движения захватили всю Италию. Почти во всех крупных городах - Генуе, Падуе, Лукке, Болонье, Кремоне, Флоренции - появились проповедники, протестовавшие против того разложения устоев старого общества, которое захватило Италию. Они увлекали за собой толпы народа. Требования, выставлявшиеся этими движениями были очень однородны. И почти всегда среди них фигурировало требование о запрете ростовщичества за высокий процент (доходивший до 100%), издании законов, ограничивающих еврейских ростовщиков или даже об изгнании евреев. Историк еврейства С.Рот говорит, что, по-видимому, в Италии тогда не было ни одного крупного города, в котором дело обошлось бы без антиеврейских выступлений. Монах Варавва Интермензис выдвинул идею ломбарда, основанного на пожертвования и дающего ссуды под минимальный процент (5%) или даже безвозмездно. Этот вид ломбарда назывался Монте де Пиета. Особенно энергично боролся за его внедрение другой монах - Бернардино да Фельтро. Он сталкивался с ожесточенным сопротивлением богачей, из одних городов его изгоняли, в других он побеждал. В частности, во Флоренции под его влиянием в 1487 г. было принято постановление о создании такого банка, но, как считали некоторые современники, евреи за взятку в 20.000 гульденов добились от Лоренцо Медичи отмены постановления и изгнания да Фельтро. Такую меру провел потом Саванаролла, но и его успех был недолговечен. Интересно отметить, что низвержение и казнь Саванароллы были делом рук папы Александра VI Борджиа, происходившего из крестившихся испанских евреев, враги обвиняли его даже в том, что он был марраном, т.е. тайно исповедовал иудаизм. (Это обвинение исходило от будущего папы Юлия П и приведено в хронике Сигизмунда Тацио за 1492 г.)

    Так, ломая сопротивление, в мир входили две силы - капитализм и еврейское влияние.

    ЛИТЕРАТУРА

    Зомбарт В. Буржуа. М., 1994.

    Sombart W. Die Juden und das Wirtschaftleben. Munchen u. Leipzig 1928. (в последние годы, кажется, появился русский перевод).

    Neumann M. Geschichte des Wuchers in Deutschland. Halle. 1865.

    Graetz H. Geschichte der Juden. Bd. 10.

    Roth C. The Jews in the Renaissance. N.J. 1959.

    Виллари. Савонаролла и его время. Спб., 1913.

    Гл. 7. Эмансипация и борьба за равноправие

    В XVIII-XIX в.в. происходит резкий перелом в положении европейского еврейства. А именно, среди евреев возникает быстро растущее движение за выход из изоляции: за усвоение образа жизни окружающих народов, их культуры. Это течение придает совершенно новый характер европейским еврейским общинам. Параллельно усиливается борьба и за юридическое равноправие евреев, которого они и добиваются в XIX в. в подавляющей части европейских стран.

    Принятие евреями образа жизни европейских народов в среде этих народов часто называют "эмансипацией", в еврейской же среде это течение называли "Хаскала", а сторонников его - "маскилим".

    Этот переворот несомненно связан с увеличением хозяйственного влияния евреев. Так, уже с XVI, а систематически с - XVII в. еврейские дельцы осваивают совершенно новую сферу деятельности - колонии европейских стран. В Бразилии евреи скоро стали гoсподствующим слоем, в частности, держали в своих руках сахарные плантации, бывшие основой экономики страны. Так же и на Ямайке они заняли господствующее положение, и христианские купцы жаловались, что евреи их вытесняют. В статье Еврейской энциклопедии говорится: "В колониях марраны больше всего содействовали развитию торговли. Их деятельность охватывала аграрный район и простиралась на весь международный район... Весьма часто марраны, забывая об испанском суверенитете, сбрасывали с себя маску и открыто возвращались к еврейству". В докладе инквизиции из Южной Америки в 1636 г. говорится: "Они стали хозяевами всей торговли в королевстве: от парчи до грубого холста, от алмазов до тминных зерен, все проходит через их руки". В XVII в. Голландия начала войну с Португалией за обладание Бразилией. При этом голландцы опираются на поддержку местных евреев. После того, как они захватили Ресиф, "в Ресифе стало вдвое больше евреев, чем христиан". "Евреи вели крупную торговлю, владели сахарными заводами, домами; самым крупным богачем считался Гаспер Диас Перейра". Но в конце концов победили португальцы и это привело к гонениям на евреев. Тогда центр тяжести еврейской общины переместился в Северную Америку, где их влияние стало еще сильнее. Характерен в этим отношении эпизод с основанием еврейской общины в Нью-Йорке (он был тогда голландской колонией). В I635 г. к Гудзону прибыл корабль, имевший на борту еврейских переселенцев из Бразилии. Губернатор Стювейсанд сначала не хотел разрешить им поселиться в колонии, но получил распоряжение от Вест-Индской кампании дать такое разрешение "ввиду больших капиталов, вложенных ими (евреями) в кампанию". Точно так же на сопротивление натолкнулись первые попытки евреев получить права гражданства в Массачузетсе (Аарон Лопец в 1762 г.) и Нью-Йорке (Исаак Элизер в 1763 г.). Трудности возникали в связи с принятой тогда формулой присяги: "по истинной христианской вере...". Но в конце концов текст присяги был так изменен, что он стал приемлемым для евреев.

    В ХVП и ХVШ в. в. финансовое влияние евреев становится столь значительным, что оказывается важным фактором тогдашней европейской политики. Они финансировали в широком масштабе монархов многих тогдашних европейских государств (в особенности германских), давая им тем самым возможность быть более независимыми в своей политике от дворянства и горожан, усиливая тенденции абсолютизма. Особенно сильна была роль евреев в финансировании армии: в поставках оружия, амуниции, продовольствия. В немецких государствах типичной комбинацией были "князь и еврей" (Furst und Jud), причём в руках последнего находились финансы государства. Так, больше ста лет придворными банкирами императорского двора а Вене был дом Оппенгеймеров. В Пруссии "Великий Курфюрст" Фридрих-Вильгельм пользовался услугами финансистов Гумперца, Фейта, Риса, Аарона и Бронда Вульф. Его сын Фридрих I поручил финансовые дела Либману, Фридрих Великий - Ефраиму.

    Естественно, что богатые евреи всё более оказывались связанными с жизнью той страны, в которой они обитали, от них многое зависело, они имели связи и влияние, не редки были случаи, когда им жаловалось дворянство. Ряд факторов толкал их на выход из изоляции также и в политической и культурной жизни.

    Одновременно с импульсами, исходящими из среды ервейства, и в европейском обществе, начиная с середины ХVШ в., возникает течение, ставящее себе целью коренной пересмотр положения евреев. Центром его являлась Германия, где тогда жило большинство еврейского населения Западной Европы. Одна за другой выходят книги, ставятся пьесы, доказывающие бессмысленность предрассудков против евреев, высоту их моральных принципов, часто превосходство в этом отношении над христианами.

    Наиболее яркой фигурой этого течения был Лессинг. Ещё 23-х лет, начинающим писателем, он создал пьесу "Евреи". В ней повествуется, как некий путешественник спасает некоего барона от разбойников. Хозяин подозрительного кабачка распускает слух, что разбойники - это евреи, заметили якобы даже их типичные бороды. Но всё тот же путешественник извлекает у него из кармана фальшивую бороду, разоблачая его самого и его приятеля как разбойников. Барон предлагает путешественнику половину своего состояния и руку дочери. Но тот сообщает, что "Бог его отцов достаточно оделил его средствами" и что сам он - еврей. "О, если бы все евреи были подобны Вам!" восклицает барон. "О, если бы все христиане были подобны Вам!" - парирует путешественник. Это произведение было типичным: подобная ситуация обыгрывалась во многих вариантах. Газеты сообщали о благородной благотворительности евреев. Вершиной была знаменитая пьеса Лессинга "Натан Мудрый". В ней действие происходит при дворе турецкого султана Саладина, где сталкиваются представители трёх религий: Иудаизма, Ислама и Христианства. Очевидная цель автора - пропаганда религиозной терпимости, стремление показать, что на любом из этих путей человек с равным успехом может искать Бога. Но наименее способными к этому оказываются христиане - особенно злобным фанатиком изображен патриарх Иерусалима. Самым же глубоким и гуманным - герой пьесы, Натан Мудрый, который, например, несмотря на то, что христиане убили у него семь сыновей, одаряет всех христианских паломников ко Гробу Господню подарками (что отдает уже чрезмерностью). Кульминацией является рассказ Натаном знаменитого сказания о трёх кольцах. В одной семье по традиции древнее кольцо переходило от отца к сыну. Но однажды, не желая обидеть ни одного из трёх своих сыновей, отец заказал две точные копии и оставил каждому по кольцу. Сыновья до сих пор спорят, чьё же кольцо истинное... На первый взгляд смысл сказания - в призыве к религиозной терпимости, а кольца символизируют Иудаизм, Ислам и Христианство. Но в нем можно заметить и подтекст: ведь всё же лишь одно кольцо действительно подлинное - самое древнее, очевидно, символизирующее Иудаизм.

    С еврейской стороны столь же влиятельной фигурой этого направления был Мозес Мендельсон - близкий друг и ровесник Лессинга, которого тот и изобразил под видом Натана Мудрого. I4-летним подростком он бросил еврейскую духовную школу и ушёл в Берлин. По совету своего наставника рабби Хиршеля Френкеля, Мендельсон изучает немецкий язык, что было тогда редкостью среди евреев. Он устанавливает связи с деятелями просвещения, такими как президент Берлинской Академии Мопертюи и Лессинг, и начинает публицистическую деятельность.

    Мендельсон был создателем и вождём того движения в еврействе, которое ставило себе целью вхождение в европейскую культуру и приобретение равноправия в европейском обществе. В качестве первого шага - овладение немецким языком, усвоение немецкого образа жизни. Мендельсон пропагандировал смелую мысль: что древняя иудейская традиция не противоречит идеям Просвещения и может с ними сочетаться. Он стоял во главе общества "Передовые евреи", объединённого этой идеей. В идеале виделась ассимиляция, когда евреи не будут отличаться от других немцев, будут "немцами, исповедующими Моисеев закон". Естественно, что Мендельсон был врагом всех планов возвращения в Палестину, он предостерегает от финансирования любых подобных проектов, убеждая, что одно золото не может обеспечить возвращения. С замечательным предвидением он писал: "Мне кажется, такой проект будет выполним только когда великие державы Европы будут вовлечены во всеобщую войну".

    Мендельсон встретил горячую поддержку в кругах немецких просветителей. Хотя немецкий язык он выучил не в детстве, и сам признавался, что особенно грамота давалась ему всегда с трудом, Мендельсон выступал как критик по вопросам немецкой литературы в журналах Лессинга и Николаи. Он поддерживал Лессинга в его борьбе за религиозную терпимость, за признание высоких духовных достоинств иудаизма. Однако их позиции отличались существенными оттенками. Например, Лессинг в своем масонском диалоге "Эрнст и Фальк" предупреждает против предрассудков патриотизма, в "Воспитании человеческого рода" утверждает, что в евреях Бог воспитал будущих воспитателей человечества. Мендельсон же выступает страстным еврейским патриотом, сразу откликаясь на любые обвинения, высказываемые против евреев (например, на брошюру о еврейском ростовщичестве во французском Эльзасе). Он писал, что если надо было бы выбирать между равноправием евреев и разрывом с религиозной традицией, то евреи, хоть и с прискорбием, должны были бы отказаться от равноправия. Лессинг пропагандируя равноценность всех религий, публикует в своем журнале антихристианские статьи. Мендельсон же всегда восторженно отзывается об Иудаизме, но о Христианстве он иногда высказывается весьма бесцеремонно. Например, в ответ на довольно неумный аргумент одного пастора, что чудеса Христа истинны, ибо засвидетельствованы современниками, он приводит пример разоблаченного еврейского лжечудотворца и мошенника, сидевшего тогда в тюрьме. Конечно, адепты просвещения рукоплескали ему за то, что он так ловко "срезал попа".

    Лессинг был только самым ярким представителем этого направления. Монтескье в "Духе законов" говорит, что отношение христиан к евреям останется навсегда позором для этого века. Мирабо, побывавший в Пруссии с тайным, не то правительственным, не то масонским поручением, написал памфлет "О Мозесе Мендельсоне и изменении положения евреев". Крупный прусский чиновник кригсрат фон Дом опубликовал работу, в которой призывал к предоставлению евреям равноправия. Когда император Иосиф П снял некоторые ограничения для евреев, то знаменитый тогда поэт Клопшток почтил его одой, в которой ставил его поступок в пример другим князьям. Академии объявляли конкурсы на сочинения об эмансипации евреев. Появились произведения и противоположного направления, они вызывали в свою очередь возражения как с немецкой, так и с еврейской стороны. Во множестве выходили брошюры "За евреев", "Против евреев". Вся эта литература, по словам Гретца, "лилась как водопад".

    Чем же объяснить, что еврейский вопрос привлек к себе именно тогда такое необычайное внимание? Конечно, обособленные в гетто евреи находились в странном для окружающих европейцев положении, унижающем человеческое достоинство, и это вызывало совершенно естественный протест. Не могло не играть роли и то, что проникающий всюду дух нового, буржуазного общества и просвещения ломал устои старого иерархического уклада жизни, заставлял смотреть на всех людей с единой точки зрения.

    Но вот что поразительно: в то же время подавляющая часть немецкого крестьянства и многие горожане были крепостными - и это не вызывало того "водопада", о котором пишет Гретц. А ведь они исповедовали ту же религию, говорили на том же языке и во многих других отношениях были для немецких (да и французских) просветителей гораздо ближе евреев, так что и тяжести их жизни должны были бы ярче и острее восприниматься. Таким образом, кроме указанных общих причин действовали и какие-то другие, определявшие именно этот особый объект сочувствия. Одна из них очевидна: все усиливающееся влияние евреев на финансы и экономику страны и их стремление упрочить это влияние, добившись одинаковых прав с остальным населением. Возможности их были действительно велики. В сочинении "Прусская монархия" Мирабо пишет:

    Единственные торговцы и фабриканты, располагающие в прусских провинциях большими состояниями - евреи. Среди них есть миллионеры.

    И Гретц подтверждает, что богатства евреев в Берлине далеко превосходили богатства христианских бюргеров. Поэтому можно не удивляться, что Мирабо, ненадолго посетив Пруссию, так чутко воспринял проблему еврейского равноправия: он был кругом в долгу у еврейских ростовщиков. Так же и Лессинг, написав пьесу "Евреи", вскоре получил доходное место в считавшемся мало чистоплотным деле по чеканке монеты, находившемся в руках у банкиров Эфраим. Когда же он писал своего "Натана", ему выдал аванс еврейский купец Мозес Вессели из Гамбурга. По этим отдельным штрихам можно представить себе ситуацию в более широком масштабе. "Лица свободных профессий" - писатели, журналисты, актёры были тогда очень мало обеспечены, и финансовая поддержка для них значила чрезвычайно много. Да и владетельные князья тоже были восприимчивы к подобным аргументам. Например, в начале ХIХ века банкир из Франкфурта-на-Майне Амшель Ротшильд уплатил великому герцогу Дальберту 400.000 гульденов, за что тот предоставил франкфуртским евреям равные права с остальным населением.

    Но можно увидеть и другую причину, вызывавшую всё это движение. Всякий раз, как выступает идеология, враждебная традиционной, стремящаяся её развенчать и основать понимание жизни, исходя не из исторических корней народа (а, например, на логике, Разуме, как в эпоху Просвещения) - ей естественно искать союзника в том мировоззрении, которое никак, ни одной ниточкой с этими корнями не связано, скорее им враждебно. Его и находят в Иудаизме и еврейской традиции. Так и во время пуританской революции в Англии возникает какое-то загадочное тяготение к Иудаизму - чисто идеологическое, так как евреи были изгнаны из Англии в ХШ веке. Кромвель мечтал о слиянии Ветхого и Нового Завета, еврейского избранного народа и пуританской общины. Пуританский проповедник Натаниэль Хомезиус провозгласил, что хотел бы как раб служить Израилю. Члены крайнего течения того времени - Левеллеры - называли себя иудеями. Офицеры Кромвеля предложили ему составить Государственный Совет из 70-ти членов, в подражание Синедриону. В парламент был внесён проект о переносе праздничного дня с воскресенья на субботу, а член парламента анабаптист Гарриссон со своей группой требовал введения Моисеева Закона в Англии.

    Если в Англии ХVП века это течение не было связано с реальными еврейскими интересами (попытку еврейского банкира из Амстердама Монассии Израэля добиться переселения в Англию большой группы евреев, Кромвель отклонил) - то в Европе ХVШ века (и особенно в Германии) оба стимула действовали одновременно. Европейские "свободомыслящие" видели в евреях союзников в своей борьбе против "предрассудков старого общества", "мрака христианства", "засилия попов". В Германии начинается "эпоха салонов". Богатые еврейские дома превращаются в центры, притягивающие представителей аристократии, писателей, философов, актёров, проникнутыми идеями просвещения. Самыми влиятельными были берлинские салоны Генриетты Герц и Рахель Левиной. Салоны Доротеи Фейт, Марианны Меир и др. пользовались несколько меньшим успехом. Здесь бывали аристократы, члены королевского дома, даже кронпринц, государственные деятели, дипломаты, учёные, писатели, философы: Шлейермахер, Фуке, Шамиссо, Шлегель, Александр и Вильгельм Гумбольдты. В Вене таким был салон Фанни Итциг дочери банкира Итцига и жены произведенного в бароны Натана Аронштейна. Во время Венского конгресса у неё собирались дипломаты всех стран. В салонах возникла лаборатория, вырабатывавшая общественное мнение: тот, кто был своим человеком в этих салонах, мог рассчитывать на тёплые отзывы пpессы; когда он ехал в другой город, его снабжали рекомендательными письмами. Здесь создавались репутации и устраивались карьеры. Например, из этих салонов пошла слава молодых Гейне и Берне. Уже в конце "эпохи салонов" Берне писал:

    Удивительно, что здесь действительно только евреи или крещеные евреи держат открытые дома, а христиане - нет. Богатых христиан мало, а чиновники для этого не имеют денег.

    Успех этой деятельности сказался прежде всего не в завоевании евреями политических прав, а быстром росте их влияния на культурную жизнь и идеологию общества. Немецкие школы и университеты стали открывать свои двери евреям. Появилась и еврейская (написанная для еврейского читателя) литература на немецком языке. Влияние евреев в образованном немецком обществе характеризует, например, то, что в 1788 году при исполнении "Венецианского купца" знаменитый тогда актёр Алек начал с npoлога, в котором заверял публику, что актёры отнюдь не хотят давать пишу старым предрассудкам. Фихте писал и 1793 году:

    Я знаю, что во многих ученых обществах считается возможным нападать и на нравственность и на религию - только не на еврейскую нацию.

    Действительно, отрицательные высказывания в адрес евреев стали yже и не безопасны. Так в I803 году Вильгельм Гратенауер опубликовал брошюру "Против евреев. Слово предостережения всем нашим христианским согражданам", в которой высказывался против предоставления евреям равноправия. Конечно, появилось несколько возражений. Государственный канцлер пишет премьер-министру , что по его нению брошюру Гратенауера не следовало публиковать. И вот в сентябре 1803 года появляется указ короля Фридриха Вильгельма Ш, запрещающий обсуждать еврейский вопрос в печати. Тем самым, Гратенауер лишается возможности ответить на нападки, которым он подвергся. Все его просьбы разрешить ему опубликовать ответ остаются безрезультатными. Премьер пишет канцлеру, что по его мнению, статья Гратенауера была отвратительной. В 1804 году его увольняют из суда, где он служил. С большой семьей Гратенауер остаётся без всяких средств к существованию - и одновременно все его кредиторы предъявляют ему иск. В заключение, его избили на улице...

    Дело с предоставлением евреям политического равноправия двигалось медленнее. В Англии в 1753 году парламент принял закон, разрешающий евреям (т.е. лицам иудейского вероисповедания) натурализоваться в Англии и приобретать английское гражданство. Однако, это решение вызвало столь многочисленные и бурные протесты, что правительство, опасаясь исхода предстоящих выборов, провело через парламент новый билль, отменяющий только что принятый. Французская революция с её принципами равенства и братства естественно породила у евреев надежды на приобретение равноправия. В основных провинциях Франции число евреев было очень не велико - около 10 тысяч, но в примыкающих к Германии Эльзасе и Лотарингии их проживало около 40 тысяч. Обращенная в Национальное Собрание просьба евреев о предоставлении им равноправия натолкнулась на сопротивление депутатов от Эльзаса и Лотарингии, наказы которых требовали от них бороться против этой меры. Обсуждения возобновлялись несколько раз и были очень бурными. Статья "Еврейской энциклопедии" сообщает об особых наказах от городов Эльзаса и Лотарингии. Так, наказ от граждан Метца содержал жалобы на "вред, происходящий от евреев"; Страсбург требовал особых правил для еврейской торговли; Гаген - законов против еврейских ростовщиков; Нанси, Номени, Диез и Миркур - ограничения числа евреев в области и т.д. В 1789 г. решение о предоставлении равноправия не прошло одним голосом. В прениях аббат Мори говорил: "Евреи - люди и, следовательно, наши братья. Пусть же им покровительствуют, как людям вообще, но не как французам". Вопрос опять дебатировался в 1790 г. и предоставление равноправия опять было отклонено. Предоставление равноправия поддерживал клуб якобинцев и Коммуна. Оно было провозглашено декретом от 27 сентября 1791 г., хотя одновременно был принят и декрет о пересмотре долгов еврейским ростовщикам. То же положение сохранилось и в конституции эпохи консульства и в начале Империи. Во время революционных и наполеоновских войн эмансипация распространялась и на другие завоеванные Францией или находящиеся под её влиянием территории. Так, она охватила всю Германию - закон об эмансипации евреев в Пруссии, в частности, был принят в 1812 году. Идею предоставления евреем полного равноправия поддерживал влиятельный канцлер Гарденберг.

    Такие бурные изменения, как всегда, взвали и реакцию - как идейную, так и политическую. Например, Фихте писал в 1793 году:

    Почти все страны Европы охватывает мощное, враждебно-настроенное государство, находящееся в состоянии войны со всеми остальными государствами, и в некоторых из них чудовищно угнетающее rpаждан... Это государство основано на ненависти ко всему человеческому роду.

    Такой идеологической реакции на эмансипацию параллельна позиция практического и прагматического деятеля - Наполеона. В 1806 году он созвал заседание Государственного Совета для обсуждения вопроса о положении евреев во Франции. Поводом были жалобы на то, что в Эльзасе еврейские ростовщики и спекулянты оказались хозяевами почти всех земель и скота (даже Гретц допускает, что "некоторые еврейские ростовщики, возможно, проявили большую жесткость"). Наполеон сказал:

    Французское правительство не может быть равнодушным к тому, что нация, способная на любые низости, стала безраздельно господствовать над двумя прекрасными департаментами Эльзаса... Целые деревни обращены евреями в свою собственность, они заменили феодалов... Они рискуют однажды быть перебитыми возмущенным населением Эльзаса, как это уже столь часто случалось, и почти всегда по их вине.

    Опасно оставлять ключи к Франции: Эльзас и Страсбург в руках нации шпионов, нисколько не привязанной к этой стране.

    Это нация внутри нации... Евреи не относятся к той же категории, что протестанты и католики. Они должны быть подчинены политическому праву, а не гражданскому праву, так как они не граждане.

    В результате права евреев во Франции были ограничены законом от 30 мая I806 года. Евреи, не жившие в департаменте Верхнего и Нижнего Рейна, не могли в них селиться. В других департаментах они могли селиться только если приобретали землю и занимались земледелием. Они лишались права выставлять заместителей по рекрутскому набору. Статья 18 говорила: "Настоящий декрет имеет силу в течение 10 лет, так как мы надеемся, что по истечении этого срока не будет разницы между евреями и другими гражданами. Если же наша надежда нас обманет, то срок действия декрета будет продлен на столько, на сколько мы найдем нужным". Поражение Наполеона привело к тому, что права, предоставленные евреям в других странах, были взяты назад почти повсюду. Но это была попытка бороться с общей тенденцией Истории. С каждой революцией (1830, 1848 г.г.) права евреев увеличивались, - и это было связано с тем, что евреи революции энергично поддерживали. В Англии равноправие было предоставлено в 1825 г., тогда же в Португалии, в Бельгии в 1830, в Канаде - 1832, В Германии революционный Франкфуртский парламент принял закон об эмансипации в 1848 (он был распространён в том же году на Кассау и Гановер, в 1861 - на Вюртемберг, 1862 - нa Баден, 1868 - Саксонию и с образованием в 1870 г. Германской империи - на всю неё). В Дании равноправие было дано евреям в 1849 г., Норвегии - 1851, Швеции и Швейцарии - 1865, Испании - 1858, Австро-Венгрии - 1867, Италии - 1870, Болгарии - 1878, Турции - 1908, России - в феврале 1917 г.

    Еврейская эмансипация является поразительным историческим явлением. В исторически очень короткий срок (1 век) большой слой европейского еврейства отказался от своего образа жизни, как бы специально созданного, чтобы отгородить его от других народов, и принял образ жизни окружающего европейского населения. Создается впечатление, что история сжимала пружину отчуждения вокруг еврейства, чтобы тем сильнее дать ей распрямиться. Это был переломный момент в истории взаимоотношений евреев с другими народами. Может ли такой внезапный переворот быть полностью объяснен ростом экономического влияния и более тесными экономическими связями, на которые мы указывали в начале параграфа? Вряд ли! Богатым, а особенно богатейшим евреям эмансипация не очень-то была нужна. Например, основатель банкирского дома Ротшильдов, Амшель Ротшильд, был принят при дворе в Вене, при этом подчеркивая свою верность всем ортодоксальным ритуалам - и это вызывало некоторое любопытство, но и уважение. От эмансипации выиграли скорее бедные евреи типа Мендельсона.

    Очень тщательный исследователь духовной жизни еврейства, Гершом Шолем, положил начало изучению другого, религиозного и духовного, аспекта этого движения Он связан с одним религиозным движением того времени: так называемым саббатианством. В 1665 г. еврей из Малой Азии Саббатай Цви объявил себя Мессией и имел довольно большой успех, вызвал значительное движение, причем не только в Оттоманской империи, но и в Европе. Многие евреи в Амстердаме и Гамбурге продавали свое имущество, чтобы отправиться на Восток и примкнуть к новому Мессии. Были распространены различные ожидания, связанные с 1666г. Но существовало течение, которое, основываясь на книге Зогар предсказывало появление Мессии в 1648 г. - время успеха Саббатая Цви. Это был время всеобщих религиозных исканий в Германии только что кончилась 30 - летняя война, в Англии начиналась революция, в России назревал Раскол. Мистические течения разных стран и народов влияли друг на друга. Секретарь Лондонскргр Королевского Общества Ольденбург писал Спинозе: "Здесь все говорят о возможности возвращения евреев на свою родину (...) Если эти надежды сбудутся, то это произведет переворот". На волне этого возбуждения Саббатай Цви направился в Турцию, чтобы обратить в свою веру султана. Но там онбыл схвачен турецкими властями, посажен в тюрьму, в результате отрекся от своих притязаний и даже перешел в Ислам, приняв имя Мухамед Эфенди. Новое направление всему течению дал известный тогда молодой талмудист Натан из Газы. Он выдвинул мистическую концепцию, согласно которой Мессия, прежде окончательного торжества, должен совершить труднейший из своих подвигов: сойти в царство Зла и Нечистоты, чтобы извлечь пленённые там божественные "искры". Этот подвиг и совершил, по его мнению, Саббатай Цви, не только не опровергнув этим, но именно подтвердив своё избранничество. Более радикальные выводы из этого учения заключались в том, что все евреи должны стать марранами (марраны - испанские евреи, внешне принявшие христианство, но тайно продолжавшие следовать иудаистическому Закону). Все должны спуститься в бездну Зла, чтобы преодолеть его изнутри. Последователем этого учения был еврей из Салоник Яков Франк, переселившийся в часть Польши, принадлежавшую Австрийской империи, основатель секты "франкистов". (Франками назывались в Турции евреи из Салоник, так что его имя собственно означает "Яков из франков".) Следуя примеру Цви, Франк принял католицизм вместе с большой группой последователей, которые все получили польское дворянство высокого ранга. Он учил, что теперь отменяется старая Тора, грех может быть свят, приобретает новый смысл высказывание Мишны, что Бога надо почитать и "дурными страстями" . Каждый должен взять на себя грех марранства, сердце и уста не должны говорить одно и то же. Франк учил: как праотец Иаков обманул своего отца, надев звериную шкуру, так и мы должны надеть одежду христианина, чтобы быть успешнее в нашем обмане.

    То, что в учении саббатиан называется "бездной Зла и Нечистоты", вполне соответствует представлению ортодоксального еврейства об окружающем мире и населяющих его народах. Тогда "погружение в Бездну" представляется мистическим аналогом эмансипации, ее духовным предвидением. Или наоборот, эмансипация - практической реализацией мистического видения.

    Близкую мысль высказывает Гершом Шолем. От считает, что саббатианство сыграло большую роль в подготовке реформы иудейства и приобщения его к идеям просвещения в XIX в. Шолем пишет:

    Теперь (конец XVIII и XIX в.) стремление к революционизированию не должно было искать выхода в практике "святого греха", но могло найти выход в перестройке жизни.

    Сам Франк известен только как пророк или идеолог. Приняв католичество, он продолжал проповедовать свое учение, имел последователей, тайно следовавших его доктрине, но принадлежавших и к ортодоксальному иудаизму. Его учение было смесью иудейской мистики с нигилизмом: предсказаниями и призывами к уничтожению, нисхождению в бездну так, чтобы ниже уже нельзя было опускаться. Он учил, что пути вверх и вниз - сходятся, святое и грешное не различаются (в частности, это выражалось в нарушении сексуальных норм). Хотя сам Франк периодически посещал мессу, его учения всплыли наружу и он был приговорен к заключению в крепость в Ченстохове. Оттуда его освободила война и после очередного раздела Польши он переселился в местечко Офенбах в Австрии. Он умер в 1788 г. и еще перед смертью говорил: "Я пришел, чтобы освободить мир от всех законов и заповедей. Все должно быть разрушено, чтобы бог явился".

    Уже поколение младших последователей Франка принимало участие в движении эмансипации. Это, как говорят исследователи, является сильным затруднением при исследовании всего течения. Именно желая быть настоящими "просвещенными" (в принятом тогда смысле этого слова) европейцами, они не только стремились всячески скрыть свои франкистские истоки, но даже уничтожили ряд франкистских документов, стыдясь их мистического радикализма.

    Шолем детально восстановил биографию одного такого выходца из франкистской среды, Мозеса Добрушка. Он родился в 1753 г. от родителей, связанных с франкистской средой (или даже прямо принадлежавших к секте). Он, во всяком случае, приходился родственником Франку. В 1775 г. он крестился вместе с несколькими братьями и сестрами (может быть, под влиянием франкистских идей). При этом он принял имя Франца Томаса Шенфельда (а его жена Элька - Вильгельмины). Крещение, видимо, не нарушило его тесных связей с франкистами. Он играл видную роль в поставках в австрийскую армию, что говорит о его значительном состоянии. Состоятелен был и его отец, вместе с Франком, Поппером и Хенигсбергером имевший монополию на всю табачную торговлю в Австрии. На период после крещения приходится активная деятельность Шенфельда-Добрушки в распространенном тогда масонском ордене "Азиатских братьев". Видимо, благодаря нему был открыт доступ евреям в этот орден (в то время как раньшегерманское масонство было закрыто для евреев). В те времена участие в масонских ложах было очень существенным этапом при вхождении в "просвещенную" европейскую среду. Другим активным деятелем того же ордена был Гиршфельд. С другой стороны, под их влиянием орден воспринял такие иудаистские элементы символики как шестиконечная звезда и семисвечник.

    Тут наступает некоторый оставшийся загадочным эпизод. В 1788 г. умирает Франк. В кругах его сторонников распространяется слух, что его наследником будет Добрушка. Не ясно, то ли ему это положение предлагали, но он отказался, то ли он его добивался и не получил. В любом случае его судьба радикально меняется - он уезжает во Францию и принимает опять новое имя - Юниуса Фрея. Там он отдается революционным идеям (но и спекуляциям). Он держит дом на широкую ногу, его сестра выходит замуж за ближайшего соратника Дантона - Шабо. Но когда кружок Дантона был разгромлен, с ними погиб и Добрушка. Он был гильотинирован в 1794 г. Во избежание недоразумений следует заметить, что это был единственный еврей, про которого известно, что он играл активную роль во Французской революции. Но символическую тонкую нить можно проследить: классический иудаизм - саббатианство - идеология европейского просвещения - Французская революция.

    ЛИТЕРАТУРА

    Roth C. The Jews in the Renaissence. N.-J. 1959.

    Sombart W. Цит. в Гл. 6.

    Graetz H. Geschichte der Juden. Bd. II.

    Berne L. Briefe. 1927.

    Bartels A. Lessing und die Juden. Leipzig. 1922.

    Bartels A. Geschichte der deutschen Literatur. Bd. II. Leipzig. 1905.

    Fichte Johann Gottlib. Beitrag zur Berichtung der Urteile des Publikums uber Franzosische Revolution. Leipzig. 1922.

    Perry Thomas W. Public Opinion, Propaganda and Politics in Eigteenth-Century England. Cambridge, Mass. 1966.

    Scholem Gerschom. Die judische Mystik in ihrer Hauptstromungen. Zurich. 1957.

    Scholem Gerschom. Du Frankisme au Jacobinisme. Paris. 1981.

    Mandel Arthur. Le Messie Militant. Milano. 1989.

    "Еврейская Энциклопедия". Т. II. Статьи "Америка" и "Антисемитизм"., Т. X статья "Масонство", Т. XIII статьи "Саббатай Цеви и саббатианское движение", "Пруссия".

    Гл. 8. Золотой век ассимиляции (от Наполеоновских войн до I Ми-ровой войны)

    (От Наполеоновских войн до I Мировой войны)

    XIX век (а точнее, период, указанный в заголовке этой главы) является периодом массового вхождения западноевропейского еврейства (а к концу века - восточно-европейского) в европейскую культуру. Это эпоха усвоения подавляющим большинством еврейства европейского образа жизни, в основном, ещё ничем не омраченного вхождения евреев и всё растущего их влияния почти во всех сферах деятельности европейского общества. Казалось, что изолированности еврейства в европейском обществе приходит конец. Хотя предвестники заложенных в этом процессе трудностей появились тогда же.

    Можно всё же выделить несколько областей, в которых еврейское влияние становится особенно заметно и эффективно. Особенно важно, что к традиционной сфере приложения еврейских сил - финансам - присоединяются новые - искусство (особенно литература) и пресса. Благодаря этому еврейское влияние перестаёт быть внешним, центр тяжести переносится на идеологию, точкой приложения этого влияния становится не столько материальная, сколько духовная жизнь европейских народов.

    О большом количественном участии евреев в Западно-европейском искусстве можно судить по знаменитым, всем известным именам. Таким, например, как композиторы Мейербер, Мендельсон, Малер. В более лёгком и доходчивом стиле по всей Европе гремел Оффенбах (а либретто его опереток писал Галеви). Мировой славой пользовались великие актрисы Сара Бернар и Рашель. Но, пожалуй, наиболее сильным было влияние евреев в литературе и наиболее ярким эпизодом - их участие в течении немецкой литературы, сложившемся в 20-.е годы и получившем название "Молодой Германии". Историк немецкой литературы Бартельс говорит о нём:

    "Молодая Германия" - это по существу берлинско-еврейский продукт, возникший в салоне Рахель Левин.

    Самыми известными деятелями этого течения были Генрих Гейне и Людвиг Берне (Лёб Барух).

    В Гейне особенно ярко проявились те противоречия, с которыми приходилось сталкиваться европейским писателям-евреям. С одной стороны, был вынужден творить и добиваться успеха в немецком национальном искусстве, как немецкий поэт, пишущий на немецком языке. Его яркий талант мог проявиться только в этой форме. А талантливость его несомненна - недаром его переводили и Лермонтов и Тютчев.Но с другой стороны, он был продуктом еврейского духовного мира, и еврейские традиции не только мешали ему стать выразителем немецкого мироощущения, но отталкивали от него. Не обладая непосредственными чувствами, открывающими красоту немецкой природы, языка и культуры, он вынужден был воспринимать их через других. Taк, он писал своему другу Мозеру: "Я могу передавать только восприятие прекрасного другими людьми." Благодаря этому его стихи лишались непосредственности, были часто подражательными. Даже знаменитая "Лорелея" - по фабуле, образам, ритму - почти точная копия стихотворения Брентано. Те же причины приводили к тому, что в стихах Гейне такое место занимает высмеивание, переходящее в ругань, часто мало чистоплотную - элемент, совершенно чуждый поэзии. Его поэмы "Аттатроль", "Германия. Зимняя Сказка" и др. - лишь зарифмованные фельетоны. Этот фельетонный стиль он первый внёс в поэзию.

    Гейне были присущи очень сильные еврейские национальные чувства, а в то же время он мог реализовать свой яркий талинт только как немецкий национальный поэт. Это порождала в его душе раздвоенность и конфликт. Всё это накладывалось на страстный и раздражительный темперамент и было источником чувства ненависти, всё более подчинявшего себе поэта.

    Два предмета ненависти всю жизнь мучили Гейне: немцы и христианство. Он упражнялся, придумывая для немцев клички по - обиднее, которые приставали бы, как плевок: вроде "народ-лакей" или "народ-пудель" ( Bedientenvolk, Pudelvolk). Он писал, например:

    Геттингенские жители разделяются на студентов, профессоров, филистеров и скотов. Все они не многим отличаются друг от друга.

    Ведь это лишь другой способ сказать, что немцы - скоты. По-существу - что в этом остроумного? Одно из его последних произведений, поэма "Германия. Зимняя Сказка" кончается тем, что богиня города Гамбурга предлагает ему открыть будущее Германии, но вместо кофейной чашки гадает на ночном горшке. Не в силах выдержать этот "запах немецкого будущего", Гейне бежит. Не раз он высказывает мысль, что все его несчастья произошли из-за того, что борьба Германии за освобождение от Наполеона увенчивается успехом. Ватерлоо - вообще всемирно-историческая катастрофа:"куда лучше, если бы поколотили нас". В письме к своему другу Сёте он говорит:

    Всё немецкое мне противно, а ты, к сожалению, немец. Всё немецкое действует на меня как рвотное. Моим ушам отвратителен немецкий язык. Мои стихи противны мне, потому что они написаны по-немецки. Даже писание этого письма мне тяжело, ибо написание немецких букв болезненно действует на мои нервы.

    Гейне крестился (как он говорит, "чтобы получить входной билет в европейскую культуру"), и это сделало его положение ещё более двусмысленным. Он писал своему другу Мозеру: "Уверяю тебя, если бы закон не преследовал кражу серебряных ложек, я бы не крестился". В дневнике он записал стихи: "И ты приполз к кресту, который ты презирал/ который ещё несколько недель назад надеялся втоптать в грязь". Его первая же трагедия "Альманзор" была. по его собственным словам, неудачной, так как уж слишком проникнута ненавистью к христианам. Первая попытка её поставить кончилась скандалом. В письме Мозеру он говорит: " Меня одновпеменно преследуют христиане и евреи. Последние за то, что я не отстаиваю их равноправие в Бадене , Нассау и других дырах. О, близорукие! Лишь у ворот Рима можно защищать Карфаген." Кто же этот "Рим" , от которого он хочет спасти "Карфаген"?Историк Трейчке приводит слова Гейне:

    Есть такие разновидности идей-насекомых, которые долго смердят, если их раздавить. Таково христианство. Этот духовный клоп был раздавлен 1800 лет назад (распятие Xpиcта?!), а до сих пор отравляет нам, бедным евреям, воздух.

    Национально-еврейские чувства так часто прорывались в течение всей его жизни, что несомненно, некоторые презрительные выпады против, еврейства (обязательно уравновешивавшиеся такими же выпадами против христианства, вроде: "Раввин и капуцин одинаково воняют") не были искренними. Он писал, например:

    О Моисей, рабби Мойше, великий борец с рабством, дай мне гвозди и молоток, чтобы я смог прибить уши наших уютных рабов в чёрно-красно-золотой ливрее к Бранденбургским воротам.

    Или уверял, что если бы на свете остался только один еврей, то каждый должен был бы почесть за счастье ехать 100 часов, чтобы только пожать ему руку.

    Он пишет другу:

    Любовь к строгому и последовательному раввинистическому духу уже много лет таится во мне.

    Незадолго до смерти Гейне сказал: Я вернулся к Иегове.

    "Краткая Еврейская Энциклопедия" так характеризует Гейне: "его произведения меньше всего представляют собой воплощение немецкого национального характера или духа". Против этого трудно что - либо возразить, но мы сталкиваемся с загадкой, столь часто потом встречающейся, что сейчас уже и не кажется загадочной: как, какими методами и силами удалось выдать чёрное за белое? Убедить немцев, да и всё человечество, что Гейне, враг всего того, что (правильно или неправильно) было дорого немецкому национальному сознанию, по его собственным словам ненавидевший всё немецкое, - был величайшим, да ещё именно немецким поэтом?

    Берне сейчас почти забыт, но тогда его имя произносилось наравне с именем Гейне (и оба были смертельными врагами, раздражённо понося друг друга, вытаскивая на всеобщее обозрение неприглядные подробности личной жизни соперника). Лишь с несколько иными оттенками, Берне мучили те же проблемы, что и Гейне. Один из представителей "Молодой Германии" Вольфганг Менцель писал о нём:

    Для него оправдано всё, что действенно как разлагающий Германию элемент. Он не говорит нам, что же он хочет основать, когда он всё разрушит. Он думает, что об этом позаботятся французы. Нужно лишь сломать эту стену, сделать немцам всё немецкое ненавистным, презренным, смешным, всё французское желанным, и помочь чем только возможно тому, чтобы французы стали господами Германии, сначала путём братания, потом - вторжения.

    И действительно, Берне, например, всю жизнь ненавидел Гете. Он писал: "С тех пор как я себя помню, я ненавижу Гёте". Он цитирует одно письмо, якобы полученное им:

    Этот Гёте - раковая опухоль на германском теле, а что всего хуже, все считают болезнь за высшее здоровье.

    Берне комментирует:

    Как это всё справедливо!(...) Гёте - король своего народа: свергнув его, легко справиться с народом.

    С другой стороны, он делится своими мыслями:

    Дурные евреи не хуже дурных христиан (...). Они деже имеют то преимущество, что умнее их (...). У них есть кровь или нет её, но у них нет водянистого сока улиток. Одним словом, они не филистеры. О, горе филистерам...

    В одном письме Берне рассказывает о юношеском переживании, по-видимому, сильно повлиявшем на его жизнь. Во время оккупации Германии французами, он должен был куда-то ехать из родного Франкфурта и для этого получить паспорт. Французский офицер, взглянув на него, написал "еврей из Франкфурта".

    Кровь моя остановилась (...). Тогда я поклялся в сердце своём. Погодите! Когда-нибудь я вам пропишу паспорт, и вам, и всем прочим! И не правда ли, не правда ли, я свою клятву выполнил?

    В другом месте он пишет:

    Ничего не забыть, ничего не простить, никакого примирения, кладущего границу ненависти! Все наши мысли - с останками наших отцов. Лишь в будущем будем мы жить, лишь за будущее - умирать.

    Поучительна оценка, которую Гретц дает в своей "Истории евреев" деятельности Гейне и Берне. Он сравнивает их с царями, пригоршнями бросающими золотые монеты - это их идеи.

    Они создали немцам элегантный язык, ясномудрый отточенный язык и открыли им храм свободы.

    И это после Гёте, Шиллера и романтиков! Но ещё своеобразнее характеризует он направление их деятельности:

    Правда, оба они внешне порвали с иудейством (крестились?), но лишь как бойцы, схватившие вооружение и знамя врага, чтобы его вернее поразить и уничтожить.

    Кто же был этот враг: немецкий народ? или христианство?

    Эпоха "Молодой Германии" породила самые знаменитые имена среди европейских писателей-евреев за весь XIX век. Но само еврейское влияние в литературе в последующие десятилетия не только не ослабло, но расширилось и углубилось. Бартельс, "Историю немецкой литературы" которого мы уже цитировали, относит за счёт еврейского влияния создание "литературной индустрии", озабоченной лишь финансовым успехом и размерами тиражей, спекулирующей на низком вкусе широких кругов "высшей и средней черни":

    Эту индустрию, тут не может быть сомнения, нам принесло современное еврейство, подчинившее себе немецкий театр и, в значительной степени, также прессу и создавшее в литературе мощную партию, с которой борьба просто невозможна.

    Еврейское влияние в прессе возникло в эту же эпоху и позже оказывало (да и до сих пор) сильное влияние на жизнь. Уже после Мировой войны об этом писал ( под псевдонимом Мейстер) экономический советник консервативной партии Германии Пауль Банг. Это влияние ярко обнаруживается уже в эпоху наполеоновских войн, когда в побежденной Германии появилась целая группа еврейских журналистов и издателей. Типичным примером может служить газета "Телеграф", которую в 1805 году издавал Ланге (Давидсон) - некогда близкий друг Лессинга. Позже он издавал "Немецкий Герольд" и "Новый Телеграф". В этих газетах высмеивались немецкие генералы и государственные деятели, даже королевский двор, включая королеву. Газеты эти отличались столь последовательной про-французской ориентацией, что "Телеграф" считался почти французским официозом.

    Другая группа немецко-еврейских журналистов во главе с Саулом Ашером и Эдуардом Итцигом была известна борьбой, которую они вели против немецких писателей-романтиков: Арнима, Брентано, Клейста. Их клеймили как реакционеров, мракобесов, лиц, неблагонадёжных с точки зрения французских властей. Был даже пущен слух, что Клейст - душевно - больной. С каким раздражением говорит Гретц, описывая много лет спустя ту эпоху, об этих ... (термин, вероятно, соответствующий "русопятам" в применении к русским) - Арниме, Брентано, Фуке! Видно, как его возмущает, что они с симпатией относятся к немецкому средневековью, христианству, церкви.

    Вот как возникла одна из влиятельнейших немецких газет "Франкфуртер Цейтунг" (Франкфуртская газета). В 50-е г.г. банкир Розенталь начал издавать во Франкфурте "Деловое Обозрение". Вскоре другой банкир Леопольд (Лёб) Зоннеман превратил его во "Франкфуртскую деловую газету". С 1866 г. она стала называться "Франкфуртской газетой". Столь же влиятельная Берлинская газета "Берлинер Тагеблатт" была основана в 1871 г. Рубеном Мозес. Орган демократической партии "Берлинер Цейтунг" основал в 1877 г. Ульштейн - еврейский предприниматель, разбогатевший на торговле и впоследствии создавший концерн "Ульштейн-прессе", которому принадлежали десятки газет - политических, рекламных, развлекательных.

    До сих пор мы говорили в основном о Германии. Но и основатель агентства Рейтер, которое у всех нас ассоциируется с Британией, родился в Германии, имел фамилию Иосафат и крестился уже взрослым. Одну из наиболее влиятельных газет Англии - "Дейли Телеграф" в 1855 г. купил Иосиф Мозес Леви. Далее газетой владел его сын уже под фамилией Лоусон, а потом уже как барон Бернхам - до 1928 г. "Дейли Экспресс" с 1904 г. издавал Р.Д. Блюменфельд. В Италии до 1912 г. редактором главного органа социалистической партии "Аванти" был еврей Тревес (в результате ожесточённой внутрипартийной борьбы в 1912-1914 г.г. это место захватил Муссолини, но в 1914 г. Тревес опять его выжил). В США пресса ещё больше, чем в Европе, находилась под еврейским влиянием. Например, одним из ведущих газетных боссов, создателем "жёлтой прессы" был Пулитцер, венгерский еврей, приехавший в Америку, не зная ни слова по-английски. (Теперь же его именем названа одна из наиболее престижных литературных премий). Адольф Охс владел газетой "Нью-Йорк Таймс" с 1896 г., "Филадельфия Таймс" - с 1901 г.

    Весь мир испытал влияние таких идеологов как Маркс и Фрейд. Множество евреев стало известно в науке, например, физик Герц, экспериментально доказавший существование электромагнитных волн, ряд математиков - Якоби, Кантор, Кронекер и т.д.

    Параллельно идеологическому, непрерывно росло и экономическое влияние еврейства. 3омбарт приводит следующие цифры, относящиеся к Германии. В 1870-е годы в эпоху создания большого числа акционерных кампаний из 25 самых больших кампаний 16 были еврейскими. В отдельных кампаниях среди учредителей от 1/3 до 1/4 составляли евреи. В 1911 г. среди директоров наиболее крупных кампаний евреи составляли 1/8, среди членов наблюдательных советов - 1/3. В населении же страны они составляли менее 1%. По данным о доходах (вычисленным на основании взимаемых налогов) доходы евреев примерно в 3-4 раза превосходили доходы христиан.

    Не удивительно, что в области, где влияние евреев было особенно велико - финансах - оно ещё усилилось. Так, центральный немецкий банк - Райхсбанк - был частным предприятием, находящимся лишь под наблюдением министерства финансов. Он был основан в 1873 г. 15-ю лицами, из которых 11 были евреями, а именно: Беренд, Мейер, Блейхредер, Гельпке, Мендельсон, Оппейнгейм, Плаут, Ротшильд, Штерн, Варшавер и Цвихер.

    Конечно, все эти процессы были связаны с резким увеличением числа евреев в образованных слоях общества. Тот же 3омбарт сообщает, что, например, из христиан на каждые 10.000 человек населения, высшие классы гимназии посещают 61 ученик, из евреев - 385 (по Пруссии). Он пишет:

    Этим цифрам соответствует и их реальное участие в нашей духовной и культурной жизни. Нечего и говорить, что наш художественный, литературный, музыкальный рынок, наш театр - если ещё не полностью в их руках, то находится под их существенным, можно смело сказать, решающим влиянием.

    Громадный вес евреев в культуре, прессе, экономике,- конечно, отражался на их общем положении и их влиянии на другие стороны жизни. Знаком этого было, например, торжественное празднование в 1905 году 250-летия поселения евреев в США. Президент Теодор Рузевельт обратился к комитету по празднованию с письмом, в котором он говорил:

    Я считаю что можно с уверенностью сказать: очень немногие нации в нашей стране, а может быть и ни одна другая - прямо или косвенно оказали столь сильное влияние на формирование американского образа жизни.

    Вейцманн вспоминает, что перед I Мировой войной в итальянском кабинете министров было четыре еврея:Лузатти ( премьер), Оттолонги, Соннино и Титани. Кроме того, еврей был мэром Рима.

    Другой, не внешне-торжественный, а обычно скрытый аспект этого влияния можно обнаружить, например, в мемуарах крупного немецкого дипломата эпохи перед I мировой войной фон Эккардштета. Он рассказывает, как, будучи немецким послом в Англии, сблизился с главой дома Ротшильдов - бароном Альфредом Ротшильдом. Последний был очень враждебно настроен против "московитов" из-за "варварского обращения русских властей с евреями".

    Если речь шла о том, чтобы помешать тайным интригам русской дипломатии, то Альфред Ротшильд, с его большим влиянием, всегда был к услугам.

    В частности, по словам автора, Япония очень колебалась перед вступлением в войну с Россией из-за своей финансовой слабости. Английское правительство предпочитало сохранить нейтралитет и не покровительствовало крупным займам для Японии. Тогда Эккардштет свёл японского посла в Лондоне графа Хаяши с Ротшильдом. Последний заверил графа в своих симпатиях делу Японии и в том, что японское правительство может рассчитывать на поддержку дома Ротшильда. По мнению автора, это сыграло решающую роль в решении Японии начать войну.

    Влияние евреев на политику США можно представить себе по эпизоду, о котором мы вскользь упоминали в гл. I. В 1910 г. в прессе США была поднята яростная кампания против русского правительства, ограничивающего въезд в Россию евреев - американских граждан. (Хотя в то же время пресса писала о бедственном положении евреев в России, и не понятно было, зачем же евреям туда стремиться.) В качестве ответной меры требовали расторжения русско-американского торгового договора. В начале 1911 г. президента Тафта посетила делегация влиятельных евреев во главе с крупнейшим финансистом Яковом Шиффом, директором банка Кун, Леб и Со. Президент сообщил делегации, что согласно данным американского посла в России, русское правительство ограничивает въезд евреев, так как большей частью речь идёт о недавно эмигрировавших из России евреях, которые хотят теперь вернуться в качестве американских граждан, чтобы не быть ограниченными чертой оседлости. По мнению президента, каждая страна имеет право сама формулировать свою иммиграционную политику. Возмущенный Шифф отказался на прощание пожать руку Тафту. Уходя он воскликнул: "итак, это война". Для победы в этой войне потребовалось 10 месяцев. В конце 1911 г. обе палаты Конгресса предложили президенту расторгнуть русско-американский договор, и он подчинился. На следующий год организация еврейского масонства (или построенная по масонскому типу) в США - орден Бнай Брит- вручила президенту Тафту медаль "как человеку, сделавшему в прошедшем году больше всех для блага евреев". Всё же в следующие выборы (1913 г.) Тафт не был переизбран.

    Ситуацию в Англии характеризует долгий спор в связи с проблемой избрания евреев в Парламент. Он тянулся с 1829 до 1858 г. и был связан с тем, что евреи отказывались произносить присягу, содержащую слова "по истинной христианской вере". В результате текст присяги был изменен, чтобы быть приемлемым и для иудаистов, и барон Ротшильд занял место в Парламенте.

    И непосредственно среди руководителей политики большинства европейских государств роль евреев была значительна. Так, в Германии ряд руководителей либерального движения, начавшегося с революции в 1848 г., были евреи. Например, Габриэль Риссер участвовал в "Предпарламенте" и Учредительном собрании, позже - в Эрфуртском парламенте. Людвиг Бамбергер был одним из создателей либеральной партии, впоследствии они с Эдуардом Ласкером создали прогрессивную партию. Генрих Фридберг много лет был министрами Кайзера, Рудольф Фриденталь был одним из основателей свободной консервативной партии Пруссии.

    Громадное влияние на политическую жизнь Англии оказал Д,Израэли, крещеный отцом в молодости. Он был не раз премьер - министром и министром финансов. Долгое время он стоял во главе консервативной партии и движения "Молодая Англия". Под конец жизни королева возвела его в звание лорда Биконсфильда. Премьером Италии был Лузатти. Во Франции многократно министром был Кремье, в то же время крупный национальный еврейский деятель - создатель Всеобщего Еврейского Союза. Будучи министром внутренних дел, Кремье предоставил французское гражданство жившим в Алжире евреям, в то время, как алжирские арабы его не получили. Это стало существенным фактором в отчуждении Алжира от Франции, которое в XXв. привело к кровопролитной войне и отделению Алжира.

    Крупнейшие европейские страны поддерживали предоставление равноправия евреям в других государствах. Так, на Берлинском конгрессе 1878 г. Франция и Германия поставили условием признания независимости Сербии, Болгарии и Румынии принятие ею "свободы вероисповеданий". От имени Англии Д,Израэли потребовал распространить этот принцип на все части Оттоманской империи, "требующие помощи от великих держав". По контексту ясно, что речь шла о правах именно евреев. Возражая, князь Горчаков говорил: "В Сербии, Румынии, как и в России, евреи представляют опасность - они не похожи на парижских, лондонских, берлинских и венских евреев и уравнение их в правах вызовет вредные для страны последствия". Требование Франции и Германии было принято конгрессом.

    Как же сложились отношения между евреями и народами, среди которых они жили в этот век, когда все пути в жизни оказались им открыты? Многие высказывали надежду, что "еврейский вопрос" перестал существовать, что ассимиляция евреев осуществлялась или же осуществится полностью в ближайшее время.

    Действительно, росло число смешанных браков. Так, число еврейских смешанных браков в Пруссии составляло в 1880 г. - 10%, в 1890 - 13%, в 1913 - 20% от числа чисто еврейских. В книге о будущем евреев Зомбарт сообщает, что в 1905-1906 г. г. они составляли 22% от чисто еврейских браков. Появилось так называемое "реформационное" течение в иудаизме, определявшее принадлежность к еврейству как отношение к вероисповеданию, а не нации. Они провозглашали, что евреи - это граждане "моисеева вероисповедания" той или иной страны. На Франкфуртском съезде раввинов этого направления было постановлено, что еврей имеет право жениться на христианке, признающей единобожие. Многие евреи принимали христианство. Например, в Вене в 1868 г. было 2 случая крещения евреев, в 1875 - 65, 1880 - 113, 1885 - 255, 1904 - 617.В некоторых областях Австро - Венгрии еврейский язык (идиш) был признан государственным языком.

    Но можно было увидеть и признаки того, что положение не столь идиллично. Так, известный немецкий историк Трейчке в своей "Истории Германии в XIX столетии" посвятил целый раздел еврейскому влиянию после освобождения Германии от Наполеона. Он говорит о "скороспелых еврейских талантах, верховодивших в ежедневной прессе":

    Они гордо демонстрировали свою еврейскую обособленность и одновременно претендовали на роль руководителей немецкого общественного мнения.

    Разрушительное и озлобляющее действие радикального еврейства было тем опаснее, что немцы долгое время заблуждались по поводу духа этой новой литературной силы. Они безоговорочно принимали за немецкое просвещение то, что на самом деле было еврейской ненавистью к христианству и еврейским космополитизмом.

    Пo-видимому, после революционных переворотов 1848 г., затронувших почти всю Европу, впервые стали говорить о еврейском засилье в прессе. Так, В.Эбелинг в своей книге "0 литературе и истории" пишет о Венской прессе:

    Бросалось в глаза еврейское засилье. Из 80 литераторов, с которыми я встречался, 57 были "нашими". Но такова была политическая жизнь во всей Европе в 1848 г.

    В Германии образовалось широкое движение под лозунгами борьбы с "еврейским засильем" в прессе и финансах. Трейчке писал:

    Нынешняя агитация правильно уловила настроение общества, считающего евреев нашим национальным несчастьем.

    Именно это движение и называло себя "антисемитским"; видимо, тогда этот термин впервые и возник. Движение было влиятельным, его активно поддерживал даже придворный проповедник Штекер. Была создана "Антисемитская лига", собравшая 250.000 подписей под петицией Рейхстагу с требованием определенных ограничений евреев. Рейхстаг, однако, это торебование не принял. Один из идеологов того времени, В. Марр написал брошюру "Победа еврейства над германством", где он утверждал, что мир уже завоеван еврейством, причем побежденным даже запрещается об этом говорить. Единственная еще непобежденная и борющаяся страна - Россия, но соотношение сил таково, говорит он, что исход борьбы предрешен. Против России будут брошены все силы и из нее сделают архимедовскую точку опоры, чтобы перевернуть мир.

    В Англии вплоть до начала XX в. возникали антиеврейские народные волнения. Например, в 1911 г. они захватили весь Уэллс, где были разгромлены многие еврейские предприятия и магазины.

    Во Франции в 1881-1882 г.г. выходили журналы "Анти-еврей" и "Антисемит". Прудон сказал по поводу революции 1848 г.: "мы поменяли евреев". В связи с "Делом Дрейфуса" во Франции вспыхнула волна яростных анти - еврейских настроений. Офицер генерального штаба Дрейфус был осужден в 1894 г. по обвинению в передаче военных секретов Германии. Позже начались протесты и обвинения, что дело было сфабриковано. Общественное мнение раскололось. С одной стороны раздавались обвинения в антипатриотизме, желании унизить армию, с другой - в милитаризме, реакционности и антисемитизме. Вопрос о виновности или невиновности Дрейфуса превратился в вопрос партийной борьбы. В конце концов победили "дрейфусары", Дрейфус сначала был помилован, потом реабилитирован, награжден орденом и получил чин майора. В результате сменился целый слой политической верхушки. Этот переворот нельзя рассматривать в отрыве от предшествовавшего ему "дела", тоже потрясшего Францию - "Панамы". Акционерная кампания для строительства Панамского канала распродавала акции на громадные, не обеспеченные суммы и за взятки добивалась правительственной поддержки. Когда разразился скандал, выяснилось, что взятки брали министры, депутаты парламента, большая часть прессы. Одним из инициаторов разоблачения был журналист Дрюмон, издатель газеты "Свободное слово", в которой он также вел яростную антиеврейскую кампанию, и автор книги "Еврейская Франция". И оказалось так, что главными руководителями аферы были: барон Рейнах ( родом из Гамбурга) ) и Эмиль Артон ( Аарон ), помощником которого был Исаак Бланк. Выяснилось, что за 8 лет кампания вытянула из карманов обывателей более 1300млн. франков, 1/2млн. человек были разорены. Основные виновники ушли от наказания (барон Рейнах загадочно скоропостижно скончался), но целый слой скомпрометированных политических деятелей, казалось, вынуждены были уйти из политики. Вот в результате победы в "Деле Дрейфуса" большинство из них вернулось - наиболее известный из них Клемансо.

    Но и с еврейской стороны высказывались иногда взгляды, дышащие духом Талмуда, зачёркивающие все достижения "века ассимиляции". В качестве примера, по-видимому, из числа самых крайних, приведём статью сиониста Клётцель, опубликованную незадолго до I мировой войны в журнале "Янус". Там говорится:

    Антисемитизму, ненависти к евреям, с еврейской стороны противостоит великая ненависть ко всему нееврейскому: как мы, евреи, о каждом нееврее знаем, что он где-нибудь в уголке души антисемит и должен им быть, так каждый еврей в глубочайшей основе своего существа ненавидит всё нееврейское.

    Эта великая "еврейская ненависть" один раз нашла в литературе воистину гениальное отражение: Шейлок Шекспира. Сквозь все преувеличенное, соответствующее характеру комедии, мы видим главное: перед нами еврей и более того - ненавидящий еврей.

    Конечно, никогда, может быть, не существовало еврея, жаждавшего куска мяса из груди Антонио. Наверняка, никакой еврей не одержим сейчас Нероновскими мыслями: "всё бы нееврейское в одну шею - а нам бы нож в руки". Наверняка, множество попыток "сближения", "ассимиляции" столь же серьёзно воспринимались с нашей стороны, как и трагические еврейские мысли - с другой стороны. Но несмотря на всё это, ни для какого не-еврея слово "еврей" не звучит безопасно, как и для каждого еврея слово "гой", что не является оскорблением, но несомненным знаком разделения. Будем честны: нееврейство, как бы высоко мы ни ценили отдельного нееврея, как бы мы с ним ни дружили, - нееврейство, как безличную массу, как дух, как сферу деятельности, культурное единство, каждый из нас ставит - кто может здесь возразить? - ниже еврейства! Я думаю, можно доказать, что в еврействе есть движение, являющееся зеркальным отражением антисемитизма. Это я и называю "великой еврейской ненавистью".

    Я не уполномочен говорить от имени еврейства; возможно, на эти темы я ещё ни словом не перекинулся ни с одним евреем; но это умолчание часто юридического характера: на самом деле, ничто во мне так не живо, как эта уверенность, что если существует нечто, объединяющее евреев всего мира, так это вот эта великая, возвышенная ненависть.

    Я думаю, я должен уклониться от того, чтобы указать научные основания, например, исторические или психологические. Я ощущаю эту ненависть, эту ненависть против чего-то безличного, неухватываемого - как часть моей натуры, созревшую во мне, за развитие и рост которой я должен считать ответственным какой-то закон природы. Ибо это кажется мне ядром человеческого существа - осознать свою природу и стоять за неё.

    Нас считают опасностью для Германии. Конечно, это так, это столь же достоверно, как и то, что немецкий дух - опасность для еврейского. Но можно ли от нас требовать, чтобы мы покончили самоубийством? В истине, что сильное еврейство опасно для всего нееврейского, никто не может сомневаться. Все попытки определённых еврейских кругов доказать обратное, столь же трусливы, сколь и комичны! Но ещё более странно выглядит, когда не - евреи совершенно серьёзно обращаются к нам с требованием отказаться от нашей естественной ненависти и ожидают от нас сдержанности, скромности и смирения.

    Это, конечно, изолированное мнение. Но оно интересно как крайнее проявление разочарования в пути ассимиляции. Гораздо шире то же умонастроение проявилось в движении сионизма - стремления создать свое, еврейское государство. Хотя идея возвращения в Палестину всегда бытовала в иудаизме, новое, всемирное движение создал Теодор ( Вениамин Зев) Герцль. Он сам принадлежал как-раз к типу ассимилированного еврея, был венским журналистом. Но во время дебатов по поводу "Дела Дрейфуса" был Парижским корреспондентом австрийской газеты "Нейе Фрейе Прессе" и увиденное им произвело переворот а его мировоззрении. В своей программной книге"Еврейское государство" он доказывает, что евреям никогда не удается стать органичной частью европейского общества и единственный для них здоровый выход - создать собственное государство и жить как другие народы. Он пишет:

    Никто не станет отрицать бедственное положение евреев. Во всех странах, где они живут в значительном числе, их преследуют в большей или меньшей степени.

    Народы, среди которых мы живем, все вместе и каждый в отдельности - явные или скрытые антисемиты.

    После кратких периодов терпимости вражда против нас каждый раз снова просыпается.

    С одной стороны идет наша пролетаризация и обращение в революционеров, мы поставляем унтер-офицеров всех партий переворота, а с другой стороны, сверху, растет наша колоссальная денежная сила.

    Пусть нам дадут суверенитет над известным пространством земной поверхности, достаточным для удовлетворения справедливых потребностей нашего народа, обо всем остальном мы уже сами позаботимся.

    Подходящим местом для такого государства он считал Палестину, но как возможный вариант рассматривал Аргентину или Уганду. Движение получило широкую поддержку и стало всемирным. 1-й международный сионистский конгресс собрался в 1897 г. в Базеле, 2-й - там же в 1898г. До I мировой войны уже состоялось 11 таких конгрессов. В 1897 г. была создана Всемирная сионистская организация. Впрочем, уже с самого начала наметились разные формулировки целей движения. Так, влиятельный идеолог сионизма Ахад-Хаам (Гинцберг) писал:

    Неужели мы столько выстрадали (...) только затем, чтобы в конце концов основать крохотное государство? (...) Необходимо создать в Сионе духовный центр, который объединил бы духовными узами рассеянный народ. Для этого достаточно, если в Палестину переместится незначительная часть еврейского народа, хотя бы только один его процент...

    один процент.

    ...еврейская масса осуждена оставаться в рассеянии, и лишь избранные должны создать в Палестине культурный центр, из которого будет исходить свет ново - еврейского творчества.

    Действительно, реальная сторона сионистской программы оставалась очень неопределенной. Если речь шла о помощи евреям, находящимся в наиболее тяжелом положении, то эмиграция , например, в США давала гораздо более реалистичный выход. Если же речь шла о том, чтобы собрать большую часть еврейского народа в Палестине в духе "исполнения обетований" , то это была религиозная программа связанная с явлением Мессии. Да и трудно себе представить ( и до сих пор ) , как ее можно было бы реализовать. Палестина безусловно не могла пропитать такое число людей - это видно сейчас. Правда, в некоторых сионистских документах того времени говорилось о Палестине и прилегающих странах (например, Азиатской Турции). В любом случае непонятно, как они могли бы жить еврейские переселенцы, руководствуясь принципами иудаизма. Например, долгое время колонии в Палестине существовали на пожертвования барона Ротшильда - главы известного банкирского дома. Но что он сам - то стал бы делать в государстве, основанном на принципах иудаизма? Например, ввиду заповеди

    Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что можно отдавать в рост.

    (Второзак. 23.19.)

    Но, какими бы политическими целями не руководствовались лидеры, для десятков и сотен тысяч простых евреев участие в этом движении означало признание, что с их точки зрения все грандиозное течение эмансипации и ассимиляции, несмотря на его блистательные успехи - не удалось. Течение сионизма, созданное Герцлем, вызвало громадный всплеск чувств и мыслей в еврейской среде, но в рассматриваемый сейчас период имело очень слабый практический отклик - к началу 1-й мировой войны переселенцы в Палестину насчитывали лишь несколько десятков тысяч. Но в XIX в. восточно - европейское еврейство было охвачено несравненно более мощным движением - эмиграцией в капиталистически более развитые страны: Германию, Англию, но прежде всего - в Северную Америку. 80% эмигрантов направлялось в Америку, большинство из них - из России. За один этот век еврейское население Северной Америки выросло с 3 тысяч до 2 миллионов. Так начала создаваться громадная сила, впоследствии игравшая ( и играющая до сих пор ) решающую роль в мире.

    Переселявшиеся в Америку евреи в основном происходили из районов, где они жили в рамках кагальной организации. Вряд ли эта организация полностью сохранилась при переселении за океан. Но, с другой стороны, трудно себе представить, чтобы выкованная веками существования в этой системе традиция полностью исчезла. Действительно, в Америке возникает ряд еврейских организаций - например, в 1906 создается Американский Еврейский Комитет, руководителем которого был Яков Шиф, владелец одного из крупнейших американских банков "Кун , Леб и Ко". Большое число еврейских иммигрантов было объединено в организации, называемые "орденами". Что из себя представляли эти организации - не вполне ясно. Они строились из "лож" и "капитулов", что напоминает масонскую организацию. Но иногда утверждается, что сходство было чисто внешним - возможно, что здесь проявилось какая - то другая традиция. В "Еврейской Энциклопедии" приводятся следующие данные об этих орденах:

    Орден

    Год основания

    Число членов на 1907г.

    Число лож

    Брит Абрагам (независимый)

    1887

    104796

    446

    Брит Абрагам

    1859

    55957

    331

    Бнай Брит

    1843

    21500

    420

    Сыны Веньямина

    1877

    20336

    150

    Сыны Иегуды

    1890

    19000

    118

    Агават Израэль

    1893

    16963

    132

    Свободные сыны Израиля

    1849

    10920

    105

    Впоследствии наибольшим влиянием пользовался орден Б'най Б'рит. Он был основан 13 октября 1843 г. в Нью - Йорке несколькими еврейскими иммигрантами из Германии. Сначала он назывался Бундес Брюдер , то есть Союз Братства , немецкое название отражало происхождение основателей. Принятое позже название Б'най Б'рит означает Союз Завета. В более поздней книге, посвященной истории ордена, говорится: "Поскольку евреи, родившиеся в Соединенных Штатах, становились слишком американизированными и недостаточно еврейскими, еврейская община оказалась неспособной их интегрировать. Это и привело, в конце концов, к созданию Б'най Б'рита. Поскольку американская еврейская община оказалась неспособной решить встающую задачу, немецкая еврейская община создала необходимые структуры, заменив централизацию кагала и синагоги - существовавшую до того среди евреев Нью-Йорка".

    ЛИТЕРАТУРА

    Graetz H. Geschichte der Juden, Bd. II.

    Bartels A. Цит. в Гл. 6.

    Heinrich Heine. Werke. Dresden. 1906.

    Heines letzte Gedichte und Gedanken, herausgegeben von Strodtmann. 1869.

    Berne L. Berliner Briefe. 1927.

    Berne L. Briefwechsel mit Henriette Herz. 1905.

    Steig R. Heinrich von Kleists Berliner Kampfe, Berlin, 1901.

    Meister A. Die Presse als Machtmittel Judas. Vunchen 1930.

    Treitschke. Deutsche Geschichte im 19.Jahrhundert. 3 Theil, Leipzig, 1889.

    Ebeling W. Zur Geschichte und Literatur. Berlin. 1867.

    Sombart W. Die Juden und das Wirtschaftsleben. Цит. В Гл. 6.

    Sombart W. Die Zukunft der Juden. Leipzig, 1912.

    Kurschner Joseph. Semi-Kurschner, Berlin, 1901.

    Blokosky S. The distorted Image, N.-J., 1975.

    Cheskel Zwi Klotzel. "Das grosse Hassen". Journal "Janus". 1914, № 2.

    Lebenserinnerungen und Denkwurdigkeiten von Herrn Freiherrn v. Eckardstein. Bd. II. Leipzig, 1921.

    Frank W. Nationalismus und Demokratie in Frankreich der dritten Republik. Hamburg 1933.

    Герцль. Т. Еврейское государство. Спб.1896.

    "Еврейская энциклопедия". Т. III, статьи "Антисемитизм", "Ассимиляция", "Ахад-Гаам (Гинцберг)". Т. XIV, "Сионизм"

    "Краткая Еврейская Энциклопедия"Т.I, Статья "Ассимиляция".

    Dash Moore Deborah. B'nai B'rith and the challenge of ethnic leadership. N.J.1981.

    Гл. 9. Роль в развитии социалистического движения

    Антагонизм капитализма и социализма столь подчёркнут, демонстративен, что невольно внушает сомнение: не маскирует ли он внутреннее единство? Не есть ли это два пути, ведущие к одной цели: создание "индустриального общества" или "технологической цивилизации"? По крайней мере, с точки зрения интересующего нас вопроса оба эти явления очень схожи: если, согласно Зомбарту, евреи сыграли значительную роль в создании капиталистического варианта современного индустриального общества, то их роль в создании идеологии социализма и организации социалистического движения бросается в глаза каждому.

    В области идеологии капитализм и социализм проявились впервые как раз не в виде антагонистов. Наоборот, первое социалистическое учение, возникшее в XIX веке, вполне можно оценить и как радикальный вариант идеологии капитализма. И в то же время в его развитии очень значительную роль сыграли евреи. Речь идёт о Сен-Симонизме.

    В Сен-Симонизме идеология создающегося общества развитого капитализма и социалистическая идеология ещё не разделились, еще не стало выступать как две противоположные друг другу тенденции, так что в нём их часто трудно и различить. Основу составляет ощущение того, что наступила какая-то новая, совсем необыкновенная эпоха: "Индустриальный век". На первый план выступает проблема организации. Организаторы общества, особенно его экономики, должны стать истинными лидерами государства, им должна быть подчинена жизнь. "Неопределённая и метафизическая" идея свободы противоположна развитию цивилизации и планомерной организации общества. Общество - это настоящая машина, оно должно быть построено рационалистически, на основе научного плана. Вся жизнь должна быть перестроена так, чтобы служить одной цели: увеличению эффективности экономики. Для этого надо создать и подходящую религию, "так же, как в Нормальной школе учат строить мосты или дороги". Надо добиться такого же совершенства в управлении психологией масс, с каким математика решает геометрические задачи. И собственности надо придать ту форму, которая будет более благоприятствовать развитию централизованного, управляемого государством, хозяйства (это собственно и есть единственный элемент учения Сен-Симона, который делает его "предшественником научного социализма"). Уже позже, ученики Сен-Симона распространили эту идею и на семью.

    Сен-Симонизм - это было первое течение в Европе, в котором политический мессианизм, мечта о приходе "нового века" соединился с сильным еврейским влиянием. Сам Сен-Симон отождествлял будущую победу своего учения с еврейским "Царством Мессии", тем переворотом, который предсказывал Ветхий Завет и которого дожидались евреи.

    Среди последователей Сен-Симона евреи играли выдающуюся роль. Он пользовался финансовой поддержкой нескольких еврейских финансистов. Среди ближайших его сотрудников евреями были: финансист Олинд Родригес и его младший брат Евгений, Эмиль и Исаак Перейра, д'Эйхталь, поэт Леон Галеви, Моис Реноде, Фелисьен Давид. Ходил деже анекдот о дельце на парижской бирже, который на совет для успеха своего дела обзавестись партнёром-евреем (интересный штрих для характеристики тогдашних финансовых кругов!) ответил: но у меня есть два сен-симониста! Даже столь часто потом возникавшее в правых кругах обвинение, что социализм есть еврейский заговор с целью разрушения христианского общества, было, по-видимому, впервые высказано в связи с сен-симонизмом (в произведении "Безбожная комедия" польского поэта Красиньского).

    После смерти Сен-Симона еврейское влияние среди его последователей стало ещё сильнее. Сен-симонисты (даже не евреи) посещали парижскую синагогу. Родригес писал, что его встреча с Сен-Симоном сделала возможным синтез иудаизма и христианства. На похоронах Сен-Симона он сказал: в будущем Моисей будет создателем культа, Иисус Христос - догмы, а Сен Симон - религии, папой. В своих мессианских исканиях сен-симонисты пришли к убеждению, что должен родиться Мессия, мать которого должна быть еврейкой. Они опубликовали воззвание "К еврейским женщинам", в котором говорилось: "Ваша раса - политическая и экономическая связь человечества." Для поисков матери нового Мессии некоторые из них отправились даже на Ближний Восток. Мессию, правда, они не нашли, но разработали план постройки Суэцкого канала, позже осуществленный.

    Поразительно, что в Сен - Симонизме можно найти истоки как идеологии финансового капитализма, так и социализма. Часть его учеников стала вождями революционного движения во Франции, а часть - создателями банков, железных дорог (и не только во Франции). Но все они произошли из среды профессиональных ученых и инженеров, сложившейся в Париже вокруг Политехнической и Нормальной школ. Потом Базар, Бюше, Серкле стали руководителями тайных обществ, профессиональными революционерами. Анфантен стал организатором строительства железной дороги Париж-Лион, братья Перейра - железнодорожного строительства в Австрии, Швейцарии, Испании и России, Тальбо - в Италии. Причем в качестве инженеров привлекались и другие Сен-Симонисты. Ими же был основан ряд крупнейших французских банков. Вообще, основоположники социализма XIX в. много сделали для капиталистического развития Европы, для придания ему характера "финансового капитализма". Например, в Германии видную роль в этом направлении играли Г.Мевиссен и А.Оппенгейм, находившиеся под влиянием Сен-Симона.

    А с другой стороны, в сочинениях Сен-Симона впервые появляются такие понятия, как буржуазия, пролетариат, классовая борьба, организация труда.

    Но, конечно, истинный свой размах социалистическое движение приобрело в Германии. У истоков его находится загадочная фигура Мозеса (или Морица) Гесса. Этот вышедший из ортодоксальной еврейской среды самоучка внешне производит впечатление неудачника: он не только не создал своей группы или партии, но не нашёл даже хоть сколько-нибудь значительного числа последователей. И тем не менее, его влияние на первые шаги социалистического движения в Германии громадно, ему принадлежит ряд концепций, которые потом легли в основу сложившейся социалистической идеологии, хотя те, кто вдохновились его идеями (прежде всего, Маркс и Энгельс), старались представить его как полу - комическую фигуру, не заслуживающую серьёзного отношения.

    Гессу принадлежит мысль, что будущее Европы будет определяться союзом Германии как носительницы гегельянской философии, Франции - революционного социализма и Англии - новой политической экономии (ср. "три источника марксизма"). Уже в 30-х годах XIX века он высказал мысль, что вся жизнь определяется индустриальным развитием, которое ведёт к прогрессирующему обнищанию трудящихся и к социальной катастрофе. Он развил идею отчуждения труда в форме денег, ему принадлежит критика прав человека, как прав буржуазных. Критикуя Вейтлинга, он доказывал, что социализм не может осуществляться лишь как протест против материальных лишений, что он должен основываться на логике мысли, науке. Наконец, ему принадлежит взгляд, что реализацией в жизни Фейербаховского атеизма является коммунизм. Именно он открыл Бакунину мир этих новых коммунистических концепций. Маркс пришёл к этим взглядам на несколько лет позже и ввиду близкого знакомства с Гессом - невероятно, чтобы не без его влияния. Бакунин писал (письмо Гильому от Ш.1869 г.):

    Мориц Гесс, такой же образованный как и Маркс, но более практичный (?) и в известном смысле создавший последнего.

    Об Энгельсе Гесс писал:

    Он покинул меня сверх-ревностным коммунистом. Так я сею опустошение.

    (Письмо Ауэрбаху от 19.VI.1843).

    Но загадочно в Гессе то, что одновременно он был убеждённым сионистом, неутомимым пропагандистом еврейских национальных идей. И поразительно, что это не было результатом кризиса, смены взглядов: нет, это происходило именно одновременно, и в течение всей его жизни.

    В первом своём произведении "Священная история человеческого рода" Гесс писал:

    Этот народ (евреи) был изначально призван, чтобы завоевать мир - не так как языческий Рим, силой своей мышцы, но через внутреннюю возвышенность своего духа. Он сам странствовал как дух по завоёванному им миру, и его враги не могли его уничтожить, ибо дух неуловим. Этот дух уже пронизал мир, уже чувствуется тоска по укладу, достойному древней Матери. Он появится, этот новый уклад, старый Закон вновь явится в просветлённом виде.

    Он считает еврейство - двигателем современного западного прогресса, Россию - его главным врагом. Еврейство, говорит он,- это нация , а не религия. Гесс предсказывает, что даже после создания еврейского национального государства большинство евреев Запада останутся на своих местах, а переселятся туда, в основном, евреи из "восточных варварских стран". В более поздней книге "Рим и Иерусалим" Гесс говорит:

    Прежде всего расовая борьба, борьба классов второстепенна.

    Он писал:

    Всякий, кто отрицает еврейский национализм - не только отступник, изменник в религиозном смысле, но и предатель своего народа и своей семьи. Если окажется, что эмансипация евреев не совместима с еврейский национализмом, то еврей должен пожертвовать эмансипацией.

    Каждый еврей должен быть прежде всего еврейским патриотом.

    И в то же время он участвовал в работе I Интернационала, выступал за интернациональную солидарность рабочих и классовую борьбу и даже критиковал Эрфуртскую программу немецкой социал-демократии за то, что в ней присутствует национальный душок.

    Наконец, в статье "О сущности денег" Гесс высказывает и ещё более сложную мысль:

    Евреи, которые в естественной истории мира должны были выполнить функцию превращения человека в дикого животного, исполнили это как профессиональную работу.

    Ту форму, в которой социалистическое движение в Германии сыграло свою всемирно-историческую роль, оно приобрело в руках двух деятелей: Маркса (настояще имя которого была даже не Карл, а Мардохей) и Лассаля. Оба они были под сильным влиянием английского экономиста еврейского происхождения Рикардо - не социалиста, но создавшего основоположную для ряда социалистических течений "трудовую теорию стоимости". Маркс и Лассаль враждовали, и в переписке Маркс любил называть Лассаля "жидком", а Лассаль, по-видимому, имея в виду Маркса, говаривал, что евреев надо держать подальше от социал-демократии. Но в юности Лассаль был ярым еврейским националистом, он мечтал встать во главе своего народа и повести его к освобождению "пролитием христианской крови", а такие чувства не легко изживаются.

    А вот как характеризовал Маркса и его окружение Бакунин (в рукописи "Мои отношения с Марксом"):

    Сам еврей, он имеет вокруг себя, как в Лондоне, так и во Франции, но особенно в Германии, целую кучу жидков, более или менее интеллигентных, интригующих, подвижных и спекулянтов, как все евреи, повсюду, торговых или банковских агентов, беллетристов, политиканов, газетных корреспондентов всех направлений и оттенков, одним словом литературных маклеров и, вместе с тем, биржевых маклеров, стоящих одной ногой в банковском мире, другой - в социалистическом движении и усевшихся на немецкой ежедневной прессе - они захватили в свои руки все газеты, - и вы можете себе представить, какая из всего этого получается мерзкая литература. Так вот, весь этот еврейский мир, образующий эксплуататорскую секту, народ-кровопийцу, тощего прожорливого паразита, тесно и дружно организованного не только поверх всех государственных границ, но и поверх всех различий в политических учреждениях, - этот еврейский мир ныне большей частью служит, с одной стороны, Марксу, с другой - Ротшильду, Я убеждён, что, с одной стороны, Ротшильды ценят заслуги Маркса, а с другой - Маркс чувствует инстинктивное влечение и глубокое уважение к Ротшильдам.

    Конечно, это отзыв врага и человека до крайности пристрастного. Неожиданным образом, более объективную информацию о национальных чувствах Маркса можно почерпнуть из воспоминаний князя Хлодвига Гогенлое. Он рассказывает о беседе с известным французским журналистом Максимом Дю Кам:

    Между прочим мы заговорили о евреях и он сказал, что познакомился с Марксом и последний будто бы высказал ему мысль, что Интернационал и его партия не признают отдельных народностей, а только человечество. Дю Кам ответил, что хотя патриотизм вещь второстепенная, однако, возведённый в принцип, он не мало способствовал совершению важных дел. Маркс страстно возразил на это: "Как вы хотите, чтобы мы были патриотами, когда со времён Тита у нас нет отечества!". Дю Кам вынес впечатление, что это и есть причина возникновения Интернационала, обязанного своим возникновением евреям.

    Так или иначе, наследство своё Маркс и Лассаль оставили почти исключительно евреям. Мы встречаемся ещё с одной загадочной фигурой: Пауль (Пинхус) Зингер, еврейский миллионер (зингеровские швейные машины ещё долго после революции были в большинстве семей у нас в стране) - в то же время как меценат социал-демократии открывал партийные съезды и представлял партию в Рейхстаге - а кроме того был главой еврейской религиозной общины.

    Первое социалистическое немецкое рабочее объединение "Рабочее братство" организовал в 1848 г. Буттермильх (взяв имя Стефан Борн). Уже позже Лассаль организовал "Немецкий рабочий союз", председателем которого после его смерти стал Зингер. Первую социал-демократическую газету на немецком языке начал издавать еврей Карл Хохбер. Центральным органом социал-демократии стал "Форвертс", которым по очереди руководили Бернштейн, К.Либкнехт (его отец - известный революционер В.Либкнехт был немцем, а мать - дочерью биржевого спекулянта из Польши Парадиза) и Курт Эйснер. Во время I Мировой войны в немецкой социал-демократии произошёл раскол, после чего редактором стал австрийский еврей Штампфер, потом его заменил Куттнер. Так же обстояло дело и с другими органами немецкой социал-демократии. Так, Каутский редактировал "Ди Цукунфт" и "Ди Нейе Цейт". "Ди социалистише монатсхефте" финансировал мультимиллионер Аронс, а редактировал Блох.

    В области теории ситуация была аналогичной. Когда марксизм ревизовал Бернштейн, то возражал ему Каутский. О роли евреев в руководстве немецкой социал-демократией говорится в книге В.Зомбарта "Пролетарский социализм". Он приводит такие имена из числа руководящих: Зингер, Остадтхаген, Шёнбанк, Аронс, Парвус (Гельфанд), Р.Люксембург, Каутский, Гаазе, К.Либкнехт, Бронштейн, Браун, Франк, Вурм, К.Цеткин, Гильфердинг, Леви, Кон... Аналогичную картину рисует Робер Михэльс в книге "Социология партий", называя примерно те же имена. Он добавляет, что и во главе местных организаций стояли почти исключительно евреи.

    В цитированной выше книге Зомбарт пишет:

    Во главе социал-демократии в Австрии стояли и стоят, по-видимому, одни евреи.

    Михельс же приводит имена евреев, входивших в руководство австрийской социал-демократии: Виктор Адлер, Элленбоген, Аустерлиц, Фритц Адлер, Отто Бауер, Макс Адлер, Гертц, Тереза Шлезангнер и многие другие. Видный деятель международного социал-демократического движения Гендрик де Ман в своих воспоминаниях говорит по поводу положения социал-демократической партии Австро-Венгрии:

    При всём уважении, которое отдавали выдающимся способностям и качествам "отца партии" Виктора Адлера, ему ставили в упрёк склонность замещать близкие к нему посты предпочтительно евреями.

    Случай Виктора Адлера был не единственным в своём роде; в ещё более абсолютной форме то же имело место и в связи с его сыном Фридрихом, который между 1933 и 1940 г. в качестве секретаря П Интернационала под конец был окружен исключительно еврейскими функционерами. Ещё худшие последствия имела, по моему мнению, неудачная политика подбора кадров Леона Блюма для руководимой им французской социалистической партии и имеет и по сей день.

    Согласно Зомбарту, среди руководящих деятелей периода Парижской Коммуны, евреями были: Леон Франкель, Симон Майер, Дакоста, Исидора де Франсуа, Гастон Кремье.

    В Америке основателем социалистической партии в 1877 г. был Даниэль де Леон. В I905 г., когда Американская Федерация труда разделилась на правую и левую фракции, во главе первой встал Самуил Гомперс, второй - Фостер.

    В Англии в руководство Фабиановского социалистического общества входили также Леонард Вульф и Гарольд Ласки.

    Михельс пишет, что организационный конгресс французской "Парти Увриер" в 1879 г. был возможен исключительно благодаря денежной помощи Кремье. Издание "Юманите" в 1904 г. было осуществлено благодаря финансовому вкладу еврейских банкиров. Среди наиболее влиятельных евреев-вождей французской социалистической партии он выделяет Мильерана (но, кажется, он происходит от смешанного брака) и уже встречавшегося нам Леона Блюма.

    Согласно тому же автору, положение в других странах не было существенно отличным. В США среди руководителей социалистической партии евреями были Хилквист, Симонс, Уотерман; в Голландии - Анри Поляк, Вайнкуп, Мендельс; в Италии - Лузатти, Тревес, Модильяни, Ламброзо. Михельс говорит:

    Во многих странах, например, России, Румынии и особенно в Польше и Венгрии руководство партий было почти без исключения в руках евреев, что было видно с первого взгляда на международных конгрессах.

    Автор уверяет, что так же обстояло дело и среди анархистов. Важно отметить, что Михельс - социалист, даже лишившийся кафедры за свои социалистические выступления. В высказываниях по поводу евреев он очень осторожен, мягок. Например, он поздравляет немецкую социал-демократию с тем, что она сумела победить опасность антисемитизма, главным представителем которого в ней был Дюринг (когда и появился "Анти-Дюринг"). Тем не менее, он не может удержаться от наблюдения:

    Общая черта приспособляемости и духовной подвижности еврейства не может объяснить интенсивность количественного и качественного влияния евреев в рабочем движении.

    И вот оказалось, что в ХХ веке, веке революционных потрясений, руководство революционных партий состояло, в большинстве своем из евреев.

    Прежде всего возникает вопрос: может быть евреи, участвовавшие в социалистическом движении, были интернационалистами и атеистами, порвавшими со своими национальными корнями и их влияние на это движение никак не отражало их еврейского происхождения? По крайней мере во многих случаях можно установить, что дело обстояло не так: даже а этой работе мы встречали примеры ведущих деятелей социалистического движения, которые в то же время явно были национально-мыслящими евреями. Ярчайшим примером является Мозес Гесс. Нам меньше известно в этом отношении о Марксе и Лассале, но существуют прямые свидетельства о каких-то национальных элементах в их мировоззрении. Кремье сначала создал "Всемирный Израильский Союз", а потом помогал организовать французскую рабочую партию. Бернштейн был одним из вождей немецкой социал - демократии, а к концу жизни переселился в Палестину. Один из основателей российской партии социалистов - революционеров и редактор ее органа "Русский рабочий", Хаим Житловский был в тоже время автором брошюры "Еврей к евреям", в которой призывал еврея вернуться к своему народу. Каутский, в его полемике с Троцким в книге "От демократии к государственному рабству", в качестве одной из самых страшных опасностей, проистекающих из красного террора, пугал "погромами против евреев и большевиков" (евреев на первом месте!).

    Таких примеров можно привести много, но они только оправдывают постановку основного вопроса: каков же был характер еврейского влияния на развитие социалистического движения? - но никак не помогают ответить на него. Бросается в глаза, что евреи, мало связанные традицией и происхождением с окружающей жизнью, легче становились проповедниками ее разрушения. Она не внушала им любви, им её не было жаль, и они легче приходили к убеждению, что она не годна ни на что, кроме полного уничтожения. К этому примешивались часто и воспоминания о прежних обидах и унижениях, а иногда и прямая ненависть, апеллировавшая к ещё не преодоленному неравноправию. Таким образом, евреи радикализировали и революционизировали социалистическое движение.

    Многие наблюдатели отмечали и более глубокую связь между еврейскими религиозными представлениями и идеологией социализма. Вера в грандиозный исторический и космический переворот, который разрушит старый, несправедливый мир, вера в избавителя - Мессию, призванного вернуть "избранному народу" принадлежащее ему главенство в мире и установить новый, совершенный порядок, при котором найдут разрешение все мучащие человечество вопросы - всё это очень близко духу учения о грядущей мировой революции, победе пролетариата и новом строе, в котором найдут разрешение противоречия человеческого общества и даже противоречия человека и природы. И мы видим, что, например, последователи Сен-Симона действительно осуществили некий синтез еврейского мессианизма и социализма. В ряде интересных работ русский философ и богослов С.Булгаков прослеживает центральную роль идеологии еврейского мессианизма в марксизме. Он пишет, например:

    В этом смысле современный социализм представляет собой возрождение мессианских учений, и К.Маркс вместе с Лассалем суть новейшего покроя апокалиптики, провозвещающие мессианское царство.

    Булгаков находит аналогии между литературой так называемой "иудейской апокалиптики" и "научным социализмом". Они обе исходят из некоторой общей картины исторического процесса. Обычно апокалиптические произведения описывают уже произошедшие события, но приписывается это какому-нибудь древнему автору (Адаму, Еноху, Баруху...) и излагается как пророчество. Но частично в них содержится и предсказание будущего в обычном смысле. Эта литература опирается, по мнению Булгакова, на очень абстрактную концепцию, согласно которой история детерминирована и ее закономерности доступны человеческому пониманию. Хотя и выражается это при помощи необычного для нас языка: символов мифологических зверей, эпох, мистики чисел. Но этот путь дает возможность предвидеть будущее, которое рисуется в виде грандиозной катастрофы, гибели врагов Израиля, избиения великих мира сего и т.д. Но завершится воцарением в Иерусалиме Мессии и эрой всеобщего материального процветания. Булгаков сопоставляет картину борьбы исторических сил, символизируемых апокалиптическими зверями и детерминированной смены эпох с идеологией "законов истории" и исторического прогресса, а грядущую катастрофу - с социалистической революцией. Царство Мессии соответствует наступлению социалистического или коммунистического строя. И действительно, такие предсказания как:

    И будет земля в 10000 раз давать плод свой и на одной виноградной лозе будет 1000 ветвей, и на каждой ветви 1000 кистей, а каждая кисть будет приносить 1000 ягод, а каждая ягода даст кору вина

    дышит тем же духом, что предсказание Троцкого (в статье "Литература и революция"), что в будущем коммунистическом обществе "средний человеческий уровень поднимется до уровня Аристотеля, Гете и Маркса".

    Эти наблюдения находят подтверждение с неожиданной стороны. А.Ландауер, бывший в 1919 г. одним из руководителей восстания в Мюнхене, до того проповедовал именно эту концепцию: что социалистический переворот воплотит в жизнь идеи еврейской веры в Мессию.

    Но очевидны и возражения против слишком прямолинейного проведeния подобных взглядов. Ведь не только еврейские последователи Сен-Симона, но и он сам чувствовал и провозглашал связь своего учения с еврейским мессианизмом. А Сен-Симон не только не был евреем, но происходил из древнего аристократического рода. Как и в случае с "высокоразвитым капитализмом" евреи играли громадную роль в создании социалистического движения, но наряду ними были и очень влиятельные не-евреи, как Энгельс и Плеханов.

    ЛИТЕРАТУРА

    Talmon J.L. Political Messianism, The Romantic Phase. London, 1960.

    Hayek F.A. Thе Counter-Revolution of Science. Glenkoe, Illinois, 1952.

    Неss Моses. Philosophische und sozialistische Schriften. Berlin, 1961.

    Hess. M. Judische Schriften. Hrsg. T. Zlotisti. Berlin. 1905.

    Cornu August. Moses Hess et la gauche hegelienne. Paris. 1934.

    Лассаль Ф. "Дневники". Петроград, 1919.

    Sombart W. Der Proletarische Sozialismus. Jena, 1924.

    Michels Robert. Zur Soziologie des Parteiwesens. 1925.

    Man Hendrick de. Gegen den Strom. Stuttgart. 1953.

    Premantle Anne. This little bапd of prophets. New-York. 1960.

    "Россия и евреи". Берлин, 1923 (переиздан: Париж, 1978).

    Стеклов Ю. "Михаил Александрович Бакунин". М.-Л., 1927, т. III.

    Сен-Симон. Собрание сочинений. Спб., 1912.

    Булгаков С. "Апокалиптика и социализм". Сб. "Два града". М., 1911.

    Зиновьев Г. "История Российской Коммунистической Партии (большевиков)". Л-грд. 1924.

    "Еврейская Энциклопедия". Т.XIII, статья "Социализм".

    "Краткая Еврейская Энциклопедия", Т.2, статья "Житловский".

    Гл. 10. В России перед революцией

    К моменту революции 1917 г. в России проживало около 6 млн. евреев, то есть, в то время, самая большая еврейская группа в пределах одного государства и в то же время около половины еврейского народа. Это обстоятельство сыграло и играет до сих пор громадную роль в истории России.

    Главная масса евреев в России жила в XIX в. в так называемой "черте оседлости", то есть в областях, отошедших к России в результате "разделов Польши", где они жили уже несколько веков. К этим землям было добавлено еще 15 губерний России (по теперешним разделениям, Белоруссии, Украины, Молдавии, России), как говорит Шульгин: земли, "по своим размерам превосходившие любое европейское государство". Вне "черты оседлости" имели право жить лишь некоторые евреи (точнее, лица иудейского вероисповедания): с высшим образованием, купцы I гильдии и т.д. Иногда эти права расширялись (включая, например, и тех, кто у них работал), иногда восстанавливались в первоначальном объеме.

    Основная часть еврейского населения России была организована в религиозные общины (кагалы), находившиеся под жестким руководством богатой верхушки и раввинов. Их тип жизни, в основном, соответствовал укладу средневековых еврейских общин. Он был описан Брафманом (крещеным евреем) в "Книге Кагала". Долгое время эта книга считалась в либеральном лагере - "антисемитской клеветой". Но ее положения очень близки тем, которые описывает, например, Шахак, говоря о "тоталитарном укладе" еврейских средневековых общин (а большинство евреев России вплоть до XIX в. жили в средневековой традиции). Так что, скорее всего, сообщаемые в книге факты соответствуют действительности. Мы описали этот тип жизни, как он вырисовывается по книге Брафмана и высказываниям Шахака в гл.4.

    Политика русского правительства по отношению к евреям России была в XIX в. непоследовательна, в ней сменялись противоположные принципы. То правительство пыталось опереться на кагалы и их администрацию (в духе "поддержки народной традиции"), то старалось привить евреям стиль жизни остальной страны (в духе "насаждения просвещения").

    Как и в других странах, в XIX в. и начале XX в. влияние евреев на жизнь России осуществлялась, прежде всего, через их роль в экономике, в основном в финансах.

    Об экономическом положении евреев в "черте оседлости", мне кажется, объективное представление может дать книга А.П.Субботина "В черте еврейской оседлости". С одной стороны, она написана с либеральных позиций, ставит себе цель, как говорит автор, опровергнуть утверждения, что евреи эксплуатируют остальное население, живут богаче его. С другой стороны, она содержит множество конкретных фактов. Так, автор сообщает: в Минской губ. среди купцов I и II гильдии евреи составляли в 1876 г. - 90%, в 1880 г. - 98%, в 1884 г. - 83%, в 1886 г. - 88%( книга издана в 1988г.). Среди всех купцов - 87.8%. Среди хозяев питейных заведений - 95%. Из 1297 табачных лавок не принадлежат евреям - 4. В обороте купеческой торговли они занимают 91%.

    В Виленской губернии евреи в населении составляют 15%. Среди купцов - 81%. За 25 лет число еврейских купцов увеличилось на 13%, а нееврейских - уменьшилось на 46%.

    В Ковенской губернии доля евреев в населении - 20%, среди купцов I и II гильдии - 81.3%. Среди хозяев питейных заведений - 75%. Их доля в крупном обороте всей купеческой торговли - 95.5%.

    В Волынской губернии евреи составляют приблизительно 1/7 часть населения. Среди купцов их 91%, их доля в торговом обороте - 74%. Доля в табачной торговле - 94%.

    В Киеве евреи составляют 10% населения. Среди купцов I и II гильдии - 43%, их доля в общем торговом обороте - 45%. Из 259 оптовых винных складов принадлежат не евреям - 12. Из 5134 питейных заведений евреям принадлежит 5004, т.е. 97%.

    С другой стороны, в своих статьях о "еврейском вопросе" Достоевский пишет:

    Наши оппоненты указывают, что евреи бедны, повсеместно даже бедны, а в России особенно, что только самая верхушка евреев богата, банкиры и цари бирж, а из остальных чуть ли не девять десятых их - буквально нищие, мечутся из-за куска хлеба, предлагают куртаж, ищут где бы урвать копейку на хлеб. Да, это, кажется, правда, но что же это обозначает... зато верхушка евреев воцаряется над человечеством все сильнее и тверже и стремится дать человечеству свой облик и свою суть.

    Эту же мысль подтверждает Зомбарт примером Германии, где, как он говорит, евреи, пока не добились богатства, как правило живут беднее окружающего христианского населения, так как большую часть имеющихся у них капиталов пускают в оборот, оставляя себе меньше на удовлетворение более непосредственных потребностей.

    Но крупные еврейские банкиры и "цари бирж" (как их назвал Достоевский) не были ограничены "чертой оседлости" и оказывали значительное влияние на жизнь всей России.

    Как и повсюду, еврейское влияние в России было особенно сильно в банковском деле. Еще в XIX в. на юге были влиятельные банки Рафаловича и Ефрусса, в Варшаве - Френкеля. Витте пишет, что министр Вышнеградский был "как бы поверенным Блиоха в Петербурге". Многие сферы жизни охватывал банкирский дом "Е.И.Гинцбург". В 1869 г. он участвовал в создании Петербургского учетно-ссудного банка (директор - бухгалтер Гинцбурга А.И.Зак). В биографии (написанной Слиозбергом) говорится, что дом Гинцбурга "находился в тесных дружеских отношениях с банками Варбурга (Гамбург), Мендельсона и Блейхредера (Берлин)... Гинцбург был в родстве с банкирами Варбургом, Гиршем, Герцфельдом (Будапешт), Ашкенази (Одесса), Розенбергом (Киев), Бродским (Киев)". Гинцбург получил в 1879 г. разрешение на занятие золотопромышленным делом в Сибири и основал предприятия в Забайкалье и Яуцтии. Центром его деятельности было "Ленское товарищество", к которому был привлечен дом "Э.М.Мейер", а с 1880 г. Рафалович и Ефрусси. В 1896 г. основано а/о "Ленское золотопромышленное товарищество" с участием Гинца и Мейера. С 1906 г. в нем стал участвовать английский капитал через брокерскую фирму "Л.Гирш и Ко". В 1908 г. было основано общество "Лена Голдфилдс" с директорами: Гинцбург, Бояновский, Мейер, Шампаннер. Именно на Ленских предприятиях Гинцбурга, как протест против тяжелых условий работы, начались рабочие волнения, усмиренные в 1912 г. расстрелом ("Ленский расстрел").

    Гинцбурги образовали мощный клан, несколько поколений игравший руководящую роль в финансах (и всей экономике) России. Другим таким кланом были Поляковы. Основатель клана Самуил Поляков разбогател на железнодорожном строительстве, субсидировавшемся (на льготных условиях) казной (для строительства Харьковско-Азовской железной дороги Поляков получил кредит в 8 млн. р.). Его сыновья Яков и Лазарь были уже крупнейшими банкирами: учредителями Донского Земельного и Петербургско-Азовского банков. В руках семьи Поляковых находилось "Торгово-промышленное и ссудное общество в Персии". Его директорами были: Друри, Рафалович, Стефаница, Ландау, Рубинштейн. Лазарь Поляков был председателем Петербургско-Московского, учредителем и фактическим распорядителем Московского Международного торгового, Ярославско -Костромского, Южнорусского Промышленного и других банков. Яков Поляков вел операции на юге через Азовско-Донской, а в столице - через Петербургско-Азовский банк.

    В Одессе в 1910 г. был учрежден банк "А.М.Бродский", а в 1911 г. - Одесский купеческий банк с капиталом в 3 млн.р., учредителем которого был Л.А.Бродский, представлявший банк "А.М.Бродский".

    В воспоминаниях одного банковского работника, опубликованных в 1915 г. в журнале "Еврейская старина" (т. 8) говорится: "В выходцах из черты оседлости происходила полная метаморфоза: откупщик превращался в банкира, подрядчик - в предпринимателя высокого полета (...); образовалась фаланга биржевых маклеров, производивших колоссальные воздушные обороты. В Петербурге появилось новое, культурное ядро еврейского населения: возникла новая, упорядоченная община взамен прежней".

    Весомое влияние еврейского каптала сказывалось, прежде всего, в его влиянии на дореволюционную прессу. Так, официальным органом Конституционно-Демократической партии была ежедневная газета "Речь". Редактором ее был Милюков, соредактором - И.В.Гессен. Тыркова-Вильямс в воспоминаниях пишет, что Гессен, вместе с А.И.Каминкой достал для газеты деньги от Азовско-Донского банка, где директором был другой Каминка. Главным пайщиком в газете был Ю.Б.Бак, разбогатевший на железнодорожных поставках. Последний заключил соглашение с торговым домом "Л. и Э.Метцель и Ко", дававшее этому дому право объявлений в "Речи". Другое, "народное", издание той же партии, газета "Современное слово" публиковало те же материалы, было дешевле и имело больший тираж. Оно одновременно служило финансовой поддержкой "Речи", его финансировал банкир Г.Д.Лесин совместно (что очень характерно) с П.П.Рябушинским. Ее фактическим издателем был тот же Ю.Б.Бак, а официальным - И.М.Ганфман, а также В.А.Поляков, совладелец вышеназванного дома "Л. и Э.Метцель и Ко" и его жена Ф.Н.Полякова.

    Историк-марксист М.Н.Покровский рассказывает:

    Я знаю, что еще в 1907 году кадетская газета "Новь" в Москве субсидировалась некоторого рода синдикатом крупной еврейской буржуазии, которая больше всего заботилась о национальной стороне дела и, находя, что газета недостаточно защищает евреев, приходила к нашему большевистскому публицисту М.Г.Лунцу (псевдоним - М.Григорьевский) и предлагала ему стать редактором газеты. Он был крайне изумлен, говорит: как же - ведь ваша газета кадетская, а я большевик. Ему говорят: это все равно. Мы думаем, что ваше отношение к национальному вопросу более четкое. Таким образом, кадетская газета была фактически на жалованье еврейского буржуазного синдиката, который, как видите, к кадетской программе был довольно равнодушен.

    Существовала группа газет, рассчитанных на малообразованные городские слои. Типичный пример - газета "Копейка". Ее не раз обвиняли в "беспринципности" и "безыдейности", ходил анекдот, что ее политическая позиция выражается словами: "Торгуем, батюшка". Ее выпускало издательство "Копейка", основанное в 1897 г. М.Б.Городецким, А.Э.Коганом и Б.А.Катловкером. Оно же издавало ряд газет такого же типа: "Журнал-копейка", "Листок-копейка", "Петербургская газета - копейка" и другие. Это была самая многотиражная пресса России. За кулисами ее стояли М. М. Гаккебуш - Горелов и Б.А.Катловкер.

    Кроме того, был тип изданий, заявлявших о себе как независимые. Владельцем "Биржевых ведомостей" был С.М.Проппер, плохо владевший русским языком, приехавший без средств в Россию, но потом ставший гласным городской думы в Петербурге и коммерции советником. Газета "День" (имевшая слегка социалистический оттенок), основывалась при поддержке Г.Д.Лесина. Газету "Россия" финансировал М.О.Альберт. Она издавалась менее трех лет и была закрыта властями за нашумевший фельетон А.М.Амфитеатрова "Семья Обмановых" - под этим именем поносившего царствующий дом. На издании Альберт лично потерял 200 тыс. рублей.

    Особое место в русской прессе занимало "Новое Время", благодаря его "антилиберальной" направленности. В частности, там регулярно печатались "Письма ближним" М.О.Меньшикова, чрезвычайно враждебные к евреям (за что он и был расстрелян в 1918 г.). Ее издателем был А.С.Суворин начиная с 1876 г. Но после его смерти паи в товариществе, руководившем газетой, перешли в руки еврейских финансистов. Об этом подробно рассказывает секретарь Распутина - Симанович - мало достоверный источник - но сам факт подтверждается мемуарами многих деятелей того времени. В частности, этот вопрос обсуждается в книге Т.Аронсона "Россия накануне революции".

    В Государственной Думе был известен случай, когда во время обсуждения какого-то вопроса, касавшегося черты оседлости, Пуришкевич, указав на "ложу прессы", воскликнул - "да вот она, черта оседлости!" - и весь зал покатился со смеху. Мне об этом рассказывало несколько человек старшего поколения. В то время публиковались длинные списки еврейских корреспондентов русских газет, аккредитованных при Государственной Думе. О масштабах еврейского участия по этим спискам судить трудно, так как в них приводятся только имена еврейских журналистов. Но какое-то особенное впечатление производят такие сочетания как: газета "Русь" представлена Абилевичем Шльома Менделевичем и Стембо Авраамом Лазаревичем, "Русский голос" представлен Столкиндом Абрамом Янкелевичем - и так в большом числе случаев. Видимо, имея в виду подобные разговоры, Тыркова-Вильямс в воспоминаниях говорит, что среди журналистов, аккредитованных при I Гос. Думе, она знала нескольких русских - она запомнила Аркадакского ("Русские ведомости"), Скворцова ("Колокол") и Пиленко ("Новое Время").

    В заключение, был еще один фактор, от которого тогда, как и теперь, зависела финансовая поддержка прессы - размещение объявлений. Крупнейшей конторой объявлений в России был торговый дом "Л. и Э.Метцель и Ко", учрежденный в 1878 г. К 1914 г. он сконцентрировал в своих руках более половины всех публикационных контор в городах России и за границей. В начале XX в. делами "Л. и Э.Метцель и Ко" заправляли В.А.Поляков (директор-распорядитель фирмы) и член правления Азово-Донского банка Э.П.Эпштейн. Правые источники оценивали положение так: "получить от этой фирмы объявления может лишь орган "прогрессивного" направления, и притом строго держащийся подобной окраски... Обороты фирмы, где вершителями являются г.г. Поляков и Эпштейн, превышают уже 10 млн. рублей". Например, правая газета "Русское чтение" заключила соглашение с торговым домом "Л. и Э.Метцель и Ко", по которому должна была получать от этого дома 30 тыс. р. в год, однако менее чем через год соглашение было расторгнуто. Но с кадетскими газетами "Речь" и "Русские ведомости" этот же дом имел постоянные соглашения и обеспечивал большую часть их доходов. Так, фирма гарантировала газете "Речь" 330 р. за каждый номер, но лишь при условии, что газета не изменит своего направления и состав сотрудников останется тем же. В 1912 г. было заключено новое соглашение, по которому фирма гарантировала газете доход: в 1912 г. - 155 тыс. р., в 1913 г. - 170 тыс. р., в 1914 г. - 185 тыс. р. При этом "прогрессивная" пресса травила правую, укоряя ее за гораздо меньшие субсидии, получавшиеся иногда от правительства и прочно приклеила к ней ярлык "рептильной".

    Впрочем, правительственные субсидии были явно недостаточны, чтобы привлечь в "правую прессу" квалифицированных журналистов или хотя бы бойкие перья. Те номера "Земщины" или "Русского знамени", которые мне довелось видеть, производят впечатление очень низкого уровня. Главным врагом в них предстает "жид", причем все рассматривается на самом низком, примитивном уровне: "в Москве много еврейских аптек" и т.д. Я, по крайней мере, не увидел попыток осмысления уже очевидной трагической ситуации России.( За исключением того, когда в "Знамени" публиковался Розанов, статьи которого примитивными никак не назовешь).

    Достоевский, который никогда не лавировал и с предельной резкостью говорил то, что думал, писал:

    Вы вот жалуетесь на жидов в Черниговской губернии, а у нас здесь в литературе уже множество изданий, газет и журналов издается на жидовские деньги жидами (которых прибывает в литературу все больше и больше), и только редакторы, нанятые жидами, подписывают газету или журнал русским именем - вот и все в них русского. Я думаю, что это только еще начало, но что жиды захватят гораздо еще больший круг действия в литературе, а уж до жизни, до явлений текущей жизни я не касаюсь - жид распространяется с ужасающей быстротою.

    Письмо написано 28 февраля 1878 г. Если убрать слово "жид", ставшее теперь бранным, то получится эмоциональное описание той же тенденции, на которую указывают сухие факты. Конечно, чуткий, глубокий мыслитель ощущал складывающуюся тенденцию на десятилетия вперед. Но это и есть особенность великих умов - а сосчитать национальный состав директоров банков или издателей газет - и каждый из нас может.

    Уже в XX в. Розанов формулировал жестче:

    Вся литература (теперь) "захватана" евреями. Им мало кошелька: они пришли "по душу русскую"...

    2. Противостояние.

    В чем же выражалось влияние еврейского капитала на русскую прессу? Тут естественно сопоставить два факта: 1) Подавляющая часть прессы была "оппозиционной" ("Новое Время" и несколько правых газет принадлежали к небольшому числу исключений). Собственно, понятие "прогрессивности" и включало в себя "оппозиционность", то есть враждебность существовавшему тогда в России укладу, как в его принципах, так и в большинстве частных проявлений. 2) Непрерывно раздавались протесты евреев против их положения в России. Эти яростные протесты исходили далеко не только от евреев в России - они были слышны по всему миру. Чтобы привести один пример - финансовые отношения русского правительства с иностранными банками, почти всегда сопровождались призывами или требованиями, обращенными к русскому правительству - изменить существующее положение евреев в России. В ряде случаев еврейские банкиры отказывались от выгодных для них соглашений в знак протеста против положения евреев в России. Ряд сообщений русских агентов приведены, например, в журнале "Красный Архив". Когда в 1905 г. Витте вел в Америке переговоры о заключении мирного договора с Японией, его посетила, как он говорит в воспоминаниях, - "делегация еврейских тузов" во главе с Я.Шифом ("главой еврейского финансового мира в Америке") и потребовала изменения положения евреев в России. В случае отказа Шиф грозил революцией. Подобных протестов и требований было столь много, что их можно считать выражением точки зрения, разделявшейся подавляющей частью евреев мира - и особенно России. Шире того, эта точка зрения утвердилась в "общественном мнении" всего мира. И до сих пор средне-образованный человек в любой стране мира скажет, что евреи в дореволюционной России были "угнетены".

    Каковы же были основные факторы тогдашней жизни, вызывавшие эти яростные протесты? Прежде всего: юридически неравноправное положение евреев в России - протесты формулировались как требования "равноправия". Основных ограничений для лиц иудейского вероисповедания было два: запрет проживания вне "черты оседлости" (кроме указанных выше исключений) и "процентная норма". Последняя мера заключалась в том, что была предписана доля еврейских учащихся в казенных гимназиях и в университетах.

    Эта доля исходила из предположения, что пропорция евреев в казенных учебных заведениях не должна сильно превосходить их пропорции в населении России. При министре просвещения Делянове в 1887 г. она была определена для гимназий и высших учебных заведений в черте оседлости - 10%, вне ее - 5%, в столицах (Москве и Петербурге) - 3%. В 1888 г. Делянов в значительной мере лишил силы эти меры, разрешив принимать "наиболее достойных" без ограничений, причем к числу последних причислялись все, средний балл которых был не ниже 3 1/2. Прежние правила были восстановлены министром Боголеповым (который был убит террористом в 1899 г.).

    Кроме этих двух основных ограничений существовали другие: запрет покупать землю или селиться (заново) в сельских местностях, запрет быть государственными чиновниками, офицерами в армии, была "процентная норма" для евреев-адвокатов ("присяжных поверенных"). Во всех случаях под евреями подразумевались лица иудейского вероисповедания.

    По поводу этих ограничений Шульгин замечает, что они не были проявлением какого-то принципа, направленного исключительно против евреев. Социальная структура России вообще не была основана на принципе юридического равенства. Прежде всего, после освобождения крестьян для них - а это была подавляющая часть населения - действовали свои законы: волостные суды, законы, связанные с общиной, миром и т.д. Тем более это ярко проявлялось при крепостном праве. Об этом пишет и Достоевский:

    когда еврей "терпел в свободном выборе местожительства", тогда двадцать три миллиона "русской трудящейся массы" (в кавычках Достоевский приводит выражения своего корреспондента) терпели от крепостного права, что уж конечно было потяжелее "выбора местожительства". И что же, пожалели их тогда евреи? Не думаю: в Западной окраине России и на Юге вам на это ответят обстоятельно.

    Но очень жестоко были поражены в своих правах и старообрядцы: например, их браки считались недействительными, дети - незаконнорожденными. В Западной России такая же "процентная норма" существовала для поляков. Многие нации находились просто в ином положении (нельзя однозначно сказать - в лучшем или худшем), чем русские - например, их не брали в армию.

    Это лишь к концу XX в. многие влиятельные мыслители (например, фон Хайек) стали обращать внимание на то, что закон лишь формализует принципы, выработанные жизнью. За сто лет до того господствовало не допускающее сомнений убеждение, что существуют некие абстрактные законы, по отношению к которым все люди должны быть в равном положении и жизнь должна быть подчинена этому принципу. В таком направлении менял структуру русского общества и Столыпин. Он, в частности, предложил Николаю II отменить все ограничения, касающиеся евреев, но тот отказал.

    В отношении сложившегося положения евреев важную роль играет обстоятельство, замеченное Достоевским:

    Я уж то одно знаю, что наверно нет в целом мире другого народа, который бы столько жаловался на судьбу свою, поминутно, за каждым шагом и словом своим, на свое принижение, на свое страдание, на свое мученичество. Подумаешь, что не они царят в Европе, не они управляют там биржами, хотя бы только, а, стало быть, политикой, внутренними делами, нравственностью государств.

    И действительно, например, на Сионистских конгрессах можно было услышать заявления вроде того, что евреи - "самый бедный народ мире, не исключая эскимосов" (Где же эскимосский Ротшильд? - И.Ш. )

    Приведем и взгляд с еврейской стороны. Ставший впоследствии одним из лидеров сионизма и первым президентом государства Израиль, Хаим Вейцман, в своих воспоминаниях рассказывает о юности, проведенной в России (он был родом из местечка Мотеле близ Пинска). Он пишет, что "процентная норма" тогда состояла для евреев 10% от общего числа учащихся, что на вид было справедливо, т.к. в населении России евреи составляли (тогда) 4%. Но, говорит он, как всегда, в русских законах содержался обман. Дело в том, что евреи были сконцентрированы в черте оседлости и там - в городах и местечках, где часто составляли от 30 до 80%. Кроме того, они обладали непреодолимым стремлением к образованию. Но на вступительных экзаменах было сравнительно немного нееврейских кандидатов, а евреев допускали лишь 10% от этого небольшого числа. Его книга, где он не раз с ненавистью говорит о России, ярко передает негодование еврейского юноши. Но точку зрения русских властей ведь тоже можно понять. Пусть в его родном местечке Мотеле евреи составляли хоть и 80% населения. Но ведь речь шла о государственных учебных заведениях (на частные эти правила не распространялись). Почему же образование, создаваемое на средства всего населения России, не делить поровну? Почему бы еврейским богачам - вроде Бродского или Полякова - не открывать еврейские школы, вместо того, чтобы давать деньги революционным партиям и оппозиционной прессе? Оценка очень сильно зависит от того, с чьей точки зрения смотреть.

    Было еще одно явление в тогдашней русской жизни, отталкивавшее евреев в России, да во всем мире, от русской государственности, государственной власти, а часто и вообще от России. Это то, что называлось "погромы". Само слово возникло вне всякого отношения к евреям и, например, употреблялось в связи с "погромами помещичьих усадеб". Но постепенно было переориентировано и теперь ассоциируется только с действиями, направленными против евреев. Это так и осталось стандартным обвинением против дореволюционной России: "там были еврейские погромы". Хотя в начале века, например, на сионистских конгрессах много говорили и о "румынских погромах", и об "английских погромах" (особенно в Уэльсе), но под конец, обвинение осталось на России.

    Справедливо, конечно, было бы оценивать все массовые проявления насилия одной меркой - и направленные против помещиков, и против евреев, и армяно-азербайджанские столкновения... Но те, в которых жертвами были евреи, в прессе (а потом в сознании) были отражены особенно.

    О таких народных выступлениях пресса стала говорить с начала 1880х годов. Происходили они в деревнях, расположенных в пределах "черты оседлости". Отклик на них занимает большое место в публицистике Ивана Аксакова. Он пишет, что либеральная пресса единодушно характеризует эти беспорядки как "избиение евреев". Но, говорит он, "именно избиения и не было". Хотя крестьяне имели и топоры, и ломы, но число побитых евреев не перевешивало русских. В 1881 г. крестьяне "громили" еврейское имущество, часто с криками "это наша кровь". Грабежей почти не было. Иногда крестьяне даже рвали попадавшиеся деньги. Аксаков относит беспорядки исключительно за счет экономических причин: тяжелого положения, в котором оказались крестьяне, да и многие помещики Юго-Западного края. Согласно правилам кагальной организации право вести дела в том или ином месте кагал с железной строгостью распределяет между живущими там евреями. (Подробнее об этом сказано в гл.4.) Поэтому крестьянин или мелкий помещик не мог обратиться к другому перекупщику, ростовщику... и обязан был принимать условия того, которого указал кагал. Он приводит письмо одного помещика, подвергшегося херему (проклятию) и полному бойкоту, от которого он спасся лишь обратившись к высокому галицийскому раввину.

    Беспорядки усмирялись войсками. Как пишет Аксаков, во время беспорядков 1883 г. в Екатерининской губернии из еврейской толпы раздавались крики: "Ну что, взяли? Вы их нас выпустили пух, а мы из вас - дух!". "Еврейская Энциклопедия" тоже называет эти столкновения "избиениями". Она пишет, что из повременных изданий большинство полагало, что они происходили на экономической почве. (Впрочем, барон Гинцбург представил властям записку неупоминаемого автора, где утверждается, что погромы были организованы).Упоминается о двух человеческих жертвах среди евреев и говорится: "солдаты стреляли и убили несколько крестьян". О погромах такого типа позже писал Розанов:

    Погром - это конвульсия в ответ на муку. Паук сосет муху. Муха жужжит. Крылья конвульсивно трепещут, - и задевают паука, рвут бессильно и в одном месте паутину. Но уже ножки мухи захвачены в петельку.

    И паук это знает. Крики на погромы - риторическая фигура страдания того, кто господин положения.

    Видимо, такую же "бытовую" основу имел знаменитый Кишиневский погром 1903 г. Первый день имел характер обычных подобных беспорядков: было разгромлено несколько еврейских лавок и домов. Но полиция произвела много арестов и к вечеру беспорядки утихли. Однако на следующий день волнения расширились. Начались столкновения между группами евреев и христиан, вооруженных чем попало. Полиции не удалось ликвидировать беспорядки (хотя попытки были). Волнения приняли более агрессивный характер. Были разгромлены многие сотни еврейских домов. Были человеческие жертвы: чаще всего называется цифра в 45 убитых евреев и 4 христиан. Сейчас - это примерно число жертв беспорядков на крупном футбольном матче. Но, например, Вейцман пишет в воспоминаниях:

    Герцль договорился о встрече в Санкт-Петербурге с фон Плеве, человеком, руки которого были в крови тысяч еврейских жертв (...) и Герцль прибыл в Россию, чтобы встретиться с Кишиневским мясником.

    Были вызваны войска и к вечеру погром затих. Было произведено много арестов, состоялись суды; признанные виновными в убийствах и погромах были приговорены к каторге и другим наказаниям. Но в прессе (также и иностранной) дальше обсуждался в основном другой вопрос: обвинение русского правительства в организации погрома. А.Солженицын приводит обзор публикаций по поводу Кишиневского погрома (более чем на 15 страницах), где во многих случаях видна бездоказательность подобных обвинений. Но главный аргумент высказывает, мне кажется, Шульгин (с ним соглашается и Солженицын). После Февральской революции все царские архивы оказались в руках бывших врагов правительства, была создана комиссия для вскрытия злодеяний царского режима (и специальная комиссия по погромам со включением в нее видных еврейских представителей) - и никаких документов, указывающих на организацию погрома властями опубликовано не было.

    Но пресса делала свое дело по всему миру (ср. и предшествующее высказывание Вейцмана), - и возможно, Плеве поплатился жизнью за созданный ею фантом. Думаю, что тут никакие публикации фактов уже помочь не могут - созданный миф является более прочной частью массового сознания, чем противоречащие ему факты.

    И все же, эти насилия с 1880х годов до начала XX в. не шли ни в какое сравнение с жесточайшими столкновениями, которые сравнительно незадолго до того происходили при Гайдаматчине, Богдане Хмельницком и т.д. на тех же землях, когда они принадлежали Польше - когда казаками вырезались целые еврейские селения (и усмирялись поляками подобными же жестокостями: украинских повстанцев во множестве сажали на кол и поджаривали на кострах).

    Несколько иной характер имели погромы времен революции 1905-6 годов. Тут мы уже встречаемся со столкновениями с обеих сторон организованных групп, часто вооруженных огнестрельным оружием. Правдоподобный взгляд на эти столкновения предлагает Шульгин, бывший свидетелем некоторых из них. Он считает, что то, что называлось "еврейские погромы" было частью революционной борьбы того времени. Он приводит ряд свидетельств (особенно из Киева, где он жил), согласно которым провозглашение манифеста 27 октября 1905 г. вызвало подъем революционных действий: захваты правительственных зданий, уничтожение монархической символики, разрывание портретов царя. В городах внутри "черты оседлости" этими действиями руководили вожаки, среди которых было много евреев. Меньшиков приводит цитату из тогдашней прессы:

    Среди гогочущей толпы евреев в Одессе шла собака, увенчанная императорской короной на голове, и к хвосту ее был прикреплен русский национальный флаг.

    В ответ и произошли, согласно этой точке зрения , "погромы", которые были направлены против евреев в "черте оседлости". Таково было происхождение Киевского, Одесского, Нежинского погромов. Но, например, в Томске, где было очень мало евреев, толпа напала на революционный митинг - и это не носило никакого антиеврейского характера. Как пишет Шульгин:

    Погромы направлены были не на одних евреев: они обрушились на всех, кого русская стихия в судорожном припадке самосохранения признала возбудителями революционной волны.

    С его точки зрения, именно эти стихийные выступления и остановили тогда "революцию 1905 г.". Подробное описание этих событий, в основном состоящее из цитат, дает Солженицын - в его книге этому посвящена целая глава. Его изложение, по-моему, убедительно свидетельствует о событиях того времени как о вооруженном столкновении двух течений, причем в руководстве революционного течения видное место занимали евреи. Пожалуй, приоритет на такую точку зрения принадлежит Николаю II, который в письме, цитируемом Шульгиным, пишет:

    народ возмутился наглостью и дерзостью революционеров и социалистов, а так как 9/10 из них жиды, то вся злость обрушилась на тех - отсюда еврейские погромы.

    Интересно, что и Вейцман вспоминает о том времени:

    Так во всей черте оседлости развернулась извращенная гражданская война между евреями и русскими властями...

    Правда, со своей интерпретацией:

    первые старались сохранить порядок, а вторые поощряли беспорядки.

    Вполне правдоподобно, что когда сталкивались две толпы, из которых в одной рвали портреты царя и государственный флаг, то полиция и войска сочувственно относились не к этой части и когда одолевать начинала другая, вряд ли торопились прийти на помощь первой. В донесениях сенаторов, расследовавших эти беспорядки объективно говорится про "бездействие полиции и военных, близкое к попустительству". Но, в конце концов, войска восстанавливали порядок - и не на много медленнее, чем это сделала бы администрация другой страны.

    Дореволюционная Россия не усвоила еще стопроцентно западные принципы: убили твоего отца, изнасиловали дочь, разорили жульнически тебя - на это есть суд, обращайся туда, нанимай адвокати( и совершенно не ясно, что наилучшим путем для нее было - вытравить в себе все корни "традиционного общества" ). Народные движения такого масштаба как Пугачевщина были в ней уже невозможны, но их слабыми подобиями были народные волнения 1905 - 1906 г.г. Масштабы их, видимо, были чудовищно преувеличены русской и западной прессой. Даже "Еврейская Энциклопедия" оценивает все жертвы этого периода в 810 человек. Но Шульгин приводит сообщение газеты "Bliner Tageblatt" по поводу революционных столкновений в Киеве в октябре 1905г.:

    Ужасы, сообщаемые газетами, ничто в сравнении с действительностью. Тысячи и перетысячи ( abertausende) евреев умерщвлены в южной России...

    Был и еще один фактор, постоянно настраивавший русское (да и иностранное) еврейство враждебно к русской власти. Кульминацией было известное дело Бейлиса. Речь идет о время от времени возникавших обвинениях в "еврейских ритуальных убийствах". Вообще человеческое жертвоприношение на религиозной почве (а иначе оно и не встречалось) известно в Истории из древности. Согласно древнегреческому эпосу, в начале похода на Трою греческий вождь Агамемнон принес в жертву богине Артемиде свою дочь Ифигению. Плутарх описывает, как уже в "исторические времена", во время Греко-Персидских войн, толпа греков, возбужденная жрецами, принесла нескольких захваченных в плен персов в жертву богу "Дионису-мясоеду". Грандиозные (по количеству жертв) жертвоприношения регулярно совершали ацтеки до завоевания их испанцами. Человеческие жертвоприношения европейцы застали в Африке еще в XIX в. В убийстве младенцев обвиняли первых христиан, а христиане - некоторые отколовшиеся от них секты. В России не раз высказывались обвинения в таких преступлениях в секте хлыстов. Обвинение заключалось в том, что в некоторых случаях "радения" переходили в свальный грех ("христову любовь"), первая забеременевшая женщина называлась "Богородицей"; если у нее рождался мальчик, то он назывался "христосиком", умерщвлялся и поедался на ритуальном собрании. Однако, насколько я знаю, властям ни разу не удалось доказать, что такое преступление было реально совершено. Обвинения в ритуальных убийствах, относящиеся к евреям, восходят к первым векам христианства. Обычно эти обвинения связывались с Пасхой. Неоднократно они выдвигались в разных странах Западной Европы в Средние века и, хотя все реже, вплоть до XIX в. Полный и спокойно написанный обзор рассматривавшихся в России дел составлен В.И.Далем, известным составителем "Толкового словаря великорусского наречия" и "Пословиц русского народа". Даль описывает 20 таких случаев обвинения, выдвинутых в России в XIX в. И, в заключение, очень подробно излагает "Велижское дело", расследовавшееся 12 лет - с 1823 по 1835 год - об убийстве мальчика 3х с половиной лет, Федора Емельянова. Труп его был найден в лесу и ранения имели столь специфический характер, что исключали версию "бытового убийства". Местный суд постановил (1824 г.), что ребенок "вероятно погублен жидами", но "по недостатку улик евреев освободить от подозрения", оставив двоих "в подозрении". Но в 1825 г. по ходатайству на имя Александра I дело было вновь возбуждено и составлена новая следственная комиссия. В 1829 г. комиссия признала виновными задержанных евреев. К ее мнению присоединился генерал-губернатор. Дело было направлено в Сенат, где голоса разделились, и дело передали в Государственный Совет. Его решение состояло в том, что обвиненных "как положительно не уличенных, от суда и следствия освободить". Сам Даль явно считает, что ритуальные убийства совершались, но решительно относит это не ко всей массе евреев, а к некоторой секте (которую он почему-то называет "хасидами", хотя хасиды являлись "сектой" лишь с точки зрения ортодоксального раввинизма, и не объясняется, почему обвинения связываются именно с ними). Позже были и другие дела о ритуальных убийствах.

    В той же цепи стоит и "дело Бейлиса". Собственно, его надо было бы называть "делом Ющинского", так как основой разбирательства было убийство в Киеве 12-летнего мальчика Андрюши Ющинского. Его тело было найдено в 1911 г. с 47 ранениями (13 - только на правом виске), которые были нанесены очень специфично, явно с целью истечения наибольшего количества крови, пока жертва еще оставалась жива. Следствие стало разрабатывать версии еврейского ритуального убийства, был арестован Бейлис. Велось следствие 2 года и сопровождалось рядом темных обстоятельств. Наиболее распространенная версия, противопоставленная в печати версии следствия, заключалась в том, что речь шла об имитации ритального убийства, совершенной Верой Чеберяк. Таинственно умирают оба ее ребенка - ее обвиняют и в их смерти. Она заявляет, что адвокат Бейлиса Марголин предлагал ей 40 тысяч, лишь бы она призналась в убийстве, Марголин - отрицает. Один из следователей (Красовский) через некоторое время появляется в адвокатуре защитников...

    Шум по поводу "дела" стоял по всему миру. Либеральная (то есть почти вся) печать утверждала, что на следствие оказывалось давление "сверху". XI Сионистский конгресс заявил: "Во имя солидарности всего гуманного человечества мы требуем, чтобы весь культурный мир совместно с нами вступил в борьбу с мрачным варварством и помог нам защитить поруганное человеческое достоинство и оскорбленную честь нашего народа". Из числа "правых" против самого факта возбуждения процесса выступал Шульгин. Он писал: "Вы сами совершаете человеческое жертвоприношение! Вы отнеслись к Бейлису как к кролику, которого кладут на вивисекционный стол. Берегитесь! Есть храмы, которые нельзя безнаказанно разрушать". Шульгин считал, что обвинение в ритуальных убийствах есть способ мести евреям. Не знаю, как можно подробнее эту точку зрения аргументировать - кто же мстил? - ведь во все века власти как правило не поддерживали такие обвинения. (Его же аргумент: "организация" процесса вскрылась бы по архивам после Февральской революции.) С другой стороны, министр иностранных дел Сазонов уверял иностранных послов, что Бейлис будет оправдан - это ведь тоже действие властей. Из известных имен версию еврейского ритуального убийства поддерживали Розанов и Флоренский (последний печатался, не ставя своего имени). Суд происходил в 1913 г. и длился 1 месяц. Постановление присяжных было, что имело место убийство. В вопросе о виновности Бейлиса есть разные утверждения. Меньшиков говорит, что голоса присяжных разделились: 6 на 6 . "Краткая Еврейская Энциклопедия" пишет, что Бейлис был оправдан единогласно. В любом случае, согласно тогдашним законам он был оправдан.

    Чтобы охватить все материалы дела, нужно, как пишет Шульгин, было бы потратить всю жизнь. Но мне кажется, что вопрос о том, имело ли место ритуальное убийство и был ли виновен Бейлис - не имеет значения ни для истории русско-еврейских отношений ни для истории вообще. Точно так же как вопрос, совершались ли ритуальные убийства среди хлыстов, не есть вопрос русской истории. Например, Мережковский (в романе "Петр и Алексей") описал именно такой случай - и никаких протестов ни в России, ни за границей это не вызвало. Правда, действие романа относится к Петровским временам. Но, по реакции на "дело Бейлиса", можно представить себе, какой вопль раздался бы, если бы кто-то рискнул описать в романе ритуальное убийство, совершенное в еврейской среде, хотя бы и в Средние века. А существенным историческим фактом был тот русский и мировой резонанс, который вызвало "дело". Ведь слушалось незадолго до того "мутанское дело" по обвинению некрещеных черемисов (марийцев) в человеческих жертвоприношениях - и не вызвало сопоставимого отклика, никакие послы о его исходе не запрашивали. Да и цитированная выше книга Даля имела прямо авантюрную историю - рукопись похищали из типографии "неизвестные", рассыпали набор. А его же книга "Исследование о скопческой ереси" находилась в стандартном каталоге и желающий мог приобрести ее за 200 рублей серебром. Розанов был исключен из элитного "религиозно-философского общества", когда написал, что ритуальные убийства не противоречат духу Ветхого Завета и Талмуда. Но он был там желанным гостем, когда публиковал не менее отталкивающие суждения о Христианстве. Ему даже не были зачтены его предшествующие восхищенные статьи об иудаизме: как позже говорили следователи НКВД по поводу ссылок на революционные заслуги своих жертв - "а мы судим тебя не за это". И по поводу "дела Бейлиса" раздавались совершенно фантастические заявления. Например, один беллетрист (С.К. Эфрон) писал, что "клянется Всемогущим Богом", что ритуальных убийств среди евреев нет. Другие уже опирались на то, что "все без исключения раввины" отрицают возможность ритуальных убийств, а потому следствие направлено - де против "всего еврейства". (И более того, оскорбительно для тех иностранных государств, где евреи занимают высокие посты - как бы донос им на Россию). Ну кто из русских рискнул бы заявить (или поклясться Всемогущим Богом), что среди хлыстов не бывает ритуальных убийств? Это предполагало бы существование организации, знающей "все о каждом". Конечно, такой не существует. Во всех протестах звучало возмущение, что "такие обвинения" выдвигаются "в прогрессивном XX веке". Но всего через год самые прогрессивные страны набросились друг на друга и истребляли друг друга 4 года, травя ядовитыми газами. А еще лет через 30 одна из самых прогрессивных стран выдумала душегубки и газовые камеры, а другая , не менее прогрессивная - атомную бомбу и сбросила ее на мирный город. Это уж были убийства не одного ребенка, а "жертвы" миллионами. Так что прогресс тут явно не при чем.

    Да и сейчас в России ритуальные убийства происходят постоянно - то трех монахов Оптиной Пустыни, то священника в Сибири... Причем убийцы сами признаются, что действовали из побуждений, связанных с мистическими переживаниями. Значительность "дела Бейлиса" происходила из того, что обсуждение версии ритуального убийства было табуировано - и либеральная среда этот запрет приняла и поддержала со всей страстью. То есть, дело (как весомый политический фактор) и было - то создано оппозиционной прессой.

    Главное для России заключалось в том, что за этими всемирными криками был забыт убитый ребенок, отброшен, как нечто никому не интересное. Результат процесса свелся к тому, что Бейлис был оправдан. Ему собрали по всему миру по подписке капитал и он уехал в Америку. Но ведь труп убитого ребенка остался. Если его убил не Бейлис, то остается вопрос - кто? Если Чеберяк - надо было судить ее. Но это уже никому не было интересно. Русское "общественное мнение" согласилось с тем, что судьба Ющинского - пренебрежимая величина сравнительно с судьбою Бейлиса. Что здесь идет речь о личностях иного качества, иного вида. И это на примере ситуации, особенно доходчивой для любого человека - убийства ребенка. Как писал Розанов: "они продадут не только знамена свои, не только историю, но... и определенную конкретную кровь мальчика". Для обвинения евреев в ритуальном убийстве было создано совершенно особое название: "кровавый навет". Такого термина не было для обвинения хлыстов или черемисов. Точно так же, как во II мировую войну потери поляков, белорусов или сербов - так и назывались потерями, а потери евреев - это был "Холокост", т.е. нечто принципиально другое.

    Это и были три основные обвинения, настраивавшие русское и мировое еврейство оппозиционно по отношению к тогдашнему жизненному укладу России: "евреи не пользуются в России равноправием", "русское правительство организует еврейские погромы", "кровавый навет".

    Шульгин вспоминает:

    Кто помнит политическую еврейскую среду тех времен, тот помнит и ее тогдашнюю злобу. Все это клокотало ненавистью. К кому? К правительству и ко всему тому, что за этим правительством стояло или этим правительством охранялось.

    То же настроение подтверждает совсем другой источник - один из лидеров сионизма Х. Вейцман. Он вспоминает, что во время I Мировой войны, будучи в Англии, с ненавистью высказался о России. Его собеседник удивился - как может человек, сочувствующий Англии так относиться к России, когда она делает так много для победы. На это Вейцман, как он вспоминает, ответил, что "каждая русская победа - кошмар для евреев".

    Но совершенно очевидно, что та "ненависть к правительству и всему, что оно охраняло",о которой вспоминает Шульгин, - не евреями была выдумана. Еще когда ни о каком еврейском влиянии невозможно было говорить, Печорин написал:

    Как сладостно отчизну ненавидеть!
    И жадно ждать ее уничтоженья.

    Это настроение смог почувствовать еще Пушкин:

    Ты просвещением свой разум осветил,
    Ты правды чистый свет увидел
    И нежно чуждые народы полюбил
    И мудро свой возненавидел.

    И Достоевский в "Дневнике Писателя" не раз обращал внимание на барски-презрительное отношение к народу, переходившее в ненависть к России и всему русскому (включая правительство).

    Розанов написал в 1914 г. статью "Поминки по славянофилам", где так характеризует отношение к ним либерального течения:

    "Спора" никакого не было и не вышло... Было - гонение, было преследование; было на семьдесят лет установившееся заушение, плевки, брызги жидкой грязи, лившиеся с колес торжественного экипажа, где сидели Краевские, Некрасовы, Благосветловы, Шелгуновы, Скабические, Чернышевские, Писаревы, - на людей жавшихся куда-то в уголок, не слышимых, не разбираемых, не критикуемых...

    Так вот в чем дело и вот где корень расхождения (...), которое определило собою на семьдесят лет ход русской истории (...). Шло дело о нашем отечестве, которое целым рядом знаменитых писателей указывалось понимать как злейшего врага некоторого просвещения и культуры, и шло дело о христианстве и церкви, которые указывалось понимать как заслон мрака, темноты и невежества; заслон и - в существе своем - ошибку истории, суеверие, пережиток, "то, чего нет".

    Заметим, что в списке "знаменитых писателей" ("сидящих в экипаже") - нет ни одного еврейского имени, и это у Розанова, к тому времени так нелиберально-чувствительного к еврейскому влиянию (хотя, что касается Христианства и Церкви, то сам он в этом "экипаже" мог бы поместиться - где-то "на облучке"). Но когда он пишет о "корне расхождений", об его начале, то следует исторической истине.

    3. Русская интеллигенция и евреи.

    В то же время евреи все шире входили в русское образованное общество и влияли на развитие русской культуры. Всякий знает художника Левитана, скульптора Антокольского, музыкантов братьев Рубинштейн (основавших Петербургскую и Московскую консерватории), собирателя русского фольклора Шейна - и очень многих еще.

    Появился вызвавший столько споров сборник "Вехи" - его составителем был Гершензон, и из 7 авторов трое были евреи - Гершензон, Изгоев (Ланде) и Франк.

    Формулировались разные взгляды на роль евреев в культурной жизни России.

    О роли еврейства и иудаизма много размышлял и писал Розанов. Его отношение ко всему историческому еврейству имеет, как стало позже модно говорить, "характер любви-ненависти". С одной стороны, он считал иудаизм - идеальной, "истинной" религией, религией плодородия, рода, семьи, полноты жизни. Кагал - идеальной формой общины. Христианство, в продолжении всей его литературной деятельности, представлялось Розанову как некоторая разрушительная антитеза: религия, возводящая в идеал безбрачие, девство, - и, в заключение, ориентированная на смерть. Он называет себя антихристианином, Антихристом. В заметках последнего года жизни у него есть даже раздел, озаглавленный: "Перехожу в еврейство".

    С другой же стороны, все время (кроме, может быть, да и то отчасти, последнего, предсмертного года) он указывал на опасный социальный характер еврейского влияния, особенно для России. Так, он писал:

    Почему вы пристали к душе моей и пристали к душе каждого писателя, что он должен

    НЕНАВИДЕТЬ ГОСУДАРЯ.

    Пристали с тоской, как шакалы, воющие у двери. Не хочу я вас, не хочу я вас. Ни жидка Оль д,Ора, ни поэта Богораза. Я русский. Оставьте меня. Оставьте нас русских и не подкрадывайтесь к нам с шепотом:

    Вы же ОБРАЗОВАННЫЙ ЧЕЛОВЕК и писатель и должны ненавидеть это подлое правительство.

    Тут было и стремление к независимости, чтобы не поддаться общему течению:

    Жидки могут удовольствоваться, что за ними побежал Вл. Соловьев, но Розанов за ними не побежит (пробовали "обмазать").

    Но были и постоянно высказываемые мысли:

    Он удобрил вас, он оплодотворил вас. Он подошел и сказал вам, что то, о чем вы думаете и чем озабочены - легко исполнить... И вы даже не замечаете, что уже не "сам" и "я", а - "его". Почва, которая засеяна евреем и которую пашет еврей.

    И - гибнете. "Через 100 лет" нет русского+еврей, а только один еврей+погибший около него русский человек.

    "Поля наши - не из земли, а из людей". Вот отчего мы и не пашем, провиденциально не пашем. Ибо для нас уготована благороднейшая почва - человек, народы.

    И вот этой-то тайны их я и боюсь, и кричу, и говорю моим милым русским: "Не надо! Не общитесь с иудеями. Иначе вы все погибнете".

    Подождите. Через 150-200 лет над русскими нивами будет свистеть бич еврейского надсмотрщика.

    И под бичом - согнутые спины русских рабов.

    В настоящее время для России нет двух опасностей.
    Есть одна опасность.
    Евреи.

    И если революция начнет вообще одолевать (...), то евреи сбросят маску "сочувствия русскому народу" (...) и быстро передушат, как Гапона и Хрусталева (и так же революционно-корректно) всю русскую часть революции, всех собственно русских вождей революции, и в "ворота взятой крепости" войдут, конечно, одни! - войдут с криками: "Радуйся, русский народ - мы даровали тебе свободу!" - "Благодари нас и поклонись нам!" "Завтра начнется счастье..." Но сегодня еще надо доделать маленькое дело: додушить эту полицию на местах, этих мелких исправничешек и земских начальников из дворян и на место их поставить брюнетов из студентов, с фамилиями (к тому времени) русскими, и даже крещеных...

    (В последнем отрывке есть нечто загадочное. Судя по комментариям издателя, этот текст написан в 1913 г., а Носарь-Хрусталев убит большевиками в 1919 г. Может быть, слово "придушить" понимается в смысле конца политической карьеры? Гапон тогда уже был "казнен" Рутенбергом.)

    В 1897 г. Чехов занес в записную книжку такие размышления (а напечатано впервые в 1980 г.!):

    Такие писатели, как Н.С.Лесков и С.В.Максимов не могут иметь у нашей критики успеха, так как наши критики почти все - евреи, не знающие, чуждые русской коренной жизни, ее духа, ее формы, ее юмора, совершенно непонятного для них, и видящие в русском человеке ни больше ни меньше, как скучного инородца. У петербургской публики, в большинстве руководимой этими критиками, никогда не имел успеха Островский; и Гоголь уже не смешит ее.

    А.Белый писал:

    Нам грозит опасность "штемпелеванной культуры", т.е. интернациональной фабрики по поставке гениев; нам грозит фабричное производство мыслей...

    Вырастает ужасная цензура во всех недрах этих предприятий: переводится, рекламируется и распространяется только то, что угодно королям литературной биржи...

    Кто, кто эти оскопители? Странно и страшно сказать, но приходится.

    Это - пришлые люди: обыкновенно оторванные от той нации, в недрах которой они живут (...) главарями национальной культуры становятся чуждые этой культуре люди; конечно, не понимают они глубин народного духа, в его звуковом, красочном и словесном выражении (...)

    ...вы посмотрите списки сотрудников газет и журналов России: кто музыкальные, литературные критики этих журналов? Вы увидите почти сплошь имена евреев...

    Общая масса еврейских критиков совершенно чужда русскому искусству, пишет на жаргоне "эсперанто" и терроризирует всякую попытку углубить и обогатить русский язык...

    И эта зависимость писателя от еврейской или юдаизированной критики стpого замалчивается: еврей-издатель с одной стороны грозит голодом писателю; с другой стороны - еврейский критик грозит опозорить того, кто поднимет голос в защиту права русской литературы быть русской, и только русской.

    В архивах сохранилось письмо Куприна (знаменательным образом так и не опубликованное у нас до 1990хг. г.). Оно написано по поводу шумного инцидента, вызванного непочтительным отзывом писателя Чирикова о творчестве Шолом-Аша. Вся пресса любых оттенков обрушилась на Чирикова. Куприн пишет:

    Все мы, лучшие люди России (себя я к ним причисляю в самом-самом хвосте), давно уже бежим под хлыстом еврейского галдёжа, еврейской истеричности, еврейской повышенной чувствительности, еврейской страсти господствовать, еврейской многовековой спайки, которая делает этот избранный народ столь же страшным и сильным, как стая оводов, способных убить в болоте лошадь. Ужасно то, что мы все сознаём это, но во сто раз ужаснее то, что мы об этом только шепчемся в самой интимной компании на ушко, а вслух сказать никогда не решимся. Можно печатно и иносказательно обругать царя и даже Бога, а попробуй-ка еврея! Ого-го! Какой вопль и визг поднимется среди всех этих фармацевтов, зубных врачей, адвокатов, докторов и особенно громко среди русских писателей, - ибо, как сказал один очень недурной беллетрист, Куприн, каждый еврей родится на свет божий с предначертанной миссией быть русским писателем.

    Автор продолжает:

    И оттого-то вечный странник еврей таким глубоким, но почти бессознательным, инстинктивным, привитым 5.000-летней наследственностью, стихийным, кровным презрением презирает всё наше земное. (...) Оттого-то он опустошает так зверски леса, оттого он равнодушен к природе, истории, чужому языку.

    Но кончает Куприн просьбой письмо держать в секрете и сообщает, что выступить в защиту Чирикова отказался.

    Зато какие-то невидимые силы притяжения связывали тогдашнюю прогрессивную интеллигенцию с еврейством. Горький, например, основал "Русское общество для изучения еврейской жизни", имевшее целью бороться с ещё сохранившимися предрассудками по поводу евреев. Издавался сборник "Щит" в защиту евреев, редакторами которого были Андреев, Сологуб и Горький.

    В этом сборнике писали, например:

    Мережковский:

    Чего же от нас хотят евреи? Возмущения нравственного, признания того, что антисемитизм гнусен? Но это признание давно уже сделано; это возмущение так сильно и просто, что о нем нельзя говорить спокойно и разумно; можно только кричать вместе с евреями. Мы и кричим.

    О.Сергий Булгаков (о движении сионизма):

    Есть священные символы и мировые идеи, которые заставляют дрожать самые сокровенные струны сердца: такое значение имеет, например, христианский Царьград и крест на св. Софии или освобождение из рук неверных Гроба Господня. Подобное же значение должно иметь для иудейского и христианского сердца (я трижды подчеркиваю это "и") вопрос о Палестине и устроении Израиля на земле, ему Богом данной и обетованной.

    Вяч.И.Иванов:

    Мне думается, что евреи - провиденциальные испытатели наши, и как бы всемирно-исторические экзаменаторы христианских народов по любви к Христу и по верности нашей Ему.

    Особенно поразительно это течение, если сопоставить его с отношением к крестьянству, некогда традиционному объекту сочувствия русских либералов и демократов. Еще 1880е годы И.Аксаков писал, что либеральная пресса постоянно клеймит "кулака", но никогда ни слова не скажет о еврее - ростовщике или шинкаре.

    Ярче всего это удивительное тяготение прогрессивного направления в России к евреям - как нации, горячая и постоянная любовь, проявились у Горького. Начиная с первых его рассказов: "Легенда о еврее" (1896), "Каин и Артем" (1898). Публицистике - "Погром", "О евреях". В 1899 г. он выступал против позиции "Нового Времени": его открытое письмо Суворину, он подхватывает термин Писарева: "Ванькина литература". Но зато, когда в 1905 г. ему было предъявлено обвинение в распространении литературы, подстрекающей к свержению существующего строя - защищал его юрист О.О.Грузенберг (впоследствии - адвокат Бейлиса). В 1906 г. он едет в Америку, американские евреи устраивают ему восторженную встречу, какой, по словам газет, удостаивали только Гарибальди. В газете американских евреев "Форверст" он пишет в статье "О Бунде":

    Евреи - это люди с высоко поднятым горящим факелом, которым они освещают человеческий путь.

    Он был инициатором издания газеты "Новая Жизнь". Деньги на нее дали А.Ф.Марск, Б.А.Гордон, Э.К.Груббе (каждый по 150 тыс. р.). Редактором был Н.Н.Суханов (Гиммер), ведущими сотрудниками - Лозовский (Дридзо), Стеклов (Нахамкес) и др. (такие сведения приводит Суханов). Директор газеты - Соломон Зальцман.

    Вместе с Андреевым и Сологубом Горький опубликовал "Анкету об антисемитизме", где сам же и ответил:

    Еврейский вопрос в России это первый по его общественной важности наш русский вопрос о благоустройстве России.

    (В чем-то совпадая с оценкой Розанова.)

    В "Новой Жизни" (уже июль 1917 г.) Горький писал:

    Есть еще тысячи доказательств в пользу того, что уравнение еврей = большевик - глупое уравнение, вызываемое зоологическим инстинктом раздраженных россиян.

    Я, разумеется, не стану приводить эти доказательства - честным людям они не нужны, для бесчестных - не убедительны.

    Тут вскрываются глубокие эмоциональные основы всей позиции Горького в этом вопросе. Некоторые фундаментальные истины ясны для него без доказательств, т.е. без обсуждения ("ему, как и другим честным людям" - категория странная в устах Горького: были ли его любимые герои, Челкаш или Мальва, честными людьми? Может быть, лишь в некотором очень расширенном, "высшем" смысле.) Множество подобных высказываний Горького чисто хронологически не вмещаются в рамки этого параграфа, мы столкнемся с ними позже. Бывают примеры такой страстной влюбленности в свой народ - но чтобы в другой - было ли в Истории?

    Нечто (хотя, вероятно, далеко не все) по поводу этого загадочного "сродства душ" отметил Розанов:

    Не русская душа говорит. В сущности, говорит вовсе не Максим Горький. Последний - подменился, заменился. Гениальная нация в создании подделок - одна. Это говорит "местечко" Париж, где проживают "русские Моисеева закона".

    ЛИТЕРАТУРА

    Достоевский Ф.М. Дневник Писателя. Собр. соч. в 30 томах. Т.25. М. 1983.

    Боханов А. Буржуазная пресса и крупный капитал. Конец XIX в.---1914 г. М. 1984.

    Ананьич Б. Банкирские дома в Росии.1816 - 1914 г.г. Ленинград. 1991.

    Ананьич Б. Россия и иностранный капитал. (1897-1914 ). М. Наука. 1970.

    "Красный Архив". Т. IV, 1923; т. VI, 1924; т X, 1925.

    Субботин А. В черте еврейской оседлости. Спб.1888.

    Тыркова-Вильямс А. На путях к свободе. Нью - Йорк 1952.

    Аксаков И.С. Сочинения т. III. Спб. 1900.

    Покровский М.Н. Очерки по истории революционного движения в России XIX и XX в. М. 1924.

    Аронсон Г. Россия накануне революции. Мадрид 1986.

    Шульгин В. В. Что нам в них не нравится? Спб. 1992.

    Розанов В. В. Опавшие листья. Короб 1й и 2й.Спб.1912 - 1915.

    Гр. Витте С. Ю. Воспоминания. Ленинград. 1924.

    Sombart W. Цит. в Гл. 5.

    Von Hayek F. Law, Legislation and Liberty.v.3.Chicago 1979.

    Аксаков И.С. Сочинения, т. III. Спб. 1905 г.

    Weizmann Ch. Trial and error.N.J.1949.

    Солженицын А. 200 лет вместе. М. 2001.

    Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Фемистокл. XIII.

    Розанов В.В. Собрание Сочинений. Мимолетное М. 1994. О писательстве и писателях. М. 1995. Апокалипсис нашего времени. М. 2000. Последние листья. М. 2000. Сахарна. М. 2001.

    Меньшиков М.О. Письма к русской нации. М. 1999.

    Кузьминский и Турау. Киевский и Одесский погромы в отчетах сенаторов Турау и Кузьминского. Спб. 1907.

    Даль В.И. Розыскание о убиении евреями христианских младенцев и употреблении крови их. 1844.

    Чехов А. П. Собрание Сочинений в 30 томах. Т. 17. М. 1980.

    Белый А. Штемпелеванная культура. "Весы". 1909. Сентябрь.

    Куприн. А.И. См.Чириков Е. На путях жизни и творчества. "Наш Современник". 1991 г., N 9.

    Симанович А. Распутин и евреи. Рига (без года издания).

    Суханов Н.Н. Записки о революции. Т. 1. Книги 1-2. М. 1991.

    Тайна Израиля. "Еврейский вопрос" в русской религиозной мысли конца XIX - первой половины XX в. в. Спб. 1993.

    Агурский М., Шкловская М. Максим Горький 1868 - 1936. (из литературного наследия). Иерусалим. 1936.

    1. Финансы, пресса.

    1. Финансы и печать.

    К моменту революции 1917 г. в России проживало около 6 млн. евреев, то есть, в то время, самая большая еврейская группа в пределах одного государства и в то же время около половины еврейского народа. Это обстоятельство сыграло и играет до сих пор громадную роль в истории России.

    Главная масса евреев в России жила в XIX в. в так называемой "черте оседлости", то есть в областях, отошедших к России в результате "разделов Польши", где они жили уже несколько веков. К этим землям было добавлено еще 15 губерний России (по теперешним разделениям, Белоруссии, Украины, Молдавии, России), как говорит Шульгин: земли, "по своим размерам превосходившие любое европейское государство". Вне "черты оседлости" имели право жить лишь некоторые евреи (точнее, лица иудейского вероисповедания): с высшим образованием, купцы I гильдии и т.д. Иногда эти права расширялись (включая, например, и тех, кто у них работал), иногда восстанавливались в первоначальном объеме.

    Основная часть еврейского населения России была организована в религиозные общины (кагалы), находившиеся под жестким руководством богатой верхушки и раввинов. Их тип жизни, в основном, соответствовал укладу средневековых еврейских общин. Он был описан Брафманом (крещеным евреем) в "Книге Кагала". Долгое время эта книга считалась в либеральном лагере - "антисемитской клеветой". Но ее положения очень близки тем, которые описывает, например, Шахак, говоря о "тоталитарном укладе" еврейских средневековых общин (а большинство евреев России вплоть до XIX в. жили в средневековой традиции). Так что, скорее всего, сообщаемые в книге факты соответствуют действительности. Мы описали этот тип жизни, как он вырисовывается по книге Брафмана и высказываниям Шахака в гл.4.

    Политика русского правительства по отношению к евреям России была в XIX в. непоследовательна, в ней сменялись противоположные принципы. То правительство пыталось опереться на кагалы и их администрацию (в духе "поддержки народной традиции"), то старалось привить евреям стиль жизни остальной страны (в духе "насаждения просвещения").

    Как и в других странах, в XIX в. и начале XX в. влияние евреев на жизнь России осуществлялась, прежде всего, через их роль в экономике, в основном в финансах.

    Об экономическом положении евреев в "черте оседлости", мне кажется, объективное представление может дать книга А.П.Субботина "В черте еврейской оседлости". С одной стороны, она написана с либеральных позиций, ставит себе цель, как говорит автор, опровергнуть утверждения, что евреи эксплуатируют остальное население, живут богаче его. С другой стороны, она содержит множество конкретных фактов. Так, автор сообщает: в Минской губ. среди купцов I и II гильдии евреи составляли в 1876 г. - 90%, в 1880 г. - 98%, в 1884 г. - 83%, в 1886 г. - 88%( книга издана в 1988г.). Среди всех купцов - 87.8%. Среди хозяев питейных заведений - 95%. Из 1297 табачных лавок не принадлежат евреям - 4. В обороте купеческой торговли они занимают 91%.

    В Виленской губернии евреи в населении составляют 15%. Среди купцов - 81%. За 25 лет число еврейских купцов увеличилось на 13%, а нееврейских - уменьшилось на 46%.

    В Ковенской губернии доля евреев в населении - 20%, среди купцов I и II гильдии - 81.3%. Среди хозяев питейных заведений - 75%. Их доля в крупном обороте всей купеческой торговли - 95.5%.

    В Волынской губернии евреи составляют приблизительно 1/7 часть населения. Среди купцов их 91%, их доля в торговом обороте - 74%. Доля в табачной торговле - 94%.

    В Киеве евреи составляют 10% населения. Среди купцов I и II гильдии - 43%, их доля в общем торговом обороте - 45%. Из 259 оптовых винных складов принадлежат не евреям - 12. Из 5134 питейных заведений евреям принадлежит 5004, т.е. 97%.

    С другой стороны, в своих статьях о "еврейском вопросе" Достоевский пишет:

    Наши оппоненты указывают, что евреи бедны, повсеместно даже бедны, а в России особенно, что только самая верхушка евреев богата, банкиры и цари бирж, а из остальных чуть ли не девять десятых их - буквально нищие, мечутся из-за куска хлеба, предлагают куртаж, ищут где бы урвать копейку на хлеб. Да, это, кажется, правда, но что же это обозначает... зато верхушка евреев воцаряется над человечеством все сильнее и тверже и стремится дать человечеству свой облик и свою суть.

    Эту же мысль подтверждает Зомбарт примером Германии, где, как он говорит, евреи, пока не добились богатства, как правило живут беднее окружающего христианского населения, так как большую часть имеющихся у них капиталов пускают в оборот, оставляя себе меньше на удовлетворение более непосредственных потребностей.

    Но крупные еврейские банкиры и "цари бирж" (как их назвал Достоевский) не были ограничены "чертой оседлости" и оказывали значительное влияние на жизнь всей России.

    Как и повсюду, еврейское влияние в России было особенно сильно в банковском деле. Еще в XIX в. на юге были влиятельные банки Рафаловича и Ефрусса, в Варшаве - Френкеля. Витте пишет, что министр Вышнеградский был "как бы поверенным Блиоха в Петербурге". Многие сферы жизни охватывал банкирский дом "Е.И.Гинцбург". В 1869 г. он участвовал в создании Петербургского учетно-ссудного банка (директор - бухгалтер Гинцбурга А.И.Зак). В биографии (написанной Слиозбергом) говорится, что дом Гинцбурга "находился в тесных дружеских отношениях с банками Варбурга (Гамбург), Мендельсона и Блейхредера (Берлин)... Гинцбург был в родстве с банкирами Варбургом, Гиршем, Герцфельдом (Будапешт), Ашкенази (Одесса), Розенбергом (Киев), Бродским (Киев)". Гинцбург получил в 1879 г. разрешение на занятие золотопромышленным делом в Сибири и основал предприятия в Забайкалье и Яуцтии. Центром его деятельности было "Ленское товарищество", к которому был привлечен дом "Э.М.Мейер", а с 1880 г. Рафалович и Ефрусси. В 1896 г. основано а/о "Ленское золотопромышленное товарищество" с участием Гинца и Мейера. С 1906 г. в нем стал участвовать английский капитал через брокерскую фирму "Л.Гирш и Ко". В 1908 г. было основано общество "Лена Голдфилдс" с директорами: Гинцбург, Бояновский, Мейер, Шампаннер. Именно на Ленских предприятиях Гинцбурга, как протест против тяжелых условий работы, начались рабочие волнения, усмиренные в 1912 г. расстрелом ("Ленский расстрел").

    Гинцбурги образовали мощный клан, несколько поколений игравший руководящую роль в финансах (и всей экономике) России. Другим таким кланом были Поляковы. Основатель клана Самуил Поляков разбогател на железнодорожном строительстве, субсидировавшемся (на льготных условиях) казной (для строительства Харьковско-Азовской железной дороги Поляков получил кредит в 8 млн. р.). Его сыновья Яков и Лазарь были уже крупнейшими банкирами: учредителями Донского Земельного и Петербургско-Азовского банков. В руках семьи Поляковых находилось "Торгово-промышленное и ссудное общество в Персии". Его директорами были: Друри, Рафалович, Стефаница, Ландау, Рубинштейн. Лазарь Поляков был председателем Петербургско-Московского, учредителем и фактическим распорядителем Московского Международного торгового, Ярославско -Костромского, Южнорусского Промышленного и других банков. Яков Поляков вел операции на юге через Азовско-Донской, а в столице - через Петербургско-Азовский банк.

    В Одессе в 1910 г. был учрежден банк "А.М.Бродский", а в 1911 г. - Одесский купеческий банк с капиталом в 3 млн.р., учредителем которого был Л.А.Бродский, представлявший банк "А.М.Бродский".

    В воспоминаниях одного банковского работника, опубликованных в 1915 г. в журнале "Еврейская старина" (т. 8) говорится: "В выходцах из черты оседлости происходила полная метаморфоза: откупщик превращался в банкира, подрядчик - в предпринимателя высокого полета (...); образовалась фаланга биржевых маклеров, производивших колоссальные воздушные обороты. В Петербурге появилось новое, культурное ядро еврейского населения: возникла новая, упорядоченная община взамен прежней".

    Весомое влияние еврейского каптала сказывалось, прежде всего, в его влиянии на дореволюционную прессу. Так, официальным органом Конституционно-Демократической партии была ежедневная газета "Речь". Редактором ее был Милюков, соредактором - И.В.Гессен. Тыркова-Вильямс в воспоминаниях пишет, что Гессен, вместе с А.И.Каминкой достал для газеты деньги от Азовско-Донского банка, где директором был другой Каминка. Главным пайщиком в газете был Ю.Б.Бак, разбогатевший на железнодорожных поставках. Последний заключил соглашение с торговым домом "Л. и Э.Метцель и Ко", дававшее этому дому право объявлений в "Речи". Другое, "народное", издание той же партии, газета "Современное слово" публиковало те же материалы, было дешевле и имело больший тираж. Оно одновременно служило финансовой поддержкой "Речи", его финансировал банкир Г.Д.Лесин совместно (что очень характерно) с П.П.Рябушинским. Ее фактическим издателем был тот же Ю.Б.Бак, а официальным - И.М.Ганфман, а также В.А.Поляков, совладелец вышеназванного дома "Л. и Э.Метцель и Ко" и его жена Ф.Н.Полякова.

    Историк-марксист М.Н.Покровский рассказывает:

    Я знаю, что еще в 1907 году кадетская газета "Новь" в Москве субсидировалась некоторого рода синдикатом крупной еврейской буржуазии, которая больше всего заботилась о национальной стороне дела и, находя, что газета недостаточно защищает евреев, приходила к нашему большевистскому публицисту М.Г.Лунцу (псевдоним - М.Григорьевский) и предлагала ему стать редактором газеты. Он был крайне изумлен, говорит: как же - ведь ваша газета кадетская, а я большевик. Ему говорят: это все равно. Мы думаем, что ваше отношение к национальному вопросу более четкое. Таким образом, кадетская газета была фактически на жалованье еврейского буржуазного синдиката, который, как видите, к кадетской программе был довольно равнодушен.

    Существовала группа газет, рассчитанных на малообразованные городские слои. Типичный пример - газета "Копейка". Ее не раз обвиняли в "беспринципности" и "безыдейности", ходил анекдот, что ее политическая позиция выражается словами: "Торгуем, батюшка". Ее выпускало издательство "Копейка", основанное в 1897 г. М.Б.Городецким, А.Э.Коганом и Б.А.Катловкером. Оно же издавало ряд газет такого же типа: "Журнал-копейка", "Листок-копейка", "Петербургская газета - копейка" и другие. Это была самая многотиражная пресса России. За кулисами ее стояли М. М. Гаккебуш - Горелов и Б.А.Катловкер.

    Кроме того, был тип изданий, заявлявших о себе как независимые. Владельцем "Биржевых ведомостей" был С.М.Проппер, плохо владевший русским языком, приехавший без средств в Россию, но потом ставший гласным городской думы в Петербурге и коммерции советником. Газета "День" (имевшая слегка социалистический оттенок), основывалась при поддержке Г.Д.Лесина. Газету "Россия" финансировал М.О.Альберт. Она издавалась менее трех лет и была закрыта властями за нашумевший фельетон А.М.Амфитеатрова "Семья Обмановых" - под этим именем поносившего царствующий дом. На издании Альберт лично потерял 200 тыс. рублей.

    Особое место в русской прессе занимало "Новое Время", благодаря его "антилиберальной" направленности. В частности, там регулярно печатались "Письма ближним" М.О.Меньшикова, чрезвычайно враждебные к евреям (за что он и был расстрелян в 1918 г.). Ее издателем был А.С.Суворин начиная с 1876 г. Но после его смерти паи в товариществе, руководившем газетой, перешли в руки еврейских финансистов. Об этом подробно рассказывает секретарь Распутина - Симанович - мало достоверный источник - но сам факт подтверждается мемуарами многих деятелей того времени. В частности, этот вопрос обсуждается в книге Т.Аронсона "Россия накануне революции".

    В Государственной Думе был известен случай, когда во время обсуждения какого-то вопроса, касавшегося черты оседлости, Пуришкевич, указав на "ложу прессы", воскликнул - "да вот она, черта оседлости!" - и весь зал покатился со смеху. Мне об этом рассказывало несколько человек старшего поколения. В то время публиковались длинные списки еврейских корреспондентов русских газет, аккредитованных при Государственной Думе. О масштабах еврейского участия по этим спискам судить трудно, так как в них приводятся только имена еврейских журналистов. Но какое-то особенное впечатление производят такие сочетания как: газета "Русь" представлена Абилевичем Шльома Менделевичем и Стембо Авраамом Лазаревичем, "Русский голос" представлен Столкиндом Абрамом Янкелевичем - и так в большом числе случаев. Видимо, имея в виду подобные разговоры, Тыркова-Вильямс в воспоминаниях говорит, что среди журналистов, аккредитованных при I Гос. Думе, она знала нескольких русских - она запомнила Аркадакского ("Русские ведомости"), Скворцова ("Колокол") и Пиленко ("Новое Время").

    В заключение, был еще один фактор, от которого тогда, как и теперь, зависела финансовая поддержка прессы - размещение объявлений. Крупнейшей конторой объявлений в России был торговый дом "Л. и Э.Метцель и Ко", учрежденный в 1878 г. К 1914 г. он сконцентрировал в своих руках более половины всех публикационных контор в городах России и за границей. В начале XX в. делами "Л. и Э.Метцель и Ко" заправляли В.А.Поляков (директор-распорядитель фирмы) и член правления Азово-Донского банка Э.П.Эпштейн. Правые источники оценивали положение так: "получить от этой фирмы объявления может лишь орган "прогрессивного" направления, и притом строго держащийся подобной окраски... Обороты фирмы, где вершителями являются г.г. Поляков и Эпштейн, превышают уже 10 млн. рублей". Например, правая газета "Русское чтение" заключила соглашение с торговым домом "Л. и Э.Метцель и Ко", по которому должна была получать от этого дома 30 тыс. р. в год, однако менее чем через год соглашение было расторгнуто. Но с кадетскими газетами "Речь" и "Русские ведомости" этот же дом имел постоянные соглашения и обеспечивал большую часть их доходов. Так, фирма гарантировала газете "Речь" 330 р. за каждый номер, но лишь при условии, что газета не изменит своего направления и состав сотрудников останется тем же. В 1912 г. было заключено новое соглашение, по которому фирма гарантировала газете доход: в 1912 г. - 155 тыс. р., в 1913 г. - 170 тыс. р., в 1914 г. - 185 тыс. р. При этом "прогрессивная" пресса травила правую, укоряя ее за гораздо меньшие субсидии, получавшиеся иногда от правительства и прочно приклеила к ней ярлык "рептильной".

    Впрочем, правительственные субсидии были явно недостаточны, чтобы привлечь в "правую прессу" квалифицированных журналистов или хотя бы бойкие перья. Те номера "Земщины" или "Русского знамени", которые мне довелось видеть, производят впечатление очень низкого уровня. Главным врагом в них предстает "жид", причем все рассматривается на самом низком, примитивном уровне: "в Москве много еврейских аптек" и т.д. Я, по крайней мере, не увидел попыток осмысления уже очевидной трагической ситуации России.( За исключением того, когда в "Знамени" публиковался Розанов, статьи которого примитивными никак не назовешь).

    Достоевский, который никогда не лавировал и с предельной резкостью говорил то, что думал, писал:

    Вы вот жалуетесь на жидов в Черниговской губернии, а у нас здесь в литературе уже множество изданий, газет и журналов издается на жидовские деньги жидами (которых прибывает в литературу все больше и больше), и только редакторы, нанятые жидами, подписывают газету или журнал русским именем - вот и все в них русского. Я думаю, что это только еще начало, но что жиды захватят гораздо еще больший круг действия в литературе, а уж до жизни, до явлений текущей жизни я не касаюсь - жид распространяется с ужасающей быстротою.

    Письмо написано 28 февраля 1878 г. Если убрать слово "жид", ставшее теперь бранным, то получится эмоциональное описание той же тенденции, на которую указывают сухие факты. Конечно, чуткий, глубокий мыслитель ощущал складывающуюся тенденцию на десятилетия вперед. Но это и есть особенность великих умов - а сосчитать национальный состав директоров банков или издателей газет - и каждый из нас может.

    Уже в XX в. Розанов формулировал жестче:

    Вся литература (теперь) "захватана" евреями. Им мало кошелька: они пришли "по душу русскую"...

    2. Противостояние.

    В чем же выражалось влияние еврейского капитала на русскую прессу? Тут естественно сопоставить два факта: 1) Подавляющая часть прессы была "оппозиционной" ("Новое Время" и несколько правых газет принадлежали к небольшому числу исключений). Собственно, понятие "прогрессивности" и включало в себя "оппозиционность", то есть враждебность существовавшему тогда в России укладу, как в его принципах, так и в большинстве частных проявлений. 2) Непрерывно раздавались протесты евреев против их положения в России. Эти яростные протесты исходили далеко не только от евреев в России - они были слышны по всему миру. Чтобы привести один пример - финансовые отношения русского правительства с иностранными банками, почти всегда сопровождались призывами или требованиями, обращенными к русскому правительству - изменить существующее положение евреев в России. В ряде случаев еврейские банкиры отказывались от выгодных для них соглашений в знак протеста против положения евреев в России. Ряд сообщений русских агентов приведены, например, в журнале "Красный Архив". Когда в 1905 г. Витте вел в Америке переговоры о заключении мирного договора с Японией, его посетила, как он говорит в воспоминаниях, - "делегация еврейских тузов" во главе с Я.Шифом ("главой еврейского финансового мира в Америке") и потребовала изменения положения евреев в России. В случае отказа Шиф грозил революцией. Подобных протестов и требований было столь много, что их можно считать выражением точки зрения, разделявшейся подавляющей частью евреев мира - и особенно России. Шире того, эта точка зрения утвердилась в "общественном мнении" всего мира. И до сих пор средне-образованный человек в любой стране мира скажет, что евреи в дореволюционной России были "угнетены".

    Каковы же были основные факторы тогдашней жизни, вызывавшие эти яростные протесты? Прежде всего: юридически неравноправное положение евреев в России - протесты формулировались как требования "равноправия". Основных ограничений для лиц иудейского вероисповедания было два: запрет проживания вне "черты оседлости" (кроме указанных выше исключений) и "процентная норма". Последняя мера заключалась в том, что была предписана доля еврейских учащихся в казенных гимназиях и в университетах.

    Эта доля исходила из предположения, что пропорция евреев в казенных учебных заведениях не должна сильно превосходить их пропорции в населении России. При министре просвещения Делянове в 1887 г. она была определена для гимназий и высших учебных заведений в черте оседлости - 10%, вне ее - 5%, в столицах (Москве и Петербурге) - 3%. В 1888 г. Делянов в значительной мере лишил силы эти меры, разрешив принимать "наиболее достойных" без ограничений, причем к числу последних причислялись все, средний балл которых был не ниже 3 1/2. Прежние правила были восстановлены министром Боголеповым (который был убит террористом в 1899 г.).

    Кроме этих двух основных ограничений существовали другие: запрет покупать землю или селиться (заново) в сельских местностях, запрет быть государственными чиновниками, офицерами в армии, была "процентная норма" для евреев-адвокатов ("присяжных поверенных"). Во всех случаях под евреями подразумевались лица иудейского вероисповедания.

    По поводу этих ограничений Шульгин замечает, что они не были проявлением какого-то принципа, направленного исключительно против евреев. Социальная структура России вообще не была основана на принципе юридического равенства. Прежде всего, после освобождения крестьян для них - а это была подавляющая часть населения - действовали свои законы: волостные суды, законы, связанные с общиной, миром и т.д. Тем более это ярко проявлялось при крепостном праве. Об этом пишет и Достоевский:

    когда еврей "терпел в свободном выборе местожительства", тогда двадцать три миллиона "русской трудящейся массы" (в кавычках Достоевский приводит выражения своего корреспондента) терпели от крепостного права, что уж конечно было потяжелее "выбора местожительства". И что же, пожалели их тогда евреи? Не думаю: в Западной окраине России и на Юге вам на это ответят обстоятельно.

    Но очень жестоко были поражены в своих правах и старообрядцы: например, их браки считались недействительными, дети - незаконнорожденными. В Западной России такая же "процентная норма" существовала для поляков. Многие нации находились просто в ином положении (нельзя однозначно сказать - в лучшем или худшем), чем русские - например, их не брали в армию.

    Это лишь к концу XX в. многие влиятельные мыслители (например, фон Хайек) стали обращать внимание на то, что закон лишь формализует принципы, выработанные жизнью. За сто лет до того господствовало не допускающее сомнений убеждение, что существуют некие абстрактные законы, по отношению к которым все люди должны быть в равном положении и жизнь должна быть подчинена этому принципу. В таком направлении менял структуру русского общества и Столыпин. Он, в частности, предложил Николаю II отменить все ограничения, касающиеся евреев, но тот отказал.

    В отношении сложившегося положения евреев важную роль играет обстоятельство, замеченное Достоевским:

    Я уж то одно знаю, что наверно нет в целом мире другого народа, который бы столько жаловался на судьбу свою, поминутно, за каждым шагом и словом своим, на свое принижение, на свое страдание, на свое мученичество. Подумаешь, что не они царят в Европе, не они управляют там биржами, хотя бы только, а, стало быть, политикой, внутренними делами, нравственностью государств.

    И действительно, например, на Сионистских конгрессах можно было услышать заявления вроде того, что евреи - "самый бедный народ мире, не исключая эскимосов" (Где же эскимосский Ротшильд? - И.Ш. )

    Приведем и взгляд с еврейской стороны. Ставший впоследствии одним из лидеров сионизма и первым президентом государства Израиль, Хаим Вейцман, в своих воспоминаниях рассказывает о юности, проведенной в России (он был родом из местечка Мотеле близ Пинска). Он пишет, что "процентная норма" тогда состояла для евреев 10% от общего числа учащихся, что на вид было справедливо, т.к. в населении России евреи составляли (тогда) 4%. Но, говорит он, как всегда, в русских законах содержался обман. Дело в том, что евреи были сконцентрированы в черте оседлости и там - в городах и местечках, где часто составляли от 30 до 80%. Кроме того, они обладали непреодолимым стремлением к образованию. Но на вступительных экзаменах было сравнительно немного нееврейских кандидатов, а евреев допускали лишь 10% от этого небольшого числа. Его книга, где он не раз с ненавистью говорит о России, ярко передает негодование еврейского юноши. Но точку зрения русских властей ведь тоже можно понять. Пусть в его родном местечке Мотеле евреи составляли хоть и 80% населения. Но ведь речь шла о государственных учебных заведениях (на частные эти правила не распространялись). Почему же образование, создаваемое на средства всего населения России, не делить поровну? Почему бы еврейским богачам - вроде Бродского или Полякова - не открывать еврейские школы, вместо того, чтобы давать деньги революционным партиям и оппозиционной прессе? Оценка очень сильно зависит от того, с чьей точки зрения смотреть.

    Было еще одно явление в тогдашней русской жизни, отталкивавшее евреев в России, да во всем мире, от русской государственности, государственной власти, а часто и вообще от России. Это то, что называлось "погромы". Само слово возникло вне всякого отношения к евреям и, например, употреблялось в связи с "погромами помещичьих усадеб". Но постепенно было переориентировано и теперь ассоциируется только с действиями, направленными против евреев. Это так и осталось стандартным обвинением против дореволюционной России: "там были еврейские погромы". Хотя в начале века, например, на сионистских конгрессах много говорили и о "румынских погромах", и об "английских погромах" (особенно в Уэльсе), но под конец, обвинение осталось на России.

    Справедливо, конечно, было бы оценивать все массовые проявления насилия одной меркой - и направленные против помещиков, и против евреев, и армяно-азербайджанские столкновения... Но те, в которых жертвами были евреи, в прессе (а потом в сознании) были отражены особенно.

    О таких народных выступлениях пресса стала говорить с начала 1880х годов. Происходили они в деревнях, расположенных в пределах "черты оседлости". Отклик на них занимает большое место в публицистике Ивана Аксакова. Он пишет, что либеральная пресса единодушно характеризует эти беспорядки как "избиение евреев". Но, говорит он, "именно избиения и не было". Хотя крестьяне имели и топоры, и ломы, но число побитых евреев не перевешивало русских. В 1881 г. крестьяне "громили" еврейское имущество, часто с криками "это наша кровь". Грабежей почти не было. Иногда крестьяне даже рвали попадавшиеся деньги. Аксаков относит беспорядки исключительно за счет экономических причин: тяжелого положения, в котором оказались крестьяне, да и многие помещики Юго-Западного края. Согласно правилам кагальной организации право вести дела в том или ином месте кагал с железной строгостью распределяет между живущими там евреями. (Подробнее об этом сказано в гл.4.) Поэтому крестьянин или мелкий помещик не мог обратиться к другому перекупщику, ростовщику... и обязан был принимать условия того, которого указал кагал. Он приводит письмо одного помещика, подвергшегося херему (проклятию) и полному бойкоту, от которого он спасся лишь обратившись к высокому галицийскому раввину.

    Беспорядки усмирялись войсками. Как пишет Аксаков, во время беспорядков 1883 г. в Екатерининской губернии из еврейской толпы раздавались крики: "Ну что, взяли? Вы их нас выпустили пух, а мы из вас - дух!". "Еврейская Энциклопедия" тоже называет эти столкновения "избиениями". Она пишет, что из повременных изданий большинство полагало, что они происходили на экономической почве. (Впрочем, барон Гинцбург представил властям записку неупоминаемого автора, где утверждается, что погромы были организованы).Упоминается о двух человеческих жертвах среди евреев и говорится: "солдаты стреляли и убили несколько крестьян". О погромах такого типа позже писал Розанов:

    Погром - это конвульсия в ответ на муку. Паук сосет муху. Муха жужжит. Крылья конвульсивно трепещут, - и задевают паука, рвут бессильно и в одном месте паутину. Но уже ножки мухи захвачены в петельку.

    И паук это знает. Крики на погромы - риторическая фигура страдания того, кто господин положения.

    Видимо, такую же "бытовую" основу имел знаменитый Кишиневский погром 1903 г. Первый день имел характер обычных подобных беспорядков: было разгромлено несколько еврейских лавок и домов. Но полиция произвела много арестов и к вечеру беспорядки утихли. Однако на следующий день волнения расширились. Начались столкновения между группами евреев и христиан, вооруженных чем попало. Полиции не удалось ликвидировать беспорядки (хотя попытки были). Волнения приняли более агрессивный характер. Были разгромлены многие сотни еврейских домов. Были человеческие жертвы: чаще всего называется цифра в 45 убитых евреев и 4 христиан. Сейчас - это примерно число жертв беспорядков на крупном футбольном матче. Но, например, Вейцман пишет в воспоминаниях:

    Герцль договорился о встрече в Санкт-Петербурге с фон Плеве, человеком, руки которого были в крови тысяч еврейских жертв (...) и Герцль прибыл в Россию, чтобы встретиться с Кишиневским мясником.

    Были вызваны войска и к вечеру погром затих. Было произведено много арестов, состоялись суды; признанные виновными в убийствах и погромах были приговорены к каторге и другим наказаниям. Но в прессе (также и иностранной) дальше обсуждался в основном другой вопрос: обвинение русского правительства в организации погрома. А.Солженицын приводит обзор публикаций по поводу Кишиневского погрома (более чем на 15 страницах), где во многих случаях видна бездоказательность подобных обвинений. Но главный аргумент высказывает, мне кажется, Шульгин (с ним соглашается и Солженицын). После Февральской революции все царские архивы оказались в руках бывших врагов правительства, была создана комиссия для вскрытия злодеяний царского режима (и специальная комиссия по погромам со включением в нее видных еврейских представителей) - и никаких документов, указывающих на организацию погрома властями опубликовано не было.

    Но пресса делала свое дело по всему миру (ср. и предшествующее высказывание Вейцмана), - и возможно, Плеве поплатился жизнью за созданный ею фантом. Думаю, что тут никакие публикации фактов уже помочь не могут - созданный миф является более прочной частью массового сознания, чем противоречащие ему факты.

    И все же, эти насилия с 1880х годов до начала XX в. не шли ни в какое сравнение с жесточайшими столкновениями, которые сравнительно незадолго до того происходили при Гайдаматчине, Богдане Хмельницком и т.д. на тех же землях, когда они принадлежали Польше - когда казаками вырезались целые еврейские селения (и усмирялись поляками подобными же жестокостями: украинских повстанцев во множестве сажали на кол и поджаривали на кострах).

    Несколько иной характер имели погромы времен революции 1905-6 годов. Тут мы уже встречаемся со столкновениями с обеих сторон организованных групп, часто вооруженных огнестрельным оружием. Правдоподобный взгляд на эти столкновения предлагает Шульгин, бывший свидетелем некоторых из них. Он считает, что то, что называлось "еврейские погромы" было частью революционной борьбы того времени. Он приводит ряд свидетельств (особенно из Киева, где он жил), согласно которым провозглашение манифеста 27 октября 1905 г. вызвало подъем революционных действий: захваты правительственных зданий, уничтожение монархической символики, разрывание портретов царя. В городах внутри "черты оседлости" этими действиями руководили вожаки, среди которых было много евреев. Меньшиков приводит цитату из тогдашней прессы:

    Среди гогочущей толпы евреев в Одессе шла собака, увенчанная императорской короной на голове, и к хвосту ее был прикреплен русский национальный флаг.

    В ответ и произошли, согласно этой точке зрения , "погромы", которые были направлены против евреев в "черте оседлости". Таково было происхождение Киевского, Одесского, Нежинского погромов. Но, например, в Томске, где было очень мало евреев, толпа напала на революционный митинг - и это не носило никакого антиеврейского характера. Как пишет Шульгин:

    Погромы направлены были не на одних евреев: они обрушились на всех, кого русская стихия в судорожном припадке самосохранения признала возбудителями революционной волны.

    С его точки зрения, именно эти стихийные выступления и остановили тогда "революцию 1905 г.". Подробное описание этих событий, в основном состоящее из цитат, дает Солженицын - в его книге этому посвящена целая глава. Его изложение, по-моему, убедительно свидетельствует о событиях того времени как о вооруженном столкновении двух течений, причем в руководстве революционного течения видное место занимали евреи. Пожалуй, приоритет на такую точку зрения принадлежит Николаю II, который в письме, цитируемом Шульгиным, пишет:

    народ возмутился наглостью и дерзостью революционеров и социалистов, а так как 9/10 из них жиды, то вся злость обрушилась на тех - отсюда еврейские погромы.

    Интересно, что и Вейцман вспоминает о том времени:

    Так во всей черте оседлости развернулась извращенная гражданская война между евреями и русскими властями...

    Правда, со своей интерпретацией:

    первые старались сохранить порядок, а вторые поощряли беспорядки.

    Вполне правдоподобно, что когда сталкивались две толпы, из которых в одной рвали портреты царя и государственный флаг, то полиция и войска сочувственно относились не к этой части и когда одолевать начинала другая, вряд ли торопились прийти на помощь первой. В донесениях сенаторов, расследовавших эти беспорядки объективно говорится про "бездействие полиции и военных, близкое к попустительству". Но, в конце концов, войска восстанавливали порядок - и не на много медленнее, чем это сделала бы администрация другой страны.

    Дореволюционная Россия не усвоила еще стопроцентно западные принципы: убили твоего отца, изнасиловали дочь, разорили жульнически тебя - на это есть суд, обращайся туда, нанимай адвокати( и совершенно не ясно, что наилучшим путем для нее было - вытравить в себе все корни "традиционного общества" ). Народные движения такого масштаба как Пугачевщина были в ней уже невозможны, но их слабыми подобиями были народные волнения 1905 - 1906 г.г. Масштабы их, видимо, были чудовищно преувеличены русской и западной прессой. Даже "Еврейская Энциклопедия" оценивает все жертвы этого периода в 810 человек. Но Шульгин приводит сообщение газеты "Bliner Tageblatt" по поводу революционных столкновений в Киеве в октябре 1905г.:

    Ужасы, сообщаемые газетами, ничто в сравнении с действительностью. Тысячи и перетысячи ( abertausende) евреев умерщвлены в южной России...

    Был и еще один фактор, постоянно настраивавший русское (да и иностранное) еврейство враждебно к русской власти. Кульминацией было известное дело Бейлиса. Речь идет о время от времени возникавших обвинениях в "еврейских ритуальных убийствах". Вообще человеческое жертвоприношение на религиозной почве (а иначе оно и не встречалось) известно в Истории из древности. Согласно древнегреческому эпосу, в начале похода на Трою греческий вождь Агамемнон принес в жертву богине Артемиде свою дочь Ифигению. Плутарх описывает, как уже в "исторические времена", во время Греко-Персидских войн, толпа греков, возбужденная жрецами, принесла нескольких захваченных в плен персов в жертву богу "Дионису-мясоеду". Грандиозные (по количеству жертв) жертвоприношения регулярно совершали ацтеки до завоевания их испанцами. Человеческие жертвоприношения европейцы застали в Африке еще в XIX в. В убийстве младенцев обвиняли первых христиан, а христиане - некоторые отколовшиеся от них секты. В России не раз высказывались обвинения в таких преступлениях в секте хлыстов. Обвинение заключалось в том, что в некоторых случаях "радения" переходили в свальный грех ("христову любовь"), первая забеременевшая женщина называлась "Богородицей"; если у нее рождался мальчик, то он назывался "христосиком", умерщвлялся и поедался на ритуальном собрании. Однако, насколько я знаю, властям ни разу не удалось доказать, что такое преступление было реально совершено. Обвинения в ритуальных убийствах, относящиеся к евреям, восходят к первым векам христианства. Обычно эти обвинения связывались с Пасхой. Неоднократно они выдвигались в разных странах Западной Европы в Средние века и, хотя все реже, вплоть до XIX в. Полный и спокойно написанный обзор рассматривавшихся в России дел составлен В.И.Далем, известным составителем "Толкового словаря великорусского наречия" и "Пословиц русского народа". Даль описывает 20 таких случаев обвинения, выдвинутых в России в XIX в. И, в заключение, очень подробно излагает "Велижское дело", расследовавшееся 12 лет - с 1823 по 1835 год - об убийстве мальчика 3х с половиной лет, Федора Емельянова. Труп его был найден в лесу и ранения имели столь специфический характер, что исключали версию "бытового убийства". Местный суд постановил (1824 г.), что ребенок "вероятно погублен жидами", но "по недостатку улик евреев освободить от подозрения", оставив двоих "в подозрении". Но в 1825 г. по ходатайству на имя Александра I дело было вновь возбуждено и составлена новая следственная комиссия. В 1829 г. комиссия признала виновными задержанных евреев. К ее мнению присоединился генерал-губернатор. Дело было направлено в Сенат, где голоса разделились, и дело передали в Государственный Совет. Его решение состояло в том, что обвиненных "как положительно не уличенных, от суда и следствия освободить". Сам Даль явно считает, что ритуальные убийства совершались, но решительно относит это не ко всей массе евреев, а к некоторой секте (которую он почему-то называет "хасидами", хотя хасиды являлись "сектой" лишь с точки зрения ортодоксального раввинизма, и не объясняется, почему обвинения связываются именно с ними). Позже были и другие дела о ритуальных убийствах.

    В той же цепи стоит и "дело Бейлиса". Собственно, его надо было бы называть "делом Ющинского", так как основой разбирательства было убийство в Киеве 12-летнего мальчика Андрюши Ющинского. Его тело было найдено в 1911 г. с 47 ранениями (13 - только на правом виске), которые были нанесены очень специфично, явно с целью истечения наибольшего количества крови, пока жертва еще оставалась жива. Следствие стало разрабатывать версии еврейского ритуального убийства, был арестован Бейлис. Велось следствие 2 года и сопровождалось рядом темных обстоятельств. Наиболее распространенная версия, противопоставленная в печати версии следствия, заключалась в том, что речь шла об имитации ритального убийства, совершенной Верой Чеберяк. Таинственно умирают оба ее ребенка - ее обвиняют и в их смерти. Она заявляет, что адвокат Бейлиса Марголин предлагал ей 40 тысяч, лишь бы она призналась в убийстве, Марголин - отрицает. Один из следователей (Красовский) через некоторое время появляется в адвокатуре защитников...

    Шум по поводу "дела" стоял по всему миру. Либеральная (то есть почти вся) печать утверждала, что на следствие оказывалось давление "сверху". XI Сионистский конгресс заявил: "Во имя солидарности всего гуманного человечества мы требуем, чтобы весь культурный мир совместно с нами вступил в борьбу с мрачным варварством и помог нам защитить поруганное человеческое достоинство и оскорбленную честь нашего народа". Из числа "правых" против самого факта возбуждения процесса выступал Шульгин. Он писал: "Вы сами совершаете человеческое жертвоприношение! Вы отнеслись к Бейлису как к кролику, которого кладут на вивисекционный стол. Берегитесь! Есть храмы, которые нельзя безнаказанно разрушать". Шульгин считал, что обвинение в ритуальных убийствах есть способ мести евреям. Не знаю, как можно подробнее эту точку зрения аргументировать - кто же мстил? - ведь во все века власти как правило не поддерживали такие обвинения. (Его же аргумент: "организация" процесса вскрылась бы по архивам после Февральской революции.) С другой стороны, министр иностранных дел Сазонов уверял иностранных послов, что Бейлис будет оправдан - это ведь тоже действие властей. Из известных имен версию еврейского ритуального убийства поддерживали Розанов и Флоренский (последний печатался, не ставя своего имени). Суд происходил в 1913 г. и длился 1 месяц. Постановление присяжных было, что имело место убийство. В вопросе о виновности Бейлиса есть разные утверждения. Меньшиков говорит, что голоса присяжных разделились: 6 на 6 . "Краткая Еврейская Энциклопедия" пишет, что Бейлис был оправдан единогласно. В любом случае, согласно тогдашним законам он был оправдан.

    Чтобы охватить все материалы дела, нужно, как пишет Шульгин, было бы потратить всю жизнь. Но мне кажется, что вопрос о том, имело ли место ритуальное убийство и был ли виновен Бейлис - не имеет значения ни для истории русско-еврейских отношений ни для истории вообще. Точно так же как вопрос, совершались ли ритуальные убийства среди хлыстов, не есть вопрос русской истории. Например, Мережковский (в романе "Петр и Алексей") описал именно такой случай - и никаких протестов ни в России, ни за границей это не вызвало. Правда, действие романа относится к Петровским временам. Но, по реакции на "дело Бейлиса", можно представить себе, какой вопль раздался бы, если бы кто-то рискнул описать в романе ритуальное убийство, совершенное в еврейской среде, хотя бы и в Средние века. А существенным историческим фактом был тот русский и мировой резонанс, который вызвало "дело". Ведь слушалось незадолго до того "мутанское дело" по обвинению некрещеных черемисов (марийцев) в человеческих жертвоприношениях - и не вызвало сопоставимого отклика, никакие послы о его исходе не запрашивали. Да и цитированная выше книга Даля имела прямо авантюрную историю - рукопись похищали из типографии "неизвестные", рассыпали набор. А его же книга "Исследование о скопческой ереси" находилась в стандартном каталоге и желающий мог приобрести ее за 200 рублей серебром. Розанов был исключен из элитного "религиозно-философского общества", когда написал, что ритуальные убийства не противоречат духу Ветхого Завета и Талмуда. Но он был там желанным гостем, когда публиковал не менее отталкивающие суждения о Христианстве. Ему даже не были зачтены его предшествующие восхищенные статьи об иудаизме: как позже говорили следователи НКВД по поводу ссылок на революционные заслуги своих жертв - "а мы судим тебя не за это". И по поводу "дела Бейлиса" раздавались совершенно фантастические заявления. Например, один беллетрист (С.К. Эфрон) писал, что "клянется Всемогущим Богом", что ритуальных убийств среди евреев нет. Другие уже опирались на то, что "все без исключения раввины" отрицают возможность ритуальных убийств, а потому следствие направлено - де против "всего еврейства". (И более того, оскорбительно для тех иностранных государств, где евреи занимают высокие посты - как бы донос им на Россию). Ну кто из русских рискнул бы заявить (или поклясться Всемогущим Богом), что среди хлыстов не бывает ритуальных убийств? Это предполагало бы существование организации, знающей "все о каждом". Конечно, такой не существует. Во всех протестах звучало возмущение, что "такие обвинения" выдвигаются "в прогрессивном XX веке". Но всего через год самые прогрессивные страны набросились друг на друга и истребляли друг друга 4 года, травя ядовитыми газами. А еще лет через 30 одна из самых прогрессивных стран выдумала душегубки и газовые камеры, а другая , не менее прогрессивная - атомную бомбу и сбросила ее на мирный город. Это уж были убийства не одного ребенка, а "жертвы" миллионами. Так что прогресс тут явно не при чем.

    Да и сейчас в России ритуальные убийства происходят постоянно - то трех монахов Оптиной Пустыни, то священника в Сибири... Причем убийцы сами признаются, что действовали из побуждений, связанных с мистическими переживаниями. Значительность "дела Бейлиса" происходила из того, что обсуждение версии ритуального убийства было табуировано - и либеральная среда этот запрет приняла и поддержала со всей страстью. То есть, дело (как весомый политический фактор) и было - то создано оппозиционной прессой.

    Главное для России заключалось в том, что за этими всемирными криками был забыт убитый ребенок, отброшен, как нечто никому не интересное. Результат процесса свелся к тому, что Бейлис был оправдан. Ему собрали по всему миру по подписке капитал и он уехал в Америку. Но ведь труп убитого ребенка остался. Если его убил не Бейлис, то остается вопрос - кто? Если Чеберяк - надо было судить ее. Но это уже никому не было интересно. Русское "общественное мнение" согласилось с тем, что судьба Ющинского - пренебрежимая величина сравнительно с судьбою Бейлиса. Что здесь идет речь о личностях иного качества, иного вида. И это на примере ситуации, особенно доходчивой для любого человека - убийства ребенка. Как писал Розанов: "они продадут не только знамена свои, не только историю, но... и определенную конкретную кровь мальчика". Для обвинения евреев в ритуальном убийстве было создано совершенно особое название: "кровавый навет". Такого термина не было для обвинения хлыстов или черемисов. Точно так же, как во II мировую войну потери поляков, белорусов или сербов - так и назывались потерями, а потери евреев - это был "Холокост", т.е. нечто принципиально другое.

    Это и были три основные обвинения, настраивавшие русское и мировое еврейство оппозиционно по отношению к тогдашнему жизненному укладу России: "евреи не пользуются в России равноправием", "русское правительство организует еврейские погромы", "кровавый навет".

    Шульгин вспоминает:

    Кто помнит политическую еврейскую среду тех времен, тот помнит и ее тогдашнюю злобу. Все это клокотало ненавистью. К кому? К правительству и ко всему тому, что за этим правительством стояло или этим правительством охранялось.

    То же настроение подтверждает совсем другой источник - один из лидеров сионизма Х. Вейцман. Он вспоминает, что во время I Мировой войны, будучи в Англии, с ненавистью высказался о России. Его собеседник удивился - как может человек, сочувствующий Англии так относиться к России, когда она делает так много для победы. На это Вейцман, как он вспоминает, ответил, что "каждая русская победа - кошмар для евреев".

    Но совершенно очевидно, что та "ненависть к правительству и всему, что оно охраняло",о которой вспоминает Шульгин, - не евреями была выдумана. Еще когда ни о каком еврейском влиянии невозможно было говорить, Печорин написал:

    Как сладостно отчизну ненавидеть!
    И жадно ждать ее уничтоженья.

    Это настроение смог почувствовать еще Пушкин:

    Ты просвещением свой разум осветил,
    Ты правды чистый свет увидел
    И нежно чуждые народы полюбил
    И мудро свой возненавидел.

    И Достоевский в "Дневнике Писателя" не раз обращал внимание на барски-презрительное отношение к народу, переходившее в ненависть к России и всему русскому (включая правительство).

    Розанов написал в 1914 г. статью "Поминки по славянофилам", где так характеризует отношение к ним либерального течения:

    "Спора" никакого не было и не вышло... Было - гонение, было преследование; было на семьдесят лет установившееся заушение, плевки, брызги жидкой грязи, лившиеся с колес торжественного экипажа, где сидели Краевские, Некрасовы, Благосветловы, Шелгуновы, Скабические, Чернышевские, Писаревы, - на людей жавшихся куда-то в уголок, не слышимых, не разбираемых, не критикуемых...

    Так вот в чем дело и вот где корень расхождения (...), которое определило собою на семьдесят лет ход русской истории (...). Шло дело о нашем отечестве, которое целым рядом знаменитых писателей указывалось понимать как злейшего врага некоторого просвещения и культуры, и шло дело о христианстве и церкви, которые указывалось понимать как заслон мрака, темноты и невежества; заслон и - в существе своем - ошибку истории, суеверие, пережиток, "то, чего нет".

    Заметим, что в списке "знаменитых писателей" ("сидящих в экипаже") - нет ни одного еврейского имени, и это у Розанова, к тому времени так нелиберально-чувствительного к еврейскому влиянию (хотя, что касается Христианства и Церкви, то сам он в этом "экипаже" мог бы поместиться - где-то "на облучке"). Но когда он пишет о "корне расхождений", об его начале, то следует исторической истине.

    3. Русская интеллигенция и евреи.

    В то же время евреи все шире входили в русское образованное общество и влияли на развитие русской культуры. Всякий знает художника Левитана, скульптора Антокольского, музыкантов братьев Рубинштейн (основавших Петербургскую и Московскую консерватории), собирателя русского фольклора Шейна - и очень многих еще.

    Появился вызвавший столько споров сборник "Вехи" - его составителем был Гершензон, и из 7 авторов трое были евреи - Гершензон, Изгоев (Ланде) и Франк.

    Формулировались разные взгляды на роль евреев в культурной жизни России.

    О роли еврейства и иудаизма много размышлял и писал Розанов. Его отношение ко всему историческому еврейству имеет, как стало позже модно говорить, "характер любви-ненависти". С одной стороны, он считал иудаизм - идеальной, "истинной" религией, религией плодородия, рода, семьи, полноты жизни. Кагал - идеальной формой общины. Христианство, в продолжении всей его литературной деятельности, представлялось Розанову как некоторая разрушительная антитеза: религия, возводящая в идеал безбрачие, девство, - и, в заключение, ориентированная на смерть. Он называет себя антихристианином, Антихристом. В заметках последнего года жизни у него есть даже раздел, озаглавленный: "Перехожу в еврейство".

    С другой же стороны, все время (кроме, может быть, да и то отчасти, последнего, предсмертного года) он указывал на опасный социальный характер еврейского влияния, особенно для России. Так, он писал:

    Почему вы пристали к душе моей и пристали к душе каждого писателя, что он должен

    НЕНАВИДЕТЬ ГОСУДАРЯ.

    Пристали с тоской, как шакалы, воющие у двери. Не хочу я вас, не хочу я вас. Ни жидка Оль д,Ора, ни поэта Богораза. Я русский. Оставьте меня. Оставьте нас русских и не подкрадывайтесь к нам с шепотом:

    Вы же ОБРАЗОВАННЫЙ ЧЕЛОВЕК и писатель и должны ненавидеть это подлое правительство.

    Тут было и стремление к независимости, чтобы не поддаться общему течению:

    Жидки могут удовольствоваться, что за ними побежал Вл. Соловьев, но Розанов за ними не побежит (пробовали "обмазать").

    Но были и постоянно высказываемые мысли:

    Он удобрил вас, он оплодотворил вас. Он подошел и сказал вам, что то, о чем вы думаете и чем озабочены - легко исполнить... И вы даже не замечаете, что уже не "сам" и "я", а - "его". Почва, которая засеяна евреем и которую пашет еврей.

    И - гибнете. "Через 100 лет" нет русского+еврей, а только один еврей+погибший около него русский человек.

    "Поля наши - не из земли, а из людей". Вот отчего мы и не пашем, провиденциально не пашем. Ибо для нас уготована благороднейшая почва - человек, народы.

    И вот этой-то тайны их я и боюсь, и кричу, и говорю моим милым русским: "Не надо! Не общитесь с иудеями. Иначе вы все погибнете".

    Подождите. Через 150-200 лет над русскими нивами будет свистеть бич еврейского надсмотрщика.

    И под бичом - согнутые спины русских рабов.

    В настоящее время для России нет двух опасностей.
    Есть одна опасность.
    Евреи.

    И если революция начнет вообще одолевать (...), то евреи сбросят маску "сочувствия русскому народу" (...) и быстро передушат, как Гапона и Хрусталева (и так же революционно-корректно) всю русскую часть революции, всех собственно русских вождей революции, и в "ворота взятой крепости" войдут, конечно, одни! - войдут с криками: "Радуйся, русский народ - мы даровали тебе свободу!" - "Благодари нас и поклонись нам!" "Завтра начнется счастье..." Но сегодня еще надо доделать маленькое дело: додушить эту полицию на местах, этих мелких исправничешек и земских начальников из дворян и на место их поставить брюнетов из студентов, с фамилиями (к тому времени) русскими, и даже крещеных...

    (В последнем отрывке есть нечто загадочное. Судя по комментариям издателя, этот текст написан в 1913 г., а Носарь-Хрусталев убит большевиками в 1919 г. Может быть, слово "придушить" понимается в смысле конца политической карьеры? Гапон тогда уже был "казнен" Рутенбергом.)

    В 1897 г. Чехов занес в записную книжку такие размышления (а напечатано впервые в 1980 г.!):

    Такие писатели, как Н.С.Лесков и С.В.Максимов не могут иметь у нашей критики успеха, так как наши критики почти все - евреи, не знающие, чуждые русской коренной жизни, ее духа, ее формы, ее юмора, совершенно непонятного для них, и видящие в русском человеке ни больше ни меньше, как скучного инородца. У петербургской публики, в большинстве руководимой этими критиками, никогда не имел успеха Островский; и Гоголь уже не смешит ее.

    А.Белый писал:

    Нам грозит опасность "штемпелеванной культуры", т.е. интернациональной фабрики по поставке гениев; нам грозит фабричное производство мыслей...

    Вырастает ужасная цензура во всех недрах этих предприятий: переводится, рекламируется и распространяется только то, что угодно королям литературной биржи...

    Кто, кто эти оскопители? Странно и страшно сказать, но приходится.

    Это - пришлые люди: обыкновенно оторванные от той нации, в недрах которой они живут (...) главарями национальной культуры становятся чуждые этой культуре люди; конечно, не понимают они глубин народного духа, в его звуковом, красочном и словесном выражении (...)

    ...вы посмотрите списки сотрудников газет и журналов России: кто музыкальные, литературные критики этих журналов? Вы увидите почти сплошь имена евреев...

    Общая масса еврейских критиков совершенно чужда русскому искусству, пишет на жаргоне "эсперанто" и терроризирует всякую попытку углубить и обогатить русский язык...

    И эта зависимость писателя от еврейской или юдаизированной критики стpого замалчивается: еврей-издатель с одной стороны грозит голодом писателю; с другой стороны - еврейский критик грозит опозорить того, кто поднимет голос в защиту права русской литературы быть русской, и только русской.

    В архивах сохранилось письмо Куприна (знаменательным образом так и не опубликованное у нас до 1990хг. г.). Оно написано по поводу шумного инцидента, вызванного непочтительным отзывом писателя Чирикова о творчестве Шолом-Аша. Вся пресса любых оттенков обрушилась на Чирикова. Куприн пишет:

    Все мы, лучшие люди России (себя я к ним причисляю в самом-самом хвосте), давно уже бежим под хлыстом еврейского галдёжа, еврейской истеричности, еврейской повышенной чувствительности, еврейской страсти господствовать, еврейской многовековой спайки, которая делает этот избранный народ столь же страшным и сильным, как стая оводов, способных убить в болоте лошадь. Ужасно то, что мы все сознаём это, но во сто раз ужаснее то, что мы об этом только шепчемся в самой интимной компании на ушко, а вслух сказать никогда не решимся. Можно печатно и иносказательно обругать царя и даже Бога, а попробуй-ка еврея! Ого-го! Какой вопль и визг поднимется среди всех этих фармацевтов, зубных врачей, адвокатов, докторов и особенно громко среди русских писателей, - ибо, как сказал один очень недурной беллетрист, Куприн, каждый еврей родится на свет божий с предначертанной миссией быть русским писателем.

    Автор продолжает:

    И оттого-то вечный странник еврей таким глубоким, но почти бессознательным, инстинктивным, привитым 5.000-летней наследственностью, стихийным, кровным презрением презирает всё наше земное. (...) Оттого-то он опустошает так зверски леса, оттого он равнодушен к природе, истории, чужому языку.

    Но кончает Куприн просьбой письмо держать в секрете и сообщает, что выступить в защиту Чирикова отказался.

    Зато какие-то невидимые силы притяжения связывали тогдашнюю прогрессивную интеллигенцию с еврейством. Горький, например, основал "Русское общество для изучения еврейской жизни", имевшее целью бороться с ещё сохранившимися предрассудками по поводу евреев. Издавался сборник "Щит" в защиту евреев, редакторами которого были Андреев, Сологуб и Горький.

    В этом сборнике писали, например:

    Мережковский:

    Чего же от нас хотят евреи? Возмущения нравственного, признания того, что антисемитизм гнусен? Но это признание давно уже сделано; это возмущение так сильно и просто, что о нем нельзя говорить спокойно и разумно; можно только кричать вместе с евреями. Мы и кричим.

    О.Сергий Булгаков (о движении сионизма):

    Есть священные символы и мировые идеи, которые заставляют дрожать самые сокровенные струны сердца: такое значение имеет, например, христианский Царьград и крест на св. Софии или освобождение из рук неверных Гроба Господня. Подобное же значение должно иметь для иудейского и христианского сердца (я трижды подчеркиваю это "и") вопрос о Палестине и устроении Израиля на земле, ему Богом данной и обетованной.

    Вяч.И.Иванов:

    Мне думается, что евреи - провиденциальные испытатели наши, и как бы всемирно-исторические экзаменаторы христианских народов по любви к Христу и по верности нашей Ему.

    Особенно поразительно это течение, если сопоставить его с отношением к крестьянству, некогда традиционному объекту сочувствия русских либералов и демократов. Еще 1880е годы И.Аксаков писал, что либеральная пресса постоянно клеймит "кулака", но никогда ни слова не скажет о еврее - ростовщике или шинкаре.

    Ярче всего это удивительное тяготение прогрессивного направления в России к евреям - как нации, горячая и постоянная любовь, проявились у Горького. Начиная с первых его рассказов: "Легенда о еврее" (1896), "Каин и Артем" (1898). Публицистике - "Погром", "О евреях". В 1899 г. он выступал против позиции "Нового Времени": его открытое письмо Суворину, он подхватывает термин Писарева: "Ванькина литература". Но зато, когда в 1905 г. ему было предъявлено обвинение в распространении литературы, подстрекающей к свержению существующего строя - защищал его юрист О.О.Грузенберг (впоследствии - адвокат Бейлиса). В 1906 г. он едет в Америку, американские евреи устраивают ему восторженную встречу, какой, по словам газет, удостаивали только Гарибальди. В газете американских евреев "Форверст" он пишет в статье "О Бунде":

    Евреи - это люди с высоко поднятым горящим факелом, которым они освещают человеческий путь.

    Он был инициатором издания газеты "Новая Жизнь". Деньги на нее дали А.Ф.Марск, Б.А.Гордон, Э.К.Груббе (каждый по 150 тыс. р.). Редактором был Н.Н.Суханов (Гиммер), ведущими сотрудниками - Лозовский (Дридзо), Стеклов (Нахамкес) и др. (такие сведения приводит Суханов). Директор газеты - Соломон Зальцман.

    Вместе с Андреевым и Сологубом Горький опубликовал "Анкету об антисемитизме", где сам же и ответил:

    Еврейский вопрос в России это первый по его общественной важности наш русский вопрос о благоустройстве России.

    (В чем-то совпадая с оценкой Розанова.)

    В "Новой Жизни" (уже июль 1917 г.) Горький писал:

    Есть еще тысячи доказательств в пользу того, что уравнение еврей = большевик - глупое уравнение, вызываемое зоологическим инстинктом раздраженных россиян.

    Я, разумеется, не стану приводить эти доказательства - честным людям они не нужны, для бесчестных - не убедительны.

    Тут вскрываются глубокие эмоциональные основы всей позиции Горького в этом вопросе. Некоторые фундаментальные истины ясны для него без доказательств, т.е. без обсуждения ("ему, как и другим честным людям" - категория странная в устах Горького: были ли его любимые герои, Челкаш или Мальва, честными людьми? Может быть, лишь в некотором очень расширенном, "высшем" смысле.) Множество подобных высказываний Горького чисто хронологически не вмещаются в рамки этого параграфа, мы столкнемся с ними позже. Бывают примеры такой страстной влюбленности в свой народ - но чтобы в другой - было ли в Истории?

    Нечто (хотя, вероятно, далеко не все) по поводу этого загадочного "сродства душ" отметил Розанов:

    Не русская душа говорит. В сущности, говорит вовсе не Максим Горький. Последний - подменился, заменился. Гениальная нация в создании подделок - одна. Это говорит "местечко" Париж, где проживают "русские Моисеева закона".

    ЛИТЕРАТУРА

    Достоевский Ф.М. Дневник Писателя. Собр. соч. в 30 томах. Т.25. М. 1983.

    Боханов А. Буржуазная пресса и крупный капитал. Конец XIX в.---1914 г. М. 1984.

    Ананьич Б. Банкирские дома в Росии.1816 - 1914 г.г. Ленинград. 1991.

    Ананьич Б. Россия и иностранный капитал. (1897-1914 ). М. Наука. 1970.

    "Красный Архив". Т. IV, 1923; т. VI, 1924; т X, 1925.

    Субботин А. В черте еврейской оседлости. Спб.1888.

    Тыркова-Вильямс А. На путях к свободе. Нью - Йорк 1952.

    Аксаков И.С. Сочинения т. III. Спб. 1900.

    Покровский М.Н. Очерки по истории революционного движения в России XIX и XX в. М. 1924.

    Аронсон Г. Россия накануне революции. Мадрид 1986.

    Шульгин В. В. Что нам в них не нравится? Спб. 1992.

    Розанов В. В. Опавшие листья. Короб 1й и 2й.Спб.1912 - 1915.

    Гр. Витте С. Ю. Воспоминания. Ленинград. 1924.

    Sombart W. Цит. в Гл. 5.

    Von Hayek F. Law, Legislation and Liberty.v.3.Chicago 1979.

    Аксаков И.С. Сочинения, т. III. Спб. 1905 г.

    Weizmann Ch. Trial and error.N.J.1949.

    Солженицын А. 200 лет вместе. М. 2001.

    Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Фемистокл. XIII.

    Розанов В.В. Собрание Сочинений. Мимолетное М. 1994. О писательстве и писателях. М. 1995. Апокалипсис нашего времени. М. 2000. Последние листья. М. 2000. Сахарна. М. 2001.

    Меньшиков М.О. Письма к русской нации. М. 1999.

    Кузьминский и Турау. Киевский и Одесский погромы в отчетах сенаторов Турау и Кузьминского. Спб. 1907.

    Даль В.И. Розыскание о убиении евреями христианских младенцев и употреблении крови их. 1844.

    Чехов А. П. Собрание Сочинений в 30 томах. Т. 17. М. 1980.

    Белый А. Штемпелеванная культура. "Весы". 1909. Сентябрь.

    Куприн. А.И. См.Чириков Е. На путях жизни и творчества. "Наш Современник". 1991 г., N 9.

    Симанович А. Распутин и евреи. Рига (без года издания).

    Суханов Н.Н. Записки о революции. Т. 1. Книги 1-2. М. 1991.

    Тайна Израиля. "Еврейский вопрос" в русской религиозной мысли конца XIX - первой половины XX в. в. Спб. 1993.

    Агурский М., Шкловская М. Максим Горький 1868 - 1936. (из литературного наследия). Иерусалим. 1936.

    Гл. 11. В русской революции 1917 г.

    1. Подготовка революции.

    Активное участие в русской революции принимало, конечно, лишь некоторое политически ориентированное меньшинство всего еврейского населения России. Впрочем, так обстоит дело со всеми народами: и с русскими, и с грузинами. Участие евреев в русской революции широко известно и часто обсуждается. Но большей частью обсуждение сводится к одной из крайностей. Либо утверждается, что речь идет о незначительном, не принципиальном факторе, который бессмысленно (и не должно) обсуждать. Число евреев, участвовавших в революции, было-де не так велико, как утверждается, да они были и не евреями, а интернационалистами, порвавшими со своими национальными корнями. И вообще, обсуждение этого вопроса есть "антисемитизм". Либо, наоборот, участие евреев в революции трактуется, как определяющий ее фактор, ее главная или даже единственная причина.

    Попытка воссоздать реальную картину, не уклоняющуюся к той или другой крайности, находит мало понимания. Автор испытал это на себе. В работе, написанной лет 25 тому назад и распространявшейся тогда в самиздате, я пытался четко сформулировать свою точку зрения: "мысль, что революцию делали одни евреи - бессмыслица, выдуманная, вероятно, лишь затем, чтобы ее было проще опровергнуть". Но и до сих пор, 1/4 века спустя, я встречаю утверждения, что рассматриваю революцию как "еврейский заговор".

    Попытаюсь еще раз собрать основные известные мне факты, характеризующие участие евреев в подготовке, проведении и утверждении русской революции. А процесс этот очень тонкий и сложный и одной какой-то характеристикой суммировать его, мне кажется, невозможно.

    Само существование революционного движения, "революционного процесса", в России, по-видимому, никак не связано с еврейским влиянием. Крупнейшими идеологами, зажигавшими сердца революционной молодёжи были: Герцен, Бакунин, Чернышевский, Лавров, Писарев, Михайловский. Среди них не было евреев. Поворот революционеров к терроризму начинается выстрелом Веры Засулич, душой террористов были Желябов и Михайлов.

    Но постепенно в этот революционный поток начинает вливаться еврейская струйка. Среди плеяды "шестидесятников", наиболее влиятельными из которых были Чернышевский и Добролюбов видное место занимал происходивший из евреев Зайцев. (В своих воспоминаниях Тихомиров пишет о нем, что он происходил из евреев и какой-то особенной ненавистью ненавидел Россию.) Тогда же впервые проявил себя Марк Натансон, игравший потом большую роль в революционном движении. Уже маститым патриархом он стал одним из вождей левых эсеров (под кличкой Бобров) и при разрыве их с большевиками создал группу, поддерживавшую большевиков. Участие евреев в революционном движении на первоначальном этапе можно иллюстрировать такими цифрами. Объёмистая, наполненная большим количеством конкретных данных книга Волка "Революционное народничество 70-х г.г." состоит их 2-х томов, т. I описывает события первой половины десятилетия, т. II - второй половины. Оба тома снабжены списком упоминаемых фамилий. Если из этого списка выделить всех, так или иначе связанных с революционным движением (террористов, пропагандистов, распространителей листовок и т.д.), то окажется, что среди них евреи составляли в первый период 4-5%, а во второй - около 10%. Известный народоволец Аптекман в книге "Земля и Воля 70-х гг." приводит состав "основного кружка" "Земли и Воли". В нём 25 человек и евреями являются, по-видимому, Марк и Ольга Натансон, Зунделевич и Аптекман. В 1877 г. "Большой Совет" "Земли и Воли" состоял из I7 человек, среди которых было 3 еврея. Организаторами "Чёрного Передела" были 18 человек, из которых опять 3 еврея.

    Эта небольшая, хотя всё расширяющаяся струйка привносила, однако, совершенно особый человеческий материал. Основное противоречие, мучившее тогдашнюю революционную молодёжь, заключалось в следующем. Все они, конечно, были "народниками", готовыми жертвовать всем, вплоть до жизни ради народа. Но вот когда в период "хождения в народ" они с этим народом столкнулись, то оказалось, что их идеи и принципы с убеждениями народа несовместимы. Стоило им начать агитацию против царя или Бога, как их хватали, вязали, вели в полицию. Причём бывали случаи, когда полицейские, не желая связываться с "барчуками", пытались отпустить их, а крестьяне требовали расписку в том, что агитаторы в полицию представлены - вызывая неудовольствие, а часто и притеснения в отместку. Ситуация была столь разительной, что никаких сомнений не оставляла.

    Перед революционерами лежали три пути, как ярко описывает по личным впечатлениям Тихомиров. Можно было применить к жизни свой принцип, что "народ знает правду", или, по крайней мере, признать, что он имеет право жить по своим убеждениям. Кто избрал такую точку зрения, должен был из революционного движения уйти, о них мы в его истории не узнаем. Второй путь заключался в том, чтобы "просветить" народ, т.е. путём пропаганды изменить его убеждения. Избравшие этот путь отправлялись в деревню фельдшерами, учителями и т.д. Но в большинстве случаев окружающая жизнь - болезни, бедность, недоедание - производили такое впечатление, что одни из деревни бежали, а других затягивала эта жизнь, и заботы окружающего крестьянства заслоняли для них цели революции. Такие для революционного движения тоже были потеряны. Наконец, оставался третий путь: делать революцию вопреки воле народа - либо, обманув, его же руками, либо без него - через террор. Совершенно сознательно разрабатывалась градация агитационной литературы - что можно давать читать народу, а что давать лишь учителям, агрономам и фельдшерам (против Бога и царя) - народу же давать читать "неудобно". Распространялись даже поддельные грамоты от имени царя с призывами к переделу земли или восстанию. Поскольку и этот путь оказался не действенным, остался путь террора, но с мучительным сознанием, что вершится этот террор вопреки желаниям и принципам обожествляемого народа.

    И вот тут появились молодые люди, для которых все эти (говоря современным языком) "комплексы" полностью отсутствовали. С народом их никакие положительные чувства не связывали, к нему с детства было внушено отношение как к чуждой и враждебной среде, "объекту" их деятельности. Эти люди легко могли усвоить абстрактную схему и сосредоточить все силы на её осуществлении. Мироощущение этого нового типа революционеров передают, например, мемуары Аптекмана. Он пишет:

    Народа я не знал, так как родился в городе, деревни почти не видел, да, кроме того, я был чужим этому народу по крови. Русскую историю я тоже плохо знал. Признаться, не любил я её. Уж очень скучной она мне казалась. И я, такой любознательный и прилежный, прочитавший так много по истории Запада, а особенно по истории революционных движений на Западе, ничего не читал по русской истории. Мне казалось, что она ничего не может сказать ни моему уму, ни моему сердцу.

    Разумеется, Аптекман пишет это лишь для того, чтобы сказать что он понял свою ошибку. Но как он её исправил - это, пожалуй, ещё характернее:

    Соловьев, Костомаров, Беляев, Аристов, Хлебников, Щапов, Мордовцев, Антонович и др. появились на моём столе и прочитывались от доски до доски... К весне 1874 г. я был совершенно (!) готов.

    Судя по мемуарам, на это понадобилось всего несколько месяцев! Полюбил ли Аптекман в таком пожарном порядке русскую историю и что он из неё понял - этого он не сообщает, но дальше мы узнаём, что он отправился в народ проповедовать социализм. С сожалением он обнаружил, что эта пропаганда абсолютно не воспринимается и пришёл к выводу: "...мы сим не победим народа...". Вот такого полного преодоления народнических сантиментов, способности сознательно занять позицию враждебной стороны (народ надо победить) - мы у русских современников Аптекмана не встретим.

    В 60-е годы, в разгар народнических настроений, Зайцев писал, что "народ глуп и туп", что не следует "ставить его на пьедестал", как это делают демократы, но "действовать против него решительно": опять тот же мотив борьбы с народом, его покорения.

    Другой революционер - Дейч - вспоминает, что многие еврейские революционеры произошли из захолустных местечек, в детстве даже не говорили по-русски. Таким было, например, детство Геси Гельфман, пока она, взяв с собой узелок своих вещей, не отправилась в город "изучать гойскую науку". Какой взгляд на окружающий народ с детства впитывали эти юноши, воспитанные в местечках, управляемых кагалами, можно представить себе, например, по высказываниям И.Шахака, Алексеева и отрывкам из книги Брафмана, приведенным в гл. 4.

    Могло бы показаться удивительным, что молодые люди, с детства чуждые русской жизни, совершенно не знавшие народа, скоро становились вождями революционного движения. На самом деле это понятно - именно они могли освободить движение от груза старых представлений о "служении народу", привить взгляд, что народ, наоборот, надо "победить", "действовать против него решительно". А это высвобождало силы для практической, революционной работы.

    К началу 80-х г.г. тот факт, что среди руководства террористов имеется заметное количество евреев - уже обращал на себя внимание, в частности, это проявилось в направленных против евреев народных беспорядках, вызванных убийством Александра П в 1881 г. Однако, насколько слабо было ещё еврейское влияние среди революционеров показывает тот факт, что "Листок № 6" Народной Воли приветствовал эти беспорядки как направленные против эксплуататоров( в чем потом многократно оправдывались).

    1881 год был кризисным в истории русского революционного движения. Убийство Александра П рикошетом нанесло тяжелейший удар всему движению - как физический, так и моральный. На это убийство были брошены все силы организации - и в результате почти все ведущие революционеры оказались арестованными. С другой стороны, убийство царя, освободившего крестьян, осуществившего реформы, преобразовавшие всю жизнь России - оттолкнуло многих от революции. В кружке сохранившихся революционеров, почти исключительно в эмиграции, начались поиски новых идей и новых путей. Этот ключевой для дальнейшего развития "латентный период" революции продолжался лет 15-20. Революционное движение вышло из него с новым лицом.

    И среди новых черт одной из самых заметных было теперь уже преобладающее еврейское влияние в руководстве движения.

    Ещё в 1889 г. в докладе департамента полиции о революционной эмиграции (после революции этот документ был опубликован) приводится список из 146 революционеров, из которых, по крайней мере, 50 были евреи - т.е. около 1/3!

    В конце века революционное движение стало быстро набирать силу. Самой яркой его фракцией тогда была партия эсеров. Процесс ее возникновения в деталях восстановить трудно. По одним сведениям она возникла из слияния трех организаций: "Заграничного союза", "Рабочей партии политического освобождения России", действовавшей на западе России, и "Союза социалистов-революционеров" на севере. Организаторами первой были Раппопорт и Хаим Житловский, второй - Гершуни (Герш Исаак Ицков), а третьей - Аргунов - единственный русский среди них. Во главе партии эсеров, по-видимому, стояли главным образом евреи. Жандармский полковник Спиридович в своих воспоминаниях пишет:

    Главнейшими заправилами этой "народнической русской партии" оказались: Гоц, Минор, Гершуни, Рубанович, Натансон, Азеф.

    Из русских он может привести только Чернова. Интересны и более частные зарисовки из его же воспоминаний:

    Их киевский комитет состоял тогда из евреев. Сторонниками партии в Киеве была еврейская интеллигентная молодежь. Влияние Гершуни сказалось в том, что все они бредили террором (...).

    "Федор", еврей, назвать себя отказался и предъявил фальшивый паспорт. Это был интересный тип идейного, профессионального странствующего революционера. Tо был фанатик своего дела. Таких работников давала только еврейская среда.

    Душой партии эсеров была "Боевая организация". Ее создал и ею руководил с 1901 по 1902 г. Гершуни, с 1903 по 1906 - Азев (правдоподобно, что его фамилию надо произносить так - а не Азеф,- причем с ударением на А), с 1906 по 1907 - Зильберберг. В 1907 г. во главе стал Никитенко, но через два месяца был арестован. В 1908 г. она была распущена в связи с разоблачением деятельности Азева.

    Очень интересна роль Азева. Два самые знаменитые террористические акта, осуществленные под его руководством - это убийство министра Плеве и Московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича. Оба они слыли антисемитами. Плеве приписывали (вряд ли справедливо) организацию Кишиневского погрома и даже (совершенно фантастично) план водворения всех евреев в гетто. Великий князь Сергей Александрович вновь ввёл некоторые ограничения, касающиеся евреев, отмененные его предшественником. Начальники Азева по департаменту полиции - Зубатов и Ратаев - вспоминают, что тот просто трясся от злобы, говоря о Плеве. После убийства Плеве руководство партии в Швейцарии устроило пир, на котором раздавались возгласы: "Это ему за Кишинёв". С другой стороны, Азева связывали какие-то особые отношения с Гершуни. Он давал о нём ложные показания, преуменьшая его роль, грозил, что если Гершуни тронут, то он, Азев, с полицией больше сотрудничать не будет. Выдал Азев организацию Аргунова, состоявшую из русских (были арестованы: Аргунов, Колосов, Баранов, Чернова). Наконец, удивительна история разоблачения Азева. Когда Бурцев представил доказательства его сотрудничества с полицией, Азев был вызван на партийный суд. Он отпирался, и суд был отложен на другой день. Ночью Аэев спокойно уехал. А ведь эсеры убивали безо всякого суда и за гораздо меньшие преступления против партии. Так, заподозренный в предательстве Татаров был выслежен в доме родителей и безо всякого суда убит на их глазах. Потом Азев жил в Германии, Бурцев его разыскал и взял у него интервью, но другим место его пребывания якобы не было известно. Трудно дать всему этому иное объяснение чем то, что руководство партии задолго до разоблачения знало о двойной роли Азева и по каким-то соображениям её санкционировало. А в свете изложенного выше, эти соображения были скорее всего связаны с национальной ориентацией и деятельности Азева, и руководства партии.

    Позже, при выборах городских советов (Городских Дум) летом 1917 г., в Учредительном Собрании - эсеры убедительно превосходили другие партии по числу голосов. Поэтому они стоят того, чтобы к ним присмотреться внимательнее.

    Вот краткий очерк истории партии эсеров, извлеченный из сочинения американского исследователя Радкей.

    В конце 1901 г., говорит автор, произошло слияние двух революционных групп - "Северной" и "Южной", руководимых Азевом и Гершуни. Это и было рождение партии. Вскоре среди руководителей проявились М.Гоц и Чернов. Органом партии была "Революционная Россия", ее редактором - Гоц. Автор пишет: "Гершуни говорил о лицах, дающих десятки тысяч рублей партии, но не желающих стать ее членами. Партия получала также значительную поддержку из США, где в таких центрах как Нью-Йорк, Чикаго, Бостон были крупные колонии русских евреев, крайне враждебных царизму". К осени 1906 г. в партии было примерно 50 тыс. членов и 300 тыс. сочувствующих. Боевая организация, созданная Гершуни, была независима от руководства партии - в выборе как своих членов, так и жертв. Статистика совершенных его терактов: 1902 - 4; 1904 - 6; 1905 - 51; 1906 - 78; 1907 - 62; 1908 - 3. Дольше всего боевой организацией руководил Азев. Самым сенсационным терактом было убийство министра внутренних дел Плеве. Николаевский утверждает, что Азев стремился к убийству Плеве по некоторым личным причинам, а также потому, что считал его антисемитом.

    В эмиграции Чернов настаивал на том, чтобы в России в руководстве партии соблюдался принцип "хора" - как Мартов (Цедербаум), Дан (Гурвич) и Церетели у меньшевиков; Бабель, Либкнехт и Каутский у немецких с.-д.; Бауэр, Реннер и Адлер - у австрийских. У эсеров этот "хор" должен был состоять из него, Гершуни и М.Гоца.

    Во время войны часть руководства эсеров примкнула к "циммервальдистам": Мстиславский в Петрограде, Штернберг в Москве, Коган-Бернштейн, Качинский и Чайкин на Украине. В эмиграции выделились "левые эсеры": Бобров (Натансон), Камков (Кац) и Далин (Левенсон). К ним примкнула Евгения Ратнер без ведома ее друга Чернова. Циммервальдистами были и Чернов с Александровичем. О Натансоне автор пишет: "Он один из первого поколения народников не изменил своего мировоззрения до самого 1917 г. Возможно, из-за сильной национальной компоненты в его ненависти к царизму".

    Похожую картину автор рисует и касательно послереволюционного периода. Естественно, в 1917 г. партия резко активизировалась. Во главе ее Петроградского Совета был А.Гоц (брат умершего к тому времени М.Гоца) и два заместителя: Болдырев и Лифшиц. Брешко-Брешковская получила тогда из американских источников 2.100.000 рублей. В мае произошел III съезд, где, по словам автора, Чернов "утратил все претензии на лидерство и капитулировал перед властью А.Гоца. Не было скандала и открытой борьбы, просто более сильная личность уселась на водительское место". Произошли выборы ЦК, где из 20 избранных членов 8 (судя по фамилиям и именам) были евреи. Летом 1917 г. в большинстве крупных городов эсеры были избраны городскими головами. В частности, в Петрограде - Шрейдер, в Москве - Минор. На VII съезде в августе 1917 г. впервые разгорелась борьба между "обронцами" и сторонниками скорейшего окончания войны. Руководство представило резолюцию, составленную руководителем первого течения - Розенблюмом и второго - Штейнбергером.

    Почти одновременно с эсерами на историческую арену в России вышла и социал-демократия. Первую марксистскую организацию: группу "Освобождение труда" в 1883 г. основали Плеханов, Аксельрод и Дейч. Первой социал-демократической партией в Империи была социал-демократическая партия Царства Польского, организованная в 1893 г. Розой Люксембург и Лео Иогишес (Тышко). Второй был "Бунд" - "Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России", созданный в 1897 г. Из него вышли многие лидеры социал-демократии, наиболее известный - Мартов (Цедербаум), первая работа которого была посвящена доказательству того, то еврейский пролетариат не должен в своей борьбе идти на союз с пролетариатом русским, ибо тот его обязательно предаст. Долго потом, вплоть до 1917 г., Бунд играл роль резервуара, из которого все течения социал-демократии черпали руководящих работников. Но среди более молодых деятелей стало преобладать убеждение, что замыкаться в чисто национальную организацию - это неверная политика. О роли Бунда в создании РСДРП Г.Зиновьев (Радомысльский) пишет (в его "Истории Коммунистической партии"):

    ...во второй половине 90-х г.г. движение еврейских рабочих было очень значительно, и роль Бунда в партии очень важна. Достаточно сказать, что главным организатором первого съезда нашей партии в 1898 г. был Бунд. И совсем не случайно этот съезд был в Минске, в городе еврейской черты оседлости, на территории деятельности Бунда.

    На I съезде РСДРП было всего 9 делегатов: Арон Кремер, Абрам Мутник, Шая Кац, Борух Эйдельман, Николай Абрамович Банновский, Вигдорчик, Радченко, Тучапский и Петрусевич. Избранное ЦК составляли Кремер, Радченко и Эйдельман.

    Когда на II съезде Бунд потребовал для себя совершенно исключительного положения в партии, и эти требования вызвали возражения, то представитель Бунда Либер воскликнул, имея, очевидно, в виду роль Бунда в создании РСДРП: так могут говорить только люди родства не помнящие! И сейчас же послышались протесты и заверения, что заслуги Бунда никогда забыты не будут. Каждый, кто учился в советской школе, знает фамилии вождей социал-демократии: Мартов (Цедербаум), Аксельрод, Дан (Гуревич), Либер (Гольдман), Мартынов (Пиккер), Розанов (Гольдендах), Троцкий (Бронштейн), Зиновьев (Радомысльский), Каменев (Розенфельд), Абрамович, Эрлих и т.д. и т.д. Плеханов принадлежал к этническому меньшинству. Редакция "Искры" в 1900 г. состояла из: Плеханова, Аксельрода, Засулич, Дейча, Мартова и Ленина. После раскола на большевиков и меньшевиков, еврейское влияние было особенно заметно среди меньшевиков. В связи с V съездом РСДРП Сталин опубликовал статью в газете "Бакинский пролетарий". В ней говорится:

    Не менее интересен состав съезда с точки зрения национальностей. Статистика показала, что большинство меньшевистской фракции составляют евреи, далее идут грузины, потом русские. Зато громадное большинство большевистской фракции составляют русские.

    Он объясняет это тем, что меньшевики представляют интересы мелкой буржуазии, в которой преобладают евреи.

    Примерно в то же время Ленин записал:

    Число членов нашей партии теперь свыше 100.000 человек: 31.000 были представлены на объединенном съезде, затем 26.000 польских социал - демократов, около 14.000 латышских и 33.000 еврейских.

    (33.000 еврейских социал - демократов -- это, видимо Бунд, вновь принятый в РСДРП, о числе евреев среди "польских" говорит хотя бы то, что организаторами партии были Роза Люксембург и Лео Йогишес; 31.000 "объединившихся" - это, скорее всего, прежние большевики и меньшевики, объединившиеся на V съезде, о которых писал Сталин. Русские явно составляли незначительное меньшинство).

    Точка зрения Сталина подтверждается еще тем, что (как стало позже известно) при объединении с большевиками меньшевики создали (на конференции в Женеве, 1903 г.) "теневое политбюро" в составе: Аксельрод, Мартов, Дан, Троцкий, Потресов. Об этом сообщает биограф Троцкого, Дейчер. И исследователь истории меньшевиков Зива Галили пишет: "Среди меньшевиков преобладали представители двух национальных меньшинств России - евреев и грузин", "евреи-марксисты были выходцами из обеспеченных, руссифицированных еврейских слоев Санкт-Петербурга, к которым впоследствии присоединились и выходцы из еврейских местечек в черте оседлости". Похожая ситуация рисуется по данным послереволюционным. Первая после революции конференция меньшевиков состоялась в мае 1917 г. В Оргкомитет партии были избраны: Хинчук, Исув, Романов, Зарецкая, Ерманский, Аксельрод, Ермолаев, Гарви, Горев, Смирнов, Дан, Ежов (Цедербаум, брат Мартова), Батурский, Панин, Юдин, Богданов, Крохмаль, то есть евреи, видимо, превалировали.

    И в такой мало влиятельном течении как анархизм, обнаруживается заметное еврейское присутствие. Конечно, создателем всего течения был Бакунин, позже наиболее крупной фигурой - Кропоткин. Но с приближением революции 1905 г., когда движение активизируется, в нем все большее участие принимают евреи. В сборнике (всех известных) документов анархистов, во вводной статье составитель сборника так характеризует положение в период революции (1905 г.): "Среди анархистов преобладали евреи (по отдельным выборкам их число достигало 50%), русские (до 41 %), украинцы (до 35 %)".(Оценки очень приближенные, почему сумма и оказывается больше 100%!). В 1903 г. в Париже создается издательская группа "Анархия". В том же сборнике ее состав представлен так: Б.Я.Энгельсон, М.И.Гольдсмит, Рощин (Н.С.Гроссман), М.Э.Р.Дайнов, Ш.Х.Каганович, С.М.Романов и др. Первый террористический анархистский акт в XX в. в России совершил в 1904 г. Нисан Фарбер. В материалах анархистов приводятся некрологи (или иные упоминания) погибших или казненных террористов. Их полный список: Нисан Фарбер, Арон Елин (Гелинке), Павел Гольман, М.Шпиндлер (Мойше Гроднер). Ф.Зубарь, Т.И.Бездырев, Бейниш Розенблюм. Еще упоминаются три еврея (один из них 16-летний Осип Левин, остальные по имени не названы), перед казнью отказавшиеся от услуг раввина. После начала войны среди анархистов произошел раскол: "оборонцев" возглавлял Кропоткин, "интернационалистов" - Гроссман, Ге (Гольберг) и Шапиро. После Февральской революции движение опять разделилось. Советы и участие в них поддерживал Кропоткин. Ему возражал Гейцман (Хаим Лондонский): "не забираться наверх править". Некоторые обращения анархистов издавались на идиш (иногда потом переводились на русский - самими анархистами или полицией, захватившей эти обращения).

    Но, не смотря на большое участие евреев в движении анархистов, не заметно (в отличие от эсеров) какой либо национальной ориентации в деятельности партии. В революцию 1905 г. их организации активнее всего были в черте оседлости и боролись, главным образом против состоятельных евреев. Так, первый их теракт в XX в. был совершен в 1904 г., когда Нисан Фарбер убил Аврама Кагана в синагоге в Белостоке. В 1905 г. Б. Фридман бросил бомбу в синагогу в Белостоке, где собралась группа состоятельных евреев ( возможно, для обсуждения вопроса о локауте).Влияние деятельности анархистов в общерусском масштабе сказывалось разве что в том, что она расшатывала тогдашний образ жизни.

    Эсеры, эсдеки и анархисты - это были партии, называвшие себя революционными. Кадеты назывались лишь оппозиционной партией, но, по существу, были партией революционной, имевшей целью изменение государственного строя. Эту их роль в I Государственной Думе очень ясно показал в своей книге историк Герье. Официальным вождем партии был Милюков. Но Тыркова-Вильямс пишет в своих воспоминаниях: "Милюков был окружен темноглазыми почитателями и особенно почитательницами, к которым он был очень чувствителен. Но не он дирижировал хором, а скорее тот - им". Удивительно, что и Меньшиков в связи с Милюковым применяет то же сравнение - "Подставной дирижер". Фактическим редактором официального органа кадетов, газеты "Речь", был Гессен. Кое-что об источниках финансирования газеты сказано в гл.10. В ЦК кадетской партии из числа евреев входили: Винавер, Гессен, Изгоев (Ланде), Каминка, Мапндельштам, Петражицкий. Меньшиков, кроме того, называет среди "вождей кадетов": Ганейзера, Ганфмана, Греве, Иоллоса, Гуревича, Розенберга, Штильмана, Фридмана.

    Эти факты дадут, однако, очень односторонний взгляд, если не отметить, что в руководстве кадетов громадное место занимали также помещики и дворяне старых родов, известные профессора (кадеты считались "профессорской партией"). Тыркова-Вильямс перечисляет: Шаховской, Долгорукий, Радичев, Муханов, Свечин, Петрункевич. Из профессоров - Муромцев, Милюков. Тыркова поражается: а в программе - насильственное отчуждение помещичьих земель? Но на этом пути веяло властью. Да и деньги вдруг полились. Она сама удивляется: за один год ее заработки увеличились в 4 раза!

    Картина будет не полной, если мы не отметим, что начиная с 1916 г. (в частности, во время Февральской революции) главой русского масонства (секретарем "Великого Востока народов России") был Гальперн. (После Февральской революции ему была предоставлена должность Управляющего делами Временного правительства). А позиция русского масонства формулировалась одним из его активных членов так:

    Организация носит определенно революционный характер и стремится к насильственному перевороту.

    Подсчеты, мне кажется, в таких случаях мало поясняют, но все же приведем некоторые. М.Н.Покровский утверждал: "По данным различных съездов, евреи составляют от 1/4 до 1/3 организаторского слоя всех революционных партий".Ларин (Лурье) пишет, что среди арестованных и сосланных евреи составляли около одной четверти.

    По просьбе графа Игнатьева ген. Сухотин, командующий Сибирским военным округом, привел данные о лицах, находящихся под гласным надзором полиции в Сибири на 1 января 1905 г. Их было: русских - 42%, евреев - 37%, поляков - 14%.

    Бундовец, а потом большевик Рафес в "Истории еврейского рабочего движения" приводит цифры английского исследователя Раппопорта: с марта 1903 г до ноября 1904 г. через Александровский равелин прошло 384 политических заключенных. Из них евреи - 53.9%, русские - 26.4%, поляки - 10.4%. Из женщин: 64.3% - еврейки.

    Все эти цифры близки и , видимо, дают правильную картину относительно тех членов революционных партий, которые вели активную работу. Но в руководстве положение было, как мы видели , иным. А политика этих партий ( в основном, подпольных) определялась далеко не демократическими канонами. В качестве примера, перескакивая через десятилетие, приведем VII съезд большевистской партии в 1918 г. Это был чрезвычайный съезд, обусловленный угрозой раскола в связи с подписанием Брестского мира ( он и назывался подпольным). Там была принята резолюция, обязывающая сохранить в тайне принятые решения. Председатель даже подчеркнул, что "Ни один член съезда не имеет права давать какие бы то ни было сведения кому бы то ни было". То есть тот слой партии, который собрался тогда в Москве, принимал весьма радикальные решения ( напомню, что согласно резолюции, внесенной Лениным, съезд уполномачивал "объявить войну любой империалистической державе и всему миру, когда ЦК партии найдет момент для этого подходящим"), скрывая это от остальных членов партии.

    Сухие цифры могут дать ложную картину. Но вот точка зрения схватчивого (и не склонного к теоретизированию) наблюдателя. Шульгин пишет об "энергии и вирулентности" "освободительного движения" 1905 г.:

    каковому движению еврейство дало спинной хребет, костяк.

    И убийца Столыпина Богров был еврей , причем перед покушением в разговоре с деятелем партии эсэров Лазаревым сказал: "Я еврей, и позвольте вам напомнить, что мы и до сих пор живем под господством черносотенных вождей". Все это сплетается в загадку. Столыпин как-раз предлагал уничтожить все ограничения, существовавшие для евреев. Правда, текст его предложений, отвергнутых Николаем II, стал известен только после революции, но трудно себе представить, чтобы в еврейской среде не была известна общая позиция Столыпина. Да таков был и весь дух столыпинских реформ. Как же тогда понять мотив покушения Богрова?

    2. Революция.

    Но вот наступила Революция и все проблемы отступили перед вопросом о власти.

    Интересно отметить, что во Временном правительстве, сколько раз его не перетряхивали, кажется, не было ни одного еврея. Правда, и власть его была довольно иллюзорной. Трудно сказать, кто же обладал властью непосредственно после Февральской революции - и обладал ли ею кто-либо. Но ближе всего к этому находился президиум Петроградского Совета Рабочих и Солдатских Депутатов - странное политическое образование, никем не выбранное, "само собою" организовавшееся. Процесс его возникновения подробно описывает в своих воспоминаниях Суханов (Гиммер). Видимо, первый "обмен мнениями" произошел на квартире у Н.Д.Соколова, 25-го февраля. По крайней мере с этого "совещания" начинает свою историю Суханов. Он вспоминает, что собрались случайно: кто зашел узнать о новостях, кому позвонили по телефону. Но из опубликованных впоследствии воспоминаний видно, что собрание было созвано по масонской линии. Затем, 27 февраля "Временный Исполнительный Комитет Совета рабочих депутатов" собрался в Таврическом дворце. Его состав: Богданов, Гвоздев, Капелинский, Гриневич (Шехтер), Скобелев, Чхеидзе, Франкорусский, Соколов, Эрлих. На базе его, путем кооптации, был создан постоянный Исполком. Так, уже 28-го в него были включены Сталин и Рафес (которого вскоре заменил Либер). Так дальше и шло: "Исполком приглашал в свою среду приехавших, из имевших явные заслуги перед движением" - поясняет Суханов. Так, 15-го марта приехали Ларин (Лурье) и Урицкий, еще через 2 недели - Мартов. 19-го вернулись из ссылки Церетели и Гоц, 28-го - Дан, 31-го - Камков (Кац). Наконец, 3-го апреля - Ленин и все спутники по "вагону".

    Стоит вспомнить и то, что председателем "Петросовета" был Чхеидзе - масон, а русским масонством тогда руководил Гальперн. Он пишет в своих воспоминаниях: "Основные переговоры с Советом рабочих депутатов, т.е. Чхеидзе, вел я". Этому очень помогала "братская" связь. Часто он говорил: "Чего кочевряжишься, ведь все же наши считают это неправильным, надо исправить и сделать по-нашему". Органом Совета были "Известия", а их редактором - Стеклов (Нахамкес), одна из наиболее влиятельных тогда личностей. Когда произошла первая встреча представителей Временного Правительства и Совета, то Совет представляли три человека, из которых два были: Стеклов и Суханов.

    Вернувшийся из эмиграции Плеханов говорил, что по его наблюдениям русские революционеры изменились: раньше это были голубоглазые блондины, а теперь "товарищи все какие-то черненькие, с южным акцентом". Вероятно, он считал, что имеет право на такие шутки, так как был женат на Розе Бонгард. Но надо ли удивляться, что он потерял всякое влияние! Наблюдения Плеханова можно проверить по спискам революционеров-эмигрантов, прибывших из Швейцарии через Германию в Россию в марте 1917 г. - эти списки позже опубликовал Бурцев. Так, список № 1 состоит из 29 лиц, из которых вне сомнения евреями являются 20. В списке № 2 пропорции для С.-Д. - 38 из 63, для С.-Р. - 10 из 17, С.-Д. Царства Польского и Литвы - 2 из 3, Польской Партии Социалистической - 2 из 3 и, конечно, для Бунда, Поалей-Цион и Сионистов-Социалистов - 100%. Кроме того, были "дикие" - 10 из 18.

    По поводу Февральской революции 1917 г. Шульгин говорит:

    Когда-нибудь история (если ее не затушуют, не задавят и не подделают) расскажет этот процесс. У живых же свидетелей, у очевидцев, от этого времени осталось неизгладимое впечатление: евреи и грузины - грузины и евреи.

    Положение в "революционной демократии" ярко характеризует такой драматический эпизод. Непосредственно после октябрьского переворота крупнейший и влиятельный профсоюз - ВИКЖЕЛЬ (железнодорожников) отказался признать новое правительство и требовал соглашения между всеми социалистическими партиями, в противном случае угрожая забастовкой. Состоялось так называемое "Совещание при ВИКЖЕЛЕ", участниками которого были (согласно "Протоколам ЦК" ): от меньшевиков-оборонцев - Дан (Гурвич) и Эрлих, от меньшевиков-интернационалистов - Мартов (Цедербаум) и Мартынов (Пиккер), от правых эсеров - Гейдельман и Якоби, от левых - Колегаев и Малкин, от "комитета спасения родины и революции" - меньшевик Вайнштейн, а от большевиков - Каменев (Розенфельд), Сокольников (Бриллиант) и Рязанов (Гольдендах). (Были представлены также Всероссийский Совет крестьянских депутатов и союз служащих государственных учреждений. Фамилии их представителей не приведены.) Вот эти люди и решали тогда судьбу России. Потом выяснилось, что представители большевиков не имели даже полномочий для заключения какого-либо соглашения, а затягивали переговоры с целью дать новой власти укрепиться. На заседании ЦК от 1(14) ноября Ленин сказал, что "переговоры должны были быть как дипломатическое прикрытие военных действий". Это впрочем было очевидно и во время переговоров, но почему-то собравшимся было выгодно делать вид, что они не понимают ситуации, и они сообща ломали комедию.

    По мере того, как набирали силу большевики, еврейское влияние перетекало от меньшевиков к ним - теперь то, что писал Сталин о V съезде РСДРП уже совершенно не отражало действительность. Был ли сам вождь большевиков евреем на 1/2 или только на 1/4 - совсем не важно. Гораздо важнее, как он сам себя ощущал. Однажды Ленин сам коснулся этого вопроса. В разговоре с Горьким он заметил, что русский человек умным бывает "ой, как редко". "Русский умник почти всегда или еврей, или человек с примесью еврейской крови".

    При известной ленинской скромности невозможно себе представить, чтобы себя он исключил из числа "умников". Ещё более важный показатель - что он всю жизнь работал и добился руководящего положения в среде, где большую часть составляли евреи, а в особенно ответственных случаях опирался почти исключительно на евреев. Так, после революции начальником охраны Ленина был чекист Беленький. Такая тонкая операция, как финансовая связь с немцами в 1917 г. была поручена почти одними евреям. В ней участвовали Парвус (Гельфанд), Ганецкий (Фюрстенберг), Урицкий, Радек (Собельзон), Суменсон. Из других участников (чьи имена были известны), Воровский (Орловский) был, видимо, поляк и только Козловский - возможно, русский.

    Вообще руководство большевиков к Октябрю состояло в большой степени из евреев. Например, для подготовки восстания было создано политическое бюро (прообраз будущего Политбюро). Состав: Ленин, Зиновьев, Каменев, Троцкий, Сталин, Сокольников (Бриллиант), Бубнов. То есть евреи преобладали, а русский здесь один Бубнов.

    Произошёл октябрьский переворот. В период, непосредственно за этим следовавший, власть находилась в руках не советов, конечно; не партии; даже не ЦК, а трёх человек: Ленина, Свердлова и Троцкого. Свердлов, задолго до Брежнева, соединил в одном лице пост главы государства (председатель ВЦИК) и секретаря ЦК (тогда - единственного). Во главе армии стоял Троцкий, Петроград возглавлял Зиновьев, Москву - Каменев, внешней политикой руководил Радек, Коминтерном - Зиновьев, прессой - Стеклов. Сначала во главе комсомола стоял Оскар Рывкин, потом его сменил Лазарь Щацкин.

    Ещё поразительнее, что практически у всех не-еврейских вождей жёны были еврейки. Так, женой Дзержинского была Соня Мушкат; одной женой Бухарина была Гурвич, другой - Лурье; женой Рыкова была Маршак, Молотова - Жемчужина (Перл Карповская), Ворошилова - Горбман, Кирова - Маркус, Ежова - Евгения Соломоновна Ноткина, Куйбышева - Коган, Андреева - Хазан.

    Производит впечатление, что в этот период тот, кто не был евреем, не имел хотя бы некоторых еврейских предков, для того, чтобы войти в высший слой лиц, стоящих у власти, стать там своим человеком, должен был иметь жену-еврейку. Исключение было возможно для грузина, вроде Сталина, для русского оно не допускалось. И ведь так оно продолжалось вплоть до маршала Жукова (1-я жена) и Брежнева.

    Удивительным фактом, который нельзя не отметить, было массовое участие евреев в ЧК. Какие мемуары того времени ни возьми, натыкаешься на имена еврейских чекистов: в Одессе - Горожанин (Кудемский), Гришин (Клювгант), Ровер, в Киеве - Ремовер, Розанов (Розенблат), Соколов (Шостак), Бувштейн, в Харькове - Абугов, Дагин, Даганский, Мазо, Островский, Португейс, Шаров (Шавер), Фельдман, Иесель Манькин, в Николаеве - Алехин (Смоляров), Вайнштейн, Спектор, на Украине и в Крыму - Гай (Штоклянд), Дмитриев(Плоткин), Говлич (Говбиндер), Зеликман, но и вне бывшей "черты оседлости", в Твери - Ревекка Палестинская , на Урале - Гольдман, в Симбирске - Бельский(Левин), в Самаре -Визель, Рейхман, в Саратове - Дейч, в Курске -Волков(Вайнер), Каминский, в Перьми и Вятке - Берман, в Пскове и Новгороде -Пассов, в Воронеже -Рапопорт, в Архангельске - Кацнельсон, да даже в Сибири -Бак, Южный, Берманы(оба брата),в Туркестане- Гержот, Диментман, Каплан, Слуцкий, в Самарканде - Паукер, на дальнем Востоке - Литвин, при ликвидации сдавшихся в плен офицеров Врангелевской армии -Землячка (Залкинд) и Белла Кун. И в столицх: Петрограде - Урицкий (глава ЧК), Вейзагер, в Москве - Леплевский, Мессинг, Гендин, Рапопорт. В Особом отделе ВЧК- Агранов, Алиевский, Паукер, в секретном отделе -Генкин и т.д., и т.д. И в верхушке: Фельдман - начальник следственного отдела ЧК, Трилиссер - иностранного, а среди членов коллегии ЧК- Ягода , Урицкий, Закс (левый эсер). Мельгунов (полностью следующий либеральным нормам), говоря об одной книге (мне недоступной), посвященной эпохе Гражданской войны, пишет: "В своих заключительных строках книга принимает откровенно антисемитский характер, что дает возможность говорить о ее тенденциозности. Мы как-то уж привыкли не доверять литературным произведениям, выходящим из-под пера лиц, неспособных возвыситься над шаблоном зоологических чувств узкого шовинизма. Но сведения, идущие из источников другого происхождения, подтверждают многое, о чем говорится в этой книге". И он, по-видимому, прав! Любое описание террора того времени, если оно специально не обработано, будет (пользуясь либеральным языком) "принимать антисемитский характер". Это вполне относится и к самой книге Мельгунова.

    Шульгин приводит список лиц, находившихся на командных должностях Киевской ЧК: из 20 фамилий там 4-5 русских, остальные - евреи. Он пишет:

    Но если бы в этих местных чрезвычайках не было ни одного еврея, то и тогда все же эти расправы были бы делом еврейских рук по той причине, что коммунистическая партия, от лица которой все это делалось, во всероссийском масштабе руководилась евреями.

    Но остается факт очень значительного личного участия евреев в осуществлении террора. Ведь это опасно - составляя незначительное меньшинство в стране, так решительно становиться на одну сторону в гражданской войне, с таким азартом полоскаться в крови коренного населения. Для такой цели в каждой стране можно найти исполнителей и из основного населения. В издающемся сейчас в Израиле на русском языке журнале, разбирая исторический роман из предреволюционной эпохи, критик, М. Перах, упрекает автора, что он не изобразил черту оседлости и процентную норму, а без этого будет непонятно, "откуда взялись... жестокие комиссары в кожанках с маузерами на боку, не выговаривающие букву эр". Т.е. обсуждаемое явление он объясняет ненавистью, вызванной ограничениями евреев в дореволюционной России. Если это так, то вскрывает очень специфические особенности еврейского характера, ибо черта оседлости или процентная норма при получении образования не были же сравнимы ни с татарским игом, ни с польским нашествием в смутное время. И к тому же, положение евреев непрерывно улучшалось, во время войны ограничения были сняты для членов семей призванных в армию, а уж после февральской революции они получили все возможные права.

    Похожую мысль высказывает в воспоминаниях Мартов. Он происходил из зажиточного одесского семейства Цедербаумов. Когда ему было 3 года, в Одессе произошел погром. Он был остановлен и не дошел до их дома. Но, вспоминая, Мартов пишет:

    Был ли бы я тем, чем стал, если бы на пластической юной душе российская действительность не поспешила запечатлеть своих грубых перстов и под покровом всколыхнутой в детском сердце жалости заботливо сохранить спасительную ненависть.

    Здесь приоткрывается совсем новый фактор. Мы всегда считали, что революционерами двигала "любовь к народу" - как бы своеобразно она ни понималась; наконец, стремление воплотить в жизнь социалистическую утопию. Но оказывается, одним из стимулов была еще "спасительная ненависть" - у одного ли Мартова? Очевидно, были какие-то причины, делавшие притягательным непосредственное, личное участие в ЧК, расстреле царской семьи, преследованиях православной церкви - несмотря на опасность навсегда посеять вражду между своим народом и основной массой населения.

    В "Дневнике писателя" Достоевский говорит:

    ...мне иногда входила в голову фантазия: ну что, если б это не евреев было в России три миллиона, а русских; а евреев было бы 80 миллионов - ну, во что обратились бы у них русские и как бы они их третировали? Дали бы они им свободно сравняться с собою в правах? Дали бы им молиться среди них свободно? Не обратили бы прямо в рабов? Хуже того: не содрали бы кожу совсем? Не избили бы дотла, до окончательного истребления, как делывали они с чужими народностями в старину, в древнюю свою истории?

    Как это ни печально, "фантазия" Достоевского почти осуществилась в реальности: правда, не так, что пропорция евреев и русских изменилась, но благодаря тому, что на какой-то момент силы их оказались в таком соотношении, как будто евреев было в несколько десятков раз больше русских. И нельзя сказать, чтобы результат оказался совсем уж непохожим на тот, который мерещился Достоевскому.

    Шульгин пишет (обращаясь к евреям):

    Вы жаловались, что во время правления "русской исторической власти" бывали еврейские погромы; детскими игрушками кажутся эти погромы перед всероссийским разгромом, который учинен за одиннадцать лет вашего всевластия.

    Безусловно, этот "всероссийский разгром" совершался не исключительно еврейскими рукам, а коммунистической властью. Но это не снимает вопроса о том, почему же еврейские силы с таким азартом приняли участие в "разгроме". Вся эпоха военного коммунизма состояла из сплошной череды крестьянских восстаний, усмиряемых центральной властью. Обычно это трактуется как "борьба за хлеб", очень жестокий способ осуществление продразверстки. Но изучение конкретных ситуаций не подтверждает такого представления. В громадном числа случаев власти просто шли войной на крестьян. Речь шла о какой - то несовместимости. Не об экономической операции, - скорее это было похоже на религиозные войны, которые раньше пережила Западная Европа. Например, в Воронежской губернии продразверстку проводил гражданин Марголин. Свидетель рассказывает:

    По приезде в село или волость он собирает крестьян и торжественно заявляет: "Я вам, мерзавцам, принес смерть. Смотрите, у каждого моего продармейца по сто двадцать свинцовых смертей на вас, негодяев" и т.д. Затем начинается требование выполнить продовольственную разверстку, а потом порка, сажание в холодный сарай и т.д.

    То есть, на первом месте стояла смерть, а уже потом, как декорация, появлялась продразверстка.

    Более подробно известна история так называемого "расказачивания". Речь идет о системе мер, направленных против донcкого казачества в период, когда там, как казалось, установилась коммунистическая власть (конец 1918 г. - начало 1919 г.). Меры эти предварительно обсуждены в сохранившейся переписке Свердлова и А.А.Френкеля. Френкель был одним из членов "Донбюро" (председателем был Сырцов), но писал Свердлову именно он, и ряд решений, касающихся казаков, подписывал тоже он. Видимо, это было какое-то доверенное лицо Свердлова. Так, Френкель ставит вопрос:

    Предстоит очень большая и сложная работа по уничтожению, путем целого ряда мероприятий, главным образом, в аграрном вопросе, кулацкого казачества как сословия, составляющего ядро контрреволюции .

    В результате, в январе 1919 г. Оргбюро ЦК РКП(б) (наряду с Политбюро - один из руководящих органов партии), возглавлял которое Свердлов, принимает "Циркулярное письмо об отношении к казакам", которое начинается так:

    1. Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно, провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью.

    Эти меры и реализовались: сохранился ряд сообщений о массовых расстрелах в станицах. В феврале была издана "Инструкция реввоенсовета Южфронта к проведению директивы ЦКРКП(б) о борьбе с контрреволюцией на Дону", содержавшая указания:

    ...обнаруживать и немедленно расстреливать:

    а) всех без исключения казаков, занимавших служебные должности по выборам или по назначению...

    е) всех без исключения богатых казаков.

    Подписи - Реввоенсовет Южного фронта: И.Ходоровский, В.Гитис, А.Колегаев. Управляющий делами Реввоенсовета Южного фронта В.Плятт.

    В обращении (за теми же подписями) говорится:

    Необходимы концентрационные лагеря с полным изъятием казачьего элемента из пределов Донской области.

    Все эти меры энергично осуществлялись, о чем есть много свидетельств. Происходили массовые расстрелы. В итоге "расказачивания" численность донских казаков сократилась с 4,5 млн. до 2 млн. Результатом (в марте 1919 г.) было Верхне-Донское восстание. В борьбе с ним Реввоенсовет 8-й армии указывал:

    ...уничтожены должны быть все, кто имеет какое-то отношение к восстанию и к противосоветской агитации, не останавливаясь перед процентным уничтожением населения станиц. (Даже без ограничений пола и возраста! - И.Ш.)

    Подписи: Реввоенсовет 8-й армии, И.Якир, Я.Вестник.

    3. Вопрос о власти.

    Многие пытались выразить еврейское влияние (Шульгин даже говорил о "всевластии") после Октябрьской революции в численной форме, на основе тех или иных подсчетов. Например, приводятся списки, создающие впечатления почти стопроцентной концентрации евреев во власти. Но мне кажется , что это очень зависит от выбора того органа, список членов которого приводится. Так, первый состав Совнаркома был: Ленин, Троцкий, Рыков, Милютин, Ногин, Ломов, Сталин, Шляпников, Теодорович, Глебов-Авилов, Антонов-Овсеенко, Крыленко, Дыбенко, Луначарский - он дает другую картину. Но ведь надо иметь в виду, что Совнарком - исполнительный орган. ( Да и Троцкий говорил: "будет гораздо лучше, если в первом революционном советском правительстве не будет ни одного еврея". Хотя без него самого, видимо, обойтись было просто невозможно). К тому же, например, Троцкий, который в первом составе СНК должен был заниматься иностранными делами, пишет в воспоминаниях об этом времени: "я отдавал все силы перевороту, предоставив заботы по министерству иностранных дел товарищам Малкину и Залкинду".

    Реальная власть принадлежала (как об этом говорили и недовольные большевики на съездах) - Ленину, Троцкому и Свердлову. На похоронах Свердлова Ленин сказал, что тот многие вопросы вообще решал единолично. Если же говорить о каком-то органе, то властью было - Политбюро. Первый его зародыш - это был, видимо, комитет, созданный на совещании дома у Суханова в предверии переворота. Его состав мы уже приводили: Ленин, Зиновьев, Каменев, Троцкий, Сталин, Сокольников, Бубнов. На VI съезде Политбюро не выбирали, но был "Бюро ЦК" - Ленин, Сталин, Троцкий, Свердлов. На VII (чрез- вычайном) съезде опять Политбюро не избирали. Оно возродилось на VIII съезде в составе: Ленин, Каменев, Крестинский, Троцкий, Сталин. Потом отсутствовало на IX създе. Далее его состав был:

    X съезд: Ленин, Троцкий, Зиновьев, Сталин, Каменев;

    XI съезд: Ленин, Троцкий, Зиновьев, Каменев, Рыков, Томский;

    XII съезд: Ленин, Каменев, Троцкий, Сталин, Зиновьев, Рыков, Томский, Бухарин;

    XIII съезд: Каменев, Троцкий, Сталин, Зиновьев, Рыков, Томский, Бухарин.

    Это вплоть до 1924 г. - весь период революции и ее утверждения. Политбюро состояло из 5-7 человек. Из них Лени - по его собственному определению" "человек с примесью еврейской крови" и еще 2 или 3 еврея. По современной терминологии это был "контрольный пакет" (если еще вспомнить о женах Бухарина и Рыкова). Речь вовсе не идет о каком-то централизованном заговоре. Какие бы сила ни создавали ту "чудесную взаимосвязь" , о которой говорит Гретц ( в цитате, приведенной в гл. 1), их действию были подвержены большинство членов Политбюро любого состава. Для современников это и выражалось как "всевластие" евреев в то время.

    Но в таких тонких вопросах впечатления одного современника дают больше, чем списки и подсчеты. Шульгин, например, говорит о времени Гражданской войны:

    В Красном стане евреи изобиловали и количественно, что уже важно, но сверх того занимали командные высоты, что еще важнее.

    Он говорит о "выпиравшем совершенно явственно факте", с его точки зрения, составлявшем "суть дела":

    организационной и направляющей силой в стане Красной армии были евреи.

    Для примера он приводит Белую армию, где общепризнанно, что руководящей силой было офицерство. Хотя много бывших офицеров воевало в рядах Красной армии.

    Однако, никому не приходит в голову говорить, что коммунистической партией руководили офицеры; и, наоборот, все говорят уверенно, что Белое движение велось офицерством. Почему? Да потому, что в Красном стане русское офицерство было на роли "быдла", а в Белом - оно было "первенствующим сословием".

    Вот точно таким первенствующим сословием были евреи в Красном стане.

    Похоже, и в большевистском лагере проблему чувствовали. Например, в 1923 г. Троцкий на пленуме ЦК вспоминал, что сразу после захвата власти

    Владимир Ильич, лежа на полу, сказал: "т. Троцкий, мы сделаем Вас наркомвнуделом, Вы будете давить буржуазию и дворянство"

    но он отказался:

    нельзя давать такого козыря в руки наших врагов.

    Как и на предложение стать единственным заместителем Ленина:

    чтобы не дать нашим врагам повода сказать, что Россией правит еврей.

    Американский советолог Р.Пайпс пишет:

    Троцкий был в Совнаркоме единственный евреем. По - видимому, большевики опасались обвинения в том, что они - "еврейская партия", создавшая правительство, которое будет служить интересам "международного еврейства".

    Выступая не том же пленуме ЦК, Троцкий говорил:

    Вы помните, какой вред принесло нам в Гражданскую войну то, что во главе Красной Армии стоял еврей.

    (Если он действительно так думал, то непонятно, зачем он назначил своим заместителем - и по Реввоенсовету, и по Наркомвоенмору - Склянского. Если бы хоть это был незаменимый военный специалист - а то, недоучившийся медик!).

    По поводу всего революционного движения - и до, и после 1917 г. - взвешенным свидетельством о роли евреев мне кажется книга "Россия и евреи", изданная в Берлине в 1923 г. Это собрание статей шести евреев, отнюдь не отказавшихся от своей национальности, озабоченных тем, как сложатся в будущем отношения их народа с другими народами России. Вот что они пишут.

    Не подлежит никакому сомнению, что число евреев, участвовавших в партии большевиков, а также во всех других партиях, столько способствующих так называемому углублению революции - меньшевиков, эсеров и т.д. как по количеству, так и по выпавшей на них роли в качестве руководителей, не находится ни в каком соответствии с процентным отношением евреев ко всему населению России. Это факт безусловный, который надлежит объяснить, но который бессмысленно отрицать. (Левин)

    Теперь еврей - во всех углах и на всех ступенях власти. Русский человек видит его и во главе первопрестольной Москвы, и во главе Невской столицы, и во главе армии, совершеннейшего механизма самоистребления. Он видит, что проспект Св. Владимира носит славное имя Нахимсона, исторический Литейный проспект переименован в проспект Володарского, а Павловск в Слуцк. Русский человек видит теперь еврея и судьей и палачом. (Бикерман)

    Ряды социалистов были переполнены евреями. И когда по линиям русских государственных судеб над Россией - если можно так выразиться - стрясся вместе с революцией социализм, как проявление, результат и фактор общегосударственного развала и народного разложения - тогда эти евреи со всей своей численностью и энергией оказались на передовой волне разложения. (Ландау)

    Еврей вооружал и беспримерной жестокостью удерживал вместе красные полки, огнем и мечем защищавшие "завоевания революции", по приказу этого же еврея тысячи русских людей, старики, женщины бросались в тюрьмы, чтобы залогом их жизни заставить русских офицеров стрелять в своих братьев... (Бикерман)

    В новейшее время, представительница "третьей волны" эмиграции С.Марголина пишет:

    Вопрос о роли и положении евреев в советской истории относится к числу самых важных и одновременно самых табуизированных вопросов нашего времени...

    Особый и почти не исследованный вопрос - работа евреев в репрессивных органах: ЧК, ГПУ и НКВД...

    Что ни говори, а ужасы революции и Гражданской войны, как и последующих репрессий, тесно слились с образом еврейского комиссара.

    Опять из сборника "Россия и евреи":

    ...в этой смуте евреи принимают деятельнейшее участие в качестве большевиков, в качестве меньшевиков, в качестве автономистов, во всех качествах, а всё еврейство в целом, поскольку оно революции не делает, на неё уповает и настолько себя с ней отождествляет, что еврея-противника революции всегда готово объявить врагом народа. (Бикерман)

    Связь евреев и революции, отмеченная в последней цитате, была симметричной. Если еврея - противника революции, евреи объявляли врагом своего народа, то и новая власть противника евреев объявляла своим врагом. В "Известиях ВЦИК" от 27 июня 1918 г. опубликовано сообщение "От Совета Народных Комиссаров". В нём говорится:

    СНК объявляет антисемитское движение и погромы евреев гибелью (! - И.Ш.) дела революции (...). Погромщиков и ведущих погромную агитацию предписывается ставить вне закон.

    Закон, предписывающий кого-либо ставить вне закона, кажется, уникален в истории.

    В принятом в 1922 г. Уголовном Кодексе статья 83 предписывала:

    За разжигание национальной вражды в особо отягчающих обстоятельствах - кара до расстрела.

    Еще одно свидетельство принадлежит С.С.Маслову - известному специалисту по сельскохозяйственной кооперации, депутату Учредительного собрания. В начале 20-х годов он эмигрировал (или был выслан?) и описал то, что пережил до того в Советской России. Он пишет:

    Распространенное выражение "жидовская власть" весьма часто в России, особенно на Украине и в бывшей черте оседлости, понимается не как зазорное определение власти, а как совершенно объективное определение ее состава и ее политики. Когда украинец-крестьянин называет свою гужевую и трудовую повинность "жидовской панщиной", он выражает только свое искреннее убеждение, что панщина введена действительно евреями.

    В определение власти как "жидовской" вкладывается двойной смысл: советская власть, во-первых, отвечает желаниям и интересам евреев, во-вторых, власть фактически находится в руках евреев. Характерный бытовой факт, отражающий первый смысл определения власти: если к свободно разговаривающей о советских порядках группе лиц (не евреев) подойдет еврей, даже лично знакомый собеседникам, разговор почти всегда круто обрывается и переходит в другую плоскость.

    Тогда же, когда вышла книга С.С. Маслова (в 1922 г.), в эмигрантской газете "Еврейская трибуна" появилась статья Е.Кусковой (сначала участницы "Освободительного движения", потом пытавшейся организовать комитет помощи голодающим в России - в кличке ПРОКУКИШ, данной большевистской прессой этому комитету, ей принадлежит "КУ" - а потом высланной из СССР). Статья называется "Кто они и как быть?" Она передает свои впечатления о русско-еврейских отношениях в Советской России. Женщина - врач, еврейка, говорит:

    Еврейское большевистские администраторы испортили мне мои прекрасные отношения с местным населением... И это население относится ко мне теперь отвратительно, и я чувствую себя отвратительно.

    Или учительница:

    Понимаете, меня ненавидят дети, вслух орут, что я преподаю в еврейской школе. Почему в еврейской? Потому что запрещено преподавать Закон Божий и выгнали батюшку. - Да я-то тут причем? Ведь распоряжение дал Наркомпрос? - Да потому, что в Наркомпросе - все евреи, а вы от них поставлены.

    Кускова цитирует прокламацию "Политуправления" (Наркомпроса?), разъясняющую, почему "так много евреев":

    Когда российскому пролетариату понадобилась своя интеллигенция и полуинтеллигенция, кадры административных и технических работников, то не удивительно, что оппозиционно настроенное еврейство пошло ему навстречу... Пребывание евреев на административных постах новой России - совершенно естественная и необходимая вещь, будь эта Россия кадетской, эсеровской или пролетарской.

    Но может быть, те евреи, которые занимали руководящее положение в социалистическом движении и в русской революции, в самом еврействе составляли меньшинство, оторвавшееся от своих национальных корней? Может быть, их позиции вызывала осуждение евреев, верных своим национальным традициям? Действительно, такие голоса раздавались - таков, например, смысл книги "Россия и евреи", которую мы выше цитировали (авторы выступали в этом вопросе не только как теоретики: один из них, Пасманик, сотрудничал, например, с правительством Деникина и Врангеля). Но как раз в этой книге авторы заверяют нас, что встретили враждебность и отчуждение основной массы еврейства. Так, еврейская пресса писала о них:

    Там имеются такие еврейские элементы, которые не могут быть приняты в счёт. Это отбросы еврейской общественности, сроднившиеся с Врангелем и проделавшие с его армией весь длинный путь...

    В статье М.Бикермана рассказывается о банкете русско-еврейских общественных деятелей в эмиграции и о выступлении одного обамериканившегося еврея, сказавшего:

    евреям жаловаться на Россию нечего, мы всегда с удовлетворением отмечали случаи, когда в Англии или Франции выдающийся еврей достигал власти... теперь в России чуть ли не половина министров - евреи.

    Далее рассказывается о6 одном еврейском деятеле (автор называет его "белым вороном"), предложившим высокому еврейскому духовному лицу организовать протест против казней православных священников в СССР. Toт, подумав, ответил, что это значило бы бороться против большевиков, чего он не считает возможным делать, так как падение большевистской власти привело бы к еврейским погромам и тем самым его руки оказались бы обагрёнными еврейской кровью. Автор резюмируют:

    общественное мнение еврейства всего мира отвернулось от России и повернуло в сторону большевиков.

    Французский же, английский или американский еврей и не обязан думать о том, как выбраться России из пропасти, куда она ввергнута была бессмысленным бунтом, именуемым революцией, и у него о России и делах русских остаётся только одно: существующая власть большевиков уже тем благодетельна, что она не допускает еврейских погромов; ей угрожает "реакция", готовая евреев истребить.

    Последняя мысль находит подтверждение в неожиданном источнике. В своей полемике с Троцким по поводу террора в России (собственно, это ответ на статью Ленина "Пролетарская революция и ренегат Каутский") Каутский пишет:

    То, чего мы опасаемся, это не диктатура, а нечто, пожалуй, гораздо худшее. Вероятнее всего, что новое правительство будет чрезвычайно слабо, так что оно не сможет, даже если захочет, справиться с погромами против евреев и большевиков.

    ...потому мы вынуждены защищать его (большевизм - И.Ш.) как меньшее зло.

    (Хотя в самом названии книги автор характеризует положение в России как "государственное рабство".)

    То есть отношение к коммунистической власти, как "власти, охраняющей евреев от погромов", оказывается для Каутского на первом месте при всех имевшихся партийных разногласиях.

    В книге "Россия и Евреи" не раз обсуждается связь между политически активной частью еврейства и остальной массой:

    Дело было здесь не в том огромном количестве активных партийных людей, социалистов и революционеров, влившихся в нее (революцию - И.Ш.); дело в том широком сочувствии, которым она была встречена, а в некоторой степени сопровождалась и позже...

    Ясно, что были какие-то сильные мотивы, которые толкали евреев в эту сторону. (Ландау)

    Много ли было таких еврейских буржуазных или мещанских семей, где бы родители, мещане и буржуи не смотрели сочувственно, подчас с гордостью, и в крайнем случае безразлично на то, как их дети штамповались ходячими штампами одной из революционно-социалистических идеологий. (Ландау)

    Иначе ту же мысль формулирует Шульгин:

    ...несправедливо думать, что современные евреи-коммунисты явились, как Венера, из пены морской. Нет, они суть ужасное дитя массовой еврейской злобы, охватившей значительную часть русского еврейства в 1905-1906 годах.

    Это же чувство пронизывает воспоминания одного из создателей сионистского движения Х.Вейцмана. Он не раз говорит: "при моей ненависти к России" - как о чем-то само собой разумеющемся.

    И для более позднего времени (1919 г.) Шульгин приводит конкретный пример широкой еврейской поддержки большевизму:

    ...я мог наблюдать в Одессе еврейскую работу против Добровольческой Армии (...). Это было при французской интервенции. Разложение пришедшей в Одессу французской армии было сделано в значительной степени антибелым жужжанием Одессы-мамы.

    В советском журнале "Красный Архив" публикуются документы, подтверждающие наблюдение Шульгина. По донесениям, полученным товарищем министра иностранных дел Украинской директории Марголиным, вырисовывается такая картина. Начальником штаба французских оккупационных сил был полковник Фрейденберг. Он ведет переговоры с украинской Директорией, ориентируясь на социалистов-федералистов. Командующие генералы Франше-д,Эспере Бертело и Ансельма на все смотрят его глазами. Его политика сводится к дискредитации Добровольчсекой армии. Под его влиянием закрыли газету Шульгина "Россия" и разрешили открыть богатую "Новi Шляхи". Его политика препятствует мобилизации в Добровольческую армию, где его называют "злым гением союзнического командования". Одновременно против Добровольческой армии интриговал "Совет Государственного Объединения", фактическим главой которого был Маргулис.

    Отношение националистического, сионистского еврейства к революции очень ярко характеризует резолюция сионистского съезда, проходившего в Петрограде после февральской революции. Резолюция настаивает, чтобы кандидаты от еврейства в Учредительном Собрании, если возможно, проходили по еврейским спискам, если же это невозможно, то сионисты обязывались поддерживать партии "не правее партии народных социалистов". "Народные социалисты" были более умеренной фракцией эсеров. Таким образом, сионистам предписывалось голосовать только за социалистические, революционные партии.

    Конечно, послереволюционное время не было просто эпохой "еврейской власти" - хотя бы потому, что такая концепция не провозглашалась, а мы знаем уже теперь, что без сформулированной четко концепции невозможно произвести радикальный (да еще такой радикальный!) переворот. Провозглашалась совсем другая концепция - интернационально-коммунистическая. И невозможно, чтобы многие десятки тысяч евреев-коммунистов на самом деле были "марранами", тайно исповедовали другую доктрину - и никто никогда бы не проговорился: ни тогда, ни позже.

    Но от фактов никуда не уйдешь. Они говорят о каком-то чрезвычайно значительном "еврейском факторе" в революции.

    Неверно, что хотя бы в какой-то период революции "все" или "почти все" революционеры были евреями. Но после Октябрьской революции страна разделилась на два лагеря: "за" и "против" революции (крестьянские восстания, Гражданская война, эмиграция). Мы видели, что лагерь "за" не состоял сплошь из одних евреев. Но, может быть, их не было в лагере "против"? И этого сказать четко нельзя. Конечно, многие евреи, связанные с Февральской революцией, оказались не ко двору после Октябрьской. Они что-то делали на территориях белых правительств, они отправились, в конце концов, в эмиграцию. Таких было много. Но вот решительные борцы против революции среди евреев были, по-видимому, исключениями. Например, убийца Урицкого - Канегиссер, стрелявшая в Ленина Каплан, цитированный выше Пасманик. Такими исключениями были и 6 авторов книги "Россия и Евреи" - они свою позицию "изгоев" из еврейской среды и зафиксировали. Как пишет Шульган:

    Только ничтожная группа еврейства примкнула к Белым. Правда, Винавер побывал лично в Екатеринбурге, то есть, так сказать, в гостях у Деникина. Он прибыл совместно и Милюковым. Но и тот, и другой были общипаны хуже, чем Двуглавый орел времен керенщины. Можно сказать, вместе они мало весили. (...) Винавер потому... да вот именно потому, что еврейство в Белом Движении не пошло (...)

    Объясняли это тем, что в Добровольческой Армии был такой антисемитизм, что невозможно было продохнуть (...) Отчасти это верно. Но только - отчасти. Несомненно, что если бы еврейство с такой же страстностью ринулось в Белые армии, с какой оно работало для Красной, то антисемитизма не было бы в белом стане.

    Эту же мысль мы встречаем и в книге "Россия и Евреи":

    В армии, где было бы много солдат-евреев, антисемитизм задохнулся бы. (Линский)

    Так и Шульгин, обсудив две крайние позиции:

    1) Все жиды - коммунисты;

    2) Не все жиды - коммунисты, но все коммунисты - жиды;

    приходит к выводу, который ему представляется "совсем близким к истине":

    3) Не все жиды - коммунисты; не все коммунисты - жиды; но в коммунистической партии евреи имеют влияние, обратно пропорциональное их численности в России.

    Это, безусловно, верно, но является, как мне представляется, лишь частью более общего явления, которое заключается в следующем. В начале XX в. Россия пережила потрясший ее кризис, связанный с революцией - начиная с 1905 г. И если позволительно оперировать такими категориями, как "дворянство", "крестьянство" - тогда, очевидно, и "еврейство" - то несомненно "еврейство" как целое в этом кризисе оказалось все на стороне революционно-коммунистической. Как в смысле совершенно непропорционального участия в революции и коммунистической власти, так и в смысле столь же непропорционально малого участия в борьбе с этими силами. Конечно, практически никто из них не участвовал в борьбе крестьян и очень мало в Белых армиях. Ну можно ли Винавера, Мартова, Абрамовича, - да и Милюкова, конечно, - считать борцами с революцией? Они были как раз ее активными участниками, но на определенной фазе - "Февральской" - а при переходе к фазе "Октябрьской" произошла смена действующих лиц и они оказались "вне игры" - в эмиграции. Да Винавер и посвятил последние годы своей жизни не "борьбе с коммунизмом" (хотя бы газетной), а издавал в Париже газету "Еврейская трибуна" и, как говорит одна цитируемая Шульгиным эмигрантская газета, "в последние годы жизни проявил свое активное участие в палестинском правительстве".

    В том кризисе, который расколол тогда Россию вряд ли правомочен вопрос - кто был прав? Он больше похож на стихийное явление. Но за то, что "еврейство" как целое оказалось на одной, определенной стороне, говорят и числовые подсчеты, и наблюдения как евреев, так и русских; как интеллигентов, так и украинских мужиков; как книги белых эмигрантов, так и заявление Политуправления Наркомпроса. И не только на "одной стороне" - но и руководящей силой и опорой этой "стороны" .

    Мы привели много свидетельств (а можно было бы привести и гораздо больше) враждебности "еврейства" к "исторической России", отразившегося и в революции. Безусловно, традицию этого враждебного отношения создали русские, даже в начале - русские аристократы. Но эту традицию еврейство приняло почти целиком (хотя и с разными оттенками). И тут очень рискованно принимать априорные решения на счет того, что было "причиной", а что - "следствием". (Если историю вообще можно разложить на цепь "причин" и "следствий".) Общепринята точка зрения, согласно которой "неравноправие", "еврейские погромы", "кровавый навет" и т.д. вызвали враждебность еврейства к России, приток в революционное движение, а после революции - "выход во власть". Но можно ли эту точку зрения проверить? Как можно убедиться, что не верна обратная точка зрения: что первичной была именно эта враждебность и воля к властвованию, а только в результате этого такую яростную реакцию вызвало "ограничение свободы передвижения" и все остальное? Ведь от кагальной организации терпели притеснения куда более жестокие - русские министры все же не варили евреев в кипятке! И мы не видели толп старообрядцев, устремившихся в ЧК или компартию. Мне кажется, ответить на этот вопрос можно, только тщательно продумывая нашу новейшую историю, сопоставляя ее с аналогичными ситуациями у других народов. Но не принимая на веру торопливо изготовленный интеллектуальный штамп.

    ЛИТЕРАТУРА

    Тихомиров Л. Начала и концы. Либералы и террористы. М. 1890.

    Волк С.С. Революционное народничество 70-х г. г. XIX в. т.т.1,2. М. 1964.

    Аптекман О.В. "Земля и Воля"70-х г. г. Ростов на Дону. б.г.

    Неизданные записки Тихомирова. Красный Архив. т.29. 1928 г.

    Зайцев В.Л. Избранные сочинения. Т. 1. М. 1934.

    Дейч Л. Роль евреев в русском революционном движении. М.-Л. 1926.

    Хроника социалистического движения в России. 1878-1887. М. 1907.

    Спиридович. Записки жандарма. Харьков. 1930.

    Nikolajevski B. Aseff the Spy. N.-Y. 1934.

    Radkey Oliver R. The Agrarian Foes of Bolshevism. N.-Y.-L. 1958.

    Мартов Ю. Записки социал-демократа. М. 1924.

    Шапиро Л. Коммунистическая партия Советского Союза. Firenze. 1975.

    Зиновьев Г. История Российской Коммунистической партии (большевиков). Лгрд. 1924.

    Зива Галиви. Лидеры меньшевиков в русской революции. М. 1993.

    Сталин И.В. Сочинения. Т.2. М. 1946.

    Ленин В. Цитата приведена в книге Силницкого "Национальная политика КПСС" , Вашингтон 1990. Со ссылкой на IV издение Собраний Сочинений Ленина Т. II, стр. 168.

    Deutscher.TheProphet armed. Trotsky:1879-1921.N.-Y.-L. 1958.

    Анархисты. Документы и материалы. Т.1. 1883-1913. М. 1998.

    Герье Р. Первая русская государственная дума. М. 1906.

    Тыркова-Вильямс А. Цит. в Гл. 10.

    Меньшиков М.О. Письма к русской нации. М. 1999.

    Меньшиков М. О. Письма к ближним за 1907 г. "Милые бранятся..."

    Старцев В.И. Российские масоны XX в. Вопросы Истории. 1989 N 6, История СССР. 1989. N 6; 1990. N 1.

    Шульгин В.В. Цит. в Гл. 10.

    Перах Марк. "Факты или селекция образов?" В журнале "Время и мы". Израиль, февраль 1976 г.

    Достоевский Ф.М. Цит. в Гл 1.

    Газета "Литературная Россия". 1990. N 2

    Ларин Ю. Евреи и антисемитизм в СССР. М.-Л. 1929.

    Красный Архив. Т. 32. 1929, N1.

    Рафес М. Очерки истории еврейского рабочего движения.

    Rappoport Angelo S.The Pioneers of the Russian Revolution. L. 1918.

    Второй съезд РСДРП. Протоколы. М. 1959.

    Переписка Столыпина и Николая Романова. Красный Архив. Т.5. 1924.

    Егор Лазарев. В книге "Убийство Столыпина". Нью- Йорк. 1986.

    Протоколы ЦК РСДРП. Август 1917 - февраль1918. М. 1958.

    Шульгин В.В. Цит. в Гл. 10.

    Достоевский Ф.М. Цит. в Гл 1.

    Газета "Литературная Россия". 1990. N 2.

    Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД. Т.1. 1918-1922. М. 1998.

    Антоновщина. Крестьянское восстание в тамбовской губернии в 1919-1921 г. г. Тамбов. 1994.

    Филипп Миронов. Тихий Дон в 1917-1921 г. г. М. 1997.

    Бугай Н. Казаки - представители русского народа. В сборнике "Русский народ. Исторические судьбы в XX в.". М. 1993.

    Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. М. 1997.

    Протоколы съездов РСДРП -ВКП(б): наиболее доступно второе издание, начиная с 1958 г. Первое издание (20-е г.г.) в нескольких местах отличается большей радикальностью формулировок.

    Троцкий. См. "Вопросы истории КПСС". 1990. N 5.

    Пайпс Р. Русская революция. М. 1994. Т.2.

    Россия и Евреи (сборник). Цит. в Гл 1.

    Margolina Sonja. Цит. в Гл. 1.

    Маслов С.С. Россия после четырех лет революции. Т. Т. 1, 2. Париж. 1922.

    Каутский К. От демократии к государственному рабству. Берлин. 1921.

    Weizmann Ch. Цит в Гл. 10.

    Красный Архив. Т. 19. 1926.

    Трагедия советской деревни. Т.1. Май 1927-ноябрь 1928.

    Заславский К.А. Империя Сталина. Биографический энциклопедический словарь. М. 2000.

    Кто руководил НКВД 1954-1941. Справочник. М. 1999.

    Мельгунов С.П. Красный террор в России 1918-1923. М. 1990.

    Гл. 12. На Западе между Мировыми войнами (от I до II Мировой войны)

    (от I до II Мировой войны)

    1. После войны.

    Странным образом, еврейское влияние в мире резко усиливалось в периоды мировых войн. Мы уже упомянули о наполеоновских войнах, принесших евреям равноправие во всей Западной Европе, совпавших с возникновением еврейской прессы (да и экономически усиливших евреев, создавших целые состояния на финансировании обеих сторон. Возвышение дома Ротшильд относится к этому времени.) Позже мы встретимся с тем же явлением на примере П мировой войны. Теперь же обратимся к I мировой войне.

    Ярче всего можно проследить интересующее нас явление на примере Германии. Война потребовала концентрации экономических усилий, регулирования экономики. Ещё в 1912 г. газета "Берлинер Тагеблатт", созданная в XIX в. еврейским издателем и обещавшая в первой программной статье защищать еврейские интересы, писала:

    Хорошо управлять Германией сегодня это значит уметь хорошо считать, а это дети Сима всегда умели. Ныне в решающих для нашей судьбы местах нужны люди, умеющие считать, делать прогнозы в сфере материальных ценностей. Так ли плохо черпать их из среды иудейской расы? Разве не свидетельствует о прекрасном чутье Вильгельма, что он всегда в трудный момент приглашает в свой дворец директора Баллина, Симона, Гольдбергера, Германа, Арнольда, Ратенау, Швабаха, Фридлендера-Фульд?

    С началом войны руководство мобилизацией хозяйственной жизни в военных целях было передано в руки двух экономических диктаторов: Ратенау и Баллина. Баллин встал во главе Центрального Закупочного Общества. Ратенау возглавил Отдел стратегического планирования в военного министерстве. Была организована сеть "Военных обществ" основанных на частной инициативе, но действовавших при поддержке государства. В их руках фактически находилась экономическая жизнь Германии. Во главе всей этой системы находился Ратенау, которого пресса называла "начальником генерального штаба позади линии фронта", фигура, ярко иллюстрирующая характер еврейского влияния в Германии до, во время и после I Мировой войны. Сын одного из крупнейших промышленников в предвоенной Германии, в молодости Ратенау писал в книге "Впечатления"(1902 г.):

    Слушай Израил! Юдофилы говорят: еврейский вопрос не существует. Но достаточно пройти в воскресный полдень по Тиргартештрассе или бросить вечерком взгляд на фойе театра. Странное дело! В сердцевине немецкой жизни мы видим расу совершенно особую, странную... Среди песков Брандербурга замечаешь "азиатскую орду". Выделанная весёлость этих людей не даёт прорваться наружу древней и неутолимой ненависти, которую они несут на своих плечах. Тесно связанные друг с другом, строго изолированные от внешнего мира, они образуют не живой орган немецкого народа, но особый организм, чуждый его телу.

    Ратенау унаследовал состояние отца и стал одним из крупнейших промышленников и финансистов Германии. В 1909 г. он писал в Венской газете "Ней Фрейе Прессе":

    300 человек, знающих лично друг друга, решают судьбы континента.

    И в другой раз:

    Настало время, чтобы влиятельные международные финансовые круги, давно скрывавшие свою власть над миром, провозгласили бы её открыто!

    Вспоминая после конца войны свои впечатления в связи с ее началом, он приводил разговор с другом:

    Я сказал: никогда не наступит такой момент, чтобы Кайзер, в качестве покорителя мира, проехал на белом коне под Бранденбургскими воротами. В такой день мировая история потеряла бы свой смысл.

    Тем не менее, ему был поручен пост экономического диктатора Германии, и он его принял. Известный экономист, лауреат Нобелевской премии фон Хайек, считает, что именно "в кабинетах Ратенау" были заложены основы для прихода к власти национал-социалистов: бюрократизация и централизация хозяйства, начатые во время войны, привели к тому, что к 33 году хозяйством Германии могла руководить только диктатура. Но Ратенау и через многочисленные публикации пропагандировал идеи унификации и централизации хозяйства. Хайек пишет:

    Вероятно он больше, чем кто-либо другой, повлиял на взгляды современников. А некоторые из его ближайших сотрудников образовали позже ядро аппарата, проводившего Геринговскую четырехлетку.

    Судя по мемуарам из этой эпохи, "Военные общества" были переполнены евреями. Книга, посвященная этому вопросу, приводит такие примеры (правда, может 6ыть, крайние, но дальше уж идти и некуда). Вот состав руководства "Общества по снабжению текстилем": Кон, Цейтлин, Гершфильд, Самилевич, Геллер, Эйснер, Зоммерфельд, Фейтульберг, Симон, Платнер, Симон (ещё один!), Вильнер. В "Военно-металлургическом акционерном обществе" немцы составляли 13%, евреи 87%; в обществе, ведавшим снабжением кожей немцы 2%, евреи 98%. "Общества" и принадлежавшие к ним фирмы выплачивали неслыханные дивиденды: 300, 400, 700 и даже 900%. Спекуляции за несколько дней давали возможность выиграть миллионы. Создавались состояния в сотни миллионов. Всё время, как в течение войны, так и после её окончания, шли судебные процессы: поставки фальшивых товаров, спекуляции, злоупотребление служебным положением с явным перевесом еврейских имён. Несколько раз под суд попадал Гельфанд-Парвус, участник русской революции 1905 г., пропагандист теории "пермаментной революции", но одновременно и биржевой спекулянт-миллионер, вместе с его постоянным сотрудником Шклярцем. Уже после войны, когда у власти стояли социал-демократы партийные товарищи Парвуса в связи с очередным скандалом министр культов Хениш сделал газете "8 ур абендблатт" такое заявление:

    Что касается до операций Парвуса, может быть действительно несколько рискованных, я этого не знаю, то не забывайте, пожалуйста, что Парвус не корректный немецкий мещанин и, благодаря всему пройденному им пути, таковым стать не может. В его жилах несомненно очень своеобразно смешиваются еврейская, русская (? И.Ш.) и татарская (?? И.Ш.) кровь. Такой человек имеет право, чтобы его судили по законам его собственного существа и прожитой жизни.

    (Этот Хениш - министр культов! был главным редактором издававшегося Парвусом и Шклярцем журнала "Глоке".)

    Когда в 1918 г. Германия оккупировала Украину, то государственный секретарь Буше-Хадденхаузен сообщил в комиссии Рейхстага, что закупки зерна (т.е. фактически конфискация) на Украине будут поручены "знающим местные обстоятельства евреям". В Австро-Венгрии с той же целью было организовано "Общество для импорта зерна". Его руководство: Кон (председатель), Рейф и Верфель (заместители), Фишль, Гибиан, Гехорзам, Горовитц, Германн, Леви, Сойка, Верхеймер,

    В странах противоположного лагеря можно видеть аналогичную картину, прежде всего в отношении централизованного управления экономикой. Например, в США хозяйственным диктатором был Бернард Барух (аналог немецкого Ратенау). Он был сначала биржевым спекулянтом, нот во время войны возглавил ВПК - Военно Промышленный Комитет(War Industry Board).

    Он характеризовал работу ВПК как выработку "Приоритетов" -например, "направить ли паровозы генералу Першингу ( в армию) или в Чили для транспорта селитры. Необходимой для изготовления амуниции войскам Першинга".

    Его противники обвиняли его в установлении экономической диктатуры и называли "сверхпрезидентом".

    После войны он стремился закрепить опыт ВПК:

    Необходимость регулировать не только цены, но и капитал, рабочую силу, производство.

    Этого нельзя добиться без авторитета, контроля и руководства промышленностью, достаточного, чтобы организовать ее и управлять как единой цельной системой.

    Нужен совершенно новый подход, при котором каждый завод и все сырье, каждый предприниматель и рабочий есть части одной гигантской промышленной армии

    В 1930-е г.г. Барух пропагандировал создание планов мобилизации американского хозяйства для следующей войны, вступление в которую США он считал необходимым. (Он писал, что был просто одержим этой идеей). "Я не знаю такого животного" говорил он о суверенитете. При этом как аргумент он использовал то, что Гитлер использует опыт ВПК - совершенно параллельно тому, что говорил Хайек о влиянии Ратенау на Геринговскую четырехлетку.

    В области финансов аналогичную роль играл Пауль Варбург (аналог немецкого Баллина).Причем до 1914 г.он был совладельцем Гамбургского банкирского дома Варбургов, возглавляемого его братьями. (Один из этих братьев по поручению германского правительства даже пытался вступить в Стокгольме в контакт с русским политическим деятелем Протопоповым в неудавшейся попытке прощупать возможность сепаратного мира с Россией.)

    Вот пример, касающийся уже высокой политики. Английский миллиардер Генри Форд отправился в 1917 г. в Европу в надежде добиться заключения мира. Позже он писал:

    Всякий раз, как я пытался пробиться к министру или коронованной особе, в дверях мне преграждал дорогу секретарь-еврей. Без их согласия я не мог пробиться к власть имущим. Поэтому я пришёл к выводу, что именно им и принадлежит власть в Европе.

    И, действительно, в разное время секретарем Лойд Джоджа был Филипп Сассун, Асквита - Эдвин Самуэль Монтегю, Клемансо- Мандель, Лубе - Гуго Обендорфер.

    На возросшую роль еврейского влияния в мировой политике обращает внимание Д.Рид на примере следующего инцидента. В начале 1918 г. большой контингент английских войск был переброшен в Палестину для полного ее очищения от турок, несмотря на то, что естественно было ожидать решительного немецкого наступления на Западном фронте с использованием войск, освободившихся на Восточном фронте. Решение явно было очень спорным и принято под большим давлением - для его осуществления потребовалось уволить нескольких политиков и военачальников. Действительно, немецкое наступление началось через 2 недели после начала английского наступления в Палестине. Англичанам пришлось перебрасывать свои войска назад в Европу и они потерпели крупное поражение.

    Война закончилась Версальским миром, Его условия вырабатывались на мирной конференции, где принимал участие представители Всемирной сионистской организации и отдельные влиятельные еврейские группы. К тому времени уже, в так называемой "декларации Бальфура", Англией было дано обязательство создать в Палестине еврейский "национальный очаг". Эта "Декларация" формально была всего лишь письмом тогдашнего министра иностранных дел Англии Бальфура лорду Ротшильду. (И понятие "национального очага" очень неопределенно.) Но в дальнейшем она рассматривалась как основной документ, приведший позже к созданию Государства Израиль.

    Наиболее болезненны мирные переговоры были для Германии, для нее это были не переговоры ей диктовали условия. Главой немецкой делегации был Брокдорф-Ранцау немец и даже граф (перед тем посол в Дании, через него осуществлялось финансирование большевиков). Но главой экономической делегации был Мельхиор еврей, перед тем глава экономической миссии в оккупированной Украине. В экономическую делегацию входили также Варбург, Натан, Вассерман, Соломонсон.

    На мирной конференции вершилась судьба воссоздаваемой Польши. Под давлением влиятельных еврейских групп (в основном американских) основные страны-победительницы настаивали на принятии Польшей обязательств, желательных для польского еврейства. Польская делегация возражала против подобных обязательств, предполагая, что они будут вытекать из общих гарантий всем гражданам, которые будут даны в в конституции новой Польши. Но страны-победительницы настаивали на специфических гарантиях, используя как рычаг влияния затягивание решения вопроса о западных границах Польши. Иногда речь шла о национальных меньшинствах вообще, но участники ясно выделяли именно евреев. Бальфур направил письмо (25 июня 1919 г.) польскому премьеру Падеревскому, имевшее характер предостережения, со ссылкой на общественное мнение Англии и Империи (особенно Канады). В окончательный текст декларации о создании польского государства было включено заявление о защите прав евреев. Однако, еврейские организации (главным образом, американские) требовали расследования реального положения евреев в Польше, в частности, слухов о погромах. Американский посол в Польше Гибсон утверждал, что речь идет о незначительных местных инцидентах. Госсекретарь Лансинг также считал, что их значение было сильно преувеличено американской прессой. Он организовал встречу Гибсона с представителями американских еврейских организаций Брандэсом и Франкфуртером. Те грозили Гибсону, что сенат больше не утвердит его послом. Сенат, правда, его утвердил, но Лансинг дал ему указание более не публиковать свои сообщения о положении евреев в Польше. В связи с этими событиями в Польшу была направлена из Америки комиссия во главе с близким сотрудником президента Вильсона и видным представителем американского еврейства Г.Моргентау (бывшим послом в Турции). Одновременно из Англии был направлен с аналогичной миссией сер Стюарт Самуэль, брат влиятельного политика сера Герберта Самуэля, (на которого Вейцману когда то указали как на "еврея в правительстве").

    В 1920 г. в связи с войной с Советской Россией, польские газеты писали, что при наступлении Красной Армии еврейское население ее торжественно встречало, а отступающие польские части обстреливало. Подобные настроения привели к приказу военного министерства от 6 августа 1920 г. Он предписывал вывести еврейских солдат из воинских соединений, так чтобы они не составляли с них более 2% и объединить их во вспомогательные строительные части.

    В послевоенной Европе Германия была "больной ее частью". Напряжение войны и суровые условия Версальского договора привели к резкому падению жизненного уровня. Почти по всем показателям производство с 1913 г. по 1919 г. упало примерно вдвое: добыче каменного угля, железной руды, производству чугуна, стали и т.д. А к 1923 г. производство упало еще более чем вдвое. Заболеваемость туберкулезом увеличилась в 2.5 раза. Инфляция, приведшая вскоре к полному обесценению марки (за 1921-22 г.г. более чем в 1000 раз), рост безработицы - все это создавало почву для революционных толчков. Началом была "ноябрьская революция" 1918 г., когда была упразднена монархия. Она была результатом не прямого революционного захвата власти, а давления со стороны Антанты, забастовок, отдельных волнений в армии.

    Власть оказалась в руках социал-демократов (9 ноября 1918 г.). Как мы уже говорили (глава 9), еврейское влияние в немецкой социал-демократии было очень сильно. Теперь это отразилось на общегерманской ситуации. Первые дни власть была в руках двух "уполномоченных" (подразумевалось рабочих уполномоченных) Эберта и Гаазе. (Напомним, что в главе 9 имя Гаазе встречалось в перечне депутатов Рейхстага от социал-демократической партии, которые в то же время принадлежали к иудейскому вероисповеданию.) Потом роль высшего правительства играл Совет народных "уполномоченных", созданный 12 ноября 1918 г. Он состоял из 6 человек: Эберта, ответственного за внутренние дела и военные вопросы; Гаазе за иностранные дела; Шейдемана за финансы; Дитмана за демобилизацию; Ландсберга за прессу и информацию; Барта за социальную политику. (Ландсберг уже встречался в главе 9 среди влиятельных социал-демократов еврейского вероисповедания.) Эберт и Гаазе были равноправными сопредседателями. Этой группе подчинялись министры и статс-секретари, в среде которых было произведено мало изменений. Введен был лишь стать-секретарь по делам казначейства Шиффер и новый министр продовольствия Вурм (его мы встречали в главе 9), а также заменен министр экономики. Позже был введен стать-секретарь Гуго Прайс (сын еврейского торговца) со специальной целью готовить новую конституцию. Рассматривались две кандидатуры на это место Прайс и Макс Вебер, но выбор остановился на Прайсе. Он и стал главным разработчиком конституции, в которой он стремился заменить традиционное деление Германии на "земли" разделением на департаменты оп французскому образцу. Только сильное сопротивление (в частности, выступления Макса Вебера) заставили отказаться от этого плана.

    После принятия конституции Эберт был выбран председателем и было сформировано правительство во главе с Шейдеманом, в котором Шиффер был заместителем премьера и министром финансов, Прайс министром внутренних дел, Ландсберг министром юстиции.

    Но, по аналогии с Россией, можно предположить, что не меньшую роль, чем правительство, играл избранный Всегерманским съездом советов "Центральный Совет Германской Социалистической Республики", председателем которого был Коэн (Рейс).

    С момента ноябрьской революции сразу же стало энергично развиваться левое крыло социал-демократии. 11 ноября 1918 г. был создан "Спартанский Союз", во главе которого К.Либкнехт, Р.Люксембург, Л.Йогишес, П.Леви но также и некоторые немцы, например, Ф.Меринг и В.Пик. 29 декабря этот союз трансформировался в Компартию Германии. Движение "спартаковцев" существовало и раньше официального создания "Союза" (была "Спартаковская группа" еще в 1916 г.). Движение спартаковцев пользовалось поддержкой из России, что было одной из причин разрыва советско-германских дипломатических отношений и высылки советского посла Иоффе. На организационном съезде КПГ присутствовал Карл Радек. Он выразил надежду, что скоро в Берлине будет заседать международный Совет рабочих депутатов и "русские рабочие будут сражаться совместно с немецкими на Рейне, а немецкие с русскими на Урале". Именно ноябрьская революция освободила Радека из немецкой тюрьмы; после Октябрьской революции 1917 г. он был направлен в Германию и немецкое правительство обвиняло его в поддержке революционной деятельности при помощи посла Советской России Иоффе.

    В первых числах 1919 г. спартаковцы попытались захватить власть в Берлине, но были разбиты войсками, оставшимися верными правительству, причем были убиты К.Либкнехт, Р.Люксембург и Л.Йогишес. После этого во главе КПГ стал П.Леви.

    10 января 1919 г. была провозглашена Бременская Советская республика и продержалась около месяца.

    Вскоре после подавления попыток захвата власти в Берлине и Бремене, кризис разразился в Мюнхене. Военный крах Германии привел к захвату власти солдатами и рабочими. Во главе правительства некоторое время находился Курт Эйснер (сын еврейского купца). Ближайшими его сотрудниками были Яффе и Ландауер. Формально власть принадлежала ландтагу, где большинство имели буржуазные партии. Но потом развернулись довольно темные события. Эйснер был убит графом Арко и одновременно произошел разгром ландтага (видимо, заранее подготовленный). В феврале 1919 г. была провозглашена Баварская советская республика. К ней обратился Ленин, набрасывая, в виде вопросов, ясную программу действий: "Какие меры Вы приняли против буржуазных палачей Шейдемана и Ко? Вооружили ли Вы рабочих и разоружили буржуазию? Взяли ли заложников из среды буржуазии?" Именно Баварская республика осталась в воспоминаниях многих немцев как пример наибольшего руководящего участия евреев в революции. Бежавшее из Мюнхена в Бамберг правительство заявляло: "В Мюнхене свирепствует русский террор, развязанный чужеродными элементами". Основными деятелями были либеральные социалисты Ландауер и Мюзам (в молодости отошедший от иудаизма) и коммунисты: Левин, Левинэ, Толлер, Аксельрод. Аксельрод недавно прибыл из Москвы как корреспондент РОСТА. Кажется, единственным немцем среди игравших там первые роли был матрос Эгельхофер.

    Попытка коммунистической революции в Мюнхене была подавлена войсками, как и в Берлине.

    К десятилетию этих революционных битв, в 1929 г., в Берлине вышла книга "Иллюстрированная история ноябрьской немецкой революции", изданная явно левым, быть может, коммунистическим, издательством. Книга очень интересная: кроме описания этих волнующих событий там, на фотографиях, можно увидеть революционной толпы, лица их вождей. Но несколько деятелей удостоены особыми, большими портретами, в целую страницу. Кто же они?

    Карл Маркс, Карл Либкнехт, Роза Люксемберг, Лео Йогишес, Эуген Левинэ.

    Таков, по-видимому, и был облик революционного движения Германии той эпохи.

    Дух революционного движения Германии того времени отражал съезд Независимой (т.е. более радикальной) социал-демократической партии в октябре 1920 г. С речью, длившейся несколько часов, там выступил тогдашний глава Коминтерна Зиновьев. Он нападал на "правых" социал-демократов и предсказывал, что "в Германии теперь возникнет большая единая коммунистическая партия и это будет величайшим событием нашего времени". Выступавшие с возражениями Гильфердинг и Мартов, протестовавшие против "диктатуры Москвы", получили у делегатов гораздо меньшую поддержку. На съезде большинство делегатов высказалось за слияние с Коммунистической партией. Образовалась "Объединенная Коммунистическая партия Германии", в которую вошла половина членов "независимой" с.-д. Партии и которая стала секцией Коминтерна. Равноправными вождями новой партии стали Пауль Леви (от коммунистов) и Эрнст Деймиг (от "независимых"). Это описание взято из книги уже послевоенного (после II Мировой войны) немецкого историка, предельно осторожного в вопросе о еврейском влиянии. Но и из него видно, что когда решалась судьба влиятельной немецкой партии, раздавались голоса людей, из которых только Деймиг имел немецкую (не еврейскую) фамилию.

    Такой же всплеск еврейских имен мы встречаем в Германии в разных областях. Так, в Пруссии во главе правительства и министерства внутренних дел стоял Гирш, в Саксонии премьером был Граднауэр (прежде сотрудник фирмы Парвуса - Шклярца), в Мекленбурге Рейнеке-Блох. Даже такой строго-прогрессивный (позже) автор как Томас Манн, в 1919 г. записал тогда в дневнике:

    Мы говорим о типе русского еврея, вождя мирового движения, этой взрывоопасной смеси еврейского интеллектуального радикализма и славяно-христианских мечтаний. Мир, обладающий еще инстинктом самосохранения, должен со всем напряжением энергии, как по законам военного времени, подняться на борьбу с этим человеческим типом.

    И Черчиль писал тогда:

    Это течение среди евреев возникло не сейчас. Со времени Спартака-Вейсхаупта (то, что и Вейсгаупта Черчиль зачислил в евреи, подчеркивает, как потрясены были тогда многие внезапно проявившимся еврейским влиянием в революционных партиях) и вплоть до Карла Маркса, дальше до Троцкого (Россия), Беллы Кун (Венгрия), Розы Люксембург (Германия) и Эммы Гольдман (Соединенные Штаты) (...) Теперь эта банда проходимцев из подполья Европы и Америки схватила за шиворот русский народ и стала непререкаемым владыкой громадной страны.

    В 1920 г. попытку свергнуть социал-демократическое правительство предприняли военные (Капповский путч). Она тоже была подавлена, но как реакция на нее возникла "Красная армия Рура" численностью около 100.000 человек, установившая контроль над большей частью Рурской области и просуществовавшая около 20 дней. Уже на излете этой эпохи революций и переворотов стоит попытка захватить власть в Мюнхене, в которой участвовал Гитлер (1923 г.). В том же году Франция и Бельгия оккупировали Рейнскую область. Возникшие там столкновения, чудовищная инфляция, сепаратизм привели Германию опять (как в 1918-1919 г.г.) на грань гражданской войны. Возникали коммунистические и национал-социалистические вооруженные группы. В этой напряженной ситуации ни одна из сторон не была готова отказаться от апелляции к антиеврейским настроениям, видимо, широко распространенным. Так, представительница крайнего левого течения в социал-демократии, Руфь Фишер (сама еврейка), говорила:

    Кто призывает бороться с еврейским капиталом, тот уже борец на классовом фронте, если даже он сам этого не понимает, Свергайте еврейских капиталистов, на фонарь их! Но не забыли ли вы про Стиннеса и Клекнера?

    В 1925 г. в коммунистической газете "Роте Фане" появились статьи Троцкого, Зиновьева, Сталина и Бухарина, связанные с "революционной ситуацией" в Германии. В частности, Сталин писал

    Коммунистическая революция в Германии является сейчас величайшим мировым событием. Победа революции в Германии будет иметь большее значение для пролетариата Европы и Америки. Чем имела победа Русской революции. Победа немецкого пролетариата несомненно перенесет центр тяжести мировой революции из Москвы в Берлин.

    Оглядываясь на несостоявшуюся немецкую коммунистическую революцию, мы можем сопоставить ее как "вариант" с нашей революцией. И, в частности, установить, что участие евреев было там не меньше, чем у нас, в России. И если революция не победила, то уж никак не потому, что в нее было вложено мало еврейских сил. Сейчас позабытые, часто - погибшие от руки своих же коммунистов, Аркадий Маслов, Руфь Фишер, Вернер Шолем ,Артур Розенберг, Хайнц Нейман, Ивен Кац и многие другие - тогда числились среди ведущих вождей революции и если бы обстоятельства сложились для нее благоприятно, если судить по аналогии с Россией, верно служили бы ей. Все это заставляет еще раз продумать взгляд, что в России евреи устремились в революцию, так как при прежнем режиме они были угнетены. Ведь Германия тогда считалась примером идеального, равноправного вхождения евреев в жизнь окружающей страны.

    В те же 20-е годы закончилась и загадочная политическая карьера, да и сама жизнь Вальтера Ратенау. Еще во время войны, в 1918 г., когда в Германии был арестован К.Радек, обвинявшийся в подготовке революции, Ратенау посещал его несколько раз в камере и имел с ним многочисленные беседы. Об этом факте рассказывает Радек, но, к сожалению, не упоминает о содержании бесед. С интересом относился Ратенау и к недолговечной Советской республике в Мюнхене, как шагу в правильном направлении - построению централизованной и управляемой экономики. Теперь он входит в правительство сначала как министр восстановления, а в 1922 г. как министр иностранных дел. Но он поддерживал так называемую "реальную политику" выплаты Германией чудовищных репараций, растягивавшихся на несколько десятилетий (например, в речи на съезде немецко - демократической партии 12-14 ноября 1921г.). Для правых он оказался идеальной фигурой "еврейского плутократа, продающего Германию". В результате, в 1922 г. он был убит террористом - как подозревают, из тайной националистической организации "Консул".

    Конечно, сосредоточение такой большой власти в руках евреев, да ещё в столь болезненный для Германии момент, сильно повлияло на всю жизнь. Например, когда премьер-министром Пруссии 6ыл Гирш, туда было допущено несколько сот тысяч евреев, переселившихся из Польши, Галиции и восточных областей, отошедших к Польше. Это в то время, когда вся Германия голодала, многие немцы остались без крова и работы.

    За несколько лет евреи заняли гораздо более высокое положение в экономической и культурной жизни. В 1921 г. была опубликована брошюрка "Еврейское влияние в Германии", составленная, как уверяет автор, по официальных статистическим данным и по данным прессы. Автор приводит очень яркие цифры. Например, вот некоторые данные о распределении по профессиям. На каждую 1000 человек приходится:

     

    среди немцев

    среди евреев

    с/х рабочих

    111

    1.1

    Фабрикантов

    32

    52

    Рабочие

    138

    34

    Владельцы торговых предприятий

    9.7

    133

    Вот характеристика жилищных условий:

    Число комнат в квартире

    % во всем населении

    % среди евреев

    1

    8.7

    4.0

    2

    37.7

    11.5

    3-4

    38.8

    25.5

    5-7

    12.6

    50.4

    более 8

    2.2

    9.1

    Процентное отношение еврейских и немецких директоров и членов наблюдательных советов акционерных обществ, приведенных Зомбартом для начала века (см. главу 7), сдвинулось вдвое. Среди адвокатов евреи составляли 43%, среди высших чиновников юстиции 78.7%, врачей было в Мюнхене: из 1098 - 644 еврея, в Гамбурге: из 734 - 412, в Кенигсберге: из 284 - 159.

    Уже к началу войны преподавателей высшей школы евреев было 937, в то время, как если бы их число было пропорционально их доле в населении, их было бы 31. На 100.000 мужчин приходилось студентов:

     

    среди немцев

    среди евреев

    1915 г.

    74

    556

    1916 г.

    81

    587

    1917 г.

    111

    662

    На 100.000 детей посещают:

     

    немцев

    евреев

    народная (низшая) школа

    92.7

    41.9

    средняя школа

    4.6

    25.2

    По подсчётам автора полностью в немецких руках находилось 5% всех газет, под еврейским руководством 35%, под еврейским влиянием (состав сотрудников, объявления) 60%. Из 806 членов немецкого союза издателей, т.е. из числа влиятельнейших в Германии издателей было 365 евреев. Из 3241 издаваемых в 1921 г. журналов 1154 издавались евреями.

    Среди руководства социал-демократической партии (более умеренной) евреи составляли 18%. "Независимой" (отколовшейся, более радикальной) 65%, коммунистов 87%. Когда, например, в порядке демилитаризации была поставлена комиссия наблюдателей над военным министерством, то в ней из 8 членов было 7 евреев: Гольдшмидт, Кизвант, Леве, Шлезингер, Варшинский, Цукет, Брунн и Рипенбаум.

    Странным образом, столь резко возросшее влияние евреев на жизнь шло рука об руку с распространением националистических настроений, чувства отчуждения среди евреев. Оно особенно ярко выразилось в книге известного еврейского национального деятеля Якова Клацкина "Проблема современного еврейства", вышедший в свет в Германии в конце 20-х r.r. (мне было доступно 3-е издание 1930 r.). Ещё позже те же мысли автор изложил в брошюре, появившейся с хвалебным предисловием Эйнштейна. Обособление от остальных народов в этом автор видит цель всего еврейства. Методом же является укрепление "духовного гетто, переносных стен еврейского государства", "шатров Израиля" т.е. воспитание (на религиозной основе) психологии чуждости, неслияния с другими народами.

    Наши мудрецы говорили: Для других народов мира изгнание не есть рассеяние (галут). Ho для Израиля, который не ест их хлеб и не пьёт их вино, изгнание воистину становится галутом.

    Прочная стена, созданная нами, отделяла нас от народа страны, а за стеной жило еврейское государство в миниатюре. Так по его мнению и должно оставаться.

    Повсюду мы среди коренных наций чужаки и хотим несгибаемо держаться нашей отчуждённости.

    Можем ли мы называть страны нашего рассеяния отечеством, мечтая и стремясь к освобождению от изгнания? Что за удивительное, удивительно возлюбленное отечество, которое мы называем Галут (рассеяние) и из которого мы стремится вырваться!

    Это "страна чужих", "насильственное отечество".

    Мы всегда должны повторять: непреодолимая пропасть зияет между вами и нами нам чужд ваш дух, ваши мифы и сказания, ваше национальное наследство, ваши обычаи и привычки, ваши национальные и религиозные святыни.

    Нам чужды дни вашей национальной памяти, радости и горести вашей национальной жизни, история ваших побед и поражений, ваши гимны и боевые песни, ваши национальные устремления и надежды. Ваши национальные границы не разделяют наш народ, и ваши пограничные споры не наши. Поверх них распространяется наше единство вопреки всем связям и разделениям вашего патриотизма.

    Евреи, геройски павшие, сражаясь в войсках окружающего их народа, деятели культуры все это, заявляет автор, предатели еврейского национального дела, растратившие впустую свои таланты и жизни. Он ставит в пример предков:

    Талмудическая политика наших отцов не знала иного патриотизма кроме еврейского. Они огорчались победами своего народа-хозяина, если они приносили несчастье народам другой страны. Их симпатии народам и странам были подчинены исключительно интересам еврейства. Они часто принадлежали не их стране проживания, а стране проживания их соплеменников, если положение евреев в этой стране было лучше.

    Это даже не проповедь пассивного отстранения, а призыв к битве. Прежде всего, против христианства:

    Где раздаётся сейчас голос еврейства против величайшей лжи истории? Осмеливается ли еврейство бросить человечеству клич: Раздавите гадину!

    Он призывает:

    Потребовать от своего угнетателя признания внутреннего бессилия, короче духовной капитуляции перед иудаизмом.

    Но и всю жизнь он воспринимает как войну:

    Наше галутное существование в некотором смысле есть состояние перманентной войны.

    Это состояние неослабевающей битвы с окружающим нас чуждым миром, который стремится нас поглотить.

    Надо представить себе положение Германии того времени. Поражение, национальное унижение, голод, безработицу, болезни (% больных туберкулёзом, например, или детская смертность были в несколько раз выше, чем во Франции). Для многих немцев в этих условиях воспоминания о "героической войне", когда они боролись со всем миром, оставались единственным утешением. (Мы не беремся здесь обсуждать, "правильно" это было или нет.) Но в тоже время существовало влиятельное движение "антимилитаризма", например, союз "Новое отечество", позже переименованный в "Лигу прав человека", в руководство которого входили Эйнштейн, Бернштейн, издатель журнала "Вельтбюне" Якобсон, журналист Тухольский , Курт Эйснер, Генрих Манн, Кэте Кольвиц, близкий сотрудник Ратенау- Макс Дессуар и др. , призывавший каждого немца в своей душе осознать вину немцев перед Францией. Такое течение очень легко могло приобрести антинемецкий оттенок (например, когда журнал "Вельтбюне" обвинял правительство в том , что армия тайно перевооружается, нарушая Версальский договор). Но часто наличествовало и прямое желание под видом антимилитаризма в духе Гейне и Берне поглумиться над "тупыми немцами". Например, основанная Моссе "Берлинер Тагеблатт" (с этой газетой мы уже не раз встречались) в приложении "Ульк" систематически публиковала фельетоны редактора Тухольского (крайнего либерала, заявившего, что он из иудаизма "выходит" ), под псевдонимом Теодор Тигер, в которых высмеивались и оплёвывались офицеры вплоть до призыва: "сорвать с них погоны!" Дошло до того, что военный министр, социал-демократ Носке вынужден был обратиться в суд. Но орган социал-демократической партии "Форвертс" (редактор Куттнер) поддержал не своего партийного товарища, а Тухольского.

    В издающемся в Израиле на русском языке журнале приведены размышления известного израильского философа Шмуэля Бергмана:

    Наша роль в диаспоре это роль паразитов. Возьмём тех евреев, которые жили и творили в Германии накануне I мировой войны и вскоре после неё. Возможно, что у них была даже несомненна была какая-то стимулирующая роль в немецкой культуре. Но если говорить о самовыражении нации, еврейской нации, о её вкладе в мировую культуру, то общий итог их деятельности, мне кажется, был резко отрицательным. То же самое можно, по-видимому, сказать и о нашей роли в сегодняшней Америке, хотя тут я не специалист.

    Трудно объяснить всё это человеку, не жившему в ту эпоху. Были журналы такие как "Тагебух" Шварцшильда, "Вельтбюне" З.Якобсона, со страниц которых евреи регулярно, словно инъекцию, вспрыскивали нигилизм и раздражение в кровь немецкого народа. О да, евреи умели многое подмечать и в силу своей безответственности могли позволить себе высмеивать любые отрицательные стороны немецкой жизни немецкое офицерство, буржуазию, домашний уклад, могли выставлять напоказ их отталкивающие черты. Всё это началось давно, ещё со времен Гейне.

    Авенариус (редактор журнала "Кунстворт", сыгравший большую роль в становлении Кафки как писателя) однажды написал: "Евреи являются администраторами немецкой литературы". И это была правда... Более того, если говорить о тогдашних немецких или чешских евреях, то их "роль" внушала им ощущение превосходства, высокомерия по отношению к окружающему народу. Между тем, ощущение это было абсолютно безосновательно, ведь они на самом деле существовали-то благодаря физической и духовной деятельности этого народа. Любопытно, что в Германии в то время развивалась и чисто немецкая литература, которую евреи вообще не читали: эта литература рассказывала о жизни крестьян, которая евреев совершенно не интересовала. Таким образом, существовали как бы две немецкие литературы та, которая интересовала евреев, и та, которую они игнорировали. И то, что при этом евреи владели многими крупными газетами и издательствами и в определённой степени контролировали, таким образом, развитие немецкой литературы, было нездоровым и опасным явлением.

    Автор приходит к очень суровому выводу:

    ... в общем, вклад евреев имел нигилистическое влияние (как мне кажется, и в сегодняшней американской литературе) и в нём было что-то неуловимо паразитическое.

    И, действительно, это начинается еще с Гейне, писавшего,например:

    Большой осел, что был мне отцом,
    Он был из немецкого края;
    Ослино-немецким молоком
    Вскормила нас мать родная.
    ...

    Немцам внушалось, что они стадо ослов, опасное для соседей, так как по своей тупости способны растоптать нормальных людей. И это выплескивалось на талантливейший из западно-европейских народов, воинственный и сильный духом народ, гордый вплоть до самовозвеличения. Ясно теперь, и без труда можно было предвидеть еще тогда, что эта линия поведения могла иметь лишь два исхода: либо немцам окончательно сломают хребет, либо их толкнут на отчаянную, безумную попытку сопротивления. Второй исход и реализовался и это был, мне кажется, хотя и не единственный, но один из существенных факторов, породивших германский национал-социализм.

    На эти чувства налагались непрерывные финансовые скандалы, опять с перевесом еврейских фамилий. Так, дело спекулянта Юлиуса Бармата, рассматривавшееся в 1925 г., гремело по всей Германии и его имя стало нарицательным. Например, Радек издал брошюру "Барматовская социал-демократия", где писал о "польско-еврейско-голландско-немецких спекулянтах", которые, по его словам, были особенно тесно связаны с социал-демократией, в то время как Штреземан опирался на концерн "русского еврея Литвина".

    Конечно, не одна Германия, но и другие страны, побежденные в I Мировой войне, перенесли в послевоенные годы особенно тяжелое время разруху, восстания. Так, в Венгрии, появившейся на свет из осколков Австро-Венгрии, в 1919 г. возникла Венгерская Советская республика. Не раз отмечалось поразительное (по непропорциональности с о всем населением) участие евреев в ее руководстве. Так, О.И.Левин пишет:

    По данным известного венгерского социолога Оскара Ясси, самого еврея по происхождению (если не ошибаюсь, формально не ушедшего от иудаизма), занимавшего пост министра национальных меньшинств в первом революционном, до-большевистском правительстве, так называемого периода Карольи, соответствующего у нас периоду Временного Правительства, число евреев-руководителей большевистского движения доходило до 95%. Во избежании недоразумений следует ещё прибавить, что Ясси отнюдь не "черносотенец". Он принадлежит к группе весьма радикальной, всю жизнь боролся за всеобщее избирательное право, аграрную реформу, требуя уничтожения крупного землевладения, равноправия национальностей и установления демократического строя и вынужден теперь, при реакционном правительстве Хорти, жить в эмиграции.

    Дополнительные сведения содержатся в цитированной выше книге Зомбарта. Он ссылается на семинарскую работу своего ученика, написанную по венгерским материалам того времени. Зомбарт пишет:

    В Венгрии в 1919 г. все основные вожди были евреи: Белла Кун, Погани, Самуэли, Корвин-Клейн, Кунфи, Лукач. Из 33-х народных комиссаров-членов правящего совета 24 были евреи; 9 не евреев занимали менее влиятельные места (комиссаров по делам украинского или немецкого меньшинства и т.д.).

    Далее приводятся подсобные данные, из которых мы заимствуем только несколько типичных примеров:

    Народный комиссариат по военным делам: из 7 народных комиссаров 6 евреев, из 52 глав секций - 39 евреев. Народный комиссариат внутренних дел: оба комиссара и их заместители - евреи. Народный комиссариат финансов: все три комиссара и все их заместители евреи. Народный комиссариат просвещения: все 5 комиссаров евреи, из 27 глав секций 21 еврей. Народный комиссариат земледелия: 1 комиссар еврей (врач) и 2 христиане (пастух и каменщик). Совет народного хозяйства: 4 комиссара евреи и 2 христиане (рабочие).

    Вейцман пишет, что еще до I Мировой войны в кабинете министров Италии было 4 еврея: Лузатти (премьер), Оттоленги, Сопино и Титони. Мером Рима также был еврей. В 1922 г. он ведет переговоры с итальянским министром иностранных дел, синьором Шанцером, "возможно, еврейского происхождения" (в то время, как премьером был Лузатти). Вот особенно драматический пример из жизни послевоенной Италии, который описывает Р. Михельс.

    В 1920 г. сложилась критическая ситуация, напоминавшая предреволюционную. Рабочие захватывали заводы и иногда по месяцу их оккупировали, создавались рабочие вооруженные отряды. Тогда правительству удалось организовать встречу предпринимателей и рабочих на общенациональном уровне и кризис удалось предотвратить. Кто же с кем встречался? Предпринимателей представлял генеральный секретарь союза предпринимателей Оливетти - еврей, а рабочих -Террачино из Турина и Бруно Леви из Генуи, оба евреи. И это в Италии, в которой тогда на 39.5 млн. населения приходилось 50 тысяч евреев!

    2. Ко второй войне.

    В Англии, в развитие традиции, начавшейся еще с Д,Израэли, евреи занимали высокие государственные посты. Например, сын Иосифа Айзека, виконт, барон, лорд, маркиз Рединг был главным судьей, вице-королем Индии и министром иностранных дел. Герберт Самуэль был не только главой либеральной партии, но и Верховным комиссаром в Палестине, которая после войны была превращена в "подмандатную территорию Англии". Он занимал этот пост в 1920-25 г.г. Еще в 1914 г., когда Вейцман старался завязать контакты с английским правительством по поводу переселения евреев в Палестину, ему сказали: "у вас есть еврей в правительстве" и указали на Герберта Самуэля. Его старшим секретарем в Палестине был бригадный генерал Дидс, который, выйдя в отставку, руководил в Англии англо-палестинской ассоциацией. За время правления Самуэля в Палестине ее еврейское население выросло вдвое. Брат же Герберта Самуэля Стюарт, как сказано выше, был направлен в Польшу, чтобы удостовериться, что евреи не подвергаются там притеснениям.

    Еще с 1920 г. начались ожесточенные столкновения еврейских поселенцев с палестинцами. Тогда в них участвовал отряд, организованный Жаботинским, который был приговорен за это к 15 годам тюрьмы. Вскоре Самуэль амнистировал Жаботинского, но тот отклонил амнистию, так как она распространялась и на осужденных арабов. Тогда приговор ему был пересмотрен и отменен. Интересно, что, говоря об этих столкновениях, Вейцман без колебаний называет их "погромом", как и столкновения в 1929 г. Он говорит о "Иерусалимском погроме". И по поводу России он говорит о "тысячах жертв погромов" в то время как при самых крупных столкновениях число жертв было несколько десятков. То есть, Вейцман фактически предлагает рассматривать "погромы" в России 1902 - 1906 г.г. как аналог позднейших арабо-еврейских столкновений ( в гораздо более слабой форме).

    Драматическая история, героем которой был очень известный человек произошла в США. Речь идет о Генри Форде, одном из крупнейших промышленных деятелей США начала XX в. Он был человеком широких интересов и порывов, пытался добиться установления мира во время I мировой войны, имел свои экономические идеи. Он проповедовал идею "классового сотрудничества" при капитализме, "народного капитализма". Собственно, и его успех в производстве автомобилей, названных его именем, есть отражение тех же идей. Его принципом было производство (и продажа) большого числа автомобилей по доступным ценам, "чтобы каждый фермер мог иметь свой автомобиль". И рабочие на его заводах получали более высокую зарплату (по крайней мере, так утверждал он) и пользовались рядом социальных преимуществ. Одним из аспектов его многогранной активности была покупка газеты в его родном городе Дерборне, вблизи Детройта, где концентрировались его заводы. В этой газете "Независимый из Дерборна" (может быть, в названии скрывается некоторый каламбур) обсуждались различные вопросы современной общественной жизни, особенно в США.В частности, в 1920-1922 г.г. там был опубликован целый ряд статей, посвященных влиянию евреев на различные стороны жизни США. Позже он опубликовал книгу на эту тему: "Мировое еврейство" (тему которой он характеризовал как "исследование еврейского вопроса") и большой сборник материалов "Еврейская деятельность в Америке".

    Он сформулировал следующее положение:

    Мы боремся не с людьми, но с принципами, ложными принципами, которые истощают моральные жизненные силы народа. Эти принципы происходят из источника, который легко обнаружить и распространяются методами, которые легко указать. Их можно остановить, раскрыв их. Когда люди узнают характер и источник влияний, захватывающих их, этого уже будет достаточно.

    Форд писал, например:

    Возражая против того, что евреи действуют как единое целое, говорят, что м-р Каан один из наиболее влиятельных консерваторов. Роза Пастор Стокес и Морис Хилквист - радикалы, консервативно настроенный лидер профсоюзов - Самуэл Гомперс, а ere самый влиятельный радикальный соперник - Сидней Хилльман. Что касается "либерального центра", то он, со своими Брандесами, Макками, Феликсами Франкфуртерами, даёт ту же картину. Но ведь это просто означает, что все оттенки американской общественной жизни находятся под влиянием евреев!

    Он рассказывает и о своём личном опыте:

    С момента появления в печати этих моих писаний, они находились под организованным запрещением. Почта, телеграф и словесная проповедь действовали все в одном и том же направлении: о каждой из моих статей кричали, что это травля. На первый взгляд могло показаться, что в них действительно есть нападение на беспомощный и достойный жалости народ, пока, наконец, не стало ясно, что крик о помощи отмечен печатью власть имущих. Денежные средства тех, кто протестовал и число членов союзов, председатель которых возбужденно требовали моего отречения от всего, что появилось в печати, ясно на это указывали. В глубине всей этой шумихи скрыта идея бойкота; эта угроза и была причиной того, что все попытки предать гласности разоблачения самого невинного содержания по еврейскому вопросу до сих пор кончались в Америке неудачей.

    Та же судьба ожидала и самого Форда. В 1927 г. он вынужден был отречься от своих взглядов( в письме лидеру американского еврейства Маршалу) и даже публично сжечь свою книгу.

    Произведения, опубликованные Фордом, часто наивны и мало убедительны, например, он придает очень большое значение "Протоколам сионских мудрецов" и вообще идее заговора. Да это и не удивительно. Форд считает, что еврейское влияние в Соединенных Штатах начало проявляться со времени Гражданской войны, то есть, приблизительно со времени, когда он сам родился. За такой короткий срок общество неспособно осознать всю сложность ситуации, с которой оно столкнулось: авторы отражают лишь некоторое смутное чувство тревоги и готовы довольствоваться сравнительно поверхностными объяснениями. Но несравненно более яркой является судьба самого Форда: какая же сила нужна была, чтобы сломить мощь его промышленной империи?

    После конца I мировой войны во всем мире возникло много антилиберальных движений, противопоставлявших концепции парламентско-демократического государства идею национального и корпоративного государства. После прихода к власти в Италии в 1922 г. фашистского движения, их всех стали называть фашистами. Они пришли к власти в ряде стран: Италии, Венгрии, Румынии, Австрии, Германии, Испании, Португалии. Но из них реальной силой, способной утвердиться в мировом масштабе было лишь течение немецкого национал-социализма. Хотя оно много заимствовало и имело много общего с другими фашистскими течениями, оно, по-моему, является совершенно уникальным явлением, которое может быть понято лишь из особенностей германской идеологии и ситуации в Германии после I мировой войны. Появление этой новой исторической силы вызвало опасения как Западных демократий (Франции, Англии, США), так и СССР. Была предпринята попытка объединить свои усилия в борьбе с расширявшимся фашистским влиянием, в то время неудавшаяся она реализовалась на какое-то время в 1941-45 г.г. Именно в рамках такой политики в 1934 г. СССР вступил в Лигу Наций и постоянно пропагандировал там "политику международной безопасности".

    В это время в работе Лиги Наций принимал участие Нахум Гольдман (хотя трудно понять, какое государство он тогда представлял). Он вспоминает об этой эпохе:

    До войны большинство советских дипломатов были евреями.

    И конкретнее:

    Однажды Литвинов явился в Женеву с 14 делегатами, из которых 11 были евреями. Я спросил министра - зачем Вам эта синагога? ( употребляется другой, неизвестный мне еврейский термин, означающий еврейскую религиозную общину).

    Литвинов ответил, что евреи знают иностранные языки (но ведь и выжившие русские интеллигенты их знали?).

    Но случай был не единичный, Например, когда началась гражданская война в Испании, то поддержка республиканского, антифранкистского лагеря со стороны СССР направлялась почти исключительно руководителями еврейского происхождения. Начальником военной разведки в это время был С.П.Урицкий, Главным военным советником был генерал Штерн (под кличкой Клебер), специально в авиации генерал Смушкевич. Слуцкий (под псевдонимом Маркос) руководил чистками, в частности, уничтожением ПОУМ (Коммунистической партии Каталонии). Послом СССР в Испании был Розенберг, а резидентом Орлов (Фельдбин). Командующим 12-й интернациональной бригадой был Мате Залка (Франкль), работавший под именем Лукач, а крупнейшими пропагандистами Эренбург и Кольцов (Фридлянд). Мне известно имя только одного влиятельного нееврейского советского представителя в Испании во время Гражданской войны - это Антонов-Овсеенко, который был советским консулом в Барселоне.

    В 1935 г. на 7-м конгрессе Коминтерна была провозглашена политика "Народного фронта", что требовало отказа от взгляда на некоммунистических социал-демократов как на "социал-фашистов" и основного врага. "Народный фронт" и победил на выборах во Франции в 1936 г. Выдвинутым премьером стал Леон Блюм, тот самый, о котором упоминается (см. главу 9) в связи с его слабостью ставить на руководящие посты в руководимой им партии в основном своих соплеменников (хотя Бердяев, в статье, написанной после II Мировой войны, называет его "одним из самых честных, идеалистических и культурных деятелей Франции"). Впрочем, политика "Народного фронта" на оказалась успешной, его правительство во Франции не продержалось и 2-х лет.

    Положение евреев в Германии стало меняться к худшему в связи с приходом Гитлера к власти, так как антиеврейская концепция играла основную роль в его идеологии. Вскоре после его прихода к власти Американский еврейский конгресс организовал бойкот немецких товаров, а Всемирный еврейский конгресс призвал к сопротивлению Германии всеми средствами, так что американские газеты писали: "Иудея объявила войну Германии". В Германии была принята известные Нюренбергские законы, закрывавшие евреям (за некоторыми исключениями) доступ к ряду профессий: офицеры, профессора в высшей школе, врачи и т.д. Это вызвало широкую эмиграцию, в основном среди еврейской интеллигенции. Однако, ситуация, видимо не приобрела еще драматического характера. Немецкий историк, уже наш современник и поэтому в подобных ситуациях чрезвычайно осторожный, пишет:

    После Нюренбергских законов немецкие евреи имели несколько сравнительно спокойных лет. Их миграция поощрялась и большое число оставшихся создали поразительно жизнеспособный и разнообразный образ жизни (...). В экономике положение евреев почти не изменилось и в законах, касающихся хозяйственной жизни, часто рядом с подписью Адольфа Гитлера стояли подписи еврейских банкиров.

    Перелом произошел в связи с так называемой "хрустальной ночью". Поводом к ней послужило убийство в 1938 г. польским евреем Гриншпаном 3-го секретаря немецкого посольства в Париже фон Рата. Впрочем, это был не первый случай. Так, в 1936 г. глава нацистской иностранной организации в Швейцарии был убит Давидом Франкфуртером. Ситуация напоминала современную ситуацию в США после терактов 11 сентября 2001 г.: государство должно было найти ответ на террористический акт, направленный против его граждан. Гитлеровская Германия ответила организацией "Хрустальной ночи". Было разгромлено большое число магазинов, сожжено несколько синагог. Евреи подвергались избиениям, несколько десятков человек было убито. Десятки тысяч были задержаны, в большинстве случаев отпущены с обязательством покинуть Германию. Более того, через 2 года, выступая 30 января 1939 г. перед Рейхстагом, Гитлер сказал, что если еврейский финансовый капитал развяжет мировую войну, то результатом будет "уничтожение еврейской расы в Европе". Так как война началась и Гитлер не раз обвинял еврейский финансовый капитал в том, что он был "поджигателем войны", то многие видят в этой фразе Гитлера указание на имевшийся у него уже тогда план "окончательного решения еврейского вопроса", сводившийся к физическому уничтожению еврейского населения Европы.

    В 1939 г. началась война между Германией и союзом Англии, Франции и Польши, в 1941 г. в нее оказались втянуты СССР, США и Япония. Война, действительно, стала мировой.

    На время войны приходятся жестокие преследования евреев национал-социалистическим режимом. Безусловно, очень большое число евреев было уничтожено. Я лично уверен в этом не столько по имеющимся литературным источникам, сколько по рассказам, услышанных сразу после конца войны. Жители самых разных мест из оккупированных территорий СССР, которых не было никаких оснований заподозрить в преувеличении, рассказывали, что немецкие власти объявляли о регистрации евреев, определенные группы их депортировались а потом никто уже ничего о них не слышал. После войны это уничтожение больших масс восточно-европейских евреев получило название "Холокост" (трудно переводимый термин, видимо, древне-греческого происхождения, означающий примерно "жертва через сожжение"). Иногда употребляется термин "Катастрофа".Этому посвящена целая литература. Причем не отрицается, что и другие народы в это время перенесли катастрофу, но тогда, знаменательным образом, это слово пишется с малой буквы. Такое выделение страданий, перенесенных именно евреями, как некоторого совершенно особого явления, как-то задевает нравственное чувство. Ведь и потери поляков, сербов, белорусов вряд ли поддаются точному подсчету и были для этих народов национальной катастрофой. Хотя сначала число погибших евреев называлось обычно как "приближенное", потом установилась и чаще всего называется число 6 млн. Попытки некоторых исследователей оспорить эту цифру, встречала яростное сопротивление. Тем не менее, имеется ряд аргументов, поддерживающих такую "еретическую" точку зрения. Из общих соображений, мне кажется, ясно, что подобное утверждение, исходящее от победителей в войне всегда многократно преувеличены. Первое время после конца войны все, в чьих руках была власть, были заинтересованы в как можно более ярком живописании злодеяний гитлеровской Германии в отношении евреев. Прежде всего, сами евреи, закреплявшие за собой позицию "вечно несправедливо гонимых", так что вплоть до нашего времени наиболее действенное возражение против попытки реально оценить их роль "значит, вы одних взглядов с Гитлером". Также и коммунистическая власть в СССР, которая могла указать на неисчислимые злодеяния гитлеровского режима, от которого она спасла мир, чтобы заставить замолчать протесты против установления этой власти в Восточной Европе. Наконец, западные демократии, пресса которых находилась под сильнейшим еврейским влиянием. А возражать в те годы никто бы и не посмел.

    Поэтому точные, численные данные о еврейской "Катастрофе" вряд ли могут внушать доверие, но громадная катастрофа несомненно постигла тогда евреев (как и многие народы Европы). Вероятно, катастрофа восточно-европейского еврейства имела такой же масштаб, как и средневековые бедствия евреев времен "черной смерти" или восстания "Пастушков". Мне , честно говоря , не понятна позиция тех, кто оспаривает "каноническую" цифру в 6 миллионов уничтоженных нацистами евреев . Одни из них отрицают существование газовых камер - но , собственно говоря, чем лучше выстрел в затылок ? Другие оспаривают саму цифру в 6 миллионов, подчеркивают, что потери других народов были часто не менее трагическими, чем у евреев. Такое утверждение представляется вероятным - по причинам, о которых я говорил. Но разве, если окажется , что убитых было "всего" 2 миллиона, то это снимет остроту проблемы ? Однако, в любом случае, мужество этой небольшой группы, преследуемой по всему миру, внушает уважение. Заведомо, далеко не все они являются немцами, пытающимися забыть неприятный эпизод своей истории, доказать, что была "обычная война". Например, одним из первых был француз Рассинье, участник Сопротивления, попавший за это в немецкий концлагерь. Да и борются они , в любом случае, за освобождение от произвольно накладываемых запретов, за свободу научного исследования и человеческой мысли вообще.

    Произошедшая трагедия, конечно оказала влияние на отношение евреев с другими народами, влияние, которое ещё долго будет давать себя знать.

    Нам трудно вообразить те мучительные и болезненные переживания, которые вызывали в еврейской душе воспоминания о трагедии, разразившейся во время войны. Намёк на них сквозит в публикации, появившейся в еврейском самиздатском журнале "Евреи в CCCP". Хотя, по-видимому, появилось довольно мого выпусков этого журнала, принимаются какие-то меры к тому, чтобы он оставался в очень ограниченном круге читателей. Во всяком случае, автору удалось познакомиться лишь с двумя выпусками. В одном из них за № 15 (июль-сентябрь 1977 r.) приведена часть перевода (начало в №№ 9-13) произведения М.Элнинса "Закалённые яростью". Там рассказывается о созданной в 1945 г. в Западной Европе еврейской организации ДИН, имевшей целью месть немцам за преступления против евреев. Организация имела своих людей в военной администрации всех оккупирующих держав, снабжавших ДИН информацией, подложными документами и военной формой. Первая акция была направлена против тайной организации немецких подростков, припрятавших в лесу оружие, собиравшихся по ночам в лесу со знаменем у костра. 140 подростков были перебиты автоматами и гранатами. "...За что? Об этом надо спрашивать кого-то другого.." Далее следует описание ряда таких акций. "Они прихватили с собой Шварца и по дороге оставили его с перерезанной глоткой..." "Они допрашивали Ветцеля два дня, а затем утопили..." и т.д. "Они совершенно открыто подъезжали к дому человека, которого хотели поймать, или шли к месту его работы, или просто останавливали его на улице. Командир группы предъявлял своё удостоверение (фальшивое удостоверение, полученное через своих людей в оккупационных войсках) и человеку сообщали, что его вызывают в штаб для стандартного допроса. Чаще этого было достаточно. Если человек упорствовал, тогда его просто били по голове и втаскивали в машину". Захваченным немцам обещали сохранить жизнь, если они выдадут других скрывающихся нацистов, грозя, что "если он солжёт, то его ждет мучительная смерть". "Его всё равно убивали, Конечно, это было не по правилам крокета, но ведь они и не играли." "Способ убийства зависел от обстоятельств, но чаще всего это было удушение." "Их, действительно, учили и когда-то они в это верили, что вина бывает только конкретная, между человеком и человеком. Но годы научили их другой правде, и кровь 6 млн. евреев кричала о другой действительности." "Сотни тысяч немцев принимали прямое участие в уничтожении европейских евреев; это было делом рук целого народа, и поэтому возмездие должно было быть прямо связано с размерами содеянного зла". "Итак, они начали убивать немцев, не зная, в чём состоит их конкретная вина, а зная только, что эти люди принесли смерть и пытки еврейскому народу". "Теперь они вспоминают это как "первый охотничий сезон". Они выследили и убили более сотни людей. Никто из тех, кто попал в руки ДИН, не ушёл". Однажды, проникнув в похищенной военной форме и с фальшивыми документами в лагерь, где содержались интернированные офицеры СС, они заложили мину под барак. "Куски обитателей барака СС дождём посыпались на весь лагерь". Но под конец они почувствовали, что эффект их деятельности недостаточен. "То, что немцы сделали евреям как евреям - эти евреи из ДИН сделают немцам - они не оставят незатронутой ни одной немецкой семьи. В конце 1945 г. они начали работать над "Тохшет Алеф" - планом А. Это был план убийства миллиона немцев".

    К сожалению, после этого стоит: "продолжение в следующем номере", а номер этот автору недоступен. Впрочем, вряд ли он и необходим. Миллион немцев всё же, надо надеяться, не убили, а бездна ненависти и победа ее над нормальными человеческими чувствами видна и так. И дело не в действиях этих несчастных безумцев, порожденных кошмаром, который редкая душа может перенести. Но вот кто-то написал об этом книгу, снабдив оправдательными фразами, некоторые из которых мы привели. А кто-то счёл необходимым в 1977 г. перевести ее и довести до сведения "Евреев в СССР".

    Те же чувства проявлялись в планах, которые предлагались в отношении Германии в период войны. Так, в 1941 г. в США появилась книга Т.Кауфмана "Германия должна погибнуть", в которой предлагался план стерилизации всего немецкого народа. Причем в это время США еще не воевали с Германией. Во время войны близкий советник Рузвельта, Моргентау-младший, разработал план расчленения Германии, уничтожения в ней любого крупного производства, включая рудники и шахты, уменьшения доступа немцев к образованию, превращения Германии, в основном, в сельскохозяйственную страну, поставляющую сельскохозяйственных рабочих и в другие страны, сокращение населения и контроля оккупационных властей над прессой. Этот план, видимо, встретил сначала одобрение Рузвельта и Черчилля, но после войны не был осуществлен, так как немцы понадобились в качестве союзников в начавшейся "холодной войне". Тем не менее, Моргентау опубликовал свой план отдельной брошюрой (удивительно, как этот план в деталях совпадает с тем, что происходит сейчас с Россией).

    К тому же типу болезненных переживаний я отношу и многократно делавшиеся утверждения, что в массовом уничтожении евреев гитлеровцами виноваты многие другие народы, не воспринявшие весь трагизм происходившего. Или концепцию, согласно которой "Холокост" был следствием давно развивавшегося "антисемитизма", а "антисемитизм" проистекал из Христианства, возлагающего вину за распятие Христа на евреев. Ведь не утверждали же поляки, что в массовом их уничтожении нацистами, в том что Гитлер объявил о "конце польского государства навеки", виновно все человечество. Такие чувства, чем бы они не были вызваны, потом начинают жить своей жизнью.

    Ведь не может народ, имея дело с немцами, исходить из одного мировоззрения, а с арабами или русскими - из другого. Такую же реакцию, может быть, только в менее яркой форме, будет вызывать всякий "враг" или даже тот, кто "стоит поперёк дороги".

    Позже знаменитый еврейский философ Мартин Бубер писал по этому поводу:

    Самое тяжёлое влияние национал-социализма заключается в том, что он заразил своей философией насилия другие народы. Эта победа "недочеловеческого" (Untermenschliches) над человеческим никакой народ так глубоко не затронула как еврейский. (...)

    Мы осознали это несчастье, когда группа вооруженных евреев напала на арабскую деревню. Это был наш грех, еврейский грех против Духа. Наша вера в Дух оказалась недостаточной, чтобы устоять против распространения этого дьявольского, позорного учения в собственном народе.

    ЛИТЕРАТУРА

    Rathenau Walter. Impressionen. Leipzig. 1902.

    Arnim Otto. Die Juden in Kriegsgesellschaften. Munchen. 1921.

    Bosl - Franz - Hofman. Biographisches Worterbuch zur deutschen Geschichte. Munchen. 1974.

    Korn D. Wer ist wer im Judentum. Munchen. 1996.

    Winger S.Grosse Judische Nationalbiographie. Ceranti 1925 -1927.

    Комэй Д. Кто есть кто в истории евреев. Лондон - Москва. 1974, 1995.

    Hayek F.A. The Road to Serfdom. London. 1943.

    Вaruch B. American Industry in the War. N.-Y. 1941.

    Baruch B. The Public Years. N.-Y. 1960.

    Драбкин Я.С. Ноябрьская революция в Германии. М. 1967.

    Lehman H. Die Weimarer Republik. Munchen. 1960.

    Illustrierte Geschichte der Deutschen Revolution 1918 - 1928. Berlin. 1929.

    Nolte Ernst. Der Europaische Burgerkrieg 1917 - 1945. Berlin. 1987.

    Revolution und Raterepublik in Munchen1918-1919 in Augenzeugenberichten. Dusseldorf. 1969.

    Muller - Meiningen. Aus Bayerns schwersten Tagen. Berlin - Leipzig. 1924.

    Funck Bernhard. Der Judische Einfluss in Deutschland. Munchen. 1921.

    Klatzkin Jakob.Probleme des modernen Judentums. Berlin. 1930 (III Afl.).

    Lungren - Nielsen K. The Polish Problem at the Paris peace Conference (особенно раздел The Jewish Problem). Odensee. 1979.

    Шмуэль -Хуго Бергман. Израильский синтез гуманизма и религии. Журнал "22". Тель-Авив. 1978.

    Левин О.И. В сборнике "Россия и Евреи". Цит. в Гл. 1.

    Sombart W. Der Proletarische Sozialismus. Цит. в Гл.9.

    Weizmann Ch.Trial and Error. Цит. в Гл 10.

    Michels Robert. Sozialismus und Faschismus als politische Stromungen in Italien. Munchen. 1925. Bd 2.

    Рид Д. Спор о Сионе. Цит. в Гл 1.

    Ford H. The International Jew. 1922 (переизд. 1948)

    Goldmann N. Цит. в Гл.3.

    Reitlingen G.The Final Solution L. 1971.

    Thion S.Verite historique ou verite politique. Le dossier de l' affaire Faurisson. Paris. 1971.

    Jewish Resistance in Nazi-Occupyed Europe. L. 1974.

    Элнинс М. Закаленные яростью. Журнал "Евреи в СССР" (самиздат). NN 9-13, 15-126. 1977.

    Kaufmann T. A. Germany Must Perish. N.-Y. 1941.

    Morgenthau H. Germany is our problem. N.-Y. - L. 1945.

    "Русская идея и евреи". М. "Наука". 1994.

    Katz J. From Prejudice to Destruction. (Цит. в Гл. 4.)

    Kohn.H. Martin Buber. Koln. 1965.

    Гл. 13. При коммунистическом строе

    1. Построение социализма в одной стране.

    Теперь в нашей стране тщательно вытесняется из памяти воспоминание о тесной связи между коммунизмом и еврейством. Но долгое время это нисколько не скрывалось, даже подчеркивалось. Например:

    Мы много плачем, слишком много стонем,
    Но наш народ, огонь прошедший, чист.
    Недаром слово "жид" всегда синоним
    С святым, великим словом коммунист.

    (Можно найти в любом сборнике стихотворений Маргариты Алигер).

    Хотя русская грамматика здесь и хромает, но настроение выражает определенное: равенство "большевик = еврей" не считалось "глупым" (как писал когда-то Горький) как раз в еврейской среде. В главе 11 мы приводили списки членов политбюро, которые дают основание говорить о руководящей роли еврейства в партии, а следовательно, и во всей стране. Но именно в отношении этого показателя, в представительстве евреев в самой верховной власти, происходят дальше некоторые изменения. На XIV съезде, 1926 г., в политбюро (состоявшем из 9 человек) оказываются только 2 еврея: Троцкий и Зиновьев. А на XV съезде (1927 г.) в политбюро не оказалось ни одного еврея! Оно состояло из Бухарина, Ворошилова, Калинина, Куйбышева, Молотова, Рыкова, Рудзутака, Сталина и Томского. Точно так же и на XVI съезде (1930 г.) в политбюро не было евреев. Потом, правда, вверх пошли новые евреи, из числа поддерживавших Сталина: Каганович, Мехлис. Но они численно никогда уже не достигали того веса как в первые послереволюционные годы. Этот процесс связан с борьбой, происходившей внутри партии, с возникновений оппозиций, отстаивавших собственную программу на съездах.

    И здесь проявилась очень важная черта: еврейство не выступало как единая, координированная сила. Еврейские силы оказались распыленными между борющимися фракциями (что, зато, сохраняло влияние, какая бы фракция ни победила). Совершенно очевидно, что если бы после смерти Ленина Троцкий, Зиновьев, Радек действовали бы единым фронтом, то они подчинили бы себе партию. С точки зрения теории "еврейской власти" раскол между Троцким и Зиновьевым на XIII съезде был самоубийственным. Это демонстрирует особый характер действия "еврейства" в нашей стране, а значит, вероятно, и во всей истории. Этим не отрицается ни его существование, ни значительность для судеб других народов. Но в часто высказываемую концепцию "всемирного заговора", руководимого из единого центра (например, "Сионскими мудрецами") факты не укладываются. Причем не укладываются столь очевидно, что эта концепция выглядит как ловушка, поставленная на пути тех, кто пытается осмыслить роль еврейства.

    Мы склонны представлять всякое "сообщество", обладающее некоторым органическим единством, по аналогии с человеком, формирующим свои цели, находящим пути их достижения, чьи органы подчинены этим целям и импульсам, поступающим из головного мозга (а может быть, из души). Но, даже если ограничиваться биологическими аналогиями, можно указать на примеры других, очень жизнеспособных организмов. Например, гидра не имеет ни головного, ни спинного мозга и ее нервные клетки расположены более или менее равномерно по всему телу. Но она способна выбрасывать яд, парализующий жертву, захватывать ее, глотать и переваривать; изгибать свое тело в нужном направлении. И если разрезать ее на несколько частей, то каждая из них воссоздаст такой же организм.

    Возвращаясь к нашей истории, можно заметить, что хотя, благодаря межфракционной борьбе, силы еврейства оказались распыленными и его участие в верховном руководстве партии уменьшилось, вес его в тогдашней жизни нисколько не упал. Борьба оппозиций привела к тому, что, в конце концов, партия (ее наиболее активная часть) сплотилась вокруг одной программы: насильственной коллективизации деревни и индустриализации за счет полученных от деревни средств. В другой работе я аргументировал точку зрения, что коллективизация была самым радикальным, определяющим моментом русской истории XX в. И в этом переломном событии еврейские силы играли не меньшую роль, чем в Гражданской войне. Да коллективизация и была, собственно, завершением Гражданской войны, в которой коммунистическая власть не смогла победить деревню и вынуждена была отступить, перейдя к НЭП,у.

    Коллективизация была грандиозным сломом социальной структуры России, сохранившейся еще с дореволюционного времени. Недаром Сталин называл ее "второй революцией", "революцией сверху". За несколько лет был уничтожен тип жизни, существовавший веками в деревне (а деревня еще к 1929 г. - это было 80% населения России): индивидуальное семейно-трудовое хозяйство. Этот слом был о