Поиск
 

Навигация
  • Архив сайта
  • Мастерская "Провидѣніе"
  • Добавить новость
  • Подписка на новости
  • Регистрация
  • Кто нас сегодня посетил   «« ««
  • Колонка новостей


    Активные темы
  • «Скрытая рука» Крик души ...
  • Тайны русской революции и ...
  • Ангелы и бесы в духовной жизни
  • Чёрная Сотня и Красная Сотня
  • Последнее искушение (еврейством)
  •            Все новости здесь... «« ««
  • Видео - Медиа
    фото

    Чат

    Помощь сайту
    рублей Яндекс.Деньгами
    на счёт 41001400500447
     ( Провидѣніе )


    Статистика


    • Не пропусти • Читаемое • Комментируют •

    ИЗМЕНА В ВАТИКАНЕ ИЛИ ЗАГОВОР ПАП ПРОТИВ ХРИСТИАНСТВА
    О. Н. ЧЕТВЕРИКОВА


    СОДЕРЖАНИЕ

    фото
  • Предисловие
  • Утверждение религиозного плюрализма в послевоенной Европе
  • От нацизма к атлантизму; миссия Пия XII
  • Обновленческий переворот в католицизме: II Ватиканский собор и его закулисные интриги
  • Постсоборная политика Ватикана: последствия экуменической открытости
  • Мирская церковь Павла VI
  • Борьба за власть внутри Ватикана и утверждение позиций «Опус Деи»
  • Католицизм в условиях неолиберальной революции: перестройка сознания
  • Восточная политика Иоанна Павла II: «священный союз» с Вашингтоном
  • Папский проект «Священной Римской империи»
  • Двуликость римского экуменизма
  • Итоги «новой евангелиэации»: от терпимости религий к религии терпимости
  • Бенедикт XVI: курс на мировое правительство
  • Католическая «этика финансов» как легитимизация спекулятивного капитала
  • «Примирение» с православием под главенством папы
  • Украинское и белорусское направления политики Ватикана
  • Ватикан в диалоге с исламом: «Стальной кулак в велюровой перчатке»
  • Кто же формирует «глобальную этику»
  • Примечания

    Четверикова О. Н. Измена в Ватикане, или Заговор пап против христианст¬ва / Ольга Четверикова. — М: Эксмо, 2011. — 240 с. — (Исторические сенсации).

    На основе достоверных документальных материалов автор книги, на-учный сотрудник МГИМО Ольга Николаевна Четверикова, приходит к сен-сационным выводам: начиная с 1933 года верхушка Римско-католической церкви начинает отходить от основополагающих принципов христианства и более того-активно пытается подвидом -модернизации церкви" подме¬нить эти принципы другими,христианству прямо враждебными. Поскольку большинство простых католиков об этих процессах ничего не знают, автор видит в происходящем заговор пап н кардиналов против самой Римско-ка-толической церкви. -Иэменав Ватикане- О. Четвериковой - острая и увлека-тельная публицистика. Хотя книги на данную тему уже выходили на Западе, в России об лом до Четвериковой никто не писал.

    ISBN 978-5-699-47503-2
    УДК 82-1 ББК 86.2/3
    © Четверикова О. П., 2011
    © ООО •Ллгоритм-Издат*, 2011
    © ООО •Издательство -Эксмо-, 2011

    Предисловие

    В настоящее время Россию ускоренными темпами встраивают в западный мировой порядок, осуществляя это на основе обновленной модели отношений, исключающей жесткую конфронтацию и утверждающей «диалог» исклю-чительно по западным правилам игры. Они предполагают тотальную смену наших цивилизационных ориентиров, для чего осуществляется такая перестройка нашего сознания, при которой те силы, что традиционно воплощали собой со-вершенно чуждые нам нормы и ценности и являются наши¬ми главными противниками, воспринимались бы в качестве союзников и друзей. В сфере военно-политической такая пе-рестройка осуществляется в отношении НАГО, а в религи-озно-мировоззренческой — в отношении Ватикана. Поэтому процессы сближения с ними идут параллельно и даже син-хронно и должны завершиться такой интеграцией России в западные структуры, при которой она перестанет сущест-вовать как самостоятельное целое.

    Ватикану в этих планах принадлежит важнейшая роль.

    Сегодня он представляет собой церковно-государст-венную структуру, обладающую уникальными разведыва¬тельными, дипломатическими, финансовыми и организаци¬онными возможностями, позволяющими ему, прикрываясь Деятельностью многочисленных фондов и религиозных ас¬социаций, последовательно реализовать свои цели. Работая в тесном союзе с Вашингтоном и применяя ту же тактику «перезагрузки», Ватикан проводит четкий курс на «прими-рение» с православным Востоком. Однако миссия Св. Пре-стола в отношении России остается неизменной: она на¬целена на изменение основ русского духовного строя, на размывание вековых мировоззренческих принципов, сфор¬мированных православной верой, и, в итоге, на поглощение православия католицизмом под властью римского понтифи¬ка. На это направлены все последние шаги, предпринимае¬мые Св. Престолом для привлечения нас к тесному сотруд¬ничеству и сближению с католицизмом, венцом которого должна стать встреча папы Римского с Московским пат¬риархом.

    В планах Ватикана эта встреча имеет особое значение. Ведь стержневой идеей католицизма, обеспечивающей же-сткий иерархический строй всей его системы и превращаю-щий его в мощную организованную силу, является идея о папском примате. Она выражается в признании римского понтифика в качестве наместника Христа на земле, види¬мого главы Вселенской Церкви, обладающего полной, вер¬ховной и универсальной властью. Подкреплена эта власть догматом о непогрешимости папского учения по вопросам веры и нравственности (принятым на I Ватиканском соборе 1870 г. и подтвержденным на II Ватиканском соборе 1462— 1965 гг.). В силу того, что эта идея о первенстве римского понтифика глубоко противоречит учению Иисуса Христа и является главным источником всех заблуждений римской церкви, православие определяет католицизм как ересь. Поэтому встреча Московского патриарха с папой Римским станет для Ватикана знаком признания его лжеучения в ка¬честве истинного и позволит ему рассматривать Русскую православную церковь как пребывающую в сфере его фак-тического влияния.

    Между тем, планы Св. Престола амбициозны. Совершив в результате II Ватиканского собора отступничество уже в отношении основополагающих положений христианского учения, он «открыл» себя для активного экуменического об-щения с представителями различных религиозно-мировоз-зренческих систем, сохранив при этом в полной неприкосновенности положение о папском примате. Это, в свою оче-редь, позволило ему претендовать на духовное лидерство ,-же в общемировом масштабе.

    Однако, осуществляя мощную идейную экспансию, да¬вая нравственное обоснование необходимости «мировой политической власти» и добиваясь признания авторитета Ватикана в качестве ведущей религиозной силы в современ-ном мире, папство само в реальности является лишь оруди¬ем в руках более мощных транснациональных структур, вне-дряющих универсальную мировую религию и глобальную этику для всего человечества.

    Каким образом произошел отход католицизма от хри-стианского вероучения во второй половине XX в., что сто¬ит за папским проектом всемирного управления и каковы реальные планы Ватикана в отношения Православия — об этом рассказывается в данной книге. В ней привлечены ра¬нее не использованные зарубежные источники, что позво¬ляет лучше понять уже известные факты и более широко взглянуть на происходящие процессы.

  • Утверждение религиозного плюрализма в послевоенной Европе

    Начать наше повествование надо с описания тех общих изменений в религиозной жизни Западной Европы, которые произошли здесь после Второй мировой войны.

    Как известно, в европейских государствах националь¬ные религии традиционно пользовались особым статусом, обеспечивавшим им доминирующее положение в общест¬ве. Церковно-государственные отношения в той или иной стране были своеобразны в силу особенностей историческо¬го развития, своеобразия политической культуры и нацио¬нальной психологии. Это предопределило ведущую роль ка¬толицизма в Италии и Испании, англиканства в Англии, лю¬теранства в Дании и т.д. Везде существовали свои формы взаимосвязи между институтами государства и религиозны¬ми объединениями, гарантировавшими национальной церк¬ви привилегированное положение, позволявшее сохранять традиционную систему ценностей.

    Однако ведущие позиции, занятые США в послевоен¬ном западном мире, привели к установлению ими своего идейно-культурного влияния в Европе, выразившегося в том числе и в попытках навязать ей американскую модель религиозно-этического плюрализма, признающего абсо¬лютно равные права за всеми религиозными сообществами и церквами в том или ином обществе. Основой этой моде¬ли является положение об отделении церкви от государства, закрепленное в Первой поправке к Конституции США, при¬нятой в 1791 г., в которой говорится, что «Конгресс не дол¬жен издавать законов, устанавливающих какую-либо рели¬гию или запрещающих ее свободное вероисповедание, либо ограничивающих свободу слова и печати или права народа jlt-фно собираться и обращаться к Правительству с петиция-W об удовлетворении жалоб». Причем, если первоначально [ а норма относилась только к федеральной власти (а шта-»гы могли регулировать отношения с церквами), то в 1947 г. ее действие было распространено уже на законодательную деятельность штатов, в результате чего в стране утверди¬лось полное равноправие религий.

    Однако, поскольку данный подход был чужд европей¬ской традиции, вместо равноправия всех религий в качестве базового принципа светскости стало рассматриваться поло¬жение о свободе совести. Это понятие, трактуемое как сво¬бода морально-этических воззрений, то есть право на свобо¬ду религиозного и безрелигиозного воззрения, и стало фак¬тически системообразующим в послевоенной концепции прав человека. Как международный стандарт положение о свободе совести было закреплено в ст. 18 Всеобщей деклара¬ции прав человека, провозглашенной резолюцией ГА ООН от 10 декабря 1948 г.", а в качестве международной нормы оно было утверждено в Конвенции о защите прав челове¬ка и основных свобод, подписанной в ноябре 1950 г. в Риме странами — членами организации Совета Европы (основана в мае 1949 г.). Конвенция создала и действенный механизм для обеспечения провозглашенных прав и свобод: вплоть до 1999 г. эту роль выполняла Европейская комиссия по пра¬вам человека, а затем — Европейский суд по правам чело¬века, куда может обращаться любой, считающий себя ущем¬ленным в своих правах. Такую же норму подтвердила ст. 18 Международного пакта о гражданских и политических пра¬вах от 16 декабря 1966 г.

    На базе этих международно-правовых актов и сформи¬ровался «либеральный стандарт» религиозной свободы, обязательный для утверждения в национальных законо¬дательных актах тех стран, которые признают себя «при¬верженными демократическим ценностям».

    * Ст. 18 утверждает: «Каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии; это включает свободу менять свою религию или убежде¬ния и свободу исповедовать свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком, в учении, бо¬гослужении и выполнении религиозных и ритуальных порядков». Религия и закон. М, 1996. С. 8.

    Естественно, этот стандарт предполагал повсемест-ное нивелирование отношений между церковью и государ¬ством, однако европейская реальность оказалась намного сложнее, в результате чего конкретные формы взаимосвя¬зи между государственными институтами и религиозными объединениями в каждой стране сохранили свое своеобра¬зие, обусловленное особенностями исторического разви¬тия, политической культурой и национальной психологией. И каким бы автономным ни было государство, его полити¬ка не может не отражать те мировоззренческие особенно¬сти, которые формируют национальное коллективное созна-ние отдельных европейских народов. Поэтому и при свобо¬де совести и светскости в Европе сохранилось многообразие форм церковно-государственных отношений, которые были настолько индивидуальны, что даже с образованием Евро¬пейского Союза его руководство не стало разрабатывать ни¬какой программы, направленной на их унификацию.

    Между тем, хотя утверждение религиозного плюрализ¬ма не привело к радикальному изменению правового статуса традиционных религий, его последствия сказались в другой сфере — в сфере религиозного сознания, которое стало пе¬реходить в стадию эрозии в силу настойчивого вытеснения из общественной сферы традиционных религиозных ценно-стей как нормы взаимоотношений. Общество «массового производства и потребления» 50—60-х годов создало техни¬ческую базу для утверждения новой экономической идеоло¬гии, призванной обосновать ценности общества «всеобще¬го благоденствия», в котором преобладал новый тип граж¬данина. Это был носитель чисто потребительской светской морали, не отягощенной ограничительными религиозны¬ми нормами и принципами. Так что его ценности и стан-дарты поведения были несовместимы с требованиями хри¬стианской морали.

    Характерной и решающей чертой распространявшейся «массовой культуры» было рыночное умонастроение, трактовавшее почти все лишь как предмет потребления, подчи¬ненный экономическим соображениям. И формировавшее¬ся на этом понимании массовое сознание вытесняло на пе--иферию все, что не вписывалось в его стереотипы и чего нельзя было поставить на коммерческий поток. Соответ¬ственно, так стали относиться и не только к науке и к ис¬кусству, но и к религии. В свою очередь, как протест на этот техницизм, дегуманизацию общественных отношений и от¬чужденность личности от общества стала развиваться «мо¬лодежная контркультура», уходившая в своем неприятии ре¬альности уже в тотальное отрицание традиционных ценно¬стей, ратуя за полное освобождение личности от каких-либо нравственных ограничений, препятствовавших свободному проявлению ее инстинктов.

    В новых условиях церковь, чтобы сохранить свое влия¬ние, пошла по пути приспособления к либеральным стан¬дартам современного общества, начав подстраивать теоло¬гию под требования духовного выбора молодого поколения европейцев. Этот процесс «коммерциализации» религии был подробно описан американским исследователем Пи¬тером Бергером в конце 60-х годов. Он констатировал, что религиозное разнообразие означает фактически формиро¬вание свободного «рынка религий», в котором плюрализм «распространяется и на содержание вероучения, то есть на товар, сбываемый субъектами религиозного рынка... Пока религиозные учреждения занимают в обществе положение монополистов, содержание религии определяется в соот¬ветствии с той теологической традицией, которая представ¬ляется убедительной и/или уместной религиозному руко¬водству. Религия всегда была подвержена самым что ни на есть мирским воздействиям... однако ситуация плюрализ¬ма порождает новую форму мирского воздействия, воз-можно более мощную по своему влиянию на содержание религии, чем такие более древние формы, как желание короля или классовые интересы: динамику предпочте¬ний потребителя1.

    В наибольшей степени это проявилось в эволюции про¬тестантской теологии, которая со временем приняла радикальный характер, сконцентрировавшись на разработ-ке таких концепций, как «секулярная теология», «безрели¬гиозное» христианство, «теология смерти Бога». Все более обмирщаясь, протестантизм настолько глубоко усвоил секу-лярный гуманизм и либеральное понимание прав и свобод человека, что стал совершенно безопасен для светской куль¬туры, полностью вписавшись в отстаиваемый ею мировоз¬зренческий плюрализм. С особой силой этот чисто прагма¬тический подход к религии проявился в успехах экумениче¬ского проекта, который начал разрабатываться англиканами еще с конца XIX века. Находясь под сильным влиянием анг¬лийского масонства, экуменизм не представлял собой под¬линно церковного движения, а преследовал политические цели, призванные обеспечить доминирование протестант¬ского направления2.

    Основная концепция экуменизма, ставшая синтезом протестантского учения о Церкви и идеи масонского универсализма, была сформулирована на Ламбетских кон¬ференциях Англиканской церкви в 1888 и 1897 гг. Она исхо¬дит из так называемой «теории ветвей», в соответствии с которой все христианские церкви равны и каждая в отдель¬ности, обладая только частичной истиной, в несовершенном виде представляет собой всего лишь различное проявление единой Церкви. Чтобы «реконструировать» единую исти¬ну и утвердить единую Церковь необходимо путем диало¬га привести все существующие богословские учения к неко¬му общему знаменателю, в качестве которого предлагается определенный «догматический минимализм». Он исходит из признания сходных положений в богословских учениях, к коим относятся Священное Писание, апостольские симво¬лы в Никео-Цареградском Символе веры, два таинства (кре¬щения и причащения) и принятие епископата как историче¬ского факта. По сути, речь шла об утверждении принципа толерантности по отношению к учениям других церквей и достижении через политику компромиссов чисто внешне¬го единства христианских конфессий. Термин «экуменизм», понимаемый в этом смысле, был введен членом методист¬ской церкви США масоном Джоном Моттом (1856—1955)3, протестантских церквей, состоявшейся в Эдинбурге в 1910 г., на которой и было основано это движение.

    Организационное оформление экуменического движе¬ния завершилось в первые послевоенные годы. В августе-сентябре 1948 г., в Амстердаме представители 47 церквей из 44 стран мира приняли решение об официальном создании Всемирного совет церквей (ВСЦ) со штаб-квартирой в Же¬неве. Участники движения не стали рассматривать новый Совет как сверхцерковь, но заявили, что его целью является поиск объединения, а главными задачами — содействовать росту экуменического сознания среди членов отдельных церквей, созывать всемирные конференции и проводить об¬щие собрания каждые пять лет. Места в собраниях распре¬делялись следующим образом: ПО — для церквей континен¬тальной Европы, 90 — для церквей США и Канады, 85 — для всех Православных церквей, 60 — для церквей Великобри¬тании и Ирландии, 50 — для церквей Азии, Африки и Ла¬тинской Америки. Одна треть должна была быть представ¬лена мирянами. Во главе Совета встали пять сопредседате¬лей (архиепископ Кентерберийский Космо Ланг, д-р Джон Мотт, д-р Марк Бэгнер, президент Федерации протестант¬ских церквей Франции, митрополит Фиатирский Германос) и генеральный секретарь голландец д-р Виссерт Хуфт.

    Вступить в движение тогда же было предложено и Рус¬ской православной церкви, которая отнеслась к этому отри¬цательно, дав оценку экуменизма на проходившем в июле 1948 г. Совещании глав и представителей автокефальных православных церквей, посвященном 500-летию провозгла¬шения автокефалии РПЦ. Позиция церкви, высказанная в докладе протоиерея Григория Разумовского и в выступле¬нии архиепископа Серафима (Соболева), сводилась к тому, что ВСЦ, являясь псевдорелигиозной организацией, ста¬вит своей целью «создание сверхнациональной экумениче¬ской церкви для приобретения международного влияния на мирскую, в частности — экономическую жизнь народов». То есть речь шла о создании новой псевдоцеркви, которая заменила бы собой Церковь Христову и стала влиятельной международной силой для духовного овладения миром. Как подчеркивал Разумовский, «в нашем понимании политиче¬ской современности экуменическая церковь хочет стать ни более ни менее как общественным органом, параллельным ООН... Совсем недавно «Экуменический Совет» утвердил положение о своем представительстве в ООН»4. Для утвер¬ждения нового подхода в широкий обиход стали вводить но¬вые понятия и термины — «мир без границ», «защита прав человека», «единое экономическое пространство» и др.

    Давая оценку происходящему объединительному про¬цессу, Разумовский заключил: «Намереваясь устроить экуме¬ническую церковь, мы вправе спросить себя: какие плоды она даст и какие признаки готовности их... Скажем прямо, эку¬меническая церковь может быть корпоративно единой и по внешнему устроению — вселенской, но Святой и Апостоль¬ской она не будет. Нам не по пути с такой церковью»5. В со¬ответствии с этим в докладе был сделан вывод, что Русская православная церковь не может согласиться на участие в эку¬меническом движении в той его установке, какая имеет ме¬сто после 1937 г. и теперь, так как убеждается «1) в коренном противоречии экуменических доводов учению Православной церкви в деле понимания высших целей Христианской Церк¬ви; 2) в необеспеченности дела (догматического и вероучи-тельного) соединения церквей путем и средствами движения; 3) в близком сродстве экуменической деятельности с други¬ми современными нам не-церковными, политическими, иногда — тайными международными движениями. Наша Цер¬ковь не хочет, не может и не должна быть под влиянием не-церковных организаций. Мы будем оберегать свою ду¬ховную свободу, как неоценимое сокровище»6. Эти поло¬жения и легли в основу резолюции «Экуменическое движение и Православная Церковь», изложившей мнение всех при¬сутствовавших на Соборе поместных церквей.

    Однако со временем под давлением политических об¬стоятельств позиция Православных поместных церквей из¬менилась. В 1954 г. Константинопольский патриарх Афина-гор, известный своими проэкуменическими взглядами, из¬дал энциклику, которая призывала главы всех поместных Православных церквей присоединиться к ВСЦ для решения «глобальных проблем современности», и уже в 1955 г. Кон¬стантинопольская патриархия посылает своих представите¬лей в Женеву. В 1959 г. Центральный комитет ВСЦ органи¬зует на Родосе встречу с представителями всех Православ¬ных церквей, а с 1961 г. православные экуменисты созывают ряд конференций в целях реализации экуменических идей.

    Со сменой власти в СССР под давлением партийного руководства в 1961 г. на заседании Священного Синода по докладу известного экумениста митрополита Никодима (Ро-това) было принято решение о вступлении в ВСЦ, одобрен¬ное на ближайшем Архиерейском Соборе. При этом не был поднят вопрос — а как возможно с канонической точки зре¬ния членство Единой, Соборной, Апостольской Церкви, ко-торая есть Тело Христово, не в ВСЦ, но вообще в какой бы то ни было организации? Хотя ответ на него был дан еще на Всеправославном совещании 1948 г. Патриархом Алексием I (Симанским), заявившим: «Православная Церковь не имеет административного объединения даже поместных Церквей. Для чего же она будет принимать участие в административ¬ном объединении разномыслящих христианских организа¬ций, и не будет ли такое участие значить, что мы жертву¬ем сокровищем нашей веры во имя какого-то призрачного, ложного единства»7. Следуя примеру Русской православной церкви свое членство в ВСЦ стали устанавливать и другие православные церкви — участницы Совещания 1948 г.

    Как и протестантизм, Католическая церковь не устояла перед давлением модернизма и совершила экуменическую революцию, но процесс этот шел более сложным путем.

    От нацизма к атлантизму; миссия Пия XII

    В первое десятилетие послевоенного развития полити¬ка Католической церкви определялась папой Пием XII, из¬бранным на престол в 1939 г. Он отличался не только глубо¬ко консервативными взглядами, но и умением тонко согла¬совывать свою линию поведения с доминирующим курсом в мировой политике. Отсюда такие применимые в отно¬шении Пия XII характеристики как «папа-пангерманист», «папа Гитлера», а затем «атлантический папа». Действитель¬но, в деятельности этого понтифика отразилась вся слож¬ность игры, которую вели финансовые и политические пра¬вящие круги Запада в предвоенные годы и в период Второй мировой войны и в которую Ватикан был вовлечен самым активным образом, выполняя роль связующего звена меж¬ду либеральным и авторитарным лагерями. Однако до сих пор этот период в истории Католической церкви остается одним из самых малоизученных в силу того, что большая часть касающихся его архивных документов недоступна: одни материалы так и не рассекречены, а другие, как утвер¬ждает Ватикан, были практически полностью уничтожены или рассеяны по разным хранилищам в результате пожаров и в ходе бомбардировок Берлина.

    После подписания руководством Католической церкви в 1929 г. конкордата с Италией, восстановившим государст¬во Ватикан, а в 1933 г. — с Германией (со стороны Ватикана его подписал как раз Пий XII, который был тогда еще только кардиналом Пачелли, а со стороны Германии — вице-канц¬лер Франц фон Папен), оно активно сотрудничало с фаши¬стским и нацистским режимами, что облегчалось тем, что большинство их лидеров были римо-католиками.

    На Гитлера, Гиммлера, Геббельса, Шелленберга и др. сильное влияние оказали, в частности, иезуиты. В. Шеллен-берг, глава службы безопасности СС, в своих мемуарах, на¬пример, указывал: «У Гиммлера было лучшее и крупней¬шее собрание книг об ордене иезуитов. Годами он изучал по ночам эту обширную литературу. Поэтому организа¬цию СС он построил по принципам ордена иезуитов. При этом он опирался на устав ордена и труды Игнатия Лойо-лы: высшим законом было абсолютное послушание, бес-прекословное выполнение любого приказа. Сам Гиммлер как рейхсфюрер СС был генералом ордена. Структура руко¬водства походила на иерархическую систему католической церкви»8. Не случайно Гитлер говорил о Гиммлере: «Я ви¬жу в нем нашего Игнатия Лойолу». Что же касается Фран¬ца фон Папена, называвшего себя ревностным католиком и являвшегося рыцарем Мальтийского ордена9, то именно ему принадлежат слова: «Третий рейх — это первая держава в мире, которая воплощает в жизнь принципы папства»10.

    С началом войны Пий XII отказался объявить Германию агрессором и, провозгласив нейтралитет, до самого оконча¬ния военных действий не сделал никакого заявления в поль¬зу той или иной стороны. При этом, как пишет исследова¬тель Карло Фалькони, изучивший многочисленные архивные документы Польши и Югославии, Ватикан, представляя со¬бой самое значительное разведывательное агентство в мире, был в курсе малейших деталей, связанных с военными собы-тиями, так что Пий XII был прекрасно информирован о тех методах, которые применяли нацисты в отношении своих жертв как в Центральной и Восточной Европе, так и в Совет¬ской Союзе11. Однако католические иерархи не только не вы¬ступали в защиту преследуемых, но и запрещали это делать.

    С экспансией нацистской Германии Св. Престол связы¬вал большие надежды на осуществление окатоличивания восточных славян и восстановление своих позиций на за¬падной территории Советской России. Св. Престол откры¬то поддерживал профашистские режимы, установленные в Восточной Европе, особое покровительство оказывая уста-Шам и Анте Павеличу, главе Независимого Государства Хор-ватии, созданного в апреле 1941 г. и находящегося под жестким контролем немецких и итальянских властей12. НГХ рассматривалось Пием XII как «великий авангард христиан¬ства на Балканах», а о Павеличе папа отзывался как о «хоро¬шем католике и хорошем человеке». В свою очередь Павелич в отправленном папе письме заявил, что именно понтифи¬ку принадлежит честь создания Независимого Государства Хорватии13.

    Между тем, усташи во главе с Павеличем, прозванным «хорватским Гитлером», установили один из самых жесто¬ких террористических режимов тех лет, который несет от¬ветственность за массовые уничтожения сербов, евреев и цыган. Истинная информация о геноциде тщательно скры¬валась и скрывается до сих пор, однако по данным сербских историков и по признанию бывшего министра внутренних дел НГХ А. Артуковича, сделанного им в ходе Загребского процесса 1986 г., только в концлагере Ясеновац было уничто¬жено около 700 тысяч человек14. Этот террор осуществлял¬ся по благословению Пия XII и архиепископа Загребского Алоиза Степинца, главы католической церкви в Хорватии, удостоенного высшей награды усташской диктатуры — ор¬дена «Велеред», и поддерживался подавляющей частью ка¬толического духовенства, выступавшего в качестве его вдох-новителя. Особенно отличались при этом братья-франци¬сканцы, о деятельности которых доверенное лицо Пия XII, эксперт по Балканам кардинал Эжен Тиссеран поведал пред¬ставителю правительства Павелича в Ватикане: «Мне из¬вестно, что францисканцы, например отец Симич из Кни-на, участвовали в акциях против православного населения, во время которых даже разрушались церкви, как это случи¬лось в Баня-Луке. Мне известно, что действия францискан¬цев были омерзительны, и это меня огорчает»15.

    Свои расчеты были у Ватикана в отношении Советского Союза. По замыслам понтифика, католические миссии долж¬ны были направляться в Россию вслед за вермахтом, чтобы внедрять священников в контролируемые им зоны. Как зая¬вил все тот же фон Папен в ходе допроса в Нюрнберге в ок¬тябре 1945 г., «реевангелизация Советского Союза была за-думана в Ватикане и осуществлялась либо через его миссио¬нерский отдел, либо через его секретные службы»16.

    Разведывательные службы Св. Престола были (и остают¬ся А° сих поР) представлены двумя структурами — Священ¬ным Альянсом (СА) и департаментом папской контрразвед¬ки Sodalitium Pianum («Стипендия Пия» — SP). Священный Дльянс был создан еще в 1566 г. по приказанию папы Пия V, а Sodalitium Pianum — в 1909 г. при Пие X. И хотя Ватикан ни¬когда не признавал существования СА и службы контрразвед¬ки, с момента своего основания эти неформальные отделения действовали параллельно с политическими органами, пресле¬дуя общие с ними цели, но используя иные методы. По при¬знанию некоторых исследователей, они представляют собой одну из лучших и самых эффективных спецслужб в мире17.

    Именно СА воплощал в жизнь схему особой агентурной операции на советской территории под названием «План Тиссерана», заключавшейся в вербовке священников для со¬провождения немецких частей, сражавшихся на Восточном фронте, и сбора информации на предмет восстановления ка¬толицизма. Операция эта, однако, не имела особого успеха, поскольку не соответствовала немецким планам германиза¬ции восточных областей России, за реализацию которых от¬вечал Альфред Розенберг.

    Полностью одобряя действия Германии и ее сателлитов, папа, вместе с тем, не забывал и о другом, атлантическом направлении своей политики. На протяжении всей вой¬ны он поддерживал неофициальные дипломатические отно¬шения с США, большую роль в которых играли его личные связи с президентом Ф. Рузвельтом. Еще будучи госсекрета¬рем Ватикана, Пий XII пользовался определенным влияни¬ем в США, куда он был послан Св. Престолом в 1936 г., имея возможность объехать всю страну. Это была вообще пер¬вая поездка такого рода в истории Ватикана. Здесь он полу¬чил докторскую степень от трех университетов, встретился с президентом Рузвельтом, договорившись о восстановлении представительства США при Св. Престоле (а оно существова¬ло до 1867 г.), общался с крупными промышленниками и бан¬кирами, гостил у президента «Юнайтед Стейтс стил» М. Тей¬лора, рыцаря Мальтийского ордена, назначенного в начале войны личным представителем Рузвельта при папе.

    Важным фактором американо-ватиканского сближения стало то, что в 1936—1937 гг. именно США, как считают не¬которые исследователи, превратились в главный источник финансирования Св. Престола, а в 1940 г. в американское хранилище Форт Нокс Ватикан переместил свой золотой за¬пас, который до этого хранился в Лондоне. Федеральная ре¬зервная система США являлась главным международным банком Ватикана в течение всей войны, что, безусловно, свидетельствовало о том, какое место занимал последний в американской стратегии18. Что же касается причин особого интереса Вашингтона к Св. Престолу, то одна из главных за¬ключалась в наличии у Ватикана уже упомянутой разветв¬ленной информационно-разведывательной сети, возможно¬сти которой создали условия для сотрудничества секретных служб обоих государств в конце войны.

    Именно тогда выявилась со всей очевидностью особая, посредническая роль Ватикана. Так и не осудив нацистский режим, Св. Престол стал «самой большой организацией, причастной к нелегальным перевозкам эмигрирующих пре¬ступников» (так было сказано в докладе Винсента Ля Вис¬та, спецагента спецслужбы американских вооруженных сил ОС19). Осуществлялось это в ходе операции «Ватиканский коридор» или «Монастырь», в проведении которой, в част¬ности, принимал участие кардинал Монтини, будущий папа Павел VI (показательно, что с началом его понтификата ар¬хивы Ватикана, касающиеся Независимого Государства Хор¬ватии, повествующие о зверствах усташей, были закрыты)20.

    При этом каналы, через которые уходили нацисты, были связаны со структурой шпионажа США и прикры¬вались англо-американской разведкой — кодовым на¬званием их было «крысиные тропы» («Rat Lines»). Соз¬давались они заранее, еще в 1943—1944 гг. помощником Монтини, представителем Австрии при папском престоле епископом Алоизом Гудалем и немцем Вальтером Рауф-фом, изобретателем передвижных автомобильных газовых камер для карательных подразделений СД и полиции безо¬пасности рейха. Вместе с Карлом Вольфом Рауфф вел из¬вестные сепаратные переговоры с Алленом Даллесом в мар¬те-апреле 1945 г.21.  финансировалась данная операция и за счет нацистских средств, отмываемых на черном рынке, и за счет средств Ва¬шингтона, передаваемых через его представителя в Риме Тейлора, а осуществлялась — под видом деятельности Пон-тификальной комиссии содействия военнопленным. Нацис¬ты часто прятались в католических монастырях Италии и вы¬езжали переодетыми католическими священниками. В итоге Ватикан помог уйти от наказания многим немецким, хор¬ватским, австрийским, венгерским и пр. военным преступ¬никам, бежавшим в Испанию, Португалию, Южную Амери¬ку, Австралию и Канаду. Считается, что по ватиканским пас¬портам Европу покинуло около 30 тысяч нацистов22. По тем же каналам осуществлялся и «трансфер» нацистского золо¬та, который также курировал Алоиз Гудаль.

    Крайне эффективной в этом плане оказалась деятель¬ность хорватского священника Крунослава Драгановича. По данным американской разведки, за каждого переправ¬ленного из Европы преступника он получал от американских спецслужб по 1300 долларов. После переброски нацисты и дальше продолжали пользоваться услугами католических ор¬ганизаций, как, например бывший министр иностранных дел НГХ А. Артукович, прозванный «министром смерти», кото¬рого прикрывало второе по величине католическое обще¬ство США «Рыцари Колумба»23. Удалось бежать также и са-мому Анте Павеличу, первое убежище которому было пре¬доставлено в Ватикане. Скончался Павелич в Мадриде 26 декабря 1954 г., приняв причастие и личное благословление Пия XII24. Что же касается архиепископа Загребского Алои¬за Степинца, то, отсидев за свои преступления 16 лет, он был произведен Пием XII в кардиналы, стал членом курии, а в 1998 г. при Иоанне Павле II его беатифицировали.

    Характерно, что в первые послевоенные годы несмот¬ря на такой сочувствующий нейтралитет Св. Престола в от¬ношении нацистов никто не поднимал вопроса о «публич¬ном молчании» папы по поводу преследосания евреев. Бо¬лее того, многие еврейские союзы выразили тогда Римскому понтифику свою глубокую благодарность за тайную помощь Жертвам нацизма. Так, Наум Гольдман, президент Всемирного еврейского конгресса (ВЕК), выделившего в 1945 г. на благотворительные цели Ватикана 20 тысяч долларов, пи¬сал о Пие XII: «С особой признательностью мы вспоминаем все, что было сделано им для преследуемых евреев в один из самых трудных периодов их истории». В том же духе писа¬ла о нем и Голда Мейер, первый премьер-министр Израиля: «За десять лет нацистского террора, когда наш народ терпел ужасы мученичества, папа выражал осуждение угнетателям и выражал солидарность с их жертвами. Наша эпоха обога¬тилась этим голосом, утверждающим великие моральные ис¬тины».25 Ярким примером благодарности евреев стало обра¬щение в католичество главного раввина Рима Исраэля Зол-лера, вызвавшее большой скандал в иудейской среде.

    Полностью оправдывало поведение Св. Престола в годы войны и руководство США, представитель которого на Нюрнбергском процессе Кемпнер заявил: «Всякая попыт¬ка пропаганды со стороны Церкви против рейха и Гитлера была бы не просто спровоцированным самоубийством..., но усилила бы репрессии против иудеев и священников»26.

    Данная позиция американцев была полностью объясни¬ма. Ватикан встраивался в создающийся тогда на Западе но¬вый, теперь уже «американский порядок». Католики состав¬ляли большинство населения Европы (тогда еще ее называли «Ватиканской Европой»), и главную ставку правящие кру¬ги Запада делали на христианско-демократические партии и движения27. Так что в условиях развязываемой США «хо¬лодной войны» они не могли допустить какой-либо дискре¬дитации лидера католического мира и были заинтересованы в укреплении его пошатнувшегося в глазах антифашистских сил авторитета, политического веса и влияния в междуна¬родных делах. Св. Престол должен был стать важным сим¬волом идейной сплоченности Европы перед лицом комму¬нистического лагеря. В своем письме от 6 августа 1947 г., адресованном Пию XII, американский президент Г. Трумэн призвал последнего к тесному сотрудничеству со «всеми мо-ральными силами, представляющими интересы свободного мира», подчеркнув, что прочный мир может основываться только на принципах христианства.

    В свою очередь, папа в ответе президенту, воздав должное сплочению в мировом масштабе под главенством США сил, борющихся против «несправедливости и лжи», пообещал всю возможную помощь, заявив, что президент найдет «в Божьей церкви полного радости, искреннего, готового к сотрудниче-ству партнера». Призвав открыто к новому «крестовому по¬ходу» против коммунизма, папа четко сформулировал свою позицию в международных делах, заявив, что он против де¬ления мира на фашистов и антифашистов, противопоста¬вив этому делению свою формулу: «За или против Хри¬ста». В своем рождественском послании 1947 г. он объявил «дезертиром и предателем любого, кто окажет материальную поддеРжкУ> предоставит свои услуги и способности, помощь и голос партиям или властям, не признающим Бога»28.

    В 1949 г., с завершением формирования двух мировых систем и с образованием НАТО, папа открыто выступил в поддержку военного блока, объявив в февральской речи «освободительную войну» против социалистических стран справедливым деянием. Пиком политики «холодной вой¬ны», проводимой Католической церковью, явилось принятие Конгрегацией Священной канцелярии в июле 1949 г. декрета, осуждающего коммунизм. Под угрозой отлучения от церкви запрещалось: вступать в коммунистическую партию и сим¬патизировать ей, распространять, читать или публиковать книги, газеты, журналы или листовки, излагающие теорию и практику коммунизма. Коммунистические руководители, даже если они не возражали против религии, и теоретиче¬ски, и практически выступали врагами Бога и церкви Хри-стовой. Пий XII активно поддерживал католические церкви в Восточной Европе, а в 1952 г. опубликовал апостолическое послание к народам России, в котором призывал их отречься от коммунизма и обратиться в католическую веру.

    Стремясь создать противовес социалистическим стра¬нам и обеспечить свое духовное лидерство в Западной Ев¬ропе, Ватикан активно содействовал европейской интегра¬ции, прекрасно понимая, какие возможности предоставляет «историческое примирение» Франции и Германии и объеди¬нение европейских государств на основе франко-германского католического ядра29. В 1948 г. папа принял в Риме второй конгресс Европейского союза федералистов, созданного при содействии американского Совета по международным отно¬шениям и лично А. Даллеса (работавшего в ЦРУ, которое он возглавит в 1953 г.), для мобилизации общественного мне¬ния европейцев на ускорение интеграции. Те общественные и политические деятели, которые стояли у ее истоков, явля¬лись убежденными католиками, были тесно связаны с Вати-каном и одновременно придерживались четко проатлантиче-ской линии. Жан Монне, Поль-Лнри Спаак, Робер Шуман и Конрад Аденауэр, сыгравшие главную роль в подготовке договора о создании Европейского объединения угля и ста¬ли (ЕОУС) 1951 г., были ревностными католиками, и их про¬ект был созвучен идее «католического интернационала». К. Аденауэр, как и Р. Шуман, был близок к «Опус Деи» (об ордене см. ниже), дружен с папой еще с довоенных времен и фактически представлял интересы Ватикана в Европе. Пока¬зательно, что и договор о Европейском экономическом со¬обществе (ЕЭС) и Европейском сообществе атомной энер¬гии (ЕСАЭ) 1957 г. были подписаны в Риме.

    Во внутренней политике Пий XII придерживался стро¬го консервативных взглядов и жестко интегристской линии, выступая против какого-либо проявления модернизма, ре¬форматорства, осуждая научные концепции, противореча¬щие католическим церковным доктринам. Что касается от¬ношения к православию, то со времен Тридентского собо¬ра (1545—1563) в католическом богословии считалось, что подлинная Церковь Христова пребывает исключитель¬но в Католической церкви, и все таинства, совершаемые вне попечения папы, незаконны. Это положение Пий XII выделил с особой силой в своей энциклике 1943 г. Mystici Corporis и подтвердил еще раз в своем заявлении от 12 авгу¬ста 1950 г., в котором говорилось, что «таинственное Тело Христово и Римская Католическая Церковь — это одно и то же»30. Фактически это было его ответом на оформившее¬ся тогда экуменическое движение.

    В силу твердой и непреклонной позиции Пия XII церковь воспринималась верующими как оплот традиционной като¬лической духовности, воплощенной в папе. Некоторые преляты из окружения понтифика утверждали, что он даже вы¬нашивал идею заставить кардиналов провозгласить его свя¬тым еще при жизни31. Этим консерватизмом определялось и еГо отношение к США, которое было достаточно сложным, хотя его и называли «атлантическим папой». Пий XII край¬не опасался американского протестантизма, обладавшего ог-ромными финансовыми возможностями и стремившегося укрепить свои позиции в ряде стран Западной Европы, и с осторожностью относился к американским католическим ие¬рархам, которых считал потенциальными модернистами и не допускал к ключевым постам церковного аппарата.

    Однако единой и монолитной церковь выступала толь¬ко на поверхности. В условиях острейшего периода «холод¬ной войны» она должна была обеспечить сплоченность за¬падного сообщества перед лицом внешнего противника, что исключало какие-либо дискуссии о нововведениях. Подспуд¬но же внутри церкви шел интенсивный процесс подготовки модернистско-либерального переворота в целях приспособ¬ления ее к меняющимся потребностям новой жизни. Наи¬более благоприятная атмосфера для этого складывалась во Французской церкви. Одним из первых предтечей перемен стал Жак Маритен (1882—1973), пытавшийся интегрировать философию Фомы Аквинского в современную мысль. Будучи автором концепции «теоцентрического гуманизма» и «пер-соналистической демократии», он выступал за религиозный плюрализм, за эмансипацию церкви и отказ от покровитель¬ства со стороны светской власти. Все это, как он признавал, неизбежно сопровождается обособлением светского общест¬ва от церкви, эмансипацией мирского порядка от духовного и обмирщением общественной жизни.

    Распространенными становятся взгляды представителя «новой теологии» фран¬цузского теолога Ива Конгара (1904—1995), подготовивше¬го благодатную почву для совершения обновленческой рабо¬ты внутри церкви. При Пие XII его книги были подвергнуты Цензуре, а сам он был смещен с профессорской кафедры.

    Обновленческий переворот в католицизме: II Ватиканский собор и его закулисные интриги

    Множеством ересей своих они (латиняне) всю землю обесчестили... Нет жизни вечной в вере латинской.
    Преп. Феодосии Печерский

    Не имея возможности распространять свои взгляды в условиях жесткого правления Пия XII, либералы-прогресси¬сты ждали благоприятных условий, при которых они могли бы открыто заявить о своей позиции. Это произошло после смерти «атлантического папы» и прихода к власти Иоан¬на XXIII (1958—1963), при котором начинается период глу¬боких перемен в католицизме, самых серьезных со времен Тридентского собора. Они выразились в реализации про¬граммы «аджорнаменто», которая понималась как откры¬тость новым веяниям изменившегося мира, «осовременива-ние» церкви и приведение ее в соответствие с духом време¬ни. При этом идея папства о земной централизации церкви, так же как и учение о непогрешимости понтифика и его гла¬венстве над всем христианским миром никоим образом не ставились под сомнение, а, напротив, должны были усилить авторитет Ватикана в качестве идейно-политической силы в условиях либерализации учения.

    Первым документом, ставшим проявлением нового под¬хода, можно считать энциклику Mater at Magistra («Мать и Наставница») 1961 г., которая была издана по случаю семи¬десятилетия энциклики Rerum novarum, положившей начало официальному социальному учению католицизма. В отличие от последней, призывавшей к примирению и сотрудничест¬ва между трудом и капиталом, Mater at Magistra исходила из понимания провала идеи патернализма и корпоративизма и признавала существование классовой борьбы. Утвержде¬ние крупных финансово-промышленных кланов в экономи¬ке западных стран, с одной стороны, и успехи социалистиче¬ской системы — с другой, заставили папу дистанцировать¬ся от апологетики капитализма и признать «социализацию» и значимость общественных связей, не оспаривая при этом естественное право частной собственности.

    Открытость церкви современному миру выразилась и в признании плюрализма общества, в связи с чем между Ва¬тиканом и христианско-демократическими партиями начали складываться новые, нейтральные, отношения, при которых последние уже рассматривались не как выразители интере¬сов церкви в политике, а как органы включения христиан¬ских сил в общественные процессы. Признание происшед¬ших перемен проявилось и в благословении концепции прав человека, в провозглашении идеи «мирового авторитета», примером которого являлась ООН, а также в отказе от ан¬тикоммунизма и в терпимости в отношении социалистиче¬ских стран. Последнее сделало возможным установление от¬ношений с Советским Союзом в ноябре 1961 г., что открыло путь к привлечению к экуменической деятельности Рус¬ской православной церкви. Важным знаком начала новой Восточной политики церкви стал прием папой дочери Косы¬гина и ее мужа Аджубея, состоявшийся в марте 1963 г.32.

    Главным же средством осуществления планируемого религиозного обновления должен был стать II Ватиканский собор, о котором Иоанн XXIII объявил в базилике Св. Пав¬ла еще в январе 1959 г. и который мыслился им изначально как собор экуменический, призванный приблизить церковь к либеральным требованиям эпохи. Для его подготовки и в целях централизации всех реформистских усилий папа в противовес ортодоксальным Римской курии и Конгрегации по делам веры создал в июне 1960 г. Секретариат по хри¬стианскому единству, во главе которого был поставлен ли¬дер прогрессистов кардинал Августина Беа (1881—1968), входивший в ближайший круг советников папы.

    Беа стал одной из ключевых фигур процесса подготовки к перестройке в церкви. Будучи членом ордена иезуитов, он руководил в свое время иезуитским Международным иссле¬довательским центром в Риме, а затем возглавлял Папский Григорианский университет. Это был теолог модернистско¬го направления, находившийся под сильным влиянием про¬тестантских идей, но не только их: Беа фигурировал в спи¬ске влиятельных масонов, который был составлен агентами контрразведки Ватикана (SD) в ходе расследования, осуще¬ствленного по поручению папы Павла VI в 1971 г. Так что не случайно когда в ходе подготовки к собору было выдвину¬то предложение, чтобы все его члены перед началом заседа¬ния исповедали Никейский Символ веры и принесли прися¬гу против модернизма, Беа протестовал и добился того, что это предложение было отвергнуто.

    Главная задача, которую поставил Беа перед секретариа¬том, заключалась в том, чтобы посредством личных связей, контактов и встреч подготовить общественное мнение к при¬нятию перемен, и в этом плане он пользовался такой незави¬симостью, что фактически не подвергался никакому вмеша¬тельству со стороны курии33. Основными вопросами, которые находились в центре внимания этой группы, были экуменизм в христианстве и религиозная свобода, но главное значение придавалось контактам с иудейскими организациями.

    Надо отметить, что первые шаги к установлению «диа¬лога» католицизма с иудаизмом были предприняты еще до Второй мировой войны, однако события военного периода и та примиренческая позиция, которую заняла Католическая церковь в отношении нацистского режима, создали совер¬шенно новую ситуацию, при которой признание церко¬вью факта холокоста стало использоваться иудейскими лидерами в качестве главного средства давления на като¬ликов в целях достижения от них признания своей вины и переоценки иудаизма.
    Со стороны иудаизма речь шла о хорошо продуманной и последовательно реализуемой стратегии, направленной на то, чтобы добиться пересмотра основополагающих положе¬ний христианского учения. Ключевой идеей, обосновываю-щей необходимость ревизии христианства, является поло¬жение о том, что оно содержит в себе «учение презрения» в отношении евреев, которое является главной причиной светского антисемитизма нового времени.

    Данное учение в свою очередь связывается с принципиальным христиан¬ским положением о лишении Израиля обетования и благо¬дати, которое иудеи называют «идеей вытеснения» Израи¬ля Церковью и считают самой опасной. Исходя из этого они утверждают, что холокост надо рассматривать как «кульми¬нацию многовековых гонений именно со стороны христиан» и что политика Гитлера не имела бы успеха, если бы ее фун¬даментом не послужили те обвинения, которые предъявляли христиане в отношении иудеев. Как писал, например, орто¬доксальный раввин Соломон Норман, сотрудник Центра ев¬рейских исследований в Оксфорде, «по сути своей, отноше¬ние Гитлера к евреям ничем не отличается от христианского; разница состоит разве что в методах, которые он использо¬вал». «Евреи видят в христианах по большей части, гоните¬лей, сравнительно малое их число относят к жертвам, и уж совсем в немногих христианах они обнаруживают сочувст¬вие к пострадавшим евреям. После холокоста евреи уже не могли всерьез поверить в нравственную состоятельность церкви». Как указывал Норман, «с еврейской точки зрения христианин вообще, уже в силу его христианской веры не обладает нравственным достоинством, не говоря уже о каком-либо нравственном превосходстве»34.

    Формула «учение презрения» («1'enseignement du mepris») с вытекающими из нее выводами была введена французским иудейским историком и писателем Жюлем Исааком (1877— 1963), сыгравшим ведущую роль в становлении иудейско-ка-толического «диалога». Основные его идеи были изложены в книгах «Иисус и Израиль» (1946) и «Генезис антисемитизма» (1956), в которых было подвергнуто жесткой критике хри-стианское учение, рассматриваемое как главный источ¬ник антисемитизма. И евангелисты, и святые отцы Церкви были представлены им как лжецы и преследователи, полные антиеврейской ненависти, несущие моральную ответствен¬ность за Освенцим и холокост. Свою главную задачу он ви¬дел в том, чтобы доказать необоснованность содержащего¬ся в писаниях евангелистов обвинения иудеев в богоубийст-ве и добиться соответствующего «очищения» христианского Учения35.

    «Очищение» предполагало: изменение или изъятие тех молитв, в которых говорится об иудеях, в частности, читае¬мых в Страстную Пятницу; заявление о том, что иудеи не не¬сут никакой ответственности за смерть Христа, осуждению за которую подлежит все человечество; удаление тех мест из писаний евангелистов, в которых повествуется о Страстях Христовых, в особенности это касается Евангелия от Матфея, которого Жюль Исаак обвиняет в извращении правды (имен¬но у него сказано: «И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших», Матф. 27, 25); заявление, что Церковь всегда порицали за то, что она находилась в течение двух ты¬сячелетий в состоянии скрытой войны между иудеями, хри¬стианами и остальной частью человечества; обещание, что Церковь окончательно изменит свое поведение, смирившись, раскаявшись и принеся извинения перед иудеями и предпри¬мет все необходимые усилия для устранения того зла, кото¬рое она им принесла, исправив и очистив свое учение36.

    В 1946 г. при поддержке американских и британских иу¬дейских организаций в Оксфорде прошла первая конферен¬ция, собравшая католиков и протестантов для установле¬ния контактов с иудеями. А в 1947 г. после проведения ряда международных встреч с симпатизировавшими ему католи¬ческими деятелями Жюль Исаак опубликовал меморандум «Исправление католических учений, касающихся Израи¬ля», главные положения которого вошли в декларацию из 10 пунктов, принятую на созванной в том же году конфе¬ренции христиан и иудеев в Зеелисберге в Швейцарии (она была организована обществами иудейско-христианской дружбы, созданными еще в 1928 г., и собрала 70 экспертов из 17 стран мира — 28 иудеев, 23 протестанта, 9 католиков и 2 православных).

    Зеелисбергская декларация стала программой рефор¬мирования христианства, исходившей из необходимости признания следующих положений:
    1)    в Ветхом и Новом Завете с нами говорит один и тот же Живой Бог;
    2)    Иисус родился от еврейской матери из рода Давида и народа Израиля, и его вечная любовь и прощение распро¬страняются на его собственный народ и на весь мир;
    3)    первые ученики Христа, апостолы и мученики были евреями;
    4)    основная заповедь христианства, любовь к Богу и к ближнему, содержащаяся уже в Ветхом Завете и подтвер¬жденная Иисусом, обязывает христиан и иудеев во всех че¬ловеческих отношениях, без исключения;
    5)    надо избегать принижать библейский или постбиб¬лейский иудаизм в целях возвеличивания христианства;
    6)    избегать использовать слово «иудей» исключитель¬но в смысле «врага Иисуса» или выражение «враги Иисуса» для указания еврейского народа в целом;
    7)    избегать представления Страстей Христовых таким образом, что вина за смерть Иисуса лежит на всех иудеях или только на иудеях. В действительности смерти Иисуса требовали не все иудеи. И не только иудеи несут за это от¬ветственность, так как Крест, который нас всех спасает, сви¬детельствует, что Христос умер за грехи всех нас; напоми¬нать всем христианским родителям и воспитателям о той тяжкой ответственности, которую они несут за то, что пред-ставляют Евангелие и особенно повествование о Страстях упрощенным образом;
    8)    избегать изложения библейских проклятий и крика возбужденной толпы «Кровь его на нас и детях наших», не напоминая при этом, что крик этот не может довлеть над бесконечно более сильной молитвой Иисуса: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают»;
    9)    избегать распространения кощунственного мнения, что народ иудейский был отвергнут, проклят и обречен на страдания;
    10)    избегать такого представления об иудеях, будто они
    не были первыми, кто принадлежал к Церкви 37.

    Надо отметить, что декларация была составлена доста¬точно грамотно и хитро, поскольку, не требуя радикально¬го изменения отношения к иудеям и не провоцируя в силу этого резко негативной реакции, позволяла постепенно при¬влечь католиков к обсуждению вопроса об иудео-христиан¬ских отношениях.

    В 1948 г. в целях претворения принятых решений Жюль Исаак   создал   Ассоциацию   иудео-христианской   дружбы Франции, став ее почетным президентом, а затем, установив контакты с римским духовенством и получив с его сторо¬ны большую поддержку, добился короткой аудиенции у Пия XII, которому передал «10 пунктов Зеелисберга». Эта встре¬ча, однако, не имела никаких последствий, а вот с приходом к власти Иоанна XXIII положение изменилось.

    В июне 1960 г. при содействии французского посольства в Риме и лично кардинала Беа Исаак встретился с понтифи¬ком, которого пытался убедить в необходимости пересмотра «учения о презрении», передав ему соответствующий мемо¬рандум — «О необходимости реформы христианского уче¬ния относительно Израиля». Эта встреча была важным жес-том Иоанна XXIII по отношению к Ассоциации иудео-хри¬стианской дружбы, и недаром за несколько месяцев до нее папа приказал упразднить выражения «Помолимся также о вероломных иудеях (pro perfidies Judaeis)» и «Всемогущий, вечный Боже, в милости Своей не отвергающий даже веро¬ломство иудеев», произносимые в богослужении Великой пятницы. В одной из своих заметок он писал по этому пово¬ду следующее: «С недавнего времени Нас беспокоит вопрос о pro perfidies Judaeis в богослужении Великой пятницы. Из надежного источника Мы знаем, что Наш предшественник, блаженной памяти Пий XII, уже удалял это прилагательное из личной молитвы и удовлетворялся произнесением «По¬молимся...и об иудеях». Имея такие же намерения, Мы ре¬шили, что в предстоящую святую неделю эти два положения [будут сокращены таким же образом]»38. Тогда же в Кельне была открыта новая синагога, что должно было символизи¬ровать изменение отношения к иудеям.

    После встречи Иоанн XXIII дал ясно понять членам ку¬рии, что от собора ждут жесткого осуждения «католиче¬ского антисемитизма»39, а осенью 1960 г. впервые в исто¬рии Ватикана папа принял 130 американских представите¬лей Объединенного еврейского призыва, которые передали ему благодарность за спасенных во времена нацизма евреев. Понтифик приветствовал их словами: «Мы все дети одного Отца небесного... Я — Иосиф, брат ваш».

    Для рассмотрения переданных Исааком предложений Беа создал внутри Секретариата по христианскому единству специальную рабочую группу, установившую контакты с иу¬дейским миром и его главными ассоциациями во Франции, Израиле и США — в первую очередь со Всемирным еврей¬ским конгрессом (ВЕК), Американским еврейским комите¬том (АЕК) и Антидиффамационной лигой Бнай Брит. Сов¬местно они и разрабатывали основные положения об от¬ношении к иудаизму. Важную роль в этом сыграл раввин Абрахам-Джошуа Хешель, хасидский мыслитель, глава Иу¬дейского теологического семинара Нью-Йорка, присутство¬вавший затем на соборе в качестве официального предста¬вителя АЕК при кардинале Беа. Большое влияние на папу оказывал и глава ВЕК д-р Гольдманн.

    В результате работы был подготовлен краткий проект декрета De Judceis (Об иудеях), который должен был быть представлен на соборе. Однако в силу протестов арабских лидеров в период подготовки к собору текст этот времен¬но был отложен в сторону. Госсекретарь Ватикана Чиконь-яни, будучи не в курсе истинных планов реформаторов, во¬обще удалил документ из соборной повестки дня, поскольку при крайне напряженных отношениях, существовавших то-гда между Израилем и арабскими государствами, любая «ус¬тупка» евреям рассматривалась как проявление враждебно¬сти по отношению к арабам и шаг к признанию Ватиканом государства Израиль. Чиконьяни вообще не понимал, зачем нужен этот текст и на последнем собрании Центральной ко¬миссии Секретариата сказал: «Если мы говорим о евреях, по-чему тогда не говорить и о мусульманах? ...И евреи, и все ос¬тальные, находящиеся вне Церкви, должны знать, если они пожелают обратиться к католической вере, Церковь примет их с великой любовью»40. Исключения из программы собо¬ра данной темы требовали и представители Восточных ка¬толических церквей, опасавшихся серьезных последствий для христиан в арабских странах, представлявших там мень¬шинство населения. В итоге, когда текст об иудеях вновь был представлен к рассмотрению, он уже рассматривался не как самостоятельный документ, а как часть общей декларации о нехристианских религиях.

    II Ватиканский собор открылся в октябре 1962 г. и стал самым многолюдным собранием в истории Католической церкви — на нем присутствовали представители 18 некато¬лических церквей. По случаю смерти Иоанна XXIII в июне 1963 г. работа собора завершилась уже при его преемнике, которым стал кардинал Джованни Батиста Монтини, один из самых высокопоставленных членов курии, вступивший на папский престол под именем Павла VI (1963—1978). Ре¬шение о его избрании было принято за несколько дней до конклава на встрече кардиналов в Вилла Гротаферрата, при¬надлежавшей известному масону Умберто Ортолани, кото¬рого Павел VI в благодарность за его гостеприимство назна¬чил «Рыцарем Его Святейшества»41. Новый папа был после-довательным сторонником «открытой церкви» и полностью продолжал линию Иоанна XXIII на обновление внутрицер-ковной жизни и продвижение дела экуменизма. Он первым начал ревизию истории католицизма, выступив с просьбой о прощении, обращенной к разделенным братьям в сентяб¬ре 1963 г., и потребовав взаимной терпимости42. Просьбы о прощении и покаяния в исторических грехах будут звучать из уст Павла VI неоднократно.

    Важно отметить, что объявив собор «пастырским», то есть не догматическим, оба папы заведомо лишили себя воз¬можности вмешаться в ход событий своим непогрешимым авторитетом, которая послужила бы гарантией от ошибок. Таким образом папы как бы снимали с себя ответственность за происходящее, предоставляя свободу решений собрав¬шимся. Между тем, на соборе сразу возникла острая дискус¬сия между консерваторами и либералами, и, хотя либералы представляли меньшинство, им удалось занять ведущие по¬зиции и добиться решающего влияния на ход событий. По¬чему и как это произошло подробно описал в своей книге «Они предали Его. От либерализма к отступничеству» ар¬хиепископ Марсель Лефевр, не принявший решений собора и подвергнувший их глубокой критике43.

    Рассказывая о механизмах манипулирования и «ней-трализации» участников собора, применяемые обновленца¬ми, Лефевр выделил три, как он пишет, «ключевых манев¬ра»: во-первых, установление полного контроля за собор¬ными комиссиями; во-вторых, эффективную деятельность Института документации (ИДОС), готовившего либераль-но-модернистские материалы для участников заседаний, по равНению с которой активность епископов-консерваторов ничего не значила; в-третьих, умелое составление соборных документов, противоречивость формулировок которых позволяла скрыть их истинный смысл. Как указывал архи¬епископ Лефевр, они были написаны «нудно и беспорядоч¬но, поскольку сами либералы практиковали следующую сис¬тему: едва ли не каждые заблуждения, двусмысленность или опасная тенденция сопровождаются, перед ними или сразу следом, обратным утверждением, призванным успокоить де-легатов-консерваторов»44. Благодаря использованию данных методов крайне активное либеральное меньшинство быст¬ро превратилось в большинство, проведя в жизнь нужные им решения так, что мало кто из консервативно настроен¬ных участников смог осознать, что речь идет о реальном ли¬беральном перевороте.

    В декабре 1965 г. собор завершил свою работу, приняв 16 документов, наиболее важными из которых были догма¬тическая конституция о Церкви, пастырская конституция о Церкви в современном мире, декрет об экуменизме, декла¬рации о религиозной свободе и об отношении церкви к не¬христианским религиям. Специальные документы были по¬священы литургии, Библии, епископам, священникам, мона¬шествующим, апостольству мирян, духовному образованию, воспитанию, Восточным католическим церквам, миссионер¬ству, средствам массовой коммуникации. Содержание этих документов означало, что собор явился разделительным рубежом в истории католичества. Продемонстрировав гибкую приспособляемость к миру сему, он изменил саму суть христианского учения, придав ему экуменическую на-правленность. При этом надо еще раз подчеркнуть, что тек¬сты были составлены таким образом, чтобы явные отступ¬ления не были слишком очевидны. Отсюда вольность тол-Кований, которые позволили себе в постсоборные времена ННогие служители культа.

    Поставив перед собой в качестве одной из центральных э*Аач добиться лидерства католицизма в достижении христианского единства, собор сформулировал свою собствен¬ную экуменическую концепцию, альтернативную протес¬тантскому пути, позволившую ему открыться к диалогу с другими религиями, сохранив в неприкосновенности по¬ложение о власти понтифика. В догматической конститу¬ции о Церкви (Lumen gentium) подтверждалось, что Церковь Христова, «установленная и устроенная в мире сем как об¬щество, пребывает в католической Церкви, управляемой преемником Петра и Епископами в общении с ним», но теперь добавлялось, что и «вне ее состава обретают многие начала освящения и истины, которые, будучи дарами, свой¬ственными Церкви Христовой, побуждают к кафолическо¬му единству»45. Таким образом, собор определил два осно-вополагающих момента в отношениях с другими церквами. Он подтверждал, что «всю полноту спасительных средств» можно получить лишь через Католическую церковь, но вме¬сте с тем признавал, что другие церковные сообщества, свя¬занные с ней в силу крещения, «могут разнообразно, соглас¬но особому положению каждой Церкви или общины, дей¬ствительно порождать жизнь благодати» и «они способны открыть доступ к спасительному общению». Хотя последние и «страдают некоторыми недостатками, тем не менее, они облечены значением и весом в тайне спасения». Главный по¬ворот в экуменическом сознании заключался в выводе, что «те, кто верует во Христа и должным образом принял кре¬щение, находятся в известном общении с Католической Церковью, пусть даже неполном, а полное общение воз¬можно только с признанием власти преемника Петра, то есть понтифика Рима.

    Не ограничиваясь задачей единения христиан, а стре¬мясь к обеспечению своего духовного лидерства во вселен¬ском масштабе, собор в той же догматической конституции о Церкви дает новую формулировку Народа Божия (то есть Вселенской Церкви), которая, допуская различные толкова¬ния, позволяла Католической церкви оправдать свое актив¬ное общение и с нехристианскими религиями. В конститу¬ции признавалось, что к «кафолическому единству Народа Божия, предзнаменующему и укрепляющему всеобщий мир, изваны все ЛЮдИ. Ему по-разному принадлежат или пред¬назначены и верные католики, и другие верующие во Христа, наконец, все люди в их совокупности, призванные Божи-ей благодатью ко спасению»4*. Другое положение утвержда¬ло что «те, кто еще не принял Евангелия, определены при¬надлежать к Народу Божию в силу различных причин. Пре¬жде всего это — тот народ, которому были даны заветы и обетования, от которого Христос был рожден по плоти... Но спасительный Промысел объемлет и тех, кто признает Твор¬ца, и среди них прежде всего мусульман, которые, исповедуя свою приверженность вере Авраама, вместе с нами покло-няются Богу единому, милосердному, Который будет судить людей в последний день. Но и от прочих, взыскующих неве¬домого Бога через тени и образы, Бог недалеко, ибо Он Сам дарует всему жизнь и дыхание и все прочее..., и потому, что Спаситель хочет, чтобы все люди спаслись (ср. 1 Тим 2,4)»47. Это положение фактически искажало истину о Народе Божием как Церкви Христовой, поскольку позволяло сде¬лать вывод, что к нему «по-разному» принадлежат и те, кто не принимал крещения и исповедовал другую веру. Данный вывод, в свою очередь, был возможен в силу новой оцен¬ки значения мировых религий, включая анимистические и другие языческие культы, которая была дана в деклара¬ции «Об отношении Церкви к нехристианским религиям» (Nostra Aetate).

    В ней говорилось: «Католическая церковь ни¬коим образом не отвергает того, что истинно и свято в этих религиях. Она с уважением относится к этим образам жиз-недеятельности, к этим нормам и доктринам, которые, хотя они во многом отличны от ее собственных установлений и предписаний, все же несут в себе лучи той Истины, кото¬рая просвещает всех людей»48. О необходимости уважения традиций других народов («в той мере, в какой они не про¬тиворечат евангельским принципам») говорилось и в декре¬те «о миссионерской деятельности Церкви» (Ad Gentes), в которой миссионеры призывались «с радостью и уважением вскрывать заложенные в них семена Слова».

    Позже, обосновывая совместимость веры во Христа с "Ризнанием «частичной истинности» нехристианских религий, Иоанн Павел II в своей книге «Переступить порог наде¬жды» писал, что в предании Католической церкви издавна укоренилось представление «о так называемых semina Verbi (семенах Слова). Семена эти есть во всех религиях». То есть во всех религиях в той или иной мере присутствует Иисус Христос как Сын Божий, Бог Слово (Логос). «Мож¬но сказать, — заявлял папа, — что позиция собора воистину вдохновлена заботой обо всех. Церковь руководствуется ве¬рой, что Бог Создатель хочет спасти всех в Иисусе Христе, единственном Посреднике между Богом и людьми, посколь¬ку Он всех искупил». «Святой Дух плодотворно действует и вне видимого организма Церкви. Действует Он, опира¬ясь именно на те semina Verbi, которые образуют как бы об-щий сотериологический корень всех религий»49.

    Признав «частичную истинность» и в других религи¬ях, собор пошел дальше, заявив, что истина является вооб¬ще предметом поиска: «истину следует искать... посредст¬вом... обмена и диалога, в котором одни открывают дру¬гим истину, которую они нашли или считают найденной, тем самым помогая друг другу в поиске истины». «Поиск истины должен осуществляться способом, подобающим че¬ловеческой личности и ее общественной природе, то есть свободным способом...» Таким образом, верующих призы¬вали вместе с неверующими искать истину, а это означало отвержение традиционных принципов миссионерства, исхо¬дящих из наказа Иисуса Христа: «Идите, научите все наро¬ды» (Мат. 28, 19).

    Интересно, что данное положение, означающее факти¬чески призыв к религиозному синкретизму (то есть объеди¬нению различных элементов в единую систему), воспроиз¬водит ключевую идею неоплатонизма — религиозно-фило¬софского учения, крайне популярного среди образованных слоев Римской империи в III в. по Р.Х. Заключается она в том, что откровение высшего Божества присутствует во всех традиционных религиях и что за всеми обрядами и легенда¬ми скрывается единый глубокий таинственный смысл. Но если у неоплатоников главным средством прийти к истин¬ному пониманию этого откровения является философия, то в католицизме гарантом безошибочности учения является папа. Поэтому, допуская такую широкую открытость в от¬ношении других религий, собор вместе с тем надежно «под¬страховался», четко подтвердив в догматической конститу¬ции о Церкви учение о непогрешимости папы — носителя полной и универсальной власти в Церкви, сформулирован¬ное на I Ватиканском соборе.

    В ней говорится: «Это учение об установлении, непрерывности, значении и смысле свя-щенного Первенства Римского Понтифика и о его без¬ошибочном учительстве Священный Собор вновь излагает всем верным, дабы твердо в него веровать, и, продолжая это начинание, постановляет исповедать и провозгласить перед лицом всех учение о Епископах, преемниках Апостолов, ко¬торые с Преемником Петра, Наместником Христа и зримым Главой всей Церкви, управляют домом Бога Живого». В дру¬гом месте также утверждается, что «коллегия, или состав, Епископов обладает властью лишь совместно с Римским Понтификом, преемником Петра, в качестве ее Главы, при¬чем в неприкосновенности остается первенство его вла¬сти в отношении всех: как пастырей, так и верных. Ибо в силу своей должности, то есть как Наместник Христа и Пастырь всей Церкви, Римский Понтифик обладает в Церкви полной, верховной и универсальной властью, ко¬торую он всегда вправе свободно осуществлять»50.

    Таким образом, непреложность папской власти га¬рантирует Католической церкви сохранение ее идентич¬ности, даже в случае растворения ее в «частичных исти¬нах» других культур, правда тогда уже это будет действи¬тельно всемирная церковь Римского понтифика.

    Значительное количество новых идей в духе «аджор-наменто» содержали конституции «О религиозной свобо¬де» (Dignitas humanae) и «О Церкви в современном мире» (Gaudium et Spes), в которых утверждалось право человека на беспрепятственное осуществление любого избранного им вероисповедания, если только оно не угрожает общест¬венному спокойствию и морали, а тем самым, была поддер¬жана классическая доктрина терпимости и религиозно¬го плюрализма.

    Наиболее радикальный пересмотр учения собор допус¬тил в отношении иудаизма, при этом иудейские организации сыграли решающую роль в формулировании основных по¬ложений по этому вопросу.

    Еще до открытия собора в феврале 1962 г. Всемирный еврейский конгресс представил кардиналу Беа декларацию, в которой выделял в качестве основной задачи борьбу с анти¬семитизмом, и именно эту мысль, но другими словами, вы¬ражал меморандум Беа, адресованный папе Иоанну XXIII в декабре 1962 г. В нем говорилось о необходимости призна¬ния греха христианского антисемитизма, об ответствен¬ности церкви за его распространение посредством уче¬ния и пастырской практики, а тем самым и за те пресле-дования, которым подвергались евреи, и о необходимости отдельно рассмотреть эту тему. Ответ Иоанна XXIII был по¬зитивным, и данный вопрос был внесен в повестку дня.

    Иудейские лидеры настойчиво добивались устранения из католического учения утверждения об иудеях как о бо-гоубийцах, лишенных своего избранничества, а из литур¬гических текстов — любых неодобрительных в отношении них слов. Однако обсуждение этих вопросов вызвало ост¬рые дискуссии, в ходе которых верные христианским тради¬циям участники собора, понимавшие опасность происходя-щего (хотя они и не были столь многочисленны), делали все возможное, чтобы не допустить принятия данных положе¬ний. Это заставило руководителей еврейских организаций активизировать свои усилия по оказанию давления на руко¬водство церкви.

    О тех закулисных переговорах, которые они вели в этих целях в Нью-Йорке и Риме с кардиналом Беа, представите¬лями секретариата и самим папой Павлом VI, подробно рас¬сказывается в статье Джозефа Родди «Как иудеи измени¬ли католическое мышление», опубликованной в январском номере американского журнала Look от 25 января 1966 г.51 Дело в том, что руководство журнала поддерживало тесные отношения с Бнай Брит и АЕК, представители которых и пе¬редали ему материалы для публикации. В частности, там го-ворилось, что в марте 1963 г. в Нью-Йорке руководители АЕК В глубокой тайне встретились с кардиналом Беа, затем была организована встреча папы Павла VI с представителем ООН Артуром Гольдбергом (судьей Верховного суда), полу¬чившим соответствующие инструкции от раввина Хешеля, а некоторое время спустя папа принял и самого Хешеля в со¬провождении Захарии Шустера (АЕК), при условии, что об этой встрече никто не узнает52.

    Тогда же, в 1963 г. в целях оказания психологического давления на католиков немецкий драматург Рольф Хоххут представил публике театральную постановку «Викарий», в которой был изображен папа Пий XII, трусливо молчащий перед лицом массового уничтожения евреев. Изданная в виде книги, драма была сопровождена комментарием, пред-ставленным в качестве исторического труда. Пьеса была на¬столько тенденциозна, что вызвала протесты даже со сторо¬ны самих евреев. Так, член ассоциации «Антидиффамацион-ная Лига» Иосиф Лихтен написал памфлет в защиту папы («Пий XII и евреи»), а генеральный консул в Милане еврей¬ский дипломат Эмилио Лапиде опубликовал статью, в кото¬рой утверждал, что папа спас от смерти от 700 до 850 тысяч евреев. Тем не менее, именно эта пьеса и сопровождавший ее комментарий положили начало устойчивому представ¬лению, господствующему в наше время в иудейской среде о Пие XII как о папе, враждебном евреям53.

    Первый вариант текста декларации о нехристианских религиях, в которой глава об иудаизме являлась основ¬ной, была поставлена на голосование в сентябре 1964 г. и получила одобрение. Однако положения об иудаизме были настолько революционны и опасны, что даже столь либе¬ральный понтифик, как Павел VI, не решился утвердить дан¬ный вариант и перенес его рассмотрение на следующее засе-дание. Текст полностью отрицал ответственность иудейских лидеров за смерть Христа, отвергал выражение «народ-бо-гоубийца», обвинял Церковь в антисемитизме, ставил под вопрос достоверность писаний евангелистов (в особенности св. Иоанна и св. Матфея), дискредитировал учения отцов Церкви и крупных католических теологов. Документ в итоге был переписан уже в более осторожных выражениях, и, хотя его обсуждение не переставало вызывать острые дискуссии, 15 октября 1965 г. за него проголосовало большинство уча¬стников собора, а 28 октября он был утвержден.

    Игнорируя различия между религией Древнего Из¬раиля и современным талмудическим иудаизмом, авторы декларации, исказив тексты Евангелия, пошли на отрицание лишения иудеев Царства Небесного («идеи вытеснения» по иудейской терминологии) и на признание истинным Богом нетриипостасного бога Иеговы, которому поклоняются со¬временные иудеи, утвердив тем самым духовное родство по¬следних с христианами.

    В документе говорилось: «Хотя иудейские власти и их приверженцы настояли на смерти Христа, однако то, что было совершено во время Его страстей, не может быть огульно вменено в вину ни всем живущим тогда иудеям, ни иудеям современным. Хотя Церковь и есть Народ Божий, однако иудеев не следует представлять ни отверженны¬ми Богом, ни проклятыми, как будто бы это вытекало из Священного Писания». «Иудеи в большинстве своем не приняли Евангелия, а многие из них даже воспротиви¬лись его распространению (см. Рим 11, 28). Тем не менее, согласно Апостолу, ради своих отцов иудеи доныне оста¬ются любезными Богу, Чьи дары и призвание непрелож¬ны (Рим 11,28,29)».

    Данный отрывок был типичным примером манипуля¬ции сознанием, поскольку слова апостола Павла, на которые ссылаются авторы, были вырваны из контекста его послания, а в нем говорилось: «Но не то, чтобы слово Божие не сбы¬лось: ибо не все те Израильтяне, которые от Израиля; и не все дети Авраама, которые от семени его... не плотские дети суть дети Божий, но дети обетования признаются за семя» (Рим. 9, 6-8), и далее, со ссылкой на пророка Осию: «Не Мой народ назову Моим народом, и не возлюбленную — возлюб¬ленною... вы не Мой народ, там названы будут сынами Бога Живаго» (Рим. 9, 25-26). Св. Павел говорит не только то, что язычники стали наследниками Авраама по обетованию, но и то, что не верующие во Христа иудеи лишились Царствия Божия: «Некоторые из ветвей отломились, а ты, дикая маслина, привился на место их... Они отломились неверием, а ты держишься верою» (Рим. 11, 17, 20).

    Далее в документе собора говорилось: «Церковь верует, что Христос, мир наш, примирил иудеев и язычников на кре¬сте, и из обоих сотворил Себе одно», и что «вместе с Проро¬ками и с тем же Апостолом Церковь ожидает дня, ведомого одному лишь Богу, когда все народы единогласно призовут Господа и будут служить Ему единодушно». Между тем в по-слании к ефесянам (Еф. 2, 14-15) апостол Павел говорит, что Христос примирил на кресте Плотию и Кровию Своею ве¬рующих в Него язычников и иудеев, т.е. всех христиан, а о примирении неверующих нет ни слова.

    Фальсифицируя таким образом суть Евангелия и Бо-жественного откровения в целом, данные положения фак¬тически отрицают учение о Церкви Христовой. Христиан¬ство учит, что избранничество древнего еврейского народа состояло в том, чтобы, сохранив истинное Единобожие, дож¬даться Мессии, а затем понести Благую Весть о пришествии Мессии всем народам земли, что и совершили впоследствии апостолы. Но, отвергнув Мессию-Христа Спасителя, о кото¬ром свидетельствовал Моисей и пророки, иудейский народ завершил период своего избранничества, переданного апо¬столам и тем христианским общинам, которые стали осно¬ванием нового богоизбранного народа — Церкви Христовой, где уже нет «ни эллина, ни иудея». И если, согласно апосто¬лу, Церковь Христова есть «род избранный..., народ святой, люди, взятые в удел» (1 Пет. 2, 9), то любые утверждения о продолжающейся, якобы, богоизбранности всего еврейского народа являются богословски несостоятельными54.

    Сам Христос, проповедуя в храме и отвечая «присту¬пившим к Нему первосвященникам и старейшинам наро¬да», сказал им: «Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царствие Божие и дано будет народу, приносящему нлоды его» (Матф. 21, 43). И Он предрек: «Многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иа¬ковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены бу¬дут во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 8, 11-12). Положения декрета игнорировали эти слова, так же, как и слова самих иудеев: «И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших (Мф. 27, 25).

    Значение декларации Nostra Aetate трудно переоценить. Один из иудейских авторов назвал ее «теологическим зем¬летрясением», приведшим к возникновению нового мира55. Как писал член Всемирного еврейского конгресса Жан Галь¬перин, она «действительно открыла путь к совершенно но¬вому диалогу и положила начало новому взгляду Католи-ческой церкви на иудеев и иудаизм, продемонстрировав ее готовность заменить учение презрения учением ува¬жения»56. Ему вторит иудейский исследователь Поль Гинев-ский, заявивший в своей книге «Христианский антииуда¬изм. Мутация»: «Схема об иудеях, которую можно было рассматривать как завершение, напротив, оказалась очень быстро началом новой стадии в успешном развитии иудео-христианских отношений»57. Дверь иудеям была открыта, и теперь можно было переходить к «очищению христиан¬ского пространства».

    В Nostra Aetate было сказано и о духовной близости в отношении мусульман, которые, как указывал собор, «с нами поклоняются Богу единому, милосердному, Который будет судить людей в последний день», хотя мусульмане, покло¬няющиеся Аллаху, отрицают Триединого Истинного Бога и Иисуса Христа как Бога, рассматривая Его в качестве проро¬ка. Не были забыты и язычники: признавая, что некоторые из них могли «достичь наивысшего озарения собственными усилиями или с помощью Свыше», собор приравнивал воз-действия их божества к благодати Святого Духа.

    Важное значение имело принятие декрета «Об экуме¬низме», который не только положительно оценил экумени¬ческое движение, но и, признав спасительное значение дру¬гих христианских сообществ, разрешил католикам сотруд¬ничество с ними и даже общение в таинствах (соединение с ними в молитвах).

    Развитие экуменизма предполагало модернизацию всех сторон церковной жизни и «непрестанное преобразова¬ние», особую роль в котором призвано было сыграть апо¬стольство мирян. Утверждению его призван был способствовать пункт 10 декрета о служении и жизни пресвитеров «presbyterorum ordinis», в котором говорилось, что для осу¬ществления «особых форм пастырских начинаний на поль¬зу различных социальных групп в пределах какой-либо об¬ласти, страны или целой части света» среди прочих органи¬заций могут создаваться особые епархии или персональные прелатуры. Это создавало возможность для формирования нового юридического лица, которое, будучи очень гибким образованием, могло внести особый вклад в распростра¬нение католического учения. Позже в 1966 г. папа Павел VI специальным документом подтвердит возможность объеди¬нения мирян в персональные прелатуры посредством дву¬стороннего договора между желающими и прелатурой.

    В результате решений собора были внесены изменения в процесс богослужения, в литургию, которые, по замыслам реформаторов, должны были сделать их более современны¬ми и привлечь народ к более активному участию в службе. Священникам было практически запрещено служить клас¬сическую Тридентскую мессу, вместо которой вводился «но¬вый чин» (novus ordo) на национальных языках (что было фактически требованием Реформации). Новая месса отлича¬лась и стилем совершения службы: если раньше священник стоял лицом к алтарю и спиной к прихожанам, как бы воз¬главляя общину в ее молитве, то теперь он стоял лицом к ве¬рующим, в то время, как алтаря в старом понимании вообще нет — вместо него используется переносной столик. Старый и новый обряд отличались также и текстом молитв и пес¬нопений, и движениями священника. Тридентскую же мес¬су можно было служить теперь только с персонального раз-решения епископа.

    Постсоборная политика Ватикана: последствия экуменической открытости

    Обновленческие решения собора и последовавшая за ним практика имели для церкви самые серьезные последст¬вия. Главным результатом их стало утверждение религиоз¬ного плюрализма и терпимости, приведшие к тому, что ка¬толическое учение стало приобретать все более размытый характер, а среди части католиков стал распространяться религиозный индифферентизм. Попытки церкви прибли¬зиться к обществу, открыться ему и стать более понятной обернулись для нее потерей авторитета и уважения с его стороны, падением ее общего влияния.
    Крайне обострились внутрицерковные разногласия, а также усугубилась поляризация между прогрессистами и традиционалистами как в области теологии, так и в области политики.

    Многие прогрессисты восприняли решения собо¬ра как разрыв с традицией, в том числе доктринальной, и возможность создать «новую церковь». В Латинской Амери¬ке и среди иезуитов широкой популярностью стала пользо¬ваться новая форма христианского социализма — «теология освобождения», испытавшая большое влияние новейших направлений социологической и экономической мысли.

    Другая же часть верующих, напротив, считала, что цер¬ковь со своими реформами зашла слишком далеко — так оценивали ситуацию около 40% католиков58. Многие в цер¬ковном руководстве опасались, что ситуация выйдет из-под контроля. Кардинал Йозеф Ратцингер (будущий папа Бене¬дикт XVI), бывший на соборе богословским консультантом, в связи с этим писал: «Принесенные собором результаты, как сегодня можно об этом судить, жестоко обманули ожидания всех..- Папы и отцы-делегаты собора надеялись достичь но¬вого католического единства, однако вместо него начались конфликты, переходящие, говоря словами самого Павла VI, от самокритики к саморазрушению... Вместо ожидавшегося прорыва мы, напротив, имеем дело с процессом постепенно¬го упадка...»59. Действительно, Павел VI признавал, что ха¬рактерным явлением стали «смешение и нетерпимость соз¬нания, религиозное обеднение, недостаточность нравствен¬ных барьеров против наступления гедонизма». Однажды он даже сказал о постсоборных беспорядках: «В храм Бога че¬рез какую-то щель просочился сатанинский дух»60.

    Однако главные идеологи собора отказывались ви-деть причину подобного положения в самих реформах. Так, тот же Ратцингер, описывая «лавину» ухудшений, отмечал: «Я убежден, что вред, который мы на себя навлекли за эти двадцать лет, произошел не из-за собора, а из-за того, что внутри церкви были спущены с привязи скрытые полемиче¬ские центробежные силы, а снаружи церкви из-за того, что на Западе произошла культурная революция, успех в кото¬рой одержала верхушка среднего класса, новая буржуазия с ее либерально-радикальной идеологией индивидуализма, рационализма и гедонизма»61.

    Вместе с тем, среди католиков-традиционалистов были и такие, которые отказались принять решения собора. Ра¬дикальность либерального переворота, совершенного собо¬ром, вызывала у многих из них такое недоумение, что Пав¬ла VI стали называть еретиком, раскольником и отступни¬ком. Некоторые разделяли даже мнение, что было два папы: истинный понтифик содержался в подвалах Ватикана, а дру¬гой — самозванец, двойник — правил во вред церкви. Нако¬нец, существовало мнение, что Павел VI не отвечал за свои действия, будучи заложником окружения.

    Принципиальным противником реформ и нового чина мессы, как мы уже писали, выступил архиепископ Марсель Лефевр. В 1970 г. он основал Священническое братство св. ПияОС и семинарию в Эконе (Швейцария) для священников-традиционалистов, начав открытую борьбу с Ватиканом за сохранение прежних устоев. После того, как Лефевр рукоположил в священники 12 своих семинаристов, Ватикан приос¬тановил его религиозные полномочия, запретив ему совер¬шать богослужения и таинства, однако Лефевр продолжал свою деятельность, не прекращая критику обновленчества. Влияние Братства продолжало расти, и оно распространило свое влияние на многие страны, сохраняя наиболее сильные позиции во Франции62.
    В уже упомянутой нами книге Марсель Лефевр опреде¬лил собор как «смуту» и «либеральный переворот», которо¬му присутствовавшие на нем папы не оказали сопротивле¬ния. Он откровенно указывал, что собор, движимый либе¬ральным духом отступничества, «совершил измену, подписав мировое соглашение со всеми врагами Церкви», что он «вы¬ражал «безграничное сочувствие» к мирскому человеку, к человеку без Бога! Пусть бы еще целью его было пробудить этого падшего человека, открыть ему глаза на его смертель¬ные раны, ...исцелить его... Но нет! Целью было провозгла¬сить мирянам: как видите, Церковь тоже исповедует культ человека»63.

    В ответ на слова Ратцингера: «Я оправдываю Собор!» — Лефевр писал: «Я обвиняю Собор! Поясню: я утверждаю... что кризис Церкви по сути своей сводится к постсоборным реформам, исходившим от высочайших официальных вла¬стей Церкви и предпринятым во исполнение доктрины и директив II Ватиканского Собора. Поэтому в причинах слу¬чившейся после Собора катастрофы нет ничего посторонне¬го или таинственного. Не будем забывать, что одни и те же люди и, что еще важнее, один и тот же папа — Павел VI — организовали Собор и затем как нельзя более последова¬тельно и официально, пользуясь своим иерархическим по¬ложением, осуществляли его решения»64.

    Принципиально важную роль, сыгранную папами, Ле¬февр выделял особо. Описывая более ранние времена, пред¬шествовавшие зарождению модернизма в церкви, он ука¬зывал: «Проникновение либерализма во всю церковную ие¬рархию вплоть до папской курии, еще два столетия назад немыслимое, было-таки задумано, предсказано и сплани¬ровано в начале прошлого века масонами. Достаточно привести документы, доказывающие реальность этого заговора против Церкви, этого «высшего покушения» на папство».

    Главным документом, который приводит Лефевр, явля¬ются секретные бумаги (переписка) руководителей «Верхней венты» (высшей масонской группы) итальянских карбона¬риев 1820—1846 гг., попавшие в руки папского правительст¬ва и опубликованные Кретино-Жюли в его книге «Римская церковь и революция». Папы приняли решение придать их гласности, чтобы верующие узнали о том заговоре, который готовили тайные общества, могли бы во всеоружии встре¬тить его возможное осуществление. Мы приводим отрывки из этого текста, поскольку в нем изложен механизм само¬уничтожения церкви посредством самого высшего ее руко¬водства, который в итоге был применен в отношении като¬личества и может рассматриваться как наиболее эффектив¬ное возможное средство подрыва и Православных церквей.

    «Папа, каким бы он ни был, никогда не придет в тай¬ные общества; им самим следует сделать первый шаг к Церкви, дабы подчинить себе и ее, и Папу... Мы не рассчи¬тываем привлечь Пап к нашему делу, обратить их в наши принципы, сделать их проповедниками наших идей... Мы должны просить, мы должны искать, мы должны ждать, подобно евреям в ожидании Мессии, нужного нам Папу... Это вернее приведет нас к захвату Церкви, чем памфлеты наших французских братьев и даже чем золото Англии. Хо¬тите знать почему?...Мы будем иметь мизинец вовлечен¬ного в заговор наследника святого Петра, и этот мизинец будет стоить в нашем крестовом походе дороже всех Урба¬нов II и всех святых Бернардов христианства... Чтобы по¬лучить Папу требуемых качеств, нам нужно подготовить для него — для этого Папы — поколение, достойное цар¬ства, о котором мы мечтаем. Оставьте в стороне ста¬риков и людей зрелого возраста; обратитесь к молодежи и, насколько это возможно, к детям... Среди них вам нетруд¬но будет создать себе репутацию добрых католиков и пат-риотов. Эта репутация откроет молодым священникам и монахам доступ к нашим доктринам. За несколько лет это молодое духовенство постепенно возьмет в свои руки все функции Церкви; оно будет руководить, управлять, судить, оно войдет в ближайшее окружение властей и будет при¬звано, чтобы избрать нового Понтифика, который, по¬добно большинству его современников, обязательно бу¬дет в той или иной степени привержен... общечелове¬ческим принципам, принципам, распространение которых мы сейчас начинаем...

    Если вы хотите осуществить в Италии революцию, ищите Папу, портрет которого мы представили выше. Если вы хотите установить царство избранных на тро¬не Вавилонской блудницы, то пусть к вам присоединит¬ся Духовенство, убежденное, что идет под знаменем апо¬стольских ключей... закиньте ваши сети по примеру Си¬мона. Закиньте их ...в ризницы, семинарии и монастыри, и если вы наберетесь терпения, то мы обещаем вам улов бо¬лее чудесный, чем улов Симона... Вы будете проповедовать революцию в тиаре и сутане, с крестом и хоругвью в ру¬ках, и достаточно будет малейшего толчка, чтобы эта ре-волюция зажгла огонь в четырех оконечностях мира».

    «На наши плечи возложена трудная задача... Мы долж¬ны подвергнуть Церковь аморальному воспитанию и с по¬мощью малых, точно отмеренных, хотя и весьма неопреде¬ленных пока средств добиться того, чтобы Папа привел нас к торжеству революционной идеи. Сейчас мы лишь робко приступаем к осуществлению этого плана, за кото¬рым мне всегда виделся сверхчеловеческий расчет...»65.

    В результате начавшихся перемен уже в конце 60-х го¬дов церковь впала в состояние внутреннего кризиса и об¬мирщения, ускоривших дехристианизацию западного обще¬ства, обусловленную его экономической модернизацией и индустриализацией. Это проявлялось в первую очередь в та¬ких показателях, как сокращение числа священников («кри¬зис призвания») и верующих, а также уменьшение религи¬озной практики. Так, в Италии число назначений священни¬ков сократилось с 872 в 1961 г. до 388 в 1977 г. Численность организации «Католическое действие», которая была глав¬ным гражданским оплотом итальянского католицизма, упада за те же годы с 3 млн. до 650 тысяч человек. Уже в нача¬ле 70-х годов только меньшинство итальянцев регулярно хо¬лило в церковь66. Во Франции в 1972 г. число семинаристов сократилось на треть по сравнению с 1962 г., и в силу старе¬ния священников и сокращения притока молодежи крайне остро встала проблема нехватки духовенства. Чтобы решить эту проблему, в приходах стали прибегать к новой практи¬ке — поручать управление группам мирян, которые занима¬лись не только катехизацией, но и подготовкой верующих к литургии и принятию таинств. Но и это уже не могло ос-тановить угасание приходской жизни, уменьшение ее духов¬ной наполненности и живой веры, которые постепенно под¬менялись чисто внешним следованием ритуалам и обрядам.

    Наиболее же опасным явлением стали те изменения, ко¬торые происходили в сфере теологических размышлений под влиянием утверждавшейся религиозной терпимости, с провозглашением которой церковь стала допускать серьез¬ные отступления от христианской веры. В первую очередь это проявилось в развитии «диалога» с иудаизмом.

    «Диалог» обернулся дальнейшими уступками со сторо¬ны католицизма, который под давлением крайне наступа¬тельной позиции иудаизма начал создавать новую теологию иудейско-католических отношений, требовавшую дальней¬шего пересмотра основополагающих положений христиан¬ского учения. О том, кстати, какие методы использовались определенными кругами для навязывания нового взгляда на иудаизм, красноречиво свидетельствует, в частности, исто¬рия с молитвой за иудеев, якобы сочиненная Иоанном XXIII незадолго до смерти.

    Первая версия ее на французском языке была опубли¬кована в швейцарском журнале La Liberte 9 сентября 1966 г. В ней говорилось: «Милосердный Боже! Ныне мы осознаем, что на протяжении веков наши глаза были слепы и мы не в состоянии больше увидеть красоту Твоего избранного на¬рода и узнать в чертах его лица наших привилегированных братьев. Мы понимаем, что клеймо Каина начертано на на¬ших челах. На протяжении веков наш брат Авель лежал в крови и слезах по нашей вине, так как мы забыли Твою любовь. Прости нам, что мы ошибочно присоединяли прокля¬тие к имени Евреев. Прости нам, что мы второй раз распя¬ли Тебя в их лице, так как мы не ведали, что творили...»

    2 октября 1966 г. этот текст перепечатал журнал La Documentation Catholique (№ 1479, кол. 1728), в котором ут¬верждалось следующее: «Ватиканские круги подтвердили 7 сентября существование и подлинность молитвы, сочинен¬ной Иоанном XXIII за несколько дней до его смерти, в ко¬торой папа просит прощение у Бога за все страдания, при¬чиненные евреям Католической церковью. О существовании этой молитвы, которая в соответствии с намерениями ее ав¬тора, должна была читаться во всех церквах, сообщил недав¬но в ходе выступления в Чикаго монсеньер Джон С. Куинн, который был одним из экспертов Ватиканского собора». Од¬нако через месяц тот же журнал опубликовал опровержение, ссылаясь на госсекретаря Ватикана. Позже выяснилось, что La Liberte перепечатала текст молитвы из голландской га¬зеты De Tide, которая, в свою очередь, взяла его из статьи некого Ф.Е. Картуса, опубликованной в чикагском журнале American Commentary (январь 1965 г.) — официальном ор¬гане Американского еврейского комитета (АЕК), и в кото¬рой даже не было дано никакой ссылки на источник. Одна¬ко стало известно, что под псевдонимом Картус скрывался ирландский иезуит Малаши Мартэн, бывший в свое время личным секретарем кардинала Беа. Во время II Ватиканско¬го собора он вел двойную игру, работая на АЕК и передавая ее представителю в Европе Шустеру секретную информацию из секретариата. На этом история должна была бы закон¬читься, но в действительности и после официального опро¬вержения «молитва за иудеев» не раз появлялась в различ¬ных изданиях. В последний раз это произошло в 2008 г., ко-гда ее опубликовала итальянская газета La Repubblica67.

    Итак, приравняв к ветхозаветной религии современ¬ный иудаизм, Ватикан стал последовательно проводить политику сближения принципиально разных религиоз¬ных воззрений и этических норм, осуществляя односто¬роннюю ревизию Нового Завета и истории христианст¬ва в угоду представителям талмудического иудаизма, для которого единственно приемлемым христианством яв¬ляется христианство без Христа Сына Божия. Как писала активная участница иудейско-католического «диалога» и со¬ставительница соответствующей хрестоматии Хелен Фрай, «иудаизм может прекрасно обойтись и без Иисуса: сущест¬вует богатая иудейская раввинистическая традиция, которая развивалась параллельно христианству и свидетельствует о возможности иного, нехристианского использования биб¬лейского наследия. Но вместе с тем иудеи могут принять и принимают Иисуса как человека, через которого язычни¬ки узнали Бога Израиля»68.

    Начиная с 1971 г. встречи на уровне представителей двух конфессий приняли форму ежегодно проходящих соб¬раний Международного комитета по связи (или просто Ко¬митетом по связи) между Католической церковью и Ме¬ждународным иудейским комитетом по межрелигиозным консультациям» 69.

    Одной из главных задач его стало фор¬мирование католической «теологии после Освенцима» (как назвал ее католический деятель Иохан Баптист Мет), которая стремится избегать любой антииудейской формули-ровки и призвана «обогатить христианское мышление с по¬мощью лучшего понимания значения того или иного терми¬на или той или иной реальности в иудаизме»70. Обе стороны изначально договорились, что новое понимание отношений между иудеями и христианами должно быть отражено в ос¬новах катехизиса и догматического образования в универси¬тетах. Как написал исследователь иудео-католических отно¬шений А. Валь, в идеале «образование должно быть таким, чтобы евреи могли в нем присутствовать, не чувствуя себя плохо понятыми»71.

    Естественно, формирование новой теологии осущест¬вляется поэтапно, постепенно подготавливая католиков к принятию положений, не соответствующих церковному уче¬нию. Первое, что полагалось сделать — это добиться более ясного признания того, что Ветхий Завет сохраняет полную силу и что иудеи остаются избранным народом.

    И вот в апреле 1973 г. французская Епископальная кон¬ференция, ссылаясь на Nostra Aetate, опубликовала революционный документ — декларацию «Отношение христиан к иудаизму» (или «Пастырские наставления по случаю иу¬дейской пасхи»), подготовленную Епископальным комите¬том по отношениям с иудаизмом. Здесь уже четко было за¬явлено, что «нельзя вывести из Нового Завета заключение, что иудейский народ лишился своего избранничества», что «первый Завет... не был отменен Новым», что доктрина фа¬рисеев не противоположна христианству и утверждалось не-изменное призвание иудейского народа, который и сегодня является «благословением для всех народов земли».

    Более того, утверждалось, что иудейский народ име¬ет всемирную миссию в отношении народов, в то время, как собственная миссия церкви «может лишь входить в этот самый вселенский план о спасении». В связи с этим авто¬ры документа задавали такой риторический вопрос, который фактически объединял христиан и иудеев в ожидании мес¬сии: «Хотя иудеи и христиане совершают свое призвание, идя различными дорогами, их пути постоянно перекрещиваются. Их общая забота не касается ли мессианских времен?»72.

    Наконец, признавая, что «историческая ответствен-ность за смерть Иисуса была поделена между некоторыми иудейскими и римскими властями», документ категориче¬ски осуждал «обвинение иудеев в богоубийстве», что мож¬но толковать, как отказ признавать Христа Богом. Как пи¬сали по этому поводу архим. Серафим (Алексиев) и архим. Сергий (Язаджиев), «тут скрыта кощунственная хитрость, равносильная отрицанию Христа как Богочеловека: раз при¬знается исторический факт, что евреи — убийцы Христа, но при этом отрицается, что они БОГОубийцы, то сие равно-сильно отрицанию Божественного достоинства Спасите-ля со стороны французского епископата в полном согласии с раввинатом!»73. Об этом «проговорилась» и уже цитиро¬ванная нами Хелен Фрай, написавшая во введении к состав¬ленной ею хрестоматии по иудейско-католическому диало¬гу: «В 1965 г. Католическая церковь сняла с иудеев обви¬нение в «богоубийстве»: ранее считалось, что, совершив убийство Иисуса, иудеи убили самого Бога»74.

    Следует подчеркнуть, что раввинат Франции высоко оценил данную декларацию, указав, что «Пастырские на¬ставления» французского епископата совпадают с учением величайших иудейских богословов, согласно которым про¬исшедшие из иудаизма религии имеют миссию подготовить человечество к наступлению мессианской эры, возвещенной Библией. Наиболее ярким воплощением исполнения этой миссии стала деятельность Парижского архиепископа Жан-Мари Люстиже, назначенного на эту должность в 1981 г. (в 1983 г. он станет кардиналом). Израильское радио, коммен¬тируя это событие, откровенно заявило: «Новый Парижский архиепископ, который не скрывает своего еврейского про¬исхождения, является иудаистом, который будет осуществ¬лять иудаизм в христианстве». Сам Люстиже высказывался достаточно определенно: «Я — еврей. По моему мнению, эти две религии (иудаизм и христианство), по сути дела, явля¬ются единым целым, а потому я не предавал своих предков». «С точки зрения евреев, христианство — это преждевремен¬ное явление. Поэтому еврейство обладает своего рода «вла¬стным контролем» над христианством». «По моему убежде¬нию, призвание Израиля в том, чтобы нести свет гоям. Это моя надежда, и я считаю, что христианство является наи¬лучшим способом достичь этого. Я думая, что я — последо-ватель Христа особого рода, думаю, что я вхожу в этот про¬ект Бога как частично осуществленное намерение»75.

    Характерно, что иудейские богословы не позволяли себе в этом вопросе никакой двусмысленности. Как писал духов¬ный лидер иудаизма Джошуа Иехуда в своей книге «Антисе¬митизм — зеркало мира», «христианство претендует на то, чтобы нести миру «настоящий» мессианизм. Оно стремит¬ся убедить всех язычников, включая и иудеев. Но пока су¬ществует монотеистический мессианизм Израиля, который присутствует даже не выявляя себя открыто, ...мессианизм христианский предстает тем, что он есть на самом деле: только имитацией, которая исчезает при свете истинного мессианизма». Он же утверждал: «Ваш монотеизм является ложным монотеизмом; это побочная имитация и фальсифи-цированная версия единственного истинного монотеизма, каковым является еврейский монотеизм, и если христианст¬во и вернется к своим еврейским корням, оно будет оконча¬тельно осуждено»76.

    В октябре 1974 г. при Секретариате по делам единст¬ва христиан была создана новая структура — Комиссия по религиозным отношениям с иудаизмом, которая стала от¬вечать за развитие связей и сотрудничество между католи¬ками и иудеями во всех сферах во исполнение решений II Ватиканского собора. Именно ею был подготовлен извест¬ный документ «Направления и добавления для применения примирительной Декларации Nostra Aetate», опубликован¬ный Ватиканом по случаю 10-летия этой декларации в ян¬варе 1975 г. Он подтвердил новый подход к иудаизму и стал своего рода хартией диалога между католиками и иудея¬ми, наметившей уже практические шаги для его реали¬зации. В нем шла речь о необходимости «уважения к парт¬неру такому, каков он есть», которое дает возможность по¬стичь богатства другой религиозной традиции и идет вплоть до предложения «совместной встречи перед Богом в мо¬литве и молчаливом созерцании там, где это будет воз¬можно». Документ особо выделил ценность иудаизма, пе¬речислив объединяющие две религия положения (вера в единого Бога, иудейская Библия и др.) и подчеркнув не¬обходимость проповедовать миру Христа с осторожно¬стью: «Чтобы своим свидетельством не оскорбить иудеев, католики, исповедуя в жизни и распространяя христиан¬скую веру, должны с предельным уважением относиться к религиозной свободе... Они также должны постараться по¬нять, насколько трудно для души иудея — в которой самым верным образом укоренилось необыкновенно возвышенная и чистая идея божественной трансцендентности — воспри¬нять тайну воплощенного Слова»77.

    Особое внимание в документе было уделено значению соответствующего преподавания и подготовки богословов, которые уже по-новому должны были освещать историю от¬ношений между католиками и иудеями. Именно после этого во многих университетах стали создаваться кафедры по иу-даике, а иудаизм вошел в программы религиозного обучения в школах и семинариях. Началась самоорганизация иудейско¬го сообщества, создававшего свои институты и учреждения, включая организации постоянного обучения, открытые и для христиан, которые могут воспользоваться этой возможно¬стью и углубить свои познания в области иудаизма.

    Другим следствием новой политики открытости като¬лицизма стал диалог с христианскими церквами и участие в экуменическом движении. Однако, если в случае с иудаиз¬мом диалог означал фактически односторонние уступки со стороны католицизма, то межхристианское сближение, на¬против, мыслилось Ватиканом, в соответствии с решения¬ми собора, как процесс вхождения всех иных церквей в лоно Католической церкви. Не приемля диалога на равных с дру¬гими христианскими конфессиями, Римско-католическая церковь не вошла во Всемирный совет церквей, но только посылает своих наблюдателей и участвует в работе отдель¬ных его комиссий.

    Наиболее активное сотрудничество Ватикан нала¬дил с Константинопольской православной церковью и с ее главой — патриархом Афинагором, известным своими проэкуменическими и прокатолическими взглядами. Став патриархом в 1949 г., он немедленно послал архиепископа Американского Иакова засвидетельствовать устно свое поч¬тение папе Иоанну XXIII, которого он назвал «вторым пред¬течей». В своей экуменической теологии «единства церквей» он исходил из того, что между различными христианскими церквами нет существенной разницы и поэтому не сущест¬вует препятствий для объединения католиков и православ¬ных78. Однако данная «теология примирения» требовала серьезной ревизии православного учения, особенно его экк-лесиологии (учения о Церкви), исключающей признание ви¬димого главы церкви на земле, которым провозгласил себя Римский понтифик.

    В 1964 г. в Иерусалиме состоялась первая за прошед¬шие 526 лет встреча глав Рима и Царьграда (если не счи¬тать встречи патриарха Иосифа II и папы Евгения IV в Фер¬раре в 1438 г.), в ходе которой патриарх Афинагор прочитал совместно с Павлом VI молитву «Отче наш» и обменялся с ним поцелуем мира. А 7 декабря 1965 г. одновременно в Риме и Фанаре состоялась церемония подписания отме¬ны анафемы 1054 г., после чего Римско-католическая цер¬ковь была провозглашена «сестринской» (понятие «Церкви-сестры» ввел Павел VI).
    Важно подчеркнуть, что снятие анафемы было сделано за спиной всей полноты Православной церкви.

    Лишь неболь¬шой телеграммой предстоятели поместных Православных церквей были уведомлены о свершившемся факте. Патриарх Афинагор представлял только 1% православных верующих, так что совершенный им акт был неканоническим и не обя¬зывал православных принимать его. О его неканоничности и незаконности тогда говорили все видные богословы, ка-нонисты и иерархи. Абсолютно все подчеркивали, что сня¬тие анафем 1054 г. было бы возможно только после отказа Рима от своих заблуждений и только на Вселенском Право¬славном Соборе. Но эти два обязательных условия не были выполнены. Наиболее жесткая и принципиальная позиция среди православных была в то время занята Архиепископом Афинским Хризостомом II, который назвал действия патри¬арха Афинагора дерзким вызовом православию. Не признал этот шаг и Святейший Патриарх Московский Алексий (Си-манский), который в своей ответной телеграмме предстоя¬телю Элладской Церкви указал на невозможность даже го¬ворить о каком-то соединении с Римом по причине много¬численных догматических отступлений католицизма79.

    В 1967 г. состоялась новая встреча папы с патриархом в Стамбуле, в ходе которой они взаимно признали друг друга, а в октябре 1967 г. Афинагор посетил Рим, где провел совме¬стную службу с Павлом VI. В экуменических кругах патриар¬ха Афинагора считали «пророком нового времени», «духов¬ным отцом православного ренессанса». Так что именно на него и его преемников Ватикан будет возлагать главные надежды в стремлении добиться реформирования Пра¬вославных церквей на Востоке и признания ими примата Римского понтифика.

    В этих же целях была серьезно активизирована понти-фикальная дипломатия в Восточной Европе. Развивая начатую Иоанном XXIII Восточную политику, Павел VI стал на¬лаживать контакты с руководителями восточноевропейских стран и СССР, пригласив в 1967 г. в Ватикан В.П. Подгорно¬го, А.А. Громыко, маршала И.Б. Тито, Я. Кадара и Э. Терека. Важную роль в налаживании контактов с Православными церквами играл заместитель госсекретаря Ватикана карди¬нал Агостино Казароли, участвовавший в 1975 г. в Конфе-ренции по безопасности и сотрудничеству в Европе (Хель¬синки) для «внесения католической лепты в достижение уважения фундаментальных прав человека, включая религи¬озную свободу»80.

    Мирская церковь Павла VI

    Наряду с идейным обновлением в церкви происходи¬ли и организационные изменения. В целях претворения в жизнь епископальной коллегиальности в 1965 г. был создан новый институт — Синод епископов, наделенный консуль¬тативными полномочиями, который при Павле VI собирал¬ся 5 раз. Одновременно в целях централизации руководства в 1967 г. была предпринята реформа курии, укрепившая Го¬сударственный секретариат. Перемены произошли и в сфе¬ре контроля за цензурой: вместо Священной Канцелярии — символа инквизиции — была создана Конгрегация по делам доктрины веры, во главе которой был поставлен югослав¬ский кардинал Франциск Сепер, известный своими обнов¬ленческими взглядами, заменивший итальянского кардина¬ла консерватора Оттавини. Вместе с тем в 1969 г. была сфор¬мирована Международная теологическая комиссия, которая призвана была претворять в жизнь решения собора, не до¬пуская их слишком произвольного толкования, которое мог¬ло бы привести к неподконтрольным процессам в церкви. Состояла она из таких видных теологов и ведущих кардина¬лов, как Ратцингер, Бальтазар, Конгар и др.

    Однако более важные изменения коснулись скрытого уровня управления Св. Престолом, ставшие отражением нового характера отношений между церковными иерарха¬ми и итальянской политической элитой. Речь идет о тесном союзе, который был установлен между Павлом VI и предста¬вителями влиятельных итальянских масонских кругов в це¬лях недопущения укрепления в стране позиций левых сил и в первую очередь коммунистов.

    Главную роль в обеспечении этого союза сыграли все те же спецслужбы Ватикана, Священный Альянс (СА) и Sodalitium Pianum (SP). Находясь в состоянии бездействия в годы понтификата Иоанна XXIII, при Павле VI они зара¬ботали в полную силу, получив фактически второе дыха¬ние. Если традиционно одним из главных направлений дея¬тельности папской контрразведки был сбор информации об агентах масонских лож в Ватикане в целях противодействия их деятельности, то теперь задачи изменились на противо¬положные. С 1968 г. в течение трех лет SP вела активное рас¬следование, собрав к 1971 г. объемный материал, воссозда¬вавший полную картину всех связей масонов в различных отделах Ватикана, после чего Павел VI лично попросил гла¬ву контрразведки прекратить следствие по этому делу и рас¬порядился поместить материалы в Тайный архив. С тех пор, как пишет исследователь Фраттини, никто не занимался по¬иском масонов в стенах Ватикана81.

    Во главе СА был поставлен священник Паскуале Макки, ставший личным секретарем и доверенным лицом папы, ко¬торый установил активное взаимодействие разведыватель¬ных органов с масонами. Самым влиятельным из них был банкир Микеле Синдона, которого папа назначил своим со¬ветником по финансовым вопросам, а затем поставил во гла¬ве Института по делам религии (ИДР), называемого Бан-ком Ватикана. Кроме Синдоны руководителями банка ста¬ли уже упоминавшийся Умберто Ортолани82, а также Личо Джелли — оба члены ложи «Пропаганда-2» (Р-2), одной из самых могущественных и жестоких тайных неофашистских организаций Италии, ставящей целью уничтожение в стране парламентской демократии.

    Как указывал французский жур¬налист Пьер Карпи, в ложу входили многие епископы и кар¬диналы, и она была связана с английской Объединенной ло¬жей. В просочившемся в прессу докладе утверждалось, что «масоны разбили Ватикан на восемь секций, в которых дей¬ствуют четыре масонские ложи, соблюдающие шотландский ритуал, и что члены этих лож, высокопоставленные чиновни¬ки крошечного государства Ватикан, вошли в братство каж¬дый сам по себе и, кажется, не опознают друг друга даже по трем постукиваниям кончиком большого пальца»83.

    В списке важных масонов Ватикана, составленном SD и похороненном в Тайном архиве, фигурировали кроме известного кардинала Беа также госсекретарь Ватикана кардинал Жан Вийо, заместитель госсекретаря кардинал Агостино Ка-зароли, префект Святейшей епископской конгрегации Себа¬стьян Баджо, архиепископ лилльский Ашиль Ленар, сам Пас-куале Макки и др.
    Характерно также, что когда в 1974 г. руководство С А и SP по личному указанию Павла VI начало операцию Nessun Dorma («Никому не спать») по сбору информации о недос¬татках в департаментах и актах коррупции чиновников Ва¬тикана, собранный в связи с этим обширный материал был похищен неизвестными лицами. Однако папа приказал всем, участвовавшим в проведении расследования, хранить по это¬му поводу обет «понтификальной тайны», нарушение кото¬рого влекло за собой отлучение и изгнание из лона Католиче-ской церкви. С тех пор к этой теме больше не возвращались, а подобных расследований уже никогда не проводилось.

    Что касается Банка Ватикана (ИДР), то наряду с разве¬дывательными органами он принадлежит к числу самых за¬секреченных папских служб. Основанный в 1887 г., он был реформирован при Пие XII в 1942 г. таким образом, что¬бы избежать инспекции фашистских властей. Он никогда не считался официальным учреждением Ватикана, а суще¬ствовал как особая организация, без видимой связи с дела¬ми церкви или другими подразделениями Св. Престола. Как писал исследователь Т.Ж. Рис, «ИДР — это банк папы, по-скольку в определенном смысле он является его единствен¬ным и уникальным акционером. Он им обладает, он его кон¬тролирует»84. В силу этого банк не подвергался никаким ау¬диторским проверкам внутренних или внешних агентств, мог всегда легко переводить средства за рубеж, в любую точку планеты, что стало возможным для других европей¬ских банков только в 90-е гг. в связи с либерализацией пе¬ремещения капиталов. Эти преимущества создавали воз¬можности для различного рода махинаций и нарушений ме-ждународных законов о финансовой деятельности, поэтому банк стал причиной бесчисленных скандалов, будучи заме¬шан в продаже оружия конфликтующим сторонам, учрежде¬нии обществ-призраков в фискальных райках, финансирова¬нии государственных переворотов, отмывании денег мафии и пр. Как пишет Фраттини, «он нарушил сотни международ¬ных финансовых законов, но ни один из его руководителей никогда не был судим ни одним земным судом».

    В 1967 г. Павел VI создал Генеральное бухгалтерское бюро, которое получило название «Ватиканская префекту¬ра Святого Престола по экономическим вопросам», руково¬дителю которой было запрещено «понтификальным секре¬том» говорить на любые касающиеся ее темы. Отвечавший за работу префектуры обнаружил, что в Банк Ватикана каж¬дую неделю без каких либо объяснений поступали миллио¬ны долларов неизвестного происхождения, направлявшиеся на номерные счета в швейцарских банках и в учреждения, принадлежавшие личному банкиру папы Микеле Синдоне. Из этих денег финансировались мятежи и государственные перевороты, подобные тому, что произошел в Греции в ап¬реле 1967 г., в результате которого был установлен режим «черных полковников»85.

    Со временем операции Банка Ватикана становились все более опасными и начали угрожать уже стабильности эко¬номики и Ватикана, и Италии. Ситуация особенно осложни¬лась после того, как в 1968 г. во главе ИДР был поставлен бывший начальник охраны Павла VI гражданин США (по отцу литовского происхождения) епископ Пол (Казимир) Марцинкус. Он стал ярким воплощением проатлантистской ориентации курии, стремившейся в борьбе против влияния левых сил заручиться надежной поддержкой американских спецслужб. Марцинкус находился под покровом Централь¬ного разведывательного управления и был тесно связан с ар¬хиепископом Нью-Йорка кардиналом Фрэнсисом Спеллма-ном, также тесно связанным с ЦРУ86. Спеллман обеспечивал в свое время контакты американского руководства с Пием XII, бывшим его близким другом, а затем — с Павлом VI, ко¬торый установил личные связи с кардиналом (еще не буду¬чи папой) во время своего визита в США в 1951 г. Павел VI тесно общался с Спеллманом и во время заседаний II Вати¬канского собора в ходе обсуждения документа об отноше¬нии католицизма к иудаизму.

    В 1974 г. разорился Частный Банк Микеле Синдоны, в результате чего Ватикан потерял, по некоторым данным, от 240 млн. до 1 млрд. долл. 87. После этого ИДР стали подоз¬ревать во всевозможных преступлениях. В одном из докла¬дов ЦРУ, попавшем в руки Священного Альянса и уничто¬женного им, говорилось о тесных связях Микеле Синдоны с американскими семействами Гамбрино, Коломбо и др., за¬мешанными в приобретении, транспортировке и продаже героина, кокаина и марихуаны. Синдона занимался прикры¬тием части их доходов от торговли наркотиками, проститу-ции, банковских махинаций, порнографии и использования тайных банковских счетов в Швейцарии, Лихтенштейне и Бейруте88. Вместе с тем, как указывают надежные источни¬ки, Синдона оказывал услуги и ЦРУ, переводя на счета этой организации деньги с доходов от продажи героина89.

    Особенно активно финансовыми махинациями зани-мался банк «Амброзиано», возглавляемый банкиром Робер¬том Кальви, тесно связанным с Марцинкусом. Созданный в 1896 г. этот «банк священников» (названный по имени св. Амвросия Миланского) при Кальви превратился фактиче¬ски в «прачечную» по отмыванию денег мафии, а Банк Вати¬кана, как было установлено позже в ходе судебного рассле¬дования, владел в нем крупным пакетом акций.

    После смерти Павла VI новый понтифик Иоанн Павел I начал расследование деятельности ИДР, имея планы рефор¬мировать финансовые структуры Ватикана. К 23 сентября 1978 г. у него имелись уже почти все материалы следствия по делу Банка Ватикана, собранные Священным Альянсом, сре¬ди которых был и доклад «ИДР — Банк Ватикана: положение дел, ход дел», принадлежавший к категориям «Совершенно секретно» и «понтификальная тайна». Однако в ночь с 28 на 29 сентября Иоанн Павел I внезапно скончался, и, хотя в ме¬дицинском заключении говорилось о «естественной смерти от инфаркта», оставалось много неясных вопросов, связан¬ных с обстоятельствами его ухода. Однако все они остались без ответа, так как материалы расследования получили ста¬тус «понтификальной тайны», а Священному Альянсу был дан приказ не проводить никакого расследования силами секретных служб Ватикана90. Это был один из самых корот¬ких понтификатов, который продлился всего 33 дня.

    Борьба за власть внутри Ватикана и утверждение позиций «Опус Деи»

    Новым папой был избран кардинал Кароль Войтыла, взявший имя Иоанна Павла II. Понтификат его длился 26 лет и 5 месяцев (с 1978-го по 2005 г.).

    Основные направления деятельности нового папы опре¬делялись теми переменами, которые произошли в западном мире во второй половине 70-х годов. В социально-экономи¬ческом и внутриполитическом плане они характеризовались переходом к неолиберальному курсу развития, означавшему постепенный демонтаж государства «всеобщего благоден¬ствия», а в международных отношениях — обострением хо¬лодной войны, вызванным новым курсом американского ру-ководства на жесткое противостояние с Советским Союзом. В этих условиях, стремясь к укреплению авторитета Ватика¬на как религиозной и политической силы, Иоанн Павел II за¬действовал все возможности для усиления своего влияния на мировую политику, взяв четкий курс на укрепление сою¬за с атлантизмом.

    Рассматривая в качестве своего главного противника материалистический атеизм и коммунизм и поставив пе-ред собой задачу добиться возвращения религии в западное общество, Иоанн Павел II провозглашает «новую евангели-зацию» Европы и всего мира, направленную на восстанов¬ление католических ценностей и позиций церкви не толь¬ко в частной, но и в общественной сфере. Его ближайшими сподвижниками в этом деле становятся кардинал Ратцин-гер, возглавивший Конгрегацию по делам доктрины веры, и уже упоминавшийся кардинал Казароли, ставший во гла¬ве Государственного секретариата. Они выступали с твердо консервативных позиций в области морали и нравственно¬сти, не приемлющих никаких прогрессистских либеральных тенденций, которые выражались в требованиях отмены без¬брачия для священников (одна из причин, как считают, уси¬лившихся преступлений сексуального характера), призна¬ния церковью гражданских разводов и второго брака, а так¬же контрацепции, изменения позиции церкви в отношении к представителям сексуальных меньшинств, которых не до¬пускают к причастию, и др.

    Внутренняя программа понтифика, связывавшего со-временный кризис церкви с отдельными решениями собора, была направлена на устранение идейной неопределенности и достижение твердого единства вероучения, что предпо¬лагало соответствующие дисциплинарные взыскания в от¬ношении «уклоняющихся» от пастырского внушения. Осо¬бо жесткие меры применялись к сторонникам «теологии ос¬вобождения», крайне популярной в эти годы в Латинской Америке. Ратуя за возвращение доктринального единст¬ва, кардинал Ратцингер ограничил полномочия епископаль¬ных конференций исключительно практическими вопроса¬ми, лишив их права заниматься теологией, в результате чего на смену епископальной коллегиальности, рассматривав¬шейся как одно из главных достижений II Ватиканского со¬бора, пришли авторитаризм понтифика и централизм рим¬ской курии.

    Главной опорой папы с самого начала его правления становятся интегристские организации и новые католиче¬ские движения традиционалистской направленности, объ¬единяющие мирян, стремящихся внести духовность в свою повседневную жизнь. Они были призваны сыграть опре¬деляющую роль в восстановлении позиций католицизма. Речь идет в первую очередь о таких организациях, как ор¬ден «Опус Деи», «Легионеры Христа», движение фоколяров, «Общность и Освобождение», «Ковчег», Община св. Эгидия, неокатехуменаты, «Дочери Милосердия», различные фран¬цузские движения «харизматического обновления», вдох¬новленные американским протестантизмом91. Последние были названы Иоанном Павлом II «новой весной церкви», и именно им он отдавал предпочтение, отодвинув на вто¬рой план классические ордена92. Папа пытался нормализовать отношения и с Братством Пия X, легализовав в 1984 г. Тридентскую мессу. Однако когда Лефевр, чувствуя прибли¬жение смерти, рукоположил без санкции папы четырех епи¬скопов для сохранения возможности рукоположения новых священников-традиционалистов, Иоанн Павел II отлучил их всех от церкви. Братство не признало законность этого от¬лучения и продолжало считать себя частью Римско-католи¬ческой церкви.

    Между тем «мозгом и сердцем» католицизма, ставшим определять новую политику Ватикана и деятельность церк¬ви в целом, становится «Опус Деи», заменивший собой Ор¬ден иезуитов, который на протяжении четырех веков играл ключевую роль в обеспечении контроля над сознанием элит. Это стало возможным в силу уникальных особенностей дан¬ной организации, до такой степени засекреченной, что в Ис-пании, откуда она родом, ее называют «белой мафией».

    Созданный в 1928 г. испанским священником Хосема-рией Эскрива де Балагером (1902—1975), «Опус Деи» явил собой принципиально новый тип орденского объедине¬ния, будучи первой секулярной организацией Католической церкви, утвержденной указом Пия XII 1947 г. (окончательно утверждена 16 июня 1950 г.). Кроме духовенства она вклю¬чает в себя и мирян, которые могут «обрести святость» в мирских будничных делах, выполняя совершенным образом свои профессиональные обязанности в определенной обще-ственной сфере. Эскрива ставил своей целью формирование «духовности мирян», которая фактически воспроизводила протестантскую этику с ее сакрализацией мирской деятель¬ности, в которой человек призван полностью себя реализо¬вать, добившись успеха и процветания. Выполнение любо¬го дела рассматривается тут как религиозное служение и не-разрывно связано со стремлением к лидерству и установкой на принадлежность к элите. В своем труде «Путь», содержа¬щем 999 максим, Эскрива наставлял своих учеников следую¬щим образом: «Быть как все... и ты станешь частью стада? В то время как ты родился, чтобы командовать!» Но прежде нужно воспитать железную волю, на что направлена вся сис¬тема воспитания в ордене под началом его главы.

    Эта устремленность на успех в миру обусловила изна¬чальный интерес ордена к экономике, банковскому делу, к участию в государственных органах власти (при формаль¬но декларированном аполитизме), а также то особое внима¬ние, которое он уделяет школам, университетам, центрам по подготовке менеджеров, экспертов по финансам и пр. Имен¬но технократы и политики, связанные с «Опус Деи», сыгра¬ли решающую роль в трансформации экономики и государ¬ственных структур Испании в 60—70-е годы после выхода страны из международной изоляции, приспособив ее к за-падноевропейским стандартам. Так что использование со¬временных технологий для «всеобщей мобилизации мирян» (как выразился преемник Эскрива Альваро де Портильо в 1982 г.) стало главным новшеством ордена, разработавшим стратегию, исходящую из старого принципа: «Кто управля¬ет страной, определяет ее религию». Поэтому главным объ¬ектом интереса ордена являются аристократы, интеллектуа¬лы и деньги93.

    Многие исследователи определяют учение Эскрива как католический вариант кальвинизма. Вместе с тем некоторые еврейские источники указывают на его близость к иудаизму. Это, например, утверждает Анхель Крейман, бывший глав¬ный раввин Чили и вице-президент Всемирного совета сина¬гог, являющийся сотрудником «Опус Деи»94. В своем высту¬плении на посвященном Эскрива конгрессе, состоявшемся в Риме в 2002 г., он, в частности заявил: «Многие идеи Хосе-марии Эскрива вызывают в памяти талмудические традиции и демонстрируют его глубокое знание мира евреев, а также его страстную любовь, о которой он открыто говорил, к двум евреям — Иисусу и Марии... Более всего его учение уподоб¬ляется иудаизму в призыве к людям служить Богу своей со¬зидательной работой, каждый день совершенствовать миро¬здание (в каббалистической доктрине — Tikkun Olam — «вос-становление мира» путем совершенствования работы»)95.

    В связи с этой близостью орденского учения к талму¬дической традиции оппоненты Эскрива иногда критикова¬ли его и «Опус Деи» за «тайный иудизм». Боле того, в 1994 г. колумбийское издательство Orion  Publications выпустило книгу «Opus Judei» (автор взял псевдоним Хосе Мария Эс-крива), в которой прослеживаются связи между финансовы¬ми операциями «Опус Деи» и «международным сионизмом» и утверждается, что символика и терминология ордена по большей части заимствована из иудейских кабалистических обычаев96.

    Другая особенность «Опус Деи», обеспечивающая край¬нюю эффективность его работы, заключается в том, что он создан по модели секты, в которой жесткая структура управ¬ления, централизованное иерархическое устройство и же¬лезная полувоенная дисциплина (полное подчинение духов¬ному руководству) сочетаются с сетевым типом организа¬ции.

    Орден основан на строго клерикальной и иерархичной конституции, в которой священники, объединенные в Свя¬щенническое общество Святого Креста, играют определяю¬щую роль и заняты просвещением мирян. Дисциплина вы¬ражается в строгом подчинении своему начальнику, в соот¬ветствии с указаниями Эскрива: «Миряне могут быть только учениками», «если ты хочешь спастись, подчиняйся», «пови¬нуйся, как повинуется инструмент в руках артиста, не оста¬навливающийся перед тем, чтобы размышлять»97. В резуль¬тате члены «Опус Деи» оказываются в закрытом, замкнутом мире, будучи абсолютно уверены, что именно здесь они дос¬тигают полной свободы самореализации98. Характерно, что когда в 1986 г. Святой престол опубликовал материал «Сек¬тантский феномен или новые религиозные движения: вызов священникам», посвященный анализу протестантских еван¬гелических организаций, Американская ассоциация бывших членов «Опус Деи» (ODAN) заявила, что критерии, уста¬новленные Ватиканом для определения сект, полностью применимы к ордену Эскрива. В некоторых европейских государствах, парламентарии также рассматривают «Опус Деи» как секту (в частности, в Бельгии).

    Все члены общества подразделяются на Три ступени: нумерарии (священники и миряне) — штатные, являющие¬ся полными членами организации и выполняющие руково¬дящие функции, обладающие университетским образовани¬ем, живущие в целибате, соблюдающие все обеты и правила, отдающие весь заработок в пользу организации ордена (20% членов); аггрегати — штатные члены, которые также холо¬сты и отчисляют часть своего заработка (25%); супарнумера-рии — сверхштатные, могущие состоять в браке (50%). На¬конец, в ордене существует также категория «сотрудников», которые официально не являются членами организации, а числятся ее сторонниками (как Анхель Крейман). В 1950 г. орден получил согласие Ватикана на то, чтобы в списки этих «сотрудников» включались не только нехристиане, но даже неверующие, что резко расширяет круг его охвата.

    В соответствии с этой структурой строится вся деятель¬ность ордена, представляющая собой также трехуровневую систему. Главную роль играют официальные центры и учре¬ждения, представляющие духовную прелатуру. Несмотря на то, что число священников не превышает 2,1% членов, они играют определяющую роль и выполняют главные управлен-ческие функции.
    Затем идут организации, создаваемые правоверными мирянами, как членами, так и сочувствующими и симпати¬зирующими ордену. К ним относятся университетские цен¬тры, центры профессионального обучения, часто регист¬рируемые как фонды, культурные центры, ассоциации, ин¬ституты, где и происходит рекрутирование основной массы молодежи. В названиях этих организаций не присутствует название «Опус Деи», но они связаны с ним теснейшим об¬разом на религиозном уровне. Часто «Опус Деи» берет на себя ответственность за духовные аспекты их деятельности, что указывается в соответствующих проспектах этих орга¬низаций («духовное воспитание доверено «Опус Деи», лич¬ной прелатуре Церкви»).

    И, наконец, третий уровень включает в себя различные финансовые, политические и идеологические учреждения, также создаваемые людьми «Опус Деи», но не связанные с орденом на религиозном уровне. К ним относятся личные фонды, работающие на международном уровне и связан¬ные с банками и промышленными предприятиями, полити¬ческие клубы и семейные ассоциации. Эти учреждения, соз¬даваемые и в тех странах, где «Опус Деи» не имеет своего представительства, настолько скрытно внедрены в струк¬туру ордена, что их очень трудно распознать. Руководители этих организаций действуют как частные лица, и орден не несет никакой ответственности за их действия. Так что ко¬гда «Опус Деи» утверждает, что он служит лишь духовным целям, то с формально-юридической точки зрения это так, хотя на практике дело обстоит иначе". Данная система по-зволяет ордену проникать в различные сферы и вовлекать в свою деятельность широкий круг людей. По данным самого ордена, в настоящее время если число его членов достигает более 88 тысяч100, то в деятельности связанных с ним орга¬низаций участвует около 900 тысяч человек101.

    Уникальная религиозная и организационная дисцип¬лина ордена и его методы «мобилизации» мирян сдела¬ли его незаменимым в условиях перехода церкви к «но¬вой евангелизации» в целях преодоления того состояния глубокого внутреннего разъединения и брожения, в кото¬ром оказалась церковь в результате либеральных реформ II Ватиканского собора. Речь шла о том, чтобы обеспечить на¬личие твердого католического ядра, которое гарантировало бы сохранение системы папской власти и ее связей с элитой западного общества в условиях расширяющейся экумениче¬ской открытости церкви.

    Что касается отношения самого Эскрива к решениям со¬бора, то оно было сугубо положительным. В апреле 1967 г. в интервью нью-йоркскому «Time» он отмечал: «Мы рады ус¬лышать, что собор торжественно заявил, что церковь не от¬метает тот мир, в котором она живет, ни его прогресс, ни его развитие, но что она его понимает и любит». «Что меня так¬же в большой степени порадовало, так это то, что II Вати¬канский собор совершенно ясно заявил о божественном призвании мирян. Без всяких претензий я хотел бы ска¬зать, что собор ... подтвердил то, что с Божьей милостью мы практикуем и преподаем в течение стольких лет...»102. Эск¬рива не только не препятствовал формально работе Ватика¬на, но с его ведома и при его поддержке два священника ор¬дена — Портильо и Эрранс — работали в комиссии собора По подготовке документов (Портильо был секретарем подготовительной комиссии по делам мирян и консультантом в некоторых других комиссиях)103.

    Большинство членов «Опус Деи» настойчиво утвержда¬ют, что Эскрива опередил «аджорнаменто» и «всеобщий при¬зыв к святости», заявив, что святость не является прерога¬тивой религиозной элиты еще за несколько десятилетий до того, как собор сформулировал это в качестве религиозной доктрины. Эту же мысль высказал и папа Иоанн Павел II, заявив в своем приветственном обращении к студентам в августе 1979 г., что откровение Эскрива «предвосхитило ту теологию мирян, которая характеризовала церковь во время проведения собора и в постсоборный период»104. Последова¬тели Лефевра в связи с этим позже напишут: «Это не столь¬ко «Опус Деи» продолжает дело II Ватиканского собора, сколько наоборот»105. Еще более красноречиво оценил роль Эскрива не очень благоволивший ему кардинал Джованни Бенелли, правая рука Павла VI, заявивший: «Чем Игнатий Лойола был для собора в Тренте, тем же Хосемария Эскрива был для последнего экуменического собора. Он был рожден для того, чтобы постановления Второго Ватиканского собо-ра стали неотъемлемой частью церковной жизни»106.

    С энтузиазмом восприняв послание собора, Эскрива вместе с тем негативно отнесся к тем вольным интерпрета¬циям, которые, как он считал, извратили принятые решения и восприняли их как возможность разрыва с традицией, что положило начало «периоду безумия». Именно за отказ вос¬принимать решения собора как право на разрыв с традици¬ей, а никак не в силу его антиреформаторской позиции чле¬нов «Опус Деи» в прессе стали называть «консерваторами». Однако Эскрива признавался немецкому кардиналу Иозе-фу Хеффнеру: «Все это меня не пугает. Так же, как и кри¬зис идентичности, который поразил священников и религи¬озных людей... Господь и Святой Дух живут и действуют в церкви»107. Именно свой орден Эскрива рассматривал как настоящую церковь, реально воплощавшую соборные решения и сохранявшую верность католицизму и папе.

    Теолог Раймон Панникар следующим образом изла-гал мировоззрение руководства ордена: «Римский католицизм — это единственная настоящая религия, вне которой нет никакого спасения, поскольку он единственный содер¬жит всю истину. Внутри самого католицизма только некото¬рые имеют смелость следовать всем его героическим требо¬ваниям, и именно перед ними стоит задача продолжать мес¬сианское дело Христа. Если имеет место несправедливость и беспорядок, то это потому что «мы» (хорошие, католики, практикующие, те, кто следуют заветам Евангелия) не име¬ем власти. Это использование всех пружин мира (гения, стратегии, политики, денег, науки) для завоевания вла¬сти, для обновленного внедрения христианского идеа¬ла, одним словом, это вера в естественные средства тре¬бует последовательно сверхъестественных способов, по-тому что иначе будет разрушено равновесие и предприятие перестанет быть Божьим Делом. Без молитвы, без самопо¬жертвования, без подчинения, без святости... мы не сможем ничего добиться»108. Эскрива де Балагер указывал и методы работы: «Будь непреклонен в своей доктрине и своем пове¬дении, но гибким по форме. Как стальной кулак в велюро¬вой перчатке».

    Уже Павел VI, противодействуя чрезмерному усиле-нию прогрессистов и благоволя Эскрива де Балагеру, на-чал оказывать ордену свою поддержку. В конце 60-х — на¬чале 70-х годов позиции «Опус Деи» настолько укрепились, что он поставил перед собой задачу осуществить глубинную «инфильтрацию» в тело церкви, главным каналом кото¬рой стал Римский центр встреч служителей культа (Centro Romano di Incontri Sacerdotali — CRIS), превратившийся в элитную организацию, где происходила обработка перспек-тивных представителей духовенства, среди которых был и Краковский архиепископ, кардинал Кароль Войтыла109. Из¬вестно, что друг Войтылы и его соотечественник прелат Рим¬ской курии Анджей Мария Дескур был близок к двум ключе¬вым фигурам «Опус Деи» — Лльваро Портильо, ставшему главой ордена после смерти Эскрива в 1975 г., и Хулиану Эр-рансу Касадо, который после избрания Войтылы папой ста¬нет кардиналом и одним из важнейших должностных лиц Ва¬тикана. Именно Дескур и познакомил Войтылу с Портильо.

    В 1972 г. Войтыла впервые дал интервью орденскому журналу «Studi Cattolici», а затем несколько раз выступал в центре с изложением основных положений своей «теологии личности», созвучной опусдеистской «духовности труда». Действительно, как пишет исследователь Аллен, изучивший аналитический документ, подготовленный представителями «Опус Деи» специально для его книги, для взаимной склон-ности Иоанна Павла II и «Опус Деи» были более глубокие причины, нежели только политический расчет. Речь идет не¬посредственно об идейной близости, особенно в вопросах, касающихся диалога между церковью и современным обще¬ством, свободы и плюрализма христиан, апостольской мис¬сии мирян, проповеди работы, семьи и пр. Выступая в октяб¬ре 1974 г. в дискуссии «Обращение в христианство и внут¬ренний облик», состоявшейся в находящейся под эгидой ордена Международной университетской резиденции (RUI), Войтыла, задав вопрос, может ли духовная зрелость не от¬ставать от технического прогресса, заявил: «Мы можем на него ответить очень удачным высказыванием, которое давно знакомо людям в разных странах мира и принадлежит мон-сеньору Хосемария Эскрива де Балагеру: «Каждый освяща¬ет свою работу, освящает в ней себя и освящает других че¬рез свою работу»110.

    Орден сыграл важную роль в приходе Войтылы к вла¬сти, и ключевой фигурой тут стал близкий к «Опус Деи» ар¬хиепископ Вены, кардинал Кениг, связанный с «Великой на¬циональной ложей Австрии». Известно, что за три дня до открытия конклава для избрания папы по инициативе Ке-нига была проведена секретная встреча в папском колледже «Pio Latinoamericano», где ему удалось заручиться поддерж¬кой некоторых кардиналов из Франции, Голландии и ФРГ в деле выдвижения Войтылы111.

    С утверждением у власти нового понтифика орден по¬ставил перед собой задачу добиться для себя статуса персо¬нальной прелатуры папы, который позволил бы ему оказы¬вать решающее влияние на политику Ватикана (положение о возможности создания такой прелатуры, как уже указы¬валось, было утверждено на II Ватиканском соборе и под¬тверждено затем Павлом VI в апостольской конституции «Regimini Ecclesiae universae», но ни одна из организаций не обладала еще данным статусом). Однако, поскольку главной финансовой опорой Святого престола оставались христи¬анские демократы и связанные с ними масонские круги, ор¬ден понимал, что превращение в решающую силу возможно только при условии вытеснения группировки Кальви и Мар-цинкуса и установления своего контроля над Банком Вати¬кана (ИДР).

    Между тем и с приходом Иоанна Павла II по-зиции Кальви и Марцинкуса оставались крепкими, так как последний играл стратегическую роль в подпольном финан¬сировании польской «Солидарности», обеспечивая связи с американскими спецслужбами. Вся информация о финансо¬вом скандале, собранная при Иоанне Павле I и переданная новому папе, так и не была пущена в дело, а пять кардиналов, участвовавших в расследовании деятельности ИДР и банка «Амброзиано», таинственно скончались. Иоанн Павел II и Священный Альянс смотрели сквозь пальцы на проводимые Банком Ватикана незаконные сделки, которые обеспечивали крупные доходы, использовавшиеся для проведения тайных операций церкви и организации дорогостоящих поездок папы. Одной из самых прибыльных для Ватикана в это вре¬мя стала компания «Беллатрикс», созданная Кальви на день¬ги ИДР и контролируемая Марцинкусом, Джелли и Ортола-ни, через которую ежедневно проходили миллионы долла¬ров, появлявшиеся в результате отмывания денег с торговли наркотиками или финансовых махинаций.

    В конце 1979 г. в результате инвестиционных авантюр Св. Престола бюджетный дефицит Ватикана стал хрониче¬ским, и государство оказалось на грани разорения. Эконо¬мические потери ИДР составили 280 млн. долл., в то время, как в соответствии с указаниями отчета Bank for International Settlement, между 1978 и 1979 гг. в иностранных банках ИДР располагал суммами до 1,3 млрд. долл., а общее количество его активов могло приближаться к значению 2,5 млрд. долл., что было известно Иоанну Павлу II112. В 1980 г. банкир ма-фии Микеле Синдона был привлечен к судебной ответствен¬ности и в ходе нью-йоркского процесса был признан винов¬ным по 95 пунктам (мошенничество, составление заговоров, подделка банковских документов и незаконное присвоение фондов и др.), и Марцинкус оказался неудобной фигурой, могущей вызвать скандал на Западе. Ситуация становится крайне опасной для руководства Ватикана.

    В этих условиях «Опус Деи» выработал новую стратегию, заключавшуюся в том, чтобы, не атакуя непосредственно сво¬их соперников из либерально-масонской группировки и под¬держивая папскую линию на укрепление «Солидарности», сформировать другой, более мощный финансовый католи¬ческий полюс, для чего была создана новая финансовая сеть в Швейцарии, главной опорой которой служил банк Готтар-дош. Связку ИДР — Амброзиано — масонство должен был заменить новый союз — ИДР — Готтардо — «Опус Деи», что угрожало позициям и финансовым интересам значитель¬ной группы лиц114. Так что покушение на папу в мае 1981 г. некоторые исследователи рассматривают как результат ост¬рой внутренней борьбы за власть между различными фрак-циями в Ватикане. По мнению немецкой журналистки Вале-ски фон Рокес, автора книги «Verschworung gegen den Papst», изданной в Мюнхене в 2001 г., к этому событию была прича-стна часть курии, враждебная Иоанну Павлу II. Сын убитого позже Роберто Кальви также полагает, что покушение на папу было связано с его переориентацией на «Опус Деи»115.

    В 1982 г., когда разразился скандал с банком «Амброзиа¬но» и Кальви обратился за помощью к «Опус Деи», тот от¬казался помочь, желая финансового разорения своих сопер¬ников. В том же году банкир Кальви был убит, и началось расследование, повлекшее за собой целую цепь событий, приведших к разоблачению большей части верхушки Р-2 и Банка Ватикана, вынужденного в силу своей ответственно¬сти за банкротство банка «Амброзиано» выплатить креди-торам 240 млн. долларов116.

    С ослаблением старой мафиозной группировки соотно¬шение сил в Ватикане изменилось в пользу ордена, который перешел в активное наступление. Предполагается, что фи¬нансовые круги «Опус Деи» вмешались в дело спасения фи¬нансов Ватикана, потребовав в обмен соответствующих при¬вилегий. Уже в ноябре 1981 г. Конгрегация епископов посла¬ла всем епископальным конференциям конфиденциальное информационное письмо, в котором сообщалось, что папа решил придать ордену статус личной прелатуры. Характер¬но, что письмо не имело ни исходящего номера, ни подпи¬си, и представляло собой неофициальный текст, составлен¬ный «Опус Деи», подготавливающим таким образом почву и стремящимся выявить и нейтрализовать возможных про-тивников117.

    28 ноября 1982 г. (день, который опусдеисты стали на¬зывать «исторической датой») Иоанн Павел II принял апо¬стольскую конституцию Ut Sit118, в соответствии с которой ордену, наконец, был присвоен статус «персональной пре¬латуры», выводивший его из-под юрисдикции епархиально¬го управления, превращая фактически в самостоятельный, территориально не ограниченный диоцез. Несмотря на то, что по всем общим католическим вопросам члены ордена подчиняются епископам местного диоцеза, во внутренних делах орден получает полную автономию, и его члены под¬чиняются директивам своих руководителей. Альваро Пор-тильо был назначен прелатом, а в 1991 г. он был рукополо¬жен в епископы119. Надо отметить, что вплоть до настоящего момента «Опус Деи» остается единственной персональной прелатурой в Католической церкви.

    Следующим этапом, укрепившим позиции ордена, ста¬ла осуществленная в 1992 г. ускоренным темпами беатифи-кация (причисление к лику блаженных) Хосемарии Эскри-ва, после которой «Опус Деи» окончательно «вышел из под¬полья», заставив замолчать своих оппонентов. Выяснилось, что он обладает влиятельными покровителями, среди кото¬рых были кардиналы Ратцингер, госсекретарь Анджело Со-дано — человек № 2 в курии, Поль Пупар и др. Орден, в част-ности высоко оценил поддержку Ратцингера, присвоив ему в 1998 г. титул доктора honoris causa Наваррского универси¬тета в Пампелуне, являющегося одним из главных учебных центров «Опус Деи»120. А в 2002 г. состоялась такая же бы¬страя канонизация Эскрива, в результате чего его богослов¬ские идеи стали рассматриваться как часть Священного пре¬дания Католической церкви.

    Католицизм в условиях неолиберальной революции: перестройка сознания

    Благодаря отношениям глубокого доверия между пон¬тификом и «Опус Деи» последний превратился в привиле¬гированный, элитный отряд папы. Некоторые исследовате¬ли утверждают, что орден настолько интегрировался в ок¬ружение Иоанна Павла II, что стал играть доминирующую роль, превратившись по существу в «церковь внутри церк¬ви»121. Ему удалось проникнуть на все уровни системы управ¬ления Св. Престола и, блокируя любую внутреннюю крити¬ку, последовательно проводить свои взгляды. Показательно в этом отношении, что на всех священников, которые критиче¬ски оценивают деятельность «Опус Деи», наложена цензура. Это произошло, например, с иезуитом Педро Мигелем Лямэ, вынужденным оставить пост директора Vida Nueva, с теоло¬гом Джинкарло Рока, позволившим себе заявить, что беати-фикация Эскрива была «ударом» «Опус Деи». Иезуит отец Леншам не имеет права участия в общем собрании ордена с 1981 г. за то, что, будучи директором журнала Choisir, опуб-ликовал материал «Опус Деи: церковь внутри церкви»?», в котором были подробно описаны методы работы ордена122.

    Важно отметить, что сила ордена заключается не в чис¬ленности его членов, представленных в курии, которая на первый взгляд является достаточно скромной. Так, в соот¬ветствии с данными за 2004 г., члены «Опус Деи» облада¬ли 3,6% из тех 500 должностей, которые определяют поли¬тику Ватикана, хотя надо учитывать, что в списках чиновни¬ков различных отделов Ватикана принадлежность к «Опус Деи» не указывается. Кроме того, члены ордена, присутст¬вующие в Ватикане, обычно не знают о других членах организации, работающих там же, и не имеют представления об общей картине123. Но в любом случае, главное — не числен¬ность, а значение тех постов и должностей, которые они за¬нимают, и речь идет о ключевых постах.

    Орден поставил своего человека во главе одного из са¬мых важных отделов в курии — пресс-службы Ватикана. Им стал нумерарий (мирянин) испанец Хоакин Наварро-Вальс, бывший врач-психиатр, работавший журналистом в испан¬ском еженедельнике ABC. Папа испытывал к нему глубочай¬шее доверие, и со временем он стал одной из ведущих фигур в правительстве Ватикана, обеспечивающей создание нуж-ного «имиджа» церкви в течение 22 лет. Его называли «са¬мым могущественным мирянином Ватикана». Как писала га¬зета Figaro, «многие из ответственных лиц церкви интересо¬вались тем влиянием, которое через Наварро-Валльса орден оказывал на понтифика. Элегантный и утонченный, этот официальный представитель папы управлял пресс-службой железной рукой, не останавливаясь перед тем, чтобы приме¬нять санкции или не допускать журналистов, которые ему не нравились. До такой степени, что его даже иногда упрекали в том, что он искажает послания понтифика в соответствии со своими консервативными взглядами»124. При нем пресс-служба отделилась от понтификальной комиссии по свя¬зям с общественностью и превратилась в самостоятель¬ный отдел Государственного секретариата, подчиненный непосредственно папе и являющийся вместе с тем инст¬рументом «Опус Деи». Наварро-Валльс занимался издани¬ем информационного бюллетеня, освещением поездок папы, созданием Информационной службы Ватикана, выходом в Интернет и др. Он сопровождал понтифика во время отды¬ха и выступал в качестве его доверенного лица125.

    Другой важной фигурой, также формирующей образ Ва¬тикана, стал профессор Священнического общества Свято¬го Креста Йаго де ля Сиерва, вставший во главе созданно¬го в 2004 г. международного телевизионного агентсва Rome Reports, освещающего в средствах массовой информации все главные события, касающиеся церкви и деятельности понти¬фика126. Еще один член ордена кардинал Хулиан Эрранс Касадо был непосредственным советником папы и возглавлял Понтификальный совет по законодательным текстам и дис¬циплинарную комиссию (местное министерство юстиции) вплоть до своего ухода в феврале 2007 г. в силу преклонно¬го возраста. Именно он отвечал за интерпретацию значения и подтекста Кодекса канонического права, готовил декреты, тексты и проводил в жизнь решения понтифика. Член «Опус Деи» стоял и во главе службы персонала Ватикана (местного отдела кадров) — это был мирянин Джио Мария Полес.

    Будучи представлен во всех отделах административно¬го аппарата, конгрегации и понтификальных советов, орден находится в курсе всего, что происходит в церкви. В Рим к нему стекается информация из всех подразделений, в ко¬торых благодаря жесткой системе подчинения и дисципли¬ны составляются подробные отчеты о деятельности каждо-го члена ордена — такой возможности, естественно, лишены местные епископы и священники. А надо отметить, что чис¬ло представительств «Опус Деи» за последние 20 лет воз¬росло в два раза: если в 1980 г. его отделения функциони¬ровали в 43 государствах, в 2001 г. — в 60, то в настоящее время — в 87 странах и насчитывают 1654 прихода и цен¬тра пастырской опеки127. Не менее важным фактом является деятельность ордена на международном уровне в политиче¬ской и экономической сферах, в международных организа¬циях и транснациональных структурах.

    Все это обусловило уникальную роль «Опус Деи» внутри церкви: аналитики называют его неофициаль¬ным центром ватиканской спецслужбы или главной раз¬ведывательной службой папы, выполняющей важнейшие политические миссии благодаря использованию своеобраз¬ных методов и способов проникновения. Для его деятель¬ности характерны закрытый, секретный характер и «точеч¬ная» работа, то есть привлечение конкретных влиятельных, а по возможности, ключевых фигур, которые и становятся ядром «агентуры влияния» Ватикана. Орден не имеет офи¬циальных списков своих членов, сами члены не должны афишировать своей принадлежности к организации и хра¬нят в тайне все, что касается методов их работы, в силу чего трудно установить и те учреждения, которые с ним связаны. К тому же не существует и официальных финансовых отче¬тов, а печатный орган ордена «Хроника» доступен только нумерариям.

    Главные направления деятельности «Опус Деи», пред¬ставляющие для руководства Ватикана первостепенное зна¬чение — это, во-первых, обеспечение интеллектуальных раз¬работок стратегического значения и, во-вторых, контроль над финансами.

    Что касается первого, то орден призван решать важней¬шую идеологическую задачу, заключающуюся в такой пере¬стройке сознания европейских элит, которая обеспечивает полное принятие основных положений того англосаксонско¬го неолиберального проекта, который стал последователь¬но осуществляться с конца 70-х годов и вошел в свою за¬вершающую стадию в 90-е годы. Идеологические установ¬ки ордена, представляющие собой своеобразный симбиоз неолиберализма и религиозного фундаментализма, явились фактически католическим аналогом теории экономиче¬ской свободы Ф. Хайека и стали основой для разработки соответствующих учебных и исследовательских программ, осуществляемых в контролируемых орденом институтах и образовательных центрах128. Известно, что ордену принад¬лежит 15 университетов (недавно под его начало был пе¬редан новый центр католического образования — Папский университет Св. Креста в Риме), 11 финансово-коммереч-ских школ, 97 учреждений технического образования и 170 студенческих общежитий. Кроме этого, члены ордена рабо¬тают в 500 университетах, более чем 600 газетах и журналах, на 52 радио- и телевизионных станциях, в 38 информаци-онных агентствах и 12 кинокомпаниях129. Показательно, что и во главе престижной Папской духовной академии (шко¬лы ватиканских дипломатов) стоял опусдеист архиепископ Юсто Мюллор.

    Многие из своих идей «Опус Деи» черпает из теорий американского Института изучения религии и свободы им. Актона (Мичиган), созданного в 1990 г. Его разработки направлены на разъяснение значения связи между верой и свободой для самореализации человека в его мирской дея¬тельности. Он занимается подготовкой религиозных лиде¬ров различных деноминаций, бизнесменов, предпринимате¬лей, преподавателей на основе экономических принципов, тесно увязывая веру с экономическим мышлением. И ес¬ли религиозных лидеров здесь обучают проведению в жизнь принципов экономической науки., то предпринимателей учат более полно воплощать религиозные принципы в своей про-фессиональной деятельности и вести «более этичный образ жизни».

    Одним же из главных центров распространения этих идей в Европе является основанная в 1986 г. Международ¬ная академия философии в Лихтенштейне (LAP). Акаде¬мия была создана при покровительстве лихтенштейнско¬го принца Ханса Адама II и при активном участии финан¬сов Ватикана, хотя в реальности деньги поступали из США. Инициатива исходила от брата принца, консорция Лихтен¬штейна Николауса, представителя Лихтенштейна в Сове¬те Европы, который почти одновременно с созданием ака¬демии стал послом княжества в Ватикане. Сам Ханс Адам II получил образование по специальности «бизнес и финан¬сы», окончив университет Сан-Галлена в Швейцарии и прой¬дя стажировку в лондонских банках. В 1970 г., основав Фонд князя Лихтенштейна, он стал финансовой главой государст¬ва, после чего здесь были введены налоговые льготы, а нало¬говые преступления перестали рассматривается как уголов¬ное преступление. В силу этого, а также благодаря повышен¬ной секретности банковских вкладов и легкости регистрации бизнеса Лихтенштейн превратился в один из крупных фи-нансовых центров Европы, входящих в число трех круп¬нейших «налоговых убежищ» планеты. Сам князь, по дан¬ным издания The Forbs, занимал в 2008 г. шестую позицию в рейтинге самых богатых монархов мира, обладая состояни¬ем в 5 млрд. долл.130. В 2004 г. Ханс Адам II официально пе¬редал функции управления государством своему старшему сыну — наследному принцу Алоису.

    Академия в Лихтенштейне, в свою очередь, тесно свя¬зана с польским Люблинским католическим университе¬том, в котором преподавал Кароль Войтыла, будучи профес¬сором этики и нравственного богословия. В последнем сло¬жилась своя теологическая школа, которая основывается на доктрине так называемой «вечной философии», в соответст¬вии с которой все вещи изначально делятся на плохие и хо¬рошие, а люди — на морально плохих и морально хороших, что фактически обосновывает тот элитарный подход, кото-рый так характерен для «Опус Деи». Это философско-духов-ное течение, к которому принадлежит персонализм Кароля Войтылы и других польских теологов, тщательно изучается в IAP, и именно на этом фундаменте он стремится произве¬сти «духовное обновление Европы». Ректор Академии Йо-зеф Серферт даже говорит о Школе ЛЛ (Люблин-Лихтен¬штейн), которую можно считать основным инструментом распространения господствующей католической этики131.

    На основе неолиберально-религиозных мировоз-зренческих установок формировалось уже новое поколе¬ние европейских политиков, финансистов, экономистов, пришедших на смену старым кадрам в конце XX — начале XXI века. Показателем эффективности работы «Опус Деи» стали его успехи во Франции — стране с традиционно свет¬ской культурой. Интенсивная инфильтрация опусдеистов началась при президенте Ж. Шираке, совершившем в 1996 г. визит в Ватикан, который французские лидеры не посещали с 1959 г. Членами или симпатизирующими ордену являлась большая часть министров и советников Ж. Ширака, различ¬ных функционеров, работающих и сегодня, при новом пре¬зиденте Н. Саркози. В экономике наиболее значимые фигу¬ры — это главы страховых компаний АКСА и АЖФ, дирек¬тор фирмы Шнейдер, хозяин Рено и др132. Большие симпатии к «Опус Деи» всегда проявлял и ультра-либерал, мондиа-лист Мишель Камдессю — бывший директор-распоряди¬тель МВФ, после своей отставки пристроенный орденом в понтификальную комиссию «Справедливость и Мир»133.

    Другая главная забота «Опус Деи» — финансовое обес¬печение и управление средствами Св. Престола. Благодаря обширной сети фондов и банков орден концентрирует в своих руках крупные суммы, основная часть которых идет от высокопоставленных нумерариев, обязанных завещать в пользу ордена все свое имущество134. Все живущие в цели¬бате отдают свои деньги орденской организации, которая после отчисления определенной месячной суммы, перево¬дит их в Банк Ватикана. Примерную месячную сумму, полу-чаемую от нумерариев, можно оценить в 14,8 млн. евро135. В казну ордена поступают также наследства, пожертвова¬ния. В итоге одно только итальянское казначейство могло рассчитывать (до введения евро) на 50 млрд. лир в год, что намного больше суммы, собираемой Ватиканом во все мире с помощью кампании «обол святого Петра».

    Благодаря «Опус Деи», превратившемуся во влиятель¬нейшую финансовую силу, Католическая церковь, в соответ¬ствии с утверждениями многих наблюдателей в Италии, об¬ладает сегодня гораздо большей властью над банками, не¬жели это было в эпоху христианских демократов136. Главной опорной структурой Св. Престола остается Банк Ватикана, который после разоблачения банкирско-мафиозной группи¬ровки Марцинкуса сумел восстановить свои позиции в ре¬зультате соответствующей реформы, предпринятой Иоан¬ном Павлом II в целях создания «положительного» имиджа ИДР. Для осуществления контроля за деятельностью ИДР и назначения его генерального директора был создан Выс¬ший совет, состоящий из 5 экспертов мирян-католиков, спе-циалистов по банковскому делу, назначаемых комиссией из 5 кардиналов, которая в свою очередь формируется папой на 5 лет. Первым генеральным директором банка стал нью-йоркский бизнесмен, член совета директоров Manufacturers Hanover Corp Томас М. Мачиоче137. А в 1994 г. впервые в сво¬ей истории банк стал объектом аудиторской проверки не¬зависимой организации Price Waterhouse. В начале 90-х го¬дов во главе банка встал известный банкир Лнджело Калойа. В 1999 г. были предприняты действия для его смещения, чтобы заменить Гансом Титмейером, бывшим президентом Бундесбанка, смещенного ЕЦБ. Однако Калойа удержался на посту, благодаря личному вмешательству папы, заявившего: «До тех пор, пока я буду жив, никогда немец не будет стоять во главе финансов Ватикана»138.

    Важно также отметить, что, начиная с 80-х годов, в фи¬нансах церкви значительно повысилась роль США, в кото¬рых существует самая богатая католическая община. Имен¬но сюда стали перемещаться инвестиции Ватикана, а в 1987 г. в Вашингтоне был открыт специальный фонд Иоан¬на Павла II, сумма инвестиций которого в 1998 г. составила 44 млн. долл.139

    Восточная политика Иоанна Павла II: «священный союз» с Вашингтоном

    В начале 80-х годов, в условиях взятого на Западе курса на неолиберальную перестройку и крайнее обострение «хо¬лодной войны», Ватикан поставил перед собой задачу до¬биться восстановления своего международного политиче¬ского веса и влияния за счет укрепления позиций в стра¬нах Восточной Европы. Поскольку и для Ватикана, и для США эти государства превратились в главную арену геопо¬литического противоборства с СССР, их стратегические ин¬тересы здесь полностью совпали. Обе силы воплощали друг для друга соответствующий противовес коммунизму: Вати-кан — идейный, а Вашингтон — военно-политический.

    В 1985 г. в своей статье в журнале «Трайелог», Збигнев Бжезинский в связи с этим укажет: «Я считаю, что все, что делает папа Иоанн Павел II, имеет первостепенное историче¬ское значение. Необходимо покончить с расколом Европы и вернуть великую и бессмертную Россию в лоно христианского сообщества и рыночной экономики»140. Ту же определяющую роль понтифика выделил и М. Горбачев, заявивший в марте 1992 г. на страницах туринской газеты «La Stampa»: «Теперь можно сказать, что все, что произошло в Восточной Ев¬ропе в последние годы, было бы невозможно без папских громадных усилий и роли, которую он играет в политике на мировой арене. Я думаю, что очень значительные шаги, которые мы предприняли в нашей стране, имели значение в развитии отношений с Ватиканом. Папа Иоанн Павел II будет играть громадную политическую роль теперь, когда в евро¬пейской истории наступили глубокие перемены»141.

    Взаимные интересы Ватикана и Вашингтона стали осно¬вой для совместных действий в Восточной Европе, в подготовке которых одну из главных ролей также сыграл «Опус Леи»- Орден использовал свои связи с североамерикански¬ми кланами итальянской мафии, а также близкие отношения личного секретаря папы и главы «польской группы», контро¬лирующей понтифика, архиепископа Станислава Дзивича142 с американскими членами Трехсторонней комиссии (одной из важнейших теневых структур мирового управления), и в Первую очередь с 3. Бжезинским, бывшим помощником Дж. Картера по национальной безопасности. В связи с этим важ¬но отметить, что некоторые исследователи, как, например испанский священник Лопес Саес, считают, что вопрос о са¬мом приходе Войтылы к власти решался в 70-х годах в Белом Доме и в бизнес-кругах США и что именно Бжезинский, тес¬но связанный с Дзивичем, и кардинал Филадельфии Куроль (также поляк) ввели будущего папу в круг людей, приближен¬ных к власти в Вашингтоне143. И тот же 3. Бжезинский, регу¬лярно переписывавшийся с понтификом, а также Йозеф Том-ко, глава Отдела пропаганды Ватикана, бывший тогда главой SP, разработали так называемую операцию «Отрытая книга», целью которой было наводнить антикоммунистической ли¬тературой страны Восточной Европы, Украину и Прибалти¬ку для дестабилизации ситуации в СССР. Координировали эту операцию ЦРУ и Священный Альянс через работавших на этих территориях священников144.

    Польша была решающим звеном противостояния, и именно сюда в 1979 г. Иоанн Павел II совершил свой пер¬вый восточноевропейский визит, ставший отправной точ¬кой для решительных перемен. В августе 1980 г. было под¬писано знаменитое «Гданьское соглашение», ратифициро¬вавшее создание «Солидарности» — первого независимого профсоюза за «железным занавесом», возглавляемого Лехом Валенсой, который становится главным объектом внимания Св. Престола. Как говорил Иоанн Павел II, «Валенса послан самим Провидением». Ватикан считал, что в случае победы профсоюза, взрывная волна докатится до Украины, Прибал¬тики, Балкан и, возможно, Чехословакии, что в итоге приве¬дет к полному распаду социалистического лагеря.

    В связи с этим глава Священного Альянса Поджи по¬лучил от папы приказ внедрить своих агентов в «Солидар¬ность» и сделать эту организацию более открытой, чтобы вовлечь в нее прокатолически настроенных представителей интеллигенции. Лучшим агентом СА был польский священ¬ник-иезуит Казимир Пржидатеку, имевший широкую сеть осведомителей в польских профсоюзах. Среди них выделял¬ся отец Янковский, стоявший во главе прихода церкви Свя¬той Бригитты в Гданьске, членом которого как раз был Лех Валенса. Под влиянием Пржидатеку Валенса в итоге ввел в руководство профсоюза редактора католической газе¬ты Wiez Мазовецкого и историка-католика Б. Геремека, по¬сле чего забастовочное движение в Польше перешло под контроль церкви. «Солидарность», поддерживаемая Вати¬каном и получавшая посредством СА финансовые средства через Банк «Аброзиано» из ИДР, начала распространяться по всей территории страны. По данным исследований, пред¬ставленных в книге уже упомянутого священника Лопеса Caeca, «Солидарности» в итоге было передано нелегаль¬но около 500 млн долларов145.

    После избрания президентом Рональда Рейгана между ним и Иоанном Павлом II установились отношения стратеги¬ческого значения. Как писал исследователь Э. Лебек, «в пер¬вые годы правления Рейгана можно было наблюдать появле¬ние убежденных католиков на самых высоких постах, чего прежде в истории Соединенных Штатов никогда не было»14*. Активную роль в сотрудничестве с Ватиканом играли дирек¬тор ЦРУ Уильям Кейси (бывший руководителем избиратель¬ной кампании Р. Рейгана), его заместитель Верной Уолтере, госсекретарь Александр Хэйг, советник по национальной безопасности Ричард Аллен — все католики и (кроме Ал-лена) рыцари Мальтийского ордена. П. Швейцер, автор кни¬ги «Победа», посвященной тайным операциям США против СССР, писал о назначении У. Кейси: «В то же мгновение ро-дился самый влиятельный директор ЦРУ в истории Амери¬ки. Как официально, так и неофициально, он оказался в цен¬тре внешней политики. Согласие президента гарантировало ему место в кабинете, так же как и членство в очень немногочисленном Совете национальной безопасности. А важнее всего было то, что он стал членом Рабочей группы по делам национальной безопасности... Эта группа обладала реальной властью в области внешней политики»147.

    7 июня 1982 г. в Ватикане произошла первая встреча ме¬жду Иоанном Павлом II и Р. Рейганом, в результате которой было заключено соглашение о проведении совместной тайной кампании в Польше в целях разрушения «комму¬нистической империи». Это соглашение, названное «свя¬щенным союзом», было обнародовано журналистом Карлом Бернштайном в журнале «Тайм», получившим информацию от верхов Ватикана и главных лиц американского истеблиш¬мента. Как пишет Д. Калаич, разглашение этого пакта на «всю мировую деревню» имело целью показать всем като-ликам, что Ватикан на стороне нового мирового порядка, и предложить им следовать за понтификом148.

    Как утверждал Ричард Аллен, «отношения с Ватиканом представляли собой один из самых больших тайных союзов во всей истории»149. Именно после этой встречи Рейган вы¬ступил с программной речью в Лондоне, в которой объявил «крестовый поход» против «империи зла». 1983 г. он объ¬являет «годом Библии», что было подтверждено 18 апреля того же года на встрече папы с членами Трехсторонней ко¬миссии, прибывшими в Ватикан почти в полном составе150. А в 1984 г. между Ватиканом и Вашингтоном устанавли-ваются дипломатические отношения, и в США открывает¬ся не менее полусотни центров «Опус Деи» (хотя представи¬тельство ордена в США существует с 1949 г.). Члены орде¬на появляются в Белом доме, в средних и высших эшелонах Пентагона, и с тех пор до настоящего времени влияние ор¬дена не перестает расти.

    Действия Рейгана и папы на польском направлении были полностью согласованы. Рейган заявил Кларку и Кей-си: «Мы не должны вторгаться в страну и от имени наро¬да свергать правительство. Единственное, что мы должны сделать — это воспользоваться «Солидарностью» как ору¬жием, чтобы добиться успеха»151. В итоге, как свидетельст¬вовал американский журналист Карл Бернстайн, «американское посольство США в Варшаве превращается в ведущий центр ЦРУ в социалистическом мире, а Кейси становится «главным архитектором» по вырабатываемой в Польше по¬литике152. 3. Бжезинский сохранил место связного между Бе¬лым домом и ватиканским Священным Альянсом, который выступал в качестве главного эксперта и координатора дей¬ствий западных спецслужб в странах Восточной Европы по проведению секретных операций.

    Ответственным за совместные операции ЦРУ и СА был назначен глава Польско-американского конгресса Ян Новак. Он занимался сбором средств и переправкой их в Польшу для финансирования подпольных изданий, аренды типогра¬фий, пересылки фотокопий и т.д. Благодаря внедренному в польское Министерство обороны агенту, которым был адъ¬ютант генерала Ярузельского Ришард Куклинский, Священ¬ный Альянс получал важную информацию, передаваемую Вашингтону. Другим активным участником операции «Поль¬ша» был представитель папы в Вашингтоне архиепископ Пио Лаги, с которым регулярно встречались Кейси и Кларк. Че¬рез них, минуя нормальные каналы государственного депар¬тамента, проходила вся информация, касавшаяся Польши 153.

    Все основные решения Рейган, Кейси и Кларк прини¬мали в тесном контакте с папой, с которым Верной Уолтере с 1981 по 1988 гг. встречался 7 раз, а Кейси — 15. Предста¬вители администрации Рейгана позднее признавались, что по уровню осведомленности и анализа ситуации в Польше ксендзы опережали американских разведчиков и диплома¬тов154. Так, Хейг заявил: «Вне всякого сомнения, информа¬ция, которую поставлял Ватикан, абсолютно превосходила нашу по всем параметрам — и по качеству, и по оперативно¬сти». А архиепископ Лаги свидетельствовал: «Моя роль за-ключалась в том, чтобы облегчить связь между Уолтерсом и святым отцом. Святой отец знал своих людей. Ситуация была чрезвычайно сложной, и нужно было решать, как на¬стаивать на правах человека, свободе религии, как поддер¬живать «Солидарность»... Я говорил Вернону: Слушайте святого отца, у нас 200-летний опыт в этом деле»155.

    8 лет Ватикан и Вашингтон вели свою «битву за Поль¬щу». В апреле 1989 г. Лех Валенса и представители польско¬го правительства подписали, наконец, Соглашение о поли¬тических и экономических реформах, а в мае Польская ка¬толическая церковь получает статус, не имеющий аналогов в других восточноевропейских странах: ей была возвраще¬на собственность, конфискованная в 50-е годы и разреше¬но создавать собственные учебные заведения. В июне того же года представители «Солидарности» одержали победу на парламентских выборах, а ее кандидат Тадеуш Мазовецкий избирается премьер-министром. В 1990 г. Лех Валенса ста¬новится президентом страны и, что характерно, желая из¬бавиться от признаков социалистической системы даже на уровне символов, он получает свои полномочия не от закон¬ного президента Ярузельского, а от президента Польши в изгнании (в Лондоне) Рышарда Качоровского.

    Выборы в Польше 1989 г., выигранные «Солидарно-стью», запустили цепную реакцию, которая привела к па¬дению коммунистических режимов в других социалистиче¬ских странах и закончилась разрушением Берлинской стены в декабре 1989 г., так что роль «святого отца» в этих дест¬руктивных процессах действительно оказалась во многом определяющей.

    Значительное влияние Ватикан оказал также на собы¬тия в Венгрии и особенно в Югославии, где его задачей было обеспечение достижения независимости Словении и Хорва¬тии как «католического бастиона» на восточном фланге ЕС. Воспроизводя опыт времен Второй мировой войны, здесь он действовал уже в тесной взаимосвязи с Германией, игравшей ключевую роль в дезинтеграции Югославии. Националисти¬ческие круги хорватского клира пытались представить Хор-ватию как «балканскую Польшу», в которой католическая вера призвана была стать главным вектором сопротивления «белградскому коммунистическому сербскому режиму», и соответственно все силы здесь были брошены на разверты¬вание антисербской информационной кампании, призван¬ной привлечь европейское общественное мнение к угнетен¬ному положению католиков.

    В апреле 1991 г. Иоанн Павел II выступил с речью, в ко¬торой заявил о необходимости политических изменений в Югославии, выделив культурные, исторические, религиозные и лингвистические различия ее народов156. После того, как в июне 1991 г. Словения и Хорватия провозгласили в односто¬роннем порядке свою независимость и спровоцировали этно-гражданскую войну в Югославии, Ватикан развернул актив¬ную деятельность, направленную на их международное при-знание. В ноябре того же года кардинал Содано пригласил послов США, Франции, Великобритании, Бельгии, Италии, Германии и Австрии для ознакомления их с позицией Ватика¬на и настаивал, чтобы их страны признали Словению и Хор¬ватию в течение месяца. Посол США Мелади, описавший эту встречу, был убежден, что между Ватиканом, Германией, Ита¬лией и Австрией уже существовали предварительные догово-ренности, поскольку послы этих стран с воодушевлением под¬держали предложение Св. Престола157. 13 января 1992 г. Вати¬кан вторым после Германии (которая это сделала 23 декабря 1991 г.) признал отделившиеся республики, и только 15 янва¬ря независимость Хорватии и Словении признали остальные страны Европейского сообщества (тогда еще ЕЭС).

    Когда на территории Словении и Краины неоусташи на¬чали новый геноцид сербов, попытки Югославской народной армии защитить их были названы понтификом «агрессией», и он потребовал от Европейского союза организации отпора «интервенции», поддержав кампанию немецких и австрий¬ских СМИ по демонизации сербов. При этом игнорировались те зверства, которые творили неоусташи против сербов, вос¬производя практику периода существования Независимого Государства Хорватии 1941—1945 гг. В дальнейшем, во вре¬мя военных действий в Боснии и Герцеговине папа полно¬стью поддержал антисербские акции западных стран, одоб¬рив бомбардировку силами НАТО сербских позиций. Во вре¬мя косовского конфликта Св. Престол поддержал албанских сепаратистов в Косово, а в 1998 г. одним из первых мировых лидеров потребовал проведения энергичных акций против Сербии. Особо вопиющим фактом стала беатификация Ио¬анном Павлом II загребского архиепископа Алоиза Степинца, с благословения которого осуществлялся геноцид право¬славных сербов в годы Второй мировой войны.

    Таким образом, Ватикан оказался активным соучастни¬ком перестроечных процессов в Восточной Европе, отстаи¬вающим свои стратегические интересы с помощью новейших методов религиозной геополитики. Стремясь к объедине¬нию Европы, он открыто поддержал экспансию Европей¬ского союза на восток, однако программа Иоанна Павла II включала в себя не только восстановление влияния Ватика¬на в католических странах бывшего соцлагеря, но и его ут-верждение в тех странах, которые были потеряны в резуль¬тате «великой схизмы», поэтому Украине, Белоруссии и Рос¬сии папа уделял особое внимание.

    Ватикан сыграл незаменимую роль в качестве посредни¬ка в налаживании связей Запада с советским руководством и в перестроечных процессах на Украине.

    В 1988 г. Горбачеву в Москве через государственного секретаря Ватикана кардинала Агостино Казароли было пе¬редано послание от Иоанна Павла II, в результате чего 1 де¬кабря 1989 г. состоялась встреча между Горбачевым и па¬пой в Ватикане, в течение которой они 70 минут беседовали с глазу на глаз в личной библиотеке понтифика. По завер¬шении беседы советская делегация отбыла на Мальту для встречи с Д. Бушем-старшим.

    После этой встречи начинается активизация деятельно¬сти католиков в Советском Союзе. В первую очередь легали¬зуется деятельность униатов, которым были предоставлены значительные льготы в ущерб Русской православной церк¬ви. В Западной Украине начинаются регулируемые из одного центра демонстрации униатов против православных, погро¬мы и захваты их храмов, сопровождаемые избиением и над-ругательством над священниками и мирянами. В итоге на Га-личине были разгромлены три православные епархии — Тер-нопольская, Ивано-Франковская и Львовская. В последней из 1 тысячи существовавших там приходов осталось только 40. А в 1990 г. производится раскол в Украинской православ¬ной церкви Московского патриархата и образуются Украин¬ская православная церковь Киевского патриархата и Украинская автокефальная православная церковь. Восстанавли¬ваются католические приходы на западных землях Украины и Белоруссии по состоянию на 1 сентября 1939 г. Через част¬ные приглашения начался мощный заброс миссионеров, ме¬стные власти выделяют значительные бюджетные средства на восстановление храмов. В итоге если в 1992 г. здесь было 92 католических прихода, то в 1996 г. — уже 651 и действо¬вали 22 монастыря, 193 воскресные школы, две семинарии и Высший колледж св. Фомы при Киевском университете.

    В 1991 г. в России также были восстановлены иерархи¬ческие структуры Католической церкви, переставшие суще¬ствовать с конца 20-х гг., и католики перешли к активной прозелитической деятельности. Если до революции в Рос¬сии существовало 150 католических приходов и 2 епархии (Могилевская и Тираспольская), то теперь — более 200 при¬ходов и 4 епархии, объединенные в «церковную провинцию» Римско-католической церкви во главе с митрополитом. Это епархии на севере европейской части России с центром в Москве, на юге европейской части России с центром в Сара¬тове, в Западной Сибири с центром в Новосибирске и в Вос¬точной Сибири с центром в Иркутске. Католическая церковь стала вести широкую проповедническую и миссионерскую работу на территории, которая является «канонической тер-риторией» православия, фактически ставя его под сомнение. В 1992 г. в России официально начал свою деятельность об¬щество иезуитов, которое открыло свои филиалы в Новоси¬бирске, Калининграде, Санкт-Петербурге и Москве.

    Важным событием стало первое посещение папой в июне 2001 г. независимой Украины с так называемым «го¬сударственным визитом» по приглашению тогдашнего пре¬зидента Украины Л. Кучмы. Он состоялся вопреки много¬тысячным протестам православных верующих. В ходе этого визита папа не только побывал в Киеве и Львове, но и про¬вел богослужения в этих городах, что явно выходило за рам¬ки задекларированного властью «государственного визита».

    Такое активное участие Ватикана в союзе с Вашингто¬ном призвано было «духовно» узаконить осуществлявшую¬ся в восточноевропейских странах смену власти. Как писал сербский исследователь Драгош Калаич, папу побудило пой¬ти на это состояние всеобщего упадка католицизма на За¬паде и «горькое сознание, что последние очаги, хранящие пламень католической веры, достойно горят лишь в стра¬нах Восточной Европы, прежде всего в Польше и Хорва¬тии. Можно заключить, что папа пошел на союз со стратега¬ми «нового мирового порядка», будучи убежден, что разру¬шение «коммунистической системы» освободит огромные массы энергии, а уж они возожгут угасшие огни веры на пе¬пелищах Запада. От «Священного Союза» Войтыла ожидал огромного обогащения новыми стадами с Востока посред¬ством Унии, обещанной ему жрецами «мондиализма». Вой-тыла верил, что гибель левой половины материалистиче¬ского мира и процессы объединения Европы по проектам «вольных каменщиков» ЕЭС помогут возродить католичест¬во, то есть произойдет обратное планам инициаторов «Свя¬щенного Союза».

    Но, несмотря на сопротивление католиче¬ской церкви, в странах посткоммунизма распродажа и хи¬щение народного добра... одновременно сопровождается и секуляризацией общественного сознания, трагически зна¬менуя начало нового, куда более страшного наступления на христианство... В свое время папа Войтыла дал выход сво¬ей радости: «Я стою сейчас на развалинах одной из многих Вавилонских башен в человеческой истории». Тогда он еще не подозревал, что, приняв участие в разрушении комму¬нистической Вавилонской башни, он тем самым открыл доступ к материалам для достройки другой, куда боль¬шей Вавилонской башни, называемой «новый мировой порядок»158.

    Ранее сайт «UepKBa.info» уже обнародовал мнение главы Информационного управления Киевской Патриар¬хии епископа Евстратия по поводу публикаций некоторых СМИ отрывков из интервью Вселенского Патриарха Варфо¬ломея каналу «Россия 24». В этих публикациях сообщалось, что якобы Патриарх Варфоломей призывает «украинских раскольников вернутся в каноническую Церковь».

    Что же на самом деле сказал Патриарх Варфоломей в интервью?

    Частично понять это дает возможность видеозапись, размещенная на сайте «Вести». Из этой записи видно, что ясно и понятно звучат лишь вопросы ведущего на русском языке. Из ответов Патриарха слышны только отрывки слов на греческом языке, полностью перекрываемые читающим русский перевод диктором.

    Судя по переводу, диктор не вполне знаком с церков¬ной терминологией. Так, он говорит о «вопросе дипликов» (6:34), хотя на самом деле термин звучит как «диптих», и оз¬начает порядок списка Поместных Церквей и их Предстоя¬телей. Точно так же диктор говорит о каком-то «экономиче¬ском порядке» - хотя непонятно, имеет ли в виду Патриарх «канонический», т.е. законный порядок, или же «икономи-ческий порядок», т.е. порядок внутреннего управления или подход к разрешению разных вопросов с позиции снисхож¬дения и милости.

    После предложения о совместном праздновании дня святых Кирилла и Мефодия следует очевидный смысловой разрыв и видны следы монтажа. Смысл последней части от¬вета на вопрос об украинской ситуации в изложении дик¬тора вообще туманен. Вполне возможно, что в своем отве¬те Патриарх хотел сказать о том, что Константинопольская Церковь - Матерь и для Русской Церкви, и для Украинской.

    Стоит обратить внимание и на то, что вопрос постав¬лен некорректно и, если знать позицию Константинополя, запутанно, если не манипулятивно. Никаких фактических подтверждений того, что «многие отпавшие находят путь в лоно Матери-Церкви» нет: в масштабе Украины лишь счи¬танные единицы - даже не десятки - священников перехо¬дят из Киевского Патриархата в Московский. А если учесть, что Матерью-Церковью для Украины Константинополь счи-тает себя, а не Московский Патриархат, то и вопрос, и ответ на него звучат весьма двусмысленно.

    Следует также отметить, что интервью явно смонтиро¬вано (ведь не слышно ни перевода вопросов, ни перевода от¬ветов для самих участников интервью). И не стоит также за¬бывать, что канал «Россия 24», как и сайт «Вести» - госу¬дарственные российские структуры, явно заинтересованные в том, чтобы поддерживать мифы московской пропаганды в отношении церковной ситуации в Украине.

    Итак - текстовая расшифровка: (8:26) Корр.: Давайте вернемся на территорию Русской Православной Церкви. На Украине Церковь много лет стра¬дает от раскола, но в последние годы многие отпавшие нахо¬дят путь в лоно Матери-Церкви. Некоторые пока сомнева¬ются. Какие слова Вы могли бы обратить к этим людям?

    (8:44) Патриарх Варфоломей: Пускай они не колеблют¬ся, но присоединяются к канонической Церкви, которая яв¬ляется кораблем спасения. Сегодня во время обеда я поже¬лал владыке Блаженнейшему митрополиту Владимиру Киев¬скому, чтобы он еще при жизни сподобился увидеть решение этой украинской проблемы и чтобы раскол прекратил свое существование.

    Поэтому мы не могли оставаться безучастными и то, что делает наша Церковь, она делает это с уважением к дейст¬вующему экономическому (так переводит диктор - Церк-sa.info) порядку. Мы всегда молимся как о русском, так и ук¬раинском народе, потому что оба этих народа являются ду¬ховными чадами Константинопольской Церкви.

    В понедельник мы праздновали вместе со Святейшим Патриархом Кириллом в его Церкви память святых равно¬апостольных братьев Кирилла и Мефодия. ... (очевидный разрыв в тексте. - Церквалп/о) для того, чтобы посвя¬тить, обратить в христианство славянские племена. Созда¬ние (?) наших православных славянских братьев, благород-иость Константинопольской Церкви всегда сильна и нико¬гда не мешается (?), потому что это действительно большой дар, который дала Константинопольская Церковь славян¬ским народам. (09:49)

    Папский проект «Священной Римской империи»

    Объединение Европы под эгидой церкви всегда было ключевой программой Ватикана, и основы интеграции за¬кладывались при его идейном участии. Однако «золотые шестидесятые» годы настолько утвердили светскую модель политического строительства, что церковь не могла открыто претендовать на идейно-политическое лидерство. Но в Ва¬тикане и тогда продолжала доминировать идея, что общеев¬ропейский союз — это лишь этап на пути к мировому объ¬единению или шаг к всемирному сообществу государств, в котором Католическая церковь будет занимать свое почет¬ное место159. После введения в 1962 г. Общей сельскохозяй¬ственной политики журнал «Northwest Technocrat» следую¬щим образом прокомментировал это событие: «...Римский договор будет распространен на все сферы. И старая мечта о возвращении к власти Священной Римской империи, ко¬торая будет направлять мнимые силы западного христиан¬ства, не умерла; ее обсуждают в прихожих всех столиц за-падноевропейского континента, настолько лидеры Общего рынка настроены на реставрацию империи»160. Как написал тогда же вице-президент ЕЭС итальянский католик Карон, «идея объединения Европы отвечает указаниям Божествен¬ного Учителя».

    Но только в начале 90-х годов, после падения двухпо¬люсного мира, Св. Престол, ссылаясь на заслуги католициз¬ма в деле разрушения социалистического лагеря, решитель¬но активизировал усилия, направленные на расширение сво¬его присутствия в европейском интеграционном процессе. Как писал лондонский Sunday Telegraph в 1991 г., «Ватикан имеет вековые планы. Папа Иоанн Павел II — это самый политический папа современной эпохи. По мнению папы, фе¬дералистские планы Общего рынка, перспектива вступле¬ния в него стран Восточной Европы и хаос в бывшем Со¬ветском Союзе дают католицизму наилучшие со времен падения Наполеона или Реставрации шансы укрепить свою политическую роль. Сам Общий рынок обязан своим нача¬лом усилиям католических политиков... Социальная хартия Европейского союза и социализм Жака Делора, председате¬ля Европейской комиссии — все пропитаны идеями соци¬альной доктрины католицизма. Если европейский феде¬рализм ее реализует, Европейский союз преобразится в империю. Но только вместо императора она будет иметь папу. Вряд ли Войтыла этого не сознает». «Папа спокойно готовится вновь надеть на себя мантию, которая ему при¬надлежит, будучи торжественно убежден, что Божественное право накладывает на него миссию распространения своей власти как императора Священной Римской империи от Ат¬лантики до Урала»161.

    Иоанн Павел II неоднократно и настойчиво заявлял, что верность Европы принципам светскости приведет ее к по¬тере своей «идентичности», а отказ от признания христи¬анского наследия закончится крушением самого интегра¬ционного проекта. Но истинное христианство у него было воплощено именно в католицизме. Это было вновь подчерк¬нуто в энциклике декларации Конгрегации доктрины веры «Dominus Iesus», изданной в 2000 г., в которой говорилось, что «существует единственная Церковь Христова, пре¬бывающая в Католической Церкви, руководимой Преем¬ником св. Петра и епископами, состоящими в общении с ним». В других церквах Христова Церковь не пребывает, а присутствует и действует — «им не хватает полного обще¬ния с Католической Церковью и они не принимают учения о первоверховной власти, которой, по воле Божией, обладает Епископ Рима, осуществляющий ее во всей Церкви». «Мы заявляем, говорим, уточняем и прокламируем любому человеческому существу, — говорится в ней, — что отно¬сительно его спасения оно полностью зависит по необхо¬димости от Римского Понтифика» 162.

    Как заметил в связи с этим представитель протестант¬ского лагеря английский журналист «The Spectator» Адри¬ан Хилтон, говоря о просьбах папы и многих известных ка¬толических политиков и епископов ввести слово «Бог» в но¬вую европейскую конституцию, «когда Ватикан говорит о Боге, он сам себя рассматривает как несменного правяще¬го заместителя Бога на земле, через которого Бог Себя вы¬ражает»163.

    Подчеркивая ту уникальную роль, которую призван сыграть Ватикан в объединении Европы, понтифик по¬стоянно напоминал, что именно католическая вера создала европейское единство, в ней оно коренится и нельзя устра¬нять ее из публичных дискуссий. В силу этого он добивается не просто признания прав религии, но и признания неких исключительных прав за католицизмом. В своем Пост¬синодальном апостольском обращении «Ecclesia in Europa» (июнь 2003 г.)164, в котором понтифик вновь подчеркнул не¬обходимость введения в конституцию ЕС ссылки на христи¬анское наследие, он заявил: «Единственная и универсальная, присутствующая во всех поместных церквах Католическая церковь может внести исключительный вклад в строи¬тельство Европы, открытой миру. Именно от Церкви ис¬ходит модель единства в многообразии его культурных вы-ражений, сознание принадлежности к универсальному со¬обществу, которое коренится в местных сообществах, но не исчерпывается ими... Поместные церкви являются не про¬стыми сообществами или частными организациями. В дей¬ствительности они развивают свою деятельность в спе¬цифическом институциональном измерении, которое за¬служивает быть выделенным в юридическом плане при полном уважении к гражданскому порядку». То есть для обеспечения «исключительного вклада» в строительство Ев¬ропы Св. Престол требует для себя некого особого закреп¬ленного легального статуса.

    Масштаб ватиканского проекта четко отразился и в усилиях по созданию общеевропейской конституции 2005 г. Хотя религиозные объединения не были приглашены к уча¬стию в подготовке этого документа, они, тем не менее, добились закрепления в конституции двух важных принципов: признания в преамбуле «религиозного наследия Европы» и положения о том, что церкви являются «партнерами» евро¬пейских институтов (хотя и эти новшества вызвали оппози¬цию европейских парламентариев и разделили правительст¬ва стран-членов)165.

    К своей будущей роли Ватикан подготавливает европей¬ское сознание, воздействуя на него и через символы. Харак¬терно, что главный духовный символ ЕС, воплощенный в его знамени и представляемый, как воплощение «совершенства и полноты», на самом деле имеет религиозное происхожде¬ние. В 12-й главе Откровения Св. Иоанна сказано: «И яви¬лось на небе великое знамение: жена, облеченная в солнце; под ногами ее луна, и на главе ее венец из двенадцати звезд». Для католиков жена символизирует Деву Марию, и именно так — на голубом фоне и в ореоле двенадцати звезд — она изображается на многих иконах. Это римско-католический идеал, и показательно, что наиболее известное изображе¬ние Девы Марии в этом образе представлено в витраже цен¬трального собора Страсбурга — города, где заседает Евро¬пейский парламент. Символично и то, что конституция Ев-ропейского союза, как и договор о создании ЕЭС 1957 г., был подписан в «вечном городе» — Риме.

    Что касается непосредственных отношений Ватикана с Европейским союзом, то он довольствуется ролью наблюда¬теля в ЕС, поскольку членство в союзе обязало бы его идти на недопустимые для него политические компромиссы. Но Св. Престол обладает различными механизмами воздейст¬вия на принятие нужных ему решений. Главной опорой в от¬стаивании его интересов в ЕС стал созданный еще в 1980 г. Совет европейских епископальных конференций (СЕЕК), который сформировал своеобразное политического бюро — Комиссию епископальных конференций ЕС (КЕКЕС) (о ее роли будет сказано ниже). Другой влиятельной структу¬рой является Бюро европейских политических советни¬ков (БЕПС), история которого началась в 1992 г., когда Жак Делор, тогдашний председатель Еврокомиссии, создал не¬формальную группу консультантов (Forward Studies Unit), одному из которых было поручено заниматься религиозны¬ми вопросами. В годы президентства Жака Сантера и Рома¬не Проди эта группа превратилась в Группу политических советников (ГПС). Поскольку Проди считал, что религия иг¬рает крайне важную роль в развитии Союза, большинство членов этой группы были практикующими католиками. Те¬перь эта группа преобразована в БЕПС и является важным центром по подготовке политических решений, в рамках ко¬торого ведется диалог с религиями.

    Среди отстаивающих интересы церкви в ЕС организа¬ций нужно выделить также «Европейский католический очаг» (ЕКО), который был основан еще в 1963 г. католиче¬скими функционерами Европейского экономического сооб¬щества. Он представляет собой духовный центр, управляе¬мый иезуитами, где собираются представители различных исследовательских групп, занимающихся решением эконо¬мических и политических проблем ЕС. Ежегодно на собра¬нии всех организаций, связанных с ЕКО, присутствует пап¬ский нунций при европейских институтах (хотя официально такой должности нет), который имеет возможность соби¬рать таким образом всю необходимую информацию о дея¬тельности католического лобби и назначать своих предста¬вителей для участия в различных программах.

    С ускорением в 90-е годы процесса европейской инте¬грации, строительство «общеевропейского дома» становит¬ся приоритетным направлением и для «Опус Деи», кото¬рый со своей идеей «святых мирян» оказался незаменим в деле обеспечения постепенного, но настойчивого выдвиже¬ния Св. Престола на лидирующие идейные позиции. Не слу¬чайно, когда в 1993 г. официального представителя римско¬го центра ордена Джузеппе Кориджлиано спросили, пору¬чил ли Св. Престол «Опус Деи» какую-либо особую миссию, он ответил — «Европа!».

    В 1994 г. Хавьер Эчеваррия, нынешний прелат ордена, решительно призвал его членов «установить линию Мажи-но» против наступления «гедонизма» в Западной Европе, после чего орден резко активизировал усилия, направлен¬ные на проведение в жизнь своих идей на общеевропейском уровне. «Опус Деи» распространяет свои взгляды в ЕС через целую сеть организаций и ассоциаций помощи развитию, ко¬торые проводят многочисленные конференции, посвящен¬ные проектам, большая часть которых финансируется ЕС. Средства поступают через фонды Лимат (Швеция), Рейн-Дунай (Германия) и Итальянский институт университет¬ского сотрудничества (ИУУС), которые тесно связаны меж¬ду собой и сотрудничают на международной арене. ИУУС яв¬ляется главным фондом, обеспечивающим финансирование университетов «Опус Деи» и организующим или спонсирую¬щим ежегодные конгрессы школьников и студентов, на кото¬рых орден рекрутирует новых членов, которые затем посыла¬ются на обучение в Рим. Он имеет свои представительства в Риме, Брюсселе, Бейруте, Гонконге и Маниле и вместе с фон¬дами Рейн-Дунай и Лимат поддерживает Университет Азии и Тихого океана, созданный в 1995 г. на Филиппинах (также субсидируемый ЕС)166. ЕС финансирует не только непосред¬ственные мероприятия ордена, но и национальные проекты, разрабатываемые близкими к нему организациями.

    В том же духе «Опус Деи» работает и в протестант-ских странах Северной Европы и Балтии. Так, в 1998 г. че¬рез год после появления ордена в Финляндии, он основал здесь образовательный центр Interculture European Training Center, который тогда же получил 10 тыс. экю по програм¬ме ЕС «Душа для Европы» для финансирования семинара по этическим и духовным ценностям европейской интегра¬ции. Вдохновителем программы был супернумерарий ор¬дена монсеньор Филипп Журдан, которому было поручено развивать тему «Духовные корни ЕС»167.

    Проведя значительную подготовительную работу, Ка¬толическая церковь предприняла, наконец, в 2001 г. первый решительный шаг, направленный на то, чтобы открыто зая¬вить о себе как об идейном лидере не только в процес¬се европейского строительства, но и в реализации стра¬тегии общемирового масштаба. В этом году специальной группой КЕКЕС по мировому управлению был опублико¬ван доклад с характерным названием: «Мировое управление: наша ответственность за то, чтобы глобализация стала шансом для всех»16*.

    Этот документ явно символизировал духовное едине¬ние церкви с европейской бизнес-элитой, поскольку в ра¬бочую группу кроме представителей епископальных конфе¬ренций и генерального секретаря КЕКЕС вошли такие де¬ловые люди, как Мишель Камдессю (председатель группы), Питер Сутерланд (глава совета директоров Бритиш Петро¬леум и финансовый советник Ватикана, бывший генераль¬ный директор ГАТТ и ВОТ), Отто Рудинг (вице-президент Ситибанка и бывший министр финансов Нидерландов), Ру¬дольф Дольцер (профессор международного права, бывший директор немецкой федеральной канцелярии), Мишель Хан¬сен (бывший гендиректор МОТ) и др.

    Доклад включает в себя три части: 1. «Жить во взаимо¬зависимом мире», 2. «Совокупность ключевых ценностей и принципов, делающих возможным мировое управление» и 3. «Конкретные этапы на пути к управлению». В нем пред¬ложено такое реформирование международных институтов, которое превратило бы их в органы наднационального по¬литического управления миром, «гармонизировав» тем са¬мым политическую и экономическую сферы глобализации. ЕС при этом предлагается в качестве модели или опор¬ной структуры новой системы.

    В предисловии сказано: «Ключевой вывод, содержа-щийся в тексте, заключается в том, что ЕС, учитывая его генезис, архитектуру и то, как он сам себя понима¬ет, а также его ответственность в таких политиче¬ских сферах, как торговля, конкуренция и сотрудниче¬ство в развитии, призван сыграть решающую роль в превращении существующего международного порядка в систему мирового управления. Мы считаем, что Евро¬пейский союз является новаторской моделью региональной интеграции и что он служит примером будущего управле¬ния в других регионах мира, несмотря на еще недостаточ¬ный опыт в некоторых областях политики». В самом док¬ладе говорится: «Без воли государств открытые экономики не согласятся стать открытыми и в политическом пла¬не. В мире, отмеченном растущей взаимозависимостью, Европейский союз являет уникальный и убедительный пример системы управления, основанной на наднациональном и многостороннем политическом сотрудничестве. Но поли¬тическая воля к построению и сохранению системы ми¬рового управления должна быть подкреплена твердыми убеждениями и ценностями»™9.

    Вдохновляясь глобальным виденьем папы Иоанна XXIII, выраженным в энциклике 1963 г. Pacem in Terris, утверждав¬шей «необходимость публичной власти всеобщей компетен¬ции», авторы доклада ратуют за создание Группы мирово¬го управления (GGG — Global Gouvernance Group), которая состояла бы из 24 глав правительств, а также Генерального секретаря ООН и руководителей МВФ, Всемирного Банка, ВТО, МОТ и новой предлагаемой структуры — Всемирной организации по окружающей среде (таковая, видимо, будет создана в связи с проблемой «глобального потепления кли¬мата»), опирающихся, в свою очередь, на исполнительных директоров в административных советах.

    Особое внимание в докладе уделяется подготовке соот¬ветствующего общественного мнения, которое должно об¬ладать «более универсальным видением» и формировать «принятое во всемирном масштабе» поведение. И здесь цер¬ковь призвана сыграть важную роль. Как указывается в до¬кументе, «церкви и другие религии могут информировать друг друга и информировать верующих о глобальных вызо¬вах и призывать к ответственности. Проблемы мирового управления должны быть включены в программы обра¬зования и катехизис. Церкви могли бы превратить тему мирового управления в сюжет экуменического и межре¬лигиозного диалога».

    Из анализа документа можно сделать вывод, что он яв¬ляется программным и явно рассчитан на серьезные пе¬ремены в будущем, при которых Ватикан будет выполнять роль некого общемирового гуру, жестко контролирующего каждый шаг человечества. Похоже, именно кризис 2008 г. и положил начало переходу к «новой эре».

    Двуликость римского экуменизма

    За последние две тысячи лет никто не сде¬лал для иудейско-католического диалога и прими¬рения столько, сколько Иоанн Павел II. Он научил нас, что значит любить всех людей, все творения Божие (...) Он показал нам, как жить и даже — как умирать. Мир лишился великого морального авто¬ритета, своего нравственного компаса. Польша по¬теряла величайшего учителя и героя. Евреи поте¬ряли своего лучшего друга и защитника.

    Главный раввин Польши Михаэль Шудрих

    Укрепление международного влияния Ватикана сопрово¬ждалось расширением внешней открытости католицизма и активной интеграцией его в экуменическое движение, совер¬шаемое с помощью «очищения исторической памяти», рабо¬тавшей на «дело примирения» с другими религиями. Если II Ватиканский собор только наметил эту перестройку созна¬ния, то Иоанн Павел II довел ее до логического конца. Имидж Ватикана-примирителя создавался в период перехода к за¬ключительной стадии развала СССР, так что «теология мо¬рали» нового папы служила прекрасным обоснованием не¬обходимости перехода к постконфронтационному диалогу между Востоком и Западом. В своем обобщающем докладе, который понтифик представил на заседании Европарламента 11 октября 1988 г., он заявил: «Времена наступили благопри¬ятные: мир на Земле, сотрудничество между государствами, права человека, демократия — все это вошло в массовое соз¬нание. На пороге — поиск души: люди должны обрести един¬ство друг с другом, с самими собой, с природой»170.

    Политика Иоанна Павла II отличалась нарочитой откры¬тостью: в 1986 г. он обратился к представителям ведущих религий мира организовать 27 октября Всемирный День молитвы о мире, выбрав для этого уникального события город Ассизи. На это событие прибыло около 60 делегаций хри¬стианских и нехристианских конфессий. Чтобы это событие не оказалось единичным, папа призвал продолжить эту тра¬дицию, а инициативу проведения ежегодных встреч «в духе Ассизи» взяла на себя община Св. Эгидия.

    В целях примирения понтифик предпринял невидан¬ную кампанию по покаянию, заключавшуюся в признании ответственности и вины всего католического сообщества в различных сферах его деятельности в течение десяти по¬следних веков, апогеем которой стал так называемый «эк¬замен совести», провозглашенный в 1994 г. Это закладывало новое понимание апологетики, призванное изменить образ папства в глазах мирового сообщества, обновив и полно¬стью вписав его в современную культуру терпимости и сво¬боды171. Папа торопился завершить этот процесс к 2000 г., чтобы ввести церковь в новое тысячелетие «примирившей¬ся», «обновленной» и «современной».

    Это историческое «исповедание грехов» папа совершал в ходе своих многочисленных поездок (104 поездки в 130 стран, встречи с 426 главами государств), принося извине¬ния и выступая в примиренческом духе. Самокритичные вы¬сказывания папой были сделаны в отношении Галилея, рас¬кола церквей, инквизиции, крестовых походов, американ¬ских индейцев и негров, религиозных войн и интегристов, раскола с Востоком.

    Политическая конъюнктура заставила папу пойти и на такой беспрецедентный шаг, как изменение позиции церкви в отношении масонства. В январе 1983 г. был принят новый ко¬декс канонического права, в котором уже отсутствовал дей¬ствовавший 200 лет канон 2335, запрещавший католикам под страхом отлучения от церкви пребывание в масонских ло¬жах. Он был заменен каноном 1374, в котором говорится, что «тот, кто дает свое имя ассоциации, которая работает против Церкви, будет наказан справедливым наказанием; но тот, кто продвигает или руководит такой ассоциацией, будет наказан интердиктом», то есть масонство не упоминается в качестве конспирологической организации, но и не разъясняется, что такое «ассоциация, работающая против церкви». За устране¬ние старого канона были многие руководители церкви, обос¬новывающие это тем, что латинское масонство уже эволю¬ционировало в сторону более слабого антиклерикализма, а церковь — ко все большей открытости172.

    Однако такой откровенный шаг навстречу исконным противникам церкви, видимо, испугал само церковное руко¬водство, так как 26 ноября того же года Конгрегации док¬трины веры выпустила декларацию, в которой указыва¬лось, что католикам запрещается членство в любых масон¬ских организациях (запрет был подтвержден Ватиканом в марте 2007 г.). Возможно, что в изменении позиции сыграл свою роль и скандал, связанный с тем, что в октябре 1983 г. итальянский журнал «Oggi» напечатал в одном из своих но¬меров фотографию, на которой папа Иоанн Павел II присут-ствует на масонском банкете: он включен в «братскую цепь» со скрещенными руками, образуемую гостями-масонами во¬круг банкетного стола. Этот номер чуть не подвергся кон¬фискации173.

    Одним из важных итогов политики «возведения мос-тов» было сближение с лютеранами. Иоанн Павел II стал первым понтификом, посетившим лютеранскую церковь в Риме, где принял участие в экуменической «литургии мира». А в 1999 г., в преддверии 2000-летия Рождества Хри¬стова, католики и лютеране подписали совместную деклара¬цию в Аугсбурге, положившую конец взаимным доктриналь-ным осуждениям и разделявшим их богословским спорам о том, как происходит оправдание христианина — только ве¬рой или верой и добрыми делами. В декларации, в частно¬сти, говорилось: «Вместе мы исповедуем, что нас принима¬ет Бог и что мы стяжаем Святой Дух, Который обновляет наши сердца, укрепляет нас и призывает к добрым делам — не на основе наших заслуг, но только через благодать и веру в спасительное дело Христово». Как заявил профессор тео¬логии при Католическом университете Вашингтона Иосиф Комочак, это соглашение «говорит о том, что доктрина, ко¬торую Лютер считал основой Реформации, и побудила его начать ее, не является достаточно серьезным источником различий между католиками и лютеранами, дабы оправ¬дать разделение церквей» и что этот документ стал «од¬ним из самых важных экуменических моментов нашего сто¬летия»174. Сближение между католиками и протестантами продвинулось так далеко, что уже служатся совместные ка-толическо-лютеранские литургии, при которых священник одной церкви произносит слова пресуществления над хле¬бом, а священник другой церкви — над чашей.

    При Иоанне Павле II было положено начало и диалогу с мусульманами, который проходит как в теоретической (док-тринальной), так и в практической сферах. В практическом плане церковь «во искупление грехов крестовых походов и реконкисты» стала брать на себя роль посланницы ислама в Европе, проявляя инициативу или соглашаясь на реализацию проектов строительства мечетей, как это было, например, в Лионе, Мадриде и Риме. Но если в данной сфере диалог мо¬жет развиваться, не ставя под вопрос основные доктриналь-ные положения обеих религий, то в сфере теоретическо¬го поиска «нового измерения богословия» он заводит като¬лицизм настолько далеко, что грань между философскими системами начинает просто стираться. Некоторые разделы классического богословия перестраиваются, Священное Пи¬сание перечитывается, допускается прочтение традиций од¬ной культуры в свете традиций другой, что представляется как «состязание» христианства и ислама, которое должно привести к лучшему пониманию двух традиций. Но это «со¬стязание» не в пользу христианства.

    Ведя диалог, мусульмане не собираются пересматривать и обновлять догматику ислама. Признавая Христа как про¬рока, они считают возможным и со стороны христиан при¬знать таковым Муххамеда, но для католиков это означает признание ислама богооткровенной религией, и ряд запад¬ных богословов уже не только обсуждают такую возмож¬ность, но и позволяют себе такие признания. Так, Мишель Лелонг из церковного секретариата Франции, отвечающего за отношения с исламом, утверждает: «Аля одних Бог про-явился через Христа, для других — через Коран. Но все (и христиане, и мусульмане) верят — как и их братья-иудеи, что Он говорит через своих пророков»175.

    Важно подчеркнуть, что мусульмане с готовностью идут на диалог, так как чувствуют за собой силу духовного пре¬восходства. При утверждении своих ценностей они все чаще исходят из того тезиса, что ислам духовно обогащает секу¬ляризованную, обмирщенную Европу, поставившую на ме¬сто трансцендентных религий религию «прав Человека». Как написал, например, Тарик Рамадан о мусульманах в Ев¬ропе, «присутствие последних — это обогащение: оно спо¬собствует размышлению как о месте духовности в секуляри¬зованном обществе, так и о справедливом руководстве ре¬лигиозным и культурным плюрализмом»176.

    Однако вновь следует подчеркнуть, что при всей от-крытости новой политики Ватикана, в своей экуменической деятельности он четко и последовательно преследует собст¬венный интерес. Хотя ревизия истории коснулась и папст¬ва, — были признаны ошибки пап в разделении церквей, в их заявлениях относительно неприятия религиозной свобо¬ды и модернизма — Иоанн Павел II никогда не позволял себе затрагивать главной причины всех отклонений в жизни западной церкви — положения о главенстве папы и догмата о его непогрешимости. И уже упомянутая декла¬рация «Dominus Iesus» 2000 г. совершенно определенно под¬черкивала, что спасение любого «зависит по необходимости от Римского Понтифика» и что другим христианским кон¬фессиям не хватает полного общения с Католической церко¬вью, поскольку они не принимают учения о первоверховной власти епископа Рима.

    Очевидная двойственность в поведении Ватикана — го¬товность идти на уступки в вопросах, касающихся осново¬полагающих положений христианского учения (идея папы о «семенах Слова», содержащаяся, якобы, во всех религиях, совместные литургии с протестантами, отвергающими апо¬стольскую преемственность, участие в ритуалах язычников и др.), и непреклонность в отстаивании прав римского пон¬тифика — стала характерной для сотрудничества Католиче¬ской церкви со Всемирным советом церквей. Посылая сво¬их представителей в качестве «наблюдателей» на все экуме¬нические ассамблеи, конференции и участвуя в совместных молитвах, Католическая церковь так и не вступила в ВСЦ. Объясняя причины этого, председатель Отдела христиан¬ского единства в Ватикане кардинал Виллебранс в письме к генеральному секретарю ВСЦ от 4 июля 1983 г. писал: «Рим¬ско-католическая церковь в гораздо большей степени, чем другие церкви, считает свою структуру универсальной общности и универсальной миссии существенным эле¬ментом своей идентичности... Решение о ее присоедине¬нии к мировому сообществу церквей могло бы быть дурно истолковано...с позиции власти (авторитета) в Римско-католической церкви и способов ее осуществления»177. Для папы вступление в ВСЦ приемлемо только при усло¬вии, что он возглавит эту «универсальную церковь». Как от¬мечал профессор А. Осипов, католическая концепция эку¬менизма состоит в том, что единство возможно только у ног папы: «Идея экуменизма в ее ватиканской трактовке возвра¬щает ситуацию первых веков христианства. Ты можешь ве-рить во что угодно, только поклонись римскому первосвя¬щеннику»178.

    Особенно ярко двойственный характер новой полити¬ки открытости Иоанна Павла II проявился в сближении Ва¬тикана с православием и иудаизмом. Если в отношениях с первым под видом диалога Св. Престол занимался прозели-тической деятельностью, укрепляя свои позиции, то в отно¬шениях со вторым он пошел на дальнейшие уступки, лишь углубившие отступление от христианского учения.

    В целях сближения с православием и в рамках реализа¬ции папской идеи «христианской Европы от Атлантики до Уральских гор» по инициативе Иоанна Павла II и Константи¬нопольского патриарха Димитрия I (принимавшего участие в экуменическом служении с папой) была создана Междуна¬родная смешанная православно-католическая комиссия по богословскому диалогу между двумя церквами, первое заседание которой прошло в 1980 г. на Патмосе и Родосе.

    Однако вследствие неприкрытой поддержки Ватика-ном экстремистских действий униатов деятельность комис¬сии была приостановлена. Тогда, чтобы уменьшить протес¬ты православных и возобновить диалог, на VII заседании смешанной комиссии, состоявшемся в г. Баламанде (Ли¬ван) в 1993 г., было заключено соглашение «Униатизм как метод объединения в прошлом и поиск полного единства в настоящем», подписанное католиками и 13 официальными представителями девяти поместных православных церквей (от Русской православной церкви — игумен Нестор (Жиля-ев), сотрудник Отдела внешних церковных сношений). До-кумент этот, получивший название «Баламандская уния», ярко отражает дух экуменизма. Осудив униатство, как ис¬точник конфликта между Православной и Католической церквами, он выдвинул новые экуменические богословские принципы и практические методы для достижения «полно¬го общения».

    В нем, в частности, признается, что восточные като-лические церкви являются частью католической общины и должны руководствоваться положениями II Ватиканского собора и быть равноправными участниками в деле экумени¬ческого диалога; предлагается забыть историю отношений между Православной церковью и восточными католически¬ми церквами и осуждаются «попытки возвращения восточ-ных католиков в Церковь отцов» православной стороной; Православная и Католическая церкви рассматриваются в качестве «Церквей-сестер»; указывается, что правосла¬вие и католичество в равной мере ведут ко спасению; при¬зывается учитывать «религиозную свободу верующих», ко¬торые «должны иметь возможность свободно высказывать свое мнение, когда их об этом спрашивают»; предлагает¬ся верующим оказывать помощь другим церквам в их бого¬служении, представляя свою собственную церковь в их рас-поряжение по обоюдному согласованию, которое позволи¬ло бы совершать богослужения по очереди в разное время в одном и том же здании»; предлагается создание католи¬ками новых структур в регионах, традиционно относящих¬ся к юрисдикции Православной церкви; настаивается на не¬обходимости уделить особое внимание подготовке будущих священников, образование которых должно быть объектив¬ным и положительным по отношению к другой церкви; объ-является, что цель диалога — обрести полное общение, которое существовало между нашими церквами более тысяче¬летия; указывается, что предложенные принципы и методы исключают в будущем «всякий прозелитизм и всякое стрем¬ление к экспансии католиков в ущерб Православной церк¬ви» и устраняют препятствия для дальнейшего экумениче¬ского диалога179.

    Таким образом, формально отвергнув унию как насиль¬ственный способ окатоличивания, соглашение предло¬жило другой, более мягкий и скрытый, соответствующий постконфронтационному периоду диалога между Восто¬ком и Западом. Уравняв православие с католичеством и ни¬где не упомянув об их вероучительных расхождениях, оно утвердило ложное «сестринское богословие», позволяю¬щее поглощать православие через разложение его изнут¬ри «путем воспитания массы экуменически-прокатоличе¬ских священнослужителей, катехизаторов и широкой массы мирян, опираясь на сокрытие истинной сущности современ¬ного католичества и экуменизма и подмены ее ложной»180. Документ, вместе с тем, не только признал униатские общи¬ны в качестве католического сообщества, но придал им еще большие права на свою деятельность. Более того, он узако¬нил продвижение Ватикана на Восток путем создания новых структур. В силу этого, опираясь на «православных» экуме¬нистов и на греко-католиков Западной Украины, ставших требовать от православных предоставления им оставших¬ся храмов и захватывать их при поддержке властей, Вати¬кан, значительно расширил свое официальное присутствие на Украине и в России.

    Важно отметить, что Баламандское соглашение было подписано Жиляевым втайне, а текст его несколько лет не публиковался. Соглашение было одобрено на Архиерейском Соборе 1994 г., хотя владыки самого текста так и не видели. И только на Архиерейском Соборе 1997 г. было определено: «Ввиду дискуссии, возникшей на Соборе вокруг значения Баламандского соглашения, передать последнее на изучение Синодальной Богословской Комиссии и поручить Священ¬ному Синоду выразить отношение к этому документу». Од¬нако собравшаяся не в полном составе Богословская комис¬сия не нашла ничего опасного в новой унии с папистами.

    Совсем иным образом развивались отношения като-лицизма с иудаизмом, «диалог» с которым сопровождался дальнейшим отступлением от христианства.

    В 1985 г. вышел официальный документ Св. Престо-ла «Замечания по поводу правильного представления иуде¬ев и иудаизма в поучении и катехизисе Католической церк¬ви», разъяснявший более четко положения предыдущих до¬кументов по этому вопросу. Напомнив, что иудеи являются «Народом Божьим Ветхого Завета, который никогда не был отвергнут», и отметив значение критического осмысления истории церкви, он выдвинул следующие рекомендации, крайне положительные для иудаизма:
    —    христиане могут воспользоваться иудейскими тради¬циями чтения Библии;
    —    Ветхий Завет сохраняет собственную ценность от¬кровения;
    —    Иисус был иудеем и им всегда оставался;
    —    вечность Израиля — это исторический факт и пред¬знаменование в Божественном плане, что означает, что из¬брание иудеев остается, даже если христиане рассматрива¬ют себя также как народ Божий и дети Божьи181.

    Это означало, что теперь эти положения должны быть введены в католический катехизис.

    Однако самым показательным жестом Иоанна Пав¬ла II стало посещение им 13 апреля 1986 г. главной синаго-ги Рима, которое представляло собой первый визит тако¬го рода за всю историю католицизма. Он имел глубоко сим¬волическое значение, поскольку означал, как писал один из иудейских авторов, что «Церковь Христова посредством Иоанна Павла II перемещается в синагогу и раскрыва¬ет свою связь с иудаизмом, познавая свою собственную тайну»182. Здесь состоялась встреча папы и его и молитвен¬ное общение с главным раввином Рима доктором Елио Тоа-фом, что стало открытым нарушением церковных канонов, запрещающих религиозное общение с иудеями. Обратив¬шись к раввинам с речью, озаглавленной «Вы — наши стар¬шие братья»183, он подчеркнул необходимость более глубокого признания связи и «общего наследия» между иудеями и христианами, упомянув только один раз об Иисусе из Наза¬рета, и то, чтобы подчеркнуть, что Он является «сыном ва¬шего народа», ни слова не сказав о том, что Он есть Сын Бо¬жий. Он также повторил слова из «Nostra Aetate», в которой осуждались преследования евреев, но положение «кто бы ни был его авторами» папа повторил дважды, намекая тем са¬мым на ответственность понтификов184.

    В ноябре 1986 г. папа произнес перед участниками Вто¬рого международного иудео-христианского диалога речь на тему «О значении спасения и искупления в иудейской и хри¬стианской традициях», в которой говорилось о «взаимном ознакомлении с соответственным наследием в вере каждо¬го из нас» и «о наших связях... в нашем понимании спасе¬ния», обойдя основной вопрос о Мессии185. А в 1993 г. был принят документ Библейской понтификальной комиссии «Толкование Библии в Церкви», который неоднократно пре¬дупреждал о недопустимости любой интерпретации, «про¬воцирующей, например, антисемитизм или другие антирасо¬вые дискриминации» или любое объяснение, неблагоприят¬ное для евреев186. Соответственно, в последующие годы из всех официальных документов католицизма стали изымать¬ся любые упоминания об убийстве Христа иудеями, из Биб¬лии рекомендовалось исключать все слова Христа против иудеев, вносятся изменения в литургические тексты, кото¬рые имеют антииудейскую направленность или составлены в духе «вытеснения».

    В соответствии с данными требованиями был обновлен и катехизис Католической церкви. Теперь главная вина за страдания Христа в нем возлагается на христиан: «Учи¬тывая, что наши грехи ранят Самого Христа, Церковь, не ко¬леблясь, считает христиан наиболее ответственными за стра¬дания Иисусовы, в то время, как слишком часто христиане возлагали бремя этой ответственности только на иудеев; мы должны рассматривать как виновников этого ужасного гре¬ха всех, кто продолжает погрязать во грехе. Именно наши преступления заставили Господа нашего Иисуса Христа пре¬терпеть крестные страдания, и поэтому те, кто погружается в безнравственность и зло, несомненно «снова распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему (Евр. 6, 6). И, надо в этом признаться, наше собственное преступление в данном слу¬чае больше, чем преступление иудеев». В катехизисе также утверждается, что «народ Божий Ветхого Завета и новый на¬род Божий устремлены к сходным целям: к чаянию прише¬ствия (или возвращения) Мессии. Но с одной стороны чают второго пришествия Мессии, умершего и воскресшего, при¬знанного Господом и Сыном Божиим, с другой — пришест¬вия Мессии, черты которого остаются сокровенными»187.

    Фактически все это означает, что католицизм пере¬ходит к такому прочтению Библии, которое допускается иудаизмом, в то время как учение последнего сохраняется в полной неизменности.

    В 1988 г. по поручению Ватикана Томазо Федериччи подготовил специальный документ «Миссия и свидетельство Церкви», в котором отвергалась любая форма прозелитизма со стороны христиан в отношении иудеев, в связи с чем пе¬ред католическими теологами встала проблема оправдания своей позиции, никак не согласующейся с текстами Ново¬го Завета. Наиболее развернутое объяснение нового подхо¬да дал американский богослов Майкл Магарри, связавший его с требованиями постхолокостовской церкви. Указав, что холокост стал радикальным богословским вызовом христи¬анству и частью его истории, он сделал следующий вывод: «Существуют богословские и библейские основания, в силу которых церковь, реализуя свою миссионерскую программу, должна сделать исключение для иудеев, поскольку холокост требует, чтобы иудеи остались иудеями, а не рассматрива¬лись в качестве предвестников веры во Христа»188. «Холо¬кост ставит вопрос о самом значении церкви, об опреде¬лении церкви в контексте божественного плана спасения. Христиане уже не могут заученно повторять триумфали-стские клише о выборе, сделанном Богом в пользу хри¬стиан, и непризнании Им иудеев (или в том же контек¬сте любой другой религиозной традиции)... Можем ли мы оставаться прежними, можем ли мы все так же относиться к себе, оперируя все теми же богословскими, этическими и историческими конструкциями?... С долей смирения хри¬стианство начинает признавать: чтобы уцелеть и остать¬ся при этом честным, необходимо самоопределяться в соответствии с требованиями постхолокостовской церк¬ви, что возможно только в диалоге со своими иудейски¬ми братьями и сестрами»189.

    Одним из главных таких требований является офици¬альное извинение и признание ответственности всей Като¬лической церкви за холокост, которого ждут от нее иудеи и к которому фактически шаг за шагом, поэтапно подводит ее церковное руководство. Так, в 1991 г., выступая на закры¬тии европейского синода, Иоанн Павел II признал ответст¬венность христиан за пассивность, проявленную во время холокоста190. Затем в 1994—1995 гг. соответствующие декла¬рации об их ответственности за холокост были опубликова¬ны католическими церквами Польши, Германии и Венгрии, а в сентябре 1997 г. французский епископат принял Деклара¬цию покаяния в Дранси, в которой Французская церковь не только попросила прощения у Бога и у еврейского народа за свое поведение в годы оккупации во Второй мировой войне, но и признала влияние многовекового антииудаизма на хри¬стианское учение, обусловившее ненависть к евреям.

    Вслед за этим в октябре-ноябре того же года в Ватика¬не прошел коллоквиум на тему «Христианские корни анти¬иудаизма», на котором Иоанн Павел II решительно осудил антисемитизм, пойдя на признание того, что «ошибочные и несправедливые толкования Нового Завета относитель¬но иудейского народа и его мнимой вины продолжались очень долго, порождая чувство вражды в отношении ев¬рейского народа»191. И, наконец, в марте 1998 г. был издан соответствующий документ Ватиканской комиссии по раз¬витию отношений с иудаизмом, названный «Мы помним: размышления о Холокосте»192 , в котором уже был поднят вопрос о связи нацистских преследований евреев с пове¬дением христиан в отношение иудеев на протяжении ве¬ков, то есть было признано, что в холокосте есть доля вины и христианства. Так был сделан решительный шаг к перехо¬ду от «учения презрения» к «учению уважения».

    Серьезные богословские выводы сделали иудеи и из факта установления в 1993 г. дипломатических отноше-ний между Ватиканом и Израилем, который до этого при¬знавался лишь де факто. Многие исследователи оценивали этот важный политический шаг как имеющий революцион¬ное значение. Дело в том, что Католическая церковь всегда учила, что изгнание иудеев с их земли стало карой за отвер¬жение ими Иисуса, поэтому вернуться на родину они смо¬гут, только приняв Его. И так как иудеи считали, что именно это являлось причиной отказа Ватикана установить офици¬альные отношения с Израилем, его признание они расцени¬ли как «признание католиками своих давних исторических и богословских пороков и последовавший отказ от них»193.

    Венцом политики примирения Иоанна Павла II стал акт покаяние за грехи церкви (Меа Culpa), совершенный в ходе воскресной мессы в соборе Святого Петра 12 марта 2000 г. Признав вину церкви за восемь грехов, папа осудил антисе¬митизм как «грех против Бога», призвал христиан к покая¬нию за ужасы холокоста и выступил против миссионерской деятельности христиан в отношении иудеев. В продолже¬ние этого акта через несколько дней (26 марта) папа прибыл в Иерусалим и посетил Стену плача, куда вложил свою за¬писку, содержание которой было приведено в брошюре, на-писанной раввином Леоном Кленики194 и изданной Анти-диффамационной лигой в 2006 г. В ней было записано сле¬дующее (сохраняется орфография оригинала): «Бог наших отцов, ты избрал Авраама и его потомство, чтобы твое имя было донесено до народов: мы глубоко опечалены поведени¬ем тех, кто на протяжении истории, заставил страдать твоих сыновей и, прося у тебя прощения, хотим жить в истинном братстве с Народом Завета»195.

    Иудейские круги высоко оценили деятельность Иоан¬на Павла II и его вклад в «очищение» католического уче¬ния. Особенно точный анализ в этом отношении сделал уже упоминавшийся нами иудейский исследователь Поль Гинев-ский в своей книге «Христианский антииудаизм. Мутация», в которой он дал общую оценку 40-летнего периода идей¬ной эволюции католицизма в свете иудейской мысли и издожил ключевые цели иудаизма в отношении католициз¬ма и всего христианства в целом.

    Используя соответствующие понятия, взятые из иудей¬ской традиции, он выделил три этапа процесса переосмыс¬ления: 1) «видуй» (исповедь) — искреннее признание сво¬их ошибок; 2) «тешува» (покаяние) — обращение к друго¬му поведению и 3) «тиккун» (искупление)— исправление. Это программа коренной мутации христианства. В настоя¬щее время руководство Католической церкви переходит ко второму этапу, который «не будет завершен до тех пор, пока учение уважения не будет сформулировано в дидактических текстах и введено в новый катехизис, а их распространение не сформирует многочисленных по-новому мыслящих уче¬ников и учителей». Как пишет Гиневский, «цель амбициоз¬на: надо заставить слушать и принимать учение, говоря про¬тивоположное тому, чему обучали раньше, распространять «евангелие» любви к иудеям. Когда новое учение вытес¬нит старое, оно со временем, а времени может понадобить¬ся много, искоренит антииудаизм, а затем и антисемитизм». Тогда и наступит время «тиккун»196.

    Гиневский вместе с тем констатировал важный факт: если в руководстве церкви идеи сближения с иудаизмом широко распространены, то этого нельзя сказать о низовых христианских общинах, которые в массе своей незнакомы с Теми теоретическими новшествами, которые вводят ка¬толические богословы. Именно на «просвещение» и моби¬лизацию католических «низов» и должны быть направлены теперь интеллектуальные усилия прогрессивных «верхов». Выполнением этой задачи предстоит уже Бенедикту XVI.

    Итоги «новой евангелиэации»: от терпимости религий к религии терпимости

    Политика Иоанна Павла И, направленная на укрепление позиций церкви в общественной жизни Европы, не смогла остановить процесс деградации религиозного сознании ев¬ропейцев, особенно углубившийся в последние два десяти¬летия в условиях осуществления неолиберального проекта развития.

    Долгий период процветания на Западе сформировал глубоко потребительскую по своему характеру культуру, под влиянием которой обмирщалось и западное христиан¬ство, в котором после признания им концепции прав чело¬века утвердились либерально-модернистские идеи, полно¬стью вписавшиеся в плюралистическое общество. С перехо-дом же к глобализации, превратившей «общество всеобщего благоденствия» в «благоденствие для избранных», привыч¬ный образ жизни, устоявшиеся социальные связи стали раз¬рушаться, а вместе с ними происходит и ломка прежних представлений и самого духовного строя личности. Чувст¬во уверенности сменилось глубоким пессимизмом, разоча¬рованием и одиночеством, и со стороны значительной части общества стало падать доверие к слабеющим традиционным институтам, не способным поддержать и обеспечить обще¬ственную солидарность. В последние годы процесс падения значения традиционных ценностей принял в Европе угро¬жающий характер.

    Утверждению данных тенденций способствовало при¬нятие европейскими элитами концепции «мультикультура-лизма», основанной на идее «взаимного обогащения и опло¬дотворения культур» и «скрещивания народов». Последняя, в свою очередь, явилась новейшим выражением принципа терпимости, который превратился сегодня в базовый эле¬мент европейского сознания. Ему посвящена даже специ¬альная Декларация принципов толерантности, принятая 28-й сессией Генеральной конференции ЮНЕСКО 16 ноября 1995 г., в которой, в частности, сказано: «Терпимость — это понятие, означающее отказ от догматизма, от абсолютиза¬ции истины и утверждающее нормы, установленные в меж-дународно-правовых актах в области прав человека...»197.

    В 1981 и 1990 гг. объединенной группой исследователей различных стран Европы были проведены специальные оп¬росы общественного мнения для выявления современных ценностей европейцев. Они показали, что при всех нацио¬нальных различиях и культурных особенностях европейцев, как содержание, так и характер эволюции их главных ценно¬стных ориентации везде одинаковы. На первом месте стоит «собственная личность», что значит «счастье, безопасность, свобода, управление собственной судьбой, самореализация, социальное благополучие, свободное время». Затем идут «семья», «работа». Что же касается «морального сознания», то его значение падает, поскольку лишь четверть европей¬цев заявила, что располагает надежными принципами для различения добра и зла198.

    Опрос 1999 г. подтвердил главные тенденции: возрас¬тающее значение семьи и частной жизни, профессиональ¬ных интересов, безопасности и падение значения религии и политики. Все больше утверждается индивидуализм, причем проявляется это и в индивидуализации нравственной оцен¬ки того или иного явления, при котором ведущую роль игра¬ет толерантность. Сохранение же чувства общности связано больше не с традиционными коллективами и организация¬ми, основывающимися на идейном единстве, а с неформаль¬ными межличностными отношениями. В целом предстает картина секуляризованного, аполитичного общества со сла¬беющими нравственными ориентирами.

    В современной Европе падает значение традиционной религиозной традиции в смысле религиозного опыта, ис¬тинной веры и практики. Как заявил еще до своего избрания папой Йозеф Ратцингер, будучи главой Конгрегации веро¬учения Римско-католической церкви, «агрессивный секуля-ризм угрожает свободе вероисповедания в Европе, маргина-лизируя верующих... Мы отказались от христианской куль¬туры в пользу агрессивного секуляризма с нетерпимыми чертами... Он стал идеологией, которая навязывает себя по¬литически и не оставляет места католическому и христиан¬скому мировоззрению... Идет борьба, и мы должны защи¬щать свободу религии от идеологии, навязывающей себя в качестве единственного голоса разума... Упоминание о Боге очень маргинализовано. В политической сфере кажется поч¬ти непристойным говорить о Боге, как будто это наруша¬ет свободу тех, кто не верует»199. Наиболее показательным в этом отношении стал до сих пор обсуждаемый факт, что в процессе подготовки проекта Конституции ЕС европей¬ские чиновники не включили в него упоминание о христи¬анских корнях Европы, ограничившись положением о куль¬турном, религиозном и гуманистическом наследии Европы, «на основе которого формировались универсальные ценно¬сти — неприкосновенные и неотчуждаемые права человече-ской личности, свобода, демократия, равенство и правовое государство»200.

    Уменьшение роли традиционной религии выражается во многих показателях. Так, если в 1981 г. 85% европейцев заявляли о своей конфессиональной принадлежности, то в 1999 г. — 75%, но показатель этот средний, и он меняется в зависимости от страны и от возраста. Так, в Великобрита¬нии, Нидерландах и Франции среди молодежи 18—29 лет те, кто не относит себя ни к одной религии, составляют соот¬ветственно 72%, 71% и 58%. В последние годы ситуация ухуд-шилась. Так, во Франции в 2001 г. число считающих себя ка¬толиками составляло 71%, а в 2006 г. — уже только 51%201.

    Ослабление позиций церкви проявляется и в сокра-щении численности духовенства. С 1978 по 2002 г. в Евро¬пе отмечено его сокращение с 250 до 203 тысяч человек, что обусловлено, в частности, старением местного населения. Особенно серьезно положение во Франции, где число это сократилось вдвое и составляет 23 тысяч человек, а в ближайшие годы ожидается сокращение до 8—5 тысяч. Если 50 лет назад в стране выпускали тысячу священников в год, то сегодня — сотню, а средний возраст духовенства составля¬ет 70 лет. С 1990 по 2000 г. число приходов в стране сократи¬лось с 34 595 до 19 468, а число диоцезов (за счет их укруп¬нения) — с 95 до 77202. Это положение вызывает серьезную озабоченность в религиозных кругах Франции, так как оно ведет не просто к нарушению преемственности в передаче религиозных знаний, но и к исчезновению самой приход-ской культуры, которая обеспечивала на всей территории страны присутствие духовенства. Как писал крупнейший ис¬торик церкви Эмиль Пуля, «Католическая церковь во Фран¬ции обратилась в пустыню. И хотя в этой пустыне еще теп¬лится какая-то жизнь и то тут, то там возникают слабые ро¬стки, она уже никогда не станет цветущим садом... Все эти группки ведут изнурительную междоусобную войну, не осоз¬навая, что вокруг стремительно ширится пустота. Подобно невидимым воинам католики уничтожают друг друга, а ок¬ружающий мир даже не замечает их»203.

    Одним из главных изменений религиозной жизни евро¬пейцев является все большее размежевание между рели¬гией как институтом и религией как личным религиоз¬ным опытом. Как писал исследователь Ж.-П. Биллем, «ре¬лигиозная Европа государств и институтов — это одно, а Европа индивидуальных религиозных сознаний — другое». Характерно в этом отношении, что большинство тех в Евро¬пе, кто остается верным таким христианским ценностям, как любовь к ближнему, благотворительность, признание спра¬ведливости, не ассоциируют эти ценности с церковью. Как резюмировал это состояние Иоанн Павел II, «Христос — да, Церковь — нет!»204.

    Церковь сохраняет свое значение как институт, пред¬ставляющий собой символический полюс социальной жизни и культурной идентичности. Если раньше секуляризация оз¬начала вытеснение традиционной религии из сферы публич¬ной в сферу частной жизни, то сегодня, напротив, она все больше вытесняется из частной жизни, в то время, как ее участие в публичной жизни всячески приветствуется, особенно когда речь идет о благотворительности. Церковь все больше выступает в роли социального лекаря, вторгаясь в те сферы жизни, из которого уходит государство: забота о со¬циально обездоленных, о престарелых, об одиноких, о ми¬грантах, организация досуга детей и пр. Таковы тенденции религиозной жизни на уровне институциональном.

    Что же касается индивидуального религиозного соз-нания, то традиционные ценности все больше размывают¬ся. Для европейских католиков характерно сегодня глубо¬кое незнание фундаментальных основ, на которых зиждится христианская вера. Так, как установил опрос 2007 г., сре¬ди французских католиков 29% никогда не читали молитвы, только 52% были убеждены или считали возможным сущест¬вование Бога, 57% отрицали догмат о троичности Бога, толь¬ко 58% верили в воскресение Христа и 38% в непорочность Девы Марии. Как писал исследователь Анри Тинк, Француз¬ская церковь может заключить, что «дехристианизация яв¬ляется реальностью»205. А французский политолог А. Безан-сон отмечает: «Кризис католической веры уже принял раз¬меры подлинной катастрофы... молодежь сегодня не имеет основных понятий о католичестве. Здесь существует безд¬на невежества. Они вообще не знают, во что веруют и поче¬му веруют».

    Характерным явлением становится утверждение край¬не релятивистской точки зрения на религиозную истину че¬рез признание ее плюрализма, что ведет к созданию нового типа религиозности. Если еще в 60-е — 70-е годы в среде ве¬рующих не подвергались сомнению основополагающие поло¬жения христианского учения, то сегодня, в условиях инфор¬мационной революции, процесс субъективизации истины зашел так далеко, что это ставит под вопрос саму объедини-тельную функцию религии. Так, в начале 90-х годов в Италии только 37% опрошенных считало, что «существует одна ис¬тинная религия», во Франции — только 16%, а в настоящее время — 6%. Среди итальянских католиков только 12% счи¬тают, что только католическая религия является истинной206. В большей степени такая оценка характерна для молодежи: в 1998 г. только 4% англичан, французов и немцев от 18 до 29 лет считали, что «истина принадлежит одной религии». Это показатель серьезной мутации религиозного чувства.

    Распространение религиозного индивидуализма и авто¬номного от церковного учения понимания доктрин и самой религиозной жизни выражается в увеличении числа различ¬ных течений в рамках одной конфессии. Католицизм пере¬живает процесс дробления и диверсификации, в его рамках существуют традиционалистское, харизматическое, прими-рительное, интегристское, экуменическое и множество дру¬гих индивидуалистических направлений, утверждение кото¬рых привело к кризису гегемонии церкви.

    Религиозный релятивизм проявляется и в растущей от¬чужденности от символики и понятий, с помощью которых выражает себя христианство. Некоторые исследователи го¬ворят даже о кризисе христианского религиозного языка, проявляющемся в разрыве между реальным значением слов и их пониманием массовым сознанием. Изменяется и сама идея Бога, который представляется не как личный Бог, а как некая космическая сила. Либо, напротив, утверждается ан-тропоцентрический взгляд на Иисуса Христа, при котором он низводится до уровня некоего экстрасенса. В официаль¬ном католическом катехизисе для молодежи, например, го¬ворится: «Иисус исцелял больных, но это не обязательно оз¬начает чудеса в том смысле, в каком мы часто об этом слы¬шим. Некоторые люди имеют природный дар исцеления. Не был ли Иисус одним из них?»207.

    Можно заключить, что предпринятая Иоанном Пав-лом II «новая евангелизация», направленная на преодоление нравственной вседозволенности, не достигла своей цели. Как признавался сам папа, «Иисус Христос, кажется, исчез из европейской жизни... Европейская культура производит впечатление некой молчаливой апостасии интеллектуалов, которые живут так, как если бы Бога не существовало»208. Действительно, к 90-м годам религия в Европе потеряла зна¬чение силы, определяющей общепринятые нормы поведения и формирующей общественную систему ценностей. Любые ее претензии на то, чтобы управлять обществом, стали «нелегитимными» даже в глазах наиболее убежденных и пре¬данных верующих209. Попытки Иоанна Павла II усилить по¬зиции церкви в публичной жизни вызвали настолько не¬одобрительную и даже агрессивную ответную реакцию со стороны господствующей светской культуры, что исследова¬тель Виторио Мессори по этому поводу писал: «Существует лишь три категории людей, на которых политкорректность не распространяется и которых можно ругать как угодно: это католики, курильщики и охотники»210.

    В настоящее время закрепление индивидуальной авто¬номии нравов в сфере внутрисемейных отношений, отноше¬ний между полами, воспитания детей и пр. остается главной и определяющей тенденцией. В Европе резко сокращает¬ся число браков, падает рождаемость, увеличивается число рожденных вне брака и число разводов, которые превраща¬ются в обычное явление. Церковь не смогла ничего сделать, чтобы не допустить легализации абортов, которая впервые была осуществлена в Австрии и во Франции (1975 г.), затем в Италии (1978 г.) и, наконец, в Испании (1985 г.). Пришед¬шие в конце 90-х годов к власти левые силы (либералы и со¬циалисты) предприняли еще более решительные шаги для утверждения радикального варианта светской терпимости. Так, в Нидерландах, Бельгии и Испании, несмотря на крити¬ческую позицию Ватикана и местного епископата, были при¬няты законы, легализующие гомосексуальные браки. Однако самым тревожным является тот факт, что опросы общест-венного мнения показывают, что терпимость к этому явле¬нию проявляет большинство населения многих европейских стран. Так, если в 1981 г. 44% европейцев полностью осуж¬дали гомосексуализм, то в 1999 г. — только 24%211. Положи¬тельно же оценивают гомосексуальные браки 57% граждан ЕС — 68% испанцев, 67% бельгийцев, 58% французов, 47% итальянцев и 43% португальцев212.

    Среди неверующих то¬лерантность проявляют 74%, а среди считающих себя хри¬стианами — 54%. Ватикан не смог воспрепятствовать и ле¬гализации эвтаназии нидерландским (2000 г.) и бельгийским (2002 г.) парламентами, которую бельгийский епископат рас-ценил как «отступление от цивилизации». В ближайшем будущем, возможно, ее утвердят и в других странах Европы, учитывая, что опросы общественного мнения показывают, что позиция европейцев (включая католиков) в этом вопро¬се претерпела изменения в пользу одобрения доброволь¬ного ухода из жизни в случае неизлечимой болезни. Так, во франции в 1988 г. эвтаназию одобрили 57% опрошенных, а в 1998 г. — уже 79%213.

    В условиях размывания традиционных понятий и цен¬ностей, их неопределенности, утраты представления об ис¬тинной норме, европейцы становятся все более подвержен¬ными влиянию чуждых религиозных культов, которые ведут себя крайне активно и наступательно. Речь идет как о тра¬диционных восточных, так и новых псевдовосточных, псев¬дохристианских, антихристианских, неоязыческих учениях, большинство из которых носит оккультный характер. Для них характерно взаимопроникновение, смешение традиций, то есть синкретизм, который заменяет целостное, стройное мировоззрение. Это означает переход плюрализма на иной уровень, превращение его уже в «глобальный религиозный рынок» или, как теперь пишут, «супермаркет спиритуальных товаров», при котором свободное предпринимательство проникает уже в сферу спасения, предлагая каждому на вы¬бор любую религиозную или псевдорелигиозную идею. Пре-доставленный сам себе мирянин как потребитель выбирает то, что ему по душе, то, что подходит, формируя собствен¬ную систему ценностей. И здесь христианство сталкивает¬ся с сильнейшей конкуренцией, поскольку религия на этом «рынке» ценится не с точки зрения отстаиваемой ею исти¬ны, а с точки зрения того душевного и духовного комфорта, который она обеспечивает. Поэтому в наибольшей степени здесь преуспевает оккультизм.

    На Западе сегодня 150 млн. человек верят в мистику и эзотерику, в Европе каждый год более 40 млн. человек кон¬сультируются у экстрасенсов и целителей, каждый второй заявляет о своей чувствительности к паранормальным яв¬лениям. Все это сливается с христианской верой, приводя к странному смешению христианской мистики и оккульт¬ной магии. Возрождается интерес к языческим народным верованиям, древним мифам и преданиям, растет увлече¬ние буддистской философией. Самым последним выражени¬ем современного индивидуализма стало оккультное движе¬ние «Нью Эйдж», заявляющее об устарелости христианства и активно вовлекающее в свои ряды религиозно настроен¬ную интеллигенцию. Поскольку данные тенденции особен¬но характерны для молодежи, это говорит о том, что рост «безрелигиозности» среди нее означает не распространение атеизма, а переход к иной форме религиозности. Речь идет о своеобразном возмещении: число верующих в Бога сокра¬щается, зато растет число тех, кто верит в «нечто сверхъес¬тественное», в итоге эзотерика настойчиво вытесняет хри¬стианскую мистику.

    Это массовое увлечение оккультизмом, всеобщее смеше¬ние понятий и верований свидетельствует о поиске альтер¬нативной религии, о наступлении «религий без Бога» (по выражению исследователя Ж.-К. Эслена). Духовность стано¬вится все более персональной, внутренней, когда Бога ищут внутри себя, в глубинах собственного сознания, когда каж¬дый выбирает те верования, что ему по душе. Распростра-ненным становится такое утверждение: «Я сам создаю себе истину. Моей является та истина, которую я для себя при¬знаю»214. Истина эта строится из множества элементов, взя¬тых из самых различных мировоззренческих систем. Поэто¬му, как заметил итальянский писатель У. Эко, современная культура отличается не тем, что человек ни во что больше не верит, а тем, что он верит во все, и вопрос, к какой вере ты принадлежишь, теряет свое значение. Это типичное про¬явление культуры постмодернизма, характерными чертами которой являются полифония и эклектизм.

    Таков итог последовательного применения фундамен¬тального принципа современной европейской культуры — принципа свободы совести, понимаемого как свобода выбо¬ра, утверждению которого способствовала и сама Католиче¬ская церковь. В условиях культурной глобализации свобода выбора приводит к неопределенности мировоззренческих и нравственных установок, к эрозии устоявшихся поня¬тий. Отвергнув абсолютный характер значения христианской этики и введя принцип терпимости, светская культу¬ра «освободила» западного человека от власти традицион¬ных религиозных институтов. Однако сегодня критическому сомнению подвергаются уже сами светские ценности. И ес¬ли достаточно рациональное западное христианство смогло приспособиться к требованиям секулярного общества, став для него «безвредным», то растущая нетрадиционная рели-гиозность, заполняющая собой образовавшийся духовный вакуум, начинает угрожать уже самим основам европейско¬го рационального светского проекта, так как переносит ин¬дивидуализм на уровень глубинного иррационализма.

    Бенедикт XVI: курс на мировое правительство

    Суть того процесса, который происходил при Иоанне Павле II можно выразить так: западное христианство сла¬бело духовно, но укреплялось политически. Папа не остано¬вил процесс дехристианизации западного общества, но дос¬тиг значительных успехов в укреплении позиций Ватикана в качестве важнейшего игрока на мировой политической аре¬не. Здесь Св. Престол обеспечил себе вполне определенную нишу, крепко связав свою политику с американскими стра¬тегическими планами и интересами транснациональных фи¬нансовых элит.

    Бенедикт XVI, избранный папой в апреле 2005 г., буду¬чи, как считается, наиболее преданным Иоанну Павлу II, ос¬тался верен курсу своего предшественника, что полностью гарантировало «войтылизм без Войтылы». Изменения, вне¬сенные им, касались лишь методов и способов осуществле¬ния политики: в отличие от Иоанна Павла II, привыкшего работать открыто и на массы, Бенедикт XVI действует более скрытно и осторожно, но вместе с тем более жестко и насту-пательно. Являясь представителем умеренно-консерватив¬ных кругов церкви и стремясь к обеспечению ее активного присутствия во всех сферах общественной жизни западно¬го общества, он сделал ставку на интегристские католиче¬ские организации, чей потенциал приобретает в настоящее время особое значение, учитывая, что число католических священников неудержимо сокращается (что характерно уже даже для Польши). Показательно, что в декабре 2007 г. Кон¬грегация по делам священства в целях возмещения недос¬татка священников опубликовала письмо, в котором обрати¬лась ко всем диоцезам католического мира с призывом создавать «настоящие кружки» «для поддержания верующих на пути к святости», в которых последние будут пребывать «в духе причащения к постоянному евхаристическому покло¬нению в течение 24 часов.

    Главная роль в формировании «святых мирян» принад¬лежит все тому же «Опус Деи», с которым Бенедикт XVI тесно связан и который, по свидетельствам ряда исследо¬вателей, способствовал его приходу к власти. Как сообщила «Washington Post» от 21 апреля 2005 г., кандидатура Ратцин-гера, давно и настойчиво поддерживалась тремя влиятель¬ными кардиналами — членом ордена Хулианом Эррансом Касадо и близкими к «Опус Деи» Дарио Кастрийоном Ойос и Альфонсо Лопесом Трухильо. Не случайно прелат ордена Хавьер Эчеваррия отметил, что в плане отношений с «Опус Деи» между Иоанном Павлом II и Бенедиктом XVI разни¬цы нет и что новый папа знал эту организацию даже луч¬ше, чем его предшественник215. В том же 2005 г. в декабрь¬ском номере бразильской газеты «О Globo» со ссылкой на признания анонимного бразильского кардинала, принимав¬шего участие в конклаве, сообщалось, что победа Ратцинге-ра стала результатом той «большой кампании», которую он лично вел «с помощью наиболее важных кардиналов рим¬ской курии и групп давления влиятельных движений церк¬ви, главным образом «Опус Деи»«216.

    Интересно, что первоначально, когда «Опус Деи» толь¬ко начинал свое восхождение, Ратцингер считал необходи¬мым ограничить его растущую власть, однако после того, как орден значительно укрепил свои позиции и превратился в «финансовую цитадель» церкви, кардинал изменил свою позицию, став его последовательным защитником. «Опус Деи» не раз приглашал Ратцингера на свои конгрессы и сим¬позиумы и даже наградил титулом honoris causa Наварр-ского университета. Став папой, Ратцингер назначил своим личным секретарем немецкого прелата Гансвейна, препо¬дававшего на факультете теологии Римского университета «Опус Деи», и сохранил в течение первого года на посту гла¬вы пресс-службы Ватикана Хоакина Наварро-Валльса. При нем была воздвигнута 5-метровая статуя Эскрива на внешней стороне собора Петра и Павла, торжественное открытие которой совершилось в его присутствии.

    Наряду с «Опус Деи» резко активизировала свою дея¬тельность в Европе и конгрегация «Легионеры Христа», тра¬диционно концентрировавшая свои силы на работе в Латин¬ской Америке. Как указывают исследователи, союз между Римом и Легионерами, основанный при Павле VI и углублен¬ный при Иоанне Павле II, при нынешнем понтифике достиг своего апогея. Папу привлекает в этой организации ее край¬не наступательный миссионерский характер, позволяющий противостоять как секуляризации и догматическому реля¬тивизму, так и агрессивной прозелитической деятельности религиозных соперников католицизма, в особенности еван-гелистских сект. Конгрегация насчитывает сегодня 500 свя¬щенников, тысячи семинаристов и около 50 тысяч мирян, объединенных в ассоциацию Regnum Christi. Ей принадле¬жат богатые школьные учреждения, пятнадцать университе¬тов (два из них в Риме) и множество семинарий и «гумани¬тарных центров»217.

    «Легионеры Христа» всегда имели крепкие структуры в Испании, заложенные еще во времена франкизма, и под¬готовленные ими консервативные политики обладают здесь значительным влиянием (так, в правительстве Хосе Мария Аснара два представителя этой организации занимали по¬сты министра внутренних дел и министра юстиции и гото¬вили законопроект об обязательном религиозном обучении в начальных школах). Однако сегодня Легионеры стараются проникнуть в высшие слои экономической элиты и других европейских стран. В этих целях еще в 1997 г. ими был создан в Швейцарии Фонд Гиле (Fondation Guile)218, организующий семинары и встречи представителей католической бизнес-элиты для обсуждения проблем развития предпринима¬тельства, разработки стратегии совместных действий и согласования поведения в условиях глобализации. В этих встречах участвуют такие влиятельные фигуры, как эрцгер¬цог Мишель Габсбургский и Отто Габсбургский, являющие¬ся сторонниками праворадикальных католических сил, Род-риго де Рато и Фигаредо, бывший директор МВФ, Жорж

    Блюм, почетный президент Общества швейцарских банков, Жан-Лу Дерсе, бывший вице-президент Всемирного банка, Жан-Филипп Дуэн, бывший глава французского генштаба, входивший в свое время в почетный комитет фонда и др. фонд участвует в инициативах в рамках Глобального дого¬вора, направленного на достижение «устойчивого развития» под эгидой ООН. Одной из таких инициатив стала органи¬зация встречи генерального секретаря ООН с 35 представи¬телями международных компаний, состоявшейся в январе 2009 г. на всемирном форуме в Давосе.

    «Легионеры Христа» пользуются большим авторитетом у Св. Престола, высоко оценивающего деятельность их выс¬ших учебных заведений, в частности Европейского римско¬го университета, который периодически выступает в качест¬ве дипломатического рупора Ватикана. Важную роль также играет созданное ими в 1999 г. международное информаци¬онное агентство Zenit219, бесплатно публикующее в Интерне¬те информацию об актуальных событиях в мире и Ватикане так, как они видятся из Рима. Здесь даются интервью, обзо¬ры различных средств массовой информации Св. Престола, а также те высказывания и мнения кардиналов и епископов, которые должны быть донесены до всей церкви. В ближай¬шем будущем Св. Престол планирует создать наряду с уже существующим C2TV второе телевизионное агентство Н20 News, рассчитанное на 20 млн. человек, руководство которо¬го будет поручено легионеру Иисусу Колина (при этом Вати¬кан поспешил заверить, что это агентство будет независимо от Легионеров)220.

    В силу крайней активности данной организации руко¬водство Ватикана долгое время закрывало глаза на двойную жизнь, которую вел ее основатель и руководитель Марсь-яль Масьель Дегольядо, нравственный облик которого со¬всем не соответствовал христианским нормам поведения. Только после его смерти в феврале 2008 г. было оглашено, что он совершил поступки, не совместимые с католической моралью, и Ватикан начал расследование (апостольскую ви¬зитацию) деятельности Легионеров по всему миру, исклю¬чая Италию.

    Кроме ведущих интегристских объединений Ватикан об¬ладает целой сетью неправительственных католических ор¬ганизаций, которые под видом миссионерской деятельности последовательно отстаивают интересы Ватикана, проводя в жизнь нужную ему политику как в отдельных государствах, так и в международных организациях.

    В целях консолидации всех консервативных сил Бене¬дикт XVI предпринял шаги и для сближения со Священни¬ческим братством св. Пия X, объединяющим в настоящее время тысячи верных католиков и насчитывающим 491 свя¬щенника, 215 семинаристов, 6 семинарий, 88 школ и 2 уни¬верситета. Уже летом 2005 г. папа принял Генерального на¬стоятеля братства Бернара Фелле221, после чего последний заявил: «Мы пришли к согласию в вопросе о поэтапном про¬движении в решении наших проблем»222. Продвижение, дей-ствительно, есть, поскольку в 2007 г. Бенедикт XVI подписал указ о возможности свободно служить Тридентскую мессу, а в январе 2009 г. было заявлено об отмене отлучения четырех епископов братства.

    Опираясь на консервативные организации, Бенедикт XVI стал проводить продуманную религиозную политику, приори¬тетным направлением которой стала концентрация усилий на Европейском континенте, а основной темой — религи¬озно-этическое обоснование строящейся Единой Европы как модели нового мирового порядка и консолидация ев-ропейских правящих элит на единой идейной основе223.

    К началу XXI столетия стало окончательно ясно, что по¬пытки обосновать необходимость европейского единства чисто светской идеей идентичности зашли в тупик. В этих условиях возможность придать этому проекту сакрально-религиозный характер, связав его с католицизмом как с тра¬диционным символическим ориентиром, стало приобретать особое значение. И для Ватикана, оказавшегося перед лицом глубокого духовного кризиса западного общества, это явля¬ется единственной возможностью укрепить свои позиции как идейного лидера. В итоге сложилась крепкая основа для немыслимого еще недавно открытого единения Католической церкви с верхами европейского общества, за¬говорившими на языке евангелических проповедников.

    Уже в своей первой энциклике «Deus Caritas Est» папа заявил, что церковь не должна оставаться в стороне от об¬щественных дискуссий, а в марте 2006 г. во время встречи с группой парламентариев Европарламента, представлявших Европейскую народную партию (объединение консерватив¬ных и христианско-демократических партий), он подчерк¬нул, что голос римского католицизма был услышан в По-литических дискуссиях на континенте. Речь уже шла о хри¬стианских корнях Европы и о христианском европейском наследии как «руководящей этической линии» в поисках социальной модели, а также об отказе относить религиоз¬ные убеждения в сферу частной жизни. Эти вопросы стано¬вятся главными в процессе обсуждения.

    Показательным в этом отношении стал римский кон-гресс на тему «Ценности и перспективы для завтрашней Европы», проведенный в марте 2007 г. Епископальной ко¬миссией ЕС (КЕКЕС)224 и посвященный проблеме усиления роли религии в развитии ЕС.

    В послании, адресованном уча¬стникам конгресса президентом Италии Джорджио Наполи-тано, отмечалось: «Церковь и ассоциации религиозного ха-рактера... призваны участвовать в подъеме -Европейского союза, свидетельствуя о самых глубинных ценностях, поло¬женных в основу строительства единой Европы»225. На со¬брании был рассмотрен доклад, подготовленный «Комите¬том мудрецов», сформированным членами епископальной комиссии, куда вошли 25 человек, среди которых уже из¬вестные Мишель Камдессю (теперь он почетный управляю¬щий Банка Франции) и Питер Сутерланд, Пат Кокс (бывший председатель Европарламента), Лойола де Паласио (быв¬ший вице-президент Еврокомиссии), Томас Галик (бывший советник Вацлава Гавела), (глава совета директоров Бритиш Петролеум и финансовый советник Ватикана, бывший ге¬неральный директор ГАТТ и ВОТ) и другие важные поли¬тические фигуры. А в заключительном документе, назван¬ном «Римское послание», указывалось: «Все более необ¬ходимым становится сближение граждан с далекими и трудными для понимания политическими институтами (ЕС. — О.Ч.). Пройденный путь должен быть срочно под¬твержден новым обоснованием ЕС. Это позволит ему вос¬становить свой первоначальный динамизм, чтобы все боль¬шее число молодых европейцев стали главным богатством Европы...»226.

    Этот вопрос активно обсуждался и на Берлинском соб¬рании глав государств Европы, проходившем в том же году под председательством Ангелы Меркель по случаю 50-ле¬тия подписания Римского договора. Романо Проди накану¬не официальных церемоний заявил, что он желал бы, что¬бы церкви получили роль консультантов и что во времена интегризма «церкви являются одним из самых стабильных элементов нашего общества». А вице-президент Еврокомис-сии берлусконец Франко Фраттини подчеркнул, что «тема христианских корней должна найти свое место в повестке дня Европы, так как это означает возможность утвердить и отстаивать суть нашей европейской идентичности в пер¬спективе религиозного пространства, которое вновь на¬чинает утверждаться»227. Та же мысль звучала во многих выступлениях, в частности, Ангелы Меркель, хотя при этом чаще всего вместо христианского наследия речь шла об «иудео-христианской традиции».

    В 2008 г. после последней пленарной ассамблеи еписко¬пов-членов КЕКЕС ими было опубликовано коммюнике, в котором было предложено создать внутри будущей Евро¬пейской службы по внешней политике специальное подраз¬деление, которое будет отвечать за «религиозное измерение международных вопросов»228.

    Показательно при этом, что наиболее ярко поворот в отношении церкви проявился в деятельности самого про¬американски настроенного из всех европейских политиков Н. Саркози, который, будучи прагматиком, удачно приспосо¬бил католицизм к своим политическим целям. Предвыбор¬ная кампания его проходила под знаком возвращения хри¬стианства в качестве важнейшей составляющей француз¬ской национальной идентичности. Заявив в ходе нее, что отказ от включения положения о христианских корнях Европы в конституцию ЕС было ошибкой, он подтвердил это и в начале 2008 г. на партийной конференции в присутст¬вии А. Меркель, подчеркнув: «Если мы отвергаем свое про¬шлое, то не подготовимся к будущему». Более того, в своей книге «Республика, религии, надежда», написанной в соав¬торстве с Т. Колленом, членом Фонда социальной политики, близкого к «Опус Деи», Саркози высказал идею о возможно¬сти изменить закон 1905 г., утверждающий отделение церк¬ви от государства и являющийся опорой французской свет¬скости, что многие оценивают как невиданное покушение на сами основы политической культуры Франции. Еще бо¬лее показательным стал его визит в Ватикан в конце декаб¬ря 2007 г., в ходе которого он произнес речь, выдержанную в духе опусдеистского понимания мира. В частности, срав¬нивая свою деятельность с миссией папы, он заявил: «Знай¬те, что мы имеем, по крайней мере, одно общее — это при-звание. Мы не можем быть священниками наполовину, мы являемся ими во всех проявлениях нашей жизни. Знайте, что нельзя быть президентом наполовину. Я понимаю, чем Вы жертвуете, чтобы отвечать Вашему призванию, так как я знаю, что сделал я, чтобы реализовать мое призвание»229. Как отметил один из французских наблюдателей, Н. Сарко¬зи «нам делает религию по-американски, давая фундамента¬листское и непримиримое видение католицизма в своем от¬ношении к миру».

    Этот подход, воспроизводящий фактически американ¬ский фундаменталистский взгляд на мир, проявляется и в том, что Н. Саркози, очень умело и тонко реагируя на пси¬хологический настрой французского общества, стал в апо¬калиптических терминах описывать «столкновение цивили¬заций». Эта идея впервые была им изложена летом 2007 г. в речи перед послами, в которой он заявил, что один из глав-ных вызовов, которому должна противостоять Франция, за¬ключается в том, «как предотвратить столкновение меж¬ду исламом и Западом»230. В таком же духе были выдержаны его монологи во время приемов премьер-министров Ирлан¬дии и Швеции в сентябре и октябре того же года, которые журналисты оценили как антимусульманскую тираду. Это было накануне подписания Лиссабонского договора страна¬ми Евросоюза (декабрь 2007 г.), и Н. Саркози делал все, что¬бы заручиться поддержкой общеевропейского проекта со стороны французского общества, резко настроенного про¬тив вступления Турции в ЕС. Однако об истинном отноше¬нии президента к исламу, и особенно к радикальному исла-му, свидетельствует его самая активная поддержка самопро¬возглашенного криминального государства в Косово231.

    Что же касается проекта Единой Европы, то, как мы ука¬зывали, он всегда рассматривался Ватиканом в общей гло¬бальной перспективе. И сегодня, когда мир оказался вверг¬нут в управляемый всеобъемлющий кризис и правящие элиты уже открыто заговорили о необходимости введения мирового наднационального управления, Св. Престол пре¬вратился в важнейшего участника информационно-пропа¬гандистской кампании, направленной на обоснование соз¬дающихся новых мировых органов наднационального кон¬троля потребностями религиозно-этического характера.

    В преддверии встречи Большой восьмерки (G8) в Акви-ле, состоявшейся в июле 2009 г., Бенедикт XVI опубликовал энциклику Caritas In Veritate132, в которой говорится о необ¬ходимости срочного установления настоящей «мировой по¬литической власть», которая должна признаваться всеми и пользоваться реальными полномочиями для обеспечения безопасности, уважения и прав каждого, быть способной до¬биваться признания различными сторонами как своих реше¬ний, так и тех мер, которые согласованно принимаются раз¬личными международными форумами. Странам всего мира предложено реформировать ООН и другие международные организации таким образом, чтобы они смогли стать осно¬вой для создания «единой семьи народов» и взять на себя решение вопросов разоружения, продовольственной безо¬пасности и иммиграционной политики. Выдвигается необ¬ходимость реформирования мировых финансовых институ¬тов и экономической системы в плане ориентирования их на соблюдение моральных принципов.

    Между тем, говоря о тех серьезных проблемах, которые принесла с собой глобализация, энциклика не указывает на их истинные причины и не называет конкретных виновни¬ков. Хотя в ней и говорится о нарушении нравственных ос¬нов капиталистической системы как главной причине ны¬нешнего кризиса, сама суть этой системы, в основании кото¬рой лежит власть процента и устремленность на получение прибыли, не подвергается критике. Речь в ней идет лишь о необходимости более справедливого распределения в со¬ответствии с принципами милосердия в условиях сохране¬ния долгового характера экономики. Поэтому, будучи про-никнуто пафосом справедливости и заботы о человечестве, но предлагая новую систему управления на базе ныне суще¬ствующих и «этически откорректированных» бизнес-струк¬тур, это многостраничное папское послание придает нрав-ственную легитимность транснациональной власти тех самых финансовых кланов, по вине которых человечест¬во ввергнуто в настоящее время в глубочайший кризис.

    Важное символическое значение в смысле все той же мо¬ральной поддержки утверждаемого нового порядка имела и состоявшаяся в дни заседания Большой восьмерки встреча Бенедикта XVI с американским президентом Обамой, вопло¬щающим собой в глазах мировой общественности надежду на успешное строительство «посткризисного мира». Входе 40-минутной беседы Обама обсудил с папой вопросы, свя¬занные с решением мировых проблем, и, хотя взгляды аме¬риканского президента по вопросам морали и нравственно¬сти (аборты, однополые браки и пр.) категорически расхо¬дятся с взглядами Католической церкви, папа остался, по словам представителя Ватикана, «глубоко удовлетворен» ею.

    Энциклика Caritas In Veritate готовилась Ватиканом в течение двух лет, однако ее главные идеи очень созвуч-ны тем положениям, которые содержатся в уже цитирован¬ном нами документе 2001 г. «Мировое управление: наша от¬ветственность за то, чтобы глобализация стала шансом для всех». Похоже, изложенные в нем идеи о Группе глобально¬го управления (GGG) начинают воплощаться в жизнь. Как известно, на саммите G20, состоявшемся в Питтсбурге в сентябре 2009 г., премьер-министр Великобритании Гордон Браун заявил, что Большая двадцатка отныне становится основным международным механизмом управления ми¬ровой экономикой, призванным бороться с экономическим кризисом и обеспечить лучшую подготовку мира к будущим экономическим трудностям. Интересно, что кроме руково¬дителей 19 крупнейших экономик мира и председателя Ев-рокомиссии на саммите присутствовали также руководители Голландии, Испании, Сингапура и Швеции — страны, пред¬седательствующей в ЕС (всего 24 руководителя), а также гла¬вы международных финансовых и экономических организа¬ций, включая генсека ООН. Так что двадцатка превращается в GGG, а папская энциклика подготавливает общественное мнение к «ответственной глобализации» и «моральной эко¬номике». В силу этого «избранный» Бильдербергским клу¬бом на пост президента ЕС в ноябре 2009 г. правоверный католик ванн Ромпей с полным основанием мог заявить на своей первой пресс-конференции, что 2009 г. стал «первым годом глобального управления».

    Что же касается «европейского строительства», то с вступлением в силу в декабре 2009 г. Лиссабонского дого¬вора руководство ЕС стало оказывать религии подчеркну¬тое внимание, тем более, что 17-я статья документа при¬знает «специфический вклад» религий в жизнь общества, и, как заявил президент Европарламента Ежи Бузек, регу¬лярный диалог с церквами становится законодательным обязательством для ЕС. Теперь Европарламент имеет сво¬его вице-президента, отвечающего за религиозный диалог, и готовит создание специальной службы по тому же вопросу.

    Действительно, по мере проведения в жизнь пла¬на строительства наднациональной системы глобального управления с ее разрушительными социальными последст¬виями «анестезирующее» воздействие официальных рели¬гиозных проповедей приобретает растущее значение. Те¬перь, когда ЕС разработал новую «Европейскую стратегию 2020», направленную на борьбу с бедностью, представители церквей превращаются в исключительно важных партнеров Евросоюза. Как подчеркнул Ж.М. Баррозу на встрече руко¬водства ЕС с религиозными деятелями Европы в Брюсселе в июле 2010 г., посвященной борьбе с бедностью, «церкви и религиозные сообщества несут активное социальное служе¬ние в странах-членах ЕС, и если Евросоюз хочет эффектив¬но бороться с бедностью и социальной незащищенностью, то существенно важно извлечь пользу из их многолетнего и всеохватывающего опыта»233.

    Эта встреча стала шестой по счету в ряду ежегодных встреч, проводимых Баррозу начиная с 2005 г. На ней при¬сутствовали более 20 представителей христианства, иудаиз¬ма, ислама и других традиционных религий из 14 стран Ев¬росоюза. Был здесь и и.о. представителя Московского Пат¬риархата при европейских международных организациях протоиерей Антоний Ильин, заявивший в своем выступле¬нии, что если Европа действительно претендует на то, что¬бы стать союзом ценностей и «мягкой силой» в сегодняш-нем мире, своего рода будущим сценарием глобально-го управления, реализуемом на региональном уровне, то она должна стать, прежде всего, диалоговым сообщест¬вом, основанном на сетевом взаимодействии наднацио¬нальных институтов с важными публичными актора¬ми, прежде всего Церквами и традиционными религия¬ми. Он также отметил, что успех данной инициативы может стать примером и возможным сценарием для будущего диа¬лога Церквей с международными организациями и на гло¬бальном уровне234.

    Католическая «этика финансов» как легитимизация спекулятивного капитала

    Ватикан активно ратует за «моральную экономику», но как он ее понимает в реальности, хорошо демонстрирует его собственная финансовая деятельность. По данным ряда ис¬следователей, Банк Ватикана (ИДР), капитал которого по итогам 2008 г. равнялся 5 млрд. евро, и сегодня занимает¬ся активным отмыванием денег. В недавних расследовани¬ях «London Telegraph» и «Inside Fraud Bulletin» Ватикан упо-минается в качестве одного из главных «налоговых райков» наряду с Макао и Науру 235. В силу действующей системы многонационального финансового управления ИДР позво¬ляет различного рода религиозным организациям хранить их средства в безопасности и избегать любого блокирова¬ния или конфискации со стороны недружественного прави-тельства. В этих условиях религиозные организации, в осо¬бенности итальянские, могут использовать свои банковские счета, чтобы помочь своим спонсорам избежать регламен¬тирования их деятельности или вывести деньги за рубеж, а поскольку их насчитывается сотни, контролировать все эти злоупотребления не представляется возможным. Так что Ватикан активно проводит офшорные операции, не являясь формально офшорной юрисдикцией, что делает его недос¬тупным для какого-либо регламентирования и защищенным от попадания в черные списки.

    В конце сентября 2009 года новым главой ИДР вместо Калойа стал Готти Тедески236, возглавлявший с 1992 г. италь¬янское подразделение испанского Банка Сантандер. Обозре¬ватели выделили несколько причин, по которым выбор пал именно на него. Тедески близок к госсекретарю Ватикана Тарчизио Бертоне, которому оказал значительную помощь в наведении порядка в церковных финансах. Далее, по дан¬ным некоторых источников, он является членом «Опус Деи» (супернумерарием)237. В свое время он основал собственный банк Akros Finanziaria совместно с членом ордена Жанма-рио Ровераро, считавшимся долгое время одной из самых важных фигур финансового католического мира (был убит при невыясненных обстоятельствах в 2006 г.) и сотрудничал с другим опусдеистом, крупным банкиром Джузеппе Гаро-фано, бывшим президентом Montedison. В отличие от обоих друзей-банкиров, оказавшихся замешанными в крупных фи¬нансовых скандалах, Тедески удалось построить свою карь¬еру, не совершив никаких компрометирующих его действий. Он работает также советником банка Sanpaolo IMI и Пала¬ты вкладов и ссуд, куда был приглашен своим другом, ми¬нистром экономики Италии Джулио Тремонти. Наконец, он является экономическим обозревателем официальной газе¬ты Св. Престола L'Osservatore Romano и известен как круп¬ный специалист по финансовой этике, которую преподает в Миланском Католическом университете. Тедески автор по¬пулярной книги «Деньги и рай, глобальная экономика и ка¬толический мир» (написанной совместно с журналистом и писателем Рино Каммиллери), в которой отстаивает «пре¬восходство капитализма, вдохновленного христианской мо¬ралью, над капитализмом протестантского толка»238.

    Именно Тедески инициировал «революционную» идею, изложенную в январском номере L'Osservatore Romano за 2009 г. и повторенную тогдашним премьер-министром Ве¬ликобритании Гордоном Брауном в его статье в февраль¬ском номере того же журнала239, заключающуюся а том, что преодоление нынешнего кризиса возможно только путем направления колоссальных инвестиций в развивающиеся страны, которые, будучи вовлеченными в процесс стабили¬зации мировой экономической системы, «вытащат» богатые страны. Речь идет фактически о расширенном варианте пла¬на Маршалла, который под предлогом борьбы с бедностью и отсталостью полностью откроет рынки развивающихся стран для зарубежных инвесторов и намертво привяжет их к западным банкам. Этот проект как раз и обсуждался на встрече G20 в Питтсбурге в апреле 2009 г. Другая новатор¬ская идея, изложенная Тедески, заключается в предложении создать такой общемировой «хороший банк» («good bank»), который возьмет на себя финансирование вышеупомянуто¬го планетарного проекта.

    В качестве крупного специалиста по «этической эконо¬мике» Тедески принимал участие в подготовке энциклики Caritas in Veritate, и после того, как она была опубликована, заявил, что папа заслуживает за свое послание присуждения ему Нобелевской премии по экономике (он предлагал вру¬чить ее и Гордону Брауну за его вклад в решение проблемы выхода из кризиса, а еще раньше — папе Иоанну Павлу II за его энциклику Centesimus agnus).

    Надо отметить, что назначение Тедески было растолко¬вано в Риме как «силовой удар» Бенедикта XVI и кардина¬ла Бертоне в той внутренней борьбе, которая ведется в ку¬рии после смерти Иоанна Павла II. По утверждениям не¬которых ватиканских источников, положение с финансами Ватикана представляет собой полный хаос вследствие тех злоупотреблений и махинаций, которые позволяют себе но¬вые члены курии — главным образом епископы и кардина¬лы из Латинской Америки и Восточной Европы. Всеобщее внимание к финансам церкви было привлечено и выходом в свет в 2009 г. книги «ООО Ватикан» (Vaticano S.p.A), напи¬санной журналистом из Panorama (входящей в издательскую империю Сильвио Берлускони) Джанлуиджи Нуцци на осно¬ве 4 тысяч секретных документов ИДР, переданных ему по наследству Ренато Дардоцци, работавшем в составе комис¬сии по «оздоровлению» ИДР и умершим в 2003 г. В соответ¬ствии с ними, во время разразившегося в 1993 г. скандала «чистые руки», ИДР с помощью сеньора Донато де Бониса разработал сложную систему тайных счетов, которая функ¬ционировала в качестве банка внутри банка, с помощью ко¬торого шла отмывка грязных денег итальянских мафиози, бизнесменов и политиков высокого уровня. Как заявил ис¬следователь Зизола, «известно, что Ватикан посылал эмис¬саров в издательство Chiare Lettere, чтобы не допустить выхода в свет этой книги, и предложил большую сумму денег издателям. Однако книга в итоге вышла, и Ватикан был не¬доволен Калойа, который не сделал все необходимое, что¬бы помешать этому»240. Так что, хотя срок полномочий Ка¬лойа истекал только в 2011 г., его сместили раньше, а вместе с ним и его помощников.

    Новая команда во главе с Тедески241 является, как счи¬тают, более профессиональной и способной вывести финан¬сы Ватикана на новый уровень, соответствующий требова¬ниям современного курса глобальных элит, добивающихся «транспарентности» национальных финансов в целях уста¬новления жесткого наднационального контроля над миро¬вой экономикой.

    Видимо, с подачи новой команды профессионалов в ап¬реле 2010 г. на фондовом рынке Европы появился первый в истории финансов христианский индекс акций Stoxx Europe Christian Index, который, как указывается, призван «помочь инвесторам, разочарованным финансовым кри¬зисом, выбрать ценные бумаги «этичных» компаний». Как сообщил генеральный директор Stoxx Хартмут Граф, «ка-толический индекс был создан в связи ростом количества участников христианских рынков, предпочитающих инве¬стировать согласно их религиозным представлениям»242.

    Представители Ватикана теперь присутствуют в коми¬тете по управлению биржевым индексом, в который вошли 533 европейских эмитента, получающие прибыль за счет биз¬нес-процессов, не противоречащих ценностям и принципам христианства, то есть не занимающиеся порнографией, тор¬говлей или производством оружия, табака, алкоголя, кон-трацептических средств, не связанные с игровым сектором и клиниками, предоставляющими услуги по искусственно¬му оплодотворению. Среди этих «этичных» компаний ока¬зались ВР, HSBC, Nestle, Vodafone, Royal Dutch Shell, Siemens, Rio Tinto и GlaxoSmithKline. При этом интересно, что на во¬прос, почему в индекс была включена GlaxoSmithKline, ко-торая производит в том числе и контрацептивы, представи¬тельница Stoxx ответила, что запрет распространяется толь¬ко на те компании, которые получают весь свой доход от
    145

    деятельности, противоречащей христианской этике. Одна¬ко долю дохода, которую компания может получать от не¬желательных операций, она сообщить отказалась. По ее сло¬вам, жесткий запрет действует только в отношении оружей¬ного бизнеса.

    Создав католический биржевой индекс, Римско-като-лическая церковь в очередной раз продемонстрировала не только свою приверженность принципам современного фи¬нансового порядка, но и готовность освятить авторитетом христианства такие отнюдь не богоугодные дела, как спеку¬ляции на фондовом рынке. Это новое направление деятель¬ности Ватикана стало одной из форм взятой им на себя мис¬сии религиозно-этического обоснования строительства но-вого мирового экономического порядка в соответствии с духом папской энциклики «Caritas in Veritate». Вместе с тем, как указывают наблюдатели, появление данного индекса ста¬ло признанием растущего числа «христианских участников рынка». Можно заключить, что новый католический индекс послужит не столько нравственному очищению самого биз¬неса, сколько более глубокому погружению католиков с бла-гословения папы Римского в спекулятивные биржевые опе¬рации. Характерно при этом, что данное событие совпало по времени с принятием решения о создании Папского совета по новой евангелизации Европы, деятельность которого, судя по всему, охватит также и сферу фондового рынка.

    Действительно, Римско-католическая церковь сама ста¬новится все более активным инвестором, укрепляя свою роль одного из самых влиятельных игроков на мировом рынке. Банк Ватикана, а также Администрация владения Апостольского престола (АВАП) управляют инвестициями в акции, облигации и недвижимость, а также средствами, полученными в качестве пожертвований от католиков всего мира, которые представляют основные источники доходов папы и курии. Известно, что Ватикан осуществляет крупные инвестиции через структуры Ротшильдов в Великобрита¬нии, Франции и США и владеет акциями в крупнейших кор¬порациях, в частности Ройял датч Шелл, Дженерал Моторс, Дженерал Электрик и др.

    Занимаясь такой широкой инвестиционной практикой, Ватикан продолжает тщательно скрывать реальные показа¬тели своей финансовой деятельности и уж тем более не под¬нимает вопрос о том, в какой степени этично участие като¬ликов в спекулятивных фондовых операциях. Однако, желая предстать в образе «нравственного опекуна» современного бизнеса, Св. Престол на словах всячески ратует за прозрач¬ность финансов и демонстрирует готовность осудить наи¬более позорные и компрометирующие его виды деятельно¬сти. Это тем более актуально, что в последние годы Католи-ческая церковь вновь оказалась вовлечена в ряд скандалов, связанных с участием католических орденов в инвестирова¬нии в «неэтичный» бизнес, вплоть до порнографии. Так, со¬всем недавно старейший в Германии Pax-Bank, созданный ка¬толическими монахами, был обвинен в нарушении канонов христианской морали за вложение средств в ценные бумаги американского производителя фармакологической продук¬ции Wyeth, производящего противозачаточные средства, а также в акции международного концерна BAE Systems, спе-циализирующегося на производстве атомных подводных ло¬док, ракетных систем и боевых самолетов. Самые крупные инвестиции Pax-Bank произвел в табачную индустрию, при¬обретя акции British American Tobacco и Imperial Tobacco на сумму свыше 870 тысяч евро.

    Главный же скандал вновь оказался связан с Банком Ва¬тикана: едва Готти Тедески в качестве главного специалиста по «финансовой этике» приступил к «отмыванию» имид¬жа ИДР, как уже в декабре 2009 г. прокуратура Италии за¬нялась расследованием схемы отмывания денег ИДР через счета крупнейшего итальянского банка UniCredit. В сентяб¬ре 2010 г. в отношении Тедески было возбуждено уголовное дело, в результате которого он вместе с генеральным дирек-тором ИДР Паоло Чиприани оказался под следствием. Банк подозревается в нарушении закона об обеспечении прозрач¬ности деятельности, поскольку собирался перевести 23 млн. евро со своего счета в итальянском банке Credito Artigianato в немецкий филиал банка JP Morgan и 3 млн евро — в Вапса del Fucino на счета неизвестных лиц. Как выяснилось, за 8 лет через один из этих счетов было переведено уже более 180 млн. евро. Посчитав, что операция может быть класси¬фицирована как отмывание денег, правоохранительные ор¬ганы наложили арест на эти средства, фактически впервые применив столь строгую меру в отношении активов банка Ватикана243.

    Показательно, что именно тогда, когда «оплот» католи¬ческих финансов вновь оказался в центре скандала, в Мо¬скве был организован российско-итальянский симпозиум с участием банкиров Ватикана на тему «Этические аспекты банковской деятельности и социальная роль банков: опыт России и Италии». Он прошел с 11 по 12 октября по ини¬циативе Фонда кардинала Поля Пупара (бывшего президен¬та Папского совета по культуре), а организаторами его вы-ступили Отдел внешних церковных связей Московского патриархата, Православный Свято-Тихоновский гуманитар¬ный университет, Экспертный совет «Экономика и этика» при Патриархе Московском и всея Руси, Банковская группа «UBI Вапса» при поддержке Российско-итальянского фору¬ма-диалога по линии гражданских обществ Внешэкономбан¬ка и фонда имени святителя Григория Богослова. Как было подчеркнуто в зачитанном на симпозиуме послании папско¬го нунция в России архиепископа Антонио Меннини, тема встречи «необычна», но «интересна».

    Действительно, для православного человека тема эта является крайне необычной, поскольку в его сознании дея¬тельность современного банка, как учреждения, существую¬щего за счет взимания процента, испокон веков осуждаемого Церковью, плохо, мягко выражаясь, согласуется с христиан¬ской этикой. Совершенно очевидно, что эта тема навязыва¬ется обмирщенным католицизмом в целях приобщения нас к продвинутому, модернизированному пониманию совре-менных процессов, освобожденному от основополагающих положений христианского мировоззрения. У нас уже ши¬роко распространены такие немыслимые словосочетания, как «православная политика», «православное предпринима¬тельство». Теперь же теоретики от религии превзошли са¬мих себя, введя понятие «христианский банкинг». Вопрос о возможности последнего поставил на симпозиуме ответ¬ственный секретарь Патриаршего совета «Экономика и эти¬ка» П. Шашкин, использовавший в своем выступлении та¬кие понятия, как «христианские финансовые инструменты», «христианская система микрокредитования» и пр. Хотя, надо отметить, что еще в сентябре, в ходе подготовки к сим¬позиуму в Москве прошел круглый стол «Перспективы пра¬вославного банкинга в России»244 с участием представителей различных бизнес-структур, на котором обсуждались темы «православный банкинг как инструмент повышения взаим¬ного доверия», «механизмы православного банкинга», «за¬конодательная поддержка в сфере развития православного банкинга» и др.

    На симпозиуме были высказаны общие идеи о необхо¬димости формирования «нового синтеза между финансовой сферой и нравственностью», выработки «высоких стандар¬тов» экономической и банковской этики, но все это явля¬лось лишь перепевами положений уже упомянутой папской энциклики Caritas In Veritate, ратующей лишь за более спра¬ведливое распределение в рамках существующей системы процентной экономики. Так, выступавший на встрече пред¬седатель совета директоров крупнейшего итальянского бан¬ка Intesa Sanpaolo А. Фалико, выделив в качестве главной причины мирового финансового кризиса нарушение эти-ческих принципов в экономике, призвал к «глубокому пе¬реосмыслению целей и задач капитализма», к построению «реально демократической экономики» на основе «спра¬ведливого распределения», что было названо им «культур¬но-этической революцией».

    Другие пути выхода из кризиса, связанные с постанов¬кой под вопрос нравственной легитимности самого про¬цента и обусловленного им долгового характера современ¬ной экономики, не обсуждались, и не случайно опыт совет¬ской экономики, включая социалистические финансы, не только не рассматривался как потенциально востребован¬ный, но, напротив, был категорически осужден. Как отметил президент Ассоциации российских банков Г. Тосунян, в Рос¬сии существует «отторжение банковской деятельности, ее непонимание», что связано с предыдущим 70-летним опы¬том — когда банковская деятельность, как и любая коммер¬ческая, была практически под запретом. С восстановлени¬ем рыночных отношений, указал он, восстанавливается и духовность — «это не противоположные грани». В качест¬ве образцов такой духовности он привел «Кодекс чести бан¬кира» 1992 г. и «Кодекс этических принципов банковского дела» 2008 г., представленный на 19 съезде Ассоциации рос¬сийских банков.

    Оценивая в целом данную «финансово-этическую» ини¬циативу католической церкви, можно сказать, что она явля¬ется очередной «инновационной» попыткой вовлечь Пра¬вославную церковь в крайне опасную дискуссию (а прошед¬ший симпозиум было предложено превратить в постоянно действующий), за которой неминуемо последуют уже прак¬тические шаги, направленные на создание некого едино¬го «христианского» банковского пространства. И в услови-ях расширения православно-католического диалога сотруд¬ничество в сфере финансов может оказаться для Ватикана ключевым направлением.

    При изучении финансов Ватикана особый интерес пред¬ставляет рассмотрение деятельности Банка Сантандер — главной финансовой группы Испании, первого банка в евро-зоне и девятого — в мире по рыночной капитализации. Это тот самый банк, итальянский филиал которого возглавлял Готти Тедески. Во-первых, Сантандер также близок к «Опус Деи»: с ним связан нынешний президент банка миллиардер Эмилио Ботин, чья жена Палома О'Шеа является супернуме-рарием ордена (считается, что именно Ботин ввел Готти Те¬дески в ближайшее окружение Бенедикта XVI)245. Во-вторых, банк входит в важнейшую ротшильдовскую структуру — Интер-Альфа группу, созданную еще в 1971 г., как раз когда в США было отменено золотое обеспечение доллара, что по¬ложило начало демонтажу Бреттон-Вудской системы246.

    Интер-Альфа группа представляет собой банковский консорциум, возглавляемый Королевским банком Шотлан¬дии (RBS) и объединяющий одиннадцать контролируемых Ротшильдами ведущих европейских банков, среди которых нидерландский ING Bank, французский Societe Generale, ир¬ландский AIB Group, итальянский Intesa Sanpaolo (пред¬ставитель которого А. Фалека как раз и присутствовал на банковском симпозиуме в Москве), португальский Вапко Espirito Santo, Национальный банк Греции и др.247 Королев¬ский банк Шотландии, обслуживающий королевскую семью Великобритании, входит также в Европейский круглый стол по вопросам финансовых услуг (ЕКСФУ), который в своих отчетах в последние годы активно отстаивает концепцию создания единого надзорного и контрольного органа («the lead supervisor concept») в качестве наиболее продуктивного средства интеграции европейских финансовых рынков. Дан¬ный орган должен стать «мегарегулятором» деятельности всех трансграничных финансовых организаций.

    Интересно при этом, что со многими из упомянутых банков также связаны различные скандальные истории. Так, португальский Banko Espirito Santo известен как «сверхпре¬ступный банковский и страховой гигант»248, а сформиро¬ванный недавно итальянский Intesa Sanpaolo наряду с Бан¬ком Ватикана пребывает в настоящее время в центре рассле¬дования итальянской прокуратуры. Что же касается банка Сантандер, то имя его президента Ботина не раз всплывало в связи с торговлей наркотиками. Так, в сентябре 2004 г. по¬стоянный подкомитет сената США по расследованиям вы¬нес строгое предупреждение банкам Сантандер и HSBC за слабый контроль за соблюдением мер по предотвращению отмывания денег и за получение подозрительных переводов на 35 миллионов долларов от лица, подозреваемого в нарко¬торговле из Экваториальной Гвинеи249.

    С самого своего основания в 1857 г. финансовая струк¬тура Сантандер находится в сфере влияния группы Рот¬шильдов, с которой связаны представители семейства Бо-тин, изначально возглавлявшие данный банк. Благодаря этим связям ему удалось осуществить крупномасштабное расши¬рение своей сети сначала по всей Испании, затем провести финансовую экспансию в Латинскую Америку (Аргентину, Мексику, Бразилию, Чили и др.), в которой ему принадле¬жат 10% всех банковских активов250, и, наконец, закрепить свое присутствие в Европе, заключив стратегический союз с Королевским банком Шотландии, под управлением которо¬го он фактически и находится в настоящее время251. Учиты¬вая, что с британскими банковскими домами и с Ротшиль¬дами имеет крепкие исторические связи и другой крупней¬ший банк Испании — Бильбао Визкайя Архентария (BBVA) и что вместе с Сантандер банком он контролируют 56% ис¬панского банковского капитала, можно считать, что банков¬ская система Испании, по своей сути, как пишет извест-ный американский экономист Л. Ларуш, является филиа¬лом Лондона252. Не случайно, когда в условиях финансового кризиса Еврокомиссия потребовала от шотландского банка в обмен на финансовую помощь выставить на продажу 700 его филиалов, именно Сантандер банк предложил выкупить 318 из них, хотя он уже владеет 1,3 тыс. различных подраз¬делений253.

    В своих отчетах Сантандер банк предстает в качестве процветающего банка, опережающего по годовой прибыли в последние три года Bank of America, JP Morgan, Union Bank of Switzerland и тот же RBS. Между тем, вся империя банка Сантандер представляет собой, по выражению исследовате¬ля Д. Смолла, лишь огромных размеров куклу без серьезных основательных активов254.

    Главные свои прибыли банк получает за счет раздува¬ния огромного спекулятивного пузыря в Бразилии, Велико¬британии и Испании. В Бразилии — от операций по «кэрри-трейд» с бразильскими государственными обязательствами, представляющими собой громадную финансовую пирами¬ду, а в двух других странах — от операций с деривативами на недвижимость, в результате которых у Сантандер нако-пились огромные токсичные активы, приведшие к резкому возрастанию невозвратных долгов в испанской банковской системе255. Однако Эмилио Ботин не видит никаких про¬блем и стремится превратить свой банк в первый по вели¬чине банк Англии по объемам рынка, прибыльности и рен¬табельности. Как пишет Д. Смолл, «таким трофеем Ботин и его английские покровители будут гордиться, даже если бы вся мировая финансовая система одновременно отправилась в небытие. Но синдром Сантандера — смертоносное жульничество, от которого патриоты России, Китая, Индии должны держаться подальше»256.

    Именно к этим странам банк Сантандер проявляет осо¬бый интерес, выразившийся в разработке Фондом М. Боти-на (личным фондом семейства Ботина) своего собственного проекта БРИК, в соответствии с которым с 2006 по 2009 г. в штаб-квартире фонда в Мадриде проводились ежегодные встречи с представителями политических кругов Китая, Ин¬дии, России и Бразилии для частных обсуждений вопроса о том, какой должна быть ориентация той или иной стра¬ны. Политические, экономические и стратегические коррек-тировки курса, которые должна сделать Россия, обсужда¬лись на соответствующем семинаре в 2009 г.

    В нашей стране в последние годы банк Сантандер раз¬вивает необычайную активность, действуя через свое под¬разделение «Сантандер Консьюмер Финанс, С.А.». Хотя его специализацией является автомобильное кредитование кли¬ентов, главным направлением его деятельности является со¬всем другое. Можно считать, что сегодня Сантандер вполне заменил собой фонд Сороса, сконцентрировавшись на науч-но-образовательных проектах.

    Дело в том, что группа Сантандер является, похоже, единственным банком, в рамках которого существует от¬дельное глобальное подразделение, называемое «Универ¬ситеты Сантандер», отвечающее за реализацию программы сотрудничества с академическими сообществами в различ¬ных странах мира (главным образом в Латинской Америке). Данное подразделение осуществляет поддержку универси¬тетов, с которыми у банка имеется соглашение о сотрудни¬честве, проводя различного рода поощрительные мероприя¬тия — предоставление стипендий на обучение, организация проектов для преподавателей и исследователей, поощрение развития отношений между университетами и бизнес-сооб¬ществом. В период с 1996 по 2008 г. на эти цели было направ¬лено около 590 млн. евро257. В настоящее время соглашения Подписаны с более чем 700 университетами, а более широ¬кий проект «Универсия» охватывает 1169 образовательных учреждений в 23 странах, в которых учатся и работают 13,5 млн. студентов и преподавателей.

    В России партнерами банка Сантандер являются уже 8 ведущих вузов страны258, в которых реализуются программы академической мобильности для студентов и преподавате¬лей, международного сотрудничества для научного сообще¬ства, создаются исследовательские центры по вопросам ме¬ждународных финансов и осуществляется подготовки в сфе¬ре культуры предпринимательства (на базе американского колледжа Бабсона, считающегося лучшим в мире учебным заведением по данной дисциплине) и др.

    О том, как, при этом, Сантандер банк понимает культу¬ру предпринимательства, хорошо свидетельствует следую¬щий эпизод. Когда Эмилио Ботин подписывал в Москве со¬глашение о сотрудничестве с Высшей школой экономики (ВШЭ) и предложил гостям церемонии посмотреть неболь¬шой ролик о банке, один из руководителей ВШЭ под впе-чатлением просмотра вспомнил высказывание частного бан¬кира короля Эдурда VI Эрнеста Касселя, изложившего суть своего ремесла следующим образом: «Когда я был молодым и только начинал финансовые операции, меня многие счи¬тали игроком, потом мои операции увеличивались, увеличи¬вались, меня начали считать спекулянтом. Затем, когда мои операции стали очень большими, все начали считать, что я банкир. В действительности все это время я делал одно и то же дело»259.

    О важности, которую придает банк Сантандер своему присутствию в России, говорит тот факт, что на состоявшей¬ся 30 мая — 1 июня в Гвадалахаре (Мексика) Второй между¬народной встрече ректоров университетов-участников про¬екта «Университеты Сантандер» впервые присутствовали представители российских вузов. Участников встречи при¬ветствовал сам Эмилио Ботин, подтвердивший готовность выделить в ближайшие пять лет 600 млн. евро на развитие образовательных программ. При этом с представителями университетов России, Китая, США и Великобритании пре¬зидент банка провел отдельную встречу, на которой была подчеркнута важность глобализации образовательного пространства и тесного взаимодействия с университетами ибе-ро-американского региона.

    Таким образом, деятельность группы Сантандер стала уникальным примером инновационного глобально-сетево¬го проекта, когда частный банк, объединяя вокруг себя ве¬дущие университеты мира, формирует фактически соб¬ственную транснациональную образовательную систему («Сантандер-сеть»). Пытаясь осуществить органический син¬тез ростовщически-спекулятивных и высокоидейных начал, банк Сантандер стал, по сути, олицетворением союза бизне¬са с продвинутым католицизмом опусдеистского толка.

    Ватикан возлагает большие надежды на деятельность «Опус Деи» в России. Официальное представительство ор¬дена было открыто здесь в декабре 2007 г. (Россия остава¬лась последней из крупных стран, где эта организация не была представлена). Но уже и до этого, как заявил предста¬витель организации А. Хавард, сотрудники «Опус Деи» ра¬ботали на нашей территории уже в течение 15 лет, так что, видимо, почва оказалась настолько подготовленной, что ру¬ководство сочло возможным перевести организацию на «ле¬гальный» статус. Так что это не начало пути, а переход от подготовительной к активной фазе деятельности. В этом смысле особенно многозначительно звучат слова, сказанные Бенедиктом XVI во время его визита в Баварию в сентяб¬ре 2006 г.: «Я уверен, что и на так называемом Западе, здесь, в Германии, и на просторах России мы можем пожать бога¬тую жатву»260.

    «Примирение» с православием под главенством папы

    Другим главным направлением деятельности Ватикана является продолжение межрелигиозного диалога, в котором прежняя гибкость уступила место более наступательной и жесткой позиции, направленной на возвышение авторите¬та Католической церкви и римского понтифика. Если зада¬чей Иоанна Павла II было привлечь к сотрудничеству с ка¬толицизмом как можно больше религий, то задача нового папы заключается в открытом утверждении в общемиро¬вом религиозном сообществе лидирующей роли Римско¬го понтифика. В одном из своих выступлений Бенедикт XVI заявил, что «экуменический диалог остается одним из при¬оритетов Католической церкви, ... однако, чтобы этот диа¬лог был действительно конструктивным, кроме открытости к собеседнику, необходима верность идентичности католи¬ческой веры». А ведь важнейшее проявление этой идентич¬ности — признание главенства папы.

    В июне 2007 г. Конгрегация доктрины веры, возглавляе¬мая кардиналом Уильямом Левадой, издала документ «От¬веты на вопросы, касающиеся некоторых аспектов католи¬ческой доктрины», который прояснял подлинное значение некоторых экклесиологических формулировок, содержав¬шихся в более ранних документах, в частности, в деклара¬ции «Dominius Iesus» (2000). В нем еще раз более четко ука¬зывается, что единственная Церковь Христова «пребывает в Католической Церкви, управляемой преемником Петра и епископами в общении с ним», что ей вверена «полнота бла¬годати и истины», в то время как в других Церквах и цер¬ковных сообществах, не пребывающих в полном общении с Католической Церковью (православии и протестантизме — О.Ч.), Церковь присутствует благодаря только «некоторым алементам истины и святости»261. При этом, если протес¬тантские церковные сообщества, как указывается в доку¬менте, в силу отсутствия таинственного священства лишены основополагающего элемента церковности и не могут назы¬ваться церквами в собственном смысле слова, то в отноше¬нии православия сказано, что хотя эти церкви и обладают истинными таинствами и достойны называться «отдельны¬ми или поместными Церквами», но суть их «страдает от не¬кого недостатка», поскольку одним из внутренне образую-щих начал их является «общение с Католической церковью, видимым главой которой является Римский Епископ — Пре¬емник Петра», а по причине разделения между христианами эта «полнота вселенскости» встречает препятствия262.

    Уравняв в «недостаточной святости» православие и протестантизм, Ватикан активно взялся за «возвращение» под омофор папы представителей обеих христианских кон¬фессий.
    Наибольшую готовность к этому проявили консерва¬тивно настроенные общины англикан. Дело в том, что еще в 1991 г. часть англикан, недовольных либеральными рефор¬мами в их церкви, порвала с архиепископом Кентерберий-ским, духовным лидером всех англикан, образовав Тради¬ционное англиканское сообщество (ТАС), насчитывающее в настоящее время около 500 тысяч человек. Цель организа¬ции — защита веры и противостояние обмирщению церкви. В 2007 г. лидеры ТАС направили в Ватикан письмо с прось-5ой разработать процедуру перехода англиканских общин в полное общение со Св. Престолом, после чего Конгрегация доктрины веры начала работать в этом направлении. В ито¬ге в октябре 2009 г. ее префект кардинал Уильям Джозеф Ле¬вада объявил о том, что папа готов принять в лоно Като-\ической церкви целые англиканские общины, желающие вернуться к полному христианскому единству с католика¬ми, и подготовил специальную Апостольскую конституцию ^nglicaorum Coetibus, предусматривающую создание особой церковной структуры, позволяющей англиканам переходить » католическую веру. В соответствии с ней, англикане станут англикано-католиками, а не римо-католиками, сохранив свою идентичность и получив статус «персональных орди-нариатов». Этот статус предполагает не только сохранение их традиционной литургии, дисциплины и богословия, но и частичную автономию, при которой общины будут выведе¬ны из-под юрисдикции местных католических епископов и подчинены собственным епископам, то есть получат такую же привилегию, какой пользуется «Опус Деи». Кроме того, сан католических священников смогут получить и те англи¬канские клирики, которые состоят в браке, правда, при этом они не смогут стать епископами.

    Вслед за этим около 600 служителей традиционалист¬ского течения Англиканской церкви Великобритании, объ¬единенных в движение «Вперед в вере», объявили на сво¬ем собрании в Лондоне, что готовы перейти в лоно Като¬лической церкви, поставив тем самым английскую церковь на грань тяжелого раскола. Архиепископ Кентерберийский Роуэн Уильмс, обеспокоенный тем, как было проведено и воспринято объявление о папской конституции (а Уильмс был извещен о подготовке документа только за две недели до того, как о ней было объявлено официально), в ноябре того же года был принят папой. Встреча прошла при закры¬тых дверях, подробности обсуждения остались неизвестны¬ми, но по ее окончании пресс-служба Ватикана и Роуэн Уиль¬яме высказались за возобновление диалога, который был прерван из-за недовольства Католической церкви либераль¬ными переменами в англиканском сообществе. При этом ар-хиепископ Уильяме подчеркнул, что он не считает издание конституции попыткой «украсть» верующих у Англикан¬ской церкви, заявив: «Люди становятся католиками, потому что они хотят быть католиками, потому что таким образом сформировано их сознание».

    Характерно, что за несколько дней до встречи с па-пой Уильяме выступил с речью на экуменическом семинаре в Папском Григорианском университете, в которой, хотя и подверг критике позицию Ватикана, рассматривающего ру¬коположение женщин в качестве препятствия для экумени¬ческого диалога, тем не менее подчеркнул, что католицизм и англиканство очень близки, а имеющиеся между ними раз¬личия — это «разногласия второго порядка»263.

    Действия папы в итоге завершились успехом. Уже в фев¬рале 2010 г. глава ТАС архиепископ Джон Хепворт сообщил о «большом прогрессе» в переговорах по поводу вступления в общение с Римом, а в марте о переходе под омофор Рима объявили консервативные англикане США, Австралии и Ка¬нады» выступающие категорически против рукоположения ясенщин и гомосексуалистов в священнический сан и благо-словения однополых союзов.

    Важную роль в плане достижения сближения между ка¬толиками и англиканами призван был сыграть визит Бе¬недикта XVI в Великобританию, состоявшийся в сентябре 2010 г. Следует подчеркнуть, что это было первое посещение главой Св. Престола Соединенного Королевства, носившее статус государственного визита с пастырскими элемента¬ми, в подготовке которого участвовали как представители Католических общин Великобритании, так и государствен¬ные органы власти. Предпринятый еще в 1982 г. визит Ио¬анна Павла II в Англию носил лишь пастырский характер и осуществлялся по приглашению католиков.

    За четыре дня визита папа встретился с представителя¬ми многих общин и разных религий, формирующих англий¬ское общество, но главным событием, ради которого и была предпринята данная поездка, стало участие папы в церемо¬нии причисления к лику блаженных известного английского теолога и церковного деятеля XIX в. Джона Генри Ньюмена. Значимость этого акта его не только в том, что это первая беатификация за время пребывания Бенедикта XVI у власти, ;но и в том, что Ньюмен занимает особое место в истории католицизма.

    Это был англиканский священнослужитель, который, оце¬нив значение католической традиции и попытавшись внача¬ле совместить англиканское и католическое вероучения, пере¬шел в католицизм, был рукоположен в священники и возведен в кардинальское достоинство. Решающий вклад Ньюмена со¬стоит в том, что он сформулировал концепцию так называемо¬го догматического развития, которая стала предпосылкой и основой утверждения идеи папской непогрешимости, оформ¬ленной в качестве догмата на I Ватиканском соборе. Она ис¬ходит из того, что само содержание веры и Откровения в са¬мом начале было только в зачаточном виде, в виде неясных намеков в Писании и Предании, поскольку апостолы осозна¬вали христианскую веру только в самом минимальном объе-ме. И лишь с течением времени Церковь постепенно осозна¬вала и формулировала новые истины, строя на неявных бо-гооткровенных посылах догматические выводы. Поскольку же в соответствии с католической идеей Церковь имеет видимо¬го главу — папу, который выступает как хранитель истинного учения, то отсюда вытекала необходимость провозгласить его мнения и решения непогрешимыми, что и было сделано на 1 Ватиканском соборе.

    Данный подход основывается на чисто схоластическом понимании догматического содержания христианской веры как определенной суммы знаний, выстраивающихся в логи¬чески непротиворечивую философско-богословскую систе¬му, и совершенно чуждо православному пониманию, исхо¬дящему из того, что непогрешимость Церкви заключается в ее способности сохранять неизменно Христово учение. Оно исключает возможность догматического прогресса, ут¬верждая, что объективное содержание истины неизмен¬но, поскольку дано в Обетовании, а развитие возможно лишь в степени усвоения богооткровеной истины.

    Ньюмен интересен также тем, что уже в наше время о нем говорили как о неявном отце II Ватиканского собора, так как многое из того, что его беспокоило, нашло выход в это время264. Отмечают, что его понимание веры близко уче¬нию Эскрива де Балагера, о чем, например, поведал в своем интервью католическому агентству Zenit в преддверии пап¬ского визита в Англию член «Опус Деи», священник Хуан Р. Велес (он является соавтором и редактором нескольких книг о Ньюмене). Подчеркнув, что как и Хосемария Эскри¬ва Ньюмен был ревностным поборником святости в повсе¬дневной жизни, Велес заявил: «Он был убежден, что каждый католик призван развивать данные ему Богом таланты, что¬бы ими служить своему Создателю в общественной жизни.

    Подобно Эскриве, проповедовавшему спустя 50 лет, Нью¬мен призвал своих коллег и своих студентов стремиться за¬нять свое место в обществе, чтобы принести Свет Христов во все его слои, в том числе и в высшие его эшелоны. Факти¬чески блаженный Джон Генри Ньюмен призвал мирян бес¬страшно исповедовать свою веру и взять на себя ответст¬венность за общество... Одним словом, Ньюмен полагал, что верующие миряне должны уделять время молитве и изу-чению богословия, и что они должны продвигаться по мес¬ту службы, иметь влияние в университетской среде, в пра¬вительственных учреждениях. Они не должны уподоблять свои религиозные убеждения шляпе, которую снимают и ве¬шают на крючок при входе в дом. Новый блаженный Като¬лической Церкви как бы спрашивает каждого из нас: «Каким образом ты можешь служить Богу наиболее плодотворным образом, оставаясь верным своей профессии, занимая опре-деленную позицию в обществе?»»265

    Белее выделил также много общего между Ньюменем и Бенедиктом XVI, подчеркнув, что они оба являются выдаю¬щимися интеллектуалами и что их богословские произведе¬ния во многом схожи.

    Можно заключить, таким образом, что фигура Ньюмена представляет для Ватикана особый интерес как в силу край¬ней актуальности его подхода к пониманию роли католициз¬ма в общественном развитии, так и из-за его значения как символа сближения англиканства и католицизма, которое может завершиться только под омофором папы.

    Итоги визита понтифика были высоко оценены как Ва¬тиканом, так и руководством Великобритании и Англикан¬ской церкви. Как заявил архиепископ Кентерберийский Роун Уильяме, именно благодаря визиту папы вопросы веры сно¬ва вышли на первый план в британском обществе.

    Отказывая протестантизму в праве называться истин¬ным христианским учением, Ватикан вместе с тем посредст¬вом католических миссий тесно сотрудничает с протестант¬скими общинами в реализации общей с ними стратегии наступления на канонические земли православия через вовлечение его в активный диалог. Речь идет о продол¬жении прозелитизма, методы и способы которого стано¬вятся все более гибкими и изощренными. Бенедикт XVI крайне искусно применяет сегодня тактику «криптокато-лицизма», при которой католики, избегая открытых кон¬фликтов и силового давления, осуществляют последова-тельное и глубокое проникновение в православный мир.

    Главная задача Св. Престола заключается в настоящее время в достижении признания Православными церква¬ми примата Римского епископа, толкуемого крайне широко и мыслимого как главенство его власти. Ключевую роль в ее осуществлении призван сыграть Константинопольский патриарх Варфоломей, занимающий четко прокатоличе¬скую и вместе с тем проамериканскую позицию. Он должен утвердить в православии заимствованную у папизма идею о Константинопольском патриархе как видимом главе Пра¬вославной церкви с особыми властными прерогативами, чтобы, объединив все поместные церкви под своим нача¬лом, поставить их под контроль папы, главенство кото¬рого он готов признать266.

    Учитывая особый характер миссии патриарха Варфоло¬мея, следует подробней остановиться на некоторых фактах биографии этого деятеля.

    Его духовное становление проходило в атмосфере эку¬менических идей и сильнейшего католического влияния, ко¬торое он испытал во время обучения в Восточном институ¬те при Григорианском университете, в Экуменическом ин¬ституте в Боссэ (Швейцария) и в Мюнхенском университете. В Григорианском институте он защитил докторскую, там же и преподавал. Богатый опыт экуменической деятельно¬сти Варфоломей приобрел, работая в комиссии «Вера и цер¬ковное устройство» ВСЦ и на посту члена ЦК и исполкома ВСЦ, принимая участие во всех крупных съездах этой орга¬низации, в экуменических встречах и совместных молитвах в Ватикане, Лондоне, Вашингтоне, а также в работе экуме¬нического фонда Pro Oriente, поддерживающего диалог ме¬жду богословами.

    После своего избрания патриархом (в октябре 1991 г.) Варфоломей следовал путем экуменического слияния Пра¬вославной церкви с иноверцами, активно участвуя в право¬славно-католическом, православно-исламском и православ¬но-иудейском диалогах. Он был организатором и участни¬ком межрелигиозной Всемирной конференции «Религия и мир» 1994 г., в ходе которой призвал представителей всех религий «к союзу и совместным усилиям во имя духовных принципов экуменизма, братства и мира, поскольку все мы едины в Духе Единого Бога». Под его руководством состоя¬лись консультации с представителями иудаизма в 1993 г. в Афинах и в 1998 г. в Израиле. В 2002 г. он участвовал в меж¬религиозной молитве в Ассизи.

    В 2006 г. по приглашению патриарха Варфоломея со¬стоялся визит Бенедикта XVI в Стамбул, где они совместно молились в храме св. Георгия в Фанаре, а затем в католиче¬ском соборе Святого Духа в Стамбуле. В июне 2008 г. патри¬арх Варфоломей совершил официальный визит в Ватикан, а в октябре того же года молился вместе с папой в Сикстин¬ской капелле в ходе межконфессиональной встречи, созван¬ной для борьбы с фундаментализмом и за религиозную терпимость.

    Патриарх Варфоломей активно вовлечен в мирскую об¬щественную деятельность, выступал в Европарламенте, на международных «Пражском форуме 2000», награжден Золо¬той медалью Конгресса США и премией ООН «Борец за ох¬рану Планеты Земля». В 2005 г. совместно в раввином Арту¬ром Шнайером выступал в качестве организатора стамбуль-ской «Конференции за мир и толерантность». 28 октября 2009 г. патриарх Варфоломей посетил синагогу Парк Ист в Нью Йорке267.

    Что же касается его тесных отношений с американ-ским руководством, то следует подчеркнуть, что в 1998 г. в США был принят закон о защите Константинопольско¬го патриархата, который обусловил твердую поддержку по¬следних американских и натовских операций в православ¬ных государствах (Грузия и Украина) и произошедших здесь «цветных революций».

    Именно этот религиозный деятель претендует сегодня на то, чтобы возглавлять всех православных верующих в мире, координируя и инициируя действия поместных церквей.

    Надо сказать, что уже Константинопольский патриарх Димитрий (1972—1991) объявил себя «первым среди рав¬ных Святой Православной Церкви», а папу — «первым среди равных во всей Церкви Христовой», признав его, таким образом, «старшим братом»268. Патриарх Варфоло¬мей также активно предъявляет претензии на статус главы Вселенского православия, позволяя именовать себя «Перво¬престольным Православия» и «духовным вождем 300 мил¬лионов Синода Константинопольского православных хри¬стиан». При этом он использует тот факт, что Константи¬нопольская церковь имеет крайне разветвленную структуру и включает в себя 234 зарубежные епархии с числом при¬хожан около 3 млн. человек (хотя в самой Турции их не бо¬лее 3 тысяч), что дает ему возможность утверждать, что ос¬новной своей паствой он считает рассеянные по всему миру епархии вне его канонической территории. Наиболее круп¬ные по численности епархии при этом находятся в США — 1750 тыс., Канаде — 230 тыс., Австралии — 320 тыс., Герма¬нии — 350 тыс., Великобритании — 200 тыс.269

    Идея о «Первопрестольном православия» настолько серьезно принимается Фанаром, что совсем недавно секре¬тарь Константинопольского патриархата архимандрит Ел-фидофорос Ламбриниадис заявил, что «отказ принять при¬мат в Православной Церкви, примат, который может быть воплощен только лишь первенствующим — это не менее чем ересь». Как пишет прот. Андрей Новиков, «совершен¬но очевидно, что представленная в словах архимандрита Ел-фидофороса Ламбриниадиса доктрина восточного папизма мало чем отличается от доктрины западного папизма. Надо сказать, что секретарь Синода Константинопольской Церк¬ви перешел определенный психологический рубеж — он уже не просто защищает «восточно-папистское» лжеуче¬ние, он прямо объявляет несогласных с ним в ереси»270.

    По сути, православию навязывается глубоко чуждая ему католическая модель церковного устройства, которая может быть внедрена только в условиях разрушения его канони-ческо-правового строя, чего и добивается Фанар, поощряя раскол поместных Православных церквей и навязывая им политику экуменизма. Именно этой идеей было обосновано создание в 1996 г. параллельной с Эстонской православной церковью Московского патриархата Эстонской апостоль¬ской православной церкви под омофором Константинополя, хотя каноническое право не предусматривает параллельных юрисдикции. Данное событие вызвало на некоторое время серьезный кризис в отношениях между Москвой и Констан¬тинополем.

    В качестве же главного средства единения правосла-вия под своим началом Константинопольский патриарх рас¬сматривает подготовку Великого Всеправославного Собора. Подготовительная работа к нему началась еще в 60-е годы по инициативе известного экумениста митрополита Никодима (Ротова)271, и с тех пор осуществляется на Всеправославных предсоборных совещаниях, которых состоялось уже четы¬ре (в Шамбези в 1976, 1982, 1986, 2009 гг.), и на Межправо-славных подготовительных комиссиях (в Женеве в 1971 г. и в Шамбези в 1986, 1990, 1993, 1999, 2009 гг.).

    Сам список вопросов, предложенный патриархом Вар¬фоломеем, свидетельствует о том, что собор должен носить реформаторский характер. Он призван обсудить следующие темы:
    1. Православная диаспора. Определение юрисдикции православных объединений за пределами национальных гра¬ниц.
    2. Процедура признания статуса церковных автокефа¬лий.
    3. Процедура признания статуса церковной автономии.
    4.    Диптих (иерархия православных Церквей). Правила вза¬имного канонического признания Православных Церквей.
    5.    Установление общего календаря праздников.
    6. Правила и препятствия для совершения таинства брака.
    7. Вопрос по¬ста в современном мире.
    8. Связь с другими христианскими конфессиями.
    9. Экуменическое движение.
    10. Вклад Право¬славия в утверждение христианских идеалов мира, братст¬ва и свободы272.

    Совершенно очевидно, что, прикрываясь покровом со¬борности, Константинополь стремится реализовать собственную программу действий, включающую два направления. Во-первых, добиться такой секуляризации и либерализации церковной жизни, которая приведет к разрушению канони¬ческого строя Православной церкви — речь идет об утвер¬ждении экуменизма, введении нового календаря, второбра-чии духовенства, сокращении и ослаблении постов и др. Во-вторых, утвердить свое лидерство в православии в качестве наднациональной структуры, воплощающей общецерковное единство. В этом плане обсуждение вопросов, связанных с юрисдикцией православных объединений и статуса автоке¬фалий необходимо для достижения принятия такой модели иерархии Православных церквей, при которых резко падет значение их национальной самостоятельности, а православ¬ные общины за пределами их национальных границ будут объединены под началом Фанара.

    Важно напомнить, что многие православные богословы считают, что готовящийся «Святой Вселенский собор» — это и есть тот самый отступнический «восьмой собор», о кото¬ром предупреждали наши святые отцы, среди которых был преподобный Кукша Одесский (tl964), пророчествовавший: «Последние времена наступают. Скоро будет экумениче¬ский собор под названием «Святой». Но это будет тот са¬мый «восьмой собор», который будет сборищем безбожных. На нем все веры соединятся в одну. Затем будут упразд¬нены все посты, монашество будет полностью уничтоже¬но, епископы будут женаты. Новостильный календарь бу¬дет введен во Вселенской Церкви. Будьте бдительны. Ста¬райтесь посещать Божий храмы, пока они еще наши. Скоро нельзя будет ходить туда, все изменится. Только избран¬ные увидят это. Людей будут заставлять ходить в цер¬ковь, но мы не должны будем ходить туда ни в коем случае. Молю вас, стойте в православной вере до конца ваших дней и спасайтесь!».

    Деятельность патриарха Варфоломея невольно заставля¬ет вспомнить программу «Великой венты» итальянских кар¬бонариев. И если реализация последней оказалась возможна в силу присутствия в Католической церкви полновластного главы — папы, через которого и совершалось самоуничтожение церкви, то понятно, почему так важно для антихристиан¬ских сил утвердить идею «православного папы» — последний и призван обеспечить «торжество революционных идей».

    Встречи в Шамбези стали решающими в деле активи¬зации усилий по подготовке к созыву собора, и первосте¬пенную роль здесь сыграло сближение между Московским и Константинопольским патриархатами, произошедшее, не¬смотря на то что, эстонская проблема так и не была снята. Посещение патриархом Кириллом Стамбула в июле 2009 г. и ответный визит патриарха Варфоломея в мае 2010 г. в Мо¬скву изменили климат во взаимоотношениях между двумя патриархатами и, как указал глава Отдела внешних церков¬ных связей Московского Патриархата митрополит Иларион, положили начало «новому уровню отношений, основанных на доверии и взаимных консультациях»273. Патриарх Вар¬фоломей также подчеркнул, что во взаимоотношениях двух церквей открыта новая страница и что благодаря сотрудни¬честву экуменистов из Константинополя и ОВЦС Русской православной церкви подготовка к «Святому и Велико¬му Собору Православной Церкви», проведение которо¬го является его давней надеждой, подошла к завершаю¬щей стадии274. На встрече в Москве было принято решение форсировать этот процесс, чтобы сделать возможным созыв собора в 2011 г. Это было подтверждено патриархом Варфо¬ломеем и в его августовском заявлении: «Православие будет жить и будет проведен Святой и Великий Собор, подготов¬ка к которому приближается к своему концу. В начале 2011 г. состоится предпоследняя, вероятно, встреча подготовитель¬ной комиссии в нашем патриаршеском центре в Женеве, и она станет большим событием. Подобные события не про¬исходили с 787 г., с VIII века мы не имели подобного Все¬ленского собора такого масштаба»273.

    Стремясь к объединению под своим началом право-славного мира, Константинопольский патриархат выдви¬гает в качестве сверхзадачи добиться принятия православ¬ным миром идеи о папском примате. Серьезная попытка ут¬вердить ее была предпринята в октябре 2007 г. в Равенне на десятом пленарном заседании Смешанной международ¬ной комиссии по богословскому диалогу между Римско-ка¬толической и Православной церквами, которое представи¬тели РПЦ вынуждены были покинуть в знак протеста про¬тив присутствия на ней Эстонской апостольской церкви.

    На встрече в отсутствие делегации РПЦ был принят единоглас¬но276 «Равеннский документ», призванный проложить путь к восстановлению единства католиков и православных. Он представляет собой экклесиологическое заключение, опи¬сывающее церковно-административную структуру такой, какой она была до 1054 г. и какой она должна быть, по мне¬нию авторов, сегодня. В нем через описание теоретической модели первенства и путем использования расплывчатых формулировок (что было характерно для документов II Ва¬тиканского собора) от православных пытаются добиться пе¬ресмотра их понимания первенства в раннехристианской церкви как «первенства любви» или «первенства чести», чтобы склонить их к признанию его как некого специфиче¬ского института, обеспечивающего особые права понтифика (ведь еще задолго до официального раскола Рим сформули¬ровал учение о папе как видимом главе Вселенской Церкви). Поскольку в документе признается, что на Западе и Востоке существуют различия в понимании того, как должен осуще¬ствляться этот примат и каковы его духовные и теологиче¬ские основы, вопрос о роли Римского епископа и его специ¬фических функциях предлагается обсуждать более глубоко и серьезно277.

    Таким образом, тема примата навязывается православ¬ным сегодня в качестве главной темы диалога, что подтвер¬дил и патриарх Варфоломей. Во время своего официального визита в Софию в ноябре 2007 г. в интервью болгарскому те¬левидению он заявил, что в настоящее время диалог между православными и католиками «сосредоточен на том, каково место римского папы в структуре всей христианской Церк¬ви — какова его роль, власть и полномочия» и что «если мы с помощью Божьей придем к согласию с Католической цер¬ковью в том, что касается значения термина «первенство», каким оно было в первом тысячелетии, то Вселенскому патриарху не составит труда признать первенство Рим¬ской кафедры и занять второе место, то, какое он зани¬мал до раскола»278.

    В октябре 2009 г. на Кипре на очередной встрече Сме¬шанной комиссии по богословскому диалогу, обсуждение во¬проса «о роли епископа Рима в единстве Церкви в первом тысячелетии» было продолжено. Среди новшеств этой сес¬сии было присутствие русских представителей Смешанной комиссии во главе с митрополитом Иларионом. Здесь был рассмотрен проект документа, выработанного не самой Сме¬шанной комиссией, а ее координационным комитетом на Крите в 2008 г. (так называемый «Критский документ»). Од-нако в силу различий в толковании участниками обеих сто¬рон главного вопроса и в позициях отдельных Православных автокефальных церквей дискуссии оказались болезненными, итоговый документ принят не был, так что тему оставили от¬крытой для обсуждения до следующей встречи.

    Однако тяжело проходили не только дискуссии на са¬мом совещании. Еще до него ряд православных организа¬ций и священнослужителей на Кипре предприняли попытку не допустить его проведение, обратившись к главе Кипрской церкви архиепископу Хризостому II с требованием закрыть собрание, что вызвало резкую негативную реакцию первоие-рарха. Тем не менее, благодаря пикету православных верую¬щих и монахов монастыря Ставровуни была отменена совме-стная молитва представителей Православной и Католиче¬ской церквей, которую организаторы совещания собирались провести в православной церкви Св. Георгия в Пафосе279.

    Последняя встреча Смешанной комиссии прошла уже в сентябре 2010 г. в Вене. На ней было продолжено обсужде¬ние «Критского документа», текст которого составлен в духе католического подхода, однако в итоге, по настоянию пра¬вославных участников, было решено не придавать докумен¬ту официального статуса, а, доработав его, использовать в качестве материала для подготовки нового документа. Как заявил митрополит Иларион, никаких «прорывов» в работе комиссии сделано не было, однако комментарии, сделанные двумя ее руководителями — представителями Константинопольского патриархата и Ватикана, и опубликованные агент¬ством Рейтер, свидетельствуют о том, что последние оцени¬вают итоги заседания как значительное продвижение в деле достижения взаимопонимания сторон 28°.

    Так, митрополит Иоанн Зизиулас (Константинополь-ский патриархат), в частности, заявил: «Не существует обла¬ков недоверия между нашими двумя Церквами. Наши пред¬шественники и, особенно, главы наших Церквей, как с като¬лической, так и с православной стороны, подготовили путь к дружеской и братской дискуссии... Если мы будем про¬должать в том же духе, Бог найдет путь к преодолению всех оставшихся трудностей, и приведет наши Церкви — самые древние Церкви ...к полноте общения». Он также признал, что в ходе дискуссий они «обнаружили», что в первом ты-сячелетии существовало признание особой роли, которую Римский епископ играл в Церкви, и что если православные усилят свое понимание примата, а католическая сторона — свое измерение соборности, то «результат будет близок к концепции Церкви, объединенной в своей основной струк¬туре по правильному пути».

    О том же фактически говорил и архиепископ Курт Кох, глава Папского совета по содействию единству христиан. Сконцентрировав свое внимание на необходимости обога¬щения друг друга за счет сильных сторон — православной соборности и католического примата, он подчеркнул: «Разу¬меется, для Католической Церкви невообразимо единство без Римского епископа. Причина этого в том, что Римский епископ — это вопрос не только организационный, но и бо¬гословский. Диалог именно о том, какую форму могло бы принять такое единство, должен интенсивно продолжать¬ся. Единство означает, что мы рассматриваем друг друга как в полной мере Церкви-сестры. Точно так же, как (католиче¬ская) Церковь в Вене является Церковью-сестрой Церкви в Базеле, так и Православная Церковь будет для нас сестрин¬ской Церковью».

    Таким образом, медленно, но последовательно Ватикан продвигается к своей цели, добившись на настоящий мо¬мент главного — что идея папского примата, этой главной ереси католицизма, не только не подвергается ра¬зоблачительной критике, но занимает центральное ме¬сто в православно-католическом диалоге, в котором Св. Престол выступает в качестве ведущей стороны и занимает крайне наступательную позицию.

    Далеко не все в православном мире поддерживают это «сотрудничество». В частности, в заседании Смешанной ко¬миссии не участвовал Болгарский патриархат. Против уча¬стия в собеседованиях с католиками в рамках этой комиссии высказываются и отдельные православные иерархи автоке¬фальных церквей, как, например, это сделал бывший серб¬ский епископ Артемий Рашко-Призренский и Косовский. Епископ Артемий всегда твердо стоял на позициях сохра¬нения чистоты православного вероучения и известен свои¬ми антимодернистскими, антизападными и патриотически¬ми взглядами. Но именно за них ему и пришлось претерпеть лишения. 4 мая 2010 г. епископ Артемий был отстранен от служения под предлогом «выхода на пенсию». Затем против него началась многомесячная кампания в СМИ, обвиняв¬шая его окружения в нарушении финансово-экономической деятельности епархии, в заключении рискованных сделок, за которые владыка Артемий якобы косвенно нес ответст¬венность, так как не проверял и не контролировал действий своих помощников. Однако по данным газеты «Пресс», ряд сербских владык заявили на Соборе, что за обвинениями против епископа Артемия стоит заговор, организован¬ный в Ватикане.

    Против епископа Артемия, управлявшего епархией в Косово, давно велись интриги. Для модернистского лобби в Сербской церкви была неприемлема антиэкуменическая позиция владыки Артемия, его верность Священному Пре¬данию. Особенный гнев сербских политиков и церковных деятелей вызывал его отказ примириться с ситуацией в Ко¬сово, сотрудничать с оккупационными войсками и участво¬вать в «восстановлении» Косовских святынь под албанским и международным протекторатом. В интервью «Русской ли¬нии» епископ Артемий заявлял: «К сожалению, многие пра¬вославные утеряли чувство меры в вопросе о сотрудничестве с Ватиканом. Нам необходимо помнить границы в от¬ношениях с католической церковью. Они ведь установлены Святыми Отцами. Сотрудничество возможно только по ча¬стным вопросам. В противном случае возникает опасность признания католической церкви. Посмотрите, сначала като¬лики выдвинули тезис о церквях-сестрах. А сейчас уже речь идет о Православной церкви как о дочери церкви католи¬ческой. Мы должны помнить, что Римский Папа находит¬ся вне Церкви. Нельзя говорить о его главенстве, ибо это равносильно предательству Православия»281.

    Украинское и белорусское направления политики Ватикана

    Патриарх Варфоломей играет главную роль не только в общей экуменической политике Ватикана, но и в планах по установлению контроля над Украиной. В настоящее вре¬мя параллельно с Украинской православной церковью Мос¬ковской патриархии (УПЦ МП — 10,5 тыс. приходов) здесь действуют раскольнические церкви, не признаваемые пра-вославным миром — Украинская православная церковь Ки¬евского патриархата (УПЦ КП — 3,5 тыс. приходов) и Ук¬раинская автокефальная православная церковь — «само-святы» (УАПЦ — 1 тыс. приходов), 80 % приходов которой сосредоточено в Западной Украине. Наконец, в Западной Ук¬раине наиболее сильна Украинская греко-католическая цер¬ковь (УГКЦ с 3,5 тыс. приходов), напрямую подчиняющая¬ся Ватикану.

    Украинская стратегия Ватикана включает в себя несколь¬ко направлений, преследующих в итоге главную цель — до¬биться интеграции православных и греко-католиков в еди¬ную церковь для последующего «воссоединения» ее с Ри¬мом. Поэтому Ватикан стремится отделить Украинскую православную церковь МП от РПЦ и объединить ее с рас¬кольническими УПЦ КП и УАПЦ в Украинскую поместную церковь. Параллельно, начиная с 2003 г., Ватикан рассмат¬ривает вопрос о придании статуса патриархата Украинской греко-католической церкви, что даст последней определен¬ную административную независимость и расширит полно¬мочия ее главы. И если с греко-католиками Ватикан работа¬ет самостоятельно, то в подготовке отделения Украинской православной церкви от РПЦ главная роль уделяется Кон-стантинопольскому патриарху.

    Фанар уже давно претендует на особые права на участие в церковных делах Украины, обосновывая это тем, что отде¬ление от него Киевской метрополии под юрисдикцию Мо¬сковского патриархата в 1686 г. было незаконным и что ав¬токефалия Русской православной церкви действует только в границах Московского царства 1591 г. (времени установ¬ления Московского патриархата). Прекрасно понимая не¬реальность перехода всех православных Украины под его юрисдикцию, Константинопольский патриархат сделал ставку на раскольнические церкви. В 1995 г. Фанар взял под юрисдикцию «Украинскую православную церковь в США», относящую себя к УАГЩ, а в марте 2005 г. во время встре¬чи главы УПЦ в США архиепископа Всеволода (Майдан-ского) с В. Ющенко был обговорен сценарий создания но¬вой структуры под руководством Майданского — «Украин¬ской автокефальной церкви», в которую должны были войти УПЦ в США и УПЦ КП. Планировалось, что патриарх Вар¬фоломей признает Украинскую автокефальную церковь ка¬нонической. Вопрос о создании на Украине единой помест¬ной церкви В. Ющенко подробно обсуждал уже на встрече с патриархом Варфоломеем во время своего визита в Турцию в июне 2007 г.

    Особые надежды связывал Фанар с участием в празд¬новании 1020-летия Крещения Руси в Киеве, состоявшим¬ся в июле 2008 г., которое патриарх Варфоломей стремился использовать в первую очередь для утверждения своего са¬мопровозглашенного статуса «духовного вождя» православ¬ных. В имевшей место накануне торжеств беседе с украин¬скими журналистами он подтвердил, что Фанар является первым престолом во всеправославном мире и как таковой имеет право и обязательство координировать отношения между православными церквами, возглавлять и проводить их встречи, а также помогать сестринским церквам, когда в них возникают проблемы. Этот статус, по его мнению, дает ему право выступать в качестве высшего арбитра и в отно¬шениях между украинскими церквами.

    Некоторыми исследователями высказывалось тогда предположение, что во время торжеств УПЦ МП (или часть ее епископата) могла принять декларацию приверженности идее украинской поместной церкви. Если ОВЦС Москов¬ской Патриархии заявил, что рассматривает визит патриар¬ха Варфоломея как недружественную акцию, то ОВЦС УПЦ МП приветствовал его и поблагодарил патриарха за то, что тот откликнулся на приглашение посетить Украину. А гла¬ва ОВЦС УПЦ МП архимандрит Кирилл (Говорун) допустил утечку информации, признавшись, что между Константино¬польским патриархатом, с одной стороны, и многосостав¬ной украинской стороной (президентом В. Ющенко, УПЦ КП, УАПЦ и отдельными епископами УПЦ МП) — с другой, уже существовали негласные договоренности о том, чтобы принять вышеперечисленных представителей украинской стороны под омофор Патриарха Варфоломея.

    Патриарх Варфоломей прибыл на Украину как на свою каноническую территорию и возглавил совместно с патриар¬хом Алексием II торжества в Киеве. Однако вынашиваемые им совместно с украинским руководством планы по провоз¬глашению поместной украинской церкви так и не были реа¬лизованы.

    Между тем вопрос об активизации контактов Фанара с Украиной и интенсификация диалога на всех уровнях с це¬лью преодоления межправославных противоречий и созда¬ния на Украине единой Православной церкви остается од¬ной из главных забот Константинопольского патриархата. Эта тема стала центральной во время визита Ющенко в Тур¬цию и его встречи с патриархом в мае 2009 г., на которой были обсуждены открытие на Украине представительства в формате церковного двора или культурно-информационного центра Константинопольского патриархата282. О том же шли переговоры в ходе встречи представителей Фанара в Киеве в октябре 2009 г. с митрополитом Владимиром, во время ко¬торой гости заявили, что цель их пребывания в стране — содействие преодолению расколов. В свою очередь ми¬трополит Владимир наградил гостей и присутствовавшего на встрече главу общественной организации «За поместную Украину» Петра Ющенко юбилейными орденами283.

    Таким образом, главные цели Фанара не изменились, но, как показал уже упомянутый визит патриарха Варфоло¬мея в Россию в мае 2010 г., тактика его поменялась. Связа¬но это было с общей «перезагрузкой» российско-американ¬ских и российско-украинских отношений, означавшей пере¬ход Запада к крайне гибким формам встраивания России в евроатлантическое пространство. Как чуткий политик Константинопольский патриарх быстро среагировал на из¬менение конъюнктуры и занял такую же гибкую позицию в отношении Украины. Он призвал украинских церковных раскольников «не колебаться, а присоединиться к канониче¬ской Православной Церкви, которая является кораблем спа¬сения», однако не уточнил, какую именно церковь он имеет в виду. Как подчеркнул директор Религиозно-информацион¬ной службы Украины Тарас Антошевский, «говоря о возвра-щении в каноническую матерь-церковь, Варфоломей не упо¬мянул о Московской патриархии. Вместе с тем он не раз го¬ворил, что такой материнской церковью для украинского православия является Константинополь»284.

    Один из обозревателей НГ в связи с этим написал: «Не стоит забывать, что Патриарх Варфоломей — церковный по¬литик мирового класса... Он искушен и многоопытен, у него множество политических рычагов, равно как и времени на то, чтобы заниматься, собственно, политикой. Он способен просчитать шаги «оппонентов» наперед, зато уловить его мо¬тивы подчас бывает непросто. Так и сейчас: похоже, что Все¬ленский Патриарх ведет какую-то тонкую игру, но какую — неясно»285. Ясно одно — Фанар отказался от открытых пре¬тензий на особые права в украинских церковных делах и пожертвовал раскольниками, связав, судя по всему, реали¬зацию своего проекта автокефалии Украинской православ¬ной церкви с признанием православным миром его стату¬са «первого среди равных». Не случайно в интервью, данном для журнала «Русский ньюсуик», вопрос об автокефалии и националистические тенденции в православной диаспоре он назвал главными проблемами в своих взаимоотношениях с Московским патриархатом. Это ключевые для него пробле¬мы, от решения которых зависит утверждение его власти в Православной церкви.

    Используя Фанар для давления на Украинскую право¬славную церковь, Ватикан вместе с тем заметно активизи¬рует деятельность униатов, развивая православно-католиче¬ский диалог таким образом, что он на практике оборачива¬ется монологом, постоянно расширяющим возможности и поле деятельности католиков на Украине. В августе 2005 г. греко-католики перенесли центр своего патриархата в Киев. Затем, в декабре 2007 г. после визита в Киев кардинала Валь¬тера Каспера (главы Папского совета по содействию христи-анскому единству), открывшего в украинской столице Центр экуменических исследований имени св. папы Климента Рим¬ского и освятившего новое здание католического института имени св. Фомы Аквинского, был создан новый — Волын¬ский экзархат УГК1Д, который подвел под юрисдикцию униа¬тов традиционно православные Ровенскую и Волынскую об¬ласти.

    Создание экзархата в регионе, где униатов практи¬чески нет, говорит о том, что греко-католики намерены заняться здесь активной прозелитической деятельностью (несколькими годами ранее подобный экзархат был открыт в Одессе, где также нет и никогда не было униатов). В ян¬варе 2008 г. между Национальной радиокомпанией Украи¬ны и Радио Ватиканом было подписано соглашение, увели¬чившее часы вещания католиков на каналах Национальной радиокомпании Украины. А в феврале того же года впервые за последние 70 лет состоялся визит украинских униатских епископов во главе с кардиналом Гузаром в Ватикан, где со¬стоялась его беседа с Бенедиктом XVI, в ходе которой он об¬ратился к последнему с просьбой предоставить УГКЦ статус патриархата.

    Так же активно осуществляется экспансия католицизма в Белоруссию, где она происходит под знаком требования «большей открытости» белорусского общества.

    В настоящее время к католикам причисляет себя око¬ло 14% населения республики, однако реальное идейно-по¬литическое влияние Ватикана здесь намного больше. Като¬лики в Белоруссии не только ведут широкую благотвори¬тельную деятельность, но и создают политические партии, различные профессиональные и другие общественные организации, внедряясь в первую очередь в молодежную и ин¬теллигентскую среду. Здесь они, главным образом, делают упор на поддержку рыцарских орденов, имеющих откровен¬но прозападную направленность286. Знаменательно, что ны¬нешний митрополит Минско-Могилевский архиепископ Тадеуш Кондрусевич в октябре 2009 г. был посвящен в ры¬цари Мальтийского ордена с титулом почетного конвенту-ального капеллана.

    Проводивший церемонию вручения посол ордена в Бе¬лоруссии П.Ф. фон Фурхерр отметил, что страна стала «ме¬стом встречи между Востоком и Западом, землей, где вели¬кие христианские церкви — католическая и православная — братски сосуществуют и сотрудничают», и выразил надежду, что в Минск в 2010 г. приедет папа Бенедикт XVI287.

    В последнее время белорусское руководство, ранее от¬дававшее предпочтение Русской православной церкви перед другими конфессиями, стало проводить новый курс, утвер¬ждая, что Белоруссия является государством исконно мно¬гоконфессиональным, в котором к традиционным религиям относятся православие, католицизм, евангелическо-люте-ранская церковь, иудаизм и ислам. В духе «нового подхода» укреплению авторитета католических кругов стало уделять¬ся в Белоруссии особое внимание, что выразилось, в пер¬вую очередь, в поддержке Гродненской и Пинской духов¬ных семинарий Римско-католической церкви. Официальный Минск предписывает уделять постоянное внимание взаимо¬действию с католическими организациями в сфере духовно-нравственного воспитания общества и расширения их уча¬стия в социальной жизни страны288. Все это привело к акти¬визации католического прозелитизма в сфере образования, что особенно заметно проявляется в деятельности Инсти¬тута теологии Белорусского государственного университета и Фонда св. Мефодия и Кирилла, ставших опорным центром филокатоликов.

    Свидетельством того, что Ватикан по достоинству оце¬нил «новый подход» белорусского руководства, стал прием папой Римским в апреле 2009 г. президента А.Г. Лукашенко. Это был первый официальный визит лидера Белоруссии в Европу с 1995 г., когда в европейских столицах его занесли в «черный список». А.Г. Лукашенко встретился также с Ве¬ликим Магистром Мальтийского ордена фра Мэтью Фес-тингом, с которым обсудил новые формы и направления взаимодействия Беларуси с этой организацией, которые позволят укрепить связи республики со странами Запа¬да в политической, торгово-экономической и инвести¬ционной сферах. Все это, как и встреча с президентом С. Берлускони и министром иностранных дел Италии Ф. Фрат-тини явно подчеркнули, что Ватикан стал рассматриваться едва ли не главным партнером Белоруссии в деле налажива¬ния отношений с Европой. В свою очередь Белоруссия рас-сматривается папой как «место встреч основных христи¬анских религий» — именно на белорусской земле А. Г. Лу¬кашенко предложил осуществить встречу папы Римского и Московского патриарха. Как подчеркивалось в белорусских СМИ, тем самым А.Г. Лукашенко решал проблему своей «ре¬путации и легитимизации режима, а Ватикан — укрепления своих позиций в Белоруссии»289.

    К настоящему времени эти позиции настолько укрепи¬лись, что и в Белоруссии заговорили о христианско-иудей-ском сближении. В ноябре 2009 г. в Минске произошло уни¬кальное событие — состоялась международная научная кон¬ференция «Христианско-иудейский диалог: религиозные ценности как основа взаимоуважения в гражданском об¬ществе в условиях глобального экономического кризиса», в рамках которой впервые в истории Белоруссии на ка-нонической территории Русской православной церкви встретились полномочные представители христианских и иудейских общин при участии знаковых европейских, из¬раильских и белорусских экспертов. Главную поддержку в организации конференции оказали представители Ватикана, свидетельством чему стало участие в ней кардинала Вальте¬ра Каспера. Характерная деталь: среди участников кругло¬го стола, завершавшего конференцию в Минске, был только один православный священник (игумен Филарет (Рябых)), зато — три раввина, несколько глав иудейских общин и пять католических священников.

    Как откровенно заметил в связи с этим белорусский обозреватель А. Шуман, «возникает ощущение, что белорус¬ское православие, оставаясь частью РПЦ, становится, тем не менее, более европейским, либеральным, если сравнивать его, скажем, с православием московских кругов или Санкт-Петербурга»290.

    Плоды такой либерализации дали знать о себе немед¬ленно. Уже в феврале 2010 года в Белоруссию прибыла Ари-елль де Ротшильд, управляющий директор банковской груп¬пы Rothschild, которой была доверена роль консультанта при проведении в республике приватизации. А. Лукашенко предложил госпоже Ротшильд принять участие в привати¬зации от пяти до семи государственных предприятий. А 29 марта А. Лукашенко провел встречу с представителями ряда крупных американских корпораций — «Ханивелл», «Майк¬рософт», «АрвинМеритор», «Ю-ЭС Интернэшнл Трейдинг Корпорейшн», «ЕРС-Инжиниринг», в ходе которой заявил, что американским инвесторам в Белоруссии будут предос¬тавлены «самые благоприятные условия» и что американ¬ский бизнес мог бы способствовать улучшению отношений между Белоруссией и официальным Вашингтоном.

    Особую роль в интеграции Белоруссии в западную ци¬вилизацию играет Католическая церковь Польши. В настоя¬щее время она активно участвует в реализации программы польского руководства по строительству Четвертой Речи Посполитой291. Ключевой задачей осуществления данной идеи, провозглашенной еще в 2006 г., является достижение антироссийского исторического и геополитического реван¬ша, результатом которого должен стать отрыв от России Бе-лоруссии и прочное втягивание ее в свою сферу влияния. Достигнуто это должно быть не только путем глобальной консолидации польской нации, но и последовательным фор¬мированием в местах компактного проживания польских меньшинств (Гродненская, Брестская области и запад Мин¬ской и Витебской областей) национально-культурного ланд-шафта, называемого «Малой Польшизной».

    Наряду с другими организациями (Польский институт в Минске, Союзы поляков в Белоруссии и др.) Польская католическая церковь обеспечивает культурно-религиозное и политическое влияние, продвигая польскую культуру и польский взгляд на историю, выделяя общее культурное наследие Польши и Белоруссии, навязывая ей позитивную оценку периода первой и второй Речи Посполитой. Факти¬чески речь идет о смене цивилизационных и религиозных ориентиров белорусов, обосновании прозападного внеш¬неполитического курса белорусского руководства и обеспе¬чении возрастания влияния польского и пропольского насе¬ления во всех областях жизни общества. В последнее время резко возросла активность католического клира по привле¬чению белорусских граждан в римско-католическое вероис¬поведание с последующим формированием у них польско¬го национального самосознания, что облегчается тем, что из 407 католических священнослужителей в Белоруссии 161 являются гражданами Республики Польша. Католическое и польское религиозно-культурное и политическое влияние резко повысится в результате подписания конкордата между Апостольской столицей и Республикой Беларусь.

    Ведя активную прозелитическую деятельность и стре¬мясь к формированию максимально позитивного образа католицизма в глазах православной общественности, Поль¬ская католическая церковь заинтересована в обеспечении такого «исторического примирения» с Православием, кото¬рое стерло бы из нашей памяти страшные трагические стра¬ницы прошлого, связанные с насильственной католической экспансией, гонениями и преследованиями великороссов, малороссов и белорусов.

    Между тем, оно не предполагает покаяния католиков. Напротив, в качестве главного условия примирения выдви¬гается признание Россией своей исторической вины пе¬ред поляками за трагические периоды, связанные с комму¬нистическим прошлым, и в первую очередь за недоказан¬ные преступления в Катыни, которые, будучи представлены как главная болевая точка в польско-российских отношени¬ях и как самое страшное злодеяние XX века, должны засло¬нить собой все остальные события. Поэтому польская сто-рона и Польская католическая церковь никогда не ставили и не ставят вопрос о признании вины режима Пилсудско-го за гибель 80 тысяч красноармейцев, оказавшихся в поль¬ских концлагерях во время войны 1919—1920 гг. Политкор-ректность обязана проявлять только Россия, и, похоже, это далеко идущая стратегия, нацеленная на то, чтобы напра¬вить развитие событий по уже известному сценарию, в ко¬тором Катыни отводится такая же роль в создании комплек¬са исторической вины России, какую сыграл холокост в от¬ношении перестройки сознания немецкого народа. То есть Катынь стала важнейшим звеном в информационно-психо-логической войне против России.

    В сентябре 2009 г. состоялся беспрецедентный визит в Польшу делегации РГЩ из семи священников из монасты¬ря под Осташковым (недалеко от того места, где находи¬лись в заключении польские офицеры), который прошел в необычайно теплой атмосфере и, по мнению польских епи¬скопов, призван был положить начало сотрудничеству Поль¬ской католической и Русской православной церквей. В ходе него была затронута тема совместного обращения — воззва¬ния к уважению исторической правды и призыва к примире-нию поляков и россиян, по примеру послания польских епи¬скопов к немецким от 1965 г., носившего название «Проща¬ем и просим прощения», а также заявления глав епископата Польши и Германии, сделанного в августе 2009 г., в котором говорилось о необходимости «перестать использовать боль¬ные моменты истории для своих игрищ». О необходимости подписания такого документа заявили еще в конце августа председатель Конференции польских епископов архиепи¬скоп Юзеф Михалик и бывший секретарь Иоанна Павла II архиепископ Краковский Станислав Дзивич, поддерживаю¬щий, как уже указывалось, близкие отношения с 3. Бжезин-ским и другими американскими членами Трехсторонней ко¬миссии.

    Польские епископы оценили этот визит как «предвест¬ник следующих шагов к польско-российскому примирению», заявив, что РПЦ является «лучшим партнером для поляков в этом диалоге, поскольку она наперекор официальной го¬сударственной линии недвусмысленно осуждает преступления сталинизма». Как заявил генеральный секретарь Конфе¬ренции польских епископов Станислав Будзик, «Иоанн Па¬вел II мечтал о том, чтобы церковь дышала обоими легкими, западной и восточной традициями. Я думаю, что мы сделали первый глубокий вдох». Он также подчеркнул, что связыва¬ет с этим визитом «большие экуменические надежды», по¬скольку церкви призваны сыграть решающую роль в улуч¬шении отношений между российским и польским народами. Польский комментатор Ян Турнау еще более откровенно на¬звал этот визит «великолепным экуменическим жестом».

    Продолжением этого жеста стал визит в Варшаву деле¬гации Отдела внешних церковных связей Московского Пат¬риархата, состоявшийся 25-26 февраля 2010 г. Члены деле¬гации приняли участие в заседании Межконфессионального совета Церквей Польши, который в начале того же года вы¬ступил с инициативой проведения диалога с Русской Пра¬вославной Церковью по вопросам исторического прошлого и построения добрых отношений между народами Белару¬си, Польши, России и Украины. В ходе переговоров делега¬ции ОВЦС Московского Патриархата с польской делегаци¬ей было принято решение о создании рабочей группы по вопросам совместного документа о примирении народов и отмечено историческое значение этой инициативы и про¬веденных переговоров.

    Как было указано в коммюнике, они представляют собой «первый и очень важный шаг на пути сближения наших Поместных Церквей и примирения наших народов».
    Главным выражением начала «примирения» стало при¬знание российским руководством польско-немецкой вер¬сии катынской трагедии в качестве официальной, что призвано было закрыть данную тему, однако для поляков признание того, что Катынь является преступлением ста¬линизма, — это только первый шаг в процессе покаяния России. Как показал проведенный недавно опрос, 57% по¬ляков по-прежнему хотят, чтобы Россия извинилась перед Польшей за катынский расстрел.

    В Польше ждут признания того, что эти массовые убийства были политическими ре¬прессиями и геноцидом в отношении поляков, за которым должна последовать реабилитация жертв с последующей де¬нежной компенсацией. В Европейском суде по правам чело¬века в Страсбурге находится уже 12 исков по «катынскому делу» против России, и представители истцов утверждают, что это только начало. Денег родственники погибших пока не требуют, кроме символической компенсации в 1 евро за каждого убитого, однако суд может назначить компенсацию по своей инициативе, и ее размер может равняться 100 тыс. евро каждому истцу, что может в итоге обернуться для рос¬сийского бюджета многомиллионными потерями.

    Односторонние уступки, основанные на фальсифици¬рованных данных, не только не могут способствовать нор¬мализации отношений между народами, но, напротив, лишь усиливают антирусские настроения в Польше, давая воз¬можность католицизму утверждать свою историческую пра¬воту. Так, польский историк Анджей Кунерт накануне меро¬приятий в Катыни заявил: «Кто-то когда-то сказал, что это было самым большим преступлением в Европе за 20 веков. В течение 50 лет официально убийцами польских офицеров называли немцев, а в ПНР слова о том, что убийство совер¬шено советскими союзниками, могли обернуться тюрьмой. Именно поэтому детям жертв так трудно смотреть на рос¬сиян иначе, чем как на детей палачей». Вбивая в нас ком¬плекс вины за несовершенные преступления, перед кото¬рыми должны померкнуть все исторические преступления польской элиты, западные идеологи получают в свои руки прекрасный инструмент давления, с помощью которого они и дальше будут вынуждать нас отступать под натиском их откровенной лжи. Только последовательно отстаиваемая ис¬торическая правда и, в первую очередь, правда об истинной роли Римско-католической церкви и в прошлой, и в совре¬менной жизни нашего народа может остановить этот рас¬кручиваемый маховик пропагандистской индустрии «холо-коста по-польски».

    Подводя краткий итог, следует подчеркнуть, что нынеш¬няя политика Ватикана на православном Востоке является хорошо продуманной, последовательной и наступательной. В основе ее лежат трезвый политический расчет и прагматичные планы, полностью согласующиеся с геополи¬тической стратегией Запада в отношении исторической России. Ключевым же событием, призванным символизи¬ровать завершение сближения между православием и ка¬толицизмом на условиях последнего, должна стать встре¬ча папы Римского с Московским патриархом, к необхо¬димости и неизбежности которой усиленными темпами подготавливают православную общественность. Вопрос об этом событии, еще совсем недавно просто немыслимом (ни один Московский патриарх ни разу в истории патриар¬хии не встречался главой еретической церкви) уже становит¬ся «ритуальным» для любой пресс-конференции с участием высших иерархов. Цель при этом преследуется одна — до¬биться того, чтобы сам вопрос о недопустимости этого со¬бытия вообще был снят. Так митрополит Иларион, главный протагонист православно-католического сближения, в нояб¬ре 2010 г., например, заявил: «С каждым днем мы прибли¬жаемся на один день к этой встрече между папой и патри¬архом. Мы сейчас не готовы называть сроки, не ведем кон¬кретной работы по подготовке к встрече, но, безусловно, мы к ней приближаемся. Это календарный и астрономиче¬ский факт»292.

    Митрополит Иларион постоянно подчеркивает, что ос¬новным препятствием для нее является нерешенный во¬прос о греко-католиках на Западной Украине, при этом бо¬гословские расхождения, искажение католиками догматов и, главное, ересь папизма, обосновывающая претензии папы на власть в Христовой Церкви, остаются как бы за кадром. Так же, как при выделении «идентичной позиции» в нравст¬венной области, почему-то игнорируется глубокая «инкор-порированность» Католической церкви в такие отнюдь не нравственные сферы, как спекулятивные финансы, разведы¬вательные операции, политические и дипломатические ин¬триги, манипулирование государственными и общественны¬ми деятелями, и, наконец, открытое участие в строительстве крупнейшими финансовыми кланами мира системы «гло¬бального управления».

    Как утверждает митрополит Иларион, «мы должны, не дожидаясь решения всех проблем, научиться действовать как единое целое, как единая структура, не будучи админист¬ративной единой структурой, перейти от отношений сопер¬ничества к отношениям союзничества»293. Последним дос¬тижением в поиске практических путей в этом направлении стала встреча в Москве в июле 2010 г. замглавы ОВЦС РПЦ МП игумена Филиппа (Рябых) с генеральным настоятелем ордена иезуитов Адольфом Николасом, на которой в каче¬стве возможной области сотрудничества была упомяну¬та сфера религиозного образования, в которой у иезуитов имеется богатейший опыт работы. Особое внимание при этом было уделено вопросу о том, как преодолеть исто¬рически сложившиеся среди православных верующих России негативные представления об иезуитах294.

    Напомним, что речь идет об организации, созданной в самый разгар Реформации фактически для спасения пап¬ской власти и отличающейся от других орденов тем, что кро¬ме обычных трех монашеских обетов ее члены давали обет беспрекословного послушания и верного служения папе. Орден всегда отличала жесточайшая дисциплина, отточен¬ная система управления и беспрекословное подчинение на¬чальству, главные проявления которого описаны основате¬лем ордена Игнатием Лойолой в его «Духовных упражне¬ниях». Они очень актуальны сегодня, в период построения глобальной системы тотального контроля за личностью: ие¬зуит «должен смотреть на старшего, как на самого Христа, он должен повиноваться старшему, как труп, который мож¬но переворачивать во всех направлениях, как палка, которая повинуется всякому движению, как шар из воска, который можно видоизменять и растягивать во всех направлениях». Именно эта иезуитская техника достижения полного подчи¬нения личности вызывала, как мы указывали, наибольший интерес у руководителей нацистской Германии.

    Другой особенностью ордена является то, что он в сво¬ей миссионерской практической деятельности выработал уникальный метод культурной адаптации и мимикрии, превративший его членов в лучших миссионеров не только в Европе, но в других частях мира. И, наконец, надо вспом¬нить знаменитую иезуитскую мораль, исходящую из при¬способительной теологии, позволяющей приноравливать¬ся к воззрениям и нравам людей любо времени и места и оправдывать любой безнравственный поступок, если тако¬вой не составляет главную цель — положение, известное как «цель оправдывает средства». Именно в системе «нрав¬ственного богословия» иезуитов, воспитавших целые по¬коления представителей европейской католической элиты, можно найти истоки той «двойной морали», которая ста¬ла одним из ключевых принципов западной дипломатии и удобным оружием отстаивания интересов западных правя¬щих кругов в мировой политике. Так же активно иезуиты участвуют в этом процессе и сегодня, выдвигая своих людей на ключевые посты в государственных структурах не толь¬ко Европы, но и США. Достаточно напомнить, что иезуит¬ские частные высшие учебные заведения закончили бывшие руководители ЦРУ У. Кейси (Фордхэмский университет), Д. Тенет (Джорджтаунский университет), Р. Гейтс (Джордж-таунский университет) и нынешний его глава Л.Э. Панетта (университет Св. Клары).

    Характерно, что в преддверии готовящейся встречи папы с Московским патриархом Ватикан все активнее при¬влекает в качестве важного посредника в деле сближения двух церквей и другую католическую структуру — суверен¬ный Мальтийский орден, визит которому был нанесен ми¬трополитом Иларионом во время его пребывания в Италии по случаю проведения Дней русской духовной культуры. Как отметил тогда Великий Магистр ордена Фра Мэттью Фес-тинг, «Мальтийский орден всегда выступал за экумениче-ский диалог и готов откликнуться на любую инициативу, которая служит объединению и братскому пониманию между двумя ветвями европейского христианства»295. Действительно, как мы имели возможность убедиться, вы¬сокопоставленные члены Мальтийского ордена присутство¬вали при ключевых событиях, определявших развитие отно¬шения Запада с Россией.

    В качестве другого эффективного посредника в диалоге Ватикан в последнее время рассматривает Кипрскую право¬славную церковь, глава которой архиепископ Хризостом II разделяет линию патриарха Варфоломея и является убеж¬денным сторонником углубления экуменического диало¬га296. Не случайно предпоследнее заседание Международной комиссии по богословскому диалогу между православны¬ми и католиками прошло именно на Кипре. В связи с этим все чаще высказывается предположение, что это государст-во могло бы стать «третьей территорией», подходящей для встречи папы и Московского патриарха. Еще во время сво¬ей встречи в Риме с Бенедиктом XVI в июне 2007 г. архиепи¬скоп Хризостом II заявил о готовности предложить свои ус¬луги в решении вопроса о встрече предстоятеля РПЦ МП с папой Римским. Накануне первого в истории визита папы Римского на Кипр в июне 2010 г. архиепископ Хризостом II подтвердил свою уверенность в том, что встреча между па¬пой и Московским патриархом состоится. Приезд понтифи¬ка на Кипр был оценен руководством Кипрской православ-ной церкви как «прорыв» в диалоге между православными и католиками, укрепивший ведущую роль этой церкви, на¬званной Бенедиктом XVI «мостом между Востоком и Запа¬дом». Несогласных же с визитом архиепископ Хризостом II назвал «ничтожным меньшинством» и «экстремистами».

    Ватикан в диалоге с исламом: «Стальной кулак в велюровой перчатке»

    Заметные изменения произошли при Бенедикте XVI и в диалоге католицизма с исламом, в отношении которого Ва¬тикан проводит все более наступательную линию. Суть ее заключается в том, чтобы добиться постепенного рефор¬мирования ислама в направлении принятия им системы ценностей современного западного общества, вынудив отказаться от тех фундаментальных положений, которые никак не вписываются в культуру терпимости. Речь идет о том, чтобы трансформировать ислам, сделав его откры¬тым к просветительским идеям и восприимчивым к интел¬лектуальному и религиозному плюрализму. Как писал иссле¬дователь Ральф Петере, «представьте себе, насколько бы му¬сульманский мир почувствовал себя лучше, если бы Мекка и Медина управлялись Представительным советом, вышед¬шим из различных школ и течений ислама внутри священ¬ного исламского государства — нечто вроде мусульманско¬го супер-Ватикана — где о будущем веры все дискутировали, а не утверждали бы авторитарно»297.

    Многозначительно не упомянув мусульман в своей инаугурационной речи при перечислении тех конфессий, с которыми он намерен сотрудничать, в последующих высту¬плениях папа не раз говорил о том, что исламу придется ме¬няться. Так, на встрече с бывшими студентами-богослова¬ми университета Девы Марии в Неаполе в сентябре 2005 г. он заявил, что демократия потребует от ислама «радикаль¬ного пересмотра религиозных установок, что противоречит духу истин Корана в его понимании мусульманами». Он так¬же объяснил, что причина, которая мешает исламу приспосабливаться к реалиям меняющегося мира, заключена в том, что «в исламской традиции слово, данное Богом Мухамме¬ду, является предвечным словом, а не словом самого Мухам¬меда», в то время как «логика христианской Библии по¬зволяет интерпретировать ее положения в соответствии с происходящими переменами»298.

    Проводя линию на «осовременивание» ислама и тре-буя от мусульман большей терпимости, Ватикан стал более твердо отстаивать и интересы католиков в мусульманских странах. Уже во время своей первой поездки в Кельн летом 2005 г. в ходе встречи с представителями ислама Бенедикт XVI призвал их бороться против терроризма и за религиоз¬ную свободу, имея в виду те государства, где запрещено об¬ращение в христианство. Отдельные католические деятели в своих высказываниях ясно дали понять, что считают, что прежние методы «тихой дипломатии и умиротворяющего потакания» провалились. Так, в июне 2006 г. монсеньер Вел-сио де Паолис, секретарь Верховного суда Ватикана, заявил: «Запад взаимодействует с арабскими странами уже полве¬ка и не смог добиться хотя бы незначительного консенсу¬са по вопросам прав человека» 2". Клирики рангом пони¬же при этом высказываются еще более остро и определен-но. Например, сотрудник Фонда св. Варнавы Патрик Сухдео заявил, что сорокамиллионная христианская община в ис¬ламских странах находится сегодня в положении «осажден¬ного меньшинства», представители которого сталкиваются с дискриминацией в образовании, получении работы, судеб¬ных делах, что вынуждает их покидать свои страны, в ре¬зультате чего число их там резко сокращается. В Европе же сегодня проживает хорошо организованная мусульманская община в 20 млн. человек, а к 2050 г., по прогнозам ученых, мусульмане будут составлять 20% европейского населения300. Эти усиливающиеся диспропорции стали предметом особо¬го внимания Бенедикта XVI, превратившего обретение хри¬стианами тех же прав в мусульманском мире, которыми об¬ладают мусульмане в христианских странах, в один из клю-чевых моментов своей дипломатии.

    Роль своего рода «детонатора» в деле вовлечения исла¬ма в дискуссию о терпимости сыграла нашумевшая речь папы перед студентами и преподавателями Регенсбургского уни¬верситета (Бавария) в сентябре 2006 г., в которой он проци¬тировал жившего в XIV веке византийского императора Ма-нуила 11 Палеолога, заявившего в богословском споре с неким персом: «Хорошо, покажи мне, что нового принес Мохаммед, и ты найдешь там только нечто злое и бесчеловечное, такое, как его приказ распространять мечом веру, которую он про¬поведовал». И дальше: «Кто желает привести кого-то к вере, нуждается в способности хорошо говорить и правильно мыс¬лить, а не в умении творить насилие и угрожать».

    Трудно сказать, чем руководствовался папа, но в ито¬ге речь сработала полностью в интересах Ватикана. С од¬ной стороны, она вызвала бурную реакцию в мусульманском мире: одни лидеры ответили на нее официальными протес¬тами и призывами объясниться, другие требовали разорвать дипломатические отношения, третьи, наиболее радикаль¬ные, грозились «стереть Ватикан с лица земли» и «уничто¬жить крест в сердце Европы» либо даже громить церкви в Святой земле — и действительно, начались поджоги церк¬вей в Палестине. Все это в неприглядном свете выставля¬ло мусульман, как бы подтверждая процитированные папой слова об исламе как «насилии и угрозе». С другой стороны, последующие объяснения Ватикана резко стимулировали поиск согласия с умеренным крылом ислама через привле¬чение его к «диалогу с современным миром». В своей вос¬кресной проповеди 17 сентября в Риме папа признался, что он огорчен данной реакцией и что лишь процитировал сред¬невековый текст, который не отражает его личное мнение, объяснив, что это было «приглашение к открытому и чест¬ному диалогу при полном взаимоуважении»301.

    Уже в ноябре того же года Бенедикт XVI нанес визит в Турцию (первый свой визит в мусульманскую страну), где совершал жесты, выражающие дружбу с мусульманами. Папа, в частности, посетил Голубую мечеть, где он помолил¬ся, обратившись лицом в сторону Мекки. Но главным ито¬гом визита стало заявление папы о его поддержке стремления турок в объединенную Европу при условии прекра¬щения дискриминации Константинопольского патриархата, глава которого, патриарх Варфоломей, все время сопрово¬ждал понтифика в ходе его поездки. Естественно, никаких мер с турецкой стороны за этим не последовало, но папа ук¬репил свой авторитет и в глазах турецкой элиты, и в глазах Константинопольского патриархата.

    Целый год Ватикан налаживал контакты с мусульман¬ским миром, что завершилось сенсационным событием: в октябре 2007 г. 138 мусульманских богословов и обществен¬ных деятелей призвали христиан и папу Римского к диало¬гу для борьбы с вызовами секуляризации и глобализации, издав обращение «Общее слово для нас и для вас», в кото¬ром в полном согласии с духом времени утверждалось, что «религиозная свобода — наиболее важная часть любви к ближнему». Признав позицию мусульманских богословов интересной, папа инициировал новый богословский диа¬лог, пригласив их на официальную встречу в Ватикан. К по¬литике стимулирования диалога был подключен и Всемир¬ный экономический форум: в начале 2008 г. при участии контролируемого иезуитами Джорджтаунского университе¬та он опубликовал отчет «Ислам и Запад: ежегодный доклад о состоянии диалога», в котором указывалось, что большая часть мирового сообщества не считает противоречия меж¬ду Западом и исламским миром неразрешимыми. Там также говорилось, что мусульмане уверены, что их уважение к не¬мусульманам «превышает» аналогичное отношение «запад¬ников» к ним.

    После такого интенсивного привлечения внимания ми¬рового сообщества к проблеме ислама Бенедикт XVI пред¬ложил, наконец, в апреле 2008 г. создать уже постоянный инструмент прямого межконфессионального диалога меж¬ду католическими и мусульманскими богословами и рели¬гиозными деятелями в виде «Католическо-мусульманского форума», призванного решить сверхзадачу — попытаться на основе общих для двух религий положений найти точки со¬прикосновения на «стыке вер» и обеспечить взаимопонима¬ние двух культур. Первая мусульманско-католическая конференция прошла в Ватикане в ноябре 2008 г. Таким обра¬зом, начало «рациональному просвещению» ислама было положено, и следующую встречу запланировали провести в Тегеране в 2010 г.

    Что же касается «отстаивания» Ватиканом интере-сов христиан в мусульманских странах, то ему свойствен¬на крайняя политизированность, свидетельствующая о том, что Св. Престол заинтересован не столько в реальном улуч¬шении положения христиан, сколько в содействии реали¬зации американского геополитического курса в отношении исламских государств, в основе которого лежит известная концепция «столкновения цивилизаций».

    Теория «столкновения цивилизаций» или «всемирного исламского заговора» была выдвинута в 90-е годы в качест¬ве замещающей концепции после развала социалистического блока, став обоснованием борьбы США против неугодных им режимов на арабском Востоке, препятствующих реализации американских стратегических планов по контролю за энерге¬тическими ресурсами и общей политической ситуацией в ре¬гионе. Главными разработчиками ее стали английский восто¬ковед Бернар Левис и американский стратег Самюэль Хан¬тингтон. Однако, если Хантингтон у нас хорошо известен, то о роли Левиса осведомлены немногие. Между тем, Б. Левис является не только ученым. В годы Второй мировой войны он служил в военной разведке Великобритании и в арабском бюро Министерства иностранных дел, а в 60-е годы стал экс¬пертом Королевского института международных отношений. В 1974 г. он переехал в США, стал профессором Принстон-ского университете и сотрудничал с 3. Бжезинским, бывшим тогда советником по национальной безопасности в админи-страции Дж. Картера. Они вместе разрабатывали концепцию «дуги нестабильности» и проект дестабилизации демократи¬ческого режима в Афганистане302.

    Именно Б. Левис употребил впервые выражение «столк¬новение цивилизаций» в своей в статье «Корни мусульман¬ской злобы», в которой ислам был описан в крайне негатив¬ном свете, как реакционная, не поддающаяся модернизации религия, традиционализм и архаичность которой питают ненависть мусульман к Западу, ценности которого выражены иудео-христианством, представленным как единая циви¬лизация. Данная оценка ислама основывается как на изра¬ильских представлениях о положении на Ближнем Востоке, так и на заключениях, вытекающих из учения христианско¬го (евангелического) сионизма, представляющего собой самое мощное в идейном и организационном отношении ре¬лигиозное движение в США, с которым связано большинст¬во представителей американской политической элиты.

    Христианский сионизм, существующий в рамках про¬тестантского фундаментализма или консервативного еван-гелизма, исходит из того, что заключенный Богом договор с израильским народом о владении им обетованной землей остается в силе и государство Израиль должно быть вос¬становлено в границах царства Давидова, что исполнится к концу времен, перед вторым пришествием Христа. Христос же явится на землю и христианам, которые его уже призна¬ли, и евреям, чтобы обратить их в христианство, и возвра¬щение Его произойдет только когда все евреи вернутся на Святую землю и восстановят в Иерусалиме свой храм. Та¬ким образом, чтобы приблизить последние времена, необ-ходимо способствовать воссозданию древнего Израильско¬го государства и обеспечить его победу над противником.

    Это и объясняет, почему американские евангелисты оказывают Израилю безусловную поддержку, оценивая лю¬бые его действия как законные и оправданные его Боже¬ственной миссией. Соответственно, и шестидневная война 1967 г., и любая израильская победа рассматриваются ими как очередной этап на пути к воплощению пророчеств о по¬следних временах. Поскольку вся территория библейского Великого Израиля принадлежит евреям, это исключает саму возможность создания Палестинского государства, а про¬живающие на оккупированных территориях и в секторе Газа палестинцы должны покинуть эту землю. Как было заявле¬но на Третьем международном конгрессе христианских сио¬нистов в 1996 г., «земля, которую Бог обещал Своему Народу не должна быть разделена... Народы, готовые признать Па¬лестинское государство на земле Израиля, могут совершить серьезную ошибку»303.

    Таким образом, учение христианского сионизма зало¬жило крепкие теологические основы для союза между изра¬ильским руководством и американским фундаментализмом, обусловившего четко произраильскую направленность со¬временного внешнеполитического курса США304. Как напи¬сал в 2006 г. Мишель Френд, директор связи при Бенжамине Нетаньяху, «будем благодарны Богу за христианских сиони¬стов. Нравится нам это или нет, но будущее израильско-аме¬риканских отношений зависит, наверное, в меньшей степени от американских евреев, нежели от христиан»305.

    Американо-израильское сотрудничество, особенно ок¬репшее при Р. Рейгане и закрепленное при Б. Клинтоне, всту¬пило в качественно новый этап с приходом к власти адми¬нистрации Дж. Буша-младшего, выражавшей интересы не¬оконсервативного крыла американского истеблишмента, особенно тесно связанного с евангелистами. События 11 сен¬тября 2001 г., представленные фундаменталистами как пер¬вая битва «войны цивилизаций», положили начало тоталь¬ной борьбе с «исламским терроризмом», глубоко пропи-танной религиозным символизмом — начиная с проповеди «крестового похода» сил Добра (цивилизованного Запада) против сил Зла («мусульманских орд») и кончая пророчест¬вами, что война в Иране станет последней битвой Армагед¬дона, после которой произойдет второе пришествие Христа.

    Нынешнему президенту США Бараку Обаме чужда пра-вофундаменталистская риторика, но в выражении своих произраильских чувств он оставил позади даже Дж. Буша. Выступая 4 июня 2008 г. на ежегодной конференции самой влиятельной организации произраильского лобби — Аме¬рикано-Израильского комитета общественных связей (АЙПАК) в качестве кандидата в президенты, Обама назвал себя «настоящим другом Израиля» и полностью подтвердил свое понимание сионистской идеи и свою приверженность политике защиты Израиля. Подчеркнув, что Израиль — это крошечная страна, находящаяся в кольце врагов — ХАМАС, «Хезболлы» и Ирана — и что подразделение «Аль-Кудс» Ре¬волюционной гвардии Ирана рассматривается как террори¬стическая организация, Обама заявил: «Мы не можем позволить себе размякнуть, мы не можем опустить руки, и как президент я никогда не пойду на компромисс в вопросах безопасности Израиля... Безопасность Израиля является неприкосновенной. Она не подлежит обсуждению»306.

    Обама пообещал усилить военную помощь Израилю, потратив в ближайшие 10 лет 30 млрд. долларов на его безо¬пасность. Он также заверил, что Иерусалим останется еди¬ной и неделимой столицей израильского государства, подтвердив таким образом свое согласие с законом, приня¬тым Конгрессом США в 1995 г., объявляющим этот город из¬раильской столицей и требующим перевода туда американ¬ского посольства (в июне 2007 г. конгрессмены США вновь единогласно проголосовали за признание Иерусалима офи¬циальной столицей Израиля и обратились к другим государ¬ствам с требованием последовать их примеру).

    Выступая перед мировым сообществом в качестве носи¬теля идеи «глобального добра» и «Америки с человеческим лицом», Обама сдержанно отреагировал на военную опера¬цию Израиля против сектора Газа в январе 2009 г., но она как раз и стала увертюрой к его политическому выходу на ме¬ждународную арену, призванному обеспечить преемствен¬ность антиисламского курса прежнего американского руко-водства. Администрация Обамы с не меньшей энергией, чем ее предшественница, приступила к подготовке последней битвы «войны цивилизаций», мобилизуя мировую общест¬венность на противостояние якобы враждебному ей Ирану.

    В итоге именно в результате нагнетания напряженно¬сти на арабском Востоке и демонизации «радикального ис¬лама» — этого детища западных спецслужб, а также вслед¬ствие локальных войн и конфликтов, теперь уже ставших здесь постоянным явлением, и происходит ухудшение поло¬жения местных христиан. Как написал о них исследователь Гай Бехор, «в прошлом их защитником был арабский нацио¬нализм, и они были самыми рьяными поборниками и лиде¬рами панарабизма. Но сегодня, когда главный фактор жиз¬ни — религиозный или политико-религиозный, жизнь хри-стиан становится невыносимой»307.

    В настоящее время в странах Ближнего Востока и Се¬верной Африки проживает около 20 млн. христиан (28 хри¬стианских конфессий), при этом три четверти — в Ливане, Сирии, Ираке, Иордании и Египте. В процентном отноше¬нии больше всего христианского населения в Ливане (34,2%) и Сирии (16,7%). Христиане здесь живут преимуществен¬но компактно, представлены в основном различными эт¬ническими группами, среди которых немало арабов, турков и персов. Ухудшение положения в результате последствий американской агрессивной политики коснулось всех.

    В Ираке христиане оказались в тяжелейшем положе-нии после свержения режима Саддама Хусейна: и сунниты, и шииты стали вытеснять их из страны, называя «кресто¬носцами, преданными войскам США». При Хусейне христи¬анская община занимала прочные позиции в иракском об¬ществе, но в той анархии, которая воцарилась после прихода американцев, насилия и убийства стали повсеместным явле¬нием. Восстановили и джизью — специальный налог на хри¬стиан, отмененный более ста лет назад. Глава англиканской церкви в Ираке обвинил Лондон и Вашингтон в проведе¬нии «недальновидного курса» в отношении Ирака, кото¬рый, по его словам, создал угрозу «самому существова¬нию христианских общин в регионе». По данным местной Христианской мирной ассоциации, если до американской операции христиане было 800 тысяч человек, то после — только 450 тысяч308. Крупная волна гонений на христиан поднялась в сентябре 2006 г. в ответ на провокационную Ре-генсбургскую речь Бенедикта XVI — по крайней мере 60% церквей Багдада закрылись из-за угрозы атак экстремистов (а багдадская городская христианская община до войны во¬обще была самой большой на всем Ближнем Востоке).

    Исход христиан идет из Ливана, дехристианизация кос¬нулась и Сирии. Но особенно тяжелая ситуация в Израиле и в Палестинской автономии. В результате невыносимых ус¬ловий, вызванных непрекращающимся арабо-израильским конфликтом, экономическими трудностями, безработицей и политикой притеснения со стороны Израиля, численность местного христианского населения катастрофически сокращается. Если в конце Второй мировой войны христиане со¬ставляли 15% населения Палестинской автономии (включая сектор Газа), то сейчас их осталось только 1,5%. В Иеруса¬лиме, где в 1940 г. проживало 45 тысяч христиан, сейчас их только 15 тысяч — 2% населения города. Вифлеем и Назарет также не являются больше городами с преобладающим хри¬стианским населением. Этот исход христиан называют «ти¬хим трансфером».

    Израиль обвиняет в этом самих палестинцев, утверждая, что рост исламского экстремизма и победа ХАМАС на вы¬борах поставили христиан под угрозу, хотя обходится мол¬чанием тот факт, что процентное соотношение христиан снижается в течение уже десятилетий. Согласно доводам Израиля, решение христиан покинуть землю, где жили их предки — это реакция на «столкновение цивилизаций», где фанатичный ислам противостоит иудео-христианскому За¬паду, и что, только борясь с джихадистами, можно улучшить участь преследуемых христиан. Но при этом опять-таки умалчивается тот факт, что христианское меньшинство па¬лестинцев, столетиями жившее на Святой Земле, продол¬жает играть ведущую роль в определении палестинского национализма и сопротивления израильской оккупации, разоблачая, таким образом, концепцию Хантигтона-Левиса, демонстрируя, что речь идет не о войне религий, а о борьбе между коренными жителями и западными колонизаторами. Не случайно в самом Израиле христиане составляли костяк коммунистической партии — единственной не сионистской партии, разрешенной в Израиле на протяжении десятиле¬тий. Христиане составляли ядро и широкого светского на¬ционального движения палестинцев, помогая определиться в борьбе. Именно потому Израиль и заинтересован в исходе христиан, обвиняя мусульман в запугивании и насилии309.

    В реальности снижение числа христиан объясняется и более низким уровнем прироста их населения, и подавлением Израилем палестинцев как внутри страны, так и на оккупи¬рованных территориях. Эта политика проводилась втихомол¬ку десятки лет, но за последние годы, со строительством за¬градительной стены и многочисленных пропускных пунктов, она резко усилилась. Отъезд христиан выгоден Израилю, по¬скольку без них легче убедить мировое сообщество, что этому государству угрожает только один враг — фанатичный ислам, а палестинская национальная борьба — это лишь прикрытие для джихада и отвлечение от столкновения цивилизаций, при котором Израиль выступает как бастион Запада.

    Показательно и то, что поощряя усиленный отток мест¬ного христианского населения, израильские власти не пре¬пятствуют усиленному заезду в Израиль американских еван¬гелистов. Их переселение и колонизация земель финан¬сируется такими организациями движения христианского сионизма, как «Христиане за Израиль», «Христианское по¬сольство в Иерусалиме» и др.

    Чем же в этих условиях определяется политика Ватика¬на? Видимо, самым существенным фактором здесь являет¬ся то, что утвержденный в результате прогресса «диалога» с иудеями католический взгляд на Израиль по сути вос¬производит подход христианского сионизма. Раз католи¬ки признают неизменность избранности иудеев и вечность Израиля как «исторический факт и предзнаменование в Бо-жественном плане», то они не могут осуждать курс изра¬ильского правительства на восстановление его государст¬ва в границах Древнего Израиля. Но в то же время Ватикан не может позволить себе и открыто поддерживать захват¬ническую политику израильтян, ведущую к исходу христи¬ан с Ближнего Востока.

    Отсюда непоследовательность и не¬определенность позиции понтифика и вместе с тем двойной стандарт в оценке: никогда открыто не критикуя Израиль, Ватикан концентрирует свое внимание исключительно на нетолерантности мусульман. Только после операции «Литой свинец» (бомбардировки Израилем сектора Газа) Ватикан устами главы Совета по вопросам мира и правосудия карди¬нала Ренато Мартино позволил себе дать критическую оцен¬ку политики Израиля, назвав сектор Газы «большим кон¬центрационным лагерем», что тут же вызвало негодование представителя израильского МИД Палмора, осудившего со¬ветника папы римского за «использование лексики пропа-гандистов ХАМАС».

    Двойной стандарт присущ Ватикану и в оценке полити¬ки самих исламских государств: напоминая о необходимости уважения прав христиан в арабских странах, он ни разу не вступился в защиту православных сербов в Косово и не осу¬дил те акты насилия, которые совершали и продолжают со¬вершать исламские экстремисты-косовары, изгнавшие хри¬стиан и разрушившие сотни православных исторических памятников, церквей и монастырей. После самопровозгла¬шения независимости края Св. Престол призвал политиков и Косово, и Сербии «к осторожности и умеренности», потре¬бовав «принять меры против экстремистских реакций и ска¬тывания к насилию», оставив не проясненным вопрос о том, чьи же действия расцениваются им как экстремистские.

    Данное поведение Ватикана, не обеспокоенного ислами-зацией Косово и Метохии — этой исторической православ¬ной колыбели Сербии, обусловлено его общими стратегиче¬скими планами в отношении Балкан, полностью вписываю¬щимися в проект США и Евросоюза, предусматривающего создание здесь аморфной Балканской федерации православ¬ных стран, находящихся под контролем Запада. Как указы¬вают аналитики, «в рамках осуществления этого проекта планируется изменить конфессиональную ситуацию на Бал¬канах, обеспечив значительный удельный вес католиков в новой федерации — в частности, за счет окатоличивания на западные деньги мусульманского населения Албании и Боснии и Герцеговины. В том, что касается Албании, предусматривается, что 70% населения этой страны бу¬дут исповедовать католичество, но формально она войдет в православную федерацию, обеспечивая для нее выход на Адриатику» 31°.

    Известно, что Св. Престол никогда официально не огла¬шает свои прозелитические планы, но о них часто рассказы¬вают их непосредственные исполнители, и в данном случае о них стало известно от главного католического епископа Косово Додье Дьердьи, выступившего в 2008 г. в Брюсселе перед представителями демократических партий Европы. Он заявил, что косовские мусульмане — это «исламнзиро-ванные католики, насильственно обращенные в свое время в мусульманство», подведя таким образом религиозное обос¬нование под тезис об «уникальности» края и его духовных связях с Европой. Так что «культурное крещение» Косово — его католизация — должна послужить Приштине «входным билетом в Европу». Как заметил исследователь А. Воробь¬ев, «Балканы и Косово — хорошая возможность для Вати¬кана продемонстрировать свою «профпригодность» для за-падной цивилизации и обеспечить перспективный плацдарм для дальнейшей экспансии — теперь уже в Россию»зп.

    Кто же формирует «глобальную этику»

    Если католическо-мусульманский диалог при Бенедикте XVI начался со скандала и стимулируется твердым намерени¬ем Ватикана реформировать ислам, то отношения с иудаиз¬мом, как и при Иоанне Павле II, продолжают развиваться по пути дальнейших уступок последнему. Иудейское сообщест¬во хорошо восприняло избрание Ратцингера, прекрасно по¬нимая, что прошлое нового папы, а именно его пребывание в свое время в рядах Гитлерюгенда и служба в немецкой зенит¬ной батарее, делают его достаточно уязвимым и зависимым, чтобы оказывать давление для обеспечения «правильной» позиции. В этом отношении действительно глубоко симво-личен тот факт, что в момент перехода Католической церкви к заключительному этапу «покаяния» («тешува») во главе ее стоит папа-немец с нацистским прошлым.

    Что же касается идейного формирования Ратцингера как священника, то о некоторых интересных подробностях, сообщил, в частности, Поль Гиневский в своей статье «От Иоанна Павла II к Бенедикту XVI: та же еврейская полити¬ка?», опубликованной через два месяца после избрания Рат¬цингера папой.

    Задавшись вопросом, чем будет определяться политика нового понтифика, он пишет: «Мы не рискуем сильно оши¬биться, предсказав, что Бенедикт XVI предрасположен всей своей прежней деятельностью в плане иудео-христианских отношений стать, с еврейской точки зрения, «хорошим» па¬пой и что он будет этого желать. Один журналист, отметив преемственность между новым и старым папами, назвал Бе¬недикта XVI «хранителем войтыловского храма». А Йозеф Ратцингер назвал своего предшественника «Иоанном Пав¬лом II Великим». Еще во время своего обучения в семина¬рии он увлекся Мартином Бубером312, немецко-еврейским, а затем израильским философом, великим теоретиком диало¬га, сближения и мира между противниками. Будущий папа имел также долгие беседы с другими еврейскими философа¬ми, в частности с Эммануэлем Левина. Но в особенности, в качестве профессора теологии и (с 1981) префекта конгре¬гации доктрины веры (который определяет курс и следит за работами теологов и религиозным образованием) он был постоянным сотрудником Иоанна Павла II, главным редак¬тором понтификальных текстов, в первую очередь, посвя¬щенных иудеям и еврейскому государству. Он был в значи¬тельной мере творцом исключительных успехов папы, ини¬циатором политики покаяния за преследования и очищения памяти. Идеи Йозефа Ратцингера мы находим в формули¬ровках Иоанна Павла II. В интервью, данном в 1990 г. амери¬канскому еврейскому ежемесячнику Midstream, Йозеф Рат-цингер, говоря о готовящемся тогда новом Катехизисе Ка¬толической церкви и о «глубокой» преемственности между Ветхим и Новым Заветами, заявил: «При написании Кате-хизиса нашим намерением было показать, что без Ветхо¬го Завета и без постоянных контактов с живым и вечным иудаизмом христианский мир не может быть верен сво¬им собственным истокам»»313.

    О симпатии Ратцингера к иудаизму свидетельствует и директор Центра библейской теологии им. Святого Пав¬ла Скотт Хан, заявивший в своем интервью агентству Zenit в июле 2005 г.: «Папа Бенедикт XVI является сам крупным библейским теологом, пропитанным идеями Отцов и Учи¬телей Церкви, особенно св. Августина и св. Бонавентуры, а также иудейской и раввинистической традициями. Я не думаю, что найдется другой папа со времен св. Петра, ко¬торый в такой степени изучил бы древних раввинов»314.

    Одним из первых знаков нового папы стало посещение им летом 2005 г во время Всемирных дней молодежи Кельн¬ской синагоги и принятие там участия в богослужении. Вто¬рой раз папа посетил синагогу в Нью-Йорке во время его поездки в США в апреле 2008 г., став первым понтификом, побывавшем в американском иудейском храме. Визит этот носил камерный и закрытый характер, он не только не был показан по телевидению, но и отсутствовал как пункт в офи¬циальной программе315. Это стремление к сближению, про¬демонстрированное папой, вписывается в более широкую перспективу.

    В 2005 г. Католическая церковь торжественно отметила 40-летний юбилей Nostra Aetate, которую кардинал Каспер назвал только «началом процесса примирения и мира», от¬метив, что «необходимо написать еще много исторических и теологических работ», так как христианская теология иуда¬изма на данный момент носит «фрагментарный» характер31*. Для стимулирования более глубокого ознакомления католи¬ков с иудаизмом значительная группа католических карди¬налов и епископов в конце марта 2006 г. впервые посетила йешива — религиозные иудейские школы 317.

    В целях углубления теологии иудаизма Католическая церковь при Бенедикте XVI стала разрабатывать «инноваци¬онные» подходы. Одним из таких шагов, направленных на ис¬коренение самого корня антисемитизма, стала попытка фак¬тической реабилитации Иуды Искариота, на которую пошли чиновники Ватикана. В январе 2006 г. глава Папского совета по вопросам истории, монсеньор Вальтер Брандмюллер и писатель Виттори Масури — оба близкие друзья Бенедик¬та XVI — заявили, что образ Иуды стал жертвой «теологи¬ческой инсинуации», которая послужила затем толчком к появлению и развитию антисемитизма, и что они намерены продвигать в массы идею, что он не был предателем, а лишь исполнял волю Божью, как и остальные участники этой ис¬тории. Проект был одобрен самим папой, посчитавшим, что он может оказать серьезную помощь в налаживании отноше¬ний между христианами и иудеями. Для продвижения новой трактовки образа Иуды Масури и Брандмюллер впервые ор¬ганизовали совместно с Географическим национальным об¬ществом публикацию найденного в XX в. апокрифического текста «Евангелие от Иуды», принадлежащего одной из гно-стических сект, в соответствии с которым Иуда был единст¬венным, кто понял истинную весть Иисуса Христа, и предал Его по Его же просьбе. И хотя, в силу разразившегося среди верующих скандала, Ватикан вынужден был выступить про¬тив этого текста, брешь была пробита.

    После этого стали появляться многочисленные кни-ги об Иуде, выставляющие его в положительном свете, а в ноябре 2008 г. ему был посвящен целый коллоквиум, орга¬низованный совместно ассоциацией Иудейско-христиан-ская дружба Франции (ИХДФ) и Бнай Брит (материалы его были опубликованы в последнем за 2009 г. номере журнала «Sens» («Смысл»), являющегося органом ИХДФ). Как заявил первый докладчик Алэн Леллюш, являющийся председате¬лем ложи Бнай Брит Бен Гурион в Париже, идея проведе¬ния данного коллоквиума принадлежала ее бывшему предсе¬дателю Ежену Лейба. Темы докладов были следующие: «Ли¬тературный анализ некоторых выдержек из Нового Завета, посвященных Иуде», «Другой взгляд на Иуду», «Эксплуата¬ция мифа об Иуде в многовековой молве» и др. В каждом из них полностью искажался образ Иуды, данный в Новом За-вете. Вот, в частности, некоторые основные положения док¬лада профессора А. Абекассиса: «Иуда предатель, его лю¬бовь к деньгам ... — все это абсурдные шаблоны или выдум¬ки», «Св. Иоанн ненавидел Иуду и ревновал к нему. Он несет главную ответственность за негативный образ Иуды, сло¬жившийся у христиан», «Иуда не предавал Христа, напро¬тив, он хотел его спасти», «В Гефсиманском саду, когда Ии¬сус молился, Иуда один не спал. Его вера во Христа была полной, он больше всех в него верил», «Иуда был жертвой заговора», «Историю Иуды надо пересмотреть». «Это, — за¬ключил Абекассис, — наконец, будет способствовать завер-шению антииудейской полемики, скрытой в имени Иуды и в том образе, который о нем создал Иоанн и который переня¬ла Церковь»318.

    Новаторским стало и выступление папы в сентябре 2008 г. перед делегацией представителей французского иу¬дейского сообщества во время посещения Парижа, в ходе которого он не только повторил известную фразу папы Пия XI «мы, христиане, являемся духовными семитами и не мо¬жем быть антисемитами», но и пошел на то, чтобы процити¬ровать вавилонский Талмуд, желая показать общность уче¬ний двух конфессий. Это явилось уникальным случаем в ис¬тории папства — на такое не решился даже Иоанн Павел II.

    Поэтому не случайно Давид Нехоз, генеральный секретарь ивритоязычного Католического Викариата в Израиле назвал этот акт «молчаливой революцией» 319.

    Еще одним новшеством стало приглашение Бенедик¬том XVI на всеобщее заседание синода епископов в октяб¬ре 2008 г. главного раввина Хайфы Шеара Йешува Коэна, что стало также первым случаем присутствия на таком собра¬нии некатолика. Он выступил перед собравшимися с докла¬дом на тему о центральном значении иудейского Писания в иудейской традиции, хотя тема синода была «Слово Божье в жизни и миссии Церкви». Коган является членом постоян¬ной рабочей двусторонней израильско-ватиканской комис-сии, регулярно собирающейся для подготовки заключения юридическо-финансового соглашения, касающегося церков¬ной собственности и налоговых льгот на доход от коммерче¬ской деятельности христианских сообществ и юридическо¬го статуса Католической церкви в Израиле. Судя по всему, результаты этих переговоров во многом зависят от степени поддержки со стороны Ватикана усилий Израиля, направ¬ленных на достижение его целей. Так что Коэн, видимо, имел полное основание заявить, обратившись к собравшимся: «Мы надеемся на вашу помощь как религиозных руководи¬телей... в деле защиты, протекции и спасения Израиля, од¬ного и единственного суверенного государства «людей Писа-ния», от рук его врагов». Относительно приглашения он зая¬вил, что они «высоко оценивают последствия этого жеста» и что его присутствие является «очень показательным» 32°.

    Действительно, показательно, что именно на этом сино¬де в главном докладе было указано, что «отношения меж¬ду христианами и иудеями должны стать объектом, касаю¬щимся не только специалистов диалога, но и всех христи¬ан» — то есть была выделена как раз та задача, решением которой так озабочен уже цитированный нами Поль Гинев-ский — «просвещать» и мобилизовать католические «низы», незнакомые с теоретическими новшествами богословов. Было подчеркнуто, что это требует конкретного поведения: всегда говорить об иудеях в настоящем времени, считать выживание иудейского народа духовным фактом, принять универсальное значение иудаизма, избегать любой теологии замещения в христианском чтении, при христианском про¬чтении Ветхого Завета оставлять место для иудейского про¬чтения и разделять вместе с иудеями эсхатологическое ожидание. Все это свидетельствует о том, что, в соответст¬вии с планами Жюля Исаака, Католическая церковь оконча¬тельно переходит к «учению уважения» и скоро будет подго-тавливать мир к приходу иудейского Мошиаха.

    Пользуясь крайне толерантным отношением к себе со стороны понтифика, иудейское руководство позволяет себе все более активно вмешиваться уже во внутренние дела Св. Престола. Примером этого стала история с британским епи¬скопом Вильямсоном, одним из четырех епископов Братст¬ва св. Пия X, с которых в январе 2009 г. Бенедикт XVI снял отлучение. Однако буквально накануне этого события швед¬ское телевидение показало интервью с Вильямсоном, снятое еще в ноябре 2008 г. (!), в котором последний заявил что на¬цисты во время Второй мировой войны не использовали га¬зовые камеры для истребления евреев, а само число погиб¬ших в концлагерях евреев сильно преувеличено и составля¬ет в реальности 200—300 тысяч человек. Было ли совпадение этих двух событий случайно или оно было специально орга¬низовано, неизвестно, но решение папы о снятии отлучения с Вильямсона тут же вызвало резкое негодование широкой еврейской общественности и руководства иудейских общин. Главный раввинат Израиля в знак протеста решил разорвать официальные отношения с Ватиканом, поставив под вопрос планируемую поездку папы в Израиль, а директор раввина¬та Одед Вейнер заявил, что «без публичного извинения и пе¬ресмотра (решения папы. — О.Ч.) будет трудно продолжить диалог».

    Все это вынудило Бенедикта XVI долго оправдывать¬ся и объясняться за свой поступок. Папа велел Вильямсону «безоговорочно и публично» отмежеваться от своих пози¬ций, заявив при этом, что он был не в курсе заявлений епи¬скопа и что считает его взгляды совершенно неприемлемы¬ми и решительно их отвергает. Официальный представитель Ватикана Федерико Ломбарди выразил надежду, что после заявлений понтифика главный раввинат пересмотрит свое решение и продолжит «плодотворный и умиротворенный» диалог. Однако уже известный нам главный раввин Хайфы Коэн подчеркнул в интервью газете Jerusalem Post, что для возобновления отношений с израильской иудейской общи¬ной Вильямсон должен публично отказаться от своих пре¬дыдущих заявлений о холокосте. «Я разделяю усилия папы, направленные на восстановление единства в церкви. Но он должен понимать, что таким образом он косвенно обидел евреев. Мы ждем, что он сделает все от него зависящее, что¬бы исправить ситуацию», — отметил Коэн321. Более опреде¬ленно высказаться о неприемлемости отрицания холокоста призвала папу и Ангела Меркель, после длительного разго¬вора с которой Бенедикт XVI снял Вильямсона с поста главы католической семинарии Ла Реха в Буэнос-Айресе. Как пере¬дала Deutsche Welle, в ходе конструктивного разговора пон¬тифик и Ангела Меркель подчеркнули важность «постоян¬ного напоминания» о трагедии холокоста. Наконец, 12 фев-раля Бенедикт XVI принял еврейскую делегацию из глав 60 крупнейших объединений и вновь заверил их в своей абсо¬лютной преданности курсу на сближение с иудаизмом.

    Между тем, епископ Вильямсон, хотя и извинился за то, что создалась сложная ситуация, от взглядов своих не от¬казался, что вызвало горячую дискуссию внутри церкви, так что Бенедикт XVI вынужден был через два месяца по¬сле начала скандала обратиться с объяснительным письмом к епископам. В нем говорилось, что он вынес из этого собы¬тия важный урок, поскольку снятие отлучения должно было быть лучше организовано, и выражалась благодарность «ев¬рейским друзьям, которые помогли устранить недоразуме-ние»322. Папа сместил с занимаемого поста кардинала Дарио Кастрильона Ойоса, принявшего решение вернуть в лоно церкви епископа Вильямсона, и решил оставить решение об отлучении в силе, пока епископы-лефевристы не будут гото¬вы проявлять уважение к другим конфессиям323. Только по¬сле этого состоялась встреча папы с представителем главно¬го раввината Израиля Давидом Розеном, положившая конец напряженности в двусторонних отношениях.

    В мае 2009 г. состоялась, наконец, самая трудная поезд¬ка понтификата Бенедикта XVI — «паломничество с поли¬тическим уклоном» (как ее назвали журналисты) на Ближ¬ний Восток, в ходе которой он посетил Иорданию, Израиль и Палестину, встретившись и с политиками, и с религиозны¬ми деятелями разных конфессий. Однако первое, что посе¬тил папа, прибыв в Иерусалим, был мемориальный комплекс жертв холокоста «Яд ва-Шем» и Стена плача, после чего по-следовала встреча с двумя главными раввинами Иерусали¬ма. И хотя понтифик всячески подчеркивал приверженность иудейско-католическому «диалогу», израильские политики и раввины остались не удовлетворены его речью, посколь¬ку ожидали услышать извинение от имени Ватикана за пас¬сивную позицию церкви во время Второй мировой войны. Как было указано в редакционной статье израильской газе¬ты Ha'aretz, «в речи папы отсутствовало одно главное сло-во — «простите»»324.

    Речей в Иерусалиме было произнесено много, однако они не выражали никакой самостоятельной позиции като¬лического лидера — папа уходил от всех острых политиче¬ских вопросов, не желая раздражать Израиль. Когда глава шариатских судов Палестины шейх Тайсир аль-Тамими на межрелигиозной ассамблее в Иерусалиме заявил, что ислам и христианство должны объединиться против «израиль¬ской оккупации и помочь созданию независимой Палести¬ны», и обратился к папе с призывом осудить преступления государства Израиля и призвать израильское правительст¬во остановить агрессию против палестинского народа, Бене¬дикт XVI тут же покинул собрание325. Он не посетил церкви евреев-католиков, перешедших в католицизм из иудаизма и обреченных на роль маргиналов. Он не стал поднимать ще¬котливую тему о передаче имущества и недвижимости Ка¬толической церкви в ее распоряжение326. В Назарете, как за¬метили комментаторы, жители города радовались не столь¬ко визиту папы, сколько внезапному преображению города: «Про наш город правительство вспомнило лишь благодаря визиту понтифика. Вдруг на благоустройство одного из важ¬нейших христианских городов нашлись бюджетные средства»327. Как точно подметил журналист С. Минин, «когда нужно быть дипломатом, Бенедикт XVI предпочитает роль богослова, честного, как сама правда. Когда нужно быть пас¬тырем для своей паствы, он предпочитает роль дипломата, осторожного до абсурда»328.

    Визит папы в Иерусалим не оправдал всех ожиданий иу¬дейского руководства, зато оно осталось полностью удовле¬творено другим крайне важным событием, оцененным им как «решительно позитивное» — посещением Бенедиктом XVI Римской синагоги, являющейся центром жизни старей¬шей иудейской общины в мире за пределами Израиля. Это произошло 17 января 2010 г. За несколько часов до прибы¬тия в синагогу в ходе традиционной воскресной пропове¬ди в Ватикане папа, вспомнив «исторический визит» своего предшественника, заявил: «Несмотря на проблемы и слож¬ности между верующими двух религий существует атмосфе¬ра большого уважения и диалога, свидетельствующая о том, насколько более зрелыми стали наши отношения при со¬вместном осознании того, что нас объединяет»329. А объ¬единяет «в первую очередь, вера в единого Бога, а также за¬щита жизни и семьи, стремление к социальной справедливо¬сти и миру». Подчеркнув, что иудеи и христиане «молятся одному и тому же Господу», папа несколько раз напоминал о «близости и духовном братстве» двух религий, закончив свою речь на беглом иврите. Таким образом, встреча про¬шла успешно, но, как заметил аббат Флориано Абрамович, «единственным, кто на ней отсутствовал, был наш Гос¬подь Иисус Христос».

    Думается важным привести слова директора L'Osservatore romano Джованни Мария Виан, сказанные в связи с данным событием о нынешнем папе: «Найдется мало католиков в XX веке, которые сделали столько же, сколько Йозеф Ратцингер, как теолог, епископ, глава конгрегации док¬трины веры, а теперь и как папа, для сближения между иудеями и католиками»330.

    В связи с этим надо отметить, что не так все однознач¬но и с вопросом о подготовке к беатификации Пия XII, вы¬зывающей такое недовольство среди иудеев.

    Как известно, этот папа подвергается острой критике со стороны ряда ре¬лигиозных и светских еврейских организаций за свое мол¬чание по поводу политики нацизма в отношении евреев, а в экспозиции музея «Яд ва-Шем» в Иерусалиме имеется соот¬ветствующая надпись, вменяющая в вину Пию XII преступ¬ления холокоста. Но для Католической церкви беатифика-ция этого понтифика имеет принципиальное значение, так как его «святость» призвана обеспечить поддержание бла-городно-героического образа католицизма в период нацист¬ского режима и одновременно символизировать собой иу-дейско-католическое примирение нашего времени. Харак¬терно, что проект беатификации Пия XII был инициирован еще Иоанном XXIII и Павлом VI, совершившими переворот в иудео-католических отношениях. И Бенедикт XVI в год 50-летия смерти Пия XII (2008 г.) устроил масштабную пиар-кампанию понтифику, заявив, что тот является чуть ли не главным вдохновителем II Ватиканского собора, обеспечив¬шего экуменическую открытость Католической церкви (а в документах собора имеется более тысячи отсылок к его тек¬стам, и имя его встречается более 200 раз).

    Интересно, что в этом вопросе в итоге ни одна, ни дру¬гая сторона не занимает категорических позиций, а исполь¬зует его для достижения взаимных уступок. В настоящее время подготовка к беатификации понтифика близка к за¬вершению, и требуется только официальное признание чуда, совершенного по его молитвам. Однако в силу того, что представители еврейских организаций добиваются предос¬тавления для независимой экспертизы материалов из ва¬тиканских архивов времен Пия XII, папа объявил, что беа-тификация не состоится, пока не будут открыты соответ¬ствующие архивы, на что уйдет 6—7 лет331. В ноябре 2008 г. скандал вокруг Пия XII фактически было решено «замять»: как сообщило католическое агентство Zenit, на иудео-като-лической конференции в Будапеште была принята специаль¬ная декларация, в которой говорится, что «о разногласиях, время от времени возникающих между нами, надлежит го¬ворить в духе взаимного уважения и ни в коем случае не ис¬пользовать язык, усиливающий напряжение»332.

    Между тем, в честь ознаменования зрелости иудей-ско-католических отношений в 2007 г. Международный со¬вет христиан и иудеев (МСХИ), объединяющий националь¬ные ассоциации иудео-христианской дружбы, собравшись в Сиднее на своей ежегодной конференции, торжественно отметил 60-летнюю годовщину конференции в Зеелисбер-ге. Здесь было принято решение принять по аналогии с Зее-лисбергской декларацией новый документ из 12 тезисов, об¬ращенный на этот раз не только к христианам, но ко все¬му миру333. Местом встречи для принятия новой декларации был выбран Берлин, символизирующий собой одновремен¬но и победу над фашизмом, и победу над коммунизмом, а теперь — и утверждение новой универсальной религии при¬мирения с иудаизмом.

    Принятая в июле 2009 г. Берлинская декларация™ сфор¬мулировала основные положения будущего диалога, став, по сути, программой превращения христианства в иудео-христианство. Если использовать терминологию Гиневско-го, то речь идет, похоже, о переходе к этапу «искупления» (тиккун), при котором должно произойти глубинное размы¬вание христианства, превращающегося в религию без Хри¬ста Сына Божия.

    Обращаясь ко всем христианским и иудейским общи¬нам, а также ко «всем людям доброй воли», авторы доку¬мента призывает к следующему:
    1. Бороться со всеми формами антисемитизма, включая религиозный и расовый (это предполагает признание глу¬бинной природы Христа и апостола Павла как иудеев и интерпретацию их учений в контексте иудаизма первого века; отношение к Ветхому и Новому заветам как допол¬няющим и взаимно подтверждающим друг друга, не вы-деляющее какой-либо из них в качестве главного; выступ¬ление против любого ошибочного христианского прочте¬ния библейских текстов, касающихся иудеев, в той мере, в какой это чтение может стать причиной враждебности; подчеркивание связи между иудейской и христианской литургиями335, очищение христианской литургии от юдо-фобских положений, особенно в молитвах и гимнах и др.).
    2.    Развивать межрелигиозный диалог с иудеями (это предполагает рассмотрение под критическим углом зрения своей собственной традиции и традиции партнера в целях истинной открытости в отношении другого).
    3.    Прийти к теологическому пониманию иудаизма исхо¬дя из специфической полноты последнего (что предполагает упразднение любого учения, признающего, что христиа¬не заменили иудеев, как народ, связанный обетом с Бо¬гом; настаивать на совместной миссии иудеев и христи¬ан в подготовке мира к Царству Божьему; следить за тем, чтобы новые теологические течения, исходящие из Азии, Африки и Латинской Америки, а также феминистские и ос-вободительные движения в своей идеологии выражали пра¬вильное понимание иудаизма и отношения между ним и хри¬стианством и др.).
    4.    Молиться за мир в Иерусалиме (что предполагает по¬нимание глубокой привязанности иудаизма к Святой Земле как исходящей из фундаментальной религиозной перспек¬тивы; критику атак против сионизма, вырождающихся в вы¬ражение антисемитизма; поддержку тех иудеев, христиан и мусульман (израильтян и палестинцев), которые ратуют за мир и создание климата доверия на Ближнем Востоке, где все могут жить в безопасности в рамках действенных неза-висимых государств, существующих в системе международ¬ного права и уважения прав человека; укрепление связей с христианскими церквами во всем мире).
    5.    Признать те усилия, которые предприняли христиан¬ские сообщества в конце XX века для пересмотра своего от¬ношения к иудеям.
    6.    Проверить иудейские тексты и литургию в свете этих христианских реформ (что предполагает критику тех тек¬стов, которые кажутся ксенофобскими и расистскими, а так¬же настаивать на выделении тех текстов во всех религи¬озных традициях, которые ратуют за толерантность и от¬крытость).
    7.    Делать различия между честной критикой Израиля и антисемитизмом.
    8.    Помогать Израилю в его усилиях, направленных на реализацию идеалов, которые провозглашают его основополагающие документы — задача, которую Израиль раз¬деляет со многими нациями.
    9.    Укреплять межрелигиозное и межкультурное образование.
    10.    Способствовать межрелигиозным дружбе и сотруд¬ничеству, а также социальной справедливости в мире (что предполагает признание в качестве равноправных граждан представителей других религий, которые иммигрировали на новую родину, где они составляют теперь религиозное мень¬шинство; выступать за права всех, вне зависимости от ре¬лигии, секса и сексуальной ориентации; признание и вме¬сте с тем критику того, что порождает чувство религиоз¬ного превосходства и присутствует в каждой религии).
    11.    Усилить диалог с политическими и экономическими институтами (основываясь на растущем интересе со сторо¬ны политических и экономических институтов в отношении межрелигиозных связей).
    12.    Создавать сетевую связь между теми, чья деятель¬ность отвечает требованиям управления окружающей сре¬дой (продвигая веру в то, что каждый человек ответстве¬нен за управление планетой; признавая библейский долг, который несут иудеи и христиане перед Творением, а также ответственность за то, чтобы к этому вопросу было привле¬чено все внимание в политических речах и действиях).

    Итак, иудаизм раскрывает свои дружеские объятия дру¬гим религиям, но речь идет фактически об иудейском ва¬рианте экуменизма, при котором он последовательно реа¬лизует свои интересы. Так же, как основой открытости ка¬толицизма является неприкосновенный догмат о папской непогрешимости и папском примате, так и иудаизм допус¬кает межрелигиозное сотрудничество только на основе при-знания неизменности исключительного положения иуде-ев как избранного Богом народа. Иудаизм сохраняется в своей полноте, в то время как другие религии размывают¬ся и встраиваются в некую новую универсальную религию. Не случайно в последнее время все громче заявляет о себе так называемый «ноахизм», распространяемый движением «бней-Ноах» («дети Ноя») или «ноахитов», предлагающий «наилучший выбор для неевреев».

    В соответствии с ним есть только два пути спасения: для иудеев, остающихся избранными Богом — это строгое вы¬полнение 613 заповедей Ветхого Завета, а для неевреев (если только они не прошли гиюр, то есть не стали иудеями) — следование 7 заповедям Ноя. Все остальные религии иуда¬изм считает не ведущими к Богу. 7 заповедей Ноя — это тот минимальный набор требований, которые, по учению иудеев, был дан Богом Адаму и Ною и заключается в следующем:
    1)    вера в единого Бога и запрет идолопоклонства;
    2)    уважение Бога, запрет богохульства;
    3)    уважение к жизни человека, запрет убийства;
    4)    уважение к семье, запрет прелюбодеяния;
    5)    уважение к имуществу ближнего, запрет воровства;
    6)    уважение к живым существам, запрет употребления в пищу плоти, отрезанной от живого животного;
    7)    назначение судей, обязанность создать справедливую судебную систему336.
    Надо отметить, что в Торе этих положений нет, они были выведены мудрецами Талмуда (трактат Санедрин) в соответствии с принципами толкования слов и словосочета¬ний Торы. Как свидетельствовал раввин Рима Риккардо ди Сеньи337, религия Ноя является раввинистической традици¬ей, и ее сторонниками являются все ортодоксальные равви¬ны. Это он заявил в своем выступлении «Ной шел вместе с Богом: иудейский универсализм», состоявшемся в Риме в конференц-зале Главной понтификальной римской семина¬рии в январе 2002 г. А в 2007 г. между иудеями и католиками была подписана общая декларация, в которой говорилось: «Иудейская традиция выделяет союз с Ноем как выраже¬ние универсального морального кодекса, который при¬звано уважать все человечество»338.

    Некоторые иудейские авторы339 как раз и ассоциируют 12 пунктов Берлинской деклараций с ноахизмом, представ¬ляя их как формулирование основы глобальной этики. Ноа-хизм представляет собой тот экуменический «богословский минимум», который должен объединить человечество на ос¬нове принятия приемлемых для всех заповедей, возвращаю¬щих его в дохристианскую эру цивилизационного развития, упрощающих и нивелирующих сознание людей, превра¬щая их в легко управляемую массу. Здесь есть вера в единого для всех Бога (при этом у каждого свое собственное его по¬нимание), есть запреты, есть суд, но нет христианской запо¬веди любви, раскрывающей в человеке личность.

    Сформулированная программа предполагает работу и «вглубь», и «вширь». «Вглубь» — это дальнейшее размыва¬ние самого христианства и превращение его в своего рода ответвление иудаизма, а «вширь» — это распространение идеи «глобальной этики» на международных форумах и сам¬митах ради достижения ее принятия в качестве признанно¬го всеми мирового стандарта.

    Что касается первого направления, то в наибольшей степени в этом преуспел французский епископат, который является сегодня наиболее «продвинутым» в плане экуме¬нической открытости, что стало результатом крайне плодо¬творной 24-летней деятельности прежнего Парижского ар¬хиепископа Жана-Мари Люстиже. Он посвятил в сан 229 священников, создал семинарию Парижского диоцеза, Мис¬сионерское братство священников, Кафедральную школу (в духе средневековых университетов), Радио-Нотр-Дам, а так¬же кабельное католическое телевидение и интернет-сайт, способствуя воспитанию французских священников в духе тесного «иудео-христианского братства». Так что в настоя¬щее время французская церковь в значительной степени управляется последователями Люстиже.

    Осенью 2009 г. с благословения монсеньора Робера ле Галля, председателя Епископальной комиссии по литургии во Франции был выпущен новый молитвенник, в котором отсутствуют праздники, посвященные главным француз¬ским святым, зато включены праздники иудейские, мусуль¬манские и протестантские340. А в марте 2010 г. архиепископ Парижский, кардинал Андре Вен-Труа341 пригласил раввина Ривона Крижье выступить в соборе Парижской Богоматери в рамках Великопостной конференции, посвященной II Ва-тиканскому собору. В своей речи Крижье, принадлежащий к консервативному течению иудаизма (представители которо¬го в отличие от ортодоксов могут входить в христианские

    храмы), подчеркнул необходимость укрепления межконфес¬сионального диалога и избавления от тех избитых клише и непримиримых суждений, которые препятствуют его укре¬плению. Показательно, что когда присутствовавшие в собо¬ре лефевристы попытались выразить свое несогласие и по¬казать недопустимость подобного действия, они были выве¬дены из зала. Дело в том, что члены французского отделения Братства Пия X уже давно и жестко обвиняют отдельных епископов в том, что те «утопили католицизм в сосущест¬вовании с другими религиями». И на этот раз они несколько недель подряд вели кампанию против Вен-Труа и организо¬ванной им конференции, опубликовав 4 февраля коммюни¬ке, носившее характерное название: «Епископы: храните¬ли Веры или прозелитические защитники иных культов?». Однако их критика не касается поведения самого Римско¬го понтифика, пример которого в свою очередь является об¬разцовым для французского епископата.

    Другое направление — распространение идеи единения человечества на основе универсального морального кодек¬са — реализуется путем проведения различного рода между¬народных встреч и организаций, объединяющих лидеров и представителей разных религий мира, влиятельных полити¬ков и бизнесменов. Речь идет о Всемирных саммитах рели¬гиозных лидеров (проводятся в преддверии встреч Большой восьмерки), Всемирных форумах религий, Всемирной кон¬ференции «Религия и мир», Диалоге мировых религий по вопросам развития (проводимого в сотрудничестве с Все¬мирным банком), Всемирном совете религиозных лидеров и пр. Все они заняты объединением религий для борьбы с уг¬розами и вызовами XXI в., призванным обеспечить «духов¬ное руководство» сильных мира сего процессом интеграции его в «новый мировой порядок».

    Особый вклад в развитие межрелигиозного диалога вно¬сят ежегодные международные встречи «Люди и религии» в духе Всемирного Дня молитвы о мире в г. Ассизи, проведен¬ного впервые Иоанном Павлом II в октябре 1986 г. Организу¬ет их католическая община Св. Эгидия, основателем и нынеш¬ним лидером которой является профессор Лндреа Риккарди.

    В 2006 г., когда отмечалось 20-летие этого Дня, встре¬ча, состоявшаяся в Сан-Франциско, прошла особенно тор¬жественно и была призвана, как заявил Риккарди на встрече с папой, наметить духовный путь широкого сотрудничест¬ва ради «глобализации с человеческим лицом» и форму¬лирования «общей этики»342. В сентябре 2009 г. подобная встреча состоялась в Кракове под патронажем уже извест¬ного нам архиепископа Краковского Станислава Дзивича. На ней, как обычно, присутствовали не только религиозные лидеры, но и главы государств, важные политические деяте¬ли и финансисты. На этот раз среди участников были Жозе Мануэль Баррозо, главный раввин Израиля Иона Метсгер, президент Международного еврейского комитета за меж¬религиозные консультации Давид Розен, кардинал Каспер, Мишель Камдессю, Генрих Люксембургский, Лех Валенса и др.

    Показательно, что встреча проходила как раз накануне Питтсбургского саммита и призвана была обеспечить «эти¬ческую поддержку» деятельности Двадцатки. Мишель Кам-дессю, который, видимо, является символом «морального бизнеса», в своем выступлении вновь подчеркнул необхо¬димость способствовать формулированию «всемирного об¬щего блага, в котором сойдется все человечество», для чего необходимы реформа государств, новая экономическая мо¬дель и мировое управление, что невозможно в свою очередь без диалога культур. Закончилась встреча посещением Ос¬венцима, которое теперь является, как было сказано в сооб¬щении, «обязательным для любого уважающего себя поли¬тического или религиозного деятеля»343.

    Важно подчеркнуть, что при всей кажущейся формаль¬ности этих встреч они выполняют важнейшую функцию, втягивая руководство религиозных конфессий и движений в орбиту влияния наднациональных структур, отрывая от на¬ционального тела, переводя их на следование «общемиро¬вым» стандартам и превращая в послушных исполнителей воли строителей нового мирового порядка.

    Примечания

    1    Бергер П. Секуляризация и проблема убедительности. С. 5//http://jder.narod.ru/library/nz_2_2.htm
    2    См. Доклад прот. И.Г. Разумовского «Экуменическое движение и Православная Церковь». Деяния Совещания Глав и Представителей Автокефальных Православных Церквей в связи с празднованием 500-летия Автокефалии Русской Православной Церкви. 8—18 июля 1948 г. Том второй. //http://www.krotov.info/history/20/1940/1948_07.htm
    3    Д. Мотт стоял во главе Христианской ассоциации молодежи (YMCA) и Всемирной федерации христианских студентов. Тесно сотрудничал и был близким другом Джона Д. Рокфеллера младшего, являвшегося в 20—30-е годы одним из лидеров евангелистов. О финансировании фондом Рокфеллера экуменического движения см.: The Wycliffe Bible Translators, John Mott
    & Rockefeller Connections //http://www.seekgod.ca/mott.htm
    4    Доклад прот. И.Г. Разумовского «Экуменическое движение и Православная Церковь». Деяния Совещания Глав и Представителей Автокефальных Православных Церквей в связи с празднованием 500-летия Автокефалии Русской православной Церкви. 8—18 июля 1948 г. Том второй // http:www.krotov.info/history/20/1940/1948_07.htm С годами связи ВСЦ с
    ООН окрепли, и уже в 1954 г. генеральный секретарь ООН Хаммершельд на очередной экуменической Ассамблее подчеркнул близость и существенную однородность в работе двух организаций: с небольшой перестановкой акцентов они ставят перед собой одни и те же задачи.
    5    Там же.
    6    Там же.
    7    Там же.
    8    Шелленберг В. Мемуары. Мн.: Родиола-плюс, 1998. С. 48.
    'Phelps J. Vatican Assassins: «Wounded In The House Of My Friends». 2001. P.515 // http://www.bibUotecapleyades.net/archivos_pdf/vatican_assassins.pdf
    10    CM. Paris E. The Vatican Against Europe. Wycliffe Presse, 1961.
    11    CM. Carlo Falconi, Le silence de Pie XII 1939-1945, essai fonde sur
    des documents d'archives recueillis par I'auteur en Pologne et en Yougoslavie,
    Monaco, Ed. du Rocher, 1965.
    219

    12    История Независимого Государства Хорватии описана в книгах:
    Cornwell J. Hitlers Pope. The Secret History of Pius XII и Fabre H. L'Eglise
    catholique face au fascisme et au nazisme. Les outrages a la verite. Bruxelles,
    Editions Espace de Liberte, 1995.
    13    Филимонова А. Роль Ватикана в общественно-политических про¬
    цессах на постъюгославском пространстве 1991—2000гг. // http://www.
    pravoslavie.ru/arhiv/061106194208
    14    Ривелли М.А. Архиепископ геноцида. Монсеньор Степинац, Вати¬
    кан и усташская диктатура в Хорватии 1941—1945 гг. М.: 2011. С.86.
    15    Frattini Е. La Sainte Alliance. La veritable histoire des services secrets
    du Vatican. Flammarion, 2006. P. 31.
    16    Frattini E. Op.cit. P. 32.
    " Frattini E. Op.cit. P. 12.
    18 Simmonot Ph. Les papes, l'Eglise et l'argent. Histoire economique du christianisme des origins a nos jours. Paris: Bayard, 2005. P.743. " Цит. по: Ривелли М.А. Указ соч. С.163.
    20    Frattini E. Op.cit. P. 340.
    21    Lacroix-Riz A. Le Vatican, de l'antisemitisme des annees trente au
    sauvetage-reciclage des bourreaux // Golias, № 47, mai 1996. P.80.
    22    Тинский Г. Ватикан и политика // http://www.pravoslavie.ru/smi/1820.htm
    23    Станоевич Б. Усташский министр смерти: анатомия преступле¬
    ния Андрия Артуковича. М.: Прогресс, 1989 // http://www.x-libri.ru/elib/
    stanoOOO/00000001 .htm
    24    Филимонова А. Указ. соч.
    25    Цит. по: Смирнова А. Папа Пий XII и фашизм// katolikforum.ru/
    index.php?showtopic=1012
    26    Там же.
    27    В христианско-демократическую партии Италии США вложили к
    1948 г. 350 млн. долл., а Пий XII лично передал 100 млн. лир.
    пГригулевич И.Р. Папство. Век XX. М.: Политиздат, 1978. С. 259.
    29    В 1945 г. Пий XII, думая о возрождении традиции римско-герман-
    ского единства, рассматривал идею создания нового католического госу¬
    дарства под руководством наследника австрийского престола Отто Габс¬
    бурга, куда вошли бы Австрия и часть германских земель.
    30    Полнота общения между православными и католиками была утра¬
    чена окончательно после издания Конгрегацией по распространению веры
    декрета 1729 г., который запрещал «общение в таинствах». В ответ на это
    православные церкви издали в 1755 г. совместное заявление Константина
    220

    польского, Александрийского и Иерусалимского патриархов, в котором от¬рицалась благодатность католических таинств. Суттнер Э.Х. Исторические этапы взаимных отношений Церквей Востока и Запада. М., 1998. С. 67.
    31    Суттнер Э.Х. Указ. соч. С. 281.
    32    Hilaire Yv.-M. Histoire de la papaute. 2000 ans de mission et de
    tribulations. Paris, Editions Tallandier, 2003. P. 467.
    33    О том, как под видом подготовки к реформам разрабатывались
    планы более глубокой перестройки в церкви, рассказано в книге Ральфа
    Вильтхена «Рейн впадает в Тибр, неизвестный собор» (RalfWiltgen. Le Rhin
    se jette dans le Tibre, le concile inconnu. Paris, 1982).
    34Norman S. Themes in Christian-Jewish Relation // Христианско-иудей-ский диалог. Хрестоматия. Составитель Хелен П. Фрай. М.: Библейско-бо-гословский институт св. апостола Андрея, 1998, 2002. С. 35.
    35    Vicomte Leon de Poncins. Le judaisme et le Vatican. Une tentative de
    subversion spirituelle. ORC. Traduction. 2007. P. 9—10 // http:www.a-c-r-f.com
    36    Ibid. P. 18
    37    Les douze points de Berlin // Serviam, №22, 26 novembre 2009 // http://
    www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2009/SERVIAM_022.htmlO
    38    История II Ватиканского собора. Том I. Москва, Библейско-бого-
    словский институт св. апостола Андрея, 2003. С. 467—468.
    3' Laurigan M. Vatican II: du «mythe de la substitution» a la religion noachide // Sel de la Terre, № 46, automne 2003. P. 5 // http://www.nostra-aetate.org/Bibliotheque/2003-10_SDT_Michel-LAURIGAN_Vatican II_Du-Mythe-de-la-substitution-a-la-religion-noachide_12p.pdf
    "История II Ватиканского собора. Том IV Москва, 2007. С. 165—166,170.
    41 Frattini E. Op.cit.. P. 340.
    "Accattoli L. Quand le pape demande pardon. Paris, Albin Michel, 1997. P. 45—46.
    43    См. Марсель Лефевр. «Они предали Его. От либерализма к отступ¬
    ничеству». СПб., «Владимир Даль», 2007.
    44    Лефевр М. «Они предали Его. От либерализма к отступничеству»,
    СПб., «Владимир Даль», 2007. С. 237.
    45    Документы II Ватиканского собора. Москва: Паолина, 1998 г. Дог¬
    матическая конституция «Lumen gentium».
    46    Там же.
    4" Там же.
    48 Документы II Ватиканского собора. Декларация о нехристианских религиях «Nostra Aetate».
    221

    "Папа Иоанн Павел II. Переступить порог надежды. М., 1995. С. 46.
    50    Документы II Ватиканского собора. Догматическая конституция
    «Lumen gentium». С. 81, 85.
    51    Подробное описание отношений между секретариатом и предста¬
    вителями Всемирного еврейского конгресса на всем протяжении собора
    приводится также в книге: G.V.Riegner. Ne jamais desesperer: Soixante annees
    au service du peuple juif et des droits de l'homme. Paris, 1998. Об активной
    роли Бнай Брит писала и французская газета Le Monde 19 ноября 1963 г.:
    «Международная еврейская организация Бнай Брит выразила желание ус¬
    тановить более тесные связи с Католической церковью. Она представила
    собору проект декларации, утверждающей ответственность всего челове¬
    чества в смерти Христа. Как утверждает Лабель Кац, президент Между¬
    народного совета Бнай Брит, «если эта декларация будет принята собо¬
    ром, еврейские сообщества рассмотрят пути и средства сотрудничества с
    церковью для реализации ее целей и проектов». Цит. по: Vicomte Leon de
    Poncins. Op. cit. P. 22.
    52    Папа вел тайные переговоры и с другими представителями иудей¬
    ских организаций, что, как пишет Родди, «заставило консерваторов гово¬
    рить о том, что американские евреи сформировали новую власть, дейст¬
    вующую внутри церкви». Цит. по: Laurigan M. Op. cit. P.6.
    53    Vicompte Lion de Poncins. Op. cit. P. 119—120.
    "Папство и его борьба с православием. М.: Стрижев, 1993. С. 88.
    55    Les douze points de Berlin // Serviam, N>22, 26 novembre 2009 //http://
    www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2009/SERVIAM_022.htmlO
    56    Laurigan M. Op.cit. P. 7.
    57    CM. Guiniewski P. L'antijudai'sme chretien — La mutation. Editions
    Salvator, 2000.
    58    Ormieres J.-L. L'Europe desenchantee. La fin de l'Europe chretienne?
    Paris, Fayard, 2005. P.221.
    59    Le cardinal Ratzinger. Entretien sur la foi. Paris, Fayard, 1985. P. 30—31.
    60    Там же.
    "АлленД. OPUS DEI. M.: Эксмо, 2007. C.84.
    62    Братство всегда признавало себя частью Римско-католической
    церкви, и на службах поминаются папа и местные епископы. В 1988 году в
    Братство входило 5 епископов, 187 священников, 300 семинаристов и око¬
    ло 100 монахов и монахинь
    63    Архиепископ Марсель Лефевр. Указ. соч. С.294.
    64    Там же. С. 313.
    222

    ь5Лефевр М. Указ. соч. С. 213—215. * Ormieres J.-L. Op. cit. P.123—124.
    67    La priere de Jean XXIII pour les Juifs : Vrai ou Faux ? //http://www.
    nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2009/SERVIAM_009.html
    68    Христианско-иудейский диалог. С. 356.
    69    Сразу по завершении работы собора в 1965 г. была основана Ме¬
    ждународная служба иудео-христианской документации (SIDIC), которая
    взяла на себя публикацию наиболее важных текстов и материалов, касаю¬
    щихся поддержания «диалога». Адрес его сайта: http://www.sidic.org/en/
    default asp
    70    Wahle H. Juifs & Chretiens en dialogue. Vivre d'un heritage commun.
    Editions Lumen Vitae, Bruxelles, 1997. P.188.
    71    Ibid.
    72    L'attitude des Chretiens a l'egard du judaisme. Orientations pastorales du
    Comite episcopal pour les relations avec le Judaisme, publiees par la Conference
    episcopate francaise. 16 avril 1973 // http://www.portstnicolas.net/L-attitude-
    des-chretiens-a-l-egard.html
    73    Архим. Серафим (Алексиев) и Архим. Сергий (Язаджиев). Ожидание
    новых «мессианских» времен //Православие или смерть. Москва. № 5. С. 21.
    74    Христианско-иудейский диалог. Хрестоматия. С.18.
    75    Un portrait du cardinal Lustiger en 1981 // Serviam, N» 7, 3 Decemdre
    2008    //    http://www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2008/
    SERVIAM_007.html
    7* Цит. по: Vicomte Leon de Poncins. Op. cit. P. 20.
    77    Orientations et suggestions pour l'application de la Declaration
    conciliaire Nostra Aetate. Rome, le 3 Janvier 1975//http://www.vatican.va/
    roman_curia/pontifical_councils/chrstuni/reIations-jews-docs/rc_pc_ chrstuni_
    doc_ 19741201_nostra-aetate_fr.htm
    78    Иеромонах Савва (Янич). Вероотступничество. М.: Русская идея,
    2004. С. 27.
    79    Фактически исчерпывающая оценка деяния Константинопольского
    патриарха Афинагора в отношении «снятия анафем с Рима» дана в глобаль¬
    ном труде известного греческого богослова архимандрита Спиридона Би-
    лалиса «Православие и Папизм» (XnupH6ovo; Хп. MmXHXn BpxiuavSpBrou.
    Нр6обо£Нсс кой ПашоцВс, тйи. 2. В Bvuaic T8V ВККХПОЙУ. B6Hvai. 1969) в т.2.
    См.: http://apologet.spb.ru/rimo-katolitsizm/otkryitoe-pismo-vselenskogo-
    patriarha-g.-varfolomeya-pape-rimskomu.html
    223

    80    Hilaire Yv.-M. Histoire de la papaute. 2000 ans de mission et de
    tribulations. Tallandier, 2003. P. 477—478.
    81    Ibid. P. 343.
    82    В аналитическом докладе, представленном позже папе Иоанну Пав¬
    лу VI, об Ортолани говорилось следующее: «Умберто Ортолани занимает¬
    ся тем, что помогает предприятиям, которые оказываются в кризисной си¬
    туации, удержаться на плаву, а когда их дела выправляются, расчленяет эти
    предприятия на части и продает тому, кто предложит наилучшую цену».
    В специальном приложении указывалось, что Ортолани вступил в Маль¬
    тийский орден. Frattini E. Op. cit. P. 367.
    " Frattini E. Op. cit. P.343.
    84    Цит. по: Simmonot. Op. cit. P. 748. При этом ИДР действует как
    обычный банк, принимает вклады, открывает текущие счета, имеет свои
    отделения, осуществляет перевод денег. Однако открыть счет здесь мо¬
    гут только резиденты города Ватикан, дипломаты, аккредитованные при
    Святом Престоле, некоторые высокопоставленные чиновники Ватикана,
    не пребывающие в городе, члены римской курии, религиозные деяте¬
    ли, управляющие школами, госпиталями и пр., а также небольшое число
    итальянских граждан, поддерживающих торговые связи с Ватиканом.
    85    Frattini E. Op. cit. P. 358—359.
    86    Terras Ch. (avec la collaboration de Peter Hertel et Romano Libera). Opus
    Dei. Enquete au coeur d'un pouvoir occulte. Editions Golias, Paris, 2006. P. 104.
    "Simmonot Ph. Op. cit. P. 749. ш Frattini E. Op. cit. P. 361.
    89    Terras Ch. Op. cit. P. 99.
    90    Frattini E. Op. cit. P.370—371.
    " Будущий папа Бенедикт XVI в 1985 г. по этому поводу говорил: «Что нам подает надежду на уровне вселенской церкви - и мы это видим в раз¬гар кризиса церкви западного мира - так это подъем новых движений..., которые стихийно родились из внутренней живучести веры». De Plunkett P. L'Opus Dei. Enquete sur le "monstre" Presse de la Renaissance, Paris, 2006 P.72.
    92 Fourest C, Venner F. Les nouveaux soldats du pape. Legion du Christ, Opus Dei, traditionalists. Paris, Panama, 2008. Pll.
    93Hertel P. Opus Dei, les chemins de la gloire... Enquetes et documents. Paris, Editions Golias, 2002. P. 72—74.
    94 Сотрудники ордена не являются его членами, а числятся его сто-ронниками.
    224

    95 Rabbi Angel Kreiman Links Escriva's Teaching on Work to the Talmudic Tradition http://mauricepinay.blogspot.com/2007/02/opus-judei.html, а также
    http://web.archive.org/web/20020213091115/www.opusdei.org/art. php?p=3007
    % Jose Maria Escriba. Opus Judei. Orion Publications, Santa (e Bogoti, Columbia, 1994.
    97 «Путь», 617 постулат.
    "'Fourest С, Venner F. Op.cit. P. 114.
    99 Член ордена Владимир Фельцман приводит такой пример. В Англии существует ассоциация Netherhall Educational Association, все руководство которой состоит из членов «Опус Деи». Если кто-то захочет передать орде¬ну денежные средства, руководство отвечает, чтобы чек был выписан на имя их ассоциации, хотя деньги при этом получает орден. Hertel. Op. cit.P. 84.
    100Мюллер Б. Справочник прелатуры «Опус Деи». Май 2010 //http:// multimedia.opusdei.org/pdf/ru/muller.pdf
    101 Fourest С, Venner F Op. cit. P. 102.
    1112 De Plunkett P. L'Opus Dei. Enquete sur le "monstre" Presse de la Renaissance, Paris, 2006. P. 55.
    тАлленД. Указ. соч. С.82.
    1СЧ Там же.
    105 De Plunkett P. Op. cit. P. 56. По поводу канонизации Эскрива они высказались следующим образом: «Нужен был святой, чтобы оправдать акты собора».
    тАллен Д. Указ. соч. С. 351.
    mDe Plunkett P. Op. cit. P. 57.
    mBenedicte et Patrice des Mazery. L'Opus Dei. Enquete sur une eglise au coeur de l'Eglise. Paris, Flammarion, 2005. P. 241.
    109 Hertel P. Op. cit. P. 239-240.
    110Аллен Д. Указ. соч. С.297.
    111 Normand F. La troublante ascension de l'Opus Dei // Le Monde diplomatique, septembre 1995. P. 22. Путилов С. Зловещая поступь масонства// Публицистический альманах «Православие или смерть», Москва. № 5. С. 1.
    "2FrattiniE. Op. cit. P.381.
    113    В этом банке, в частности, имел свой счет первый президент Рос¬
    сии Б.Н. Ельцин.
    114    Terras Ch.Op. cit. P. 123.
    115    Ibid. P.126.
    116FrattiniE. Op.cit. P.
    225
    n7Benedicte et Patrice des Mazery. Op. cit P. 229—230.
    118 Документ вступил в силу 19 марта 1983 г.
    '" Портильо возглавлял орден вплоть до своей смерти в 1994 г., и в настоящее время идет процесс его канонизации. Новым прелатом «Опус Деи» стал Хавьер Эчеваррия, рукоположенный в епископы в 1995 г.
    mHertel P. Op. cit. P. 273.
    121    См. Benedicte et Patrice des Mazery. Op. cit.
    122    Fourest C, Venner F. Op. cit. P.115.
    123См. АлленД. Указ. соч. С. 302—303.
    124    Цит. по: Fourest С, Venner F Op. cit. P. 116—117.
    125    Tincq H. L'usure d'un regne de pres de vingt ans//Le Monde, 11 aoflt 1997.
    126    См. сайт www.romereports.com
    127Опус Деи //Мир peAHrHU//http://www.religio.ru/dosje/14/136.htmI
    128 L'Opus Dei: les soldats du communautarisme chretien//http://www. communautarisme.net/L-Ous-Dei-les-soldats-du-communautarisme-chretien_ a76.html
    125 Fourest C, Venner F Op. cit. P. 103. Шмулевич А. Всеобщая мобили¬зация Ватикана // http://galactic.org.ua/SLOVARI/c_7.htm
    1311 http://life.pravda.com.ua/chic/48d21ellcab41/
    131В 1994 г. IAP создал Фонд в поддержку академии, во главе которо¬го встал бывший глава итальянского государства и пожизненный сенатор Франческо Коссига. Terras. Op. cit. P. 60—61.
    132    Normand F. La tourboulante ascension de l'Opus Dei//Le Monde
    diplomatique, sptembre 1995. P. 1.
    133    Michel Camdessus. Du FMI a l'Opus Dei//Humanite, 20 octobre 2004.
    134    Известно, например, что на создание образовательных центров ор¬
    дена затрачиваются многие миллионы евро: так, в 1975 г. для завершения
    строительства духовного центра в Торресьюдад была использована сумма,
    соответствующая 18 млн. 750 тыс. евро.
    135    Яегге/Я Op.cit. P. 87.
    136    Banque du Vatican: un paradis fiscal sur terre!//http://www.golias.fr/
    spip.php?article2369
    137    Simmonot Ph. Op. cit. P.749.
    138    Ibid. P. 752.
    13'Simmonot Ph. Op.cit. P. 754.
    140    Цит. по: Путилов С. Зловещая поступь масонства // Публицисти¬
    ческий альманах «Православие или смерть», № 5. С.1.
    141    Там же.
    226

    142    Кардинал Дзивич родился в 1939 г. в Кракове и был рукоположен
    в священники Каролом Войтылой, который был тогда архиепископом Кра¬
    ковским. Дзивич был личным секретарем Войтылы и во время его пребы¬
    вания в Кракове, и когда он уже стал папой. Некоторые исследователи счи¬
    тают, что Дзивич вступил в «Опус Деи» (Священническое общество Свя¬
    того Креста). Став ариепископом и кардиналом Кракова, он осуществлял
    общий контроль за служебной лестницей в Ватикане. Terras Op. cit. P. 18.
    143    Freytas Manuel. Los Secretos de Wojtyla. La Trama Washington-CIA-
    Opus Dei-Mafia Financiera En El Vaticano. Informe especial 09Abr-05 de IAR-
    Noticias Website//http://www.bibliotecapleyades.net/Vatican/esp_vatican22.htm
    iMFrattini E. Op. cit. P. 385.
    145 Freytas Manuel. Op. cit.
    ш'Ле6ек Э. Тайная история дипломатии Ватикана. М.: Рипол Классик, 2004. С. 232. Определенное влияние на Рейгана в его сближении с папой оказал тот факт, что он был сыном ирландца-католика. Католики были од-ной из основных групп его электората, и он чувствовал себя хорошо в их окружении.
    147 Швейцер П. Победа. Мн.: СП «Авест», 1995. С. 25—26.
    ш Калаич Д. Договор с дьяволом. Трагедия современного Ватикана// http: veruem.narod.ru/ Tragedy Vaiticans.html
    149    Freytas Manuel. Op. cit.
    150    Jan van Helsing. Societes secretes//http:// freeflight.cockit.be/carll/
    extl8.htm
    151    Frattini E. Op.cit. P. 386.
    '" Цит. по: Андреенко А. Ватикан на службе ЦРУ //http://www. liveinternet.ru/community/anti_usa/quotes/#postl04720503
    153    Там же.
    154    Куклы и кукловоды папы Кароля //http://www.zaistinu.ru/old/
    Ukraine/church/papadolls.shtml
    155    Антон Андренко. Указ соч.
    156    Филимонова А. Указ.соч.
    '" Гуськова Е.Ю. Религиозный фактор в современном балканском кри¬зисе.
    1511 Калаич Д. Договор с дьяволом. Трагедия современного Ватикана// http: veruem.narod.ru/ Tragedy Vaiticans.html
    159    La Civilta catholica, 17. VI.1967. P. 613.
    160    Цит. по: De Semlyen M., Bennett R. Rome et l'Union Europeenne //
    http://www.bereanbeacon.org/articles/rome_and_european_union.htm
    227

    161    Ibid. О конечной цели католического проекта красноречиво выска¬
    зался член Европарламента и глава Панъевропейского движения Отто фон
    Габсбург (член «Опус Деи»), заявивший: «Императорская корона Карла Ве¬
    ликого и Священной Римской империи сыграет свою роль в той последней
    конфигурации, которая возникает в Европе».
    162    Declaration Dominius Iesus, 5 septembre 2000 // http://www.vatican.va/
    roman_curia/congregations/cfaith/documents/rc_con_cfaith_doc_20000806_
    dominus-iesus_fr.html
    163    Hilton A. Render unto the Pope // The Spectator, 30 aout 2003.
    164    Apostolic exhortation Ecclesia in Europa of his Hollines Pope John
    Paul II to the bishops men and women in the consecrated life and all the lay
    faithful on Jesus Christ alive in His Church the source of hope for Europe. June
    28, 2003 // http://www.adoremus.org/EcclesiaInEuropa.html.
    165    Winnail D.S. Le programme de l'Europe et du Vatican. Les prophetes
    sont en marche // http://www.mondedemain.org/articles.php?id=fl70
    "* Terras Chr. Sous la pression des Eglises // Le Monde diplomatique, Janvier 2004.
    ,6r Ibid.
    "" CM. Gouvernance mondiale. Notre responsabilite pour que la mondialisation devienne une chance pour tous // http:www.ssf-fr.org/archives/ divers/mondialisation.php3une chance pour tous. Rapport aux eveques de la COMECE//http:www.ssf-fr.org/archives/divers/mondialisation.php3
    169 Ibid.
    1711 Цит. по: Путилов С. Зловещая поступь масонства// Публицистиче¬ский альманах «Православие или смерть». № 5. С.2.
    mAccattoli L. Op. cit. P. 19—20.
    172    Rome et Francs-macons. Histoire d'un conflict. Paris, Berg International
    Editeurs, 1996. P. 21-22.
    173    Иеромонах Савва (Янин). Указ. соч. С.54.
    174    Конец протестантской реформации — Рим победил. «Вашингтон
    Пост», 31/10/99//http://baptist.org.ua/bbv/014oct_nov99/reformation_end.htm
    175    Del Valle A. Islamisme et Etats-Unis. Une Alliance contre l'Europe. —
    Lausanne, 1999. P. 59.
    176    Ramadan T. Les musulmans du Vieux Continent sortent de l'isolement/
    Maniere de voire 48//Le Monde Diplomatique. — 1999. — Novembre-
    decembre//L'on"ensive des religions.
    177    Архим. Серафим (Алексиев) и Архим. Сергий (Язаджиев). Ожидание
    новых «мессианских времен»//Публицистический альманах «Православие
    или смерть». № 5. С. 18.
    228

    178    Там же. С. 13.
    179    Баламандское соглашение. 23.06.1993 //http://www.krotov.info/
    acts/20/1990/ 19930623.html
    180    Современный католицизм. Вопросы и ответы. Житомир, НиКа,
    2003. С.77.
    181    Wahle H. Op.cit. P. 185.
    ,nLaurigan M. Op.cit. P. 10.
    183 Папство и его борьба с православием. С. 92. 184Accattoli A. Op. cit.P. 135.
    185    La Documentation catholique. 1931, 4 Janvier 1987.
    186    ^interpretation de la Bible dans l'Eglise, Comission Biblique Pontificate,
    1993// http://www.portstnicolas.org/Interpretation-de-la-Bible-dans-l.html
    187    См. Катехизис Католической Церкви. М., 2001.
    188    Gregory Байт. Rethinking the Church's Mission after Auschwitz:
    Beginning of a new Era? // Христианско-иудейский диалог. С. Ill
    189    Michael McGarry. The Holocaust // Христианско-иудейский диалог.
    С. 84.
    ™ Accattoli A. Op. cit P.138.
    1,1 Le Vidouy, la Techouva et le Tikkun // Serviam, numero 10, 20 Janvier 2009.
    192 Nous nous souvenons: reflexions sur la Shoah. Du Vatican, le 12 mars 1998 // http://www.vatican.va/roman_curia/pontifical_councils/chrstuni/ documents/rc_pc_chrstuni_doc_16031998_shoah_fr.html
    1,3 Geoffrey Wigoder. Israel-Vatican Agreement Signals an End to "theological distortion" by Catholic Church // Христианско-иудейский диа¬лог. С. 150.
    194    Раввин Кленики был возведен Бенедиктом XVI в кавалеры Ордена
    Святого Григория Великого.
    195    См. Pope John-Paul II, Visit to Jordan, Israel and the Palestinian
    authority: A Pilgrimage of prayer, hope and reconciliation. ADL, 2006. P. 45.
    196    Le Vidouy, la Techouva et le Tikkun // Serviam, numero 10, 20 Janvier
    2009.
    197    Цит. по: Толерантность. М.: Республика, 2004. C.79.
    "'Hertz J. L'Europe, l'islam et la modernite // L'Europe en formation. Yiver 1990-printemps 1991. P. 39-40.
    199 В Европе упоминание о Боге считается маргинальным // Седми¬ца: Православные новости за неделю, 176 выпуск paccbiAKn//www.sedmica. ortodoxy.ru/176-26-ll-04.php
    229

    200    Конституция Европейского Союза: Договор, устанавливающий Кон¬
    ституцию для Европы (с комментарием). М.: ИНФРА-М, 2005. С. 93—94.
    201    Dubois S. La geopolitique vaticane du pape Benoit XVI: entre continuite
    et novation//La revue internationale et strategique. IRIS. 2007, № 67. P.22.
    2ta Dubois S. Op.cit. P.22.
    203 Цит. по: КалаичД.Указ. соч.
    2M Dubois S. Op. cit.P.24.
    205    Tincq H. Les Francais sont de moins en moins catholiques//Le Monde,
    10 Janvier 2007.
    206    Ormieres J.-L. L'Europe desenchantee. P. 251.
    2<" Архиепископ Марсель Лефевр. Указ. соч. С. 8. 208 Conradt M. Le cheval de Troie. Sectes et lobbies religieux a l'assaut de l'Europe. Editions du Grand Orient de Belgique, 2008. P. 34. ™ Ormieres J.-L. Opt.cit. P. 265.
    210    Ibid.
    211    Eropeens: tres proches. mais tres differents//Centre National de la
    recherche scientifique. CNRS Thema//www.2cnrs.fr/presse/thema/13.htm
    212    Ibid. P. 288. Источник: Enquete realisee par EOS Gallup Europe dans
    30 pays europeens, 2003.
    213    Ibid.
    214    La laicite et le dialogue interreligieux. Table ronde. Session 1997//
    Semaines Sociales en France//www.ssf-fr.org/archives/sessions/1997/texts/
    tableronde.php3
    215    Terras C/i.Op. cit. P. 217.
    216    Ibid. P. 223—224.
    217    Tincq H. Les catholiques. Paris, Bernard Grasset, 2008. P. 231.
    218    См. сайт: http://www.guile.net/fr/p64000222.html
    2"См. сайт: http://www.zenit.org/page-01017bfrench
    220Fourest C, Venner F. Opt. cit. P. 87—88.
    221    Бернар Фелле стал генеральным настоятелем братства после смер¬
    ти Марселя Лефевра в 1991 г.
    222    Catholicisme romain: orientations strategiques du pape Benoit XVI
    // Religioscope, 19 apr. 2006//http://religion.info/frtnch/articles/printer_239.
    shtml
    Сами лефевристы оценили избрание Ратцингера папой как «чудес¬ный подарок».
    223    Не случайно, что из 7 поездок, предпринятых папой в первые два
    года его понтификата, пять были совершены в европейские государства
    230

    (Италия, Испания, Польша и Германия). Вне Европы папа посетил Брази-лию и Турцию - последнюю опять-таки в силу ее возможного вступления в ЕС. Сегодня католики Европы насчитывают 285 миллионов, то есть 27% из 1,1 млрд. римо-католиков мира. По остальным континентам распреде-ление следующее: Америка - 43%, Азия - 11% (3% азиатского населения), Африка - 12% (15% от африканского населения), Северная Америка - 7%, Океания - 1%.
    224 См. сайт: www.comece.org
    ™ConradtM. Op. cit. P. 28
    226    Ibid. P. 42.
    227    Ibid. P. 30.
    228Ibid. P. 143.
    229    Discours de Nicolas Sarkozy au Palais du Latran. Rome, jeudi 20
    decembre 2007//http://www.la-croix.com/documents/doc.jsp ?docId=2323765
    &rubld=1306
    230    Quatremer /. Sarkozy et les musulmans//Coulisses de Bruxelles.
    14.11.2007 //http://bruxelles.blogs.liberation.fr/coulisses/2007/11 /sarkozy-et-
    les-.html?cid=91112558
    231    Sarkozy: «L'independance du Kosovo est ineluctable» //http://
    www.7sur7.be/7s7/fr/1505/Monde/article/detail/104501/2007/12/14/Sarkozy-
    L-ind-pendance-du-Kosovo-est-in-luctable.dhtml
    232    http://www.eglise.catholique.fr/getFile.php?ID=4861
    233    http://www.mospat.ru/ru/2010/07/20/news22397/
    234    Ibid.
    235    La Banque du Vatican au hit-parade des dix destinations les plus utilisees
    pour le blanchiment d'argent // http://www.voltairenet.org/article7600.html
    236    Интересно, что как и Марцинкус, Тедески является сыном амери¬
    канского гражданина литовского происхождения, прибывшего в США в
    30-е гг.
    237    Mora М. El Pais. 23/09/2009 // http://josepgmaynou.blogspot.es/i2009-09/
    238    Ibid.
    239    В тот же день, когда была опубликована его статья, 16 февра¬
    ля 2009 г. Гордон Браун был принят папой Бенедиктом XVI // Magister S.
    Crisis financiera. La Buena noticia llegada del Vaticano // http://chiesa.espresso.
    repubblica.it/articolo/1337349?sp=y
    240    Ibid.
    241    В нее входят в качестве вице-президента немец Р.Г. Шмитц, испа¬
    нец М.С. Серрано (вице-президент Santander Bank), американец К. Андер-
    231

    сон, верховный рыцарь ордена рыцарей Кельна, итальянец Д. де Чензи, президент Credito Valtellinese
    242    В Европе запущен религиозный биржевой индекс// http://www.
    militia-dei.spb.ru/?go=news&id=1088
    243    http://www.newsru.com/religy/21sep2010/ior.html
    244    http://kpp-russia.ru/?p=766
    245    Привалов К. Святое дело банка Ватикана//Информационно-ана-
    литический портал Республика// http://www.respublika-kz.info/news/
    finance/5987/
    246http://siliconinvestor.advfn.com/readmsg.aspx?msgid=26517523
    247    http://www.inter-alpha.com/
    248    http://www.davidicke.com/forum/showthread.php?t= 106690
    249    Смолл Д. Синдром банка Сантандер: Сити водит за нос простаков
    // Strategium. Политическое Экспертное Сообщество. 20.04.2010 // http://
    Strateger.net/sindrom-banka-santader?s=3a32ef3a333ebefl6527d61a23038059
    250    Ibid.
    251    http://www.santanderconsumer.ru/about/group/history/
    252    http://www.larouchepac.com/node/14636
    253    http://www.cnbc.com\id\37773562\Banco_Santandar_confirms_bid_
    for_RBS_branches
    254    Смолл Д. Указ.соч.
    255    http://www.larouchepub.com/russian/novosti/2010/b0096_brazil_carry.
    html
    256    Смолл Д. Указ.соч.
    257    http://www.santanderconsumer.ru/about/liability/events/
    258    http://www.santanderconsumer.ru/about/liability/univer_msk/
    259    http://www.hse.ru/news/recent/7147948.html
    260    Минин С, Круг П. Как слово наше отзовется. Баварское фиаско
    Бенедикта XVI // НГ-религии. 20.09.2006// http://www.i-r-p.ru/page/stream-
    event/index-7802.html
    261    http://www.vatican.va/roman_curia/congregations/cfaith/documents/
    rc_con_cfaith_doc_20070629_responsa-quaestiones_en.html
    262    Ibid.
    263http://www.blagovest-info.ru/index.php?ss=2&s=3&id=31015
    264 См. Монсенъор Родрик Стрендж. Блаженный Джон Генри Нью-мен, молись о нас! // http://procatholic.ru/index.php?option=com_content &view=article&id=2364:2010-09-22-15-18-09&catid=153:2008-03-09-09-32-02&Itemid=104
    232

    265    Kama Swanson. Cardinal Newman's Challenge to the Laity. Interview
    With Author Father Juan R. Velez //Zenit, 15/09/2010// http://www.zenit.org/
    article-30354?l=english
    266    В Православной церкви предстоятели автокефальных церквей не
    подчиняются друг другу, но между ними существует установившийся по¬
    рядок или чин («таксис»), когда при совместном служении один занимает
    первое место, другой — второе и т.д. В древней Церкви такое место зани¬
    мал епископ Рима, за ним следовал патриарх Константинополя, затем дру¬
    гие. После раскола 1054 г., когда общение между Римом и Константинопо¬
    лем было прервано, Римская кафедра не является более первой по чину.
    267    http://antimodern.wordpress.com/2010/01/31 /bartholome w/
    26" Константинополь уже сейчас устами митрополита Иоанна Зизиу-ласа озвучивает мнение, согласно которому первенство чести — это по¬нятие неканоническое, и что существует только первенство реальной власти.
    26'http://www.odnarodyna.ru/topics/l/54.html?print
    270    Прот. Андрей Новиков. Первенство в Церкви: примат чести или
    примат власти?//Русский Обозреватель. 22/09/2009//http:www.rus-orb.ru/
    print/ru-club/4184
    271    См. подробнее: Грачева Т. Когда власть не от Бога. Рязань, Зерна,
    2010. С. 227-228.
    272    См. Nat da Polis. Journey begins toward convening of grand pan-
    Orthodox synod // AsiaNews. 12.03.2009
    " http://www.asianews.it/index.php?l=en&art=14708
    273    http://www.mospat.ru/ru/2010/06/24/news20890
    274    http://www.inform-relig.ru/020410/n2.html
    275    http://www.pravoslavie.ru/news/38955.htm
    276    Представителя РПЦ заявили, что уход их делегации ставит под
    сомнение легитимность работы комиссии, однако Константинопольский
    патриарх с этим не согласился.
    277    Consequences ecclesiologiques et canoniques de la nature sacramentelle
    de I'Eglise. Comunion Ecclesiale, conciliarite et autorite. Commission mixte
    internationale pour le dialogue theologique entre I'Eglise catholique romaine et
    I'Eglise orthodoxe. Ravenne, 13 octobre 2007// http://www.vatican.va/roman_
    curia/pontifical_councils/chrstuni/ch_orthodox_docs/rc_pc_chrstuni_doc_
    20071013_documento-ravenna_fr.html
    278    Патриарх Варфоломей 1 заявил о готовности признать почетное
    первенство епископа Рима//Киевская Русь// http://kiev-orthodox.org/site/
    events/1589/
    233

    279    См.: Полнота Русской Церкви пока не готова к встрече Патриарха и
    папы Римского // Русская линия // http://rusk.ru/st.php?idar= 184938
    280    http://blogs.reuters.com/faithworld/2010/09/24/catholics-and-orthodox-
    report-promising-progress-in-latest-round-of-unity-talks/
    281    http://rusk.ru/st.php?idar= 184938
    282    Виктор Ющенко встретился с Патриархом Варфоломеем I в Тур-
    ции//Новости христианского мира. 20.05.09// http://www.prochurch.info/
    index.php/news/more/15046
    283    http://www.rus-obr.ru/ru-web/4346
    ш Виктор Ядуха http://www.rosbalt.ru/2010/06/01/741643.html
    285    http://vlasti.net/news/90784
    286    Православная Церковь и религиозная обстановка в современной
    Белоруссии // Материк. 12.12.2009 //http://www.materik.ru/rubric/detail.
    php?ID=8117&SECTION_ID=5
    287    http://bdg.by/pnews/5375.html
    288    Православная Церковь и религиозная обстановка в современной
    Белоруссии // Материк. 12.12.2009 //http://www.materik.ru/rubric/detail.
    php?ID=8117&SECTION_ID=5
    289    http://www.ng.ru/cis/2009-04-28/5_lukashenko.html
    2,0 Шуман А. Возможен ли в Беларуси диалог между христианами и иудеями? http://churchby.info/bel/407/
    291    Православная Церковь и религиозная обстановка в современной
    Белоруссии // Материк. 12.12.2009 //http://www.materik.ru/rubric/detail.
    php?ID=8117&SECTION_ID=5
    292    http://www.kurskweb.ru/news/religion/1581 l.html
    2,3 Полнота Русской Церкви пока не готова к встрече Патриарха и папы Римского // Русская линия // http://rusk.ru/st.php?idar= 184938
    294 Русская церковь призывает к сотрудичеству иезуитов // http://www. interfax-religion.ru/?act=news&div=36440
    2,5 http://www.sknews.ru/rubriki/society/36160-k-otnosheniyam-mezhdu-russkoj-pravoslavnoj-i-rimsko-katolicheskoj-cerkvami.html
    т По утверждениям католиков, архиепископ Новой Иустинианы и всея Кипра Хризостом II — экуменист // Русская народная линия, 03.06.2010 // http://www.ruskline.rU/news_rl/2010/06/3/po_utverzhdeniyu_katoIikov_ arhiepiskop_novoj_iustiniany_i_vseya_kipra_hrizostom_ii_ekumenist/
    297 Мех R. La strategic de Benois XVI: «Une croisade pour le Nouvel Ordre Mondial»//Mecanopolis, 18 mai 2009 //http://www.mecanopolis.org/?p=6858
    298http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=8949
    234

    2WAmerrican Daily, 7.06.2006
    300    В 2008 г. Ватикан впервые признал, что число мусульман в мире
    превысило число католиков: соласно ежегоднику Св.Престола «Аннуарио»
    за 2008 г., мусульмане составляют 19,2% населения мира, а католики - 17,4%
    http://nm2000.kz/news/2008-05-02-5025
    301    Минин С, Круг П. Как слово наше отзовется. Баварское фиаско
    Бенедикта XVI // НГ-религии. 20.09.2006// http://www.i-r-p.ru/page/stream-
    event/index-7802.html
    302    Meyssan Th. La "Guerre des civilizations" 4 juin 2004 //http://www.
    voltairenet.org/articlel4101.html
    303    Mearsheimer J.J. et Walt S.M. Le lobby рго-israelien et la politique
    etrangere americaine. Paris, La Decouverte, 2007. P. 148.
    304    Ben Barka Af. La droite chretienne americaine. Les evangeliques a la
    Maison-Blanche? Paris, Editions Privat, 2006. P. 177—178.
    305    Mearsheimer J.J. et Walt S.M. Op. cit. P. 147.
    306    Senator Barak Obama. AIPAC Policy Conference. June 4, 2008//http://
    www.aipac.org/Publications/SpeechesByPolicymakers/PC_08_Obama.pdf
    М7Бехор Г. Тихий трансфер: спасет ли папа христиан Ближнего Восто-ка? //http://www.jewukr.org/observer/eo2003/page_show_ru.php?id=2790
    308    Скопич О.А. Дехристианизация Ближнего Востока в контексте гло-
    бализационных процессов //http://www.press-uz.info/index.php?title=analiti
    k&nid=3401&my=122007&st=12&date=20080118
    309    Израиль изгоняет палестинцев-христиан //http://nnm.ru/blogs/
    master222/izrail_izgonyaet_palestincev-hristian/
    310    Искендеров П. Независимость Косово - только начало // Фонд
    исторической перспективы. 20.06.2010 //http://www.perspektivy.info/
    oykumena/balkan/nezavisimost_kosovo    tolko_nachalo_2009-06-20.htm
    311    Воробьев А. Косово - ватиканский плацдарм // Православие.ги, 31
    марта 2008 //http://www.pravoslavie.ru/smi/257.htm
    312    Мартин Мордехай Бубер (1878—1965) был в свое время активным
    членом сионистского движения, затем перешел к религиозному исследова¬
    нию хасидизма и приобрел всемирную известность как один из духовных
    лидеров своего поколения. Был первым президентом Израильской Акаде¬
    мии наук и принимал активное участие в работе многих других культур¬
    ных учреждений.
    313    Martin Buber et Joseph Ratzinger// Serviam, N» 1, 7 octobre 2008//
    314BenoitXVI ala synagogue de Rome // Serviam, N* 25, 11 mars 2010 //
    http://www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2010/SER
    235

    315    http://www.benediktxvi.ru/index.php?option=com_content&task=view
    &id=1063&Itemid=50
    316    http://www.pravaya.rU/news/5456
    317    La Croix, 30 mars 2006.
    318    La revue Sens, Judas des temps modernes // Serviam, 21, № 27,
    octobre 2009 // http://www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2009/
    SERVIAM_021.html
    319    La revolution silencieuse de Joseph Ratzinger // Serviam, № 2, 13
    octobre 2008 // http://www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2008/
    SERVIAM_002.html
    320    L'invite special de Ratzinger au Synode //Serviam, 3, 21 octobre 2008//
    http://www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2008/SERVIAM_003.html
    321    http://news.bbc.co.uk/hi/russian/international/newsid_7857000/7857433.
    stm
    322    Segolene de Larquier. Eveques lefebristes: la mise au point de Benoit
    XVI // Le Point, 12.03.2009 //http://www.lepoint.fr/actualites-monde/2009-03-
    12/eveques-lefebvristes-la-mise-au-point-de-benoit-xvi/924/0/324681
    323    http://www.jewish.ru/news/world/2009/07/news994275924.php
    324    Минин С. Римский паломник и контрасты Святой земли. Во время
    своей поездки Бенедикт XVI старался быть предельно политкорректным //
    НГ Религии, 20 мая 2009 //http://religion.ng.ru/facts/2009-05-20/9_papa.html
    325    Как говорилось в заявлении, распространенном от имени пресс-
    секретаря папы Федерико Ломбарди, «вмешательство шейха Тайсира
    аль-Тамими не было запланировано организаторами. На встрече, которая
    посвящена диалогу, подобное вмешательство стало противоположностью
    того, чем должен быть диалог».
    326    Ватикан еще в 1999 г. проинформировал власти Израиля о том, что
    хочет подписать конкордат о праве собственности на 6 католических хра¬
    мов и гарантии налоговых привилегий для них на территории Израиля.
    327    Каневский А. Визит Бенедикта XVI не оправдал ожидания израиль¬
    тян // http://www.dw-world.de/dw/article/0„4255767,00.html
    328    Минин С. Там же.
    329    http://news.mail.ru/society/3258668/
    330http://www.orange-info.sn/cobranding/actualite/page_n-2.php?id=89&art_id=474465&txt_ id=467932&sec_id=92
    331 Du bienheureux Pie XII au juste Jean XXIII// Serviam, 5, 14 novembre 2008//
    236

    332    Католики и иудеи не могут прекратить споры о личности Пия XII//
    http://geno.ru/node/2160
    333    Интересно, что незадолго до этого события, в апреле 2007 г., груп¬
    па из 12 православных священников обратилась к Церкви с призывом пе¬
    ресмотреть богословские позиции по отношению к евреям и государству
    Израиль, заявив, что для Православной церкви пришло время изменить
    свое отношение к евреям и иудаизму. Свои требования священники вы¬
    двинули в виде декларации из 12 пунктов (как бы предваряя Берлинскую
    декларацию), принятых во время их визита в Израиль, одним из спонсоров
    которого выступал глава Иерусалимского саммита Дмитрий Родвежский.
    Цель этой декларации была спровоцировать дебаты в православном мире и
    добиться того, чтобы Православная церковь сформулировала свою офици¬
    альную позицию по отношению к иудаизму, как это сделала Католическая
    церковь на II Ватиканском соборе. В документе предлагается отказаться от
    «заместительного богословия» и убрать антииудейские («антисемитские»,
    как их называют в тексте) места из богослужебных текстов - особенно
    Пасхальной службы. См.: «Убийцы Христа». Группа православных священ¬
    ников призывает удалить «антисемитские места» из богослужебных тек¬
    стов. //http://www.zaistinu.ru/articles/7aicU 1532
    334    http://www.iccj.org/en/pdf/Berlin_Paper.PDF
    335    Как это осуществляется на практике, продемонстрировал авст¬
    ралийский сайт «Etz Hayim» (Древо жизни), выступающий за духовное и
    литургическое сотрудничество между христианами и иудеями, предложив¬
    ший для продажи религиозный календарь, составленный при поддержке
    Международного совета христиан и иудеев, который позволяет совместно
    отмечать иудейские и христианские праздники.
    336    Эти 7 положений, являющиеся фундаментальными морально-фи¬
    лософскими и юридическими категориями, охватывают в свою очередь
    более ста разных заповедей. См.: 7 законов потомков Ноя - 229 заповедей
    Торы //http://www.hatikva.dn.farlep.net/7_229; Семь заповедей Ноя: Синед¬
    рион или Христос? //http://algart.net/ru/bnei_noach/7_commandments_by_
    Jesus_Christ.html
    337    Ди Сеньи является автором известной книги «Евангелие гетто»,
    выпущенной в 1985 г., в которой содержится изложение наиболее оскор¬
    бительных в отношении Христа раввинистических традиций.
    ""Benoit XVI a la synagogue de Rome // Serviam, № 25, 11 mars 2010 // http://www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2010/SER... 339 http://www.ajcf.fr/spip.php7article65
    237

    imMadiran J. Present. N» 6967, 13 novemre 2009.
    341    Кардинал Вен-Труа является членом почетного комитета ассоциа¬
    ции Иудео-христианской дружбы Франции, куда входил до своей смерти
    и Люстиже.
    342    Benoit XVI recoit les organisateurs dAssise 2006 //Vehementer. Lettre
    d'information international de la Societe Augustin Barruel. 1-ere annee, №2, 11
    avril 2006. P.9-10.
    "3 La communaute Sant'Egidio et l'esprit dAssise //Serviam, 20, 3 octobre 2009//http://www.nostra-aetate.org/HTML_La-lettre-Serviam/2009/SER...

    Литературно-художественное издание ИСТОРИЧЕСКИЕ СЕНСАЦИИ
    Четверикова Ольга Николаевна
    ИЗМЕНА В ВАТИКАНЕ, или ЗАГОВОР ПАП ПРОТИВ ХРИСТИАНСТВА
    Редактор 8. Манягин Художник Б. Протопопов Верстка А. Кувшинников
    Корректор 8. Авдеева
    ООО «Алгоритм-Издат»
    Оптовая торговля
    ТД «Алгоритм» : 617-0825, 617-0952
    Сайт: http://www.algoritm-izdat.ru
    Электронная почта: algoritm-izdat@mail.ru
    Интернет-магазин: http://www.politkniga.ru
    000 «Издательство «Эксмо»
    127299, Москва, ул. Клары Цеткин, д. 18/5. Тел. 411 -68-86, 956-39-21.
    Home page: www.eksmo.ru   E-mail: lnfo9eksmo.ru
    Оптовая торгошла киягаяш «Эксмо»:
    000 «ТД «Эксмо>. 142702, Московская обл., Ленинский р-н, г. Видное,
    Белокаменное ш., д. 1, многоканальный тел. 411-50-74.
    E-mail: гсдоДОопбвкалю-ииьги
    Подписано в печать 22.03.2011. Формат 84х 108 Узг-
    Печать офсетная. Усл. печ.л. 12,6.
    Тираж3 000экз. Заказ №4102235.
    Отпечатано в ОАО «Нижполиграф» 603006, Нижний Новгород, ул. Варварская, 32.
    ISBN 978-5-699-47503-2

    Источник — http://providenie.narod.ru/

    Обсудить на форуме...

    фото

    счетчик посещений



    Все права защищены © 2009. Перепечатка информации разрешается и приветствуется при указании активной ссылки на источник. http://providenie.narod.ru/

    Календарь
     
     
     
     
    Форма входа
     

    Друзья сайта - ссылки

    Наш баннер
     


    Код баннера:

    ЧСС

      Русский Дом   Стояние за Истину   Издательство РУССКАЯ ИДЕЯ              
    Сайт Провидѣніе © Основан в 2009 году
    Создать сайт бесплатно