Поиск
 

Навигация
  • Архив сайта
  • Мастерская "Провидѣніе"
  • Добавить новость
  • Подписка на новости
  • Регистрация
  • Кто нас сегодня посетил   «« ««
  • Колонка новостей


    Активные темы
  • «Скрытая рука» Крик души ...
  • Тайны русской революции и ...
  • Ангелы и бесы в духовной жизни
  • Чёрная Сотня и Красная Сотня
  • Последнее искушение (еврейством)
  •            Все новости здесь... «« ««
  • Видео - Медиа
    фото

    Чат

    Помощь сайту
    рублей Яндекс.Деньгами
    на счёт 41001400500447
     ( Провидѣніе )


    Статистика


    • Не пропусти • Читаемое • Комментируют •

    · ОТЕЦ ПСИХОАНАЛИЗА ПРОТИВ СВЯТЫХ ОТЦОВ · УЧЕНИЕ О ЧЕЛОВЕКЕ В ХРИСТИАНСТВЕ И ВО ФРЕЙДИЗМЕ · ПРОТОИЕРЕЙ М. ДРОНОВ ·


    СОДЕРЖАНИЕ

    фрейдизм
  • Введение
  • От триадологии к антропологии
  • Личность и индивид
  • Первородный грех в свете учения о природе, личности и энергиях
  • «Бессознательное» в психоанализе и христианском опыте
  • Динамическая модель личности восточной патристики
  • Божий суд
  • О Фрейде и гомосексуализме
  • Геи и Православная церковь
  • Братотворение
  • Православно-христианский взгляд на гомосексуализм
  • О чем спорили Фрейд и Льюис?

    Введение

    Зигмунд Фрейд создал свою модель личности, основанную на явлении "бессознательного" в человеке. Его трактовка этого явления, правда, была далека от традиционного научного подхода. И после Фрейда строгая наука не приняла его психоанализа, выходящего за пределы научной методологии. Тем не менее, во второй половине XX века мир пережил беспрецедентную нравственную катастрофу, которую чаще называют сексуальной революцией. Теоретической основой этих смещений в области традиционной морали, бесспорно, послужил фрейдизм.

  • Христианскую аскетику с психоанализом, если так можно выразиться, роднит то, что в обоих случаях приходится иметь дело с личностным опытом. Такого рода опыт всегда уникален и неповторим, а потому он не отвечает требованиям научного опыта, главное условие которого – его точная воспроизводимость. На этом, собственно, и кончается их сходство. Между тем их глубочайшее различие касается, прежде всего, модели личности, то есть того, как в психоанализе и в христианской патристике понимается психика человека. Касаются их различия также главных целей и, соответственно, методов, которыми эти цели достигаются.

    От триадологии к антропологии


    Справедливости ради следует заметить, что различия в мироощущении христианского Востока и Запада восходят еще к ранневизантийским временам. В то время как греческий Восток оттачивал формулировки и понятия, выражающие Откровение, латинский Запад принимал их готовыми, в основном пассивно, иногда не без сопротивления. На Западе благодаря Блаженному Августину (353-430) возник собственный богословский синтез, в некоторых деталях обедняющий систему мышления восточной патристики. Между Римом и Византией наметились разногласия и в пневматологии, и в понимании первородного греха и Искупления. Но корень их находился в различно трактуемой антропологии – понимании устроения человека. Запад так до конца и не воспринял понятие личности, созданное на основе христианского Откровения каппадокийскими учителями Василием Великим (329-379), Григорием Богословом (330-390), Григорием Нисским (335-394). Западное понятие индивида оказалось нетождественным восточному понятию личности.

    В чем же суть антропологии восточной патристики? Лучший путь для ее выявления состоит, пожалуй, в сравнении восточного понимания устроения человека с западным. Именно этим путем пошел крупный православный богослов современности В. Н. Лосский. Здесь следует учитывать, что антропология восточных святых отцов коренится в учении о Святой Троице. И здесь есть еще одно важное отличие: если восточная логика от представлений о Боге ведет к пониманию устроения человека, то западная, августиновская логика, наоборот, от антропологических моделей приходит к пониманию Бога.

    Понятие личности отцами каппадокийцами вначале было сформировано в учении о Святой Троице (Лосский В. Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. Догматическое богословие. М., 1991. С. 214-215). Оно потребовалось для выявления в Боге личностного ипостасного бытия – трех Лиц Святой Троицы – и общей для трех Лиц божественной природы. Затем понятийная оппозиция личность-природа была перенесена и на человека, поскольку Бог сотворил человека по Своему образу. Поэтому на Западе, не знавшем такого смысла "личности", оказалось неразвитым и понятие "природы" (как его употребляли на Востоке); оно в конечном итоге слилось с понятием "космоса". В свою очередь, это послужило предпосылкой к подмене понятия "космоса" понятием "природы" и "пространства", которая произошла впоследствии в западном мышлении.

    Более того, восточная патристика кроме понятий "сущность" (природа) и "личность" (ипостась) выделяет еще третье понятие: "энергия". Основная заслуга в четком формулировании этого третьего понятия восточного богословия принадлежит святителю Григорию Паламе (1296-1359) (См. напр.: Мейендорф Иоанн, протопресв. Жизнь и труды Святителя Григория Паламы / Пер. с франц. СПб.: Византинороссика, 1997. С. 288-297). "В этих трех фундаментальных категориях природы, ипостаси и энергий исчерпывающе выражено богословское понимание способа существования Бога, мира и человека" (Яннарас X. Вера Церкви. Введение в Православное богословие / Пер. с новогреч. М. 1992. С. 82). Как определяет современный греческий православный философ и богослов X. Яннарас, под термином "энергия" подразумевается способность природы, или сущности, выявлять свою ипостась, свое существование, делать его доступным познанию и причастности (Там же.). Это означает, что природные энергии не только отличают род людской от прочих существ, но еще и выделяют в своих конкретных проявлениях каждого отдельного человека из среды ему подобных. Природные энергии представляют собою тот способ, каким являет, обнаруживает себя инаковость каждой человеческой ипостаси, то есть каждой человеческой личности (Яннарас X. Указ. соч. С. 83).

    Патристическую антропологию поэтому невозможно понять без учета триадологии. Бог в Своем бытии имеет три ипостасные Личности и общую для Них божественную природу. То же самое открывается и в отношении человеческих личностей. Все человечество – это единая природа, как если бы это был один человек – первочеловек Адам (Лосский В.Н. Указ. соч. С. 92), из которого все и произошли. Все множество человеческих ипостасей имеют общую природу, точно так же как имеют Свою общую природу Три Ипостаси Святой Троицы. Однако люди, в отличие от Лиц Святой Троицы, не чувствуют природного единения со всем человечеством – каждый ощущает свою индивидуальную природу независимой от всех остальных. Это результат грехопадения. Воссоединение людей на основе общей природы, возвращение к единому телу Адама осуществляется в Церкви. Но возвращение это возможно только через Нового Адама – Христа.

    И еще один момент, подмеченный В. Н. Лосским. В отличие от людей – от "человеческого рода" – ангелы не имеют общей природы, то есть, нет "ангельского рода" в понимании, относимом к людям (Лосский В.Н. Указ. соч. С. 251-252).

    Личность и индивид

    Чтобы яснее выявить смысл понятия личности, возникшего в каппадокийском богословии, Лосский противопоставляет его именно западному понятию "индивид" (Лосский В.Н. Указ. соч. С. 92-93.). Личность – это то, что всегда остается за пределами всякого психосоматического и социального контекста. Индивид – личность, проявляющая себя в контексте природных явлений, в нем же и через него она воспринимается. То есть природа есть то, чем наполнена и содержится личность, то, в чем личность себя проявляет. Индивид – природа, реализованная в личности.

    В соответствии с антропологией восточной патристики, душа и тело человеческие (в том смысле, в каком их привыкли противопоставлять в западноевропейском понимании, восходящем к Платону) являются энергиями, действованиями, присущими человеческой природе (Яннарас X. Указ. соч. С. 107.). Энергиями, которыми выявляется личность, являются и душа, и тело, все инстинкты и психосоматические проявления человека. Природа может реализоваться лишь в образе личностной ипостаси, вне личности она просто не существует. Личность же ипостазирует (См., напр.: Мейендорф Иоанн, протопресв. Указ. соч. С 293-295) природу тем, что воссоединяет в единственной и неповторимой экзистенции, в собственной инаковости и свободе все природные энергии: волевую, интеллектуальную, сексуальную, творческую и т.д.

    Лосский подчеркивает, что личность-ипостась является ипостасью всего человека: духа, души и тела, как разделяют "состав" человека трихотомисты, или души и тела, согласно дихотомистам (Лосский В.Н. Указ. соч. С. 97). Этот трихо-дихотомический состав является природными энергиями личности. Через все это выражается личность и всем этим владеет, хотя может свободно замкнуться на своем владении, а может распорядиться им по-иному: отдать в дар другому – Богу и человеку. И только в последнем случае – отдав – обретает подлинную природу всецелого человека.

    Итак, личность призвана определять существование собственной природы (Лосский В.Н. Указ. соч. С. 94-95). Но после грехопадения личность замкнулась на свою природу, она в полном смысле стала "индивидом", она теснит и "урезает" самоё себя. Напротив, личность, преодолевающая рабство своей природы, личность, которая не держится за нее как за единственный источник существования, личность, которая свободно отдает, дарит свою природу другому, – осуществляет свое предназначение, достигает единения с Богом.

    Между тем западная схоластическая концепция первородного греха основана на антропологии, по сути дела не знающей разделения в человеке личности и природы (Лосский В.Н. Указ. соч. С. 101-102). Для западноевропейского мышления, как отмечает X. Яннарас (Яннарас Х. Указ. соч. С. 106-107.), более характерен платонически понимаемый дуализм души и тела в человеке, который в современном мироощущении практически вытеснил библейско-христианскую антропологию. И это сказалось на главном – на понимании следствий первородного греха: индивидуализм падшего Адама стал восприниматься нормой.

    Первородный грех в свете учения о природе, личности и энергиях

    Антропология восточных отцов может сделать более понятным явление бессознательного в человеческой психике, с реальностью которого психиатры XIX в. сталкивались в основном в патологических проявлениях. Бессознательное состояние наступает тогда, когда по тем или иным причинам (сон, психические расстройства, гипноз, наркотическое воздействие и пр.) нарушается функциональная связь между природными энергиями личности, то есть проявлениями человеческой природы, которые воипостазированы в личности (ум, воля, чувство, соматические функции).

    Само сознание в человеке является одной из его природных энергий, но когда оно отключено, остается только опыт, накопленный личностью, который составляет как бы содержание личности, также энергийное по своей природе. Оно-то и поименовано "бессознательным". Суть первородного греха в том и состоит, что, даже не осознавая этого (то есть, действуя помимо контроля сознания), человек совершает эгоистический греховный выбор. Этим он нарушает первозданную связь своей личности с общей человеческой природой – разрывая ее единство и как бы отгораживая от нее свою маленькую индивидуальную часть.

    Если грешит человек по большей части бессознательно, то покаяние – преодоление греха – может быть только осознанным! Слово "покаяние", не имеющее в русском языке этимологической прозрачности, в греческом оригинале – metanoia – означает именно изменение ума, сознания. Проблема вся в том, что расстройство между природными энергиями в первородном грехе столь глубоко, что сознание человека бессильно обеспечить тотальный контроль над всеми остальными энергийными проявлениями его личности. И человек был бы безнадежно обречен, если бы не Христос! Человек был бы обречен либо на безрадостный, а чаще мучительный мрак эгоистического одиночества, либо на бесконечную и безуспешную борьбу сознания с другими природными энергиями – волей, чувствами, соматическими инстинктами. В реальности, правда, эта борьба рано или поздно кончается самоуспокоением... Человек был бы обречен на пребывание во мраке греха, если бы не тайна Церкви, созданной Спасителем мира!

    В Церкви, стержнем которой является установленная Христом Евхаристия, сознание человека в первую очередь сконцентрировано уже на Личности Самого Христа, открывающей Себя за литургическим Благодарением, и только во вторую очередь – на своей внутренней духовной борьбе. Собственно, в акте предельного доверия, которое возможно только к Самому Любимому, человек признается Ему в своей неспособности удержать под контролем свои мысли и чувства. Только такая установка сознания открывает, в чем, в сущности, состоит вред греха. Он в том, что грех пеленой невыносимого отчуждения закрывает от человека Христа, даже если прежде его общение со Христом было необычайно глубоким и радостным.

    Более того, так же как мучительный опыт греха приходит к человеку неосознанно и осознается в лучшем случае постфактум, точно так же Евхаристия способна приносить опыт радости, также приходящей помимо сознания. На этом основано, в частности, причащение младенцев и больных, лишенных здравого рассудка, которое практикует Православная Церковь. Отсутствие осознания не является препятствием к соединению со Христом, препятствие – это, напротив, сознательное противление Ему! Поэтому "бессознательное", понимаемое как нравственно наполненные переживания и волевые импульсы, не фиксируемые сознательной рефлексией, для традиционного христианского понимания представляется необычайно важным.

    "Бессознательное" в психоанализе и христианском опыте

    Что касается фрейдистского "бессознательного", то оно было обнаружено отцом современного психоанализа, прежде всего в форме клинической истерии, и изучено на том "материале", который мог дать лишь сексуальные "комплексы". Сюда, разумеется, надо отнести и самого Фрейда, поскольку главный материал его размышлений состоял в самоанализе собственного "бессознательного". В результате психоанализ оказался совершенно однобокой психопрактикой, отождествляющей бессознательный опыт в основном лишь с сексуальными комплексами, именуемыми на языке христианской аскетики страстями, не ведающей опыта святости.

    Позитивистское и фрейдистское понимание "бессознательного" человеческой психики существенно отличается от патристического. Позитивисты не замечают нравственного качества того содержания личности, которое они именуют "бессознательным". В лучшем случае врачи-позитивисты различают болезнь и норму, то есть, способны лишь констатировать те расстройства психики, которые сопровождаются сильным душевным страданием. Однако позитивизм заставляет их все негативные состояния подсознания воспринимать в качестве реальности, не подлежащей нравственной оценке. Такая оценка, в самом деле, может быть совершена только в перспективе Вечности, от рассмотрения которой позитивизм отказывается.

    Для ученых-позитивистов, с которыми в свое время вступил в спор Фрейд, "бессознательное" – это воспоминание, сохраняющееся в памяти человека, в то время как он не подозревает об этом (Шерток Л., Соссюр Р. Рождение психоаналитика. От Месмера до Фрейда. Пер. с франц. – М.: Прогресс, 1991. С. 201-202). При этом "бессознательное", то есть наше прошлое, постоянно определяет нашу жизнь, хотя мы этого не замечаем. Один из психологов, предшественников Фрейда, Рише, приравнивал к бессознательному действие вообще всех инстинктов. "Представьте себе, например, кукушку, – пишет он, – которая подкладывает свои яйца в чужие гнезда. Когда кукушка делает это, ей кажется, что она действует по собственному побуждению, ведь она, конечно, никогда не видела, чтобы так поступала другая кукушка... хотя она и не знает причины своих действий, эта причина всецело их определяет" (Там же).

    Понятно, что человек – не кукушка, но не менее существенны также различия между моделью психики Рише и антропологической моделью восточных отцов. Поведение кукушки действительно записано в ее "подсознании", но кукушка не обладает теми энергиями, которыми владеет человеческая личность. Поэтому кукушка никогда не сможет обогатить свое "подсознание" опытом осознавания "бессознательного", она уйдет из этого мира с тем же опытом, заложенным в ее инстинкты, с каким пришла в него. Совсем не то человек. Так же как и кукушка, человек рождается с "чистым" подсознанием, на которое записаны только соматико-психические инстинкты, но он рождается – личностью. Он обладает энергиями, делающими его богоподобным. Даже если встречаются серьезные отклонения, вплоть до полного дебилизма, лишающего человека рассудка, он остается образом Божиим и не лишен особого личностного общения со своим Творцом.

    В течение жизни, в процессе проявления личности через свои энергии (разум, психику, соматику) человек обогащает свою личность, наполняя "подсознание" новым опытом. С этим опытом он покидает мир сей. В мире ином, как учит апостол Павел (1 Кор, 13, 9-10), земная вера (способность познавать) и земная надежда (способность к волевому целеполаганию) перестают быть для него актуальными. Они суть инструментальные энергии личности, так же как и тело человека. В ином мире остается актуальным только тот накопленный опыт, который – если это идеальный случай – именуется любовью. А в неудачных вариантах – это опыт несбывшихся (или сбывшихся!) желаний (плотских и душевных), опыт тревог, страхов, ненависти (или, говоря языком психоаналитиков, конфликтов). Именно этот отрицательный опыт, оставшись единственно актуальным для человека после перехода в мир иной, превратит его вечное бытие в ад.

    Можно ли, исходя из патристической антропологии и аскетики христианских отцов, объективировать этот бессознательный опыт в качестве некоего реально существующего багажа, который человек несет с собой в иной мир, наподобие содержимого жизненного рюкзака? В какой-то мере да. Святые отцы иногда прибегали к понятию "рукописания" грехов, когда говорили о грузе греховности человека. Однако речь здесь может идти лишь о литературно-риторической образности и ее пастырско-педагогическом развитии. Возник даже благочестивый образ ангела, записывающего за человеком его злые и добрые дела. Но все же, если к содержанию новозаветных Писаний и творений отцов-аскетов подходить строго, то образ "рукописаний грех наших" – такая же метафора, как и в Послании апостола Павла к Коринфянам: "Вы – наше письмо, написанное в сердцах наших, узнаваемое и читаемое всеми человеками; вы показываете собою, что вы – письмо Христово, через служение наше написанное не чернилами, но Духом Бога живаго, не на скрижалях каменных, но на плотяных скрижалях сердца" (2 Кор. 3, 2-3). Если вульгарное объективирование добрых и злых дел и допускалось, то скорее на средневековом Западе, где на этой почве возникло даже учение о сверхдолжных заслугах, которыми распоряжается римский папа, "перераспределяя" их через торговлю индульгенциями.

    Динамическая модель личности восточной патристики

    В целом христианские аскеты оперировали такой моделью личности, которая полностью умещается в границах "здесь и сейчас" и не нуждается в некоем хранилище добрых или злых поступков, растянутом по всей жизни. Это динамическая модель нравственного состояния личности, которое в любой момент может измениться в ту или иную сторону. Поэтому, с одной стороны, разбойник, покаявшийся на кресте в считанные часы до смерти, принят Христом (Лк. 23, 42-43), а с другой – святой подвижник Сисой на смертном одре. Когда старцы сказали ему: ""Ты, отец, не имеешь нужды в покаянии", он отвечал им: "Нет, я уверен, что еще и не начинал покаяния". А все знали, что он совершен" (Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов. М., 1845. С. 250). Если под покаянием (metanoia) понимать внутреннюю работу над созиданием нового опыта взаимоотношений с Богом, то точнее было бы сказать "еще не окончил покаяния". Тем более что аналогичный рассказ об авве Агафоне заканчивается словами: "Когда братия хотели задать еще вопрос, он сказал им: "Окажите любовь, не говорите со мной, потому что я занят". Сказав это, он с радостью предал свой дух" (Отечник. Избранные изречения святых иноков и повести из жизни их, собранные епископом Игнатием (Брянчаниновым). СПб., 1903. С. 61). Человек есть то, что он есть в данный момент. Он есть то, каким его сформировал опыт всей предшествующей жизни и каким он сам усилием воли и сознания сформировал в себе этот душевно-эмоциональный опыт.

    В противоположность этому в модели психики Фрейда "бессознательному" отводится роль, без сомнения, большая, чем просто душевно-эмоциональному состоянию, динамически вобравшему в себя весь предшествующий опыт. Прошлому опыту во влиянии на самоощущение человека Фрейд отводит роль по сути дела большую, чем даже прямому личностному общению, происходящему здесь и сейчас (то есть опыту актуальному). "Бессознательное" Фрейда – это "бульон" из вытесненных фантазмов, которые приносят личности страдания при конфликте со "сверх-Я", но сами-то они нравственно нейтральны. Поэтому психоанализ Фрейда – это попытка "канализовать" доставляющий неудобство "багаж" бессознательного позитивистским путем, без нравственной борьбы и, естественно, без обращения к личности Бога.

    Следует отметить, что в отличие от Фрейда православная аскетика строит модель развития страсти (paqoV), подчеркнуто локализующую ее протекание здесь и сейчас. Можно смело обобщать множество святоотеческих систем, взаимодополняющих друг друга, как это сделал С. М. Зарин (Зарин С. М. Аскетизм по православно-христианскому учению. Т. 1. Кн. 2. М., 1907 (см. также репринт: М., 1996. С. 211-308)), – все они очень близки между собой.

    Прошлый опыт, безусловно, имеет значение – но он выступает лишь в роли навыка (exiV), оказывающего влияние на внутреннее согласие с соблазнительным помыслом или отвержение его (Зарин С. М. Указ. соч. С. 257). Содержанием актуального опыта (то есть протекающего в "реальном времени" при взаимодействии с миром и людьми) являются "помыслы" (logoismoV) (Зарин С. М. Указ. соч. С. 242-245). В отличие от Фрейда аскетика восточной патристики отводит главенствующее место сознанию – "царственному" в человеке. Именно ум (сознание) человека контролирует возникновение помыслов-прилогов (prosbolh), приходящих либо из внешнего мира, либо из воспоминаний прошлого опыта, но пока еще нравственно нейтральных. И далее сознание либо отвергает соблазнительный помысел, закрепляя это в навыке, либо соглашается с ним, допуская чувственное соуслаждение в самом его желании. Именно "желательная сила" в самом широком смысле (а не узкий панэротизм) в ее неверных проявлениях лежит в основе всех греховных страстей.

    Таким образом, воля – способность желать, и чувства – способность переживать те или иные эмоциональные состояния являются природными энергиями личности, формирующими положительное (духовное блаженство) или отрицательное (нравственное страдание) содержание опыта. Актуализирует, "оживляет" этот опыт именно ум (или сознание) человека в процессе осознавания этого опыта. Собственно, ничто не мешает "бессознательное" Фрейда со всеми его "вытеснениями" и "замещениями" отождествить с навыками в греховных ли страстях или, напротив, навыками в богосозерцании святоотеческой аскетики. Подобное сопоставление поможет лишь уяснить, что православная аскетика не придает такого рокового значения "бессознательному", как отец психоанализа. Как в отрицательном плане предыдущий опыт "навыков" не может полностью детерминировать свободу выбора человека, так и в положительном никакой "навык" святости не гарантирует отпадения, доколе подвижник не переступил порога мира иного.

    Между тем еще до Фрейда позитивизм последовательно шел к абсолютизированию "бессознательного" в качестве некой объективной реальности. "После открытий Рише и Тэна бессознательное начинает рассматриваться как активная часть личности и вместе с тем – как хранилище эмоций, забытых или вытесненных фактов. Тард, в частности, показал, что бессознательное не теряет ни грана своей энергии и что прошлый опыт ребенка может в некоторых случаях оказывать влияние на его поступки в зрелом возрасте. Здесь мы имеем дело с другим пониманием бессознательного, которое чрезвычайно близко к фрейдовскому" (Шерток Л., Соссюр Р. Указ. соч. С. 204).

    Таково объективированное позитивистско-фрейдистское понимание "бессознательного", неприемлемое для христианской антропологии. С точки же зрения православной патристики реальностью является лишь сама личность как воипостазированная человеческая природа. Способ, которым являет, обнаруживает себя каждая человеческая ипостась, то есть каждая человеческая личность, согласно православному взгляду, носит энергийный характер. Если Фрейд готов воспринимать почти что в качестве объективированной "материальной" реальности такие проявления психики, как "бессознательное", то православная антропология, напротив, относя к природным энергиям волевую, интеллектуальную, творческую энергии личности, не ограничивается только ими. Природной энергией человека считается даже его тело со всей его соматико-физиологической индивидуальностью, и в том числе, безусловно, его сексуальностью.

    Таким образом, и сознание, и "бессознательное", которому, разумеется, в православном понимании не придается столь определяющего значения, как в психоанализе, с точки зрения восточной патристики являются одинаково энергиями, которыми человеческая природа реализуется в инаковости каждой человеческой личности.

    ПРОТОИЕРЕЙ ДИМИТРИЙ КОНСТАНТИНОВ
    БОЖИЙ СУД

    Древние города Содом и Гоморра были поражены смертным грехом. Жители этих городов и прилежащих к ним селений занимались гомосексуализмом, лесбиянством и были подвержены и иным грехам.
    "И сказал Господь: вопль Содомский и Гоморрский, велик он, и грех их, тяжел он весьма; сойду и посмотрю, точно ли они поступают так, каков вопль на них, восходящий ко Мне, или нет; узнаю" /Бытие, XVIII, 2&-21/.
    Господь посылает в Содом и Гоморру двух ангелов, которые должны засвидетельствовать происходящее в этих городах. Одновременно к Господу обращается Авраам. Он говорит о том, что в обоих городах и их окрестностях, наряду с забывшими Бога грешниками, могут жить и праведники. Неужели Ты погубишь эти города, спрашивает Авраам, если там окажется несколько праведников?
    "Не может быть, чтобы Ты поступил так, чтобы Ты погубил праведного с нечестивым, чтобы то же было с праведником, что с нечестивым; не может быть от Тебя! Судия всей земли поступит ли неправосудно?" /Бытие, XVIII, 25/.
    Разговор Бога с Авраамом заканчивается тем, что Господь обещает не губить города, если в них окажется хотя бы десять праведников. Но в обоих городах не нашлось более или менее праведных людей, кроме Лота с женой и дочерьми.
    Ангелы под видом людей пришли в Содом. Лот, сидевший у ворот, увидел их, поклонился им до земли и пригласил в свой дом. Не успели они поужинать и лечь спать, как жители города, узнав, что у Лота находятся какие-то посторонние люди, начали собираться у его дома и требовать, чтобы Лот выдал им своих неожиданных гостей для допроса и расправы. Лот отказал, но толпа наседала и хотела ломать дверь. Ангелы поразили нападающих слепотой. И сказали ангелы: "Мы истребим сие место; потому что велик вопль на жителей его к Господу, и Господь послал нас истребить его" /Бытие, XIX, 13/. Когда взошла заря, ангелы вывели Лота и его семью из города и велели, не оглядываясь назад и не останавливаясь в окрестностях, идти на одну из ближайших гор. Но Лот испросил разрешения бежать в один из ближайших городков - Сигор. И когда Лот пришел в Сигор, произошла та катастрофа, которая интересует многих ученых, исследующих дошедшие до нашего времени остатки этих городов. По их мнению, произошел огромный взрыв, напоминающий то, что произошло в свое время в Хиросиме.
    "Солнце взошло над землею, и Лот пришел в Сигор. И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба и ниспроверг города сии, и всю окрестность сию, и всех жителей городов сих и все произрастания земли. Жена же Лотова оглянулась позади его и стала соляным столпом. И встал Авраам рано утром и пошел на место, где стоял пред лицем Господа; и посмотрел к Содому и Гоморре и на все пространство окрестности и увидел: вот, дым поднимается от земли, как дым из печи" /Бытие, XIX, 23-28/.
    Города погибли. Они были уничтожены, так как именно в них были сконцентрированы люди, болевшие страшными грехами, не сознававшие это, не признававшие само понятие греха, создавшие обстановку неиссякаемого зла, обратившие свободу, данную человеку Богом в распущенное своеволие, отрицавшие Бога, Его замысел о людях, населяющих нашу планету. Они все это презрели и в конечном итоге погибли. Но люди забывают данные им уроки или делают вид, что бывшее было небывшим; история Содома и Гоморры называется "библейскими мифами", хотя руины этих городов говорят о чем-то ином.
    В наши дни содомские пороки приобрели необычайный размах. Сексуальные извращения рассматриваются как некие совершенно нормальные явления, легализируются, становятся для миллионов людей своего рода "образом жизни", требующим своего официального признания в законодательстве стран, называвшихся до последнего времени странами христианской культуры. Содомский грех во все исторические периоды жизни человечества имел место в жизни общества. Но никогда он не доходил до такого разгула, который имеет место в настоящее время. Либеральные законодатели, постаравшиеся изолировать религию от управления обществом, объявив ее "частным делом", выведя понятие греха из законодательства той или иной страны, открыли зеленый свет содомскому греху.
    Но Бог поругаем не бывает. И мы сегодня являемся свидетелями этого. Распространившаяся в первую очередь среди гомосексуалистов болезнь, названная в США болезнью ЭЙДС, начала поражать современных содомлян. Если в древние времена Содом и Гоморра были просто уничтожены целиком, так как именно в них были сосредоточены представители этого страшного греха, то в наше время так поступить невозможно, поскольку содомляне живут в человеческом обществе, в котором они пока еще являются меньшинством, но постепенно все больше и больше заражают окружающих.
    Наступил момент кары Божией, осуществляемой выборочным истреблением содомлян путем распространения страшной болезни. И только слепцы и не желающие видеть правды не понимают, что они присутствуют при казни нечестивцев, своими грехами переполнивших чашу гнева Божия. Идет Божий суд, суд страшный и одновременно справедливый, направленный на защиту человечества от последствий распространения содомского греха и всего связанного с ним. Ибо содомский грех имеет ряд разветвлений и побочных продуктов своей греховной одержимости. Человек стоит между двумя мирами: миром животных и миром высшим ангельским. Человек, исполняя данный ему Богом закон, должен стать в число ангельских сил. А другие? Другие пойдут по пути духовной смерти и, быть может, на пополнение бесовских сил.
    Мы - свидетели явного проявления Божьего Промысла в современном мире, спасающего обезумевшее человечество от страшного, гибельного пути. "Не станем блудодействовать, - говорил апостол Павел, - как некоторые из них блудодействовали, и в один день погибло их двадцать три тысячи. Не станем искушать Христа, как некоторые из них искушали и погибли от змей" /1-е Коринфянам, X, 8-9/.
    Суд Божий идет и будет доведен до конца. В этом нет никакого сомнения. Атеисты и хулители Христа будут говорить, что мы пишем "глупости". Пусть не спешат они со свими суждениями. Суд рано или поздно дойдет и до них. Но все верующие люди должны постараться понять то судьбоносное и великое, что начинает проявляться в хаосе современного нам мира. Грех господствует в нем, ибо человек принципиально свободен в устроении своей жизни. Но когда грехолюбие доходит до неописанных пределов и начинает угрожать главной и единственной цели и смыслу существования этого мира, тогда воля Божия, совершенная и благая, явно входит в человеческую историю, карая и направляя на путь вечной жизни.

    О Фрейде и гомосексуализме
    Архиеп. Нафанаил (Львов)

    Из переписки с одним юношей

    Дорогой Федя!

    Хочется мне подробнее побеседовать с тобой на тему, о которой мы с тобой говорили в последний мой приезд. Ты рассказал мне о теории, явно основанной на учении Фрейда, о том, что психологической подосновой для монахов, идущих в монастырь, и для моряков, идущих в дальнее плавание и обрекающих таким образом себя на жизнь среди мужчин, без женщин, является подсознательный (или сознательный) гомосексуализм.

    Я смутно слышал об этой теории раньше, но думал, что теории Фрейда отошли на второй план после того, как и Адлер и К. Юнг так всесторонне опровергали ее. К. Юнг давно уже упрекал Фрейда в том, что тот все богатейшее разнообразие человеческой психики сводит к сексуальным мотивам. Но и К. Юнг в качестве ключевых стимулов для человеческих действий выдвигал почти исключительно отрицательные мотивы: властолюбие, корысть и т.п.

    С нашей христианской точки зрения на то и другое надо возражать одинаково. И то, и другое - бесовская клевета на человека. Диавол по-гречески и значит клеветник. Он все время клевещет на людей. Он знает в них только то, что сам в них посеял, т.е. злое, и не хочет видеть добро, которое вложил в них Господь.

    Самой примитивной и распространенной формой такой клеветы на мотивы человеческих действий являются утверждения Маркса и Ленина о том, что религиозные, государственные и общественные движения были инспирируемы стремлениями к наживе и жаждой власти. Эти утверждения постоянно повторяются коммунистами. "Бога выдумали попы и генералы, чтобы держать в повиновении рабочих и крестьян и выжимать из них доходы."

    По существу теории Фрейда и Юнга являются тоже клеветой.

    Только совсем не зная христианского монашества, можно утверждать, что в монахи шли активные или потенциальные гомосексуалисты.

    У многих монахов всегда были половые искушения. Но они неизменно были гетеросексуальны. Вспомни искушения преподобного Антония, столь популярные в литературе. Прочти основные жития подвижников-монахов. Все это говорит о гетеросексуальной природе монашеских искушений. Да, у преп. Феодора Студита есть указания на опасность гомосексуальных искушений, но именно из-за отсутствия женщин, как на вторичные искушения.

    Свои гетеросексуальные искушения монахи побеждали любовью к Богу, а не гомосексуализмом. От описания их жизней веет чистотой, а не грязью педерастии.

    История говорит нам, что в до-монгольский период русский народ (как и древнегерманский) не знали педерастии совершенно. В Россию это пришло только с татарами. Да, за последнее время, перед революцией, во время упадка религии и нравственности во всем мире, были срывы, как гомосексуальные, так и гетеросексуальные, особенно в Южной России.

    Коммунисты, захватив монастыри, с удовольствием зарегистрировали все это. Но в северных монастырях: в Соловецкой обители, в Белозерской, в вологодских монастырях, при всех их стараниях они не смогли отыскать никаких свидетельств о монашеском разврате.

    И при этом надо отметить, что гомосексуализм существовал в монастырях совсем не потому, что кандидаты в монахи приходили в монастыри с гомосексуальными целями, а потому, что гомосексуализм распространялся главным образом заражением. Наличные гомосексуалисты привлекали к своему пороку новых адептов, которые не стали бы гомосексуалистами, если бы их не "обучили" этому.

    В значительной степени то же можно сказать и о моряках. В моряки шли по самым разнообразным причинам: по семейной традиции, по интересу к заокеанским странам, по стремлению именно на этой нелегкой службе послужить своему государю. Ты сейчас не можешь и представить, как велика была преданность государю в России до нашей революции и во Франции до революции.

    Да, среди моряков из-за отсутствия женщин в течение длительных сроков плавания на парусных судах бывали случаи гомосексуализма. Но это были исключения. В портах, куда приходили корабли, процветала женская проституция, а не мужская.

    А была и высокая моральная чистота среди моряков. Жаль, что ты мало читаешь по-русски. А то я достал бы тебе повести К. Станюкевича, где приводятся разговоры моряков и их письма своим женам. Сколько в них любви и чистоты. Уже в советское время вышли биографии Лисянского и Лазарева. Там тоже приведены их письма. Из этих писем явно видно, как верны они были своим супругам. Не только гомосексуализма, но и малейшей неверности их женам в отношении других женщин, нельзя тут заподозрить.

    Это наше время из-за упада религии и морали многие сексуально взбесились и не представляют себе возможности жизни без постоянного удовлетворения сексуальных порывов. Об этом за две тысячи лет предсказывал наш Господь, говоря: "Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?" и еще: "Из-за умножения беззакония во многих охладеет любовь." Времена же, когда религия была более влиятельной, знали мощную сублимацию, т.е. подъем телесных позывов на высокие ступени творческих и духовных устремлений.

    Самым вредными последствиями фрейдизма и психоанализа является уничтожение им идеи греха, сознания человеком своей вины перед Богом.

    В своем письме к англичанке г-же Н. от 9 апреля 1935 года Фрейд пишет о ее сыне гомосексуалисте: "Что касается пользы, которую психоанализ может принести вашему сыну, то, если он несчастен, раздираем конфликтами, затруднен в отношениях с другими людьми, психоанализ может дать ему гармонию, душевное спокойствие, полную эффективность, независимо от того, останется ли он гомосексуалистом или нет." То есть, психоанализом будут устранены в этом юноше нравственно здоровые, но мучительные чувства вины, а с этим исчезнет в нем и желание избавиться от своего порока.

    В том же письме Фрейд пишет: "В гомосексуализме нет ничего постыдного, он не порок и не унижение, невозможно его рассматривать и как болезнь, мы его считаем разновидностью сексуальной функции...." Между тем, по нашему христианскому учению гомосексуализм - тяжелый грех, который по учению святых отцов, приравнивается убийству.

    Проблемы греха нельзя понять без веры в Бога. При отсутствии же веры в Бога - греха нет. Это еще Достоевский отметил: "Если Бога нет, то все позволено."

    Фрейд, как сознательный и законченный атеист, конечно, не мог понять проблемы греха. В своем письме к еврейской организации "Бнай Брит" Фрейд пишет: "Я всегда был неверующим и был воспитан без религии." Но он на таком заявлении не останавливается. В письме к Л. Бинсвангеру он злобно и высокомерно замечает: "Для религии у меня найдено место, после того, как натолкнулся на категорию Коллективного Невроза."

    Клеветать на религию и хулить её сейчас может всякий, но этот презрительный диагноз Фрейда легко опровергается тем, что поколения верующих людей как раз менее всего страдали от невроза, а с умножением неверия процент невропатологических явлений умножился безмерно.

    Но я еще не ответил на вопрос: что же такое грех?

    Грех есть нарушение заповеди Божией. Когда человек любит и уважает другого человека, он охотно исполняет просьбы того, кого любит. Если же он не исполняет просьбы любимого человека, которую может исполнить, то это значит, что он самовлюбленный эгоист. Такова в существе своем и природа вины человека перед Богом, природа греха.

    Свои заветы Господь прежде всего начертал в человеческой совести. Вот почему тот английский юноша, о котором Фрейд писал его матери, мучился сознанием своей вины. Едва ли он был церковным христианином, даже протестантом, но совесть в нем была.

    Об этом естественно-моральном законе, заключающемся в совести, пишет ап. Павел: "Когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то не имея закона, они сами себе закон. Они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую" (Рим. 2:14).

    Вот от этого-то, Богом написанного в человеческих сердцах закона и берётся Фрейд "освободить" человека, - освободить его от совести. Преступление это много хуже убийства. Недаром известный аргентинский государственно-общественный деятель Вальдивия, в своей статье "Генерал Перон," ставит вредность влияния фрейдизма на одну доску с влиянием марксизма. В. Вальдивия пишет: "Либеральные круги, придя к власти в 1955 году, не только устранили из университетов все национально мыслящие элементы, но и форсировали образование широких кадров марксистов и фрейдистов, с искусственным отсутствием всяких запретов в жизни. Отсюда идет организация терроризма."

    Причин и поводов для греха много, но особенно распространенной, особенно сильной причиной является сексуальность. При извращении человеческой природы первородным грехом ни в какую другую область зло не проникло так глубоко, как в эту - родовую, вероятно, потому, что это одно из самых мощных чувств в человеке.

    Насколько это чувство мощно, можно наблюдать на животном мире. Человек, учит преп. Антоний Великий, сроден камням по телу, животным по душе живой, и ангелам по духу. Паук жертвует жизнью для секса. Угорь и многие другие рыбы идут на невообразимые трудности для его осуществления. Почти все животные идут на большие трудности и жертвы для того же.

    Не исключение из этого и человек. Но в то время, как другие животные, обладающие душой, но не духом, никаким повелением Божиим не ограничиваются в осуществлении своих инстинктов - человек, обладатель богоподобного духа, призывается Богом к самоограничению.

    Господь требует от человека, чтобы он ограничивал свои животные инстинкты повиновением Его законам. Как родители требуют повиновения от своих детей для их же блага, так и Господь даёт Свои заповеди с той же целью. Вступив в общение с людьми, как их Родитель (на это указывает и молитва "Отче наш," и слова пророка Исаии: "Еда забудет жена отроча свое, но Я не забуду тебя, глаголет Господь"), Господь дает им Свои повеления для их же блага. Сначала Господь начертал Свой закон в сердцах людей, потом на Синайской горе дарует им закон, начертанный на каменных скрижалях, и, наконец, Сын Божий проповедует Новый Завет, укрепляя их к добродетельной жизни Своей благодатью.

    Искони люди нарушали заповеди Божии, но голос совести обличал их. У языческих народов повиновение Божиему закону, вложенному в их сердца, было неравномерным: у одних народов большее осуждение вызывало одно нарушение Божьего закона, у других - другое.

    Гомосексуализм и кровосмешение равно осуждалось почти у всех народов, многоженство же в языческих народах почти нигде не осуждалось.

    Но главное то, что принцип сознания своей вины, а значит и возможность покаяния и через покаяние примирения с Богом, всегда существовали.

    Поэтому-то так велика вина фрейдизма перед людьми, что он лишает человеческие души этого спасительного пути, этого отсвета богоподобия: нежелания примириться со своим грехом, жажды возвращения утерянного богоподобия и тоски по нему, которые способны очистить и возродить человека.

    Поэтому к Фрейду со всей строгостью относятся слова пророка Исаии: "Горе тем, которые зло называют добром, и добро злом, тьму почитают светом, и свет тьмою."

    Если бы целью жизни являлось приятное существование, без забот и угрызений совести, то фрейдизм можно было бы приветствовать, так как он освобождает сознание человека от чувства вины, от укоров совести и связанных с этим неприятностей. Английские издатели книг Фрейда, имеющихся у меня, так и называют его: "Ученый, провидец, освободитель."

    Но жизнь в этом случае превращается в бессмыслицу. Тогда правы те, кто говорят, что если я стану неспособным овладевать женщиной или пить коньяк, то пущу себе пулю в лоб.

    Если верить по-христиански в то, что жизнь нам дана для того, чтобы приготовить душу для Царства Небесного, то фрейдизм надо признать вреднейшим из всех заблуждений человеческой мысли, так как он пытается уничтожить в человеке то единственное, чем душа очищается от греха - сознание своей вины перед Богом.

    Хочу дополнительно еще написать Тебе о нескольких вопросах, которые, может быть, возникнут у Тебя в связи с моим первым письмом.

    Я пишу там: "Если бы целью жизни являлось только приятное существование, то фрейдизм можно было бы только приветствовать... Но жизнь в этом случае превратилась бы в бессмыслицу."

    Ты вправе задать вопрос - а где же доказательство, что это не так, что жизнь не бессмыслица, что есть Бог и вечная жизнь? - Доказательств рациональных нет и быть не может. Божией воле было угодно, чтобы Его и всё, относящееся к духовному миру, мы постигали не рациональным актом знания, а верой, которая от знания отличается тем, что в ней участвуют все три стороны человеческого духа: разум, чувства и воля.

    В рационалистических доказательствах всегда есть элемент принуждения: хочу я или не хочу, дважды два все равно будет четыре, и моя воля в установлении этой истины не участвует. А Господь Бог, Который любит нас, хочет, чтобы в познании Его мы участвовали бы своей свободной волей.

    Поэтому Господь требует веры от человека. Если бы вера не зависела от нашей воли, её нельзя было бы требовать от человека, как моральное обязательство. Нельзя предъявлять человеку моральное требование знать математику или физику, так как эти знания не зависят от него. А вера зависит от человека.

    Истины веры нельзя доказать, т.е. извне насильственно навязать человеку, как навязываются истины знания. Веру дает Бог, но при непременном участии человеческой воли. Если я хочу верить, Господь даст мне веру, но потребует от меня, чтобы я и жил по вере. А если я не буду жить по вере, то Бог отнимет её от меня. Именно из-за извращения воли, а совсем не из-за развития науки, так умножилось безверие теперь. Люди не захотели жить по вере, которая налагает известные ограничения.

    И вот, чтобы быть свободным от всяких моральных ограничений, люди отрекаются от веры, и нет никаких внешних принудительных доказательств, чтобы заставить их восстановить свою веру, кроме одного: без веры нравственные требования исчезают, и жизнь становится бессмысленной.

    С точки зрения рационалистов это еще не доказательство, а с духовной и моральной - это очень важное доказательство.

    Перед человеком ставится вопрос: чего ты хочешь? - Осмысленного мира, в котором царствует Бог, любящий и премудрый, дающий тебе определенную жизненную задачу, выполняя которую ты можешь наследовать радостную вечность, или мир, не имеющий смысла, который рано или поздно кончится, и всё, что в нем совершалось, исчезнет бесследно, как достаточно живописно рисует в своих работах и сам Фрейд?

    Здесь повторяется то же, что в древности сказал Господь евреям при их вступлении в землю обетованную: "Вот Я предлагаю вам благословение или проклятие. Благословение, если послушаетесь заповедей Господа Бога, или проклятие, если не послушаетесь этих заповедей."

    И если человек, желая быть "свободным" от заповедей Господних, избирает жизненную бессмыслицу и безнравственность, он сам, по собственной воле, подписывает себе вечное осуждение. Он продает веру и упование за чечевичную похлебку удовлетворения своих чувственных наслаждений.

    А если он избирает путь веры, если он сильно, решительно и горячо захочет приобрести её, то Господь даст ему веру, потому что этого больше всего хочет Бог в отношении человека: "Веруй и спасен будешь."

    И если человек утвердится в вере, главное, если будет жить по вере, не оставит свою веру бесплодной, то откроются ему внутри его сознания обширные горизонты, укрепляющие веру.

    Увидит он и чудеса. Я думаю, что каждый верующий в тот или иной момент своей жизни был свидетелем чудес. Чудеса общественные, тем более государственные или национальные сейчас очень редки. Чудеса же частные, явные людям с чутким сердцем, случаются постоянно.

    Думаю, это потому, что частная душевная жизнь отдельных верующих людей меньше развращена, чем жизнь общественная. Да, конечно, все мы духовно ослабели, как будто не стало богатырей духа, но коренная испорченность меньше наблюдается в отдельных душах, чем в обществе или государстве. И еще потому, что чудесные явления, явные только частным лицам, менее доступны профанации, ныне неизбежно сопутствующей каждому общественному явлению.

    Я помню пошлую свистопляску, которую подняла мировая пресса в годы перед последней войной, когда в Румынии Господь явился простому благочестивому пастуху, Петру Лупу, и послал его проповедовать покаяние, предупреждая, что если румынский народ не покается, его ожидают страшные бедствия.

    Господь дал при этом Петру Лупу силу творить чудеса: исцелять больных и предвидеть будущее. Корреспонденты со всего мира набросились на этого бедного пастуха. Из Америки приехали кинорепортеры. Какая-то американская кинозвезда снялась с Петром Лупу в купальном костюме под аншлагом: "С человеком, только что видевшим Господа Бога."

    Такой безудержный разлив пошлости - мерзость в очах Божиих, и Бог не может являть чудеса обществу, культивирующему такую пошлость.

    Вторую добавку хочу сделать к предыдущему письму об Эдиповом комплексе. С ним Фрейд связывает свои по большей части кощунственные толкования религии. Вернее, он связывает религию с преодолением Эдипова комплекса.

    Его толкование может быть соблазнительным, потому что во всех монотеистических религиях, и в христианстве особенно, представление о Боге, как об Отце Небесном, очень важно. Но, конечно, это не потому, как уверяет Фрейд (в Х гл. статьи "Массовая психология и анализ человеческого "Я"), что человек сам сделал себе бога из своего предка, а потому, что Господь, любя Свое создание - человека, принял на Себя отцовство или, вернее, Свое отношение к людям уподобил отношению отца (и матери) к своим детям.

    Вредность учения Фрейда особенно пагубна потому, что включает в себя элементы истины. Это - излюбленный прием сатаны. Ведь и первых людей он соблазнил обещанием "будете, как боги," зная, что Господь сотворил людей для богоуподобления, для того, чтобы в бесконечном, несущем безграничную радость процессе богоуподобления они становились все более и более подобными Ему.

    Но Фрейд не брезгует и более примитивной и пошлой клеветой. В VII главе статьи "Будущее одной иллюзии" он пишет: "Русская психика вознеслась до заключения, что грех явно необходим, чтобы испытать все блаженство милосердия Божия." Это перефразировка известной шутки, придуманной остряками из высшего петербургского общества по поводу Распутина: "Не согрешишь - не покаешься, не покаешься - не спасешься."

    Никогда, ни в Церкви, ни в серьезной русской мысли не было такого представления. Фрейд претендует на добросовестность и беспристрастность, но тут его прорывает. Так хочется ему высказать свое презрение к русским, свою ненависть к их вере, что он идет на недостойный подлог.

    Не брезгует он и другими "остротами" для того, чтобы высказать свою ненависть к христианству, например, помещая в IX главе той же статьи стихотворение: "Ангелам и воробьям Мы уступаем небеса."

    И, наконец, еще одной проблемы хочу коснуться.

    Как верующий христианин должен относиться к Фрейду и к его работе? Должен ли он полностью и совершенно отвергнуть эту работу из-за того, что Фрейд воинствующий безбожник и проповедник атеизма?

    Нет, совершенное отрицание фрейдизма по религиозным мотивам, как и всякое отрицание той или другой научной теории по этим мотивам неправильно и обычно приносит вред церковному делу, как это было с Галилеем, с дарвинизмом, с открытием неандертальца или питекантропуса. В научной области, как и в иных областях вне церковной деятельности человека, например, политической, торговой.

    Господь предоставил людям свободу мысли, свободу действий. Церковь не догматизирует в этих областях, как она догматизирует в чисто религиозных и нравственных сферах.

    Никогда и ни при каких обстоятельствах Церковь не согласится, что Бог не всеведущ, не всеправеден, или, что Иисус Христос грешил, как не согласится с оправданием или узаконением убийства, аборта, воровства, гомосексуализма, многоженства и прочего в этом роде.

    Но Церковь не предписывает, как надо торговать, как надо научно работать или как строить государство. Церковь в этих внешних областях требует от своих чад, чтобы они в своих трудах были честны и справедливы.

    То, что в теориях Фрейда правильно, можно и нужно признавать. Сейчас нельзя серьезно заниматься психологией и психиатрией, не зная фрейдизма. Некоторые факты им открытые надо признавать, но с выводами его, проповедующими атеизм, соглашаться нельзя, а главное - нельзя поддаваться его антихристианскому влиянию.

    Это нелегко, но возможно.

    Как относится трезвый, серьезный социолог-христианин к Марксу? Ведь, как нельзя быть психиатром, не зная Фрейда, так нельзя быть социологом, не зная Маркса. Очень многое из его установок нельзя не принимать, но с выводами его, вроде "религия - опиум народа," нельзя соглашаться. А Фрейд ведь утверждает то же. В IX главе уже цитированной его статьи "Будущее одной иллюзии" он говорит: "У верующих веру отнять нельзя. Кто десятилетиями принимал снотворное, не может спать, если лишить его этого средства."

    С Марксом разобраться легче, так как многие его прогнозы оказались неправильными, и многие его выводы опровергнуты. В отношении Фрейда кое-что сделано в этом направлении Юнгом и Адлером. Но, конечно, в истории человеческой мысли и Маркс и Фрейд останутся навсегда, как остались Эпикур, Демокрит, Левкипий, Лукреций и другие атеистические философы древности.

    И в их трудах были ценные элементы, повлиявшие на дальнейшее развитие философии, а вредные выводы их были опровергнуты.

    Не в такой мере, как у Фрейда, но были неверные нехристианские выводы у психологов и психиатров середины XIX века. Для православной русской мысли их опроверг и обработал крупный православный мыслитель XIX века И. В. Киреевский. Он учился в Москве, в Берлине и в Мюнхене и получил самое широкое образование. Он очень интересовался проблемами психологии и психиатрии, как они стояли тогда.

    Вместе с тем, он был глубочайше начитан в святых отцах. И многие утверждения психологии он подтверждал и развивал на основании учения святых отцов, а иные опровергал, основываясь, опять же, на утверждениях святых отцов.


    Архиепископ Нафанаил (Львов, 1906-1985)

    - выдающийся православный богослов, проповедник и духовный писатель, епископ Русской Зарубежной Церкви.

    Сын обер-прокурора Св. Синода Владимира Львова. Участвовал в палеонтологических раскопках Пьера Тейяр де Шардена в Китае. Принял постриг в 1929 году в Харбине. В середине 30-х совершил миссионерскую поездку в Индию. В 1939, в сане архимандрита, вступил в обитель преп. Иова Почаевского в Карпатской Руси. В годы Второй Мировой Войны принимал активное участие в духовно-просветительской деятельности Православной Церкви на оккупированной немцами территории. В первые послевоенные годы прославился деятельностью по спасению русских беженцев от выдачи Сталину. В 1946 - хиротонисан во епископа Брюссельского и Западноевропейского. В последствии возглавлял епархии в Англии и Северной Африке, был активным деятелем в восстановлении почитания древних православных святых Запада. С 1966 - настоятель обители преп. Иова Почаевского в Мюнхене. С 1976 - епископ Венский и Австрийский. С 1981 - архиепископ. В последние годы жизни тяжело больной, лишенный практически возможности передвигаться, вл. Нафанаил наладил в обители преп. Иова огромную по масштабам издательскую деятельность, направленную на выпуск духовных книг и брошюр тайно провозившихся в Россию. Особенно прославилась мюнхенская серия "Житий святых" одним из активнейших авторов которой был владыка.

    Архиепископ Нафанаил снискал себе всеобщее уважение как проповедник и апологет - один из даровитейших и плодовитейших православных писателей ХХ века - ему принадлежат богословские сочинения, работы о Святой Библии, исторические сочинения, апологетические заметки, полемические работы, направленные на защиту истинного Православия, множество проповедей. В работах архиеп. Нафанаила ответ на вопросы, задаваемые сегодняшним днем сочетается со строгой, неукоснительной верностью Православной Вере и Церковному Преданию.

    Часть обширного наследия владыки Нафанаила собрана в 5-томных "Беседах о Священном Писании и о Вере" NY. 1991-95.

    Вопросы и ответы: с о. Тедом Стилианопуло
    Геи и Православная церковь

    Могу ли я присоединиться к Церкви, если я - гомосексуалист?

    Вопрос. Меня очень привлекает Православная церковь, но я – гей. Могу ли я каким-то образом стать ее членом? Как будут другие члены церкви относиться ко мне?


    Ответ: церковь, как сообщество любви, по примеру Христа с радостью принимает в свою жизнь веры всех искренне ищущих - с их дарами, их индивидуальными лицами, их особенностями, и даже грехами. Так же, как Христос принял человечество, чтобы излечить и освободить людей, созданных по Его образу и подобию, так и церковь открывает свои объятия всем, чтобы всех включить в полноту благодати и истины, евангельской проповеди, крещения, и научения всему, что повелел Христос (Матф. 28:19-20).

    Ключевой вопрос в Ваших размышлениях о вступлении в Православную церковь: хотите ли Вы принять церковь в ее собственных понятиях, в свете ее собственной миссии, или только в Ваших собственных понятиях. Подумайте, чем Вас привлекает Православная церковь? Это, возможно, ее древность, красочное богослужение или исторический характер? Готовы ли Вы, также принять вызов ее свидетельства во всей полноте, включая ее догматику, этическое учение и духовность? Ваше упоминание, что Вы - гей, предполагает, что Вы задаетесь вопросом, можно ли будучи геем быть членом церкви. Возможно, Вы знаете, что, согласно традиционному православному учению, гомосексуальная деятельность – грех, как прелюбодеяние, внебрачная связь, и другие действия сексуальной нечистоты. В то время как мы не можем выбрать наши искушения, мы можем выбрать наш ответ на искушение. Исповедь и прощение возможны для тех, кто изо всех сил пытается сопротивляться греху, поэтому намерение продолжать практику гомосексуализма действительно препятствовало бы членству в Православной церкви. Кроме того, защита этого как приемлемого образа жизни в пределах церкви была бы разрушительной для сообщества, которое ценит историческую моральную практику, которую мы унаследовали.

    Кающийся, борющийся гомосексуалист, который воздерживается от гомосексуальных действий, может быть принят в церковь после обычного курса научения, но он или она должен приложить все усилия, чтобы исповедовать этот грех на исповеди, так же, как обычно с каждым другим грехом.

    Так как Вы затронули эту проблему, позвольте мне добавить несколько объяснительных замечаний. Речь не только о гомосексуализме; Православная церковь выступает против современной культурной вседозволенности в области сексуальности вообще, особенно относительно сожительства, беспорядочных связей и различных форм эротизма. Православный подход всегда стоял на твердом основании почитания святости тела как храма Святого Духа и на неприкосновенности брака, в котором дар сексуальности находит подлинное выражение. Гомосексуализм расценивается как противление ясной цели Бога в Его создании пола и брака (Бытие 1-2), прямо подтвержденной Христом (Марк 10:6-9). Однако, гомосексуализм не должен быть изолирован как единственный грех. Он должен рассматриваться в большем контексте человеческой греховности, которая включает такие грехи как внебрачная связь, идолопоклонство, прелюбодеяние, воровство, жадность, и пьянство, каждый из которых согласно апостолу Павлу - препятствие для входа в Царствие Божие (1 Коринфянам 6:9-10).

    Безусловно, сама церковь - историческое сообщество святых и грешных. Ее члены испытывают различные злые наклонности, искушения и падения. Церковь должна быть полной сострадания и прощения ко всем видам грешников внутри и вне ее общины. Тем не менее ее общественное свидетельство и слово, чтобы быть подлинными, должны быть совместимы с богоданной природой и миссией церкви, даже рискуя выглядеть резкими и жестокими к культуре вседозволенности. Чтобы быть собой и действенно служить, церковь должна стремиться воплотить то свое видение, которое она хочет передать всему миру - быть "царственным священнством, народом святым, людьми, взятыми в удел Бога, чтобы возвещать замечательные дела Того, кто призвал нас из темноты в Свой чудный свет" (1 Петра 2:9).

    Статья отсканирована из 6 тома «Православной энциклопедии»

    БРАТОТВОРÉНИЕ
    А. А. Ткаченко

    БРАТОТВОРÉНИЕ [греч. Adelphopoiêa, Adelphopoiêsis, лат. fraternitas spiritualis, или fraternitas per adoptionem], средневек. обряд церковного благословения двух христиан, не состоящих в кровном родстве, но стремящихся к тесному духовному общению и братской взаимопомощи в мирских делах. Появился в результате синтеза древнего обычая побратимства, известного у мн. народов, и христ. практики вступления в «духовное родство», возникшей еще в первые века в связи с таинством Крещения как нового рождения свыше и восприятием церковной общины как новой семьи, а др. верующих — как самых близких родственников (Ин 3. 3–5; Мф 12. 48–49; Мк 3. 34; Лк 8. 21).

    Евангельские основания. На первый взгляд, чин Б. кажется излишним: все христиане, безусловно, являются братьями друг другу как дети Отца Небесного (Мф 23. 8–9; 1 Петр 2. 17; Рим 8. 11–17, 19). Сам Христос, по словам ап. Павла, «первородный между многими братьями» (Рим 8. 29), не стыдится называть этим именем верующих в Него (Евр 2. 11–12; ср. Мф 12. 47–49; 23. 8; Ин 20. 17). Однако истинное согласие и дружба возможны лишь между людьми, «имеющими одинаковые добродетели и намерения» (Ioan. Cassian. Collat. 16. 28). Любовь (agapê) необходимо оказывать всем, даже врагам (Мф 5. 44), но сердечное расположение (diathesis) возможно лишь к немногим. Поэтому в правосл. аскетике братская любовь стала рассматриваться как ступень, необходимая для достижения совершенной любви. Б. имело и практическое значение, ведь «двоим лучше, нежели одному... если упадет один, то другой поднимет товарища своего» (Еккл 4. 9). В разные эпохи христиане являли примеры истинного «нелицемерного братолюбия» (1 Петр 1. 22; Рим 12. 10; Евр 13. 1): прежде всего сами апостолы, к-рые были отправлены Христом на проповедь по двое (Мк 6. 7; Лк 10. 1), а затем прославляемые Церковью двоицы мучеников (Сергий и Вакх, Кир и Иоанн, Косма и Дамиан) (по мнению блж. Иеронима, потому что «любовь не пребывает с одним» (Hieron. In Mark. 2); подробнее см.: Флоренский).

    Побратимство в традиционных обществах.Независимо от религ. верований, у разных народов всегда имели большое значение и часто ставились выше кровнородственных связей особые формы ритуального родства: кумовство, «соотцовство», «названное братство» (напр., черногорские «задруги», куначество на Кавказе и т. п.), к-рые играли важную роль в сохранении рода и наследовании имущества (см. материалы международного симпозиума: Ritual Brotherhood in Ancient and Medieval Europe: A Symp. // Traditio. 1997. Vol. 52. P. 261–381).

    Церковное каноническое право, формировавшееся в эпоху господства рим. права, восприняло и его двойственное отношение к побратимству. С одной стороны, из-за широкого распространения этого обычая в вост. провинциях Римской империи наследование через побратимство признавалось у иностранцев (apud peregrinos), но для рим. граждан законным считалось лишь усыновление (в основном по муж. линии) (CJ. 6. 24. 7. (4 дек. 285). Характерно, что в рим. литургических книгах молитвы на Б. не встречаются, хотя обычай побратимства был известен (Giraldi Cambrensis Opera / Ed. J. F. Dimock. L., 1867. Vol. 5. P.167).

    Негативное отношение к Б. перешло и в визант. законодательство: «Побратимство не законно: ибо усыновление мы придумали ради наследия имущества, «понеже иногда прилучается нам не имети чад», а для побратимства нет ни одного благословного предлога» (Matth. Blastar. Syntagma. Littera b. 8; ср. Basilic. 35. 13. 17). Тем не менее даже по рим. праву составитель завещания мог включить в него под именем брата любого человека, к к-рому питал «братскую любовь» (fraterna caritas) (Dig. 28. 5. 59 [58]. 1), что, видимо, практиковалось и в визант. эпоху, т. к. по церковным канонам духовное родство любого рода (крестный отец и крестник, духовник и его чада), подобно гражданскому приемному родству (adoptio, adrogatio) (Dig. 23. 2. 17), стало рассматриваться как препятствие для брака, а вступившие в духовный союз — как родственники 1-й степени (53–54 прав. VI Всел.; см. Macrides. Kinship by Arrangement. P. 110).

    В послеиконоборческую эпоху гос. и церковное законодательства все более смешиваются. При имп. Льве VI (886–912) становится общеобязательным церковное благословение брака, как единственно легальный вводится церковный чин усыновления («детотворения») (Novell. Leo. 24, 89). По­-видимому, воцерковление традиц. побратимства началось неск. раньше, потому что запрет на совершение чина Б. монахами, как влекущего за собой серьезные правовые и экономические следствия, несовместимые с монашеским отречением от мира, встречается уже в сочинениях прп. Феодора Студита (Theod. Stud. Epist. 10 // PG. 99. Col. 941C; Testamentum // PG. 99. 1820B; ср. комментарий Константина Арменопула (1320–1380) на 7-е прав. VI Всел. (PG. 150. Col. 124)).

    В странах Вост. Средиземноморья по крайней мере с эпохи эллинизма слово «брат» являлось также сакральным именем соправителя или приближенных монарха (Schelkle K. H. Bruder // RAC. T. 2. Col. 631–636). В Римской империи «братьями» именовались тетрархи (два Августа и два Цезаря), к-рые не были кровными родственниками (Euseb. Vita Const. 4. 11). В визант. эпоху к этим традиц. титулам стали прилагать определение «духовный» (pneumatikos, spiritualis), заимствованное из церковной практики (Const. Porphyr. De ceremoniis. II 48). В то же время источники сообщают о братских союзах, заключавшихся в церкви визант. императорами (Михаил III, Василий I и др.) (Leo Gramm. Chron. P. 234; Theoph. Contin. P. 228). Кроме того, с древности под видом побратимства заключались военно-политические или династические союзы (fraternitatis foedus) с соседними племенами и народами (Caes. De Bello Gallic. I 33. 2; Tac. Annal. XI 25), а равные по положению правители именовались «братьями» (т. н. «братство князей» (fraternitas regum) (Dölger. Col. 641). Этот обычай был известен и на Руси. В частности, митр. Иона в 1450 г. благословил братский союз польск. кор. Казимира IV c вел. кн. Василием Васильевичем (Никольский. С. 372–373).

    История обряда. В античности братский союз заключался в форме клятвы и обычно скреплялся ритуальным смешением крови (возможно, даже ее испитием), обменом именами, оружием, одеждой (Herodot. Hist. IV 70; Lucian. Toxar. 37, 39­–40; Vergil. Georg. 2. 510; ср. Herman.), что нашло отражение и в христ. обычае обмена нательными крестами.

    В I–III вв., когда все христиане назывались «братьями» (Clem. Alex. Strom. 2. 9. 41. 2; Tertull. Adv. Marcion. 1. 1. 1), а Церковь — «братством» (Iren. Adv. haer. 2. 31. 2; Euseb. Hist. eccl. 5. 19. 2; Tertull. De pudic. 7. 22; De virg. veland. 14. 2), вступление в к-рое совершалось через Крещение (Iust. Martyr. I Apol. 1. 65; Tertull. De bapt. 20. 5), необходимости в особом чине Б., действительно, еще не было. Христианизация империи привела к тому, что в литургическую жизнь Церкви стали включаться существовавшие социальные отношения. Лица, желавшие заключить братский союз, вместо языческих клятв стали прибегать к священническому благословению, к-рое подкреплялось совместным Причащением Св. Даров (Ioan. Chrysost. In Matth. 79(80). 1 // PG. 58. Col. 718C; In Hebr. 25. 3 // PG. 63. col. 177A). Со временем для этих целей были составлены специальные молитвы и целые последования, включавшие ектении, чтения из Свящ. Писания, песнопения и сложный ритуал.

    Молитвы. По рукописям греч. Евхология известен целый ряд молитв на Б.: 1) «Kurie o theos êmôn, o panta pros sôtêrian êmоn charisamenos» (Господи Боже наш, даровавший нам все ко спасению); 2) «Despota Kurie o theos êmôn, o ton choron tôn agiôn sou apostolôn ekleksamenos eis mian poimnên» (Владыко, Господи Боже наш, лик святых Своих апостолов собравший в одно стадо); 3) «Kurie o theos êmôn, o tês agapês phutourgos» (Господи Боже наш, любви Насадитель); 4) «Kurie o theos o pantokratôr, o poiêsas ton anthrôpon kat’ eikona sou» (Господи Боже Вседержителю, сотворивший человека по образу Твоему); 5) «Despota Kurie o theos êmôn, o ta panta pros to sumferon» (Владыко, Господи Боже наш, Кто все на пользу); 6) «Kurie o theos êmôn, o endoxazamenos en boulê agiôn» (Господи Боже наш, прославляемый в совете святых); 7) «Kurie o theos êmôn, o sunathroisas tois agious sou apostolous en nephelais» (Господи Боже наш, собравший святых Своих апостолов на облаках); 8) «Kurie o theos êmôn, o en tê kata sarka sou oikonomian Iakôbon kai Iôannên, toisj uious Zebedaiou, kataksiosas adelphous genesthai» (Господи Боже наш, Своим по плоти домостроительством удостоивший Иакова и Иоанна, сынов Зеведеевых, быть братьями); 9) «Kurie o theos êmôn, o en upsêlois katoikоn» (Господи Боже наш, в вышних живущий); 10) «Kurios o theos êmôn, o dia tês aphatou sou oikonomiaa katakaxiôsas adelphous kalesai» (Господи Боже наш, называющий через Свое неведомое смотрение нареченными братьями); 11) «Anthêron êmin kai polupothêton» (Цветущее и многожеланное нам); 12) «Kurie o theos êmôn, o tachinê akoê» (Господи Боже наш, скорое слышание).

    Древнейшими молитвами, видимо, являются 1-я и 4-я,, т. к. чин Б. сводится только к одной из них в отражающих доиконоборческую практику рукописях Sinait. gr. 959, XI в. (1; то же — в Sinait. gr. 957, X в.) и Vat. Barb. gr. 336, VIII в. (4; то же — в Sinait. gr. 1036, X–XII вв.).

    В Евхологиях Crypt. G. b. I, XI в., и Paris. Coislin. 213, 1027 г., отражающих к-польскую традицию XI в., основой чина Б. служит молитва 1, к к-рой прибавлены 2 и 3 (в Crypt. G. b. I молитва 3 входит в чин Б., в Coislin. 213 выписана отдельно).

    В Евхологиях, отражающих периферийную (палестинскую и южноитал.) практику X–XII вв., основой последования, как правило, служит молитва 4; к ней могут прибавляться молитвы: 5 (РНБ. Греч. 226, X в.), 6 (Crypt. G. b. VII, X в. и Sinait. gr. 966, XIII в.).

    В глаголическом Евхологии Sinait. slav. 37, X–XI вв., приведены, с одной стороны, молитвы к-польской традиции (1, 3), с др.— молитва 4; соединение молитв 1 и 4 наблюдается и в ряде греч. рукописей XV в. (напр., S. Sepulcri. gr. 8; Pantel. gr. 364), где к этим молитвам добавлены еще и 7 и 8 (однако в Евхологии Patm. gr. 104, XIII в. чин Б. содержит только молитвы 1 и 8).

    Молитвы 9–12 встречаются в рукописях редко (напр., 9, 10 — в Sinait. gr. 966; 11 — в Crypt. G. b. VII; 12 — в Sinait. gr. 973, 1153 г.), как правило, в комбинации с характерными для периферийных Евхологиев молитвами 4 и 6 (тем не менее в Sinait. gr. 973 в чин Б. входят только 5, 12).

    В слав. Требниках встречается набор молитв, характерный для чистой к-польской традиции (молитвы 1, 2 — ГИМ. Син. 675, кон. XIV–XV вв.), и смешанный тип (1, 3, 4 — РГБ. Ф. 87 (Григор.). 34/М. 1715, XIV–XV вв.; 1, 2, 4 — ГИМ. Син. 310, нач. XVI в.). В рус. печатных дореформенных Потребниках московских изданий 1625, 1633, 1636, 1639, 1651 гг. чин Б. содержит молитвы 1, 2, 4 (в издании 1639 г. присутствует также 3).

    Во всех молитвах испрашивается укрепление братской любви (agapê). Напр., в молитве 1 говорится о «возлюбивших друг друга любовию духовною», к-рые пришли в храм за благословением, чтобы имели «веру непорочну и любовь нелицемерну». В 4-й вспоминаются св. апостолы Петр и Павел, Филипп и Варфоломей, мученики Сергий и Вакх, ставшие братьями не по крови, но по вере и любви. В др. молитвах содержатся прошения о даровании любви и единомыслия вступающим в братский союз. Большое разнообразие молитв на Б. может свидетельствовать как о нестабильности чина, так и о его широком распространении.

    Чинопоследование. Древнейшие Евхологии не описывают подробно порядок Б. и содержат лишь заглавие чина и, возможно, указание на главопреклонение перед одной из молитв. В Sinait. slav. 37 уже приведено целое последование, названное «молитвой на братосотворение». Сначала священник произносит ектению, в к-рой присутствуют прошения «даровати им целомудрие и любовь нелицемерну», «О даре преждесвященнем честнаго Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа». После 1-й молитвы читается Евангелие, затем произносится ектения и следует др. молитва, далее — лобзание мира и литургия Преждеосвященных Даров. Окончание, видимо, отражает нек-рые национальные особенности: после Причащения священник берет «старейшего» из побратимов за руку, а тот — своего нового брата, и они, держась за руки, с пением стиха Пс 79. 15 идут «на обед» (ср. в рус. былинах: один из побратимов всегда считается старшим, хотя оба принимают обет взаимного послушания (напр., «Бой Добрыни с Ильей Муромцем»), а в летописях упоминаются братские пиры — братчины (ПСРЛ. Т. 2. Л. 83); подробнее см.: Громыко. С. 116–125).

    В греч. Евхологиях c XIII в. (напр., Sinait. gr. 966, Sinait. gr. 982) отмечается усложнение ритуала: один из участников кладет руку на Евангелие, второй — свою руку поверх его, иерей знаменует их, а после отпуста братья целуют Евангелие и друг друга. В ркп. Sinait. gr. 973, 1153 г., побратимы держат друг друга за руки, а иерей с крестом в руках трижды читает Пс 132. С XIII в. в Евхологиях помещаются уже полноценные последования, к-рые обычно начинаются с возгласа «Благословенно Царство» или «Благословен Бог» и включают в свой состав ектению и 3 молитвы (см. Дмитриевский. Описание. Т. 2. С. 179–180, 215).

    В поздних рукописях чин открывается началом обычным, далее следуют тропарь или кондак дня, молитва, чтения из Апостола и Евангелия, др. молитва, ектения (содержащая прошения о совершенной любви, «неразлучном житии», целомудрии, соединении в духовное братство, познании апостольского единства, о том, чтобы побратимы сподобились «славы честным Крестом»), главопреклонная молитва и в конце — «Помилуй нас, Боже», «Еще молимся», «Господи, помилуй» (12), «Честнейшую Херувим» и отпуст (напр.: Там же. С. 466–467, 569).

    В S. Sepulcri. Gr. 615 [757], 1522 г., приводится чин Б. для 3 человек. В этом случае 1-й из побратимов кладет руку на Евангелие, 2-й свою сверху, потом 3-й, иерей же опоясывает их, а в ходе службы они держат зажженные свечи (Там же. С. 743–744). После тропаря святого и дня дважды поется тропарь 5-го гласа «Tô sundesmê tês agapês» (см. ирмос 5-й песни канона Великого четверга «Союзомъ любве»; то же и в ркп. Sinait. gr. 989, XVI в.: Там же. С. 897). Из заключительных слов cледует, что этот чин совершается отдельно от литургии. В том случае когда братский союз заключается на литургии, в ектению после чтения Евангелия и при отпусте делаются соответствующие вставки (Там же. С. 744).

    В ряде рукописей (Sinait. slav. 37, ГИМ. Син. 310, также РНБ. Соф. 836, XVI в.) указано Причащение побратимов Преждеосвященными Дарами. Согласно рубрике в Мирском Потребнике патриарха Иоасафа 1639 г., Причащение совершается по усмотрению священника, если он сочтет побратимов готовыми (Никольский. С. 375, 385–386).

    По рус. Требнику (ГИМ. Син. 310) вступающие в союз не только кладут руки на Евангелие, но священник связывает их одним поясом и после Причащения обводит вокруг аналоя с пением избранных стихов (Пс 79. 15; 111. 1; 132. 3), то же встречается иногда и в греч. Евхологиях.

    В Мирском Потребнике патриарха Иоасафа 1-й стих Пс 132 поется в качестве прокимна (на 4-й глас) перед чтением Апостола, а также вместе с Пс 79. 2 — при целовании Евангелия (Никольский. С. 387–388).

    Библейские чтения. В Евхологии Sinait. slav. 37 в чин Б. входит вся 17-я гл. Евангелия от Иоанна, содержащая молитву Господа об учениках («да будут вси едино»). Согласно Sinait. gr. 973, чтениями являются 1 Кор 13. 4–10 и Ин 15. 17–16. 2, согласно ГИМ. Син. 310 — 1 Кор 12. 27–13. 8 и Ин 17. 18–26, согласно московскому Потребнику 1639 г.— Рим 8. 28–39 и Ин 17. 1–13. В этих чтениях говорится о жертвенной любви, к-рая превосходит все духовные дары и подвиги, о Христе как «первородном между многими братиями» и о единстве Церкви («вы — тело Христово, а порознь — члены»).

    Запрет чина Б. В совр. литургических книгах правосл. Церкви чин Б. не печатается. Уже в печатных венецианских греч. Евхологиях XVI в. издатели прибавляли комментарий: «хотя это последование по церковным и царским законам не дозволено совершать, но мы его печатаем, так как оно находится во многих книгах» (ср.: Goar. Euchologion. P. 706, 709). О недолжном использовании обряда свидетельствуют 2 неопубликованных постановления (Dida­ska­liai) К-польского Патриарха Афанасия I († ок. 1315), в к-рых Б. характеризуется как источник безнравственности (RegPatr. Vol. 1. Pt. 4. N 1762. P. 541; N 1777. P. 554). Известны также 2 слав. рукописных сборника канонов XVI–XVII вв. (Vindob. 104 и 113), из к-рых становится ясно, что одной из причин запрета было проникновение в христ. обряд языческих обычаев (за «побратимство с турчанином или с христианином», при к-ром совершается испитие крови друг друга, положено лишать Причащения на 5 лет — см. Hološnjaj. S. 64).

    В Требнике митр. Петра (Могилы) самого текста чина Б. уже нет. То же и в принятом ныне в Русской Церкви Большом Требнике, где 101-я гл., озаглавленная «Последование к братотворению духовному», содержит следующие слова: «Ведомо буди, яко сие последование от церковнаго и царскаго закона возбранено бысть навершатися, сего ради и мы зде не изобразихом». В 165-м прав. Номоканона говорится: «Такожде и братотворения да не твориши, законопреступна бо суть сия». Согласно 50-й гл. Кормчей книги, священник, совершающий чин Б., на время запрещается в служении (Никольский. С. 378). В XIX в. в Элладской Церкви были изданы специальные окружные послания (11. 6. 1859; 26. 9. 1862; 11. 1. 1863), также запрещавшие чин Б. (см. Eu. Mantzounea).

    Однако, несмотря на все канонические запреты, случаи совершения Б. иногда встречаются, особенно в Балканских странах, где обычай побратимства приобрел национальную окраску и был связан с противостоянием османскому владычеству. Более того, в слав. рукописях из Загребской б-ки (№ 405, XVIII в.) встречается его апология — «Слово како сътвори Господь побратимство» (Hološnjaj. S. 65). В совр. рус. практике чин Б. неизвестен.

    В сер. 90-х г. XX в. этот чин оказался в центре скандала, возникшего из-за тенденциозной книги амер. медиевиста-католика Дж. Босуэлла (умер в 1994 от СПИДа) (Boswell J. Christianity, Social Tolerance and Homosexuality. Chicago, 1980; idem. Same-Sex Unions in Pre-Modern Europe. N. Y., 1994), к-рый пытался доказать, что в ср. века Б. служило легальным прикрытием мужеложства. На основании этого тезиса представители сексуальных меньшинств стали использовать чин Б. при заключении однополых браков, что является кощунством и вызывает протесты верующих. Несмотря на внешнее сходство с чином венчания (побратимы держатся за руки, священник обводит их вокруг аналоя, поется тот же тропарь, что и на венчание, в конце бывает Причащение Св. Таин), такое понимание Б. не соответствует его действительному содержанию и входит в противоречие не только с библейскими заповедями, но и со всеми церковными и гражданскими постановлениями визант. эпохи в отношении мужеложства (смертная казнь по светским законам (Novell. Just. 77, 144), длительные сроки покаяния по церковным (18 лет по 4-му прав. свт. Григория Нисского, 15 лет по 7-му и 62-му правилам свт. Василия Великого)). В связи с изменением культурной ситуации чин Б. в наст. время, скорее всего, будет неадекватно воспринят обществом, поэтому возврат к его духовному пониманию и введение его в литургическую практику вряд ли возможны.

    Лит.: Никольский К., прот. О службах, бывших в прежних печатных богослужебных книгах. СПб., 1885. С. 371–388; Срећковић П. Чин братотворению // Гласник Срспког Ученог Друштва. Београд, 1885. Т. 63. С. 274­­­­–287; Веселовский А. Н. Гетеризм, побратимство и кумовство в купальной обрядности // ЖМНП. 1894. Т. 291. С. 287­­­–318; Марков Н. Ф. Братотворение // ПБЭ. T. 2. C. 1078–1079; Флоренский П. Столп и утверждение истины. М., 1914. С. 456–463. Примеч. 808–811; Dölger F. Brüderlichkeit der Fürsten // RAC. T. 2. Col. 641; Пандурски Ив. В. Изчезналият «Чин на побратимяване» (Из историята на частно богослужение) // ГДА. 1950/1951. Т. 1 (27). С. 3–44; Patlagean E. Christianisation et parentes rituelles: Le domaine de Byzance // Annales. 1978. Vol. 33. P. 625–636; Mantzounea Eu. Ê Adelphopoiêsis ek Kanônikos Apopseôs. Athênai, 1982; Громыко М. М. Обычай побратимства в былинах // Фольклор и этнография: у этногр. истоков фольклорных сюжетов и образов. Л., 1984. С. 116–125; Herman G. Ritualized Friendship and the Greek City. Camb., 1987; Macrides R. J. Kinship by Arrangement: The Case of Adoption // DOP. 1990. Vol. 44. P. 109–118; Hološnjaj B. Zajkovski Trebnik N. 960 der Nationalbibliothek «Hl. Kirill und Methodij» in Sofia (Bulgarien): Diss. R., 1995.

    А. А. Ткаченко

    Православно-христианский взгляд на гомосексуализм
    ПРОТОПРЕСВИТЕР ФОМА ХОПКО
    ГОМОСЕКСУАЛЫ-ХРИСТИАНЕ

    Многие гомосексуалисты и лесбиянки утверждают, что христианская вера является путеводным правилом их жизни. Некоторые из них утверждают, что их половая ориентация ниспослана им Богом, чтo этo xoрoшo и чтo в их гoмoсeксуaльных дeйствиях нeт ничeго искaжённoгo или грeховнoгo. Taкиe люди гoвoрят, чтo ни в Библии ни в Свящeннoм Прeдaнии Цeркви гoмoсeксуaльноe пoвeдeниe нe oсуждаeтся, чтo рeчь идёт лишь o нeвoльнoм, a инoгдa и намереннoм нeвeрнoм истoлкoвaнии и испoльзoвaнии соотвeтствующих мeст прeдвзятыми и нeдoбрoжeлaтeльными людьми, кoтoрыe нeнaвидят гoмoсeксуaлистoв. Tе, ктo думaют пoдoбным oбрaзoм, сo всeй oчeвиднoстью хoтят, чтoбы другиe люди сoглaсились с ними, и aктивнo стaрaются сeгодня убeдить иx, в oсoбeннoсти прoчих христиaн и цeркoвныx лидeрoв, в прaвoтe свoих взглядов.

    Eсть и тaкиe прaвославныe гомосeксуaлы, кoтoрыe утвeрждaют, чтo их половая ориентация нe ниспослана, нo провиденциально попущена Богом, пoскoльку плaн Бoжьего твoрeния нeизбeжно прeдпoлaгает чeлoвeчeскую свoбoду и грeх, искaжaющий чeлoвeчeское eстeствo. Нeкoтoрыe из этих людeй нe хoтят или нe спoсoбны oпрeдeлить необычныe причины, oбуслoвившиe их пoлoвую oриeнтaцию, в тo жe врeмя утвeрждaя, чтo ориeнтaция эта искaжённaя и eй не слeдуeт пoтвoрствoвaть. Другиe на oснoвe тoгo, чтo они считaют прaвильным истoлкoвaниeм Библии и тoчным псиxoлoгичeским aнaлизом, считaют, чтo нa фoрмирoвaниe их oриeнтaции пoвлияли oшибки и нeудaчи сeмeйнoгo вoспитaния, oсoбeннo в рaннeм дeтствe, a мoжeт быть и eщё рaньшe, и чтo имeннo этo опрeдeлилo иx нaтуру. Такие люди полагают, чтo они призвaны Бoгoм к бoрьбe сo свoими гoмoсeксуaльными наклонностями тoчнo тaкжe, кaк другиe люди призвaны прoтивoстoять грeхoвным стрaстям, кoтoрыe oни в сeбe чuвствуют, пытaясь устрaнить причинy свoих зaблуждeний и болезнeнныx сoстoяний. Te, котoрыe придeрживaются этoй пoзиции, ждут от своиx брaтьeв-христиaн и осoбeнно от цeркoвных лидeров поддeржки и помощи в иx дуxoвнoм борeнии.

    ПРАВОСЛАВНАЯ ПОЗИЦИЯ.

    Учитывaя трaдициoннoе прaвoслaвнoе пoнимaние Священного Писaния Вeтxoгo и Нoвoгo Зaвeтa, вырaжeннoе в цeркoвнoм бoгoслужeнии, тaинствax, кaнoничеcкиx устaнoвлeнияx и учeнии святых, сoвeршeннo oчeвиднo, чтo Прaвoслaвнaя Цeркoвь пoлнoстью сoлидaризируeтся с тeми xристиaнaми, будь oни гoмoсeксуaлы или гeтeрoсeксуaлы, кoтoрыe считaют гoмoсeксуaльную oриeнтaцию рaсстрoйствoм и бoлeзнью и кoтoрыe, слeдoвaтeльнo, oтнoсятся к гoмoсeксуaльным дeйствиям, кaк к грeхoвным и рaзрушитeльным.

    Прaвослaвноe xристиaнствo вeкaми свидeтeльствует, что библeйскиe тeксты, привeдённые нижe, нe дaют вoзмoжнoсти никaкoй инoй их интeрпрeтaции, крoмe сoвeршeннo oчeвиднoй.

    Если кто ляжет с мужчиной, как с женщиной, то оба они сделали мерзость; да будут преданы смерти, кровь их на них (Левит 20.13).

    Потому предал их Бог постыдным страстям; женщины их заменили естественное употребление противоестественным; подобно и мужчины, оставивши естественное употребление женского пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за своё заблуждение (Рим 1.26-27).

    Или вы не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют? Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют И такими были некоторые из вас, но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего. Всё мне позволительно, но не всё полезно; всё мне позволительно, но ничто не должно обладать мною (1 Кор 6.9-12).

    НЕВОЛЬНЫЕ ГРЕХИ.

    Пo учeнию Прaвoслaвнoй Цeркви нe всe грexи являются вoльными и сoзнaтeльными и нe во всeх грeхoвных дeйствиях человек сoзнaтeльно виноват – вo всякoм случаe пoнaчaлу. Инaчe гoвoря, грex нe всeгдa есть нечтo, зa чтo грeшник нeсёт пoлную и сoзнaтeльную oтвeтствeннoсть. Eсть грexи нeвeдeния и стрaсти, грeхи, которыe «дeйствуют в члeнах нaших», кaк говорит св. апостол Пaвeл, вoпрeки нaшeму рaзуму и нaшeй сoзнaтeльнoй воле (см. Рим, гл. 6-8). Сущeствуют грeхи, поминаемыe xристиaнaми, мoлящимися o прoщeнии и милoсти, кoтoрыe oпрeдeляются в цeркoвныx мoлитвax нe тoлькo кaк вoльныe, нo и кaк нeвoльныe, сoвeршaeмыe нe тoлькo в вeдeнии, нo и в нeвeдeнии.

    Eсть грexи нeвoльныe, нeумышлeнныe, нeнaмeрeнныe, грexи, кoтoрыe oдoлeвaют и принуждaют чeлoвeкa чeрeз иррaциoнaльныe импульсы, чeрeз нeмoщь плoти, чeрeз эмoциoнaльныe влeчeния и нeвeрнo нaпрaвлeнныe жeлaния к дeйствиям, кoтoрыx сaм чeлoвeк нe xoчeт сoвeршaть, к кoтoрым oн нeрeдкo испытывает oтврaщeниe и кoтoрыe нeнaвидит – дaжe сoвeршaя иx. Они трaдициoнно извeстны, кaк грexи стрaстей. Нo тoт фaкт, чтo чeлoвeк нe сoвeршает тaкиe дeйствия сoзнaтeльнo, oтнюдь нe дeлает иx мeнее грeховными. Сoгрeшить - знaчит «дaть oсeчку», сoвeршить прoмax, сoйти с прaвильногo пути, oтклoниться, oсквeрниться, пeрeйти грaницу - нeзaвисимo от тoгo, сoзнaтeльнo ли пoжeлaл и нaмeрeннo ли сoвeршил eго грeшник и лeжит ли винa целиком и пoлнoстью личнo нa нём.

    ИСКУПЛЁННЫЕ ГРЕШНИКИ.

    Сoглaснo трaдиции Прaвoслaвнoй Цeркви, xристиaнe суть искуплённыe грeшники. Этo люди, кoтoрыe были спaсeны oт грехa и бoлeзни, избaвлeны от дьявoлa и смeрти блaгoдaтью Бoжьeй чeрeз вeру в Иисусa силoй Святого Духа: «и такими были некоторые из вас» (1 Кор. 6.11). Oни крeстятся вo Xристa и получaют пeчaть Духа, чтoбы жить eдинoй с Бoгoм жизнью Церкви. Oни свидeтeльствуют o своей вeрe тeм, чтo рeгулярнo учaствуют в цeркoвнoм бoгoслужeнии и прeбывaют в eвхaристичeскoм eдинствe, рeгулярнo испoвeдуются в тaинствe пoкaяния и твёрдo прoтивoстoят любoй фoрмe грeхa, вoльнoгo и нeвoльнoго, кoтoрый пытается рaзрушить иx жизни кaк в этoм мирe, тaк и в грядущeм.

    Христиaнин-гoмoсeксуaл призвaн к осoбо стрoгoму бoрeнию. Его или её борeние особeннo жeстоко. И оно нe стaнoвится лeгчe oт бeздумнoй, вoистину дeмoничeскoй нeнaвисти тex, ктo прeзирает и высмeиваeт людeй, нeсущиx столь бoлeзнeнный и тяжкий крeст. Нe стaнoвится oнo лeгчe и oт стoль жe бeздумнoгo и в рaвнoй стeпeни дeмoничeскoгo прoвoзглaшeния нoрмaльнoсти гoмoсeксуaльной активности зaблуждaющимися пoпуститeлями и зaщитникaми oнoй.

    Kaк и всe искушeния, стрaсти и грeхи, в тoм числe и глубоко и, кaк нeредко кaжeтся, нeизглaдимо укорeнённые в нaшeй прирoдe в силу нaшeгo прискoрбнoгo нaслeдия, гoмoсeксуaльнaя oриeнтaция мoжeт поддaвaться врaчeванию, a гомосeксуaльныe дeйствия мoгут быть остaнoвлeны. С Богoм вoзмoжнo всё. При услoвии, чтo гoмoсeксуaлы-xристиaнe внутрeннe гoтoвы к бoрeнию и пoлучaют тeрпeливую, учaстливую и пoдлиннo любящую пoддeржку сo стoрoны своих домочадцев и друзeй – кaждый и кaждaя из кoтoрых в свoю oчeрeдь бoрeтся с oдoлeвaющими иx сoблaзнaми и грeхaми. Ибo никтo бeз тoгo или инoгo бoрeния и никтo бeз грeхa, кромe Богa. И Господь обещает нaм пoбeду путями, извeстными Eму. Пoбeдa, oднaкo, дoстaётся тoлькo отвaжным душaм, кoтoрыe oсoзнaют свoё сoстoяниe, oтдaют oтчёт в свoиx стрaстях, спoсoбны вознeгoдoвaть нa иx счёт, испoвeдуют свoи грexи, умeют прoщaть тex, ктo иx oскoрбил (каковыми нeрeдкo бывaют иx рoдитeли и домочадцы), и взыскуют пoмoщи с пoдлинным жeлaниeм быть исцeлёнными. Сaм Иисус дaёт нaм oбeтoвaниe, чтo пoдвизaющиeся в святoсти, «прeтeрпeвшиe до кoнцa» и «входящие тесными вратами» безусловно «спaсутся». (Матф. 7.13; 24.13).

    "... Господь обещает нaм пoбeду путями, извeстными Eму."


    Библиография.


    Barnhouse, Ruth Tiffany, HOMOSEXUALITY: A SYMBOLIC CONFUSION. The Seabury Press, New York, 1977.

    Clark, Stephen B., MEN AND WOMEN IN CHRIST, AN EXAMINATION OF THE ROLES OF MEN AND WOMEN IN LIGHT OF SCRIPTURE AND THE SOCIAL SCIENCES, Servant Books, Ann Arbor, Michigan, 1980, 753 pp.

    Gelpi, Donald J., S.J., THE DIVINE MOTHER, A TRINITARIAN THEOLOGY OF THE HOLY SPIRIT, University Press of America, New York, 1984, 245 pp.

    Groeschel, Benedict J. OFM Cap., THE COURAGE TO BE CHASTE, Paulist Press, New York/Mahwah, 1985, 114 pp.

    Johnson, Robert A, HE, UNDERSTANDING MASCULINE PSYCHOLOGY, Religious Publishing Company, 1974. Harper& Row, New York, 1977,89 pp.

    Johnson, Robert A., SHE, UNDERSTANDING FEMININE PSYCHOLOGY, Religious Publishing Company, 1976. Harper& Row, New York, 1977, 77 pp.

    Moberly, Elizabeth R., PSYCHOGENESIS, THE EARLY DEVELOPMENT OF GENDER IDENTITY, Routledge & Kegan Paul Limited, London, Boston Melbourne and Henley, 1983, 111 pp.

    Oddie, William, WHAT WILL HAPPEN TO GOD? FEMINISM AND THE RECONSTRUCTION OF CHRISTIAN BELIEF, SPCK, London, 1984, 159 pp.

    Payne, Leanne, CRISIS IN MASCULINITY, Crossway Books, Westchester, Illinois, 1985, 143 pp.

    THE BROKEN IMAGE, RESTORING PERSONAL WHOLENESS THROUGH HEALING PRAYER, Crossway . . . 1981, 187 pp.

    THE HEALING OF THE HOMOSEXUAL, Crossway. . . 1985, 48 pp.

    Quay, Paul J., S.J., Ph.D., THE CHRISTIAN MEANING OF HUMAN SEXUALITY, A Credo House Book, Evanston, Illinois, 1985, 113 pp.

    Stern, Karl, THE FLIGHT FROM WOMAN, Farrar, Straus and Giroux, New York, 1965.

    Trible, Phyllis, GOD AND THE RHETORIC OF SEXUALITY, Fortress Press, Philadelphia, 1978, 206 pp.

    Vanier, Jean, MAN AND WOMAN HE MADE THEM, Foreword by Henri J. Nouwen, Paulist Press, Mahwah/New York, 1985, 177 pp.

    *

    Отец Ф. Хопко – почётный декан Свято-Владимирской Семинарии. Эта статья впервые была напечатана в журнале «The Word» (январь 1987, с. 7-8), издании Антиохийского Православного Экзархата в Северной Америке.

    Перевод Андрея Бессмертного-Анзимирова, ред. А.П. [1]

    О чем спорили Фрейд и Льюис?

    Нет, личной встречи Зигмунда Фрейда и Клайва Льюиса в реальности не произошло. Встретились они в курсе лекций клинического адъюнкт-профессора психиатрии Армана Николи.

    Профессор Арман Николи

    Профессор Арман Николи

    Около 40 лет назад Николи  начал читать курс по Фрейду в Гарварде. Сначала курс был посвящен только философии Фрейда, но с каждым годом все больше студентов не скрывали своего возмущение материализмом Фрейда. «Студенты находили труды Фрейда чрезвычайно интересными, но однобокими, – говорит Николи. – Они пытались узнать, есть ли кто-то достойный Фрейда, кто мог бы стать на защиту религиозного мировоззрения, которое тот так критиковал».

    Но кто обладает достаточной силой, чтобы возразить Фрейду?

    И Николи вспоминает о Клайве Льюисе. Будучи молодым врачом, Николи читал  «Страдание» Льюиса – книгу, оставленную в больничной библиотеке, он читал ее, надеясь превозмочь страдания, сильные настолько, что почти заставили молодого врача навсегда уйти из медицины.

    «Книга мне помогла, но, как мне кажется, тогда я принял простоту и понятность, с которой она была написана, за поверхностность. Лишь намного позже я осознал, как она глубока».

    Итак, Фрейд и Льюис.

    Зигмунд Фрейд

    Зигмунд Фрейд

    Зигмунд Фрейд ушел из жизни в Лондоне, где оказался, спасаясь от нацистских гонений, 1939 году, попросив друга совершить эвтаназию: он мучительно умирал от рака горла, вызванного курением. После кремации Эрнест Джонс сказал «он был похоронен так, как того хотел: в абсолютной простоте, без тени помпы или церемоний ».

    Постоянно употребляя слова  эго, невроз, психоз, мы не всегда помним уже, что это термины Фрейда. Великий атеист 20 века, чьи философские труды вызывают, пожалуй, больший интерес, чем собственно психоаналитические, Фред внес колоссальный вклад в секуляризацию, или проще говоря, безбожие, современного общества. Фрейд критиковал религию как инфантильное, и недостойное здравого смысла мировоззрение. Религиозные доктрины, как писал Фрейд, «несут на себе отпечаток тех времен, в которые они возникали, времен детского неведения человечества». Он заявлял, что «мировые религии следует рассматривать как случаи общечеловеческого навязчивого невроза» и если человек однажды уговорил себя без критики принять все нелепицы, преподносимые ему религиозными учениями,… то слабость его ума уже не должна нас слишком удивлять».

    Клайв Льюис

    Клайв Льюис

    26 лет после смерти Фрейда родные и друзья собрались на отпевание Клайва Льюиса, начавшееся словами Христа: «Аз есмь воскресение и живот«. Клайв Льюис, на поколение младше Фрейда, был многие годы убежденным, последовательным атеистом, и нередко строил свою атеистическую аргументацию на сентенциях Фрейда. Мировоззрение Льюиса претерпело кардинальные изменения после знакомства и продолжительных бесед с Д.Р.Р.Толкином и Хьюго Дисоном:  «Когда мы (Уорни и Джек) отправлялись (на мотоцикле в зоопарк Уипснейд), я не верил, что Иисус Христос есть Сын Божий, но когда мы пришли в зоопарк, я верил» – так писал об этом Льюис в книге «Настигнут радостью».

    «Когда в качестве оппонента Фрейда я включил в семинар Льюиса, в классе начались жаркие дискуссии, – вспоминает Николи. – Вести этот семинар – настоящее удовольствие, поскольку все участники заинтересованы в проблемах, которые мы обсуждаем».

    Семинар Николи имеет колоссальный успех и профессор уверен, что обсуждаемые проблем важны для студентов и в профессиональном отношении.

    «Это вопросы, на которые студентам медицинской школы нужно научиться находить ответы, ведь человек, столкнувшись со смертельным заболеванием, может спросить: «Почему Бог поступает со мной так?» – Для врача крайне необходимо понимать мировоззрение его пациента».

    По материалам дискуссий Николи написал книгу «Проблема Бога: полемика К.С. Льюиса и Зигмунда Фрейда о Боге, любви, сексе и смысле жизни», здесь на каждой странице – тезис Фрейда – антитезис Льюиса, тезис Фрейда – антитезис Льюиса.

    Николи не дает ответов и не принимает ничьей стороне в споре, это книга без окончательных ответов, это мощный толчок к обдумыванию, размышлениям, новым дискуссиям. Автор исследует жизнь того и другого, пытаясь определить, что сформировало их мировоззрение. Кто более счастлив и доволен жизнью – Фрейд или Льюис? Что лучше: верить или не верить?

    «Студенты часто спрашивают меня: «На чьей вы стороне?». Одни считают, что раз я психиатр, следовательно, я должен быть материалистом. Другие, кому не чуждо духовное видение мира, имеют противоположное мнение. Я же лишь пытаюсь дать этим мировоззрениям объективные и беспристрастные оценки».

    Однако ответ на вопрос о том, кто счастливее, очевиден: Льюис и только Льюис.

    фото из спектакля "Последняя сессия Фрейда"

    фото из спектакля "Последний сеанс Фрейда"

    «Прежняя мучительно-сла­достная боль (если вообще стоит говорить об этом) пронзала меня столь же часто и столь же сильно, как до обращения. Но теперь я знал, что если воспринимать ее только как состояние собственного сознания, она не имеет той ценности, которую я некогда ей прида­вал, а существенна лишь потому, что указывает на что-то другое, запредельное. Покуда я сомневался в существовании Иного, я счи­тал самой главной эту примету — для заблудившегося в лесу нет радостней события, чем наткнуться на столб. Тот, кто первым уви­дит его, созывает всех друзей — «Смотрите!» — и они обступают его со всех сторон. Но стоит выйти на дорогу, где эти столбы попадают­ся каждую минуту, и мы уже не обращаем на них внимания. Они ободряют нас, мы признательны тем, кто нам их оставил, но мы не остановимся, чтобы разглядеть их, а если и остановимся, то нена­долго даже на том пути, где на серебряных столбах горит золотая надпись: «Дорога в Иерусалим». Конечно, это не значит, что я то и дело останавливаюсь, чтобы поглазеть на всякие мелочи по сторонам дороги».

    Обозреватель Кен Геверц делится своими впечатлениями о прочитанном: «Вопреки  теории Фрейда о том, что религиозное мировоззрение несовместимо со здравым смыслом и интеллектом, переход Льюиса в христианство стал результатом длительного и трудного периода тщательного обдумывания и исследования исторических свидетельств. Задавшись целью выяснить для себя, был ли Иисус действительно Сыном Божьим, Льюис прочитал Новый Завет на греческом языке, используя литературные методы, которыми он овладел, будучи студентом. В конечном счете, ему пришлось признать неизбежность напрашивающегося вывода: Иисус был именно тем, за кого себя выдавал.

    Фрейд в противоположность Льюису был угрюмым пессимистом, яростно спорящим с большинством своих знакомых и коллег. О природе человека он был очень невысокого мнения: одному из своих друзей он как-то написал, что «не сумел отыскать ничего хорошего в человеке. Из моего опыта могу сказать, что большая часть людей – отбросы, в независимости от того, какой из этических доктрин они придерживаются и придерживаются ли они вообще какой-либо доктрины». Фрейд предлагал «безропотно терпеть» страдании, но для себя выбрал путь их насильного прекращения путем эвтаназии».

    фото из спектакля "Последняя сессия Фрейда"

    фото из спектакля "Последний сеанс Фрейда"

    «Все психиатры отдают должное Фрейду, – говорит Николи. – В большинстве видов психотерапии используется одно или несколько фундаментальных понятий, разработанных Фрейдом. Он полностью изменил взгляд на поведение человека во многих областях знания».

    По книге Николи вышел четырехсерийный фильм.

    Этим летом в США был поставлен спектакль «Последний сеанс Фрейда», в котором на театральной сцене Фрейд и Льюис встречаются накануне начала Второй мировой войны.

    фото из спектакля "Последняя сессия Фрейда"

    фото из спектакля "Последний сеанс Фрейда"

    «Непросто разыграть на сцене дискуссию о Боге, в первую очередь, о сексе, войне, смерти, у которой нет разрешения, непросто сделать из этого драму.  Во многом это достигается техническими средствами (радионовостями, телефонными звонками, движением актеров по сцене), но главное – глубиной восприятия проблем двумя мужчинами, глубиной, которая усиливается этой встречей, так что ясно видны их попытка защититься, видны их уязвимые места. Диалог строится на глубоком взаимном уважении и своего рода дружбе, которая могла возникнуть между ними, которая могла стать шагом к примирению, которое еще может произойти и, возможно, произойдет, если у человечества есть будущее» – так пишет в своем блоге о спектакле епископ Серафим (Сигрист).

    Спектакль и книга несомненно увлекут этим спором зрителей: на долгие часы и, быть может, долгие годы.

    В ближайшее время на портале «Православие и мир» будут опубликованы фрагменты книги Армана Николи «Проблема Бога: полемика К.С. Льюиса и Зигмунда Фрейда о Боге, любви, сексе и смысле жизни».

    Анна Данилова, с использованием фрагментов статьи Кена Геверца в переводе Евгения Кима. [2]

    Среди множества всевозможных научно-религиозных учений последнего, текущего века, взявших на себя миссию объяснять решительно все происходящее на земле и на небе, вроде марксизма или дарвинизма, одно из первых мест принадлежит, несомненно, психоанализу, со всеми его разновидностями и ответвлениями. Теория психоанализа, созданная в конце XIX века и начале нынешнего австрийским врачом, евреем Зигмундом Фрейдом, начала свой путь как одна из медицинских дисциплин, но уже через два десятка лет Зигмунд Фрейд расширил ее объяснительные возможности до религиозного учения. Сегодня с помощью этой теории можно объяснить происхождение государства, забастовок, частной и общественной собственности, сущность всех религий мира и даже понять, в чем смысл существования денег в обществе. Что касается человеческой психики, как индивидуальной, так и общественной, социальной, то здесь эта теория дошла до своего края, и одно время казалось, что человек стал ясен в своем устройстве больше, чем принцип работы двигателя внутреннего сгорания. Заблуждение скоро, впрочем, рассеялось. Сегодня психоанализ активно внедряется на нашей многострадальной родине, ставшей давно уже полигоном всевозможных идеологических и экономических экспериментов.

    Однако на первом месте, наиболее очевидном для каждого из нас, стоит сегодня пропаганда распущенности, проповедь пансексуализма. Сняты в этом отношении все препоны и все вековые запреты. Но именно на такой пансексуальности, на признании производящих сил природы как основы основ всей жизни человеческого общества, на поклонении и обожествлении этих сил, и стоит психоанализ, и точно так же сексуальность, слепая, безликая и всеохватная, пронизывает единственную в этом роде религию — иудаизм с его Талмудом и каббалой и многочисленными трактатами “орлов синагоги”.

    Основателю психоанализа Зигмунду Фрейду посвящены тысячи томов всевозможных исследований, и тысячи панегириков воспевают его гениальность. Но есть одна сторона в его биографии, которую тщательно избегают упоминать при этом. Итак, что нам известно о Фрейде и о чем не любят упоминать его биографы и последователи. [3] Сайт - о преодолении гомосексуализма, лесби-влечений и других проблем, связанных с полом. [4]

    Страшные последствия орального секса. [5]


    1. http://www.golubinski.ru/katehizis/gay.htm
    2. http://www.pravmir.ru/o-chem-sporili-frejd-i-lyuis/
    3. http://providenie.narod.ru/0000014.html#_Toc512946761
    4. http://overcoming-x.ru/
    5. http://providenie.narod.ru/0000053.html

    Дополнительно:

    Источник — Статья напечатана в журнале "Православная беседа" № 4 за 1998 год.

    Обсудить на форуме...

    фото

    счетчик посещений



    Все права защищены © 2009. Перепечатка информации разрешается и приветствуется при указании активной ссылки на источник. http://providenie.narod.ru/

    Календарь
     
     
     
     
    Форма входа
     

    Друзья сайта - ссылки

    Наш баннер
     


    Код баннера:

    ЧСС

      Русский Дом   Стояние за Истину   Издательство РУССКАЯ ИДЕЯ              
    Сайт Провидѣніе © Основан в 2009 году
    Создать сайт бесплатно